Финальный экзамен

Санкт-Петербург, 3 декабря 2025 года

Вид из окон их спальни открывался на парк, и Виталина была уверена, что станет гулять там каждый день, когда они с Тимом арендовали эту квартиру. Но в действительности Крестовский остров оказался очень засасывающей экосистемой, и каждое утро она находила новые причины не переходить по мосту до Елагиного острова.

В сентябре 2020 года она решила, что слишком измучена переездом и поступлением, которые наложились друг на друга. Хватало просто полюбоваться на кроны деревьев, рассыпанные по набережной, пока Тим перебирал пальцами её волосы, стоя за спиной и разговаривая по телефону с отчимом. Оксана, в те редкие дни, что удавалось дописаться до неё в Телеграме, успокаивала, что на новом месте всегда так и приводила дежурный пример, как после переезда в Москву неделю просто лежала в квартире, не понимая, что делать. Виталина, зная всю историю, подумала, что это связано не столько с переездом, но Окс уже вышла из сети.

В ноябре 2021 Виталина слегла с простудой, не выдержав подработки в Эрмитаже, развития блога, учёбы и остального вороха дел, которые успела придумать себе за первый год в Петербурге. Пару месяцев до этого они с Тимом виделись только по ночам, ей приходилось шутить, что она смотрится лучше в полумраке, а ему вставать и включать свет, чтобы видеть её полностью хотя бы иногда.

Зимой 2022 она так и не успела выбраться на каток, который залили в парке, потому что Тим улетел в командировку в Пекин, налаживая поставки леса с новыми импортерами, а саму Виталину пригласили на первое интервью, посвященное её блогу о культуре и искусстве, который наконец достиг отметки в один миллион подписчиков. По вечерам она звонила ему по видеосвязи, пока ходила по магазинам, выбирая новогодний декор, а после – пока украшала квартиру. Они должны были провести тот Новый год раздельно, но Тим в последний момент неожиданно прилетел. Виталине казалось, что нечто подобное с ними уже случалось.

Лето 2023 она провела на Майорке. Именно там на её почту прилетело предложение от крупного медиа-холдинга стать ведущей и автором подкаста о культуре на новой площадке. Тим прибыл на неделю позже, Виталина две ночи лежала у него на груди, репетируя текст ответа. Он соглашался с каждым вариантом. Потом они шли на ранний завтрак в ресторан, который тётя Яна – мама Тима – открыла здесь с новым мужем, ресторатором из их родного города, который когда-то купил жильё на Майорке с бывшей женой. Тем летом она и вовсе не увидела парк.

Весной 2024 она практически ночевала в университете, заканчивая работу над дипломом. Приезжая домой, она разве что бежала в душ, чтобы заглушить плеском воды ворох мыслей – как мало она знает на самом деле! – и когда Тим забирал её из ванной, в окна Виталина уже не смотрела. Осенью её подруга Юля рассталась с Пашей, который долго её добивался и очень быстро потерял, и Виталина провела около двух недель, таскаясь хвостиком за Юлей и умоляя её не сжигать квартиру Паши. В парк Юлю вести было бессмысленно. Она требовала крови.

Этим утром Таля едва могла держать глаза открытыми. Тим уехал на тренировку задолго до рассвета, оставив несколько дежурных поцелуев на её макушке. На столике, который Виталина поставила у окна, лежали самоучители по китайскому. Ей ужасно не хватало подоконников, но в их жилом комплексе были только ростовые окна. Они уже три года учили китайский. Тим – для работы, она – за компанию. На одной из книжек появилось полое круглое пятно от кружки с кофе, которую она часто ставила туда.

Поставила она её и сегодня, отводя взгляд от серо-золотистого пейзажа. Зима не торопилась накрывать Петербург. Отвлеклась на телефон, хотя обещала воскресить прекрасную школьную привычку – никакого телефона вечером и утром. Но теперь там работа, миллионы подписчиков, а главное – люди, разбросанные по свету. И, кажется, скоро прибавится ещё.

Юля (бля) : Голосовое сообщение

Виталина в очередной раз оценила креатив, с которым Юля записала себя в её Телеграме, и нажала на воспроизведение.

Сообщение было записано ещё ночью, так что срочного ответа Юля не ждала, пусть её голос в сообщении и казался исключительно возбужденным.

“Короче, я всё придумала. Беру билеты во Вьетнам, в Нячанг, там аренда копеечная, плюс море. К местной еде привыкну, симку куплю, нужно только понять, как все шмотки перевезти, но на первое время хватит ноута и электронки. Я знаю, что действие книги будет в Тайланде, а не во Вьетнаме, но я тоже-то книгу вообще-то пишу про похищение русской модели в рабство, да, так что много не пизди, главное азиатская эстетика…”

Виталина подняла глаза к встроенной в потолок подсветке, не понимая, как за столько лет дружбы, Юля всё ещё умудрялась генерировать эти сумасшедшие идеи. Прошлой зимой она улетела в Норильск и поселилась в самой жуткой гостинице в городе, потому что писала сборник рассказов про мистику во времена СССР. Она пила клюквенные настойки из хрустальных стопок, которые ей одолжила администратор Зинаида, курила с видом на Норильский заполярный театр и подружилась с вахтовиками с Урала. Так что когда она высказала новую задумку для книги, Виталина уже знала – это к путешествию.

Она снова подошла к окну: буквально через дорогу начинался мост, ведущий в парк. Вечером ей нужно было заехать в университет, чтобы защитить практику (теперь она училась в магистратуре на направлении управления проектами в сфере культуры), но до этого времени она была совершенно свободна: менеджер как раз отправила рекламу на маркировку, два поста лежали в отложенных публикациях, а запись новогоднего специального выпуска подкаста только через неделю.

“... и ещё мне нужна твоя помощь! По сюжету модель моя помолвлена с богатым примажоренным полупокером, а ты у меня эксперт в этой области…”

Голосовое сообщение Юли всё ещё играло, и Виталина нахмурилась, оборачиваясь к телефону, словно могла укорительно взглянуть прямо в её глаза.