Железный Тенист

Глава 1. Та, что слышит

Ветер гулял по белоснежным галереям Льдистого дворца, завывая в резных арках, словно голодный зверь. Но для принцессы Элианы этот звук был почти утешительным – он заглушал другие голоса. Те, что никогда не умолкали.

Она стояла у окна своей башни, глядя на замерзшее озеро внизу. Пальцы судорожно сжимали подоконник из матового аэлионского мрамора. Сегодня было особенно плохо. Тени шептались громче обычного.

– Мне холодно, так холодно…

– Почему он не пришел? Обещал же…

– Найдите мое кольцо, ради всего святого, оно должно быть на кухне…

Эхо. Всего лишь эхо. Обрывки мыслей, чувств, последних мгновений тех, кто ушел. Они висели в воздухе, как паутина, невидимые для всех, кроме нее. Проклятый дар. Болезнь ума, как говорил ее отец, король Дариан. Лекарства не было – только смирение и молитвы.

– Ваше высочество?

Элиана вздрогнула. Она не слышала, как открылась дверь. В отражении стекла она увидела старую Марию, свою кормилицу. Единственная, кто знала.

– Я принесла чай с медом и тисненой мятой, – голос Марии был мягким, как всегда. – Вы не спускались на завтрак. Король спрашивал.

– Что ему нужно? – спросила Элиана, не оборачиваясь. Ее собственный голос звучал хрипло.

– Совет. Прибыли дозорные с границы. Опять стычка с волнорцами.

Сердце Элианы сжалось. Она закрыла глаза, пытаясь заглушить шепот теней, сосредоточиться на реальном мире.

– Сколько на этот раз?

– Трое наших погибли. Двое – их. – Мария поставила поднос на стол. Фарфор мягко звякнул. – Говорят, это были не просто разбойники. У волнорцев было оружие с рунами Пустоши – наступательное.

Элиана наконец обернулась. Ее лицо, обычно бледное, казалось почти прозрачным на фоне темных волос, убранных в строгую аэлионскую прическу.

– Руны Пустоши запрещены договором, – тихо сказала она.

– Именно это и говорит ваш отец. – Мария не подходила ближе, давая принцессе пространство. Она знала – иногда близость людей делала шепот громче. – Он собирает Военный совет через час. Ждет вас.

Элиана кивнула, машинально поправляя складки платья. Глубокий шелк, серебряная вышивка – цвета Аэлиона. Цвета разума и порядка. Какая ирония – его наследница слышала голоса мертвых.

– Он солгал, принцесса. Он всем лжёт…

Голос возник внезапно. Новый, резкий, пронизанный болью. Элиана замерла, пытаясь понять, откуда он. Но тени редко открывались полностью – только обрывки, как куски разбитого зеркала.

– Принцесса? – Мария нахмурилась.

– Ничего. Просто… голова болит. – Элиана сделала глубокий вздох, собирая волю в кулак. Она научилась отстраняться, строить в уме стены. Но сегодня стены давали трещины. – Помоги мне подготовиться.

Тронный зал сверкал холодным великолепием. Солнечный свет, преломленный через кристаллические купола, рисовал на полу радужные узоры. Высокие колонны из белого мрамора уходили ввысь, теряясь в сиянии купола, а серебряные гобелены с гербом Аэлиона колыхались от лёгкого сквозняка. Но воздух был напряженным, как тетива лука.

Король Дариан сидел на троне из светлого дуба и серебра. В свои пятьдесят он сохранял военную выправку, но в глазах, обычно таких же голубых и ясных, как небо над Аэлионом, теперь клубилась буря. По обе стороны от него стояли советники, генералы. Их лица были серьезные и сосредоточенные.

Элиана заняла свое место слева от трона, рядом с пустым креслом матери. – пустым уже десять долгих лет, словно немой укор. Она сложила руки на коленях, стараясь не смотреть на углы зала. Там тени клубились гуще всего, сплетаясь в смутные очертания.

– … и потому, – говорил генерал Бранд, старый воин со шрамом через левый глаз, – мы должны ответить силой. Волнорцы нарушили Граничный договор. Использование магии Пустоши – это акт войны.

– Возможно, это была провокация, – осторожно заметил лорд Элвин, главный дипломат. – Отряд мог действовать по собственной инициативе. Королева Моргана…

– Королева Моргана – дикарка, которая правит дикарями! – перебил его Дариан. Его голос, обычно такой размеренный, задрожал от гнева. – Она никогда не принимала наши законы. Ее народ живет в грязи и суевериях, поклоняется духам и меняет форму, как меняют одежду. Они – угроза всему, что мы построили!

Элиана сжала пальцы. Она видела волнорцев лишь однажды, на единственной за ее жизнь мирной встрече пять лет назад. Да, они были другими. Говорили громко, носили меха и кожу, их тела украшали татуировки, мерцающие слабой магией. Но в их глазах она не видела жажды войны. Видела гордость. И страх. Страх перед Аэлионом с его безупречными фасадами и скрытыми правилами.

– Отец, – тихо начала она, но Дариан поднял руку, не глядя на нее.

– Молчи дочь. Это не женское дело.

Элиана почувствовала, как жар заливает щеки. Она была принцессой, наследницей, но в глазах отца – все еще ребенком. Ребенок с больной головой.

– Мы пошлем ультиматум, – объявил король. – Полное отступление от Восточного рубежа, выдача виновных и публичное уничтожение всех артефактов Пустоши. У них есть три дня.