Финеас и Балок в поисках крайности

Глава 1

Он забежал в дом, хлопнув дверью так, что она чуть не вылетела: дождь, что неделями поливал Солёный Берег, который никогда солёным и не был, размочили старую древесину хижины. Он  забился в угол между стеной и кроватью.

- Наконец! Всё, больше никакой работы. Никакой! Продам ее и буду жить на своей горе из золота! Ну, или горке. Или хотя бы на сундуке. Но непременно дубовом, резном, оплетённым стальными обручами и с огромным замком. И, конечно, полным золота.

Барабанил дождь. Самые шустрые капли проникали в бесконечное множество ходов исхудалой крыши и бились о тощие плечи ныряльщика за жемчугом.

- И крыша у меня будет целая, не ровня теперешней. И дом новый. И кровать мягкая. И даже матрац будет! И подушка. А если захочу - даже две! 

Море нападало на прибрежные скалы, но он не слышал этого. В голове звучал будущий праздник. Праздник первого дня в новом, необремененном постоянной работой и заботами, мире.

- И матери поставлю памятник. Из бронзы. Нет! Из чистейшего мрамора. И отец, быть может, прознает о том, что его сын разбогател. Он вернётся. Точно вернётся. Попросит приюта, но я откажу. Надо что-нибудь придумать такое ему в ответ… что-нибудь эдакое…

Он разжал кулак и еще раз посмотрел на добычу. Смотрел не долго, чтобы не сглазить. Тут же спрятал в единственный недырявый карман.

- И вольную грамоту куплю. Стану сам себе хозяин. Сам себе голова. Буду делать что хочу! А я много чего хочу…

Он никак не мог отдышаться. Сердце билось, как никогда. Даже при самом глубоком погружении оно так не стучало.

- А если спросят, откуда я ее взял? Что сказать? Так ведь я не украл. Сам нашел.

Что-то в голове зазвенело. Он засунул руку в карман.

- На месте. Она на месте. Скоро и у меня будет свое место. Какое захочу. И делать буду, что хочу! А когда надоест, обучусь грамоте. Стану философом или ученым… Вот тогда жизнь и начнется.

В дверь постучали. Нетерпеливо. Ногой.

- Финеас!

«Пришли! За ней? Нет. Никто не видел, что я ее вытащил. Никто…»

- Финеас, мать твою!

«Надо схоронить ее, но где?»

Он забегал по комнате, пытаясь пристроить добычу хоть куда-нибудь. Нашлась круглая щель между половицами - туда и поместил сокровище.

- Я тебя слышу, мерзавец! Открывай, а не то я устрою день открытых дверей!

- Иду…

Только Финеас провернул ключ, дверь открылась и ударила его по носу. Он пошатнулся и сел на пол.

- Ты чего удумал? – спросил человек в потертом плаще и не менее потертой шляпе.

- Ничего, я просто… я…

- Мямля! – рявкнул он и замахнулся рукой, чтобы ударить, но передумал. – Посмотри на себя, ничтожество. Худой, грязный, больной… Смотреть противно.

«Обзывайся сколько хочешь, я теперь богаче тебя и твоего хозяина»

Человек прошел по комнате и сел на кровать. Тряпье, что служило Финеасу в холод одеялом, а в жару простыней тут же намокло.

- Давай сюда, - сказал он и протянул руку.

- Чего давать?

- Вши свои! - сказал человек в плаще и рассмеялся. - Жемчуг давай, идиот!

- Так нет жемчуга…

- Ты сегодня нырял?

- Нет. Там же шторм.

- Дома, стало быть, сидел?

- Дома.

Человек посмотрел на следы мокрых ног на полу.

- Ну нет, я выходил, но только до соседа. Хлеба попросить.

- Не к тому ли, что видел тебя сегодня у берега?

«Все-таки видели…»

Человек в плаще вздохнул и сказал:

- Парни, заходите!

В дом вошли двое. Братья, если не по крови, то по уму, судя по количеству шрамов и татуировок на помяты лицах. У одного в руках был кастет, другой держал металлический прут.

- Еще раз говорю, давай, что наловил.

- Ничего, честное слово.

Человек поднялся с кровати и зашагал к Финеасу. Он сел перед ним на корточки и заговорил подозрительно ласково:

- Дорогой мой. Эти два джентельмена очень сильно хотят причинить тебе вред, верно я говорю?

Здоровяки кивнули и осклабились.

- Я – единственное, что сдерживает их порыв. Но если, они сейчас не увидят жемчуга, то ты уж извини. Разнесут сначала дом, а потом и тебя. Финеас…

- Да?

- У тебя есть что-нибудь для меня?

Он посмотрел на человека в плаще, на бандитов и сказал:

- Нет…

Человек пожал плечами с сожалением.

- Разберите дом по кусочкам, парни. А ты, - он по-приятельски положил руку на плечо Финеаса, - пошли на крыльцо.

Под звуки разбивающегося дерева, под хруст половиц и треск стен Финеас вышел на крыльцо.

Человек нашёл сухой пятачок, над которым крыша не так прохудилась, и достал трубку. Ее сделал большой любитель моря. Табачная камера была выполнена в виде русалки, какая украшает нос корабля, держащей над головой что-то вроде церемониальной чаши. Огниво щёлкнуло. Душистый табак, щиплющий нос, занялся огнем. Человек попыхтел и затянулся.

Его умиротворённое лицо казалось насмешкой, учитывая, что творилось позади. Здоровяки бегали из угла в угол выламывая все что выламывается. Финеас хотел посмотреть, что там творится, но человек в плаще вновь положил руку ему на плечо.

- Послушай, дружище. Прости, что я так вспылил. Ты не открывал, и я черти что начал думать. Решил, что ты пытаешься что-то от нас припрятать. Но ты говоришь, что ничего не добыл сегодня? Я верно говорю?

- Верно.

- Значит, мои друзья ничего найдут там?

- Ничего, - не так уверенно сказал Финеас.

- Если так, то я лично извинюсь перед тобой от своего лица и от лица хозяина.

Финеас вздохнул.

- Но, если они что-нибудь найдут… Ты уж не обижайся. Я всё-таки очень вспыльчивый.

Человек курил трубку, а дом методично разбирался на щепки. Финеас смотрел на море, что поднимало волны позади скалистого берега. Зачем оно подарило несчастному ныряльщику за жемчугом такое сокровище? Какое божество глубин решило так подшутить? Но, может, они ничего не найдут?

Глава 2

Это казалось невозможным, но тьма на глазах Финеаса стала ещё гуще. Бесконечные подводные потоки хватали его и швыряли из стороны в сторону, но все мимо скал. Наконец, он упал на дно.

«Сейчас кончится воздух и всё, прощайте надежды на сказочную жизнь. Поделом мне, дураку! Знал бы свое место - остался бы жив»

Лёгкие ныряльщика привыкли к долгим прогулкам по дну, и даже теперь, когда он не мог задержать дыхание перед вынужденным прыжком, они хранили достаточно воздуха и не давали сознанию окончательно покинуть тело.

Очередной поток перевернул Финеаса на живот.

«Ну вот. Теперь раки в последнюю очередь обглодают мое лицо. Быть может, когда тело всплывёт, кто-нибудь ещё узнает меня. Сосед тот же, который сдал меня. Я бы ему показал! Ага. Я себе-то показать ничего не могу. Слепой и обездвиженный мститель»

Крохотные  зачастили по ногам ныряльщика.

«А вот и первый гость. К столу, мой новый друг! Угощайся, будь как дома. Надеюсь, одна из моих полых костей заменит тебе старую раковину»

Но рак не остановился. Он перебежал на спину и устремился наверх к шее.

«Эгей, похоже, он идет на кровь. Хитрый, маленький…»

Рак забежал вверх по шее и закопошился на месте, когда добрался до раны от прута. 

«Ничего. Можешь начать и сверху. Еще чуть-чуть и мне будет все равно»

Неприятное чувство пронзило голову через боль, оставленную прутом. Словно кто-то засунул палец в рану и пытался что-то оттуда вытащить.

«Засранец! Ты что, устроил там домик? Я же еще жив! Не мог подождать?»

Миг спустя все затихло. Боль пропала, словно и прутом никто не бил.

«Во дела. Неужели перед смертью боль проходит? Так хорошо стало. Тепло»

- Человек? Человек, ты слышишь?

«Ничего меня теперь не волнует. Умереть в родном море, что может быть лучше. Разве что умереть попозже, но что теперь жаловаться?»

- Человек, ты слышишь меня?

«Вот уже и голоса в голове появились. Не мешайте мне умереть, наваждения!»

- Послушай, я хочу тебе помочь.

«Уйди, голос из головы! Не видишь, я пытаюсь умереть?»

- Так уж вышло, что я не в твоей голове. Точнее я в ней. Но я пришел сюда только что.

«А? Ты рачок?»

- Что? Нет, не рачок никакой.

«А кто ты?».

- Балок. Пастух жемчужных полей.

«Вот это меня пришибло. Рачок – пастух на жемчужных полях»

- И правда, сильно тебя приложили. Но я, действительно, пастух жемчужных полей. Только я не рак. 

«Уходи голос! Уходи голос! У-хо-ди!»

- Эх. Послушай, как мне тебя называть?

«Если ты в моей голове, ты и сам должен знать».

- Я же в нее только пришел.

«Финеас»

- Очень приятно. Я Балок…

«Пастух жемчужных полей, я уже слышал. Почему ты мешаешь честному человеку помереть на дне морском, Балок?»

- Ну, начнем с того, что ты не самый честный человек. Ты кое-что у меня украл. Сегодня утром.

«Я? Украл? Погоди…»

- Припоминаешь?

«Пастух жемчужных полей… Выходит, я добывал жемчуг в твоих угодьях?»

- Ну, не весь. Ты все чаще плавал по диким полям, а не по моим. Но сегодня решил заплыть ко мне. И забрал самую драгоценную из жемчужин!

«Ну, что теперь поделать? Как видишь, судьба уже успела со мной поквитаться»

- Вижу. Что случилось?

«Мне проломили голову железным прутом»

- Кошмар! Это все из-за жемчужины?

«Да. Я не хотел ее отдавать. Спрятал. Но мерзавцы сначала разобрали мой дом, а когда нашли ее - разобрали и мой череп»

- Кошмар, кошмар…

«Не ожидал сочувствия от рака»

- Но куда ее увезли?

«К хозяину»

- У нас с тобой разные хозяева. Куда именно?

«У тебя тоже есть хозяин? Это для него ты растишь жемчуг?»

- Да. Ответь, куда ее увезли? Она все еще у берега?

«Думаю, нет. Эти трое уже скорее всего мчатся во весь опор к хозяину»

Какое-то время Балок молчал.

«Слушай, рачок-пастух, я не хотел, чтобы у тебя из-за меня были проблемы, понимаешь? Я меньше всего в жизни, хочу кому-нибудь докучать. Я просто хотел свой кусочек счастья»

- Эта жемчужина не приносит счастья.

«Да? А по виду не скажешь. До того чудесная»

- И посмотри, где ты находишься благодаря ей?

Теперь замолчал Финеас.

- Человек?

«Да?»

- Предлагаю договор.

«Думаю, у меня еще есть несколько секунд, чтобы выслушать»

- Ты поможешь мне найти жемчужину...

«Так, а что взамен?»

- Жизнь.

«Ого! Ставки высоки»

Сознание Финеаса помутилось. По телу побежали судороги. Мышцы груди и живота задергались, пытаясь найти еще хоть толику воздуха.

- Финеас! Говори скорее! Ты согласен?

«Да…»

Подводный поток схватил Финеаса и поволок прочь.

Глава 3

Первое, что ощутил Финеас – камни под спиной. Шум моря вперемешку с ветром, такой привычный звучал где-то вдалеке.

Он открыл глаза. Над головой растянулось чистое, неприкрыто праздничное небо. Такого на Солёном Берегу отродясь не было. Жители привыкли к бесконечно серым пейзажам. Тусклый песок, чёрные скалы, серое море, вторящее такому же угрюмому небу.

«Так я не на Солёном Берегу», - подумал он.

«Нет», - отозвался голос в голове.

- Балок?

«Да, это я», - ответил голос.

- Где ты?

«Внутри»

- Так это все правда?

«Конечно. Я вернул тебя к жизни, и мы должны найти жемчужину»

- Но зачем ты забрался в мою голову?

«А как иначе мне следить за тобой? К тому же, две головы лучше одной»

- Зачем за мной следить?

«Чтобы знать, что ты действительно ищешь жемчужину»

- Справедливо.

Финеас поднялся. Он потрогал место на затылке, где прежде была рана. Он ожидал нащупать там запёкшуюся кровь, либо широкий рубец, но вместо этого…

- Мать твою! Что у меня на голове?!

«Черепаший панцирь»

- Как панцирь? Как черепаший?

Финеас схватился за голову. Там, где прежде росли волосы, его пальцы нащупали тонкие, но твёрдые ячейки. Словно голову укрывали тонкой шапкой из черепашьего панциря.

- Боже мой! На моей голове панцирь? – Все ещё не мог поверить Финеас.  

«Не только на голове»

- Как, не только на голове?

«Посмотри на руки»

- Какого черта!

Кисти Финеаса с тыльной стороны также покрывали ячейки черепашьего панциря, только меньшего размера. Издалека они смотрелись как очень вычурные обрезанные перчатки, что кончаются чуть дальше костяшек.

«Это ещё не все».

- Что? Ещё панцирь.

Балок не ответил, но так как он сидел в голове Финеаса, тот почувствовал, что есть еще.

- Где?

«Локти, голени и немного стопы. А еще верх спины и грудь»

- Что ты со мной сделал, Балок? Мы так не договаривались! Я стал чудовищем!

«Во-первых - ты был на пороге смерти и у меня не было времени объяснять тебе все детали договора. А во-вторых – ты не чудовище. Да, для человека ты выглядишь немого странно, но что тут такого? Сегодня ты странный, а завтра, быть может, все будут такими как ты, а странным будем кто-то другой»

- Да? Ты думаешь? Завтра все начнут поголовно носить одежду из черепашьего панциря?

Балок не ответил.

- Вот и я о том же. Балок…

«Да?»

- Что с моей кожей? Она никогда не была смуглой, но теперь она серая! – Финеас провел по ней рукой. - И почему такая жёсткая?

«Потому что это кожа акулы»  

- Да чтоб тебя! Серьезно? Кожа акулы? Нет, нет, нет! Это уже слишком! Верни мне моё прежнее тело!

«Это оно и есть. С небольшими изменениями. Каркас точно твой»

- Меня не волнует! Я не хочу быть чудищем морским!

«Послушай…»

- Нет! Верни! Мое! Тело!

«Если я верну твоему телу привычный вид – ты умрешь»

Финеас помолчал.

- Но и это не жизнь. Я же не смогу показаться на людях.

«Ну почему же? Плащ, сапоги, перчатки, капюшон или шляпу, и все – готов к прогулке»

- Смеешься?

«Конечно нет! Финеас, изменения в твоей внешности обусловлены опасностью нашего дела. Ты разве не понял, что прежнее тело не справилось бы? А если и не понял, то поймешь»

- Хочешь сказать, что прут не пробил бы панцирь?

«При должном усилии, конечно бы пробил, но далеко не сразу. Попробуй, ударь кулаком по какому-нибудь камню»

- Я же костяшки все поломаю.

«Не бойся. Попробуй»  

  Финеас подобрал с земли камень.

- И что? Прямо бить?

«Прямо бей»

Он подбросил камень и ударил. Камень дал начало десятку камней поменьше.

- Ого!

«Видишь, есть от этого всего польза»

- А кожа акулья зачем?

«На тот случай, если тебя попытаются зарезать»

- И не смогут?

«Повторюсь, при должном усилии…»

- Я понял, не продолжай. Есть что-то еще? Плавник на спине? Плавательный пузырь? Жабры?

«Кстати, о жабрах…»

- Нет…

«Да, Финеас»

Ныряльщик поднял рубашку, которая все норовила разорваться об новую кожу. Между рёбрами виднелись алые полоски .

- Ну все, приплыли.

«Каламбур получается»

- У меня теперь и каламбур какой-то есть?

«Что? Нет, я не об этом»

Финеас подошел к караю скалы.

«Послушай»

- Тихо! Мне надо подумать.

«Конечно, только побыстрее. Надо догнать тех, у кого жемчужина»

Финеас ходил вдоль края, пока не увидел вдалеке берег. Знакомые очертания серых домиков и чёрных скал.

- Это Солёный Берег?

«Да»

- Но если смотреть с берега, тот здесь не должно быть никакой скалы.

«Но она есть, ты же стоишь на ней»

- Не поспоришь. И как же мне добраться до берега? Тут плыть добрый час на лодке.

«Ты поплывешь куда-быстрее»

Финеас склонился над краем скалы – высота, подходящая для самоубийцы.

«Лучше не пытайся»

- Не знаю, смогу ли я так жить.

«Для того, кто только что обрёл вторую жизнь, ты слишком привередливый. Живи и радуйся. Теперь можешь ловить жемчуг хоть целые сутки напролёт»

Глава 4

- Стрюмас! Открывай верь!

- Тебя убили!

- А я вот воскрес и пришёл по твою душу, доносчик мерзкий! Открывай, сказал.

 «Попробуй кулаком», - посоветовал Балок.

Финеас ударил кулаком, и тот пробил дверь.

- Мамочка! – закричал Стрюмас.

Финеас пошарил рукой и нашёл цепочку, что держала дверь. Миг спустя цепочка полетела на пол. Гость вошёл.

- Добрый день, Стрюмас.

- Ты… Тебя сбросили… Я видел…

- И что теперь? Я что, должен был непременно помереть?  

- Да. То есть… нет, но. Как же прут в голове?

- Бывало и хуже.

«И правда бывало?», - спросил Балок.

«Конечно, нет. Это я его пугаю так»

- Что с тобой стало, Финеас? Ты изменился…

- Ах это. Ничего особенного. Подружился с морским демоном, пока бродил по дну.

- Ох, - простонал от испуга Стрюмас.

«И вовсе я не демон», - заметил Балок.

«Пастух жемчужных полей звучит не так грозно, прости»

- Чего тебе теперь от меня надо?

- Куда делись те трое?

- Не знаю.

- Стрюмас…

- Я не видел.

- А видел, как я дверь сломал?

- Видел.

- Думаешь, ты намного крепче своей двери?

- Финеас, брось ты это…

- Бросить? Как меня с обрыва? Зачем ты им сказал, что я ходил в море?

- Но ты же ходил… Я видел, ты нёс что-то домой. А я давно ничего найти не могу. Вот и решил отвести от себя гнев хозяина. Выдал тебя…

- Выдал меня? Ты убил меня!

- Так ты, правда, был мертв?

«Не стоит ему все рассказывать. Чем меньше люди знают, тем лучше», - сказал Балок.

- Куда они поехали? – спросил Финеас.

- Я правда не…

Финеас ударил по столу. Ножки его обломились и стол превратился в широкий табурет.

- Вдоль берега. На ферму.

«Ты знаешь, где это?», - спросил Балок.

«Да»

«Тогда идем скорее, не будем медлить»

Финеас уже хотел уйти, но остановился в дверях.

- Стрюмас.

- Да?

- Помню, у тебя был плащ, который снял с того утопца, прибившегося к берегу не так давно.

- И что с того?.. 

В новом плаще Финеас шёл мимо домиков ныряльщиков за жемчугом. Любопытные головы прятались в глубинах окон стоило ему на них посмотреть. Он надвинул капюшон ещё сильнее.

- Я же спрятал панцирь под плащом, так чего они шарахаются?

«М-м-м. Боюсь, что кое-что ещё изменилось в твоём теле, о чем я забыл сказать».

- Всё-таки плавник, который видят все вокруг, но только не я?

«Нет, Финеас. Твои глаза»    

- А что с ними? Я хорошо вижу.

«Да, только ты не должен видеть. Тебе что-то сломали в голове и твои прежние глаза больше не видели. Ты уж прости, пришлось поколдовать, чтобы ты вновь прозрел».

- Поколдовать?

Финеас подошёл к окну ближайшего домика.

- Да они белые, как молоко!

«Это жемчуг. Знаешь, у нас есть одна известная песня в море, про жемчужноглазого принца…».

- И что же?

«Если убрать шкуру акулы, панцирь черепахи и добавить тебе побольше мышц – ты вылитый он!»

- Слабое утешение.

«Можно нарисовать зрачок и не отличишь от обычных»

- Я чудовище…

«Глупости. Главное душа»

- Чего? Кто захочет смотреть на мою душу сквозь жемчуг? Скорее выколют глаза, и кто-нибудь потом нацепит их как серьги.

«Ты теперь сильнее чем прежде – не давай выкалывать тебе глаза»

- Если что вставишь новые.

«Это не так-то просто»

- Слушай, а что будет, когда я верну жемчужину?

«Я спрячу ее надежнее, например в ущелье…».

- Я не об этом. Что будет со мной?

«Ах, это. Я постараюсь вернуть тебе прежний облик»

- Постараешься?

«Да. Понимаешь ли, ты очень сильно пострадал. Не все так просто. Могут быть проблемы»

- Это какие?

«Ты можешь умереть, как и должен был»

- Одна новость лучше другой. А что, если я сейчас просто пойду прочь? Не пойду за твоей жемчужиной. Отправлюсь куда глаза глядят.

«Ты не представляешь на что способна эта жемчужина. Ее надо вернуть»

- Да мне нет дела до этой жемчужины!

Люди смотрели в окна и гадали, чего это Финеас ругается сам с собой. Кто-то думал, что он вконец обезумел от голода. Кто-то – что несчастный съел печально известный бледный корень. Другие решили, что к нему в ухо забрался моллюск-паразит и что-то шептал ныряльщику. Последние были ближе всех к правде.

«Я не хотел прибегать к такому»

- Какому?

Акулья кожа сжала мышцы и кости. Черепаший панцирь пополз в разные стороны, и казалось, что голова вот-вот разлетится. Жемчужины в глазницах завертелись и земля улетела из-под ног.

- Прекрати! – простонал Финеас.

«Прости, я не хотел, чтобы до этого дошло»

Когда приступ прошел, Финеас оценил свое положение:

- Значит, я заперт в тюрьме своего же тела. Сделаю, что-нибудь не так и меня разорвет. Единственный способ выбраться – вернуть жемчужину, будь она проклята. И только после этого, возможно, я верну прежнее тело, если не умру. Я ничего не упустил?

«В общем да. Пойми же, причинять тебе боль – это последнее чего я хочу, но жемчужину надо вернуть. Она принесёт много зла в этот мир. Нельзя этого допустить»

Глава 5

Сколько способов придумал человек, чтобы доставить своё или чужое тело из одного места в другое? Бесконечное число экипажей, самые разны породы лошадей, ослов, лосей, быков, собак и даже другие люди, готовы доставить вас по суше, куда угодно за разумную плату в виде еды и плетей. Корабли - большие и поменьше - драккары, бриги, фрегаты, каравеллы, барки, шхуны готовы доставить вас по морю. Но Балок нашёл решение куда изящней. Финеас мчался к ферме ухватившись за гигантскую рыбу-парусник.

Они преодолели половину пути, когда Балок остановил рыбу.

- Что случилось?

«Кровь в воде»

- Я не чувствую.

«Выйдем на берег»

Финеас подплыл к берегу и обнаружил на песке одного из громил, что сбросил его с обрыва.

- Ого!

«Он мертв?»

- Похоже. – Финеас осмотрел колотые раны на груди. – Точно мертв. Похоже на них напали.

«Посмотри, может у него жемчужина»

Помимо пары монет и кастета в карманах ничего не нашлось.

«Пойдём по следам»

Финеас пробрался через кустарник и оказался на дороге.

- Следы коней и ног, - осмотревшись, сказал он. – Тут они спешились.

«Смотри, на кустах ещё кровь»

- И правда.

Только он коснулся ветки, как за кустом кто-то прохрипел.

- Кто там? – осторожно спросил Финеас.

- Акх-х-х…

«Раненный»

Финеас раздвинул ветки и увидел под кустом второго громилу.

«Может у него жемчужина?»

- Эй, бандит! Жемчуг у тебя?

- Э-э-э…

Финеас вытащил громилу из под куста.

- Мда. Он скоро присоединится к брату.

- Он обманул…

«Что он сказал?»

- Что их обманули. Кто вас обманул?

- Он забрал себе…

- Похоже, тот третий забрал жемчужину. Не хотел делиться наградой, вот и убил этих двух.

«Одного»

- Да нет. Вот и этому пришел конец.

Громила потянулся к железному пруту, но рука обмякла, и голова скатилась набок. Финеас забрал оружие, которое едва не погубило его самого.   

«Началось…», - огорченно сказал Балок.

- Ну, это еще ни о чем не говорит. Они могли бы поубивать друг друга и за меньшее, а тут такая красота.

«Жемчужина набирает силу, надо спешить!»

- Она может стать сильнее?

«С каждой загубленной жизнью она становится все сильнее. Видишь? Теперь уже двое пали ее жертвой»

Финеас вернулся на берег, возле которого, ожидая, нарезала круги рыба-парусник.

- Вот доберёмся до фермы и что? Там таких же бандитов десятка два. Я, быть может, сильнее чем прежде, но там целая армия!

«Ты справишься»

- И это все? Я ожидал… ну, не знаю… советов что ли.

«Советов? Хорошо. Ты не обязан драться со всеми бандитами, нам ведь нужен только тот, кого вы зовете хозяином»

- А остальные подождут в сторонке, пока я отбираю жемчужину?

«Можем их отвлечь»

Ферма, к которой держали путь Финеас и Балок, некогда была большим рыбачьим домом в два этажа с причалом, что уходил далеко в залив. Фермой же ее стали называть когда хозяин устроил вокруг несколько прудов, где стал разводить редких рыб для самых разных нужд. В основном рыбы шли на дела аптекарские, некоторых выращивали специально к столам богатеев, правда есть тех рыб было невозможно, слишком уж костистые, а потому они сверкали чешуей, нетронутые, посредине стола. Заполучить на свадьбу дочери, развод с женой, завершение крупной торговой сделки, трёхглазую бронзовую щуку, глаза которой шевелились даже после смерти, считалось верхом стиля в городах далёких от берега. 

Работники фермы, коих Финеас окрестил не иначе как «бандитами», и занимались уходом за вышеназванными диковинными рыбами. Развлечений у них почти не было: набеги на ныряльщиков из окрестных деревень, редкая охота в ближайших полях, игра в карты на затрещины, но самым любим развлечением была гарпунная охота на крупную рыбу, что изредка заплывала в залив. И не было предела радости мужикам, когда в тот день возле причала показался гребень парусника.

- Мужики! Перерыв! Тащите гарпуны!

Под крики и улюлюканья вся ферма собралась на причале, вооружившись гарпунами. Кроме хозяина. Ему были чужды подобные развлечения. Цифры – вот с чем он любил повозиться. Прибыль была его лучшей подругой, убытки – заклятым врагом. Его нисколько не беспокоило, каким образом к нему поступает жемчуг. Как заплатить поменьше и продать подороже – вот его задача. Погруженный в тяжкие думы, как расширить рынок бронзовых щук, он сидел, словно в трансе, и не услышал, как звонко прут ударился о голову спящего стража двери.

Дверь в кабинет открылась

- Ты долго, Сезар, - не отрывая глаз от счетной книги, сказал хозяин.

- Я не Сезар.

- Тогда мне не о чем с вами говорить.

«Быстрее, Финеас, они могут вернуться в любой момент»

- Мне нужна жемчужина, - сказал Финеас.

- Только оптом, от ста штук.

- Чего?

- Только о ста штук. Черные нынче по пятьсот, бледные по триста.

- Мне нужна одна конкретная. Та из-за которой я чуть не умер.

Хозяин даже не повел ухом.

- Только оптом.

«Он, похоже, не понимает, о чем речь»

- Сегодня вам должны были привести жемчужину, золотого цвета с тремя красными каплями внутри. Мне нужна именно она.

- Сегодня жемчуг не привозили.

Глава 6

Сумасшедший крик чаек, бесконечная ругань моряков, мокрые, скользкие, извитые дорожки из мелкого чёрного камня, что приведут тебя не то в кабак, не то в бордель – все это неотъемлемая часть многих портовых городов. В таких местах всегда слышны непонятные слова заморских пиратов, что уносят мечтательные умы подальше от серого берега. И всегда там можно найти что-нибудь диковинное, чудное, доселе невиданное. Обереги диких племён, курительные трубки длинной в три локтя, осколки лунных камней, крохотные зверьки, смотрящие на вас такими жалостливыми глазками-бусинками, бочки с вином, прилавки со сладчайшими овощами по соседству с разделанной рыбой – все ещё не нашли, что искали? Тогда стоит пройти подальше. Да, вот туда, в переулок. Ничего что темно, зато никто лишний не сунется. Там увидите точно такие же ряды лавок, за которыми будут стоять такие же зазывалы, только продадут вам то, за что по местным законам покупателю отрубят руки, а продавцу голову. Тут тебе и вещества дурманящие, и камни драгоценные, снятые с тел мёртвых принцесс, и орудия самострельные, и порошки горючие. Прилавки пестрят всем самых опасным, а потому вдвойне манящим. И продавцы стоят своего товара. Одноглазые, обгорелые, лысые, покрытые татуировками, с всевозможными язвами от тропических болезней – один краше другого. Но все одинаково рады вас видеть, коль решили что-нибудь прикупить и облегчить свой кошелёк. Среди такого сброда, человек в плаще с капюшоном не смотрится так уж загадочно. Подумаешь, кожа серая и руки в наростах, зато их две! Не каждый в том тёмном переулке мог этим похвастаться. Глаза сплошь белые? Так и что? Если он ими товар разглядит, так пусть будут хоть сплошь красные в зелёную крапинку! Так и ходил Финеас по лавкам высматривая, где бы прикупить жемчуга.

«Сколько же тут всего»

- Угу.

«Да только жемчуга нет»

- Извините, - обратился Финеас к карлику, что навесил на руки бусы из разноцветных камней. – А жемчуга у вас нет?

- Конечно есть, смотри! Сплошь жемчуга! Красные, синие, кислые, сладкие! На любой вкус.

«Это не жемчуг», - заметил Балок.         

- И сам знаю. Пошли, у той женщины спросим.

«Думаешь, среди ее ковров завалялась наша жемчужина?»

- Нет, но девушка может знать, где достать украшение. Красавица! – приветливо сказал Финеас.

-  Я красавец. Не смущайся, - после неловкого молчания продолжил торговец. - Знаю, у вас не принято, чтобы мужик отращивал, красил волосы и лицо, да и серьги как-то не в ходу. Коврик, стало быть, интересует? Или ты позаигрывать подошёл?

Если бы новая кожа Финеаса могла покраснеть от стыда, то щеки бы его горели, но он только покашлял, чтобы выиграть время и уложить в голове тот факт, что перед ним мужчина.

- Ни то, ни другое. Я тут жемчуг ищу.

- Ах. И ты решил, что такой красавец как я обязан знать, где его раздобыть? – Торговец поправил поясок фиолетового халата и закинул назойливую прядь волос за ухо. – И ты не прогадал. Действительно, знаю. Только ты не обижайся, ты не похож на того, кто может расплатиться.

«Она… Он правду говорит. Мы с тобой даже на нищего моряка не похожи»

- Слушай, а хочешь выглядеть посвежее, а? Навести шик на своё серенькое тельце?

- Ну…

- Пошли за мной.

Торговец подскочил и скрылся в переулке.

- Пойдем за ним?

«Он, вроде как, знает про жемчуг. Пошли»

В переулке была лишь одна единственная дверь, да и то не совсем дверь. То была железная решётка, какие стоят в тюрьмах. Финеас подошёл поближе и сквозь решётку увидел целый зал полуголых женщин.  Они ходили в цветастых колготках и в сапогах почти до колен. Груди и животы их прикрывал только табачный дым, который напустили гости заведения.

Цветастый торговец перемолвился парой фраз с единственной одетой девушкой. Та посмотрела на Финеаса и кивнула головой. Торговец махнул рукой и Финеас вошёл.

- Что это за место? - спросил ныряльщик за жемчугом. 

- Клуб по интересам, - ответил торговец.

- Интереса к голым грудям?

- Ко всему в целом. Чулки и сапоги нравятся многим гостям.

- Разве может быть что-то лучше голой женщины?

- Я смотрю, ты давно не испытывал женской ласки. В наши времена слишком легко оголить девушку. Теперь платят за то, чтобы она была одета в нужных местах. Да ты заходи.

Они прошли в комнату на втором этаже, уставленную шкафами.

- Присядь пока.

Финеас сел в кресло. Старое, пыльное, вмятое, но все равно удобнее его родной кровати.

- Что бы тебе подобрать… - призадумался торговец.

- А чья это одежда?

- Неблагодарных клиентов.

- Боже. Они мертвы?

- Кто?

- Клиенты.

Торговец рассмеялся и отмахнулся рукой так естественно, как не каждая девушка сможет.

- Конечно нет. Это же не клуб убийц. Это клуб чулок и сапог. «Чулки и сапоги», на вывеске написано. Если ты, конечно, умеешь читать.

- Так, а что с бывшими хозяевами?

- Любой, кто обидит девочек, отправляется в нагую прогулку. То есть идёт голый мимо всех лавок и кабаков. Бывает, что здесь факт наготы играет куда более значимую роль, чем то, что ты мужчина. Есть, так сказать, любители…     

Несколько минут торговец бегал от шкафа к шкафу, перебирая и подставляя одежду друг к другу и, наконец, остановился.

- Ну вот. Примерь-ка.

- Мне бы с капюшоном.

- Так они жутко некрасивы.

- Иначе мне никак.

- Это почему? Хотя, какое мне дело. Сейчас посмотрю с капюшоном.

Глава 7

Был ли у Вирпа центр в привычном смысле, сказать трудно, но окраина точно была. Одноэтажные домики со дворами шесть шагов на десять, устланные грязью и помоями дороги, своры бешеных собак, тощие, сухие лошади, скрипучие телеги, везущие что-то весьма незаконное, сутулые, вечно оглядывающиеся горожане, противный запах кислой капусты и рыбьей требухи – вот, что встретит вас зайди вы чуть подальше торгового переулка.

- И что будем делать?

«Постараемся незаметно забрать девушку и тут же уйдём»

- Какой там дом?

«Третий от колодца», - напомнил Балок.

- Мы на месте.

Финеас стоял перед единственным домом, который мало того, что имел два этажа, так ещё и был сделан из красного камня. Окна первого этажа сияли от бесчисленных свечей, тогда как на втором этаже царил мрак.

Во дворе шумела очередь.

- Попробуем войти?

«Может в обход?»

Финеас обошёл дом и встретился с человеком, что стерёг задний вход.

- Тебе, господин, в другую сторону, - сказал кривоносый страж.

- Да, я тут искал…

Кривоносый уставился на Финеаса.

- Туалет.

Кривоносый расхохотался.

- Оглянись, господин, тут везде туалет. Хочешь сделать дело – делай. Только подальше от меня отойди.

- Да, спасибо.

- Всегда не за что.

Финеас вернулся к очереди и встал позади лысеющего старика.

- Новенький? – обернувшись, спросил старик.

- Ага.

- Вы гость? Или за девушкой?

- За девушкой.

- Что же. Говорят, новичкам везёт. Пожалуй поставлю сегодня на вас.

Очередь продвигалась вперёд и Финеас увидел, что на входе громила досматривал гостей. У некоторых с собой были ножи, стилеты, топоры и другие игрушки. Громила старательно прислонял оружие к линейке, проверял остроту лезвия на конском волосе и возвращал гостю.

- Смотреть или играть? – спросил громила старика.

- Боливар, - с каким-то укором произнёс старик, - конечно смотреть. Наигрался я уже.

- Проходите.

Финеас оказался перед громилой. Тот прищурил единственный целый глаз.

- Смотреть или играть?

- Я за девушкой.

Громила хмыкнул и смерил Финеаса взглядом.

- Оружие, - сказал он и протянул руку.

- Так у меня нет.

- И как ты собрался за девушку драться?

«Так вот почему Самина предлагала нож»

Громила ухмыльнулся и пропустил Финеаса.

Те гости, у которых с собой было оружие толпились на первом этаже вокруг небольшой, огороженной канатами арены. Те же, что пришли посмотреть поднимались на балконы, на второй этаж. Перед ареной стоял стол, за которым сидели трое. Разодетые не хуже торговца коврами, только на мужской манер, с закрученными усами, острыми бородками, остроугольными шляпами – это и были барды.

 «Бардов мы нашли, осталось найти девушку»

- Всё! – прокричал Боливар и запер дверь изнутри.

Бард, что сидел посередине, достал из-под стола рамку с колокольчиком и ударил пальцем.

На миг присутствующие замолчали, но следом разразились бурей аплодисментов и радостных воплей.

- Господа игроки, - обратился бард к вооруженным гостям, - приветствую вас на сто пятьдесят шестых играх. Сегодня с нами победитель тридцати игр – Жарни.

В ответ на это мужик, что почти доставал головой до балкона, поднял руку вверх. Если бы ему вздумалось снять кого-нибудь со второго этажа – никто бы ему не помешал.

- Вечер обещает быть интересным, ведь снами нерийский наемник – Кру-Катур.

Чернокожий человек кивнул головой.

- Много здесь наших старых друзей, но есть и новые лица, - смотря на Финеаса, сказал Бард. – Вечер обещает быть интересным!

Бард что сидел справа что-то шепнул тому на ухо.

- Ах, чуть не забыл. Сегодня к нам присоединился комендант! – Он указал на седого человека в тёмно-синем плаще на втором этаже. – Господин комендант помимо того, что будет делать ставки на бои, в этот раз выставил своего игрока. Где он? Покажись, герой!

Из толпы вышел молодой человек в кожаной куртке того же цвета, что и плащ коменданта.

- Капитан Бертуччи сегодня по нашу сторону закона! Поприветствуем!

Все поаплодировали молодому воину. Комендант довольно кивнул ему.

- Что же, не будем затягивать. Начнём игру!          

Бард снова ударил по колокольчику.

Громила Боливар вывел на сцену девушку. Сказать, что она красивая – не сказать ничего. В глазах её жила холодная ночь. Волосы тяжёлой копной спадали до пола. 

«Мы же не знаем, как выглядит наша девушка»

- Она будет в чулках и сапогах, полагаю.  

«Хм, весьма вероятно. Поглядим что, надо делать»

- Кто первым пойдет биться за заморскую красавицу?

Великан Жарни перешагнул через канаты.

- Первый боец есть! Кто выйдет против Жарни?

Смельчак нашелся не сразу. Из толпы вышел парень, совсем еще молодой и щуплый. В руках он держал цепь, на конец которой кто-то неумело примостили нож.

Бард, что сидел слева отправился наверх.

- Господа, - сказал, сидящим на балконах, средний бард, - мой брат уже отправился к вам. Делайте ваши ставки.

Он достал из-под стола песочные часы и перевернул их. Когда весь песок просыпался он ударил по колокольчику.

- Конец ставкам! Начинаем! – он ударил по колокольчику еще раз и парень набросился на чемпиона Жарни.

Цепь пролетела возле шеи великана и оставила тонкую алую полоску.

По лицу парня было видно, что он рассчитывал только на этот удар. Все его дальнейшие надежды рассеялись вместе с тяжелым ударом Жарни. Он отлетел к канатам, сложился пополам и скрылся в толпе.

Глава 8

«Почему на нас так косо смотрят?»

- Потому что я несу связанную полуголую девушку, которая норовит приласкать меня сапогом.

- Дружище! – вскинул руки торговец коврами. – Ты уже обернулся? А чего наша подруга так нервничает?

- Пройдем внутрь и вы поговорите вдоволь.

- Идем.

К тому времени как Финеас вернулся, посетителей в «Чулки и сапоги» не осталось. Девушки облачались в обычные одежды и собирались по домам. Самина поторопила их, когда в дверях появился Финеас с девушкой на плече.

Пока Самина распутывала узлы на руках девушки торговец спросил:

- Дражайший, мы ведь не знаем твоего имени. Представься, о герой, что спас чудесную принцессу из лап трехголового барда!

- Финеас, - не без удовольствия сказал ныряльщик.

«Ты что? Ты же только что говорил, что ты Балок!»

- А… Балок, - поспешил исправиться Финеас.

- Стало быть, Финеас – имя, Балок – фамилия.

«Поздно оправдываться, - решил Балок, - пусть так и думают»

- Да, - подтвердил сразу все Финеас.

- Я Сауль, - торговец протянул Финеасу руку, изогнув ее, словно принцесса для поцелуя. – С Саминой ты уже знаком, а вот эта чудесная беглянка…

- Дайте мне прикончить этого бледноглазого! – завопила девушка, как только ей освободили рот.

- Камира, - закончил Сауль.

- Сестра, - сказала Камира, - дай мне нож, и я перережу ему глотку!

- Тихо! Он тебя спас, а ты такое говоришь? Стыдись, сестра.

- Спас? Он все испортил!

- Но он вырвал тебя из рук бардов. Ты же сама знаешь, что я не могла там появиться. А он появился. И спас.

- Только потому, что ты не можешь к ним заявиться я и дала себя поймать. Самина. Мы с капитаном Бертуччи…

Самина попятилась назад. Она бы так и упала, не упрись руками в стол. Камира замолчала и потупила взгляд.

- О… мой… Бог… - прошептал Сауль.

- Что случилось? – тихо спросил его Финеас.

Миг спустя Самина пришла в себя. Щеки ее налились огнем. Жилы выступили на руках – так крепко она вцепилась в крышку стола.

- Вы с капитаном?

- Сестра…    

- Молчи! – рявкнула Самина. – Негодная девчонка! Ты решила, раз нет законного пути вам быть вместе, то незаконный ничем не хуже, так?

- Но Луи…

- Ах, он уже Луи? Луи истязатель? Луи каратель? Капитан Смерть? Это ведь все про него! Камира, как ты могла пойти на такое?

- Все это сплетни. Он не такой. Он нежный и…

- И что?

- Он любит меня.

- Ох, да у него таких как ты полные тюрьмы!

На этот раз краской вспыхнули щеки Камиры.

- Неправда! Это не так! Я у него одна! Сам комендант пришел к бардам, чтобы помочь Луи. Чтобы дать нам быть вместе.

- Да он бы отдал тебя тому самому коменданту.

- Нет! Мы бы бежали с ним.  

- Как хорошо, что у вас ничего не вышло. Погоди. Раз капитан должен был тебя выиграть в бою, но ты здесь, значит…

Все обернулись на Финеаса. Сауль и Самина с удивлением, Камира с ненавистью.

- Финеас Балок победил капитана Бертучии? – спросил Сауль.

- Так и было.

Сауль присел на стул и рассеянно забегал глазами. Самина все еще смотрела на Финеаса, но без прежнего пренебрежения. Он неожиданно вырос в ее глазах.

- Ты убил его? – спросила она.

- Еще чего! – вмешалась Камира. – Он бы и пальцем его не тронул!

- Выходит, что тронул, раз ты здесь.

- Ему повезло…

- Так он мертв?

- Не думаю, - сказал Финеас. – Ему крепко досталось, но не настолько, чтобы погибнуть.

- Он придет за мной и заберет! Все равно мы будем вместе.

- Какая же ты еще юная, сестра.

- Зато ты старуха. Черствая старуха!

Начались обоюдные признания в любви с применением самых неочевидных образов и сравнений.

- Оставим их, - сказал Сауль и позвал Финеаса выйти.

Улица опустела. Торговцы разошлись. Матросы разбрелись по кабакам и тихонько гудели о своем. Только в «Чулки и сапоги» шумели сестры.

- Так, что ты там хотел узнать?

- Жемчуг. Где здесь можно найти жемчуг?

- Так-так… У карлика был? – спросил Сауль с самым серьезным видом, но тут же рассмеялся. – Шучу! Ладно, давай серьезно. Есть пара торговцев, у которых можно найти нечто подобное…

- Мне не нужно «подобное», мне нужен именно жемчуг.

- Тогда чуть сложнее.

- Быть может, есть какой-нибудь ювелир?

Сауль помолчал, вспоминая.  

- И правда, есть.  

- И где он?

- Живет он не в городе, но контора его здесь. Только ты не обижайся, Финеас Балок, но тебя туда и на порог не пустят.

- Почему? Я же одет, как с иголочки.

- Больно дешевой иголочки. Ну да дело твое. Контора сейчас точно закрыта. Откроется утром. Видишь башню, вон над тем домом? Вот направо по улице от нее пойдешь и уткнешься в двухэтажный домик – это контора ювелира. Честно, я бы на твоем месте туда не совался.

- А куда бы посоветовали?

- Схватываешь на лету. Есть у него склад небольшой, он тут, в порту. На складе работает один ладный мальчишка, вот он продает кой чего с черной двери. Вот к нему бы я и советовал обратиться.

- Да нет. Та жемчужина скорее всего в конторе будет.

«Либо у него дома», - добавил Балок.

- Если что, склад тот, стоит от корабельной мастерской недалеко. Как увидишь собаку дохлую так скоро и склад появится.

- Дохлая собака? Ненадежный ориентир.

- Так она бронзовая. Да будь и из плоти и крови, ее бы все равно не тронули.

Глава 9

Мало кому приходилось пережить столько всего в один день. Найти сокровище, почти умереть, обрести вторую жизнь и обновленное тело, призвать кракена, плыть верхом на рыбе-паруснике, победить в первом же бою за девушку – не мало, правда? Немудрено, что после такого Финеас не мог уснуть. Он так и лежал на расстеленном на полу одеяле, пока Балок не вмешался.

«Не выходит?»

- Не-а.

«Давай я попробую помочь»

Дом Сауля находился вдали от берега, но море зазвучало так, словно дом стоял посреди серых вод.

- Потише, Балок, ты всех разбудишь.

«Это только в твоей голове, как и мой голос. Послушай…»

И действительно, сквозь шипящие удары волн друг о друга послышалось пение. Тихое. На неизвестном языке. Слишком мягкое для человеческого языка, но чересчур правильное для животного.  

- Что это? Это ты поешь?

«Ах, если бы. Это сама Вода»

- Как чудесно… Почему я раньше не слышал?

«А ты слушал?»

- Нет…

Больше Финеас ничего не сказал. Влекомый первобытной симфонией, он уснул.

Во сне ему виделось, как он соревнуется с кракеном в силе. Призом же служила рука подводной принцессы. Финеас победил, и когда подошел к трону увидел, что принцесса – вылитый Сауль. Он попятился назад, а принцесса простерла к нему руки и сказала: «Очнись! Очнись, Финеас!»

«Очнись, Финеас», - повторил Балок.

- Что?

«Скоро встанет солнце. Нам пора»

- Да, ты прав. Слушай, Балок…

«Что?»

- Раз уж ты в моей голове, то ты видишь мои сны?

«Словно через мутную воду»

- И мысли, стало быть, мои читаешь?

«Не совсем. Я слышу твой внутренний голос, когда ты обращаешься ко мне. Остальное вызывает во мне смутные ощущения, которые я не всегда могу верно распознать»

- Это хорошо. Я уж думал, что совсем не могу побыть наедине. Ладно, пошли.

Финеас покинул дом Сауля и взял ориентир на башню, указанную вчера. Столь ранним утром на улицах гуляли только кошки, да кое-где на домах чистили перья чайки. Но перед самым домом с башней ему встретилась Самина.

- Доброе утро. А вы чего так рано?

- Искала Камиру. Мы повздорили и она опять сбежала.

- К капитану?

- Не знаю. Боюсь, что к нему.

- Он сейчас должно быть отлеживается где-нибудь. Я ведь хорошенько попал.

Вопреки ожиданиям прежнего эффекта сила Финеаса не произвела.

- Прощай, - сказала она и побрела дальше.

- Прощай. Даже не спросила куда я иду.

«А ты бы этого хотел?»

- Да. Это было бы вежливо.

«Пошли дальше, до конторы рукой подать»

Вот показался домик из красного камня. На вывеске над дверью выжгли рисунок кольца, а вместо камня в дерево вставили красное стекло. Окажись оно в руках портового карлика, он бы продал его как рубин.

- Что будем делать, Балок?

«Постучим в дверь?»

- Звучит как план. Давай.

Только Финеас зашагал к двери, как на дороге показалась карета. Он нырнул в подворотню и притаился за горой мусора.

«Зачем ты спрятался?»

- Не знаю. На всякий случай. Пусть проедут, а потом пойдем.

Но карета не проехала, она остановилась напротив дверей конторы.

- Первый гость. Погоди, это же…

Из кареты вышел Сезар. Но он не спешил заходить внутрь. Вор и убийца достал трубку и закурил. Ветер донес до Финеаса знакомый запах табака.

- Это он, Балок. Вот он, мой убийца.

«И вор моей жемчужины»

- Что будем делать?

«Надо выяснить, где сейчас жемчужина. Подберемся поближе»

Финеас перебежал улицу, обошел соседний дом и оказался позади кареты. Оттуда он слышал, как причмокивает Сезар, потягивая дым.

- Может размозжим ему голову и дело с концом?

«Вдруг жемчужина не у него? Надо подождать»

В этот миг дверь конторы открылась. На пороге показалась точная копия Сезара только сутулая и почти облысевшая.

- Энзо.

- Сезар.

Так братья поприветствовали друг друга и забрались в карету.

- Что делать, они сейчас уедут!

«Цепляйся за днище!»

- Но я не выдержу.

«Это не твое прежнее тело, не забывай»

Финеас снял перчатки и ухватился за дно кареты. Акулья кожа, словно приросла к древесине.

Карета тронулась. О чем говорили братья во время поездки Финеас не слышал. Зато на всю жизнь запомнил, как звучит подкова о камень. Финеас смотрел по сторонам, гадая, куда они едут и понял, как только приметил бронзовую собаку.

- Мы едем на склад.

«Хорошо. Быть может, там мы узнаем, где жемчужина»

Вскоре карета остановилась. Братья прошли к серому одноэтажному деревянному дому. Финеас выбрался из-под кареты и притаился под окном склада, в переулке.

- Хорошо, я понял, - сказал неизвестный, что вышел со склада. – До свидания!

«Отправили сторожа», - предположил Балок.

- Быть может.

«Поищи открытое окно, надо бы пробраться»

На заднем дворе склада нашлось единственное незакрытое окно. Незакрыто оно было только потому, что его покрывала железная решетка.

Финеас потянул за прутья. Решетка тихонько хрустнула и отошла от окна.  Миг спустя Финеас, притаившийся за бочкой, следил за разговором братьев.

- Сколько предложили?

- Десять тысяч. Они не стали торговаться. Приняли первую же цену.

- Хорошо. А кто они?

- Так я тебе и сказал.

- В чем дело, Энзо?

- В том, что ты меня грохнешь, как только я скажу, кто покупатель.