Гори мной

Глава 1. Точка невозврата

Я увидел её впервые на дне рождения Даши — общей подруги, которую мы оба почти не знали. Меня затащил туда Антон — как всегда, с фразой:

— «Пойдём, развеешься. Пятьдесят процентов девушек — модельки. Остальные — бывшие модельки.»

Я не особо слушал. В то время у меня было мало интереса к людям. Деньги уже были, успех крутился где-то под ногами, как усталая собака, которую ты кормишь, но не любишь.

Я вошёл на террасу, и в этот момент кто-то громко засмеялся — как выстрел. Я повернулся.

И замер.

В центре смеха стояла она.

Чертовски красивая. Глаза — чёрные, как грех. Волосы — жгучие, блестящие, будто вылитые из чёрного стекла. Платье — алое. Кожа — как слоновая кость, словно вся она соткана из противоречий: жар и лёд, яд и мед.

Она не просто стояла. Она управляла вниманием.

И каждый знал: если Карина посмотрит — ты умрёшь, и возродишься, уже её.

Без права быть собой.

Я подошёл, не зная, зачем. Сердце колотилось, но голос не дрожал. Я сказал:

— «Ты — словно ошибка в системе. Что-то, что она не ожидала и не могла предусмотреть. Но ты здесь, и это уже ошибка самой системы.»

Она прищурилась, взгляд ленивый, но острый:

— «Значит, тебе не повезло.»

С этими словами она отвернулась и пошла прочь.

И в этот момент я ещё не понимал, что стал одержим.

Но именно тогда это зародилось.

Потому что впервые в жизни кто-то не нуждался во мне.

А я — нуждался. Больнее, чем в воздухе.

⸻

Через неделю я нашёл её в Instagram.

Написал. Ждал ответа два дня.

Потом просто отправил фото: 2 билета в кино, с подписью «Что скажешь?»

Ответ:

«Может быть. Если не будет скучно.»

Она пришла в чёрных узких джинсах с высокой талией, идеально подчёркивающих стройную фигуру, и нежно-сливочной блузке из лёгкого шёлка с едва заметным мерцанием. На блузке была вышита лаконичная надпись — «Love Me, Hate Me», словно вызов всему миру. Её взгляд был острым и уверенным, будто это я должен был волноваться перед ней, как на самом серьёзном собеседовании.

Весь фильм я смотрел не на экран. Моя концентрация ушла полностью к ней — на изгиб её губ, на едва заметную улыбку, которая словно играла с моими чувствами, на то, как она поворачивала голову, словно неосознанно притягивая меня ещё ближе. Каждый её жест, каждое движение было как шифр, который я пытался расшифровать.

Она заправляла волосы за ухо с такой лёгкостью, будто этот простой жест был командой — «погибай», «теряй контроль», «люби меня». Я ловил себя на том, что уже не замечаю сюжета фильма, не слышу реплик, а весь мир сузился до её взгляда и едва слышимого дыхания рядом.

В тот момент казалось, что время остановилось, а я — пленник её магии. Она была одновременно и загадкой, и вызовом, и обещанием чего-то невозможного, и мне не хотелось отрывать глаз ни на секунду.

После кино я предложил кофе. Она кивнула.

За столиком в маленькой кофейне она сказала прямо:

— «Я не ищу отношений. Я люблю себя. Мне не нужны драмы, подарки и влюблённые глаза. Но если тебе будет интересно — можем посмотреть, насколько ты крепкий.»

Я не спросил, что это значит.

Я просто заплатил за кофе, открыл перед ней дверь и сказал:

— «Я крепкий. Даже если умру.»

Она усмехнулась.

И так началось.

Карина была огнём.

Горячим, прекрасным, смертельным.

Она не смеялась просто так — она выстреливала.

Не улыбалась — подавала сигнал.

Не говорила «люблю» — потому что не любила.

Но она позволяла быть рядом.

Это уже было привилегией.

Первый месяц мы виделись каждый день.

Я забирал её на работу, отвозил в салон, в рестораны. Цветы. Подарки. Украшения.

Она принимала всё — как должное.

Никогда не говорила «спасибо».

Но могла поцеловать в висок — неожиданно.

И я таял, как мальчик.

Потому что даже крошка её внимания была для меня наградой.

⸻

Ссоры начались быстро.

— «Ты забыл забрать платье из химчистки. Ну правда, Андрей, тебе сложно делать простые вещи?»

— «Я… просто день был сумасшедший, работа…»

— «Я не просила объяснений. Я просила результат.»

И всё. Пауза. Молчание.

Холод. Потом жар — она могла внезапно прыгнуть ко мне на колени, засмеяться, поцеловать и прошептать:

— «Ты меня заслуживаешь. Только не облажайся.»

⸻

Иногда она уходила на сутки. Без звонка, без смс.

Я сходил с ума.

Когда возвращалась — всегда была равнодушна.

— «Где ты была?»

— «На Венере. Там мужчины повеселее.»

Она шутила. Или нет. Я не знал. И не спрашивал.

Потому что не мог уйти.

Я был как наркоман, которому разрешили нюхать воздух из ампулы, а он надеется, что в ней всё ещё наркотик.

⸻

Однажды я спросил:

— «Ты хоть немного меня любишь?»

Она посмотрела в окно. Потом на меня:

— «Нет. Но ты красивый. Умный. Щедрый. Наверное, мне удобно с тобой.»

— «Удобно?..»

— «Ты не против быть вещью? Я беру тебя, когда хочу. Откладываю, когда надоедает.»

Я молчал.

А внутри что-то рвалось.

Но даже это я любил. Её жёсткость. Холод. Безразличие.

Потому что всё это — она.

“Я не любил её ‘несмотря на’. Я любил её ‘из-за’.

Из-за холода, боли, надменности. Из-за того, что она могла смотреть сквозь меня.

Я любил её, потому что она делала меня ничем.

А я хотел быть ничем.

Лишь бы быть с ней.”

⸻

Иногда ночью я просыпался и смотрел на неё.