Фортунат

Пролог Глава 1

Фортунат

Пролог

Сон мне снится - вот те на:

Гроб среди квартиры,

На мои похорона

Съехались вампиры, -

Стали речи говорить -

Все про долголетие, -

Кровь сосать решили погодить:

Вкусное - на третие.

В. С. Высоцкий.

Неправильный прямоугольник земли площадью двадцать акров в лондонском Сити на берегу Темзы, покрытый дубами, буками, ясенями и другими деревьями, создающими буквально в самом центре столицы Великобритании эдакий весьма примечательный уголок дикого леса. По зимнему времени года листья на деревьях отсутствовали, а из-за непрекращающегося моросящего дождя с оголенных веток обильно лило на местами побуревшую траву.

На самом деле, вся эта бросающаяся в глаза «дикость» суть результат кропотливой работы талантливых садовников и подсобных рабочих. Хищные пики кованой ограды, опоясывающей «городской лес», снующие за забором здоровенные мастиффы и патрулирующие окрестности сурового вида парни, вооруженные револьверами и внушительного вида дубинками, однозначно давали понять всякому желающему поваляться на зеленой траве среди манящих дубрав, что путь туда для простого обывателя закрыт наглухо.

В самом центре лесного массива в стороне от посторонних взглядов стоит старинный трехэтажный особняк, по виду настоящий средневековый замок. Серый гранит будто вросших в землю стен, отсутствие каких-либо архитектурных излишеств, узкие окна, напоминающие крепостные бойницы и еще масса весьма характерных деталей – все это придает строению существенную толику фундаментальности, а его обитателям спокойствие и уверенность в завтрашнем дне.

Кому конкретно принадлежит вся эта территория вместе с причудливым замком ведомо лишь узкому кругу посвященных лиц, предпочитающих в целях собственной безопасности держать языки за зубами. В народе по этому поводу ходят разные слухи, однако слухи эти настолько противоречивы, что даже упоминать о них было бы с нашей стороны напрасной тратой времени.

В самой большой замковой комнате – пиршественном зале на первом этаже за круглым столом собрались полтора десятка мужчин разного возраста. Форма стола как бы подчеркивала равенство всех присутствующих друг перед другом. На самом деле всё обстояло не совсем так. Здесь, как в любой иерархической структуре имелись свои лидеры и аутсайдеры. Сами сидящие были облачены в алые плащи с накинутыми на головы глубокими капюшонами. Несмотря на то, что все знали друг друга как облупленных, на лице каждого была надета матерчатая полумаска, также ярко красного цвета. Весь этот маскарад выглядел как хорошо продуманная фантасмагория, особенно в тусклом свете восковых свечей и багровых отсветов на стенах пылающего в отдалении камина. При этом сами участники означенного действа никакого беспокойства по поводу столь неординарного антуража не проявляли.

Перед каждым членом «круглого стола» стоял серебряный кубок, объемом две пинты с ярко рубиновым содержимым и ноздреватая лепешка на небольшом блюде также из серебра. Более никаких кулинарных изысков не наблюдалось. До известного всем часа никто из присутствующих к еде и питью не притрагивался.

Наконец большие напольные часы пробили полночь. Первым свой кубок поднял седобородый мужчина и как самый старший по возрасту, не поднимаясь со своего кресла, торжественно провозгласил на французском, языке международного общения девятнадцатого века:

- Братья, выпьем же крови Благословенного Мамоны Каринфского основателя ордена Золотого Тельца и вкусим плоти его, как было заповедовано предкам нашим! И пусть ниспосланная им благодать никогда не покинет нас, и богатства наши прирастают трудами праведными!

После этих слов каждый из присутствующих сделал приличный глоток из своего кубка и зажевал выпитое кусочком хлеба. Все это действо происходило в полной тишине, лишь дрова в камине потрескивали, да массивные часы мерно тикали.

Ритуальная трапеза продолжалась недолго – не для того весьма занятые люди съехались из самых разных уголков Земли, чтобы предаваться пьянству и обжорству. Впрочем, вино скорее напоминало свежевыжатый виноградный сок, а небольшие хлеба ну никак не тянули на изысканные яства. Так что ни о каком пьянстве и обжорстве не могло идти речи.

Наконец со своего места поднялся мужчина средних лет и заговорил мягким приятным голосом также на понятном всем присутствующим французском:

- Братья, не стану ходить вокруг да около, смею всех вас уведомить, что тщательно разработанная операция по уменьшению влияния Российской Империи на территории Центральной Азии фактически провалилась. Русским путем ряда дипломатических действий и откровенного подкупа важных чиновников Поднебесной удалось на какое-то время замириться с Китаем. Как результат, из Манчжурии в Азербайджан переброшено шестнадцать пехотных дивизий и одиннадцать конных полков. Таким образом царь получил подавляющее превосходство над армией шаха, и победа русских дело лишь недалекого будущего. Все попытки английского лобби в окружении Петра Четвертого продавить в качестве посредника на мирных переговорах представителей Туманного Альбиона закончились полным крахом и заключением под стражу самых назойливых англофилов…

- Но, брат Десмонд, по нашим данным армия Надир-шаха Каджара неудержимо наступает, сметая русских на своем пути! – воскликнул с характерным греческим акцентом какой-то мужчина весьма впечатляющей комплекции.

Глава 2

Глава 2

Вот чудак, ну чудак странник тот,

Кто большой чемодан в путь берёт.

Я беру с собой в дорогу

Лишь всего на день хлеба

И немного аш-два-о…

Л. П. Дербенёв

«Тянь, тянь» - массивные шляпки гвоздей с нехарактерным звуком из-за содержания в атмосфере гексафторида серы ударились о камушки, разбросанные в большом количестве у основания бревна, к которому я был приколочен. Примечаю, где валяются – мне они еще пригодятся.

Для того чтобы «распилить» проклятые железяки, много сил и времени не понадобилось. Посредством весьма сложного магического конструкта небольшой объем атмосферных газов был спрессован до прочности инструментальной стали. Получился тончайший диск диаметром пять сантиметров. Затем постепенно без фанатизма я начал разгонять молекулы воздуха, находящиеся на самой его периферии. Медленно, но верно конструкция набирала обороты, тем самым превращаясь в некое подобие молекулярной остроты фрезы. Не стану описывать все трудности, которые пришлось преодолеть в процессе создания данного «устройства», тут и удержание воздушных потоков от разбегания из-за центробежных сил, и отвод избыточного тепла из зоны контакта воздуха с металлом и еще несколько немаловажных аспектов. К тому же, срез гвоздя мне нужен идеально ровный. Для чего? Потом объясню.

После того, как шляпки оказались на земле, я освободил руки. Унявшаяся было кровь вновь хлынула из пробитых насквозь запястий. Пришлось срочно залечивать кровоточащие раны. Стоит отметить, что приколачивал меня к позорному столбу, вне всякого сомнения, мастер своего дела. Несмотря на внушительную толщину десять миллиметров, гвозди не повредили жизненно-важные кровеносные сосуды, и нервные волокна практически не затронули. Крови я, конечно, потерял прилично, но, если бы мой палач оказался полным неумехой, могло быть значительно хуже.

Поработал кистями рук. Нормуль, моторика вполне себе на уровне. Небольшой дискомфорт при сгибании и разгибании пальцев скоро пройдет. Поясной обруч я разрезал в двух местах таким же образом, как и гвозди. Люблю работать с атмосферными газами, в отличие от всех прочих материальных предметов, они всегда под рукой и манипулировать ими значительно проще, нежели водой, камнем или металлами.

Наконец я стою на твердой земле. Смотрю на столб с перекладиной, так и хочется сжечь его дотла, чтобы лишь ямка в земле осталась. Нет, ничего сжигать не стану, а сделаю так, чтобы мои мучители были сильно удивлены и обескуражены.

Первым делом я подобрал упавшее на землю железо. Аккуратно совместил сначала одну головку с вбитым в дерево стержнем, с помощью опять же магии раскачал кристаллическую структуру металла в тончайшем атомарном слое, добившись таким образом взаимного проникновения материалов на означенную глубину. Получилось весьма и весьма прилично, будто предмет никогда не терял своей целостности. Затем точно так же восстановил второй гвоздь и поясной обруч. Работал ювелирно, комар носа не подточит, и вряд ли даже специалист-металлург сообразит, что железяки вообще были когда-нибудь распилены.

Вот визгу-то будет! Тут никакой ведун не разберется ибо активные магические потоки буквально на глазах «замели» все следы моих чародейских манипуляций, а тончайшие «сварные» швы вряд ли способен кто-то вообще разглядеть, Несмотря на то, что мне доподлинно известно их местоположение, даже моим магическим зрением что-либо увидеть получается с величайшим трудом.

Итак, имеем неповрежденные гвозди и обруч, но человек, коего они должны надежно удерживать, куда-то исчез. Вот вам рекбус-кроксворд, господа одаренные. Решайте на здоровье.

Свободу я получил, а вот что с ней делать дальше? That is the question, как некогда говаривал Вильям наш Шекспир устами одного из своих персонажей. Не беспокойтесь, на сей счет у меня есть парочка идей.

Во-первых, подождать, когда сюда заявятся представители клана Орловых. Как обещал Виктор Александрович, это произойдет завтра. Можно попытаться захватить боярича и под угрозой смерти вынудить охрану выпустить меня на волю. Фокус вполне может получиться, но в этом случае противник поймет, что я жив и вполне способен прилично ему нагадить. А это означает, продолжение охоты на меня с вполне предсказуемым результатом. Я, разумеется, буду отбиваться всеми доступными средствами, и, вполне вероятно, перед тем, как принять героическую смерть, прихвачу с собой на перерождение не одного врага. В общем, неплохие перспективы, головокружительные, кроме одного обстоятельства – героическую смерть (также не героическую) принимать пока что не очень хочется.

Нет, означенный план мне категорически не подходит. Пусть враг считает, что меня слопала вместе с костями и содержимым кишечника какая-то местная зверюшка. Я же поступлю по-другому.

Мое чутьё ведуна сообщило мне о существовании еще одного внепространственного перехода, соединяющего этот мир с Землей. Скорее всего, таковых значительно больше, однако их я не ощущаю, поскольку теми вратами никогда не пользовался. А вот неактивный в настоящий момент портал, расположенный с той стороны неподалеку от поместья Егоровны, я ощущаю. Отсюда для меня не составит ни малейшего труда открыть его, ибо энергии в моем распоряжении завались, и прокачивать её потоки через свой Источник я могу без каких-либо опасений его повреждения. Для меня пока что не очень понятно, каким образом энергетический потенциал этого мира столь положительно влияет на мои чародейские кондиции, однако факт остается фактом (я уже об этом упоминал, но еще раз отметить, пожалуй, стоит), без какого либо вмешательства с моей стороны происходит спонтанное восстановление не только самого Источника, но всей поврежденной ранее сети энергетических каналов внутри моей физической оболочки, а также ауральной (астральной) оболочки вне её.

Глава 3

Глава 3

Яблоко от яблони недалёко падает –

Это нам, родителям, надо бы понять.

Канут зимы с вёснами – станут дети взрослыми,

Не пришлось бы нам потом на себя пенять!

Н. Карповконст.

По мощеной гранитной брусчаткой дорожке, вьющейся вдоль берега рукотворного озера неторопливо прохаживались два человека. Первый – уже знакомый нам Виктор Александрович Орлов, единственный сын патриарха одного из Великих боярских родов. Второй – сам Александр Николаевич глава рода Орловых, высокий крепкого телосложения мужчина. В свои семьдесят пять, он хоть и опирался на трость при ходьбе, однако наметанному взгляду внимательного наблюдателя было понятно, что это, скорее, предмет статусный, нежели действительно насущный.

Стрелки часов приближались к полудню. Несмотря на календарную зиму и грядущее скорое Рождество, погода радует отсутствием надоевшего как горькая редька дождя, заливавшего последние несколько недель всю центрально-европейскую часть России. Низкое декабрьское солнце практически не греет, лишь одаряет светом, но все равно приятно находиться под открытым небом. Легкий ночной морозец прихватил ледком края пруда, напоминая людям, что настоящая зима с трескучими морозами и сугробами едва ли не в рост человека уже не за горами. А пока землю вокруг пруда украшал слегка пожухлый во многих местах аккуратно подстриженный на английский манер газон, да редкие опавшие листья растущих вдоль дорожки вековых дубов.

Обычно Орлов-старший предпочитал прогуливаться по парку перед обедом в одиночестве, однако неприятные обстоятельства, недавно доведенные до его сведения осведомителями из окружения сына заставили его слегка подкорректировать это правило.

Какое-то время шли молча. По нахмуренному лицу родителя сыну было нетрудно догадаться, что разговор предстоит для него не из самых приятных. О причинах своего вызова в столичную резиденцию он догадывался, но точно уверен не был. Следуя рядом с отцом, он старался сдерживать шаг, чтобы приноровиться к его неторопливой походке. Получалось с трудом, Виктор то забегал вперед, то слегка отставал, а то и вовсе путался в ногах и спотыкался.

Наконец патриарх сжалился над сыном и, указав на одну из скамеек у самого края берега водоема, произнес в приказном тоне, каким он привык обращаться практически ко всем окружающим людям:

- Присаживайся, сын. – При этом сам садиться не стал. С высоты своего едва ли не двухметрового роста старик с укором посмотрел в глаза единственного и горячо любимого чада. Несмотря на ухищрения самых продвинутых чародеев Империи, у одного из влиятельнейших людей государства Российского родился только один ребенок, о чем Александр Николаевич сильно горевал. Господь очень зло посмеялся над этим человеком, не оставив ему абсолютно никакого выбора будущего наследника. Впрочем, Орлов старший был весьма изворотливым человеком и кое-какие мысли на этот счет в его седой голове появились. А когда в столь влиятельной голове рождаются хорошие мысли, их реализация не заставляет себя долго ждать. Но об этом чуть позже. – Я тобой не доволен, - продолжал пожилой мужчина, - очень недоволен.

- Что на этот раз daddy тебе донесли твои Intelligencers из моего окружения? – зная англофильскую натуру своего батюшки, молодой Орлов частенько этим пользовался, вставляя в разговор отдельные слова и даже целые фразы на языке Туманного Альбиона. Впрочем, на этот раз столь незамысловатый, но практически безотказный прием не сработал, лицо патриарха продолжало оставаться напряженно-суровым.

- Твоя последняя выходка с этим… Воронцовым…

- Отец, тебе же известно про этого гаденыша. Мало того, что какой-то студентишко из мещан оскорбил рукоприкладством представителя высшего сословия, ему удалось отвертеться от каторги и, как назло, оказаться в одном полку со мной и царевичем. Смею напомнить, что благодаря его «своевременному» вмешательству провалилась тщательно разработанная нашими аналитиками операция по «спасению наследника российского трона из персидского плена». Еще сутки, и оговоренная сумма была бы вручена в руки доверенных людей Шахзаде Махди. Тогда спасителем Даниила стал бы я со всеми вытекающими последствиями, а не этот тупой чурбан с погонами прапорщика.

- М-да, - Орлов-старший с укором посмотрел в глаза сына, - несмотря на некоторые выверты твоего поведения, я все-таки всегда считал тебя, Виктор, человеком умным, способным адекватно анализировать обстоятельства и принимать правильные решения. В свете последних событий я начинаю все больше и больше в этом сомневаться. А еще эти пьяные многодневные загулы. Проститутки. Опиум. Иже с этим, еще кое-какие «невинные» забавы с мальчиками… - голос патриарха хоть и был ровным, даже невыразительным, догадаться о том, какая буря бушует внутри него было несложно, тем более для родного сына. – Однако то что мне стало известно о твоем последнем фортеле, выходит за все дозволенные рамки. Разве тебе неизвестно, что личностью Воронцова интересуется Его Императорское Величество? Внезапная пропажа столь примечательной персоны сразу же бросит тень на наш род. Да, да, мой мальчик, именно на род Орловых…

- Бездоказательно, папа…

- Не перебивать, когда старшие говорят! Царским псам из Тайной Службы ничего не стоит провести расследование и докопаться до истины, было бы на то лишь высочайшее соизволение. А теперь подумай, какими последствиями для Орловых чреваты твои необдуманные действия?

Глава 4

Глава 4

Серая лошадка в чистом поле скачет,

Вечно мать украдкой по сыночку плачет.

Ну а он далече где-то затерялся,

На пути на Млечном след его остался.

На пути на Млечном след его остался.

А. Г. Поперечный

Смотрю на свою покровительницу и благодетельницу, и сердце в груди от радости начинает работать с перебоями. А что это она плачет навзрыд? Тут радоваться нужно – все-таки мне удалось вырваться из того странного страшного и непонятного мира. Ах да, она же ничего не знает и наверняка считала меня умершим. Но вот, протерла глазки платочком, лишь после этого по выражению её лица я понял, что узнан. Однако первая реакция Егоровны на явление «блудного сына» оказалась для меня совершенно непредсказуемой. Вместо того, чтобы кинуться на шею «свому дорогому Андрюшеньке» Третьякова разразилась громким нервическим смехом. Ладно, пусть повеселится женщина, оно ведь у самых железных леди нервы не из стальной проволоки, и реакция на стресс может быть самой непредсказуемой. Это еще очень даже хорошо, что, увидев меня, бабуля не грохнулась в обморок, а всего лишь весело расхохоталась.

Убедившись, что с самым дорогим для меня в этом мире человеком все в порядке, я буквально сполз по стенке на пол. Устал, как загнанная коняга. Дорога к дому оказалась вовсе не легкой прогулкой, как мне поначалу это виделось. Мир за Гранью (как его называют люди Орловых) вовсе не райское местечко, а некое подобие ада, и мы с моим новым приятелем в этом очень скоро убедились.

Впрочем, обо всем по порядку.

Проглот оказался существом вполне понятливым и самое главное – управляемым. А еще он был необычайно вынослив и быстр. Пятьдесят километров в час на участках без препятствий для него не были пределом, однако средняя скорость его передвижения держалась где-то на уровне тридцати. Таким образом, за четырнадцать часов непрерывного бега в светлое время суток нам удавалось преодолевать от четырех сотен километров и более.

Жаль, но по ночам мой «маунт» становился вялым и терял способность не то что бежать, но и вовсе передвигаться. Лишь смертельная опасность могла заставить его шевелить конечностями. Если бы не это обстоятельство, время, проведенное в пути, можно было бы сократить на несколько дней. Впрочем, это я уже наглею – всё нам людям мало, везде ищем еще большую выгоду. А куда уж больше? Теперь мне не нужно самому топтать землю ногами. А еще, отныне нам не мешали разбросанные по дорожному покрытию всякие мелкие предметы. Необычайно твердые копыта моего скакуна превращали проржавевший металл и потерявшие прочность композиты буквально в пыль. А мешавшие нашему продвижению более или менее крупные остовы транспортных средств я попросту отбрасывал «воздушными кулаками» на обочину, освобождая дорогу набравшему изрядную скорость Проглоту, не просто бегущему, а пережевывающему на ходу очередную любопытную тварюшку, примчавшуюся на свою беду посмотреть, что за тарарам творится на дороге.

Однажды в далеком детстве я стал свидетелем издевательства соседских мальчишек над бездомным котом. Они привязали в хвосту несчастного животного пару консервных банок и с радостным гиком гонялись за ним по двору. Впрочем, их радость продолжалась недолго, дворник Селим разогнал мучителей метлой, затем освободил животное. Кот потом прижился в кондейке, где хранился дворницкий инвентарь, Селим начал его подкармливать, а за ним и некоторые другие жители нашего дома. Вскоре безымянный заморыш превратился в упитанного любимца всего двора по имени Василий, особенно, после того, как однажды пробежал мимо вечно судачащих на лавке кумушек со здоровенной крысой в зубах… Прошу прощения, немного отвлекся. Так, к чему это я про кота? А к тому, что наша дружная компашка в процессе движения по дороге издавала звуки, напоминающие перезвон привязанных к кошачьему хвосту консервных банок. Данное обстоятельство не могло не вызвать переполох в умах окрестных обитателей. И если травоядные старались убраться как можно дальше от источника шума, хищники наоборот, рассчитывали здесь поживиться. Прибегали иногда поодиночке, но чаще стаями. Тут уж я отрывался по полной, парочку убивал, остальных для сохранения экологического баланса отгонял огнем. Поверженных тварей, Проглот тут же хватал щупальцами и прямо на ходу начинал употреблять в пищу. Крайне не эстетично, скажу вам. Брызги крови, ошметки плоти и прочего дерьма, мне приходилось от всего этого прикрываться силовым щитом. Таким образом мой скакун находился в перманентном процессе поглощения и переваривания пищи. Поначалу я был удивлен этой его способностью. Однако уже через сутки отметил у него существенную прибавку в весе и габаритах. Прям как в сказке Пушкина: «Он растет на радость нам не по дням, а по часам». Тоже мне князь Гвидон. При таком режиме питания, пожалуй, скоро размером со слона станет. Да и пускай себе растет, мне не жалко.

Еще до наступления темного времени суток я подыскивал для себя очередное убежище в виде одного из многочисленных «мотелей». Лучше убежища не придумать. Несмотря на видимую хлипкость, стены местных зданий, изготовлены (как подсказал мне Дар ведуна) методом 3-D печати из вполне прочной и долговечной пластмассы, ко всему прочему, усилены композитной арматурой. В отличие от высотных городских зданий, эти придорожные домишки хоть и обрастали ползучей зеленью по самую крышу, особо сильного давления растительной массы не испытывали, поэтому разрушениям практически не подверглись. Поскольку, основной удар неведомым оружием пришелся по центральной части городов, вне зоны поражения многие, особенно малоэтажные здания остались целыми и простоят еще долгие десятилетия, вполне возможно – века.

Глава 5

Глава 5

От жестокости мести порой,

Мы бледнеем, и даже немеем,

Человеку присущи грехи,

Мы не Боги, прощать не умеем.

Взято из Сети

После того, как Егоровна вышла из ступора, в доме поднялась кутерьма. Я сразу же был отправлен в баню. Её аккурат протопили в ожидании приезда Прова Николаевича, а тут и я, как снег на голову. Кстати, насчет снега, стоило мне войти в дом, на улице повалили пушистые хлопья, так что хорошенько пропарившись, я вышел на свежий воздух и с удовольствием наблюдал, как падающие снежинки тают, едва соприкоснувшись с моим телом.

Откровенно говоря, меня обуревали противоречивые чувства. С одной стороны, я вернулся домой живой, здоровый даже окрепший во всех смыслах, с другой – моя относительно беспечная жизнь в Зазеркалье закончилась. Рано или поздно Орловы узнают о моем чудесном возвращении из-за Грани и навалятся всеми ресурсами своего Великого рода. Ясен пень, что возможности хорошо отлаженной организации, коей являются данный род, и скромные мои несопоставимы по масштабам. Найдут, переедут, раздавят и не заметят. Однако у меня имеется одно неоспоримое преимущество – я пока что для них мертвец, а мертвецы, как известно, не только не потеют, они безвредны по своей сути.

Хотя, лично я и не только я с данным утверждением поспорил бы. Некоторые особо обиженные товарищи после ухода на перерождение умудряются оставлять в этом мире часть собственной энергоинформационной матрицы, по-простому души, и эта обезумевшая энергетическая субстанция начинает портить жизнь чаще совершенно невиновным людям. С такими проявлениями вполне успешно борются священнослужители за что им сердечная благодарность и нижайший поклон.

Сам я несколько лет назад стал случайным свидетелем подобного действа в селе Красное в одно из наших с Егоровной посещений тамошнего храма. В юную пейзанку внедрилась неупокоенная полностью душа, и девчонка буквально слетела с катушек – рычала, кусалась, хваталась за всякие острые и тяжелые предметы. Еле-еле мужики угомонили несчастную, повязали и определили в сарай под усиленную охрану. Благо Боровеско-Трифоновский монастырь под боком. А там в наличии серьезная команда профессиональных экзорцистов. Положили извивающееся в корчах тело прямо на пол перед аналоем прочитали полагающийся курс молитв, окропили святой водой, походили вокруг одержимой, размахивая кадилами, еще несколько раз окропили и еще молились.

Как совсем еще неопытному чародею, мне было интересно наблюдать за процессом изгнания. Тогда, при всем своем желании, даже при наличии Дара ведуна, я бы не смог разделить энергетические составляющие хозяйки телесной оболочки и чуждой сущности, настолько замысловато они переплелись. А вот монахам эта процедура вполне удалась. В какой-то момент энергоинформационную паразитическую тварь буквально вышибло из тела одержимой. Вот тут монаси не оплошали, каким-то непонятным для меня образом заключили её в сияющий кокон, где она буквально на моих глазах поблекла, сморщилась и с легким хлопком исчезла из нашей реальности. Разумеется, все это я имел возможность наблюдать исключительно посредством своего чародейского Дара. Для прочих присутствовавших в церкви людей все выглядело менее феерично. Однако результат вполне удовлетворил народ. Девка прекратила дергаться, её тело расслабилось, распахнувшиеся огромные синие глаза взглянули на мир абсолютно непонимающе. Её тут же освободили от пут и увели подальше от посторонних взглядов.

Вот такая история, после всего увиденного мое критическое отношение к церкви и церковникам перешло в стадию осознания полезности религии не только в качестве эдакого психологического «демпфера», но также в практическом плане. Но еще больше я зауважал российских церковников во время неурожая тысяча восемьсот пятьдесят шестого года в северо-западных губерниях Российской Империи. Маги-погодники тогда что-то перемудрили, ну или недомудрили с циклонами. Тогда именно церковь предприняла весьма своевременные и решительные действия по сбору добровольных пожертвований среди прихожан, а также в организации покупки и доставки продовольствия в голодающие районы.

Ну да, не все в порядке в «королевстве Датском». Я хоть и стараюсь в своих описаниях избегать негативные моменты современной российской действительности, однако шила в мешке не утаить. За блистательными фасадами боярских хором и дворянских усадеб особо не бросаются в глаза невзрачные бараки рабочих окраин промышленных городов и избы-развалюхи некоторых захудалых деревень. Калужской губернии в этом плане повезло – климат вполне подходящий для сельскохозяйственной деятельности, боярская десятина, а также имперская пятина необременительны для тех, кто усердно трудится как на земле, так и у станков. Однако и в наших краях вполне хватает разного рода обделенных (чаще всего умишком) индивидуумов, неспособных содержать себя и свои семьи в должном достатке. В отличие от просвещенной Европы двадцать первого века, откровенных бездельников государство здесь не кормит. Сердобольные граждане, разумеется, подают попрошайкам, но на Руси так заведено испокон веку…

Ух, ты! Эко распластало меня мыслями по древу! Брысь, брысь из башки! Своих проблем выше крыши! В конечном итоге, благодатный пар протопленной по белому баньки и пропаренные в кипятке духмяные березовые веники помогли направить поток моих мыслей шальных в нужное русло.

Итак, я практически в одиночку противостою сплоченному организованному боярскому роду, один из членов которого назначил меня своим смертельным врагом. Если бы это был простой гридень из боярского ополчения или даже продвинутый маг, проблем с разрешением ситуации в мою пользу я не видел. Нет же, моим главным врагом стал сам наследник рода. Интересно, чем этот балбес занимался в военном училище, если не имеет никакого представления о моральных устоях? Да что там моральные устои? Элементарной воинской дисциплине не обучен. Избаловал его отец в детстве, приучил ко вседозволенности. Армия не исправила перекосы.