Жена поневоле, или Аллергия на драконов

Пролог 1

Зал приемов в Кристальном дворце

— Мое яйцо, оно пропало! Пропало! — женщина сидела, раскачиваясь на стуле и закрыв лицо руками.

Мужчина рядом с ней поджал губы и вперил острый взгляд в собеседника.

— Вы же понимаете, что это значит, Айяс? Яйца не пропадают сами по себе. Его украли! Я требую, чтобы вы наказали виновного!

— Зартен, мы можем сделать факт пропажи яйца достоянием общественности, но вы ведь понимаете, какие будут последствия? Ваша супруга, истинная драконица, сумела отложить яйцо, впервые за почти 50 лет, но вы не уберегли его. Ваш клан Золотых мало того, что потеряет решающий голос в Совете, вы вообще должны будете покинуть его навсегда.

— Что?! Вы хотите, чтобы власть перешла Черным или Алым? Вы же понимаете, что они тут же развяжут войну?!

— Успокойтесь, Зартен! Мы не хотим подобного исхода. Но прорицатели неоднократно предупреждали вас, что ваше нежелание вмешиваться в текущее положение дел рано или поздно приведет к трагедии.

— Скажите мне, кто украл мое яйцо и я разорву его собственными когтями! — подняла заплаканные глаза женщина.

— Артемида, меня радует то, что вы готовы проявить жесткость в этом вопросе, но боюсь, что у нас нет доказательств вины кого-либо из кланов, — мужчина в одеянии, словно усыпаном множеством кристаллов льда и с такими же холодными и безликими интонациями взглянул на женщину прозрачными невидящими глазами. — И повторюсь еще раз: не в ваших интересах выносить случившиеся на всеобщее обсуждение.

— Что же вы посоветуете, мудрейший? Нельзя допускать, чтобы наш клан отстранили от принятия решений, именно мы поддерживаем существующий расклад сил.

Мужчина прикрыл глаза и некоторое время сидел неподвижно.

— Привлеките на свою сторону Изумрудных, — почти на размыкая губ и не открывая глаз проронил мужчина. — Они не подвержены зову, и пришла пора им исполнить предназначение.

***

Тронный зал в гнезде Изумрудных

— Не скажу, что рад тебя видеть, Зартен, но не могу ослушаться приказа Верховного. Он сказал мне, что ты ищешь нечто важное в мире людей и наше предназначение в том, чтобы помочь тебе. Именно это вернет моим драконам возможность слышать своих истинных.

Величественный мужчина замолчал, ожидая ответа, и никто со стороны не понял бы, насколько для него сейчас это было важно. Он оставался единственным главой клана, у которого в тронном зале пустовало соседнее кресло, предназначенное для супруги дракона.

— Айяс сказал, что для этого есть все предпосылки, но путь не будет простым и быстрым. Но он велит Кристальным молиться за нас, — ответил мужчина спокойно и с присущим ему достоинством.

— Мне он сказал то же самое. А еще то, что они полагают, что утерянное тобой спрятано в мире людей. Что ж, Зартен, я исполню волю Верховного и отправлю одного из своих драконов туда. Тем более, что скоро решающий голос в Совете перейдет к твоему клану. До вылупления будущего Кристального осталось ведь не так много, верно? Уже готовитесь к торжеству и обряду представления?

— Да, Долмат. Через пару месяцев все произойдет. Мы обязательно разошлем всем кланам приглашение на обряд инициации, — уверенно ответил мужчина в золотом камзоле и никто со стороны не догадался бы, что сам он слишком мало верит в то, что сумеет вернуть потерянное яйцо и тем более, скрыть это от других кланов.

То, что Золотые потеряют влияние, он уже смирился, а вот мысль о том, что его дорогая и любимая супруга потеряет своего долгожданного так и не вылупившегося сына или даже дочь приводила его в отчаяние.

Он готов был сам отправится в мир людей на поиск яйца, но останавливал один факт — каждый дракон, что попадал в мир Ойхолла подвергался там воздействию зова “истинной”, которому не мог сопротивляться. Чудовищная ошибка богов, при которой дракон ощущал тягу к человеческой женщине и терял рассудок, пока не овладевал ею. Проблема была в том, что женщины из мира Ойхолла не испытывали по отношению к драконом ничего, кроме ненависти, ужаса и страха, и те вынуждены были применять магию очарования, чтобы удерживать пленниц возле себя, пока те не родят наследников. К счастью от человеческих женщин всегда рождались только драконы. Но никогда — драконицы. Все это постепенно привело к тому, что драконы начали вырождаться как вид.

Драконы искали удачи в других мирах, где жили разные существа, но беда в том, что союзы, приносящие потомство, складывались только с человеческими женщинами, но и те были временными. Зато в Ойхолле тамошние жрецы и частично ведьмы могли прокладывать пути в другие миры, но их ненависть к драконам была настолько сильна, что они предпочитали умереть, чем показать проход врагам.

Драконы пытались проникать в Ойхолл тайно, чтобы узнать, как перейти в другие миры, но ничего не могла поделать со сводящим с ума зовом истинной. Кроме Изумрудных и Черных. Черные могли сопротивляться зову какое-то время, а Изумрудные не слышали его вовсе. Вот только и они не сумели добиться успеха, а смельчаки, что отправились искать проход из Ойхолла в другие миры — пропали.

Поэтому Черные предлагали решить проблему радикально — захватить мир Ойхолл, поработить там всех и заставить жрецов открыть для них проход в другой мир. А позиция Золотых была в том, чтобы поддерживать с людьми добрососедские отношения и попытаться завоевать их доверие.

Успеха пока не добились ни те, ни другие, на этом и держалось хрупкое равновесие. Пока у Золотых не пропало яйцо.

Истинные драконицы могли снести яйцо лишь раз в жизни и пополнение всегда было Кристальным — такой дракон мог войти в любой клан или стать прорицателем, видящим и даже Верховным. А утрата яйца — это несмываемый позор на всю жизнь. Теперь от Золотых отвернутся все кланы, они потеряют голоса в совете и им еще повезет, если их не вынудят покинуть собственные гнезда. Но что все это значит в сравнении с горем матери, потерявшей шанс обрести долгожданное потомство?

Пролог 2.

Кабинет Владыки Изумрудных драконов

— Уильям, ты отправляешься в мир людей, — владыка изумрудных смотрел свысока, но от молодого дракона не укрылось, как он напряжен. — Владыка Золотых дал поручение и ты сделаешь все, чтобы исполнить его. Тебе предстоит отправится в городок Пакторас и разыскать нечто важное в его окрестностях.

— Владыка, умоляю вас, только не туда! Там же алтарь. Люди, завидев дракона, живо всучат мне жену. А я не готов, — заявил молодой наглец, одергивая новехонький, пошитый с иголочки изумрудный камзол с богатой отделкой золотой и серебрянной нитью. Женщины, которые оказывались в их мире, хоть и ненавидели драконов всей душой, но вынуждены были работать и обслуживать ящеров. — Я подал Кристальным прошение в искатели.

— Я знаю, Уильям. Но есть два обстоятельства, из-за которых я вынужден просить тебя пойти на эту жертву. Видящие сказали, что именно ты найдешь и приведешь сюда мою истинную. Ту, что не будет испытывать страха перед нами и исполнит древнее пророчество. Они заверили меня, что древние боги помогут в этом. И второе, мой дорогой мальчик, прорицатели прислали уведомление, что пришел твой черед испытать судьбу и обзавестись супругой.

— Слушаюсь, владыка, — с напускной покорность склонил голову молодой дракон, хотя внутри испытывал досаду и раздражение, оттого, насколько не вовремя прорицатели прислали уведомление. — Надеюсь, судьба будет ко мне благосклонна и избавит от необходимости жениться. Я еще слишком молод.

— Даже если и нет, с женитьбой для тебя мало что изменится. Человеческие женщины, как мотыльки-однодневки, их век недолог. Зато, возможно, она сумеет родить тебе наследника.

— Угу, если не наложит на себя руки и не попытается зарезать меня во сне, — маска покорности недолго продерджалась на лице молодого повесы. — В любом случае риск оправдан, если на кону поиск вашей истинной, Владыка. Скажите только, как я узнаю ее?

— Ни видящие, ни прорицатели пока не готовы ответить на этот вопрос, мой мальчик. Поэтому все, что остается — помочь Золотым, а после этого довериться судьбе, — вздохнул глава Изумрудных, тщательно скрывая беспокойство. Видящие заверяли, что его истинная вот-вот появится в мире Ойхолл, но при этом они явно что-то не договаривали. Да он и сам нутром ощущал, что грядут перемены, слишком натянуты были нити мироздания, что звон их резонировал смутными предчувствиями и тревогой в душе.

Молодой мужчина поклонился своему Владыке и с балкона уже взлетал роскошный изумрудный дракон. Он держал путь в гнездо правителя Золотых.