Фурия для Стоуна

«Дело Авроры Лейн»

Глава 1.

На часах было около девяти утра. Даррен шёл по узкому коридору адвокатского офиса, когда его телефон завибрировал. На экране высветилось знакомое имя — Люк, его коллега и лучший друг.

Люк пришёл в контору на месяц позже Даррена. Поначалу они не находили общий язык: Даррен слишком серьёзно относился к работе, в отличие от легкомысленного Люка. Каждый раз, сталкиваясь с инфантильным отношением напарника к делу, Даррен раздражался. Но однажды, когда ему понадобилась помощь, Люк проявил себя с совершенно другой стороны. С тех пор, несмотря на непонимание натуры друга, Даррен знал: Люк всегда придёт на помощь.

Поднеся телефон к уху, Даррен отдёрнул руку, зажмурившись от резкого гудка автомобиля.

— Доброе утро, мистер Стоун, — поприветствовала его молоденькая секретарша на ресепшене. Улыбаясь, она кокетливо поправила выбившийся локон. Блондинка не раз строила ему глазки, надеясь очаровать. Но Даррена она не интересовала. Хотя девушка была привлекательной, природа щедро наградила её формами. Однако после долгого одиночества он привык к одиночеству и не стремился что‑то менять.

Карьера адвоката стала для него второй жизнью, разделив существование на «до» и «после». Кивнув в знак приветствия, Даррен направился в кабинет.

— Дарр, дружище, только не говори, что ты уже на работе? — раздался в трубке голос Люка с нотками поддразнивания.

— Просто кто‑то вчера хорошо отдохнул и забыл о встрече в половине десятого, — парировал Даррен.

— Чёрт, Дарр, я совсем забыл, что встреча сегодня. Помоги, друг, и я в долгу не останусь. Сделаю всё, что захочешь, — продолжал Люк свою мольбу. И, как обычно, это сработало — Даррен согласился.

— И что за клиент? — выдохнул Даррен, входя в кабинет.

Чёрный массивный дубовый стол стоял у панорамного окна, зашторенного жалюзи, скрывающими городской шум. Пройдя к столу, он по‑хозяйски отодвинул кожаное кресло цвета тёмного шоколада, положил портфель с ноутбуком и сел, слушая Люка и заодно просматривая дело клиента.

— Аврора Лейн родилась и выросла в Южной Каролине. Два года назад переехала в Нью‑Мексико с матерью. Год назад мать умерла, оставив ей дом. Две недели назад дом арестовали. По словам клиентки, банк по ошибке арестовал все её счета и единственное жильё. На её запросы о причинах ареста лишь пожимают плечами. Мне одному кажется, это дело странным? — Голос Люка явно был озадаченным.

Даррен потёр переносицу, глубоко вздохнул и поставил телефон на громкую связь.

— Дело странное, если только у матери не было скрытых долгов, о которых она не сообщила дочери, — листая дело, он перевёл взгляд на телефон. В трубке слышался шум машин, резкий громкий гудок, а затем крик недовольного мужчины.

— Смотри, куда прёшь, курица безмозглая! Жить надоело? Если не хочется жить, иди с моста прыгай, нечего под мою машину кидаться! — выплёскивал он недовольство. Его оппонент, явно шокированный, молчал. Придя в себя, послышался голос девушки:

— Ослеп, что ли? Тут пешеходный переход! Если не знаешь правила, нечего за рулём сидеть!

Люк прервал молчание, сказав, что ему неудобно разговаривать — он на полпути к офису, — и повесил трубку.

Даррен в пятый раз перечитывал дело, находя всё больше несостыковок. Сняв пиджак, он поправил запонки и, нажав кнопку стационарного телефона, попросил не беспокоить до прихода клиента. Так он всегда делал, готовясь к делу, полностью погружаясь в процесс — рационально, без эмоций. Именно поэтому он не проиграл ни одного дела. Однажды он чуть не проиграл дело из‑за личных проблем и после этого дал себе слово разделять работу и личную жизнь.

Сев в кресло, он откинулся на спинку. Тот год был тяжёлым, но это было давно, и Даррен старался не вспоминать. Однако сегодня воспоминания невольно нахлынули. Открыв ящик, он достал очки и кожаный блокнот, стал записывать детали несостыковок.

На часах было без пяти минут десять, а клиент опаздывал. Даррен терпеть не мог непунктуальных людей. «Каков адвокат, таков и клиент», — пробормотал он, мысленно вспомнив своего напарника. Отложив папку с делом об аресте дома, он взял дело о домашнем насилии.

За дверью послышался шум, и в кабинет влетела девушка с растрёпанными тёмно‑каштановыми волосами и пронзительными ореховыми глазами. «Фурия», — пронеслось в голове Даррена.

— Это вы адвокат Даррен Стоун? — сбивчиво проговорила она, садясь в бархатное кресло цвета горького шоколада, игнорируя секретаршу у двери.

— Да, это я, — дал он знак секретарше закрыть за собой дверь. — Но вас не учили стучать? Это, во‑первых. А во‑вторых, вы опоздали на полчаса. Терпеть не могу непунктуальность, — поправляя запонки, он посмотрел на девушку ледяным, почти арктическим взглядом, но она ничуть не дрогнула. Наоборот, всем видом показала готовность к противостоянию.

— Послушайте, мистер Стоун, мне сейчас важнее снять арест со счетов и дома. Этот дом — единственное, что осталось у меня от матери, — девушка встала с кресла и начала нервно ходить по кабинету, активно жестикулируя и время от времени закусывая губу. Даррен невольно засмотрелся на этот соблазняющий жест.

— Вы меня вообще слушаете? Я говорю, что мне действительно важно вернуть дом, — она подошла к столу и, хлопнув ладонью, снова села в кресло.

— Аврора Лейн? Послушайте, вы вошли без стука, влетев в кабинет, начали рассказывать свою историю и до сих пор ведёте себя бестактно, — он поправил очки и бросил на неё презрительный взгляд. Казалось, это был шах и мат, но нет.

Аврора подскочила, как ошпаренная. Её глаза метали молнии, она глубоко задышала, пытаясь сдержать поток гнева.

— Да… да, вы настоящий сухарь, а не адвокат. Всего доброго, мистер сухарь, — она схватила сумку‑шоппер, метнув в его сторону гневный взгляд, и вылетела из кабинета так же стремительно, как и вошла. В дверях она столкнулась с Люком, извинилась и исчезла из виду.

Даррен, сидевший за столом, нервно поправил запонки и, сняв очки, потёр переносицу. «Сумасшедшая истеричка», — выдохнул он про себя.