Желание для попаданки

Глава 1.

Наш мир 2026 год.

Я ненавижу новогодние праздники. Нет, не потому что трудоголик и физически не могу валяться на диване у телевизора десять дней подряд. Как минимум, меня никто к нему цепями не приковывал, но мотивации все равно нет. Проблема лежит гораздо глубже. Когда весь город притворяется счастливым, а у тебя внутри просто выжженная пустыня, это не грусть. Это словно тебя оставили за дверью в тёплую, шумную комнату, где пахнет елкой и мандаринами, а твое место в холодном коридоре, слушать, как смеются другие.

И нет, я честно старалась изменить ситуацию всеми доступными способами, к сожалению, мой характер, вступив в преступный сговор с тараканами в голове, не позволяет мне заиметь репутацию городской сумасшедшей и ходит в кино, театры, на горки и каток в гордом одиночестве. И да… я пробовала… раза два - три точно. Бог свидетель. Ходила в кино одна, покупала билет на утренний сеанс, чтобы в зале сидели только я и парочка старушек с попкорном. Сидела в темноте, глотая слепые слезы от какой-нибудь комедии, и думала: вот он, момент счастья. А на выходе меня накрывало таким вязким, липким отчаянием, что хотелось содрать с витрин мишуру и швырнуть ее под колеса проезжающих такси и завыть на луну.

Мой психолог, женщина с лицом уставшего ангела, которое ужасно раздражает, как-то сказала: «Нужно выпустить эмоции. Проживите их. Найдите место, где можно спокойно покричать». Она наверное представляла себе живописный утес над морем. Правда в нашей местности у меня в доступе был только лес у трассы, промозглый, пахнущий гниющими листьями и всеми остальными прелестями лесополосы. Но должна отметить, что луна была вполне живописна и висела в небе желтым леденцом, неестественно ярким и равнодушным. Проехала немного вглубь, чтобы мою крошечную машинку не было видно с трассы, потом для верности прошла еще метров сто. Не знаю что заставляло меня чувствовать себя более неуютно темный ночной лес или мои собственные планы. Я затравленно осмотрелась по сторонам, вдохнула полной грудью холодный воздух и завыла.

По задумке специалиста, таким образом заблокированные эмоции должны выйти, чакры раскрыться, а энергия забить ключом.

Что ж… эмоции действительно выпустились на волю, вместе с нецензурной лексикой. Последняя, к слову, принадлежала не мне, а мужику, видимо решившемуся облегчиться в кустах. Правда, мне не совсем было ясно почему он решил делать это в лесу так далеко от трассы. Хотя… Кто его знает, может тоже психолог посоветовал.

— Здравствуйте, — на всякий случай прохрипела я.

— Да ё-....п…р… моё! Да кто ж так пугает-то?! С ума сошла?

Из чащи выполз, спотыкаясь и застегивая ширинку, мужик лет сорока, на лице которого одновременно отражались испуг, ярость и облегчение.

— Я тут, понимаешь… — он махнул рукой в сторону кустов. — А тут вой! Я думал, волки!

— А они тут есть? — я скептически посмотрела по сторонам, пытаясь найти мифических волков.

Мы выжидательно уставились друг на друга. В его глазах отражалась вселенская несправедливость. В моих — полная растерянность. И тут, будто по какому-то тайному сигналу, из-за куста напротив вынырнула полураздетая пара. Девушка, кутаясь в шубу поверх одного сапога, искала второй. Парень пытался натянуть свитер наизнанку.

И теперь мы орали с мужиком вместе.

— Мы не видели! — выпалил парень, еще не видя нас толком.

Судя по всему, они тоже работали с эмоциями и энергиями, только в индивидуальном порядке.

— Вы тоже с эмоциями работаете? — вяло уточнила я.

— Да, — активно закивал парень. — Приносим гармонию в отношения.

Мужик, забыв про свой испуг, смерил их взглядом знатока.

— В январскую ночь? В сугробе? Без штанов? Вы далеко так нагармонизируете… — хмыкнул, и добавил, — аккурат к сентябрю будет полная гармония.

Неожиданно я истерично захихикала. Потом это подхватил мужик. И парень со спутанными волосами. Самой стойкой оказалась девушка, просто спрятав лицо в мех воротника.

Нашу идиллию разрезали синие «мигалки». Полицейский экипаж, привлеченный, видимо, коллективным воем, подкатил по проселочной дороге. Сержант, выйдя из машины, окинул нас долгим, оценивающим взглядом: я в пуховике и с мокрыми от смеха глазами, мужик с все еще расстегнутой ширинкой, полуголая парочка.

— Ну что, — вздохнул он с такой профессиональной усталостью, будто видел это в сотый раз. — Общественный порядок нарушаем?

Мужик, внезапно воспрянув духом, выступил вперед.

— Да мы вот, товарищ начальник, клуб по интересам организовали! Эмоции выпускаем! Без нарушения тишины и общественного спокойствия!

В участке, куда нас все же настойчиво пригласили для выяснения обстоятельств, было тепло и пахло дешевым кофе. Мужик, представившийся Виктором, напротив меня строил глазки и упорно спрашивал номер телефона.

— Мне твой вой понравился, — говорил он, подмигивая, и не смущаясь присутствием сержанта. — Искренний. Настоящий. Давай как-нибудь… вместе выть сходим?

Я посмотрела на его доброе, слегка опухшее от ночных приключений лицо, на искренний интерес во взгляде, на дергающийся правый глаз. И почувствовала не тоску или брезгливость, а… пустоту.

В итоге посочувствовала и дала ему номер психолога… ему он точно нужнее.

После этой истории мной было принято решение завязать с психотерапией, эмоциями и ночными прогулками по лесу.