Герой по протоколу. Профсоюз драконов.

Глава 1. Рыцарь со странностями

Сэр Гарольд, официально именуемый Сэр Гарольд Неустрашимый, но в узких кругах более известный как Сэр Гарольд Неуклюжий, сидел в своем любимом кресле. Кресло было старым, оббитым потрёпанным бархатом, и скрипело под каждым движением, напоминая о давно минувших временах и забытых историях.

В руке он держал не меч, не щит и даже не поводья боевого коня, а потрёпанный фолиант под названием «Изящество в бою: 101 способ избежать неудобных ситуаций с помощью вежливой улыбки и быстрого шага в сторону». Страница семьдесят три рекомендовала «использование внезапного обморока, имитирующего благородное потрясение, для уклонения от нежелательных дуэлей». Гарольд хмыкнул. Ему почему-то казалось, что его собственный, неподдельный обморок был бы куда более убедителен.

Он не был рождён для героизма. Его фигура не отличалась была богатырской статью: длинные тонкие конечности, склонность к сутулости и взгляд, который чаще блуждал по строчкам текста очередной книги, чем по горизонту в поисках приключений. Даже его доспехи, отполированные до зеркального блеска, казались чем-то чужеродным на его тощем теле. Они гремели и скрипели при каждом движении, предательски выдавая его присутствие задолго до того, как он мог бы по-рыцарски внезапно и эффектно появиться. Шлем давил на уши, а забрало, если его опустить, моментально запотевало, лишая его и без того не самого острого зрения.

Титул «Сэр» был, по правде сказать, результатом досадного бюрократического недоразумения. Когда-то, много лет назад, на королевском приёме, где Гарольд совершенно случайно оказался благодаря тому, что его дядя был королевским писцом, он умудрился спасти наследного принца от удушья.

Принц, перебрав спиртного, подавился оливкой. Гарольд, который тогда ещё не был посвящён в рыцари, а всего лишь скромно поглощал пирожные, чисто рефлекторно стукнул его по спине. Оливка выскочила, принц откашлялся, а король, смахнув слезу облегчения, торжественно объявил, что отныне Гарольд – Сэр Неустрашимый, ибо "в его действиях была не только сила, но и непоколебимая доблесть, достойная героя, не дрогнувшего перед лицом опасности!" Скромный характером Гарольд решил не уточнять, что он просто испугался, что его обвинят в убийстве наследника.

С тех пор его жизнь превратилась в череду мелких, нелепых "подвигов". Вот, например, на прошлой неделе он "спас" котёнка с дерева. Котёнок, на самом деле, был вполне доволен своим положением на крепкой ветке старого дуба, но плач какой-то чувствительной горожанки убедил Гарольда, что настало время для героических подвигов.

«Долг зовёт», – пробормотал он тогда себе под нос, надевая свои скрипучие доспехи, – «и очень настойчиво».

Он долго и тяжело карабкался по шершавому стволу. Доспехи цеплялись за кору, шлем мешал смотреть вверх, а тяжёлые сапоги скользили. Котёнок, уютно устроившийся на ветке, сверху наблюдал за его потугами с превосходством истинного хищника. Наконец, Гарольд достиг его.
— Кис-кис, – неуклюже пробормотал он, протягивая закованную в латы руку. Котёнок, оценив его попытки, лишь лениво зевнул.

В тот момент, когда Гарольд, кряхтя, попытался схватить пушистый комок, ветка под ним предательски хрустнула.
— Ой! – воскликнул Сэр Неустрашимый, теряя равновесие.

Падение было недолгим, но крайне драматичным. Гарольд, запутавшись в собственных латах, грохнулся вниз, приземлившись прямо в фонтан, расположенный у подножия дуба. Грохот доспехов, брызги воды и перепуганные возгласы собравшейся толпы – всё это сопровождало его "героическое" приводнение. Котёнок же, недовольный таким шумом, спрыгнул с ветки и, брезгливо фыркнув на мокрого рыцаря, удалился по своим кошачьим делам.

Гарольд вылез из фонтана, мокрый, с помятым шлемом и чувством глубокого стыда. Толпа, минуту назад ахавшая от ужаса, теперь неловко покашливала, пытаясь скрыть улыбки. Героический ореол вокруг него, если он когда-либо и был, полностью растворился в мутной воде фонтана.

Вот так и жилось Гарольду в этом уютном королевстве. Мир вокруг него был до боли предсказуем. Драконы, как и положено, похищали принцесс – раз в месяц стабильно, по расписанию, почти как смена караула. Принцессы, такие же предсказуемые, кричали, томились в высоких башнях и ждали спасения. Рыцари, отважные и мускулистые, с радостью отправлялись в приключения, чтобы сразиться с огнедышащими ящерами, получить славу и руку (иногда даже сердце) прекрасной девы. Гоблины, куда же без них, регулярно устраивали набеги на дальние фермы, вызывая раздражение, но редко реальную угрозу. В общем, все знали свои роли, и никто не собирался их менять. Особенно Гарольд.

Сэр Неустрашимый вообще находил всю эту систему крайне утомительной.
"Ну почему бы драконам просто не попросить выкуп? — размышлял он, переворачивая страницу в своём трактате. — Или не договориться с принцессами о взаимовыгодном сотрудничестве? Скажем, принцесса скучает в башне, дракон скучает в своём логове... можно было бы организовать досуг. Шахматы, например, а потом мирно разойтись, каждый по своим делам, и не мучить почтенных рыцарей, которые могут случайно упасть с коня или, что ещё хуже, победить дракона, а потом не знать, что делать с благодарной принцессой."

Его единственным реальным желанием была тихая, мирная жизнь в хорошо отапливаемой библиотеке, окружённой книгами. Он мечтал о коллекции редких манускриптов, о чашке горячего чая и о полном отсутствии каких-либо героических обязанностей. К сожалению, его титул и прозвище, выданное с королевской руки, были неснимаемой печатью, которая обрекала его на вечные нелепые подвиги.

Порою Гарольд даже сам становился жертвой своего статуса. Когда в городе, к примеру, появлялся очередной мелкий монстр, местные жители, недолго думая, указывали на Гарольда. "Сэр Неустрашимый! — кричали они. — Монстр! Там, у мясной лавки! Он... он ест колбасу!" Гарольд вздыхая отправлялся к мясной лавке, где обнаруживал какого-нибудь несчастного гремлина, объевшегося сосисками и теперь страдающего от изжоги. Вместо того чтобы сражаться, он обычно предлагал гремлину мятный чай и совет по диете. Иногда это срабатывало, и гремлин, успокоенный, уползал восвояси, оставив Гарольда с очередным "подвигом", который никто не мог понять и оценить по достоинству.

Глава 2. Непорядок в королевстве

Утро в королевском замке, как обычно, началось с хаоса. Несколько оруженосцев спорили, кто должен чистить доспехи сэра Мортимера, который вчера снова случайно потерял их в канаве. Придворные дамы обсуждали новый фасон платьев, а на кухне главный повар, мастер Жак, метался, пытаясь найти пропавшего поросёнка, предназначенного для королевского завтрака. В общем, всё шло своим чередом.

Сэр Гарольд, наслаждаясь своей чашкой утреннего травяного чая с медом – напитка, совершенно не подобающего рыцарю, но так успокаивающего нервы, – наблюдал за этим вихрем из окна своей небольшой комнаты в восточной башне. Его покои были не так уж и плохи: большая кровать, стол для чтения и, самое главное, полки, забитые книгами. На соседней полке стоял его шлем, внутри которого заботливо свернулась старая кошка, явно ценящая тишину и уединение.

Внезапно по коридору разнёсся пронзительный вопль. Не боевой клич, не крик ужаса, а нечто гораздо более тревожное – истошный, дребезжащий фальцет, способный расколоть хрустальные бокалы. Гарольд узнал голос королевского герольда Оливера, и его вопль означал только одно: нечто из ряда вон выходящее.
«О, нет. Только не сегодня, – прошептал неустрашимый, осторожно поглаживая кошку, которая вздрогнула и недовольно приоткрыла один глаз. – Мне сегодня нужно дочитать про этикет на похоронах троллей. Там очень важная глава о подаче закусок».

Вопль Оливера, постепенно переходящий в бессвязное бормотание, приближался. Вскоре дверь в покои Гарольда распахнулась с такой силой, что чуть не слетела с петель. На пороге стоял сам Оливер, маленький, лысеющий мужчина, который обычно выглядел безупречно, но сейчас был бледен, как мертвец, его парадный мундир сбился набок, а парик съехал на ухо. В руке он дрожащей пятернёй сжимал запечатанный пергамент.

— Сэр Гарольд! Сэр Гарольд! – задыхаясь, прохрипел Оливер. – Это… это… немыслимо! Беспрецедентно!
— Что случилось, Оливер? – Гарольд попытался звучать участливо, хотя уже представлял себе очередного застрявшего на дереве кота или, не дай бог, гремлина, страдающего несварением желудка от испорченного эля. – Ещё один монстр, поедающий колбасу? Или на этот раз пирожные?
— Хуже, сэр! Гораздо хуже! – Оливер приложил пергамент к груди, как щит. – Его величество король приказал всем рыцарям немедленно явиться в тронный зал! Это касается… его высочества принцессы Аурелии!

Гарольд внутренне застонал. Принцесса Аурелия была известна своими пронзительными криками и чрезвычайной чувствительностью к сквознякам. Если её похитили, это означало как минимум неделю головной боли для спасителя.

Он тяжело поднялся, смахнув кошку со шлема.
— Мои доспехи… – начал Гарольд, но Оливер уже умоляюще схватил его за руку.
— Некогда! Король в ярости! И в ужасе! Это… это меняет всё!

Гарольд, сбитый с толку, позволил утащить себя в тронный зал. Там царила самая настоящая паника. Король Гилберт V, обычно величественный и спокойный, метался по тронному залу, размахивая скипетром, как дирижёр невидимого оркестра. Королева, леди Беатрис, сидела на троне, бледная, но сохраняющая достоинство, хотя её веер дрожал. Обер-маг Корнелиус, старый и слегка сумасшедший волшебник с длинной белой бородой, которая часто загоралась от его же собственных заклинаний, левитировал над полом, судорожно перебирая страницы древнего фолианта.

— Это возмутительно! Немыслимо! – кричал король, обращаясь к перепуганным рыцарям, собравшимся в зале. – Принцесса Аурелия… она не похищена!

По залу пронёсся вздох облегчения.
— Однако! – продолжил Король, повышая голос. – Она должна была быть похищена! По плану!
Теперь все в зале были окончательно сбиты с толку. Гарольд осторожно пробрался вперёд, стараясь держаться подальше от Корнелиуса, который выглядел особенно возбуждённым.
— Ваше Величество, – осмелился произнести сэр Мортимер, самый отважный (и самый недалёкий) рыцарь в королевстве. – Что вы имеете в виду, "должна была быть"?

Король Гилберт повернулся к нему, его лицо было пунцовым от гнева и непонимания.
— Я имею в виду, что сегодня утром принцесса Аурелия была по расписанию! Сэр Мортимер, вы должны были её спасать! Вы получили свой бланк на спасение?!
— Получил, Ваше Величество! – Мортимер выпрямился, гордо выпятив грудь. – И я был готов! Мой конь оседлан, доспехи начищены, боевой клич отрепетирован!
— Тогда почему! – Король указал на Оливера, который трясущейся рукой протянул ему пергамент, тот самый, что принёс ему в комнату Гарольду. – Почему этот… этот лист бумаги был найден на балконе принцессы вместо огнедышащего чудовища?!

Король выхватил пергамент и бросил его на пол. Он упал прямо у ног Гарольда. На нём была печать: стилизованное изображение дракона в шляпе с пером и слоганом: «Профсоюз крылатых ящеров. Наши чешуйки – наш щит, наши когти – наша сила, наши права – наша гордость!»

Гарольд осторожно поднял пергамент. Это было не просто письмо, это был официальный документ. Шрифт был каллиграфическим, но стиль… стиль был сух, бюрократичен и невероятно возмутителен.

ОФИЦИАЛЬНОЕ УВЕДОМЛЕНИЕ О ЗАБАСТОВКЕ И ТРЕБОВАНИЯХ
От кого: Профсоюз крылатых ящеров (ПКЯ)
Кому: Королевский двор, департамент похищений и спасений
Дата: 15-й день месяца дыхания дракона
Тема: Неудовлетворительные условия труда и нарушение коллективного договора

Настоящим уведомляем, что, в связи с многократными и вопиющими нарушениями норм труда, изложенных в коллективном договоре 1234-А, утверждённом ещё в эру короля Осла и мудрого дракона, профсоюз крылатых ящеров объявляет о немедленном начале бессрочной забастовки по всем видам "похищений принцесс" до полного удовлетворения наших справедливых требований.

Ключевые Причины Забастовки:
1. Неадекватные башни: постоянно низкое качество предоставленных башен. Тесные, плохо вентилируемые, отсутствие подобающих условий для содержания драконов (например, места для комфортного отлёживания брюха). Требуем башни минимум 500 кв. метров площади, с видом на горы и системой кондиционирования воздуха.
2. Низкое качество "похищаемого контингента": принцессы зачастую не соответствуют заявленным характеристикам. Чрезмерная плаксивость, отсутствие кулинарных навыков, постоянные попытки сбежать, что отвлекает от выполнения основных обязанностей по охране. Требуем, чтобы принцессы проходили предварительный отбор: не младше 18 лет, без хронических болезней, с базовыми навыками поддержания чистоты в пещере и, по возможности, умением играть в шахматы.
3. Отсутствие социального пакета: отсутствие медицинского обслуживания, пенсионного обеспечения и ежегодного оплачиваемого отпуска (последний раз дракон выходил в отпуск в 1056 году!).
4. Стереотипы и дискриминация: неподобающее изображение драконов в народном творчестве (постоянно "кровожадные", "тупые"). Требуем изменения образа в королевских летописях на "мудрые и ответственные подрядчики".

Требования профсоюза:
Улучшение жилищных условий для всех драконов.
Система "бонусных принцесс" за сверхурочную работу.
Создание фонда пенсионного обеспечения для драконов.
Публичные извинения от королевского двора за систематическое нарушение прав драконов.
Начало переговоров о новом Коллективном Договоре в течение 24 часов. В противном случае, забастовка будет продолжаться, и последствия будут катастрофическими для героической индустрии.
С уважением,
Игнис, председатель профсоюза крылатых ящеров.