Секунда, две, три — и нас выбросило в черные пески. Я все еще цеплялась за загривок Эфи и пыталась отдышаться после стремительного падения во тьму.
Эфирик щурился, оглядываясь. Вокруг выло и стонало. Смерчи закручивали песок в черные воронки и несли его по пугающей серо-мглистой пустыне.
Ноги начали увязать, утягивая меня в зыбь.
— Надо двигаться, чтобы не провалиться, — выдохнула я, стараясь перекричать вой ветра. Песок бил в лицо и глаза, приходилось щуриться. Я всматривалась в серую мглу, пытаясь увидеть хоть какую-то полосу света, и не видела.
— Эфи... ты видишь выход?
Ответ пришел сразу — низким глухим рыком.
— Нет...
Я сильнее вцепилась в его шкуру и с усилием забралась на широкую спину. Пальцы скользнули по шерсти, я сжала ее крепче. Выпрямилась, стараясь в очередной раз разглядеть выход из портала хаоса. Если мы сюда попали, значит, как-то можем и выбраться? Но почему я не вижу как? Или это совсем не портал? Пространственный разрыв? Где мы на самом деле находимся?
Эфи сделал несколько прыжков в сторону, потом в другую. Уши у него дрожали, он вслушивался, водил носом по воздуху и чихал от попадающего в него песка.
— Куда дальше?
Хотела бы я знать.
Моя одежда прилипла к телу. Кровь Тима на ней уже высохла, стягивая ткань и мою кожу, отчего было совсем неприятно. От запаха крови кружилась голова, а от песка зудело в носу.
Я прикрыла глаза, медленно выдохнула, прикрывая рот локтем, стараясь взять себя в руки и сосредоточиться. Нужно было понять, что делать дальше.
Мягким облачком внутри меня пошевелилось колдовство.
— Что мне делать? — спросила я тихо.
Облачко потянулось вверх. Мягко стукнуло в сознание... И откуда-то из песков ко мне потянулось странное ощущение. Так, словно откуда-то меня позвали, или даже не так... Словно я должна куда-то попасть...
Я вскинула голову, вгляделась в воющую пустыню.
На долю секунды смерчи затихли — или мне это показалось — у самого горизонта мелькнула огромная тень. Темный силуэт пугающе мрачного замка...
— Там что-то есть, — указала я эфирику. Но видение тут же пропало, стертое вихрями песков. Правда, Эфи ни на секунду не усомнился и, встряхнув головой, огромными прыжками понесся к горизонту.
Я уткнулась в шею Эфи, стараясь спрятать лицо. Сжала пальцами теплую шерсть, прижалась к телу эфирика. Вихри хлестали по рукам острыми иголками песчинок. Это было больно. Поэтому, что бы я там ни увидела на горизонте, — это лучше, чем задохнуться черным песком и умереть в этой пустыне.
Эфи несся вперед, щурясь и прижимая уши к голове.
Несся и несся... а вокруг ничего не менялось. Мне начинало казаться, что мы либо движемся слишком медленно, либо вообще стоим на месте. Вихри, смерчи, вой ветра и черные пески... Одно и то же... Ткань одежды не спасала, и кожа уже горела от ударов песчинок, казалось, как будто в нее проникают сотни тысяч крохотных иголочек.
Я чувствовала, как тяжело вздымаются бока эфирика. Как он дышит все тяжелее и все чаще чихает.
«А если мне показалось? Если я ошиблась и там ничего нет? Может, это был мираж? — мелькнуло в какой-то момент, и я испугалась. — Куда мы несемся? А если выхода на самом деле нет? Мы так и останемся здесь? Насколько долго можно прожить в этих песках?»
Тоскливо усмехнулась.
Недолго. Скорее всего, мы задохнемся или умрем от боли. Песок и вихри попросту уничтожат нас.
И едва подумала об этом, как мгла расступилась, а Эфи едва успел затормозить, чтобы не влететь в возникшую практически перед носом стену.
Я вскинула голову, смотря вверх. Стена уходила очень высоко, взгляд не находил ее края в серой дымке.
— И как ее пересечь? — тоже смотря вверх, полюбопытствовал эфирик.
— Где-то должен быть вход, — предположила я.
Эфи крутанул башкой, оглядываясь по сторонам, и направился вдоль стены.
И чем дальше мы направлялись, тем сильнее менялись пески вокруг нас. Они оживали. Мы словно двигались по бурлящему потоку. Он накатывал волнами, осыпая нас мелкими песчинками, и уносился дальше. Внизу сходились и расходились в разные стороны тонкие черные реки. И вот уже казалось, что мы буквально плывем, разрывая бурлящий поток.
Эфи тяжело припадал на лапы, поднимался, встряхивался и буквально плыл вперед.
Я глубже зарылась пальцами в шерсть, вцепляясь в нее что было сил, стараясь не упасть. Очередная волна накатила, пытаясь сорвать меня со спины эфирика, и рассыпалась, оставляя на волосах и одежде песок. Кажется, он уже забился везде — в одежду, в волосы, я сама себе казалась песочным человеком.
А потом возникли ворота. Омываемые черными волнами, две огромные створки уходили вверх и терялись в сером мраке.
Эфи уперся в них головой, надавил, пытаясь открыть.
Створки даже не сдвинулись.
«И что дальше?» — обратилась я к колдовству, которое привело нас сюда.
Оно откликнулось. Мягким потоком скользнуло по рукам, ушло в шерсть Эфи. На его боках вспыхнули серые символы.
Когда эфирик в очередной раз навалился на створки, те заскрипели и начали открываться.
Еще один рывок — и мы с Эфи нырнули внутрь. Створки тут же с глухим стуком закрылись за нами.
Я облегченно выдохнула.
Вой стал значительно тише, песок перестал бить в глаза.
Эфи издал хриплый рычащий выдох и рухнул на пол.
Я мягко скатилась с его спины, встала на ноги, ступив на черные камни, и оглянулась.
Вокруг была серая дымка, но уже не такая плотная, как в черных песках. Сквозь нее можно было разобрать, что нас окружает.
Это был не замок, а скорее внутренний двор какого-то храма: слишком уж много здесь было невысоких, с человеческий рост, статуй молящихся женщин. Мы стояли на небольшой площадке. По бокам тянулись открытые коридоры, за колоннами угадывались двери комнат.
— Идем... — позвала я Эфи, делая первые шаги.
Воздух здесь был сухим, пыльным и прохладным.