Жатва Теней

Глава 1. Кристина

Февраль, 2013 год.

Сердце колотилось с учащённой скоростью. Трудно было даже дышать. Кусая губы и перебирая пальцами, я виновато опустила глаза на зеркально кафельный пол, чтобы не смотреть в глаза Паше.

Только бы опять не вкололи ту дрянь, которая вынуждает говорить правду…

Это конец! – мысленно взревела я, ожидая, когда нас пригласят в кабинет. – Это точно конец! Они всё знают! Меня убьют!

Как только нам пришла телеграмма со срочным вызовом в главный офис, у меня сердце в пятки ушло.

До сих пор помню, как Паша сорвал меня с задания, и как пристально смотрел в глаза, зачитывая официальный текст. Как ни странно, он не задал мне ни одного вопроса, только оформил билеты и сказал отсыпаться.

– Всё будет хорошо, – успокаивающе сказал Паша, положив свои крепкие ладони мне на плечи. Как же хотелось к нему прижаться. Поцеловать хотя бы последний раз. Но я только кивнула, встретившись с родным взглядом карих глаз.

Он и сам был напряжён. Я чувствовала это в его руках. Самое обидное, что он даже не знает, что я натворила.

Честно, я хотела рассказать, но, то повод не подворачивался, то нечто внутри меня сдавливало горло в моменте, когда собиралась раскрыть рот.

Вероятно, это был страх.

Я боялась. Не Пашу, нет. Я боялась его подставить. Лучше ему было не знать ни о чём. Брата я спасла, а значит терять мне уже нечего.

Ложь… – подстрекал в голове гаденький голос из подсознания. – Тебе есть что терять, поэтому и боишься.

Себя не обмануть.

– Проходите, вас ждут. – Проговорила молодая девушка с ресепшена в кристально белой блузке и зализанным пучком.

Я видела, как Паша на мгновение потянулся к моей руке, но отпрянул и сжал ладони в кулак. Я двинулась за ним на ватных ногах. По лбу скользил холодный пот.

Кабинет за чёрной дверью был похож на зал заседания, где комиссия рассматривала моё дело в первый раз, но значительно меньше. За столом в центре комнаты сидел строгий мужчина в костюме с ярко выраженными возрастными морщинами и седыми волосами, собранными в тугой хвост.

– Здравствуйте. – Первым поздоровался Паша. – Зачем вы нас так срочно вызвали? – Начал он сразу с нападения, закрывая меня своей спиной, будто чувствовал опасность.

Мужчина скучающе поднял на нас взгляд, положил ручку, которой до этого усердно что-то писал, и сложил перед с собой ладони в замок.

– Рад, что вы не заставили нас ждать. – Кратко отозвался тот, смотря на нас сверху вниз.

Мы молчали.

От волнения казалось, что вот-вот сознание потеряю.

– Кристина Матюхина, - начал мужчина, даже не представившись, хотя на кабинете вроде как была табличка с именем «Алексей Витальевич».

– Я, – жалко пискнула я, выглянув из-за спины своего начальника.

– После прошлого заседания была проведена тщательная проверка ваших показаний. Также мы приняли во внимание сделку, которую вы заключили ради спасения вашего брата - Влада Матюхина. Вы многое упустили из своего рассказа. Например, что это была за сделка, с кем и о каком таком зле вы говорили?

Он смотрел пристально. А я молчала, слыша только шум в висках. Знаю, должна была что-то сказать, но не могла и слова из себя выдавить от нахлынувшей паники.

Тогда Алексей Витальевич достал из комода револьвер и, прокрутив по рукаву пиджака, положил на стол перед собой.

– Вы сами или мне помочь? – спросил он с лёгкой издевкой, не сводя с меня пристального взгляда.

Я только хотела сделать шаг, чувствуя, как выступившие слёзы режут глаза, но Паша буквально перегородил мне дорогу и встал передо мной как каменная стена.

– Кристина – мой сотрудник, и за неё отвечаю я. - Его голос оставался непоколебимым. – Сами мы и не притронемся к стволу. Но если хотите стрелять, стреляйте в меня.

– Паша… – ахнула я за его спиной, словно отмерев от ступора, и замотала головой.

– Преданность своим людям – похвальное дело. А вы уверены, Павел Владимирович, что сотрудники и ради вас поступили бы так же?

– Да! – проговорила я, уже снова порываясь взять в руки заряженный револьвер, но Алексей Витальевич направил его на Пашу, а следом нажал на курок.

В этот момент у меня вся жизнь перед глазами пронеслась. Казалось даже, что сердце биться перестало.

Но раздался только глухой щелчок. Никакого выстрела.

Алексей Витальевич в голос рассмеялся.

– Вы мне нравитесь. Молодые, бурлит огонь в крови и желание защищать близких ценой жизни и необдуманных, но очень вредительских поступков. – На последнем слове он пристально посмотрел на меня. Он точно что-то знал, и то, что он тянул с этим, меня жутко нервировало. Он точно давал шанс во всём сознаться, но я упорно молчала.

Паша тихо усмехнулся в ответ.

– Он был не заряжен…

– Правда? – Алексей Витальевич удивлённо взметнул брови и, перезарядив, выстрелил в потолок.

Глава 2. Кристина

– Отдыхайте, вечером пойдём с вами на небольшое задание. – Паша остановил напряжённый взгляд на Владе. Его напряжение витало в воздухе, как электрический ток, но становилось чуть спокойнее, когда его взгляд падал на меня.

Я видела, как Влад кивнул и пожал руку старому другу, а теперь и новому начальнику.

– Спасибо, – сказал брат, пожав ему руку.

– Пока рано благодарить, сначала надо понять, что это за дар такой «Теневой эхолокатор» и что нам с ним теперь делать.

Не надо было быть экстрасенсом, чтобы видеть его серьёзность и настороженность. Я чувствовала и его незримый страх за меня. Это, кажется, даже заставило Влада слегка улыбнуться.

– Паш, не накручивай себя, – встряла я, скрестив руки на груди и упрямо глядя ему в глаза.

Влад тихо усмехнулся у меня за спиной. Раньше он набил бы Паше морду только за подобный взгляд в мою сторону. Но я уже не маленькая девочка, и он, кажется, это понимал.

И всё же я как стена вставала перед ним, продолжая защищать от всего мира. Моя вера в него была самым настоящим живым щитом — тем самым светом, который, как я знала, выводил его со дна отчаяния снова и снова, пока весь город считал его маньяком-убийцей.

– До вечера. – Строго сказал Паша, положив ладонь мне на плечо и задержав взгляд чуть дольше, чем положено для отношений «начальник — подчинённая».

Он ушёл, и я снова бросилась Владу на шею, обнимая так крепко, словно боялась, что его сдует ветром. Он не пытался оттолкнуть.

– Идём, – бодро сказала я, отпустив его, и забежав в дальнюю комнату отдыха, вынесла две банки пива.

– И куда ты уже собралась? – он хитро прищурился.

Всё ещё казалось слишком непривычным и чудесным. Я боялась поверить, что он действительно здесь, рядом, а не за тысячи километров в чужой стране или, что хуже, в той самой психбольнице.

– Пойдём, интриганка, – улыбнулся он.

Я сунула ему в руку холодную банку, и мы поднялись на крышу бизнес-центра. Он хотел было подойти к краю, но в последний момент остановился. Я всё поняла без слов и села на самодельную деревянную скамейку. С темнеющего неба падали пушистые хлопья снега. Ветра не было.

– Как много я пропустил… – с шумом выдохнул он облачко пара и открыл банку. – Не думал, что когда-нибудь буду выпивать с младшей сестрой…

Я, довольная, повторила за ним и сделала первый жадный глоток. Горьковатый холод разлился внутри, но это был вкус свободы и счастья.

– Даже представить не можешь, как долго я это представляла, – мечтательно сказала я, подставив лицо неспешно падающим снежинкам. Моё счастье было таким полным, что, казалось, могло согреть весь этот холодный город. – Я никогда не теряла надежды доказать всем твою невиновность. А когда смогла это сделать – своими руками убила подонка. И знаешь, я ни о чём не жалею.

Влад сжал мою ладонь и сделал глоток.

– Мне жаль, что из-за меня тебе пришлось пройти через всё это, – он коснулся того места на моей руке, где была метка. Я буквально чувствовала, как оно жжёт, напоминая о цене.

– Ты ни в чём не виноват, – отрезала я, не оставляя места для сомнений. – Ты стал жертвой обстоятельств, как и я. Нам обоим не оставили выбора. Но теперь всё позади!

Я подняла банку, и две жестяные банки звонко чокнулись в тосте за наше чудо.

– Как мама с папой? – спокойно спросил он после долгого глотка.

За долгие пять лет они ни разу не пыталась навестить брата. Даже не интересовались как он. А мне запрещали даже упоминать его имя за столом. Это было за несколько недель до их развода. Громкого и со скандалами, когда по дому летает посуда.

Я поджала губы и взглянула на потемневшее небо.

– У них всё хорошо, – с тоской произнесла я. – Лучше, чем у нас, так точно.

– Надо будет её навестить, – улыбнулся он. Я знала, о чём он думает. О глазах матери, которая поверила следователям, а не ему. Я тоже их часто вспоминаю.

– Не стоит, – жёстко сказала я. – У мамы давно другая семья, как и у отца. Бабушка умерла пару лет назад. Так что мы сами по себе теперь, братишка.

Я вяло улыбнулась, поджав сухие от ветра губы. Боль от этих слов была старой, притуплённой, но всё ещё живой.

– В принципе, ничего другого я и не ожидал, – усмехнулся он и обнял меня крепко.

– А Паша? Что у вас с ним? – спросил он сходу, от чего я едва не поперхнулась пивом.

– С чего ты взял, что что-то есть? – рассмеялась я, чувствуя, как по щекам разливается густой румянец.

– Надо быть слепым, глухим и в придачу тупым, чтобы не почувствовать искры между вами.

– Нам нельзя, – резко ответила я, не желая развивать эту тему. – Иначе меня переведут в другой офис.

– Сочувствую, – пожал он плечами. – А что по другим охотникам в офисе? Вроде время еще не самое позднее, а этаж пустой был совсем.

– Мы пока одни, – с радостью сменила я тему. – Паша – начальник, так решило руководство Москвы, когда создавали офис. Мне было уже 16 на тот момент, поэтому меня поставили охотником, но никто ничему не учил. Да и Паша долгое время офис поднимал почти в одиночку. А, ещё есть Андрей Прокопьев, но он ещё на стажировке в офисе Волка, скоро должен вернуться. Ну и теперь есть ты.

Глава 3. Кристина

Машина остановилась возле маленького заброшенного здания около маяка. Фары пронзали темноту и тонули в чёрных глазницах окон, а завывающий ветер нагонял жути даже на меня.

Я видела, как Влад сидит на пассажирском сиденье, его пальцы непроизвольно сжимаются. Он слышал что-то. Что-то, чего не слышали мы. По его лицу скользили тени.

Паша, заглушив двигатель, вышел в снегопад. Я метнула взгляд на брата, хотела что-то сказать, ободрить, но только сжала его ладонь на пару секунд и вышла следом. Холодный воздух обжёг лёгкие.

– Внутри нечисть. Не слишком сильная, но из-за неё в городе уже погибло трое. Твоя задача – её победить. А мы с Кристи будем наблюдать, – строго, без права обжалования, сказал Паша и протянул Владу серебряный клинок.

Я насторожилась.

– Стой, ты про Собирателя? – осторожно спросила я, кутаясь в короткую дублёнку. Я знала этих тварей. Они питались страхом и болью, высасывая жертв, как пауки. А вскоре люди просто тихо умирали во сне.

– Не влезай, Кристи, – сказал Паша, не меняя тона. Его взгляд был твёрдым, как гранит. – Твой брат уже не маленький мальчик. Он должен сам.

Я почувствовала, как во мне вскипает протест. Я могла помочь! Мой дар был куда опаснее для этой нечисти, чем этот жалкий ножик. Но я встретилась с взглядом Влада. В его глазах читалась та же решимость доказать. Доказать им всем, что он может. И себе.

– Я справлюсь, – заверил он, хотя я видела, как учащённо бьётся жилка на его шее.

Я только кивнула, выдыхая густое облако пара, и сжала кулаки в карманах. «Наблюдать». Какое мерзкое слово. Я ненавидела быть наблюдателем.

Влад вошёл в чёрный провал двери. Я сделала шаг вперёд, но Паша мягко, но неумолимо взял меня за локоть.

– Дай ему шанс, Кристи. Ему нужно это.

– А если не справится? – прошептала я, не отрывая глаз от здания.

– Тогда вмешаемся. Но не раньше.

Мы стояли на пронизывающем ветру, и минуты тянулись, как часы. Я вслушивалась в ночь, пытаясь уловить звуки борьбы, но слышала только вой ветра и своё бешено колотящееся сердце. Я представляла, что он там видит. Его дар… он чувствует боль других. А в таком месте её должно быть с избытком. Меня трясло не от холода.

Внезапно с крыши донёсся крик. Нечеловеческий, полный такой агонии и отчаяния, что у меня кровь стыла в жилах. Это был голос Влада.

– Всё! Я больше не могу! – рванулась я вперёд, но Паша снова был непреклонен, его рука как тиски.

– Подожди.

– Да ты с ума сошёл! Он там гибнет!

– Он борется. Не с тварью. С собой. Ему нужно пройти через это, как однажды пришлось тебе, Андрею.

Я чуть не задохнулась от бессильной ярости и страха. Потом наступила тишина. Густая, абсолютная, неестественная. Даже ветер словно притих.

И тогда Паша отпустил мою руку.

– Теперь можно.

Мы ворвались внутрь. Я бежала вверх по лестнице, не замечая ничего вокруг. На крыше, в центре, стоял Влад. Он был на коленях, его плечи тяжело вздымались. Перед ним, медленно растворяясь в чёрной пыли, рассеивалось нечто высокое, стеклянное и безобразное. Собиратель.

– Влад! – я бросилась к нему, обняла за плечи. Он весь дрожал мелкой дрожью, но был жив. Цел. – Ты справился, ты молодец!

Он слабо кивнул, не в силах говорить. Я гладила его по спине, как он когда-то, когда начались мои кошмары.

Паша же не подошёл. Он стоял в стороне, и его настороженный, оценивающий взгляд скользил по Владу, а затем зацепился за стену. Его лицо стало серьёзным.

– Это вышло быстрее, чем я рассчитывал, – холодно констатировал он. – Поехали в офис.

Только тогда я заметила свежий символ на бетонной стене. Глаз. Кошачий, с узким зрачком, обрамлённый дымчатой, кривой спиралью. От него веяло чем-то ледяным и чужим. Но не только. Было в нём что-то… знакомое. Смутно, на уровне подсознания.

Паша осторожно коснулся символа, понюхал подушечку пальца.

– Похоже на кровь… – задумчиво произнёс он и обернулся ко мне. – Кристи?

Но я уже не слышала его. Мой взгляд, скользнув за перила крыши, вниз, к подножию маяка, зацепился за фигурку в тени. Низкорослую, коренастую. Гном. Он стоял, запрокинув голову, и смотрел прямо на меня. Я верила, что все в прошлом, но что, чёрт возьми, он делает здесь сейчас? Следит за мной? Скорее специально показался.

Наши глаза встретились на секунду. И в его взгляде не было наглой усмешке, как при прошлой встрече. Там была холодная, расчётливая серьёзность.

Ледяная волна страха пронзила меня насквозь.

– Кристин! – Паша окликнул меня громче, и я резко обернулась, отряхнув со светлых волн снег, будто очнувшись от кошмара.

– Я тут! – бодро, неестественно бодро отозвалась я и почти подбежала к ним, стараясь не глядеть вниз.

– Всё в порядке? – с сомнением спросил Влад. Я видела его беспокойство.

– Да, да, просто замёрзла уже, – соврала я, уверенно кивая. – Всё в порядке.

Глава 4. Андрей

Ноги еле вели меня по длинному коридору аэропорта Владивостока из самолёта до линии выдачи багажа. Голова жутко гудела, немного шатало из стороны в сторону и дико хотелось похмелиться. Последняя бутылка вискаря в аэропорту Москвы явно была лишняя.

«Как меня вообще в самолёт-то посадили в таком состоянии?» – единственная мысль крутилась в голове. Точно. Корочки Татьяны (начальницы в офисе Волка) не смогли сказать «нет».

Пока ждал свой чемодан, дважды наблевал в мусорное ведро, после, преодолевая сильное головокружение, кое-как вышел на свежий воздух.

Помогло, но не сильно. Я всё ещё был бухим.

– Прокопьев! – Окликнул знакомый голос, и я тут же нашёл её в толпе.

– О, Кристииина! – В ответ поприветствовал я её, попытавшись обнять, но едва не потерял равновесие. Тут же меня поймал незнакомый парень в чокере. – А это что за хер?

– Уф, ну и запашок от тебя, – сказал он, пренебрежительно сморщив нос. – Ты прямо в самолёте бухал?

– Сам ты хер, а это брат мой. – Оскалилась Матюхина, перехватив мою сумку с вещами.

– Убийца! – Воскликнул он громко, и на нас обернулись люди.

Щёку обожгла резкая пощёчина. Перед глазами заплясали чёрные точки.

Психопат продолжал удерживать мою руку с силой, чтобы я шёл относительно ровно.

– Ещё хоть слово в подобном ключе скажешь про моего брата, и я не посмотрю, что ты мой друг. – Прорычала Кристина тихо, но вполне угрожающе.

– Ладно, ладно, – буркнул он, но всё же попытался вырваться из-под руки, что удерживала меня в равновесии.

Матюхин старший посадил меня на заднее сиденье новенькой леворукой легковушки и сел на переднее пассажирское. Кристина села на водительское. Стёкла внутри запотели почти сразу. Пришлось приоткрыть окно.

Я облокотился на спинку и по ощущениям, будто на секундочку прикрыл глаза, а открыл уже на парковке бизнес-центра в родном городе Анна.

Мне помогли подняться на ноги и провели до лифта.

В офисе Тигра нас уже встретил Павел.

– Вы его через бар сюда везли? – первое, что спросил начальник, стоило мне дыхнуть на него.

– Он таким уже приехал. – Кратко заключила Кристина и устало села рядом на кожаное кресло.

– Тяжёлый случай. – Вздохнул Паша. – Влад, принеси, пожалуйста, очищающий из сейфа. Времени на отдых у нас нет.

Психопат кивнул и удалился.

– Как стажировка? – язвительно спросил Павел, поставив напротив меня чашку со свежесваренным чаем.

Я потянулся в куртку за корочкой, но пальцы не удержали, и удостоверение упало рядом.

Его подняла Кристина и округлила глаза то ли от зависти, то ли от возмущения.

– Старший лейтенант!? – она зло взглянула на меня и, захлопнув корочку, буквально бросила на стол передо мной. – Это не честно! Почему мне только младшего дали!?

Я не смог сдержать злорадствующий смех.

– За хорошие достижения в охоте на нечисть и поиск значимых артефактов! – с гордостью заявил я, на что услышал только фырканье со стороны Матюхиной.

– Учись, – подколол её начальник. – Четыре месяца стажировки, а уже какие достижения. А ты за четыре года только выговор схлопотала и испытательный срок.

– Иди ты, – обиженно хмыкнула сестра психопата и по-свойски ударила Пашу по плечу. – Зато я тоже прошла задание под руководством охотника из Волка. И завершила его успешно.

– А так это он тебя маленькой предательницей называл. – Хихикнул я.

– Кристи? – Паша подозрительно сощурил глаза в сторону Матюхиной, но та только отмахнулась.

В кабинет начальника зашёл Влад и отдал мне в руку флакон. Я открыл его, понюхал, улавливая знакомый аромат трав и ингредиент от плазмы вампиров, скорее всего. Не думая, выпил почти всё залпом и откинулся на спинку, прикрыв глаза.

Эликсир разливался по желудку, почти моментально снимая тяжесть и головокружение. Даже тошнота отступила.

– А теперь, пока все в сборе, – строго начал Павел, усаживаясь в кресло за своим столом. – Начнём с главного, – начальник показал мне распечатанный символ, изображённый на стене. – Видел такой?

Я прищурился, склонил голову набок, попытался порыться в памяти, но не мог вспомнить даже отдалённо похожее на этот.

– Нет. – уверенно заключил я.

– Жаль. – Вздохнул он. – Мы за всю ночь перелопатили наш архив, даже в интернете пробовали искать, и тоже глухо… – Он задумчиво уставился на символ, будто его смысл вот-вот ему откроется, и устало обвёл нас взглядом. – Ладно, с этим потом. Андрей, твоё возвращение отметим позже, направляйся в Находку, там за последние пару месяцев уже десять человек пропало. Есть подозрение, что это дело рук нечисти.

– Люди постоянно пропадают. Какие основания так думать? – сходу спросил я.

– То, что их родные говорили о том, что перед пропажей каждый из жертв точно знали об угрозе и постоянно слушали голос в голове. Никто из них на учёте не числился, в употреблении веществ замечены не были.

Глава 5. Кристина

Тенегрызы – мелкие собакообразные твари, сбивающиеся обычно в стаи и скачущие из тени в тень, нападая на местных. У них слишком много конечностей и пара светящихся белых глаз. Физического вреда от них фактически нет, но они способны откусить часть человеческой тени, вызывая смертельные болезни.

Знаете случаи, когда человек ни с того ни с сего буквально «сгорает» от болезни в считанные дни. Так вот, вероятность нападения этой разновидности нечисти – почти 90%.

Мы приехали в Пучково днём, после того как завезли Андрея к дому его родителей, и терпеливо ждали ночи, чтобы местные не путались под ногами.

Пучково – самая обычная деревня, каких сотни. Дома, огороженные заборами, ровные тропинки, вой собак, прикованных к цепям, и их жалобный скулёж. С наступлением темноты деревня стала казаться мне жуткой.

С неба светила холодная бледная луна, ветер стих, и снегопад, что шёл почти сутки, тоже.

Влад сидел рядом, зажав уши руками, и молчал, крепко зажмурив глаза. В груди всё сжималось только от мысли, какого ему.

– Братишка, – осторожно окликнула его я, коснувшись его плеча. Он вздрогнул.

– Я их слышу… – произнёс он одними губами. – Мерзкие, визгливые, их голод… они всю деревню выкосят…

Влад тяжело сглотнул.

– Не уверен, что справлюсь рядом с ними. – С трудом выдавил он из себя. – Они заглушают всё остальное. Ничего не слышу, кроме них.

Я выдавила из себя приободряющую улыбку.

– Ты справишься. – Сказала я уверенно. – Главное – держись за мной и желательно оставайся в рассудке.

– Почему? – вдруг спросил он, и я потупила взгляд.

– Ты о чём?

– Почему ты настолько веришь в меня? Даже когда я потенциально представляю угрозу для тебя?

– Ты мой брат, – пожала я плечами. – Мой единственный родной человек. Если тебе я не смогу доверять безусловно, то кому тогда?

Влад только кивнул и сжал мою ладонь.

Мы вышли из машины, заглушив мотор, и Влад указал в самый конец улицы. Мы двинулись молча. Тишину нарушало рваное дыхание и скрип снега под ногами. Возле нужного дома я заметила Тень. Она была обглодана по краям, как лист гусеницами.

Влад инстинктивно зажал уши руками, а я, приготовив световую гранату и стальной кинжал, уверенно подалась вперёд.

Тень привела меня в пустующий дом, и я коснулась её, поглощая. По коже прошлась привычная дрожь, а внутри загорелась предсмертная агония. Эти твари долго драли на куски его тень, и здоровый мужчина лет сорока за пять дней сгорел от атипичной пневмонии. Он не вызывал скорую. Не просил о помощи. Умер в кровати. Один.

По спине пробежал ледяной ветер, пробравшись за шиворот. Я едва не потеряла равновесие, успев облокотиться на забор. К горлу подкатила тошнота, но я заставила себя взять волю в руки и поднялась по хлипким скользким ступенькам на крыльцо и дёрнула дверь на себя.

Дом внутри был обычным, но холодным.

– Они тут. – Прошипел Влад, морщась и продолжая держать уши закрытыми. Он тяжело дышал. У меня сердце в груди разрывалось от жалости к нему, но угроза была близко, и раскисать было нельзя.

Включив фонарик, я осветила каждый уголок комнаты и заметила тенистую, живую копошащуюся массу с белесыми глазами-бусинками. Их звук напоминал сухой склизкий шелест или копошение тараканов в ящике.

Недолго думая, я бросила световую гранату в угол за печкой и громко крикнула:

– На улицу, быстро!

Я руками закрыла глаза, чувствуя яркую вспышку.

– Слева три. Прямо два, идут на тебя. Они прут волной. – Прокричал Влад, не раскрывая своих глаз. Он чётко чувствовал, где они находятся, и настроение каждого. Полезно, однако.

Я достала из ножен на бедре серебряные клинки и тут же бросилась в атаку. Не рубила – резала, цепляясь за скопление глаз. Тенегрыз беззвучно взвыл, тут же расползаясь в чернильную кляксу, второй – отскочил, лишившись половины туловища.

Но их ещё было штук десять минимум. Слишком много. Даже трое могли умножить жителей деревни на ноль, а что уж говорить про целую дюжину?

Я рубила двумя кинжалами одних, пока исподтишка пытались напасть другие. Не будь тут Влада и его подсказок, точно бы не справилась. Он видел их атаки за секунду до невидимой вспышки страха. И это отчётливо слышалось в его вскриках.

– Спина! – Крикнул он, даже попытался броситься на защиту.

Я тут же развернулась в сторону, но скользкий снежный наст под ногой подвёл. Я оступилась на долю секунды, и этого хватило.

Один из тенегрызов, пригнувшийся в тени колодца, рванул навстречу и вгрызся в мою же тень. Я вскрикнула, сдавленно и очень тяжело. Из глаз брызнули слёзы. Я потеряла сознание всего на полсекунды. Даже не почувствовала, как упала в мягкий сугроб.

Моя собственная тень вздыбилась и исказилась. Клинки выпали из онемевших пальцев. Моя суть словно была растерзана в клочья. Я видела тени, но не могла даже дотянуться до них даже мысленно. Словно нить с ними была разорвана…

Влад кинжалом, что упал из моих рук, вырезал ту нечисть и ещё одного, что кинулся в его сторону. А после ещё достал пару гранат. Одна была световая, она снова оглушила тварей. А вот вторая уже настоящая...