Глава Ноль. По ту сторону рая

Пролог

Пролог.

Он никогда не видел, где его похоронили, но точно знал, куда идти.
Николас двигался между надгробий неторопливо, словно совершал привычную вечернюю прогулку. Со стороны его присутствие здесь выглядело более чем странно: мало того, что это кладбище, так еще и лил проливной дождь. Капли стекали по пыльным стеклам фотографий у надгробных камней. Казалось, люди, изображенные на них, плачут.

Николас брёл, словно тень, не обращая внимания ни на что вокруг. Ему крайне не хотелось делать то, что вот-вот придется сделать, но таков был его выбор. Он подошел к покосившемуся указателю на четвертую аллею и впервые внимательно огляделся по сторонам. Убедившись, что нет поблизости любопытных глаз и никто не следит издалека, Николас стремительно зашагал к нужному захоронению. Большинство могил четвертой аллеи были заброшены, никто их не навещал, поэтому именно здесь, в одном из склепов, Николас периодически заимствовал незамысловатый инвентарь в виде лопаты и граблей.

Наконец он подошел к нужной совсем еще свежей могиле. С фотографии у надгробия улыбался парень белозубой широкой улыбкой. Он выглядел очень счастливым. Наверняка, фото было сделано на какой-нибудь из многочисленных вечеринок, которые при жизни парнишка частенько посещал, или просто в кругу близких друзей. Редко на надгробных фотографиях люди улыбаются. Николас знал, почему эта стала исключением.

Лопата за лопатой… он копал без перерыва, пока не уперся в деревянную крышку гроба. Внутри него лежало тело. Кожа и мышцы обвисли на костях и усохли, а некогда изящный нос совсем провалился. Гроб и костюм трупа пропитались отвратительным духом гниения, однако само тело уже не источало зловония. Николас сорвал с обмякшего тела одежду и кинул в яму, а труп уложил в пластиковый черный мешок. Вернув могиле былой вид, Николас подхватил мешок и через грязь потащил к старому выходу с кладбища, где оставил свой новенький Ауди. Он прихватил с заднего сидения небольшой черный сверток. На той стороне за территорией кладбища, где начинался лес, Николас вытащил труп из мешка, уложил спиной прямо на сырую землю и отошел от него на достаточно безопасное расстояние.

Николас желал, чтобы что-то пошло не так, и тело пришлось бы вернуть в гроб. Но две свежие язвочки на спине парня указывали на то, что всё идет как надо. Мышцы возвращались на место, кожа натянулась как прежде, нос, прямой и красивый, принял свою былую форму. Волосы темнели на глазах. А кожа оставалась белой, но уже по-человечески. Тело парня подскочило вверх, как от сильного удара, и после под ним растеклась огромная лужа крови. Впитываясь в землю, она оставляла омерзительное бурое пятно. Парень ожил, жадно вдыхая воздух.

Николас бесшумно подошел к нему. Почуяв движение, тот резко поднял корпус и на локтях попятился прочь от наступающего незнакомца. Немигающие глаза в ужасе взирали на Николаса. Парень явно не мог понять, что происходит: почему он вдруг оказался здесь и кто этот человек, что взглядом острым как лезвие пронзал его по самую душу.

— Одевайся.

Николас швырнул парню тот самый черный сверток — одежду.

— К… крл… кровь. — Парень поднял измазанную в красной жиже и земле руку. — Исп-пачкается.

Голос еще не прорезался, слова походили на хрип.

— Постираешь, — отрезал Николас.

Парень неуклюже залез в узкие джинсы и кое-как натянул футболку. Телу еще предстояло снова научиться выполнять привычные движения в совершенстве. Несмотря на самый скромный размер, джинсы не желали сидеть на исхудавшем теле и кое-как держались на выпирающих костях. Черная футболка так же висела мешком, нисколько не скрывая торчащие, как шпаги ключицы.

Николас подошел к до сих пор пребывавшему в глубочайшем смятении парню, грубо схватил за локоть и потащил за собой. Лицо Николаса не выражало каких-либо эмоций, но в душе он чувствовал однозначную ненависть к этому человеку.

Плетясь и запинаясь на негнущихся ногах за Николасом, парень заметил свою опустевшую могилу. Он хорошо запомнил, а точнее вспомнил, свое имя, фамилию, день рождения и… дату смерти.