Жемчужина среди принцесс

Глава 1 ПРЕДСКАЗАНИЕ ОТШЕЛЬНИКА

– Я не такая женщина, как все другие! – пожаловалась как-то Луиза Савойская.

– Почему, мадам? – с удивлением осведомилась одна из придворных дам.

– Потому что мне уже тринадцать лет, а я ещё до сих пор не беременна!

– В таком случае, Вам нужно съездить в Плесси-ле-Тур к святому Сен-Полю, который с помощью молитв помогает женщинам забеременеть!

И вот, летом 1489 года, юная графиня Ангулемская отправилась к Франциску Паолийскому (Сен-Полю), святому отшельнику из Калабрии, которого пригласил во Францию ещё покойный король Людовик ХI и поселил рядом с королевским замком Плесси-ле-Тур, на территории монастыря Святой Девы Марии.

«Сухонький старичок принял её в крохотном домике на одну келью, стоявшем посреди удивительного сада, – пишет Коровина Е. А. в своей книге «Великие исторические сенсации». – Сад сей был взращён не людскими стараниями, но самой природой: полевые и луговые цветы, выросшие, словно на огромных клумбах, имели и большой рост, и чудный аромат. Отшельник протянул Луизе огромный раскрывшийся алый мак и опустился на колени».

– Приветствую мать короля! – сказал затем старец.

Растерянная Луиза сконфузилась:

– Я всего лишь графиня Ангулемская, и у меня нет сына…

– У тебя родится сын. Если назовешь его, как меня, в честь святого Франциска Ассизского, то он станет великим королём и прославит страну!

Другой на месте Луизы усомнился бы в пророчестве монаха. Хотя её муж Карл принадлежал к Ангулемской ветви королевского дома Валуа, но был всего лишь третьим в очереди на престол. И то при условии, если бы его предшественники не оставили мужского потомства. В молодости он хотел жениться на Марии Бургундской, единственной наследнице герцога Карла Смелого, которая считалась самой богатой невестой в Европе. Однако французский король Людовик ХI мечтал видеть последнюю женой собственного сына, а графу Ангулемскому заявил:

– Вы должны обручиться с дочерью графа де Бресс!

– Но ведь ей всего два года, а мне – девятнадцать! – возразил Карл.

– Зато Луиза Савойская – родная племянница королевы! А её мать, Маргарита Бурбон – принцесса крови.

Выбор такой невесты для Карла объяснялся тем, что король был женат на Шарлотте Савойской, желавшей обеспечить детям своего брата Филиппа выгодные браки. Однако граф Ангулемский считал будущего тестя слишком незначительной личностью: ведь Филипп (будущий герцог Савойский) был прозван Безземельным за то, что французы заставили его обменять графство Бресс на другие неравноценные земли. Но противиться королевской воле Карл не посмел, и, после обручения, разочарованный, отбыл в свой Ангулем. Напрасно он надеялся, что после смерти Людовика ХI ему разрешат разорвать эту помолвку. Этому воспротивилась Анна Французская (или дама де Божё), старшая дочь покойного короля, которая управляла Францией во время несовершеннолетия своего брата Карла VIII. Она взяла семилетнюю Луизу под своё крыло, когда та лишилась матери. Как бедной родственнице девочке выделяли из казны на одежду восемьдесят ливров и предоставили покои в замке Амбуаз, где вместе с другими воспитанницами она получила необходимое для французской аристократки образование: усвоила христианскую мораль и стала заядлой читательницей, научилась вести себя в обществе, одеваться по моде, управлять домашним хозяйством, играть на лютне и вышивать, разбираться в иерархии и генеалогии. Кроме того, она извлекла много политических уроков от своей покровительницы Анны де Божё, которая оказала значительное влияние на её личность, будучи живым примером женщины, обладающей реальной властью. Многие дамы, выросшие при дворе в Амбуазе, в дальнейшем пошли по стопам регентши, в том числе, сама Луиза Савойская, её подруга Маргарита Австрийская, Филиппа Гельдернская, Диана де Пуатье и другие.

Желая избавиться от навязанной невесты, Карл Ангулемский в 1485 году решил примкнуть к «заговору принцев» против Анны де Божё, который возглавил его кузен Людовик Орлеанский. Увы, в «Безумной войне» они потерпели поражение от королевских войск и попали в плен. После чего герцога Орлеанского заключили под стражу, а графу Ангулемскому Анна де Божё поставила ультиматум:

– Вы будете помилованы при условии, если немедленно женитесь на моей маленькой племяннице!

«Держи друзей близко к себе, а врагов ещё ближе», – вероятно, при этом подумала мудрая дочь Людовика ХI.

Хотя за Луизой давали всего тридцать пять тысяч ливров, граф, понимавший, что в случае отказа ему грозит конфискация его земель, со вздохом ответил:

– Я согласен!

После чего пообещал отдать во владение будущей супруге замки Роморантен и Коньяк (так называемая вдовья доля). Луиза же отказалась от прав на герцогство Савойское в пользу своего младшего брата Филиберта, который тоже воспитывался во Франции. Хотя в брачном контракте их матери Маргариты Бурбон было специально оговорено, что в случае отсутствия наследников мужского пола Савойю унаследуют потомки по женской линии в порядке первородства.

Впервые увидев жениха, его большой горбатый нос и длинный, узкий подбородок, одиннадцатилетняя Луиза упала в обморок. Но её быстренько привели в чувство и повели под венец, хотя девочка даже боялась взглянуть на двадцативосьмилетнего Карла – таким уродливым он ей показался. Это событие произошло 16 февраля 1488 года в соборе Ангулема в присутствии Анны де Божё и её мужа Пьера. По некоторым сведениям, после свадьбы новобрачная уехала с мужем в Коньяк и 12 сентября 1489 года родила нежизнеспособную девочку. Однако, как считают большинство историков, на самом деле ввиду своего несовершеннолетия Луиза продолжала жить в Амбуазе вплоть до 1491 года и за это время привыкла к Карлу, который её навещал.

Глава 2 СОПЕРНИЦЫ

Уже в шесть лет Маргарита Ангулемская обнаружила замечательный ум, оправдав честолюбивые надежды своей матери. Однако заботы о том, как сохранить наследство сына, отбирали у Луизы Савойской слишком много времени, чтобы позволить ей посвятить себя исключительно детям. Поэтому она решила принять помощь дамы, образование и положение которой позволяли стать гувернанткой юной принцессы. Как только об этом стало известно, многие знатные женщины стали предлагать ей свои услуги, претендуя на эту почётную должность (ведь Маргарита была родной сестрой предполагаемого наследника престола). Вероятно, это доставило удовольствие молодой вдове, долгое время терпевшей пренебрежение придворных. Однако проницательная графиня не поддавалась ни на лесть, ни на запоздалые заявления о преданности. В конце концов, её выбор пал на Жанну де Шатийон, мудрую и добродетельную даму с безупречной репутацией, чей муж, Жак де Шатийон, был камергером короля и занимал ту же должность при Карле VIII. Будучи наследницей графского рода, она пользовалась большим уважением при королевском дворе. Поэтому, когда Луиза Савойская попросила в своём письме к Людовику ХII одобрить это назначение, король немедленно дал своё согласие, и, вдобавок, послал приглашение графине Ангулемской и её отпрыскам навестить его в Шиноне.

Желание короля – закон. И вот Луиза со своими детьми в сопровождении своего камергера Жана де Сен-Желе (который, по слухам, стал её любовником после смерти мужа), а также двух фавориток покойного графа и его внебрачных детей прибыла в замок Шинон, где, по словам Ги Бретона, «появление этой любопытной компании ошеломило всех».

Но, если как супруга графа Луиза почти не имела права голоса, то в качестве вдовы с детьми стала главой Ангулемского дома, и с ней приходилось считаться. Тем более, что вдовствующая королева Анна Бретонская удалилась в Нант, кроткая Жанна Французская, супруга Людовика, находилась в Туре, а её старшая сестра, надменная Анна де Божё, жила в отставке в Мулене. Король же приветствовал своих родственников очень радушно. Весёлая и легкомысленная со стороны, но предусмотрительная и хваткая на самом деле, графиня Ангулемская сумела произвести на него хорошее впечатление.

Но особенно король был очарован Маргаритой и её братом. Красота детей и их таланты возбуждали всеобщее восхищение, и с гордым удовлетворением Луиза принимала поздравления придворных.

– Когда король был в Шиноне, – свидетельствует Жан де Сен-Желе, – мадам д'Ангулем приехала к нему в гости с двумя детьми: четырёхлетним сыном по имени Франциск и шестилетней дочерью по имени Маргарита. Сказанный господин, король, принял гостей благосклонно и любезно с честью, подобающей его ближайшим родственникам по отцовской линии. Он предоставил указанной даме жильё в своём замке Шинон над своей собственной спальней, где он часто навещал её самым фамильярным образом. Что касается детей, король не знал, как оказать им достаточную благосклонность, ибо, если бы он был их отцом, он не смог бы сделать для них больше. Так было приятно и восхитительно смотреть на них.

На мой взгляд, в данном случае Сен-Желе не сумел остаться бесстрастным, как подобает хронисту. По-видимому, он ревновал Луизу к королю. К сожалению, о том, кого молва называла её первым любовником, известно очень мало. Гораздо больше сведений сохранилось о его внебрачном сыне Меллене Сен-Желе, родившемся в 1491 году и ставшем довольно известным поэтом. А также о его младшем брате Октавиане Сен-Желе, епископе Ангулемском, который перевёл «Энеиду» на французский язык и сочинил ряд рондо, баллад и т. п. Так как последний появился на свет около 1466 года, можно предположить, что в то время, когда Жан де Сен-Желе стал любовником графини Ангулемской, ему было немногим за тридцать. Он происходил из знатного ангулемского рода, носил титул маркиза Монтелье и составил весьма точную «Хронику» за 1270 – 1510 годы. Следовательно, Жан был довольно образованным человеком и любил женщин. Правда, некоторые историки считают отцом Меллена не его, а Октавиана, который после тяжёлой болезни отказался от разгульного образа жизни и принял духовный сан.

Впрочем, Жан зря ревновал свою любовницу к Людовику ХII. Луиза оставалась гостьей короля в Шиноне всего в течение семи или восьми дней. Однако вдова и её дети так основательно завоевали благосклонность своего государя, что тот взял их под свою непосредственную защиту и заявил:

– Я думаю, что Роморантен – слишком скромная резиденция для первого принца крови, поэтому предлагаю Вам, графиня, вместе с Вашими детьми поселиться в моём замке Блуа.

Конечно, предложение короля польстило материнской гордости Луизы и решило её финансовые проблемы, так как наследство Франциска было большей частью заложено. Но в Шиноне графиня узнала очень неприятную для себя новость: оказывается, Людовик XII решил после двадцати трёх лет брака развестись со своей бездетной супругой Жанной Французской, чтобы предложить свою руку и трон Анне Бретонской, молодой вдове покойного короля Карла VIII. И та вполне могла родить королю сына.

17 декабря 1498 года в Амбуазе было официально объявлено о том, что папа разрешил Людовику ХII развестись с женой по причине близкого родства. А уже 8 января 1499 года король женился на Анне Бретонской. Что же касается Жанны, то она получила титул герцогини Беррийской и поселилась в Бурже, где по совету Сен-Поля основала орден аннунцаток (в ХХ веке её канонизировали).

Возможно, именно под влиянием второй жены в феврале король лишил Луизу Савойскую своей личной защиты и потребовал от неё покинуть дворец в Блуа и переехать в другой королевский замок, Амбуаз:

– Мы хотим, чтобы Ваши дети, графиня, провели детство там, где мы провели своё собственное.

Глава 3 ЮНОСТЬ МАРГАРИТЫ

Между тем Франциск подрастал в Амбуазе вместе со своей сестрой.

– Вернёмся в мрачные залы старого королевского замка и под вековые деревья амбуазского парка, на зелёные берега широкой Луары, – пишет А. М. Петрункевич в своей книге «Маргарита Ангулемская и её время». – Здесь рядом с развитой не по летам Маргаритой растёт общий баловень, будущий король Франциск I. Казалось бы, ничто не может сблизить задумчивую девочку-подростка и непоседливого буйного мальчика. Она – с пылкой фантазией, мистическим умом, громадной жаждой знания, внимательно слушает рассказы своих учителей о древних философах и евангельских истинах, жадно читает всё, что попадается под руку, а он – с неиссякаемой энергией, бесконечными забавными выдумками, целые дни проводит в шумной компании своих сверстников… А между тем, несмотря на разницу характеров и интересов, самая нежная, самая тесная дружба связывает их, сестру и брата, вырастая и усиливаясь с каждым годом…

Образование и воспитание Франциск получил такое же, как большинство дворян его времени. Знал немного из истории, немного из географии, зато был хорошо осведомлён в мифологии, умел фехтовать, скакать верхом. Детство, проведённое в уединении, оказало на характер Франциска крайне вредное воздействие. Мать боготворила мальчика и всё ему позволяла, а сестра – обожала. Сорванец Франциск был жаден до удовольствий: ходили слухи, что в десятилетнем возрасте он уже имел любовницу из числа фрейлин Луизы Савойской. У него не было тайн от любимой сестры, в том числе, он рассказывал Маргарите и о своих любовных приключениях, которые та позже изложила (дав вымышленные имена героям) в своей книге «Гептамерон», сделавшей её классиком французской литературы.

Принц любил поэзию, как и Маргарита, и уже в детстве они оба писала стихи. Любимым поэтом брата и сестры был Карл Орлеанский, их двоюродный дед, автор следующих довольно известных строчек:

Время сбросило одеянье
Ветра, холода и дождей.
Как парча, на природе всей
Солнца радостное сиянье.

Всюду жизнь, везде ликованье —
Щебет птиц и крики зверей.
Время сбросило одеянье
Ветра, холода и дождей.

Тем временем в жизни детей Луизы Савойской намечались большие перемены. Как только Маргарите исполнилось восемь лет, претенденты на её руку следовали друг за другом: маркиз Монферратский, принц Уэльский, герцог Йоркский, герцог Калабрийский, король Кристиан II Датский… Так, весной 1503 года обсуждался вопрос о возможном браке сестры Франциска со вторым сыном английского короля Генриха VII Тюдора. Людовик XII отправил Жака II, графа де Монбель, в Англию с официальным предложением руки и сердца Маргариты молодому принцу Генриху, который был всего на год старше своей предполагаемой невесты. От имени своего государя французский посол заявил:

– Хотя не подобает даме делать первой предложение о замужестве, как и её родственникам, тем не менее, король Людовик из уважения к королю Англии и к своей кузине Маргарите был рад так поступить.

– Если бы эта девушка была дочерью короля, то мы, без сомнения, приняли бы это предложение, – ответил Генрих VII.

А так как Маргарита была всего лишь дочерью принца крови, король Англии вежливо сказал: «Нет». В это время он как раз рассматривал идею женитьбы своего сына на Екатерине Арагонской, вдове его старшего брата Артура, чтобы сохранить богатое приданое в виде денег и драгоценностей, которое инфанта привезла с собой. Вернувшись из Англии ни с чем, граф де Монбель встретился с Людовиком XII, который в то время направлялся в Италию, и король был весьма недоволен отказом Тюдора.

В это время Маргарита уже стояла на пороге половой зрелости. Говорили, что она родилась «с улыбкой» из-за её мягкого характера, элегантности, изысканных манер и изящества. К тому же, принцесса отличалась способностями к обучению, и её поразительное развитие не по годам удивляло её наставников, заставляя Луизу Савойскую гордиться дочерью. Маргарита также знала толк в традиционных женских занятиях, хотя они были для неё скучны, и у неё был талант к языкам – она говорила на итальянском, испанском и латыни, а также немного на греческом и немецком. Её же достижения в теологии и философии под руководством Робера Юро, аббата Сен-Мартен д'Отун, были впечатляющими.

Позже Брантом, мемуарист ХVI века, писал о юной Маргарите:

– Она была принцессой с широким кругозором, обладавшей как природными, так и приобретёнными способностями.

А опальный маршал де Жие так отзывался о сестре своего воспитанника:

– Очень мудра для своего возраста.

Что же касается её внешности, то Ноэль Уильямс, автор книги «Жемчужина принцесс: жизнь Маргариты д'Ангулем, королевы Наварры», утверждал:

– Красавицей она (Маргарита) не была, несмотря на всё, что о ней писали поэты; но, тем не менее, она обладала достаточной привлекательностью, чтобы завоевать многочисленных поклонников… Её волосы, которые были очень пышными и светло-каштанового цвета, на немногих подлинных портретах, которыми мы располагаем, скрыты под облегающим чёрным чепцом, что придаёт её лицу определённую строгость. Её глаза были фиалкового оттенка и удивительно выразительные; брови слегка изогнутые, как у её матери; лоб широкий и прямой, и у неё был длинный нос, который и она, и её брат Франсуа унаследовали от Шарля д'Ангулема… Несмотря на молодость, принцесса уже была опытной кокеткой в манере держаться, обучаясь искусству очаровывать мужчин не своей внешностью, а своим умом, доброжелательностью и элегантностью. Голова Маргариты была забита итальянскими и французскими средневековыми романами, и она мечтала о вечной любви с прекрасным принцем.

Глава 4 РАЗОЧАРОВАНИЕ В ЛЮБВИ

Вскоре после свадьбы Маргарита удалилась с мужем в его замок Аржантан в Нормандии. Разлука с матерью и братом стала горьким испытанием для принцессы ещё потому, что эта жертва была принесена ради того, кого она не любила. Тем не менее, герцог Карл не был нечувствителен к многочисленным достоинствам своей супруги. Он гордился её красотой и знатным происхождением, и завидовал тем, кого она отличала своей благосклонностью. Желая быть её единственным доверенным лицом, Карл, кажется, был втайне раздражён холодностью жены. Маргарита же чувствовала себя покинутой и одинокой, и тосковала не только по родным, но и по литературному кружку в Амбуазе, а также интеллектуальной атмосфере Парижа, где охотно принимала участие в учёных диспутах.

Правда, принцесса находила утешение в общество своей подруги Боавентуры и верной гувернантки Жанны де Шатийон, которая теперь стала её первой почётной дамой. Но если с последней она говорила о любви к Богу, то с первой – о своей печали из-за расставания с Гастоном де Фуа. О Бонниве же Маргарита заговаривала лишь для того, чтобы утешить свою наперсницу, и она так хорошо скрывала своё истинное горе, что никто ничего не заподозрил.

Аржантан, один из главных городов, принадлежавших герцогу Алансонскому, как и замок, где жила Маргарита, располагался в живописной местности на берегу реки Орн. Обитель принцессы была окружена прекрасными пейзажами, лесами, полями и виноградниками. Однако ничто не радовало молодую женщину, которая была заключена в тёмном средневековом замке в обществе неграмотного мужа и свекрови-ханжи. На протяжении первых пяти лет её замужества в современных хрониках не упоминается ни об одном её появлении при дворе. Герцогу Карлу не нравилось всеобщее восхищение прелестями его молодой супруги. Отсюда, возможно, и возникло его желание держать Маргариту на расстоянии от двора – замысел, поддержанный королевой, восхвалявшей супружескую покорность, которой, впрочем, Анна Бретонская сама не всегда придерживалась. Некоторое время Маргарита стойко переносила своё положение, но она была ещё очень молода, энергична и обладала привлекательной внешностью. Наконец, не выдержав, принцесса написала Бонниве:

– Моя жизнь здесь – тягостнее смерти.

Однако за освобождение «французского Ахилла» испанцы требовали огромный выкуп, который он был не в силах заплатить. В конце концов, поддавшись уговорам Гильома, его отпустили под честное слово. Вернувшись во Францию, он разыскал своих друзей и договорился с ними об уплате выкупа за него, после чего отправился в Амбуаз в надежде найти там графиню Ангулемскую. Однако после отъезда сына и замужества дочери та вернулась в Роморантен, а затем переехала в Коньяк. Зато как раз в это время в Амбуаз по делам приехал герцог Алансонский с матерью и женой, который остановился в своём замке Кло-Люсе на берегу Луары.

Едва только Бонавентура получила весть о возвращении мужа, она сразу рассказала об этом Маргарите, которая очень обрадовалась, но сделала вид, что радуется только за свою подругу. Затем принцесса отошла к окну и стала смотреть на дорогу, откуда должен был появиться гость. Заметив его, она сбежала вниз по лестнице, где было так темно, что никто не мог увидать, как зарделось её лицо. Там она встретила Гильома, обняла его и повела в свои покои, где представила своей свекрови, Маргарите Водемон, которая не была с ним знакома. Но стоило обаятельному молодому человеку прожить в Кло-Люсе два дня, как семья герцога и все его домочадцы полюбили Бонниве не меньше, чем его любили в доме графини Ангулемской.

Выслушав её рассказ обо всех обидах, которые она претерпела в его отсутствие, младший брат Буази вновь осмелился напомнить принцессе о своей любви. В свой черёд, Маргарита решила больше не думать о своей страсти к Гастону, и найти утешение в своём целомудренном чувстве к Бонниве. И вот, когда тот уже был близок к своей цели, произошло одно весьма неожиданное печальное событие. Король вызвал своего друга к себе по какому-то делу. Испугавшись близкой разлуки, жена его потеряла сознание и упала на лестнице, причём так сильно расшиблась, что заболела и больше уже не встала. Маргарита, потерявшая с её смертью своё последнее утешение, горько рыдала. Но ещё больше опечалился Гильом – после того, как он похоронил жену, у него больше уже не было причин медлить с отъездом. Тогда Бонниве сделал вид, что из-за слабости не может встать с постели и стал просить принцессу:

– Придите ко мне вечером, после того, как все разойдутся.

Втайне он решил поставить на карту всё и либо навсегда расстаться с Маргаритой, либо овладеть ею.

Вечером, после того, как все посетители уже разошлись, явилась принцесса, которую муж уговорил навестить больного. Едва только она села в кресло у его изголовья и увидала на его лице слёзы, то сразу сама залилась слезами, так как думала, что он оплакивает свою жену. Тогда, поднявшись с постели, молодой человек встал перед ней на колени и сказал:

– Неужели я должен теперь потерять Вас навеки?

После чего упал в объятия Маргариты, которая старалась его поддержать и успокоить. Продолжая притворяться еле живым и не говоря ни слова, молодой человек «стал тянуться к тому, что ревниво оберегает женская честь».

– Что Вы такое задумали? – спросила принцесса.

Видя, что он молча продолжает своё дело, она решила, что у больного помутился разум, и громко позвала одного из придворных, находившегося в соседней комнате. Тогда Бонниве, словно лишившись сил, упал на кровать.

– Уксусную примочку, скорее, – закричала Маргарита, поднявшись с кресла. – И когда придворный вышел, она обратилась к страдальцу с такими словами: