Жених моей подруги

Глава 1

Все вокруг были заняты приготовлениями к предсвадебной вечеринке, а Лиззи еще никогда так сильно не мечтала о спокойствии и уединении.

Сегодня она должна была провести вечер во всемирно известном театре «Ла Скала». А пока Лиззи стояла посреди шикарного номера в миланской гостинице и держала в руках роскошное платье, такое дорогое, что она боялась представить себе даже приблизительную его стоимость. Кроме того, ее не покидала мысль, что в то время, как она веселится в Италии, ее семья в Англии может в любой момент обанкротиться.

Она передумала приезжать на свадьбу лучшей подруги, но ее отец уговорил принять приглашение. А брат Мэтью пошел еще дальше и приказным тоном заявил:

— Не глупи. Ты хочешь, чтобы отцу стало совсем плохо? Поезжай на свадьбу Бианки, как и планировала. И не забудь передать ей мои наилучшие пожелания.

Это было сказано с таким сарказмом, что Лиззи поежилась при воспоминании о словах брата. Он никогда не простит Бианку за то, что та посмела влюбиться в другого мужчину. Родители лучшей подруги также настаивали на присутствии Лиззи, так что ей ничего не оставалось делать, кроме как подчиниться желанию окружающих. Иногда так поступить гораздо проще, чем идти наперекор всем и вся.

Поэтому теперь Лиззи покорно надевала изумительное платье, пытаясь одновременно уложить непослушную прядь волос, которая не переставала спадать на лоб.

Посмотрев на себя в зеркало, молодая женщина ужаснулась. Платье топорщилось совершенно не в тех местах, где нужно, и его серый цвет абсолютно не подходил к ее бледной коже. Уже не в первый раз за свою жизнь Лиззи пожалела, что не родилась такой же красивой, как Бианка, которой шли любые наряды.

Вместо аккуратной фигурки, красивых темных волос и загорелой кожи Лиззи досталось обычное тело, непослушная рыжая копна на голове и белая кожа. Неудивительно, что это платье, которое когда-то принадлежало Бианке, ужасно сидело на ней. К слову сказать, его бывшая хозяйка отказалась от этого наряда спустя месяц.

— Не знаю, почему я его купила, — недоумевала тогда Бианка. — Цвет мышиный, длина мне не подходит, и грудь выпирает из декольте.

Хоть здесь Лиззи могла не волноваться. Ее небольшая грудь с легкостью разместилась в лифе. Кроме того, твердила себе она, дареному коню в зубы не смотрят. Ей все равно не из чего было выбирать. Ее скромный бюджет не покрыл бы и бретельки от этого платья. А собственных роскошных нарядов у Лиззи никогда не было.

Внезапный стук в дверь прервал ее размышления.

— Ты готова, Элизабет? — позвала мать Бианки. — Мы не должны опаздывать в «Ла Скала».

Конечно, нет, мысленно улыбнулась Лиззи.

— Одну минутку! — ответила она вслух.

«Ла Скала» не ждал никого, даже если это были сливки итальянского общества. Среди этих избранных сегодня предстояло провести вечер Лиззи. Она быстро надела туфли, нанесла нежно-розовый блеск на губы и посмотрелась последний раз в зеркало.

Трудно поверить, но одно только обручальное кольцо Бианки могло спасти ее семью от банкротства. Ведь эти деньги дали бы возможность выплатить все долги фирмы. И, наверное, еще немного осталось бы.

Но Бианка вряд ли это осознавала. И Лиззи не винила ее. Просто положение их семей было слишком разным.

Они подружились в тот самый день, когда обеих поместили в закрытую английскую школу, где девочки чувствовали себя чужими. Бианка до Англии весело жила в Сиднее. Ее родители чрезвычайно разбогатели после смерти дяди, который оставил им огромное состояние. Именно поэтому они переехали сюда и отдали дочку в школу со строгими порядками, чтобы она научилась вести себя в высшем обществе.

У Лиззи же была совсем другая история. Ее сослали в эту школу после того, как ее мама ока залась в центре скандала. Всем стал известен ее роман с мэром городка, где они жили. Причем до этого мэра считали порядочным семьянином. После того, как все выплыло наружу, над Лиззи так жестоко подшучивали в школе, что отец решил перевести ее в другое учебное заведение.

Прекратились ли насмешки на новом месте? Нет. Сказала ли кому-нибудь об этом Лиззи? Нет. Ее отец и без того тяжело переживал измену жены и то, что та бросила семью, прихватив с собой все сбережения.

Итак, они с Бианкой стали лучшими подругами. Их притянуло друг к другу, как два полюса. Бианка — темноволосая, уверенная в себе красавица и Лиззи — рыжая худая девчонка, чья мать ни разу не позвонила ей после отъезда.

Уже десять лет подружки неразлучны. Теперь им было по двадцать два года, и одна всегда знала, что делает вторая. Сейчас Бианка выходила замуж за представителя одной из лучших семей Италии. И Лиззи готова была на время забыть о своих проблемах, чтобы сделать для подруги этот день идеальным.

Кроме того, именно родители Бианки оплатили дорожные расходы. Лиззи была благодарна им, потому что ей такое путешествие было не по карману.

После долгих неурядиц Лиззи все-таки приехала на свадьбу подруги и познакомилась с ее женихом, очень богатым и сногсшибательно красивым итальянцем.

Лучано Дженовезе Марчелло де Сантис, которому только что исполнилось тридцать четыре года, был главой всемирно известной банковской империи. Но друзья имели право называть его просто Люк.

Странная дрожь пробежала по телу девушки. Она схватила сумочку и открыла дверь, надеясь, что ее наконец перестанет бросать то в жар то в холод каждый раз, когда она вспоминает этого мужчину.

Он был необычен: сочетание холодной вежливости и обжигающей сексуальности. Бианка льнула к нему, как ласковый котенок, и, казалось, это забавляет его. Лиззи делала скидку на то, что они оба итальянцы и такая открытость и сердечность свойственна их нации.

Она бы никогда не стала бегать за мужчиной. Поэтому тяга к Люку де Сантису пугала ее. Он лишил Лиззи спокойствия, хотя был совершенно не в ее вкусе. Слишком высокий и сильный, слишком сексуальный и красивый, слишком холодный и недоступный.

До сегодняшнего вечера они встречались один раз в Милане и один раз в Лондоне. Это было пару месяцев назад, на ужине, который устроили родители Бианки, чтобы познакомить друзей семьи с будущим мужем своей дочери.

ГЛАВА 2

— О боже, — прошептала Лиззи.

Они уже даже не танцевали! Люк смотрел на нее сверху вниз, и на его губах снова появилась эта ужасная издевательская улыбка!

Лиззи стояла и молилась, чтобы пол под ногами разверзся и ее бренное тело поглотила пучина.

— Прости! — пробормотала она и отшатнулась от Люка так резко, что чуть было не упала.

— Честно говоря, я бы воспринял это как комплимент. — Люк протянул руку, чтобы помочь Лиззи удержать равновесие. — К счастью, я предвидел подобный финал, поэтому сейчас мы находимся на террасе, подальше от любопытных глаз.

На террасе? Лиззи осмотрелась. Только сейчас она заметила, что они действительно стоят на террасе, о существовании которой она даже не подозревала. Как же сильно она была поглощена танцем, если не заметила, что Люк вывел ее сюда?

Лиззи сделала попытку высвободиться. Это ей успешно удалось. Она даже смогла устоять на ногах, хотя это было непросто.

Лиззи хотелось умереть от стыда прямо на этом месте, и она не могла найти в себе силы даже взглянуть Люку в глаза. Она просто не знала, что сказать в свое оправдание.

А Люк, очевидно, наслаждался создавшейся ситуацией. Он с улыбкой смотрел на девушку, довольный собой и всем происходящим.

— Можешь свалить всю вину на вино, — предложил он.

Лиззи кивнула, радуясь хотя бы такому нелепому поводу.

— Я никогда не пила так много.

— Я в этом не сомневаюсь, — кивнул Люк.

— И Вито… — пробормотала она.

— Постоянно наполнял твой бокал.

Лиззи совсем не это хотела сказать, поэтому она с удивлением посмотрела на Люка.

— Он что?

— Бедняжка Элизабет! Ты попалась на самый старый трюк, который описан во всех книжках.

Лиззи вспомнила, почему завязался этот разговор, и опустила глаза. Никогда в жизни она не чувствовала себя такой униженной. И

ведь сама загнала себя в ловушку. Собственными руками.

— Думаю, мне нужно… — пробормотала она, направляясь к двери.

— Вернуться к Вито, чтобы он продолжил спаивать тебя?

— Нет! У вас дурное чувство юмора, синьор.

— А у вас, синьорина, самый мокрый язык и очень мягкие губы.

Лиззи больше не могла это терпеть. Она резко развернулась и… столкнулась с Бианкой.

— Что вы оба здесь делаете? — спросила та.

Ничто в жизни еще не пугало Лиззи так, как появление ее лучшей подруги.

— Элизабет стало душно, — спокойно ответил Люк. — Ей нужно было выйти на свежий воздух.

— Ты в порядке, милая? — обратилась к ней Бианка. — Боже, ты действительно побледнела.

— Скажи спасибо своему кузену, — сказал Люк. — Это он весь вечер спаивал Элизабет.

— Вито? Вот хулиган! А я попросила его позаботиться о тебе… — Бианка подошла к Лиззи и обняла ее за плечи. — С таким строгим папой, как у тебя, ты не привыкла к вечеринкам, правда, дорогая? Точнее, ты вообще не привыкла к спиртному.

— Мой отец не такой плохой, — пробормотала Лиззи, будто оправдывалась.

— Да. Он еще хуже, — кратко заметила Бианка. Она даже не пыталась скрыть, что ненавидит отца Лиззи, который разрушил ее отношения с Мэтью. — Я до сих пор удивлена, что он отпустил тебя сюда и позволил насладиться жизнью, а не запер в четырех стенах. Мне даже пришлось отдать тебе платье, чтобы ты не ходила в тех лохмотьях, которые он предпочитает на своей дочери.

В этот момент Лиззи хотелось испариться. Наверное, это наказание за то, что она натворила.

Как это ни удивительно, но именно Люк де Сантис пришел ей на выручку.

— Достаточно, дорогая, — сказал он Бианке. — Скромность не порок. К тому же у твоей подруги болит голова. Твоя болтовня о том, о чем в моем присутствии она предпочла бы умолчать, вряд ли улучшит ее состояние.

— Ой, прости, Лиззи. Как же безобразно я себя веду! Давай-ка вернемся в отель. Люк, ты ведь не будешь против?

— Конечно, нет, — улыбнулся он.

— Не нужно… — пробормотала Лиззи. — Я не позволю тебе покинуть прием в вашу честь. Вито все равно собирался уехать пораньше, так что я лучше отправлюсь с ним.

— Даже слышать ничего об этом не хочу, — строго проговорила Бианка. — Вито может поехать с нами, и я заодно отчитаю его за плохое поведение. Люк организует для нас машину.

Лиззи не могла смотреть Люку в глаза. Она уговаривала себя признаться во всем Бианке. Но как это сделать? Подруга будет в шоке. Возможно, она никогда не сможет простить ей такое предательство.

А вдруг Люк первым расскажет все невесте? Как Лиззи переживет этот позор?

Они уже садилась в лимузин, когда Люк тихо прошептал ей на ухо:

— Не делай этого. Она никогда тебя не простит. И если ты не глупа, то держись подальше от Вито Морено.

Он поцеловал невесту в щеку и захлопнул дверцу.

Присутствие Вито сделало дорогу к отелю более приятной для Лиззи, так как она могла притвориться спящей, пока кузен и кузина болтали.

У Лиззи действительно болела голова. Она чувствовала себя не в своей тарелке и знала, что это ощущение пройдет не скоро. Приехав в отель, Лиззи извинилась и постаралась поскорее покинуть теплую компанию, чтобы зарыться головой в подушку и забыть о случившемся.

Только на следующее утро Лиззи поняла, что лучше было бы остаться вместе с ними. Возможно, тогда она сумела бы уберечь Бианку от роковой ошибки. Сейчас же София Морено билась в истерике посреди номера Лиззи.

— Она сбежала! Моя дочь собрала вещи посреди ночи и сбежала! Боже мой, она ни разу не намекнула на то, что они задумали! Как она могла так поступить? Как он мог так поступить? Что скажут люди? Как же Лучано? Ох, я этого не переживу. Бианка отказалась от прекрасного будущего. Как она посмела?.. Как твой братец оказался здесь и так просто увез ее?

До этого момента Лиззи была уверена, что разговор идет о Вито, но теперь она удивленно воскликнула:

— Мэтью? Вы уверены, синьора Морено?

— Конечно! Это Мэтью! — закричала София. — Оказывается, он приехал сюда еще вчера днем и прятался у Бианки в номере, когда я заходила проведать ее! Представляешь? Она была не одета, и кровать была вся измята! Мой Бог, нетрудно догадаться, что там происходило! Ты знала, что они планировали побег, Элизабет?

ГЛАВА 3

— Это совсем не смешно, — буркнула Лиззи в то время, как ее сердце готово было выпрыгнуть из груди. — Я понимаю, что ты обижен и чувствуешь необходимость отыграться на ком-нибудь. Но это не дает тебе права клеветать на мою семью.

— На твоего брата, — снова уточнил Люк — Я обвиняю только одного члена твоей семьи. По поводу честности остальных пока могу только догадываться.

Лиззи начала потихоньку терять

самообладание.

— На каких основаниях ты обвиняешь Мэтью в мошенничестве?

— На тех основаниях, что я банкир и разбираюсь в этом. Я никогда не позволяю сердцу руководить разумом.

— Я не понимаю тебя, — окончательно запуталась Лиззи.

— Позволь мне объяснить. Бианка — состоятельная женщина.

— Это я знаю, — процедила она.

— Немного изобретательности — и Бианка поверит в то, что ее детская любовь может стать чем-то большим, если в нее вложить определенную сумму денег.

— Мне кажется, тебе следует хорошенько подумать над тем, о чем ты говоришь, — строго сказала Лиззи и сделала то, что нужно было сделать сразу, — развернулась и пошла к двери.

— Ваши близкие отношения с Бианкой заинтересовали меня, — продолжил Люк. — Поэтому я посчитал нужным навести справки о тебе и твоей семье.

— Навести справки? — Лиззи развернулась и уставилась на него. — Кто тебе дал право?..

— Это право жениха Бианки, который был… удивлен вашей дружбой. Вы не в ее стиле, мисс Хадли, — заявил Люк. — Невооруженным взглядом видно, что Бианка принадлежит к другому кругу. И вдруг я вижу тебя в лучшем отеле Милана, в номере, который оплачивает ее семья. Бианка дарит тебе одежду, чтобы ты не выглядела белой вороной, и даже делает тебя подружкой невесты.

— Собиралась сделать, — пробормотала Лиззи.

— Точно, — кивнул он. — Поэтому я решил кое-что проверить и, угадай, что обнаружил? Ваша фирма не переживает временный кризис. Она обанкротилась. Ваш отец в долгах по самую шею. Твоему братцу совершенно не хотелось брать на себя такую обузу, как настаивал глава семейства.

— Мэтью всегда мечтал стать актером, — покраснела Лиззи.

— Ох, как романтично, — хмыкнул Люк. — С его ангельской внешностью он очаровал бы не одну такую богатую дурочку, как Бианка. Хотя, — добавил он, не позволив Лиззи перебить его, — здесь есть и твоя заслуга. Ты так хорошо запудрила Бианке мозги, что она и не догадалась об истинных планах твоего брата.

Лиззи расправила плечи, которые готовы были согнуться под тяжестью обвинений.

— Ты закончил вешать на мою семью все смертные грехи?

— А ты с характером, — прокомментировал Люк. — Мне это нравится.

— Зато ты мне не нравишься! — повысила голос она. — Мы с Бианкой подружились еще в детстве. Ее деньги и отсутствие оных у меня никогда не были предметом наших разговоров. Дружба основывается не на этом, если ты еще не знаешь! Моя семья каждый день работает, чтобы прокормиться, синьор, — гордо заявила она. — Каждый трудится так, как может! Мой отец не разъезжает по миру, маясь от безделья и поддерживая имидж плейбоя, который ему обеспечивают происхождение и богатство. И если мой брат не похож на вас, то по крайней мере он знает, что любим. В то время как вы, синьор, никогда не были любимым, потому что вовсе не знаете такого чувства! Его затмили эгоизм и самодовольство!

— Мне кажется, у вас сложилось неправильное мнение о моей семье, синьорита, — нахмурился Люк. — Теперь мне любопытно, где вы собирали информацию и зачем.

Лиззи поняла, что попалась.

— Я… Бианка… — пробормотала она, зная, что вот-вот покраснеет от стыда. Тяжело было признаться в этом даже самой себе. Ведь она провела не один час в Интернете, читая все о семье де Сантис. — Она обрисовала ваш брак как выгодный контракт, потому что вы оба — представители известных династий. Мне это показалось настолько циничным, что я сочла ее слова шуткой. Но теперь вижу, что Бианка говорила серьезно. Твое сердце, наверное, сделано из камня, раз ты оскорбляешь моих близких!

— Закончила? — спокойно спросил он. Пытаясь сдержать дрожь, которая охватила ее, Лиззи сжала губы и кивнула.

— Тогда мы можем вернуться к нашей свадьбе.

— Я не выйду за тебя замуж! — воскликнула она в ужасе.

— Прошлой ночью ты меня поцеловала, — с улыбкой напомнил ей Люк.

Зря Лиззи молилась всю ночь напролет, чтобы он забыл об этом.

— Я была пьяна…

— Я тоже так думал. Но, возможно, ты специально отвлекала мое внимание, пытаясь прикрыть Бианку, — заявил он, доставая из ящика стола толстую папку.

Лизи была настолько поражена этими словами, что ничего не могла ответить. Люк только холодно улыбнулся.

— Все можно интерпретировать двояко, Элизабет. Когда ты вела себя со мной, как сладкая скромная девственница, я был польщен. Но… — он открыл папку, — ситуация выглядит по-другому при дневном свете. Подойди и взгляни вот на это…

То была не просьба, а приказ. Через секунду Лиззи смотрела на листок бумаги, на котором крупными буквами была написана фамилия Хадли.

— Как тебе удалось это заполучить? — прошептала она.

— Я банкир, — снова напомнил ей Люк. — Воспользовавшись нужными связями, я могу заполучить все, что захочу. Посмотри, — жестко сказал он, и Лиззи уставилась на его указующий палец. — Судя по этому документу, счет вашей компании пополнился солидной суммой пару дней назад. — Лиззи смотрела на цифру и не верила собственным глазам. Пять с половиной миллионов долларов. — Если ты обратишь внимание на следующую запись, — спокойно продолжал Люк, — то там черным по белому написано, что эта сумма была снята со счета в тот же день.

— Не может быть, — пробормотала Лиззи. — Мне нужно позвонить отцу.

— Ты никому не будешь звонить. Сейчас я контролирую ситуацию и хочу, чтобы все так и оставалось.

— Что ты контролируешь? — уставилась на него Лиззи.

— Тебя, — ответил Люк. — Пока ты не принесла мне письмо Бианки, я недоумевал, почему твой отец успешно договорился об условиях займа, который мог бы спасти его компанию, чтобы тут же перевести деньги куда-то еще.