Финальный квест

Глава 1 Последний закат в Элизиуме

Монитор был единственным источником света в комнате.

Можно было включить свет, но глаза Кати привыкли к темноте. По правде, она не замечала полумрака. Не видела очертаний комнаты. Словом, была не здесь, хотя и сидела на стуле, скорчившись в очень странную позу, которую могут принимать лишь йоги да подростки, чрезмерно погружённые в виртуальное пространство.

На экране её монитора эльфийка-трикстер Фламика прислонилась к краю мраморного фонтана на поляне Смеющихся элементалей. Вода, запрограммированная течь вечно, сегодня двигалась с задержками, будто сердце мира начало сбиваться с ритма.

Наконец в голосовом чате появился долгожданный ник.

— Юль, сорок минут, где тебя носило? Договорились же сидеть до конца, — Катя говорила тихо. В соседней комнате спала мама.

— Я потом расскажу. Девушке показалось, что подруга шмыгнула носом. — Но я же успела! Будем сидеть, пока не выкинет из игры. Не могу поверить, что «Элизиум: Песнь Древних» закроют. Это же была легенда.

— Это был дом, — закончила Катя. — Жаль, я в нём была чужая.

Юля была права. «Элизиум» не взорвал топы, не собрал стадионы киберспортсменов. Его механика была неповоротливой, графика — стилизованной и устаревшей даже три года назад. Зато в нём была своя, особая магия: музыка, исполняемая живым оркестром, которая менялась в зависимости от времени суток и погоды, глубокие истории, написанные с единственной целью — рассказать больше о мире и сделать его одушевлённым, и, наконец, локации, прописанные до мельчайших подробностей, до царапин на броне стражей.

Каждый НПЦ здесь имел прошлое, которое можно было узнать по крупицам, помогая им. Прокачка навыков была настолько детализирована, что можно составить неплохое представление о том, как то или иное ремесло выглядело в реальной жизни.

Игроков было не настолько мало, чтобы все знали друг друга по никам, но гильдии были всем известны. Их сообщество, например, называлось «Архангелы» и включало в себя ровно двадцать четыре чудака, влюблённых в этот мир.

— Помнишь, как мы неделю назад бились с тем заклинателем в Мглистой долине? — оживилась Юля.

Её персонаж, тёмная эльфийка-маг, подошёл к фонтану. Ник «Беллатрис» мигнул, исчез, потом снова появился. Что они там делают с сервером?

— Помню. Я жала на кнопки так, что у меня пальцы сводило, — усмехнулась Катя. — И всё равно проиграла, — добавила она про себя. Победительницей вышла Беллатрис.

Подруги погрузились в воспоминания: как нашли эту особенную поляну с фонтаном, когда впервые попали на высокоуровневую локацию. Как делали квест на плащи, а они оказались настолько серыми и убогими, что Юля шутила, что из наволочки получились бы лучше. Эти дурацкие, бессмысленные с точки зрения эффективного гейминга мелочи и составляли душу Элизиума.

Катя открыла окно гильдейского чата. Там было тихо, потому что большинство игроков уже попрощались, пообещав перейти в другую игру и создать гильдию уже там. Девушка была уверена, что у них не выйдет: кого-то испугает платная подписка, кто-то уйдёт из-за непривычной механики. Жаль, что история «Архангелов» закончится здесь. Катя тронула пальцами клавиатуру, вызвав интерфейс персонажа.

Фламика, 87 уровень, класс — скиталец ветра: все светлые эльфы в игре были связаны с воздухом — это накладывало отпечаток на их способности. Время, проведённое в игре, — почти три года. Не целиком, конечно: игра засчитывала день, если ты хоть на минуту зашёл. И всё же от этой цифры становилось жутковато. Почти три года она провела здесь вместо реальной жизни, в которой учёба и близкие друзья отошли на второй план.

— Сервер отключат в шесть утра, — напомнила Юля. — Осталось чуть больше часа. Куда пойдём?

Катя вызвала в интерфейсе отображение количества игроков на сервере. Пятьдесят четыре. Так мало никогда не было. Эх, сейчас все лучшие места для добычи ресурсов были свободны, если бы…

Катя знала, что «если» не будет. Она дала себе обещание, что завяжет с онлайн-играми после Элизиума. Слишком много они забирали у неё.

Катя окинула взглядом поляну Смеющихся элементалей. Виртуальное небо над головой, всегда такое изменчиво-живое, сегодня казалось статичной, идеальной картинкой. Баг? Или мир уже начал умирать?

— Наверное, не стоит двигаться, мы можем застрять в текстурах.

Система и раньше выводила на экран многочисленные ошибки, Катя пыхтела от бешенства и жаловалась на испорченный день. Сейчас она уже понимала, что поминутно исправлять это всё бесперспективно. Любимый мир осыпался, пиксель за пикселем. Багровое виртуальное солнце медленно кренилось к закату.

— Жалко, конечно, — вздохнула Юля. — Такой уютный мирок. Почему он никому не зашёл?

— Самое главное, что он не зашёл создателям. Катя не могла избавиться от ощущения, что тикают последние минуты её жизни. Наверное, стоило бы выключить компьютер, не рвать себе душу. Онлайн оставалось не более десяти человек.

Интересно, кто они, эти бедолаги. Тоже подростки? Или, может, даже техподдержка.

Они вместе смотрели, как солнце касается вершин гор. Закат лился по небу алыми росчерками акварели, подсвеченными по краям золотым. Потекли последние секунды.

— Спасибо за компанию, Кать.

— Спасибо за всё.

Последние лучи скрылись за горами. Катя ожидала, что на экране появится сообщение о попытке повторного подключения к серверу. Но вместо этого на мониторе засветились бегущие строки, из которых Катя ухитрилась ухватить лишь несколько.

Протокол «Новый Рассвет» инициирован. Обнаружены подходящие кандидаты: 2.

Диагностика душевного резонанса: успешно. Сканирование памяти мира: завершено. Перенос через: 5…

— Что за перенос? Юля, это какой-то вирус? — в панике переспросила девушка, но в наушниках уже шипел белый шум.

Мир взорвался тысячей мерцающих огоньков. В висках и в основании позвоночника стрельнула острая боль. Катя почувствовала, как проваливается в бездну.

Последнее, что она почувствовала щекой, — твёрдый, холодный пол. Она упала со стула.

Глава 2 Первая кровь

Когда девушка пришла в себя, она лежала на спине, раскинув руки, судя по ощущениям, на траве. Смеркалось, где-то журчала вода, щебетали птицы, их мелодичные голоса приятно нарушали тишину.

У бока обнаружилась кожаная сумка на ремне, перекинутом через одно плечо, а рядом — кинжал, тот самый, с которым она ещё недавно бегала в качестве основного оружия. Она? Прядая ушами, Катя, нет, Фламика, поскольку сейчас она была именно Фламикой, поднялась.

Тело двигалось легко. Она не почувствовала ни приводов, ни тяжести виртуальных очков, одежда сидела свободно.

Девушка осмотрелась.

Сюрприз! Рядом, зажмурив глаза и постанывая, всё ещё валялась Беллатрис. Над плечом подруги в воздухе светилась знакомая, но теперь абсолютно чуждая надпись: «Беллатрис, ур. 89». Надпись мигнула и пропала.

Что они сделали с сервером?

В ответ на это, как рамка по краю поля зрения, визуализировался интерфейс: характеристики персонажа, информация об инвентаре и гильдии, набор умений, почта…

— Это что, сон?

Тем временем Беллатрис поднялась, недоумённо оглядывая окружающий мир. Сны не бывали парными, в этом Фламика не сомневалась. Так что, если это не сновидение, похоже, они попали в иной мир. Ну или она сошла с ума на почве любви к Элизиуму. Говорила же мама…

— Белл? — её голос прозвучал выше, музыкальнее. Она повернулась.

Беллатрис сидела, сжимая в кулаке горсть земли. Действие, невозможное в игре. Однако! Они, похоже, действительно каким-то образом попали в этот мир.

Фламика сделала несколько шагов, броня не сковывала движения. Хорошо, что она не какой-нибудь паладин в латных доспехах: барахталась бы сейчас как жук, перевёрнутый на спину, или стояла бы перед выбором: ходить с ведром на голове или быть полностью беззащитной.

Подруге с её тканевой робой тоже повезло. Она недавно обновила комплект, а прошлый… Ну, прошлый был совсем паутинкой. Тёмные эльфы имели такую расовую особенность, разработчики объясняли это приверженностью стихиям воды и земли. Возможно, действительно, чем меньше одежды, тем быстрее она сохнет.

Фламика сконцентрировалась на простейшем навыке. В игре это был клик по иконке. Теперь же она почувствовала тёплую точку в груди, крошечный резервуар энергии, и мысленно потянула из неё ниточку, направляя через ладонь. Кожу защекотало, и над её раскрытой ладонью вспыхнул шарик мягкого золотистого света, освещая застывшие в изумлении черты Беллатрис.

— Боги… — прошептала та. — Это же магия.

Магия казалась интересной, и любопытство пересилило страх. Забыв об осторожности, подруги баловались возле фонтана, пробуя разные умения. Те, что относились к бытовой магии, вызывались без всяких сложностей, боевая не работала совсем. Возможно, потому, что не было противника. Эта мысль заставила Фламику неприятно поёжиться. Как назло, где-то вдалеке раздался хруст веток, как будто по тропинке за холмом шло большое животное.

— Нам нужно в город, — Беллатрис озвучила её мысль.

Город, как назло, был далеко. Место поэтому и оставалось секретным: тут не было других игроков, а квест был с ним связан всего один, и то не из основной ветки. И путь назад лежал через лес и несколько локаций, полных монстров.

Живот громко заурчал. Надо же, герои едят, а это значит, что они не могут просто усесться здесь в ожидании неизвестно чего. Вдруг Фламика увидела ягоды. Земляника. Она вовсе не была уверена, что земляника росла раньше на том склоне, но у ягоды был характерный запах и вкус.

— Даже если мы обдерём весь этот склон, и корзинки не наберётся, — грустно заметила Беллатрис.

Перебрав инвентарь, они не обнаружили ничего съестного и, повздыхав над несправедливостью жизни, отправились в путь.

Одним из преимуществ Элизиума было то, что все игровые локации были соединены между собой тропинками — это должно было компенсировать отсутствие постоянных порталов. Вот и сейчас девушки шагали по дорожке, посыпанной мелким песком.

Фламика шла слишком быстро, стараясь ходьбой унять нервную дрожь. Она в игровом мире, это сбивало с толку настолько, что любое поведение теряло логику. Как быть, делать вид, что это новая реальность? Но как быть с рамкой интерфейса? Принимать всё за игру? Но ягоды были такие вкусные, такие настоящие. И самое главное, что случится, если умереть? Фламика поняла, что не хочет знать ответа на этот вопрос.

Следуя за дорогой, они поднялись на холм — и оценили прекрасный вид, самым замечательным в котором было пятно города вдалеке. В городе наверняка много еды и найдётся, где остановиться.

А ещё был паук размером с письменный стол, который пасся у подножия холма. Монстр. И ещё несколько его собратьев вдалеке.

— А может, будем жить здесь? Тут есть земляника, можно глодать кору с деревьев, рано или поздно нас кто-нибудь найдёт, — жизнерадостно предложила Беллатрис.

Интерфейс подсказывал, что у гигантского тарантула тридцатый уровень.

— Может, ударишь его заклинанием? Ты всё-таки маг. Представь: в городе мягкие кровати, шашлык у уличных торговцев, — эльфийка принялась соблазнять подругу рассказами о прелестях Сертая. Сама она не была уверена, что в городе всё так замечательно, но там, во всяком случае, было лучше, чем тут, под открытым небом.

Беллатрис взмахнула посохом, напряглась, вены на лице вздулись. И ничего не произошло.

— Может, сама его завалишь, раз такая голодная, — огрызнулась она, когда стало окончательно ясно, что ничего не выйдет. — Уровень у тебя намного больше, чем у него.

— Я боец ближнего боя, — попыталась отнекаться Фламика. Ей совсем не улыбалось приближаться к здоровенному мерзкому пауку. Но, с другой стороны, он пасся на пути к городу, а значит, к жизни. Был, конечно, вариант вернуться к фонтану и пойти другой дорогой. Но, насколько помнила Фламика, монстры располагались близ любого города. Это было связано с группами квестов для новичков.

— Давай попробуем просто быстро пробежать мимо? В конце концов отобьёмся как-нибудь.

Глава 3 Пирожки

Они писали ещё много раз: рассказывали всё, что с ними произошло, безуспешно пытались связаться с поддержкой.

Родители им не поверили. Более того, на них злились, принимали всё за шутку, за дурацкий челлендж. В ярости требовали немедленно вернуться, угрожали полицией, лишением карманных денег, отключением интернета.

Наконец Беллатрис опустила руки и сосредоточилась на переписке. Было у неё несколько знакомых компьютерщиков, которые, по идее, могли что-то сделать, но и от них не удалось добиться результата. Так что Белл лежала и переписывалась с друзьями и знакомыми, убивая время, потому что больше не представляла, чем заняться.

Ну а Фламика взяла на себя добычу еды. Спуститься вниз, стараясь не привлекать внимания, не открывая рта, брякнуть на стойку несколько монет, ткнуть пальцем в очередное блюдо, чтобы продегустировать. Беллатрис как-то слышала от одного путешественника, что крокодил, тарантул и сверчки на вкус как курица. Вот и тут всё, что приносила подруга, было на вкус как курица.

На третий день до них перестала доходить почта. Белл пыталась отправлять сообщения, но они стали исчезать. Она попробовала снова — ничего, письма не отправлялись, а потом и сама иконка почты пропала из интерфейса.

— Ну и хорошо, — голос Фламики был хриплым. — Мы сделали всё, что могли. Пытались достучаться до родных и получили в ответ обвинения. Очевидно, внешняя связь исчезла первой. Как думаешь, что будет, когда интерфейс окончательно пропадёт? — вдруг спросила Фламика и, зябко передёрнув плечами, поспешно переключилась: — Как ты себя чувствуешь?

— Живой. На редкость живой, — Беллатрис похлопала себя по бокам: — матрас мягкий, еда вкусная, вода горячая.

Всё замечательно, если бы не обескураживающая неопределённость и тоска по дому. Однако хандрить не время.

— Если бы не этот дурацкий интерфейс, от которого теперь всё равно нет толку, было бы только лучше.

Беллатрис немного кривила душой. Интерфейс давал надежду, что рано или поздно они вернутся. Но одновременно — и она это признавала — мешал. Вот только сейчас она обнаружила, что целый день не ела.

— Знаешь, а давай-ка в этот раз я схожу за едой.

Тёмная эльфийка вытащила из инвентаря горсть медяков, чтобы не шокировать торговцев появлением денег из воздуха, и отправилась на разведку. Медленно спустилась с лестницы, с удивлением ощущая едва слышный скрип ступенек под ногами. Миновала барную стойку с очередным свирепым зверолюдом — интересно, он с такой яростью хочет всех накормить или еле держится, чтобы не разорвать потенциальную добычу?

Беллатрис вышла на улицу и замерла.

Если город, куда они три дня назад зашли с Фламикой в ночи, был похож на музейный городок для туристов — с одинаковыми прилизанными домишками, мостовой, вымощенной камень к камню, и стражами, единственными ночными прохожими, — то сейчас он каким-то невероятным образом разросся вширь и вглубь, стал живым и настоящим. Мимо Белл пробежала чёрная кошка, муркнула и приластилась к торговке из соседней лавки, и та скормила ей кусочек сыра, кошка побежала дальше, собирать дань.

Беллатрис, подумав, пошла за ней. Ещё одна таверна — тефтелька. Овощная лавка — какая-то петрушка, баклажаны… А вот и небольшой рыночек, которого Бел была готова поклясться, раньше не было.

Заглядевшись на разложенные товары, она совершенно забыла смотреть по сторонам и налетела на кого-то высокого. Лоб впечатался во что-то твёрдое и холодное — кажется, в нагрудник доспехов.

— Осторожнее, — раздался сверху очень странный голос.

Беллатрис отшатнулась, подняла взгляд. Перед ней стоял тёмный эльф. Высокий, под два метра, с угольно-чёрными волосами, забранными в низкий хвост. Одет просто, по-дорожному: добротный кожаный доспех, у пояса — меч в потёртых ножнах. Обычный парень, вышел за покупками?

— Простите, — выдохнула Бел, чувствуя, как предательски теплеют щёки. — Я засмотрелась.

Эльф чуть склонил голову набок, разглядывая её. В его взгляде не было ни агрессии, ни привычного для игровых НПЦ высокомерия — только лёгкое любопытство.

— На рынке впервые? — спросил он. Тон у мужчины оказался под стать внешности — низкий, чуть хрипловатый, но совершенно не страшный.

— Вроде того, — Беллатрис переступила с ноги на ногу, лихорадочно соображая, как себя вести. — Я тут не местная. Ищу что-нибудь съедобное, но глаза разбегаются.

Он усмехнулся.

— Тогда советую вон ту лавку, — он кивнул в сторону прилавка под потрёпанным полосатым тентом. — У старушки Греты самые свежие пирожки с мясом. И не такие дорогие, как в тавернах.

— Спасибо, — Бел улыбнулась, чувствуя, как отпускает напряжение.

— Не за что. И смотри под ноги, — добавил он, и в уголках его губ мелькнула улыбка. — А то ещё в кого-нибудь врежешься.

— Постараюсь, — фыркнула она.

Он коротко кивнул на прощание и пошёл дальше, в сторону мясных рядов. А Беллатрис вдруг поймала себя на мысли, что даже не спросила имени. Сделала шаг ему вслед, но потом остановилась. Зачем? Просто случайный прохожий. Обычная бытовая сценка.

Но когда она уже развернулась к лавке старушки Греты, услышала за спиной:

— Алекс, кстати.

Она обернулась. Тёмный эльф стоял вполоборота, чуть приподняв руку в прощальном жесте.

— Беллатрис, — ответила она, и её собственное имя, произнесённое вслух здесь, в этом мире, вдруг показалось правильным.

— Приятно познакомиться, Беллатрис. Удачных покупок.

И он скрылся в толпе.

Беллатрис постояла ещё несколько секунд, глупо улыбаясь, а потом направилась к тётушке Грете. Пирожок и вправду оказался потрясающим — сочный, горячий, с тонкой хрустящей корочкой.

— О боже, — прошептала она, жуя на ходу. — Как вкусно! Совершенство.

Вернувшись в комнату, она застала Фламику, нервно накручивающую на палец свои прямые, как пшеничные колосья, волосы.

— Ну ты даёшь, — упрекнула её подруга, уплетая креветочные шарики. — Встретила симпатичного парня и даже не расспросила толком. Может, с ним квест был…

Глава 4 Охота мотылька

Каждое утро ровно в семь по всему Элизиуму разносился дурацкий жизнерадостный звон колокольчиков, означающий одно: в игре наступил новый день, а значит — обновились ежедневные квесты.

Фламика ненавидела этот звук. В прошлой жизни это было просто раздражающим напоминанием о том, что она слишком долго засиделась за компьютером, но здесь…

Глаза слипались, тело требовало ещё хотя бы часик неги, но проклятый перезвон продолжал звенеть прямо под черепной коробкой. Спать хотелось зверски.

— Да твою ж за ногу, — просипела Фламика в подушку и ткнула в иконку «закрыть уведомление».

Благословенная тишина.

Фламика выдохнула, перевернулась на спину и уставилась в потолок. Рядом раздалось сонное бормотание Беллатрис — та явно слышала то же самое, но даже пальцем не пошевелила, чтобы заткнуть несносный будильник. В той жизни Юля спала как убитая. У неё вообще была удивительная способность отключаться мгновенно и просыпаться только к обеду.

Фламика уже собралась последовать её примеру и досмотреть сон про нормальную жизнь, где нет ушей длиннее пальца, как вдруг краем глаза заметила в правом верхнем углу поля зрения тускло мерцающую иконку. Стоило скосить глаза, как перед носом развернулось привычное окно квестов. «Помощь городской страже Сертая». О, в этот раз в её городе. Повезло? Сложность — низкая. Нужно убить несколько пауков, повадившихся шастать возле городских стен. В награду — несколько монет и репутация.

Принять задание? Да/Нет.

Фламика замерла, вглядываясь в последнюю строчку, покосилась на мирно посапывающую Беллатрис. Подруга спала, раскинув тёмные волосы по подушке, и вид у неё был такой безмятежный, словно она всю жизнь только и делала, что дрыхла по средневековым тавернам.

— Легко тебе, — проворчала Фламика. — У тебя роба, посох и полное отсутствие совести.

Она снова уставилась на квест. Репутация. Раньше это была просто циферка, которая открывала скидки у торговцев. На максимальном уровне можно было получить доступ к особым товарам и возможность ставить временный портал. Но сейчас…

Скидки — это хорошо. Монеты в инвентаре не бесконечные. И портал… Может, через портал можно попасть домой? Или в другой город, к морю, например? Фламика любила море.

Эльфийка села на кровати, спустив ноги на пол. Он был ледяным. Надо будет купить шерстяные носки — она видела, старушка продавала их в одной из многочисленных лавочек Сертая.

— Ладно, — решительно сказала она. — Если я сейчас не встану и не сделаю хоть что-то, мы так и пролежим здесь, пока монеты не кончатся.

Она натянула сапоги, проверила кинжал в ножнах. Оружие привычно село в руку. Опасная привычка. Беллатрис даже не пошевелилась, когда дверь тихо скрипнула, выпуская Фламику в коридор. Пауки, насколько она помнила, были тридцатого уровня.

По игровой механике разница в пятьдесят семь уровней означала, что паук рассыплется от первого же чиха. Вопрос был только в том, как долго это продлится в реальности.

Пригородный лес встретил её настороженной тишиной.

Фламика шла по знакомой тропинке, стараясь ступать бесшумно. Возле городов всегда был неплохой спаун ресурсов. Минут через сорок ходьбы показались первые монстры. Они не стали менее страшными, но над некоторыми Фламика всё ещё видела уровни. Отлично, лазейка пока работает.

Тут она заметила нечто странное.

Гуманоидное существо — именно существо, потому что человеком это назвать язык не поворачивался, — стояло у кромки леса и сосредоточенно дёргало за нить паутины. Оно было ростом чуть выше Фламики, худощавое, даже астеничное, с неестественно бледной кожей, отливающей серебром.

Крылья струились за спиной дымчатым шлейфом, переливаясь на солнце перламутром. Огромные пушистые усики-антенны, как у ночной бабочки-сатурнии, слегка подрагивали, ловя потоки воздуха. Ночной фэйри — редкий класс, который выбрали от силы человек пятьдесят на весь сервер. Фламика помнила, как игроки жаловались на форумах, что разработчики так и не добавили фэйри полноценный полёт. Крылья были чисто декоративными, использовались только в анимациях боевых умений — красиво, эффектно, но летать на них нельзя. У Фламики тут же возникла нездоровая ассоциация с ночной бабочкой, сидящей на тёмной ветке.

Фэйри рванул нить ещё раз — и из норы с хищным шелестом выметнулось мохнатое тело с блестящими хелицерами. Размахнулся. Меч, тяжёлый, двуручный, под стать росту, сверкнул на замахе. Паук бросился — но фэйри скользнул в сторону, текуче, почти танцуя, и клинок рассёк воздух ослепительной дугой. Тварь даже пискнуть не успела: рухнула, дёрнула лапами и замерла, разрубленная едва ли не пополам. Фламика смотрела, затаив дыхание.

— Ты долго ещё будешь стоять и пялиться? — раздался голос.

Фламика вздрогнула, будто её застукали за чем-то непристойным. Фэйри смотрел прямо на неё, и огромные красные глаза не выражали ровным счётом ничего — ни враждебности, ни любопытства, ни раздражения. Голос оказался неожиданно нормальным, разве что с лёгкой хрипотцой, словно обладатель только что проснулся.

— Я… простите, — выдавила она, выходя из укрытия. — Я не хотела подглядывать. Просто… вы очень красиво дерётесь.

— Первый раз слышу, чтобы убийство называли красивым.

— Ну… — Фламика смешалась, понимая, что сейчас начнёт нести чушь. Раньше, в игре, можно было просто отмахнуться стандартной фразой или, наоборот, агрессивно делить поляну. Общение вживую было слишком сложным.

Фэйри тем временем вытер клинок о траву и, к её удивлению, убрал меч в ножны.

— Ты местная? — спросил он, разглядывая её без особого интереса. — Из Сертая?

— Из города, да. Неделю уже живу в таверне.

— Понятно. — Фэйри кивнул куда-то в сторону леса. — Тогда отправляйся обратно в свою таверну. Здесь опасно.

— Я знаю, — Фламика вдруг почувствовала укол азарта. — Я за этим и пришла.

Она шагнула вперёд, к ещё одной паучьей норе, и, не давая себе времени испугаться, мысленно потянулась к панели с умениями. Щит? Не надо. Просто удар.