Это утро было особенно мрачным. Запах в квартире казался специфическим и чем-то больным. Нагнетающая атмосфера мрака, что осела на всю квартиру, вела в отчаяние. Жуля лежала на своей лежанке и каждый раз поглядывая на хозяина, что проходил мимо нее. Он еле держался на своих ногах уже с раннего утра. Его можно было понять, ведь пару дней назад умерла его жена. Их брак казался легким, лучезарным и очень добрым в глазах маленькой собаки. Она всегда отмечала своими маленькими черными глазами – пуговками, как они друг на друга смотрели. В их взгляде читалась любовь.
Жуля обрела любящую семью примерно год назад, когда сбежала от злого хозяина, который постоянно кидал в нее камни, когда был очень зол, а злился он часто. Маленькому черному существу с белым брюшком оставалось только забиться в будку, дрожа от страха и прижимаясь к углу. Жуля боялась даже скулить, ведь иначе он почувствует, что ее страх овладел ею окончательно, и, чтобы еще больше убедиться в своем превосходстве над ней, он вытащит ее из будки под истошный визг и изобьет палкой, как обычно и делал.
Но однажды ей представилась небольшая возможность выбраться из лап этого чудовища – ведь его трудно было назвать человеком. В тот вечер хозяин вернулся с работы, отвязал ее от цепи, чтобы выпустить погулять во двор. Он сел на корточки, посмотрел в ее черные глаза — в его лице не читалось никаких эмоций. Отвязав цепь, он отпустил ее. Но в этот раз Жуля не была такой, как раньше: она не бросилась с разбегу бегать по двору, обнюхивая всё на своем пути, словно в первый раз, и не обегала маленькую территорию. Она только подняла голову, в последний раз взглянула на хозяина, от которого в очередной раз разило перегаром (этот специфический запах вызывал отвращение даже у собаки), и ринулась к деревянному заборчику. Перепрыгнув его, как преграду, она убежала вдаль, стараясь оказаться как можно дальше от этого дома.
– Вернись сюда! – кричал ей хозяин вслед и свистел на всю улицу. – Ко мне, живо!
Это последнее, что она слышала от брошенного ей хозяина. Не подаваясь своим сомнениям, что, присутствовали у нее ранее. Жуля бежала изо всех сил, не оглядываясь назад, чтобы вдруг не пожалеть и не податься искушению своего возвращения снова в этот ад.
Около недели она бродила по улицам, стараясь отдаляться всё дальше от дома. Благо наступила весна, и ночи не казались такими холодными, но голод присутствовал адский, поэтому приходилось быть неприхотливой и всё же попробовать вкус помойки. В первый день своего побега она заметила, насколько громкий город – Питер. Шум проезжающих машин, стройка, неизвестные люди, не замечающие ничего вокруг. Жуля смотрела на мир снизу вверх, понимая, как он огромен для неё одной. Ведь у бывшего хозяина она жила практически в тишине, без всей этой суеты, что окружает её сейчас. Несколько домов с соседями, где самое громкое, что могло случиться на её улице, – это либо как соседи запускали салют, либо гром, которого она так боялась и от которого забивалась в конуру. Иногда она могла общаться с соседними собаками, поднимая лай на всю улицу, но хозяин этого не одобрял: он выходил на улицу, смотрел своим свирепым взглядом, бормоча что-то себе под нос, поднимал с земли камень и кидал со всей силы в будку, чтобы она наконец-то замолчала.
Но одним вечером всё изменилось, когда черноволосая женщина, что шла выносить мусор, вдруг заметила возле контейнера мелкую собаку, что свернулась около контейнера. Жуля лишь, подняла мордочку, услышав её шаги, которые набирали скорость. Бросив на женщину отчаянный взгляд, где читалась несправедливость этого мира к маленькому существу, что так же, как и люди, хотят получить любви, пусть даже не такой большой, ведь её любви может хватить на двоих. Женщина лишь изначально бросила взгляд в сторону собаки, но присмотревшись, она остановилась. Она медленно, не спеша, подошла к собаке ближе, стараясь не создавать для неё страха, но Жуля только быстро встала с места, поджала хвостик и отстранилась подальше от женщины.
– Эй, не бойся меня! – сказала женщина, присаживаясь на корточки. – Ты здесь совсем одна?
Жуля посмотрела в её глубокие голубые глаза – словно небо, – которые смотрели на неё с такой добротой, какой ранее она не замечала у своего хозяина. Быть может, такой взгляд и был когда-то, если бы только его постоянное рукоприкладство не рассеяло в её памяти эти воспоминания.
– Или сюда, – женщина протягивает ей ладонь, чтобы Жуля её понюхала в знак доверия. – Я тебя не обижу.
Жуля с удивлением, посмотрела на ладонь женщины, наклонив голову вправо, и снова расплывшись в своей невольной доброте и отчаянности, она завиляла своим хвостиком и принялась облизывать руку, с осторожностью.
– Молодец! Какая ты хорошая! – женщина не отпускала свою ладонь, а второй рукой принялась гладить собаку, – теперь пошли со мной, у тебя будет новый дом.
Эти слова пронзили Жулю в самое сердце. Она завиляла хвостиком еще сильнее, доверилась незнакомой женщине и последовала за ней.
Заходя в подъезд, Жуля почувствовала своим мокрым носом вкусный запах еды, явно доносившийся из какой-то квартиры. Этот запах был таким уютным и создавал атмосферу доброты. Ей хотелось, чтобы он исходил из ее нового дома. Она поднималась по ступенькам на второй этаж вместе с хозяйкой, обнюхивая лестницу, отмечая широкие ступеньки и высокие потолки. Ее глаза блестели при виде этого дома.