#фирина в зоне.

#Вместо предисловия.

Конечно! Вот расширенная версия «Вместо предисловия». Теперь она стала почти отдельной маленькой главой — задаёт тон, знакомит с миром и с Фириной, интригует читателя.

---

### Вместо предисловия

В Зону ходят только мужики.

Это не закон. Никто не писал приказа «женщинам вход воспрещён». Нет табличек на Кордоне, нет полосатой ленты с надписью «только для мужчин». Но так сложилось. Так повелось. С самого первого дня, когда Зона проснулась и дохнула на мир аномалиями и артефактами.

Мужики уходили туда с рассветом. Возвращались — кто с хабаром, кто с пустыми руками, кто на щите. Они пили горькую у костров, травили байки про кровососов, меняли патроны на тушёнку и считали, что Зона — это последнее место на земле, где женщине делать нечего.

— Баба в Зоне? — смеялись они. — Да она там через час сдохнет. От страха, от грязи, от того, что волосы мыть нечем.

Они не злые. Просто привыкли. Привыкли, что мир сталкеров — это мир без юбок, без духов, без долгих разговоров. Мир, где всё решается автоматом, болтом и крепким словцом.

А потом пришла Фирина.

Она не была первой женщиной, которая рискнула сунуться в Зону. До неё тоже были. Но те либо быстро уходили, либо превращались в «своих парней» — стриглись под ноль, надевали мужские куртки, начинали материться и курить. Словом, переставали быть женщинами.

Фирина не стала переставать.

Она пришла в бункер к Сидоровичу в обычном комбинезоне (немного великоватом, потому что мужской), с обычным рюкзаком (тоже мужским, но с нашитым на лямку крошечным цветочком — её рук дело) и с термосом в руке.

— Что в термосе? — спросил Сидорович, когда она переступила порог.

— Компот, — ответила Фирина.

Сидорович тогда не знал, что это слово станет её визитной карточкой. Что через месяц вся Зона будет знать: если где-то пахнет компотом — значит, Фирина рядом. А если Фирина рядом — значит, либо аномалия сейчас чихнёт, либо кровососы будут петь песни, либо случится что-то ещё, от чего у бывалых сталкеров завянут усы.

Она не герой. Не супермен в юбке. У неё нет горы оружия за спиной. Нет бронированного костюма последнего поколения. Нет плана на каждый день.

У неё есть термос, улыбка, женская интуиция и странная привычка — разговаривать с теми, с кем нормальный человек не станет разговаривать.

С аномалиями. С полтергейстами. С кровососами.

С Монолитом.

Да, и с ним тоже. И это вышло, пожалуй, самой странной беседой за всю историю Зоны.

В общем, не буду забегать вперёд. Вы всё прочитаете сами.

Скажу только одно: эта история не про то, как женщина доказала, что она круче мужиков. Нет. Это история про то, как человек остался собой в мире, где все требуют быть кем-то другим.

А ещё — про компот. Много компота.

И про то, что иногда, чтобы всех удивить, достаточно просто сказать «нет».

Даже если это «нет» — самому Монолиту.

*Приятного чтения.*

*P.S. Если вы мужчина и читаете это предисловие — не обижайтесь. Фирина вас любит. Честно. Просто вы иногда бываете очень забавными, когда афигеваете.*

*P.P.S. Если вы женщина — вы уже всё поняли. Берите термос и вперёд. Зона ждёт.*

# Глава 1. Женский подход

Меня зовут Фирина. И да, я поехала в Зону. Не как все нормальные люди — в отпуск на море, а как ненормальный сталкер. Туда, где даже мужики крестятся на каждый чих полтергейста.

Сидорович, когда я вошла в его бункер, сначала долго моргал. Как филин, у которого отняли любимую мышь.

— Ты чья? — спросил он таким тоном, будто я случайно забежала к нему в туалет.

— Фирина. Сталкер. За заданием.

Он отложил свой бесконечный бутерброд (без колбасы, просто хлеб с маслом, чтоб вы знали) и подался вперёд.

— Слушай, девушка... Тут такое дело. У нас Зона. Аномалии, мутанты, артефакты. Понимаешь? Не женский это спорт.

— Почему это? — я оперлась локтями на его прилавок, отчего он нервно сглотнул.

— Ну... — Сидорович замялся. — Тяжело. Грязно. Опасно. И потом, у нас все сталкеры — мужики. Какие бабы? Это как если бы ты в шахту полезла или на траулер.

— А что, там проверяют пол перед входом в Зону? Стоит дядька с табличкой «только для мужчин»?

Сидорович понял, что аргументы кончились. Он вздохнул, почесал затылок и сдался.

— Ладно. Есть тут одно дело. На вышку за Болотом надо залезть, посмотреть, не мигает ли там аномалия. Задание для прыщавого новичка, не для героя. Но предупреждаю: если сожрут — я тебя знать не знаю.

— Справедливо, — кивнула я. — Сколько?

— Договоримся. Только вернись, ладно? А то потом мужики меня засмеют: «Сидорыч, ты бабу угробил».

Я взяла карту, сунула за голенище (куда ещё? в бюстгальтер не положишь, у меня там не сейф), и пошла к выходу. На пороге обернулась:

— Сидорович, а датчик аномалий можно женский? Чтобы на вибрации работал?

Он посидел ещё минуту, потом достал из-под прилавка наган и проверил, заряжен ли. Мало ли что. Бабы в Зону — это вам не шутки.

А я вышла на воздух и улыбнулась. Мужики, мужики... Вы даже не представляете, как тяжелая сумка с хабаром смотрится, когда несешь её, а не тащишь по земле. И как арт «Комариная плешь» боится женской интуиции. И главное — кровососы пугаются, когда им улыбаешься. Проверено.

Зона, встречай. Фирина пришла по делу.

# Глава 2. Особое меню

После вышки я заглянула на «Ростовщика» не от хорошей жизни. Ноги гудели, комбинезон хрустел на сгибах от какой-то болотной дряни, а в ухе до сих пор звенело от того, как аномалия «Весёлка» чихнула мне в затылок.

Бармен — дядька с лицом человека, который всё уже видел и всё уже перепробовал, кроме, возможно, дружбы с котом-мутантом — встретил меня стандартной фразой:

— Ты чья, красавица?

Я рухнула на табурет. Тот жалобно скрипнул, но выдержал. Хороший табурет, привыкший к мужским задницам.

— Фирина. Сталкер. Делать мне тут больше нечего, кроме как по табуреткам вашим прыгать.

Бармен усмехнулся. Достал из-под стойки тряпку (грязную, не приведи археолог) и начал методично натирать ею идеально чистый стакан. Ритуал такой. Без этого он, наверное, не может разговаривать.

— Слышал, слышал. Сидорович уже растрепал. Говорит, баба ходячая, а толку как с... ну, в общем, сказал, что ты жива. Это уже достижение.

— Я не просто жива, — я положила на стойку артефакт. Маленький, пульсирующий слабым голубым светом. — «Слеза». С аномальной вышки. Пусть Сидорович подавится своим скепсисом.

Бармен перестал тереть стакан. Посмотрел на артефакт, потом на меня.

— Ну, блин, бабы... — протянул он с уважением. — Ладно. Раз ты такая деловая, есть у меня одно дельце. Только сразу скажу — не для неженок.

— Я не неженка. Я стала в «Бур» на прошлой неделе. Без костюма. Просто подошла и сказала: «Будь добр, не выкидывай меня в небо». И он не выкинул.

Бармен поперхнулся воздухом. Видимо, представлял картину.

— Ладно. Слушай. Тут на Янтаре один прибор сломался. Не мой, заказной. Надо забрать с него одну плату. Только там, сама знаешь, полтергейсты как бездомные псы — сворачиваются в клубок и спят на каждом углу.

— Полтергейсты — это ещё цветочки, — вздохнула я. — А там есть эти... ну, которые копошатся?

— Псевдоплоти? Есть. Но ты ж баба, — он хитро прищурился. — Уговори их по-женски.

Я подумала. Потом наклонилась к стойке.

— Бармен, а у вас тут вообще женская логика в ходу? Или только мужская — «заткнись и стреляй»?

— А ты попробуй, — он подвинул ко мне карту. — Задание, кстати, не простое. Зато оплата — двойная. Если вернешься.

— Почему двойная?

— Потому что если не вернешься — я объявлю сбор на твои похороны. А мужики скинутся, я их знаю. Любят героических дур. Особенно в юбке. Даже если юбки нет.

Я встала, забрала карту.

— Бармен, я вернусь. И тогда ты мне нальешь самый лучший компот из сухофруктов, который у тебя есть. И без сахара, я на диете.

— Какой компот?! — возмутился он. — У меня тут сталкеры пьют... ну, в общем, не компот!

— А я пью компот. Привыкай. Женщина в Зоне — это не только артефакты и выживание. Это ещё и правильное питание.

Он сдался. Выдохнул. Достал из-под стойки мятое яблоко (наверное, с самого Кордона) и протянул мне.

— Перекуси хоть. А то сдохнешь с голоду — кто ж мне тогда компоты заказывать будет?

Я взяла яблоко, надкусила. Кислое, как сам Бармен. Но вкусное.

— Не помру, — пообещала я. — И плату принесу. Только смотри: если меня не будет через три дня — шли мужиков. Но не чтобы спасать, а чтобы они посмотрели, как надо артефакты носить, не кряхтя при этом.

Бармен покачал головой, налил себе (мне, естественно, нет) тёмной жидкости из-под прилавка, выпил залпом и сказал в пустоту:

— Ну, Зона, держись. Фирина идёт. И компот ей подавай.

А я вышла под серое небо и улыбнулась. Мужики такие мужики. Даже в Зоне не могут представить, что кто-то может справиться лучше них. И не просто справиться — а ещё и пошутить по дороге, и артефакт в сумочку положить, и полтергейсту в глаз посмотреть так, чтобы он сам ушел в другой угол.

В общем, на Янтарный так на Янтарный. Плата, говорите, сломалась? Починим. У меня и отвёртка есть. И терпение. И это самое... женское обаяние. Которое, как выясняется, на псевдоплотей действует лучше любого дробовика.

Проверим.