Жена офицера. (не) возвращайся

Глава 1

Рина

Я отвлекаюсь от монитора на зазвонивший телефон. Номер неизвестный. Странно…

— Алло.

На том конце провода не здороваются, а сразу переходят к сути. Голос сухой и официальный:

— Это Рина Евгеньевна Бероева? Архип Анатольевич Бероев — это ваш супруг?

— Да, — я отвечаю автоматически, хватая ручку.

Потому что внутри какой-то холодок, аж кончики пальцев немеют. Я не понимаю из-за чего, но дрожу от испуга…

— Это из областной городской больницы. Бероев попал к нам после ДТП. Состояние тяжёлое, увезли на операцию. Вы можете приехать?

— Да, конечно. Говорите адрес!

«Состояние тяжелое»…

«ДТП»…

Меня просто размазывает от этих слов.

Дрожащими, не слушающимися пальцами, я начинаю царапать ручкой по блокноту и понимаю, что это… Подмосковье? Что мой муж делал в Подмосковье, если вчера утром он улетел в командировку в Тюмень?! Архип должен быть за две тысячи километров отсюда, а не здесь, на какой-то подмосковной трассе…

Но мой мозг будто впал в ступор и отказывается складывать эти два места на карте.

Из-за пелены перед глазами, я толком ничего не вижу и ничего не понимаю. Но, вырвав из блокнота адрес больницы, я срываюсь из офиса к нему.

По дороге мне несколько раз звонит Рома, брат Архипа.

— Рина, — всегда спокойный, он сейчас хрипит.

Наверное, думает, как мне рассказать об аварии…

— Ром, мне звонили. Я уже еду…

— Хорошо, только будь осторожнее.

— А что случилось? — напрягаюсь, мысленно готовясь к очередному удару.

— Просто будь осторожнее. Езжай не так быстро.

Я не придаю значения его словам. Просто он, также как и я, на нервах. Младший брат обожает старшего, почитает и слушается, как отца… Ему сейчас ничуть не легче, чем мне.

Только когда я кладу трубку, машина из второго ряда резко, без поворотника, перестраивается и пытается прижать меня к отбойнику. Сердце на секунду замирает — я теряю контроль. Вцепляюсь в руль так, что костяшки пальцев белеют, но выворачиваю, и меня бросает на соседнюю полосу. Чудом удаётся не слететь с обочины и не задеть другие машины.

Да что же такое-то?! Только этого не хватало!

Я прибавляю скорость и, обогнав этого ненормального, вырываюсь вперёд. В зеркале вижу, как чёрный седан отстаёт, растворяясь в потоке.

Псих какой-то…

Он нарочно пытался мне навредить? Или мне просто мерещится… От страха за мужа выдумываю себе всякое и теряю контроль за дорогой. Быстрее бы доехать…

Я никак не могу понять, что случилось... А главное, в каком состоянии Архип? Какие у него травмы? Почему его сразу повезли на операцию?

Злюсь на каждый красный сигнал светофора, потому что теряю драгоценное время. Мне нужно добраться до больницы и узнать, что с ним! Страх за мужа парализует, но я стараюсь держать себя в руках и следить за движением.

Через сорок минут я уже на месте. Роман со своим охранником меня опередили. Брат мужа, бледный, встречает меня у входа в реанимацию и отводит в сторону.

— Его оперируют. Селезёнка разорвалась, что-то с позвоночником, пока непонятно. Ввели в искусственную кому, чтобы снять отёк мозга. Ты как, нормально добралась?

Его слова меня добивают. Столько травм…

Чувствую, как ноги слабеют и Рома меня хватает за руку:

— Рина?!

— Я нормально… — отвечаю, чтобы просто не молчать. — Кто-то на дороге подрезал… Но, может быть, я сама виновата…

В сравнении с состоянием мужа, всё остальное кажется такой ерундой! Лишь бы Архип поправился.

— Как это произошло? Что он здесь вообще делал? — не унимаюсь я, впиваясь в Рому взглядом.

— Рина, давай всё потом.

Он берёт меня под локоть и отводит в сторону, а потом и вовсе заводит в какой-то кабинет — кажется, это сестринская.

— Присядь здесь, — он помогает мне опуститься на потрепанный диван. Сам подходит к кулеру и наливает в одноразовый стакан воды. — Нам нужно поговорить…

— Да что случилось-то, в конце концов? — сдерживаюсь из последних сил, чувствуя, как от напряжения вот-вот взорвусь.

Пусть уже расскажет самое страшное! Если муж останется инвалидом, я это приму… Мы ведь вместе и в горе, и в радости. Лишь бы жил.

Брат мужа гипнотизирует стакан с водой и молчит.

— Бероев?!

— Ты и так об этом узнаешь, и будет лучше, если от меня…

Снова это предательское онемение в руках, и ледяные иглы, вонзающиеся теперь уже не только в позвоночник, но и во всё тело, сковывая каждую мышцу. Если он и дальше будет молчать, моё сердце просто не выдержит и остановится…

— Рома, говори как есть.

— Архип был в машине не один, — он выдыхает, наконец поднимая на меня взгляд, полный жалости. — Оксану сейчас тоже оперируют...

Оксану?

Мое дыхание останавливается...

Оксана — это же приёмная дочь Ромы и Светы?

Глава 2

Рина

— Оксана?

Её имя повисает в воздухе. Я инстинктивно хватаюсь за руку Ромы, потому что перед глазами всё плывёт. Мне будто свет внезапно отключили — тёмный экран, и ничего не видно…

— Что они делали вместе? — собственный голос звучит чужим. Я совсем его не узнаю.

Брат мужа отводит взгляд: на секунду, но… его жест — красноречивее любых слов.

— Рина, я не знаю всей правды, а додумывать не хочу. Так же, как и ты, жду хоть каких-то новостей из операционной. Понимаешь?

— Нет, я не понимаю! — нервы сдают, и я срываюсь на крик. — Если ты сейчас пытаешься оправдать любовные похождения своего брата… со своей же приёмной дочерью, то я ни черта не понимаю, Рома! Это всё какая-то чудовищная чушь! Гадость!

Я жду, что Рома тоже разозлиться и осадит меня. Будет отрицать и возмущаться, но он смотрит перед собой. Будто меня тут вообще нет и никаких криков он не слышал.

— Успокойся, пожалуйста. Я не думаю, что… — на мгновение он сжимает кулаки, — что это действительно так. Архипу в последнее время серьёзно угрожали. Ты наверняка заметила, что он усилил охрану.

Воспоминания накатывают лавиной, переключая мои мысли. Да, я заметила… Муж стал каким-то закрытым, раздражительным. Допоздна задерживался на работе, а его телефон не умолкал от звонков и сообщений в любое время суток.

И у нас в доме действительно появились новые люди. Старую, почти домашнюю охрану Архип заменил на каких-то суровых, молчаливых шкафов с каменными лицами. А когда я осторожно спросила о причине, он лишь отмахнулся, сославшись на «рабочие моменты».

Я не стала расспрашивать. В конце концов, у мужа бизнес, и вполне прибыльный.

Достаточно врагов и конкурентов, чтобы усилить охрану…

Но, это ДТП… Архип — идеальный водитель! За рулём он всегда собран и внимателен. Это я вожу, как…

Вспоминаю предупреждения Романа…

Догадка обрушивается ледяным ушатом, заставляя дернуть брата мужа на себя:

— Подожди, — я впиваюсь в него взглядом. — Ты хочешь сказать, что эта авария… Она не просто так? И поэтому ты предупреждал меня ехать аккуратнее? — я вспоминаю седан, который пытался отправить меня в кювет. — И это машина… ты поэтому просил быть осторожнее? Это не случайность?!

— Рина! — Рома резко повышает голос, чтобы перебить мою панику. — Хватит! Давай ты не будешь сейчас забивать свою голову лишними мыслями. Лучше настройся на то, чтобы твой муж поскорее пришёл в себя. В конце концов, это и в твоих интересах.

Он делает паузу, явно подбирая слова.

— Да, и ещё… Архип не успел тебе сказать, но он нанял для тебя личную охрану. Сейчас он подойдёт.

— Кто придёт? — автоматически переспрашиваю, чувствуя себя как болванчик. Мозг отказывается воспринимать новую информацию.

Охрана? Но… зачем?

Ладно, для мужа, с его положением и работой — это хотя бы объяснимо. Но зачем она мне? От чего меня нужно защищать?

Рома вносит ясность в поток моих мыслей.

— Пока я ничего не выясню и состояние брата не стабилизируется, ты будешь находиться под присмотром Тимура. Двадцать четыре часа в сутки. В конце концов, твой муж знает, как лучше для тебя.

Рома отвлекается — ему звонят, и он быстро берёт трубку:

— Да. Мы в сестринской, в конце коридора. Заходи.

Проходит несколько секунд, и в дверь раздаётся короткий, уверенный стук. Не дожидаясь ответа, в комнатушку входит тёмная тень, на мгновение заслонив собой свет из коридора.

— Рина, знакомься. Это твой телохранитель — Тимур Богатырёв, — говорит Рома и встаёт.

Я поднимаю голову и застываю на месте. ОН высокий, мощный… заполняет собой всё пространство.

— А…

В последнее мгновение каким-то нечеловеческим усилием воли мне удаётся загнать обратно в горло вопрос: «Это ТЫ?!».

Но мой новый телохранитель, нанятый мужем, и так всё понимает… без лишних слов.

❤️❤️❤️

Дорогие читатели! Я безумно рада видеть вас на страницах моей новинки!

История будет очень эмоциональной и интересной, ХЭ — обязателен ❤️

Буду благодарна за вашу безграничную поддержку - лайки, комментарии. Это очень вдохновляет меня, и поможет истории в продвижении ❤️

Если начало вас заинтересовало, давайте наберём 300 ⭐️ звёзд и я выложу сегодня до 20.00 еще одну главу + визуал наших героев!

Глава 3

Рина

— Нет… нет! Кто угодно, но только не он.

Слова уже срываются, и я никак не могу их сдержать.

Ноги тоже отказываются двигаться, меня словно бетонной плитой прибило. Невозможно не то, что встать с дивана, даже просто пошевелиться…

А встать нужно. Потому что оба мужчины ждут хоть какой-то реакции от меня.

Тимур…

Это не мираж. Это действительно он — в синей водолазке и черных брюках. Я разглядываю его отдельными фрагментами. В гражданской форме… и бороду отпустил… Будто на рефлексе у меня начинает колоть кончики пальцев. Потому что его щетина всегда кололась…

Я смеялась, а он нарочно щекотал…

Но это всё в прошлом. Здесь и сейчас повзрослевший Тимур Богатырёв. Действительно богатырь. Крепкий, мощный… знающий себе цену. Ещё более опасный, чем прежде.

Мне не спрятаться…

Его уверенный и наглый взгляд из-под чуть опущенных ресниц пробирается под кожу.

Делает вид, что не смотрит, но на самом деле буквально каждый миллиметр моего тела оглядывает. Я как подпаленная спичка… Горю, потом тлею, а потом становлюсь обугленной деревяшкой — ненужной и бесполезной.

Взглядом я кричу ему: «Ненавижу!» и «Исчезни!». Но мои желания никто не слышит…

— Вы знакомы, что ли? — спрашивает Рома, глядя на наше немое столкновение.

— Нет, — одновременно лжём мы с Тимуром.

— Он мне вообще никто… — шепчу едва слышно. Но мой новый телохранитель всё слышит и кривит губы в наглой усмешке.

Я прикусываю губу так сильно, что даже в уголке рта проступает красная капля.

— Я не конкретно о нем, Ром. Мне вообще не нужна никакая охрана, — пытаюсь сбежать из этой ловушки. — Ну или во всяком случае круглосуточная.

Брат мужа недовольно цокает и с шумом выдыхает. Он явно не ожидал, что я начну сопротивляться.

— Рина! Ты ведёшь себя, как ребёнок. Я же сказал, что ты будешь под присмотром Тимура. Двадцать четыре часа в сутки. Без исключений и отговорок, — его тон безапелляционный. — Это был приказ моего брата, и ни я, ни ты не имеем права его ослушаться. Ты поняла меня?

Хватаю ртом воздух. Что, значит, «приказ»?

— Что значит «поняла»? Я не собака, чтобы мне кто-то приказывал, а я безропотно выполняла команды! — взрываюсь, выплескивая все, что накопилось за этот день.

— Придётся потерпеть. Или жить надоело? Ещё раз говорю, сейчас не место и не время включать истеричную бабу. Захотела на соседнюю койку с Архипом, что ли? Я сказал, это приказ!

Возможно позже, мне будет стыдно перед Ромой. Но точно не сейчас. Сам факт, что он пытается меня продавить, да еще и унижает при Богатырёве, срабатывает как красная тряпка.

— Жене своей приказывать будешь, ясно?! И койка рядом с твоим братом уже занята! Ты мне лучше расскажи, КАК твоя дочурка оказалась с моим мужем в одной машине. У нас, что, Подмосковье нынче считается филиалом Томска? Не держи меня за идиотку, Рома.

Брат мужа шипит, больно хватая мою руку:

— Рина… — шипит, борясь с собой. — Я же просил тебя быть благоразумной. Выключи истерику, иначе потом пожалеешь…

Я не пожалею!

Первоначальный шок и страх за мужа прошёл… Внезапная встреча с далёким прошлым сработала, как разряд в несколько сотен вольт.

Меня встряхнуло, открыв глаза на очевидные вещи…

Рома и Света удочерили Оксану после смерти родителей девочки. Они шли в детский дом за грудным малышом, а в итоге забрали её. Я никогда не лезла с расспросами, потому что это некрасиво и нетолерантно.

Только вот Оксана такой эмпатией, судя по всему, не обладает…

Хуже всего, что Рома прав. Мне не стоило срываться при посторонних. Ладно бы при посторонних. Мне не стоило срываться перед Тимуром…

Он смотрит на меня, будто ждал этой встречи. Будто знал, что карточный домик моего брака рухнет. И сейчас он свидетель этого падения.

Смотрит своими почти чёрными глазами, всю душу наизнанку выворачивая…

Я делаю глубокий вдох, чтобы дыхания хватило и сцепившись с братом мужа взглядом, цежу:

— В общем так, никакой телохранитель мне… — обрываюсь на полуслове, потому что в сестринскую без стука вбегает запыхавшаяся медсестра.

— У Бероева остановка сердца!