Господа осеннего пути

Часть 1 Глава 1

Лиса

—Явно есть какой–то подвох. Так не бывает, чтобы зачетная практика и такое везение, и все нам,–Лукас передернулся в раздражении. По обшивке побежали красные всполохи, выдающие окружающим его скептическое настроение. Автопогрузчик спешно вырулил из трюма и шустро покатил к техническим ангарам. Пару раз по пути крутанулся вокруг своей оси и неодобрительно пискнул.

—Подозрительный наш, держи себя в руках…или что там у тебя их заменяет. Вон, даже низшее техническое устройство не одобряет,–Керн на всякий случай отошел от трапа на пару шагов.–А тебе, кстати, хоть намекнули, кто становится счастливым повелителем наших тушек на ближайшее время?

—Не–а, когда декан назвал распределение для нас, я ушам своим не поверила…как и все остальные. До нас же все было, как обычно. Компании разных видов и мастей, городская инфраструктура. Так что, документы я распечатывала уже на бегу. Вдруг ошиблись, и это счастье предназначалось кому–то другому,–я пытаюсь в суете летного поля зацепить хоть какое–то движение в нашу сторону.

—Вообще–то до запланированного взлета десять минут…а нашего «повелителя» все еще не видать,–Лукас явно заводится еще больше.–Я связался со Строем…

—Ты не говорил,–мы с Керном поворачиваемся и всматриваемся в смотровую рубку корабля. Да, это иррационально и абсолютно нелогично, на самом деле «глаза» Лукаса расположены по всему корпусу. Но нам так привычнее.

—Так нечего говорить, они тоже не в курсе. Собственно, было обращение, чтобы нас определили в ясли…

—Здорово!!! Это же такое…я даже…а почему?–У меня от восторга теряются все слова.

—Да,–голос Лукаса теплеет,–отцы так и сказали, что ты была бы в восторге…

—А я вот, совсем даже наоборот,–Керн дергает серебряной шкурой,–мелкие, невменяемые пакостники на целых три месяца…бррр. Мне хватило последней поездки на годы вперед.

—Сам ты мелкий…Так почему?

—На нас поступил запрос, и Союз предпочел отказать Строю, хотя такое предложение, да еще и с поддержкой твоих родителей, Лис…Отсюда вопрос…

—Я бы сказала, вопросище…Смотрите…

На посадку заходит небольшой катер. Никаких опознавательных знаков, черный цвет корпуса, допустимый минимум сигнальных огней, четкие маневры. Сел с одного движения.

—Умеют же люди,–Керн насмешливо покосился на Лукаса.

—Да, красиво,–не стал спорить,–любопытно, кто же такие?

На катере открылся трюм, выехал небольшой закрытый вездеход и направился в нашу сторону.

—Очень похоже на то, что это к нам…Сейчас и узнаем, кто такой умелый.
Катер

Две высокие широкоплечие фигуры, укутанные в универсальные плащи и балаклавы, стояли в рубке приземлившегося катера и смотрели на младшего представителя Строя. Перед кораблем стояла маленькая, явно человеческая фигурка и какая–то зверюга.

—Ты все еще продолжаешь настаивать, что это хорошая идея? Согласен, полетать на таком, дорогого стоит. Да и эти энергетические комки шерсти не очень любят идти на контакт. Это тоже может быть любопытно.–Одна из фигур отвлеклась от происходящего на поле и отошла к столу, на котором в беспорядке были навалены папки. Древние, со смешными и нелепыми завязочками сбоку. Рядом притулился современный комплекс-архив. Голос предполагал мужской пол…хотя во Вселенной бывает всякое.

—Вот именно. Не кажется любопытном, почему две закрытые расы, отправили отпрысков в Академию, где они, совершенно случайно конечно же, объединились в тройку с этой девчонкой из младших рас. А Строй вообще планировал допустить их в ясли. И посмотри…

Комплекс замигал, выдавая запрашиваемую информацию. В середине рубки появилось изображение Лисы в полный рост.

—Это не большое сходство. Это она.
Лиса

Вездеход добирается до нас и останавливается. И…никакого движения. Так и стоим напротив друг друга.

—Там чего, ожидаючи, что ты подойдешь и дверку откроешь, ручку подашь?–Керн фыркает.

—А почему сразу я–то?–Возмущаюсь.

—Потому, что у меня–лапки,–он этими самыми лапками демонстративно переступает,– а у нашего младшего и того нет, одно тельце, относительно бронированное.

—Ничего никому Лиса открывать не будет,–по обшивке Лукаса опять пробегают красные огоньки,–там внутри непонятно кто. Может он или она, вообще, опасен…опасна для младших рас…

—Ну тогда, присаживайтесь, располагайтесь поудобнее. Летное поле–территория нейтральная, стоять здесь может кто угодно в оговоренный промежуток времени. Сидим, ждем, когда с нами соизволят пообщаться…ну или уберутся назад в свой катер.–И эта язва, действительно, шлепается на пушистую задницу…а потом не спеша приступает к интимным гигиеническим процедурам. Проще говоря, начинает эту самую задницу вылизывать. Обстоятельно так, изредка отвлекаясь и скептически обозревая результаты своих трудов.

—Ты совсем оборзел?–Лукас направляет на него воздушную струю из воздуховода.

—Вот, отлично, чуток правее, и будет хорошо. А что время–то терять, а так хоть в порядок себе приведу. Вы–лысые, один–совсем, другая–практически, вам не понять,–пыхтит откуда–то из–под хвоста.

Дверь вездехода начинает отъезжать в сторону.

—Вон, тоже не понял,–Лукас пытается говорить шепотом.

—Или присоединиться захотел,–Керн так и сидит, задрав одну лапу. Только нос движется, улавливая запахи. И уши торчком встали.

—Нет, просто закончил наблюдать трех идиотов в их естественном состоянии,–раздается раздраженное.

Из вездехода выходит массивная фигура в универсальном плаще и балаклаве. Такое…очень характерно для …

—Вирг?–Мы говорим это дружно, хором.

—Ну хоть, хорошо слаженная тройка идиотов,–он проходит между нами с Керном и уверенным хозяйским шагом поднимается на борт.

—То есть, вы хотите сказать, что для того, чтобы найти некий документ, который некие потенциальные самоубийцы сперли из Центрального Хранилища виргов просто позарез не хватало именно нас, студентов-практикантов? Еще даже диплом не получивших. И, мягко говоря, не самых лучших, на курсе,–от подобного предположения я даже бояться забыла.

Глава 2

Тор

—Так как все перебороли юношеский максимализм борьбы со мной, любимым…Перебороли же?–Я смотрю благожелательно, как мне кажется.

Дружно недовольная компания моих практикантов буравят меня взглядами, должными показать всю глубину моего морального падения. Особо не пронимает, так как на этой самой глубине ничье мнение уже не интересует.

Ответом меня не удостоили.

—Начну, пожалуй, с небольшого экскурса в историю. То, что у миров есть точки соприкосновения, через которые в определенные моменты можно перемещать между ними, вы в курсе?–А вот теперь дружный кивок. И осуждающие взгляды сменились на любопытствующие.–Уже хорошо, идем дальше.

—То, что у этих точек есть Хранители?–Опять дружно кивают.

—То, что многие события, значимые для мира, расходятся как круги по воде и по другим?–Снисходительная улыбка от Лисы и ехидная морда от «собачки».

—То есть, азы устройства Вселенной для малышей вы прошли, молодцы.

—Пирожок с полки взяли и уже съели,–бурчит пся.

—Во всех мирах есть так называемые древние расы. Их немного, и они похожи между собой…что наводит на мысль, это одна раса, расселившаяся по мирам. Называют их по–разному, вирги, Высшие…но сути это не меняет. И легенды, и пророчества, страхи и радости у них тоже вполне себе одинаковые. И с рождаемости проблемы тоже…

—И слава всем,–слышится мне.

—Птичка, ты что-то сказал?–Подбавляю в голос холода.

—Ну что Вы, как можно, я бы не посмел даже подумать…–язвит с явной поддержкой сотоварищей.

Залезаю в базу управления корабля и генерирую образ пожара в кают-компанию…с криками, мольбами, все как я люблю.

Раздается испуганный «ох», и включается система пожаротушения, щедро заливая нас водой со всех сторон.

—Лукас, ты совсем?!?–Взвивается Лиса, пытаясь отплеваться. Недопесель молчит, но сверлит меня укоризненным, в его понимании, взглядом встряхивается и отчихивается.

—Вы! Вы!–Возмущенно дребезжит «птичка».

—Итак, продолжаем,–я с превеликим трудом не даю расползтись по лицу ехидной улыбке.–И в некоторых мирах эти самые пророчества стали исполняться. Активно исполняться.–Девчонка выглядит так трогательно…что хочется прямо сейчас бежать и найти гада, который ее обидел и примерно наказать. Жаль только, что этот гад– я сам…Мое полумеханизированное сердце сбивается с ритма, когда натыкаюсь взглядом на ее мокрую рубашку…и то, что она сейчас так четко обрисовывает. Вот ведь…не думал, не ожидал.

—Это плохо?–Она чувствует мой взгляд и демонстративно складывает руки на груди…и от этого выглядит еще беззащитнее и желаннее.

—Это непонятно. И еще более непонятно, зачем кому-то, тоже как-то синхронно, эти самые древние бумажки переть из Хранилищ,-отвечаю, с трудом возвращаясь от желаний личных к проблемам насущным.

—А ту, ну что сперли, в ней что, если поподробнее?–Какая хорошая девочка, какие правильные вопросы задает.

—А в той, что сперли…описывается какие плюшки может заполучить вирг, который найдет свою иринэ. И как ее сделать виргом,–и жду эффекта…а его нетути.

–И что? Зачем тащить было? Почему нельзя было просто прочитать, запомнить, записать?–Забывается и опускает руки. Мои маленькие неожиданные радости.

—Как и чем мы питаемся, вы, судя по горячему приему, в курсе?–Интересуюсь.

—Как можно быть не в курсе…если каждые три года все вместе, сообща, это самое питание для Вас и выбирают,–аура у девчонки меняется, появляются гневные всполыхи…красивые…но я не о том. И мне это неприятно. Совершенно не хочется, чтобы она меня боялась.

—Питание, понимаешь ли, тоже может быть разным. Может быть просто полезным и калорийным, но в себя его приходиться запихивать через силу…

—Вы, между прочим, сейчас о живых существах говорите,-всполыхи гнева заполняют уже всю ауру. Но прояснить все сразу необходимо, чтобы не было недопонимания. Я хочу, чтобы они все, и она в частности, понимали, хоты бы частично, про виргов.

–О живых, о живых, конечно, мы мертвых не жалуем,–специально ее провоцирую.

Подскакивает возмущенно и снова садится, поймав за хвост дернувшего в мою сторону Керна.

—Вы специально, да?–Ты же, моя умница.

—Да, но сути это не меняет. И, блохастый…еще раз в мою сторону дернешься, станешь притрапным ковриком. Так вот…а другое питание…может быть самым желанным на свете, ради кого можно забыть даже про честь…но и если его дать попробовать, а потом отнять навсегда…будет Перерождение…при котором мало кто выживет из окружающих.–А вот это про нас знают немногие.

—Вы сейчас про иринэ?–Блохастый тоже начал соображать. Лиса сидит молча, задумчиво. Правильно, думай и запоминай. Мне пригодится.

—Про нее, про нее…Так вот, в соседнем мире она появилась, и силы, которые
пытаются ее убить, тоже.–А это, вообще, знают единицы.

—А у нас?–И смотрит пытливо.

—Ждем-с…Хотя, события этому предшествующие, тоже уже стали происходить. Может и появилась. Или еще не встретилась с нашем Советником. Или он не счел нужным о ней сообщить. Что тоже очень может быть.

—И Вы думаете, что могли еще что упустить, ну в этой древней инструкции? Почему ее сейчас и выкрали, чтобы не могли подсмотреть?–Кажется, из нас выйдет неплохая команда.

—Думаем. И еще очень хочется найти тех, кто так ее заинтересовался. Поскольку их интерес, лично я, четко не понимаю. Вот этим, сообща, и займемся.

—А почему, все-таки, мы? Я-межрасовый психолог, Керн-боевая единица, Лукас-ну все понемножку. Но мы все …зеленые. А у вас просто наверняка есть все это, но с опытом.–Любит все понимать до конца. И любит говорить правду, даже не самую приятную для себя. Приятное качество…но опасное для носителя.

—Ваша тройка необычна, в ней два представителя старших рас, которые не очень-то стремятся открывать все свои тайны и возможности. И чьи мотивы, почему именно сейчас они послали своих младших отпрысков в Академию…прямо, скажем, не очень ясны. Даже вирги не могут похвастаться очень плотным взаимодействием со Строем и вот с этими…энергетическими блохастиками. А почему-то тройку они составили именно с тобой, на первый взгляд, простой девчонкой. Ну вот, разве что, родители представители Галактического Союза у Строя. Так что я решил, что работать с вами будет полезно…и интересно, что для виргов тоже аргумент не малый. Разучились мы удивляться за свою долгую жизнь. А, порой, хочется.

Глава 3

Лиса

Даже не думаю возмущаться, что меня тащит на руках не сильно знакомый мне мужчина. Да еще и вирг. Даже глаз не открываю, потому как…ощутимо подташнивает. Но дышу. Так понравившимся мне запахом. И становится легче.

Он на что–то садится и разворачивает меня к себе спиной.

—Откинь голову мне на плечо, лисенок. Сейчас помогу,–его руки ложатся мне на виски. И мне становится почти нормально.

—Как Вы это сделали?–Но глаза, все–таки, еще не открываю.–Вирги и лечить умеют?

—Вирги умеют отдавать все что у них есть своей иринэ. И брать, все, что есть у нее. И хорошее, и плохое. Легче? Открывай теперь глазки, лисенок.–Разворачивает меня к себе лицом. Это…я краснею как …даже не знаю кто…

И я открываю…и опять плыву…что же это такое. Может какая–то способность виргов? Вроде, не похоже. Вон, при общении с Тором никаких ненужных чувств вообще не возникает. Только нужные…стукнуть там чем потяжелее. А здесь…С трудом, но отрываю от него взгляд. Мы явно за городом. Не сказать, чтобы картинка была пасторальная…но тоже вполне себе симпатично. Очень даже. С деревьями, с настоящими, живыми, пусть их и не очень много. Небольшой одноэтажный домик даже почти спрятался за ними. Судя по тому, как его крыша чуть меняет оттенок под закат, он родственник Лукаса. Ограждения нет, зато есть небольшие клумбы со всякими цветущими…а, значит, Илона точно где–то неподалеку. Это ее увлечение, ее отдушина, все что пахнет и цветет. А еще…я помню она говорила, что все это зависит от настроения, того, кто за ними ухаживает. И судя по всему, оно у нее отличное. Рада, но пока не понимаю.

—Ну, готова, к встрече с еще одним ужасным виргом?–Терн встает вместе со мной с небольшого пенька, на котором мы сидели.

—Готова, куда же от Вас на Вашей же планете? Отпустите меня, пожалуйcта, а то неудобно получится.

—Кому не удобно? Тебе , мне?–Интересуется ехидно.

—Ну, наверное, им будет. И нам…немножко,–бурчу.

—Им не будет. Тебе нравится в моих руках?–Смущенно киваю,–и мне нравится, а они…поймут…

Так и несет меня к входной двери. Когда–нибудь, ну не сейчас, мне бы тоже хотелось, чтобы у меня был такой домик. И меня так же бережно несли домой. На руках, как самую большую драгоценность. Даже, наверное, можно, чтобы он и нес.

—Обязательно,–и улыбается довольно.

—Что?

—А вот о чем и о ком мечтала, то и обязательно.

—Так не честно, Вы мысли мои читаете,–это ведь натуральный кошмар получается. Ну как жить рядом с существом, которое знает о тебе все? Никакой интриги и загадки.

—Так они у тебя так и просятся к прочтению,–и целует…в нос.

—Все равно, не честно,–не сдаюсь,–должно быть ведь что–то только мое.

—Не пыхти, вон уже и хозяева идут,–теперь поцелуй в уголок рта, заставляющий меня снова принять так полюбившуюся окраску. Ах, так…Я сама тянусь к его губам и целую, чуть прикусывая. Я, вообще–то, не умею…Но, судя по тому, как сильнее сжались его руки, явно быстро учусь.

—Ты что творишь, лисенок?–И голос изменился. Или не правильно учусь?

—Мстю,–признаюсь честно.–И хотелось очень…самой.

—Лиса…–и где уж мне, я теряюсь в этом поцелуе. Улетаю. Мне уже …главное, что встретила этого своего загадочного Терна. Своего…–опять довольный хмык. Вот ведь…

—Лиса?!?–Вырывает меня из этого наваждения удивленный возглас Илоны.

—Эх, придется–таки отпустить,–Терн со вдохом опускает меня на землю…и меня тут же сметает неугомонный вихрь. Крутит, целует, обнимает. Этот вихрь точно моя подруга. Никто другой не способен производить столько шума и движения с живыми, но впавшими в ступор, объектами.

—Илка, ты как? Цела? Домой?–Выдыхаю, когда этот вихрь на секунду останавливается.

—Мне тебя вот очень не хватает…и этих, твоих, инопланетников из твоей тройки. А вот домой…нет, не хочу,–говорит твердо.–Я только здесь многое поняла …и Шаха встретила. Так что…

—Так что…я тебе говорил,–Терн возвращает меня в своим руки. И сразу расслабляется. Я по тестам эмпат очень слабенький, но это чувствую даже я.

—Ой, Лиса, я не спросила даже, ты–то как здесь оказалась? Да еще и вместе…–подошедший к нам мужчина…вирг чуть сжимает плечи Илоны, и она замолкает. Смотрю, популярен у них здесь помощник Советника.

—Да я практику прохожу…вместе с Лукасом и Керном…и виргом…вот,–почему–то, смущаюсь.

—А этот вирг, он…–Илона прищуривается совсем, как когда мы сидели по ночам под одеялом и мечтали. О жизни после Академии…ну и о парнях…немного…

—Он–нет,–неожиданно рявкает Терн, при чем так, что Шах задвигает испуганную Илону за себя.

—Он, правда, нет. Ему от меня... от нас вообще совсем другое…нужно,–успокаиваю подругу, с опаской покашиваясь на Терна. И чего это ее Шах сдерживает довольную улыбку. Или я опять чего не догоняю?

—Ну когда это другое закончится…Лиса, ты всегда желанная гостья в …нашем доме,–говорит.

—Договоришься,–ворчит Терн.–Мы пойдем, не будем мешать,–и меня опять тащат в портал. В этот раз даже и не тошнит почти. Привыкаю…

—Вот чего было, спрашивается, разводить всю эту жуть. Почему нельзя было сказать, что Вам достаточно эмоций и крови чуть-чуть…и даже секс необязателен. Так, в перспективе, когда-нибудь потом, по взаимному согласию,–мы сидим в Хранилище, и я пытаюсь утрясти в моей бедной голове весь поток информации, который на нее вылился. Пока получается не очень. Но, все–таки, главное для себя я ухватила.

—А чтобы вместо девушек, отчаявшихся, для которых этот шанс может и последний или, наоборот, идейных…нечего кривиться, не все же такие как некоторые, бестрепетно орущие на виргов. Это еще надо выяснить, что за вирг тебе это изначально позволил…Так вот, чтобы вместо них…не выбирались беспринципные аферистки всех мастей.

—Да Тор не позволял, я сама как-то во вкус вошла…простите меня, пожалуйста,–прошу.

—За что?–Голос строгий, но глаза, глаза–то смеются.

—За идиотские предположения,–каюсь.

—Я подумаю, лисенок. И как наказать тебя, тоже подумаю. А сейчас мне, к сожалению, пора. Хоть и очень не хочется. Я так понимаю, вы здесь до вечера застряли. Так что, официальное знакомство с твоей командой отложим до завтра,–подходит,–поцелуй меня, на удачу.

Глава 4

Терн

Лисенок уткнулась носом мне в шею и сопит уже чуть менее испуганно. Тонкие руки обнимают за шею и поглаживают. Она от этих движений успокаивается. Ритм сердца стабилизируется, а вот мой, наоборот, пускается вскачь. Но это свое нервное состояние я не на что не променяю. Как быстро может измениться жизнь. Если еще вчера я довольствовался Банком крови, да, и такой имеется, а сегодня не могу и часа пробыть без лисенка. Тянет как на аркане. Ощущаю запах кожи, волос, шум дыхания. Во мне пятьдесят на пятьдесят живых тканей и замены из биотехнологических. Но именно сейчас я ощущаю себя полностью живым. Особенно, отдельными местами.

—Рассказывай, чего так напугалась? Что привиделось?–Почти шепчу.

Я перенес ее в свою резиденцию. Кстати, она даже не заметила переход через портал. А обычно живые существа его ощущают не зависимо от количества переходов. И сейчас усаживаюсь в кресло вместе с нею на руках. Моя сладкая добыча…

—Я даже до конца не поняла, то ли сон, то ли ведение какое. Но до этого момента, правда, ведений у меня как–то не было,–елозит, устраиваясь поудобнее. Руки так и не разжимает и носиком ведет по моей коже в вырезе рубашки. Где сил взять?

—Так что там было?–Сам веду руками по ее волосам, спине. Какой же кайф. Трется об меня еще и щекой. Нравится.

—Там девушка была…ну, наверное, девушка, голос молодой. С ней случилось что–то нехорошее. И к ней какое–то чудовище рвалось. Она потом сама его пустила,–прижимается ко мне еще теснее.

—Почему именно «его»?–Целую холодную ладошку.

—Тоже по голосу. Страшный такой, не человеческий не разу. И тело змеиное.

—Какое?–Я даже руки непроизвольно стискиваю сильнее на ее спине.

—Ну, как будто змея огромная такая…с торсом мужчины…мне так показалось,–лисенка аж передергивает.

—Он тебя не видел, не говорил с тобой?–Отстраняюсь и всматриваюсь в Лису.

—Нет…но мне показалось, что почувствовал. Стал разворачиваться в мою сторону…и тут я заорала, и ты пришел. Ты знаешь, кто это?

—Думаю, да. В другой Вселенной…–начинаю, подбирая слова.

—Я читала…такой же как ты?–Перебивает и зарывается лицом мне в рубашку, вдыхает мой запах и чуть успокаивается.

—Ну, надеюсь, что все­–таки не такой,–усмехаюсь,–но примерно так. И раз ты ему изначально была не интересна…то похоже твое видение связано с его спутницей. Она помощи просила?

—Нет, у них что–то случилось, страшное, до этого. Он…очень к ней хотел, а она боялась впустить. Но потом поверила, впустила и бояться перестала. И тут он меня как–то заметил.

—По энергетическому всплеску он тебя заметил. А ты все это увидела из–за сильных эмоций его иринэ.

—И что, теперь так всегда будет?

—Не пугайся, лисенок, не думаю. Ты есть хочешь?–Отвлекаю ее, потому как и сам не все до конца понимаю.

—Очень,–облизывается, правда, как голодный лисенок.–Только меня сейчас Тор будет искать с собаками, то есть с собакой.

—Не будет,–это надо же было судьбе свести нас с Тором с одной женщиной,–ты пока здесь минутку посиди, я твой энергетический двойник помещу в Хранилище и пару–тройку ловушек–обманок поставлю, и вернусь.–Неохотно пересаживаю ее в кресло, целую в нос и шагаю в портал.

—Ну вот, все.–Сидит на том же кресле.–Теперь вся ночь наша. Что тебе приготовить, что хочется?

—А ты умеешь готовить? Сам?–Удивляется так искренне. Да я за день с ней подпитался эмоциями на год вперед.

—Умею и сам, а если поможешь…

—Если научишь,–смеется.

—Я тебя всему научу,–вырывается. Ее это не пугает, хоть и краснеет.–Учить буду обстоятельно, и с большим удовольствием…обоюдным.

Я еще в молодости не мог дать определение простому слову «счастье». Вот производить сложнейшие математические вычисления мог и понять самому и, уж тем более, объяснить другим. А теперь вот могу. Оно простое и неожиданное. Оно в том, чтобы вместе готовить, сталкиваясь руками и радоваться этому и стараться сталкиваться чаще. Кормить с рук своего лисенка овощами и радоваться от того, как она жмурится от удовольствия. А потом сидеть с ней на коленях и рассказывать древние легенды …про себя же, хорошего. И видеть ее интерес. Ощущать тяжесть ее тела на себе, когда она незаметно заснула, и нести это чудо в свою постель, чтобы лечь рядом с нею, несмело приобняв. Это когда сердце заходится от того, как она во сне прижимается ко мне крепче, и сама подлезает под руку. Ну и отдельное счастье перед этим раздеть ее под сонное бормотание, осознав, что она настолько мне доверяет, не боится. Не отпущу от себя больше, тем более на это расследование.

—Лиса,–целую ее в уголок губ,–вставай, соня рыжая. Мне надо завершить дела, а тебе отчитаться своему куратору о проделанной работе.

—Ой, боюсь, он мое времяпровождение не оценит,–тянется и неожиданно целует мою пойманную руку. Такая простая ласка, а я…теряю нить разговора и все терпение.

—Оценит, оценит, –хриплю.–Ты запомнила что, из того, что вчера рассказывал?

—Почему что? Все и запомнила,–тянет мою руку к своему лицу. Не отказываюсь от такого предложения, веду невесомо пальцами по губам.

—Вот и поделишься этой информацией. Отдохнешь на корабле, а часа через два я освобожусь и приду к вам.–Очерчиваю скулы.

—А вдруг он тебя не возьмет на корабль?–Пугается.

—Шанса отказать мне у него нет вовсе,–успокаиваю.–И, маленькая, чтобы для тебя не было неожиданностью. Ты мне необходима как воздух…

—И ты мне,–перебивает.–Ты кровью пугал, но так и не попробовал еще.

—Все у нас с тобой впереди. Ну так вот, жить на корабле мы будем вместе…ты не против?–И даже дышать почти перестаю.

—Прошло мимо меня все наше этическое воспитание в Академии…потому как я-«за»,–и я выдыхаю.

Чудо, чудо и есть.

—Поцелуй меня, маленькая,–прошу, потому как, если буду я ее целовать…то точно только поцелуями не ограничусь.

—Я не очень–то умею…ну ты уже понял,–краснеет так мило.

—Давай учиться,–смеюсь. Чуть надавливаю рукой на подбородок, заставляя открыть ротик. Целую нежно, без напора. Постепенно углубляя поцелуй. Чувствую ее удивление. И она отвечает…да так…погибель моя…

Глава 5

Лиса

—А почему, все–таки, Строй оказался во все это втянут? Они стараются не во что не вмешиваться, и вы с ними…по составу что ли, ближе, чем кто–либо другой. Или просто «стрелки перевели» на них?–Я вываливаю то, что меня смущает еще со вчерашнего дня, как только Терн открывает глаза.

—И это маленький и, частично теперь, невинный лисенок после ночи с мужчиной…–сграбастывает меня и тянет на себя.

—Чего-то «частично» невинный? И поскольку ночь у меня была не просто с мужчиной, а с Советником заинтересованной стороны…И из–за насморка, может, вообще было кислородное голодание…

—Я уже понял, что романтика это не твое,–усмехается, не забывая целовать.

И вот почему не мое. Очень даже мое. Приятно же. Но…

—Вот согласись, не логично не разу,–успеваю сказать между поцелуями.

—Есть такое. И поэтому тоже проще разбираться на месте, чем гадать и строить гипотезы. Как ты себя чувствуешь?–С неохотой отстраняется и пристально меня осматривает.

—Знаешь, хорошо, просто отлично,–и не лукавлю.

—Тогда, как мне и не хотелось бы прямо противоположного…вылезаем из постели, кормим тебя и утрясаем все, что знаем всей нашей честной компанией.

—Подожди, а Тор?–Не хочу никуда вылезать. Просто чувствую, что не понравится мне…–В Хранилище про Тени мало было, но то, что было…сильно меня настораживает. Не готова к этому…

—Ты ко мне тоже не готова была,–не дает увернуться, смотрит не отрываясь в глаза,–но быстро приняла. Здесь тот же простой принцип.

—А…–опять отчаянно краснею.

—Малыш, давай я сейчас проговорю, а ты, не перебивая, выслушаешь, а потом уже будешь возмущаться и задавать вопросы,–садится и подтягивает меня на колени.

—Значит, возмущаться все же буду?

—Иринэ не было в нашем обществе давно…очень давно. И ее отношения с Тенью…скажем изящно…могут быть сильно различны.

—На…–закрывает мне рот ладонью. А вот, правда, насколько?

—Тень может стать для нее и другом…и вторым мужем. Здесь уже как завяжется.

—А как, по твоему, может завязаться у нас?–Выпаливаю, как только убирает руку.

—Я не знаю, лисенок. А Тор…чувствую его эмоции к тебе, которые его же и пугают. Про Тень…не думаю, что он знает. И как отнесется к этому…поживем, увидим. А пока в ванну…в моей компании. Должен же у меня быть утренний приятный бонус, который перешибет дальнейшее, явно не сильно приятное, общение,–и я с визгом взлетаю на его руках.

Терн

Беззастенчиво и нагло вру лисенку. Я совсем не так спокоен как хочу сейчас казаться, и делить ее с Тенью тоже совсем не хочу. Но ей видеть эти мои моральные трепыхания вовсе не к чему. Для себя решаю, пока по крайней мере, проблему с Тенью не обговаривать. Нас с Лисой тянет друг к другу, нам интересно друг с другом, несмотря на разницу буквально во всем. И дальнейшее общение в горизонтальной плоскости тоже обещает быть горячим. Еле сдержался в ванной. Девочка привыкла ко мне, расслабилась, пробует не только получать ласки, но и дарить. Неумело, но с любознательностью и большим энтузиазмом. Даже мысль об этом заводит. И предвкушающую улыбку сдержать не получается.

—И чему же так радуется, не побоюсь этого слова, почти искренне, господин Советник?–Ехидство в голосе Тора перебивает приятное послевкусие совместного купания.

—А меня теперь, тоже не побоюсь этого слова, абсолютно искренне многое радует,–стараюсь сдержать раздражение, которое он во мне будит. Отчетливо понимаю, что его вины в этом нет, это мои собственнические инстинкты проснулись и не собираются успокаиваться.

—Вот уж и не думал, что на сильнейшего представителя нашей расы может так воздействовать одна наглая, рыжая девчонка,–язвит дальше и усаживается в кресло, без моего, так, между прочим, разрешения. Вытряхиваю его из него потоком воздуха и не сильно, но показательно, прикладываю об пол кают–компании.

—Неприятно, наверное,–раздается голос корабля, кажется, Лукаса.

—Конечно, неприятно,–соглашаюсь,–но вдруг мыслительный процесс назад включит. Чтобы помнил, что и кому говорит.

—Не факт, я вообще не уверен, что здесь он есть, этот ваш мыслительный. С самого начала нашего знакомства ну очень сильно сомневаюсь,–вот и песель подошел.

—А Вы, господин куратор, чего на полу–то расположились? Вроде к мебели претензий не было. Но если что, Лукас может изобразить что–нибудь по Вашему…

—Извращенному вкусу, –перебивает Лису пес.

—А у вас здесь весело,–располагаюсь на этой самой мебели.

—А с Вашем пришествием, вообще, обхохочешься,–Тор одним туманным движением поднимается с пола,–позволите, о могущественный?

—Позволяю,–и это моя Тень?–Теперь, когда все в сборе, имеет смысл обсудить наши дальнейшие действия и поделиться своими соображениями.

—То есть нам с Лукасом можно тоже поделиться, а не только внимать мудрым виргам?–Керн даже хвостом виляет подобострастно. И не придерешься, а ведь издевается, паразит.

—Нужно, и одного юмориста в нашей компании вполне себе достаточно. Да и моего терпения хватит только на одного.–Лиса пробует пройти мимо меня к креслу, перехватываю ее и усаживаю на свои колени. В ней столько эмоций…Возмущение моим произволом, стеснение…и удовольствие. Мне и без ее крови хватает подпитки. Такое сладкое чудо.

—Сразу проясню. Лиса моя иринэ. Привыкайте нас всегда и везде видеть максимально близко.

—Подруга, это тебя сейчас как заклеймили что ли?–Опять пес.

—Я, может быть, недостаточно ясно выразился…–Лисенок прижимается ближе, чем сводит на нет мое возмущение.–Все, закончили балаган, предлагаю заняться делом.

—Итак, что мы имеем…Есть предположение, что за всей этой возней стоит …Строй. Возражения и соображения, потом,–слышу возмущенное пыхтение корабля.—Пока это подозрения, для того, чтобы понять насколько они внятные, есть простой…но не очень безопасный способ проверки, наведаться в гости. Сначало постараться получить информацию самим, а потом и спросить напрямую. И сопоставить полученное. И Лукас оказывается в очень неприятном положении. Пока, именно, что пока, никакие наши действия, не угрожают Строю, не прямо, не косвенно. В дальнейшем, тебе надо определиться со стороной. Как и тебе, Керн. Вы давние союзники Строя.

Глава 6

Терн

А идея познакомить наставника и мою девочку была так себе…Рад, что они понравились друг другу, одной проблемой для меня меньше. Наставник для вирга заменяет собой практически весь круг общения для нормального живого существа. Это и семья, и друзья в одном флаконе. И женщина…в каком–то…определенном смысле. Только сейчас для меня главной стало это рыжее непоседливое существо. И я вот прямо совершенно не готов делиться подробностями своей жизни до нее. Более того, и сам готов забыть эти самые подробности. А Айх сейчас все это вытащит наружу и разложит перед лисенком…

—Ну…сам расскажешь…особо выдающиеся моменты? Или мне начать, а ты поправишь–разъяснишь?–От него мои моральные метания, естественно, не укрылись. Мало у старика развлечений, мало. И сейчас он явно развлекается.

—Прямо заинтриговали…с такой–то подготовкой к рассказу,–выдает рыжик.

—Это все не так уж интересно для молодой девушки…

—Для абсолютно посторонней молодой девушки, может, и не интересно…а вот для той, что будет с тобой практически всегда рядом…Да это минимум для выживания…Да чего там, мне и самому интересно вспомнить,–Айх не успокаивается.

—Ничего себе…Я, вроде как, не для кого опасности не представляю…–Лиса…любопытная какая…теперь они точно из меня все нервы вытянут, вдвоем–то. Один слишком много знает, другая совсем ничего. И сейчас они это будут уравновешивать моими нервными клетками.

—Советник у нас предпочитает…как бы сказать…по жестче, во всех отношениях. Ну ты понимаешь,–все, одной фразой уже заставил меня напрячься.

—Это как?–Лисенок вытягивается в струнку от любопытства.–В каком смысле? В общении?

—Ну…в каком–то смысле,–я никогда не видел хихикающего Айха. Вот, пожалуйста, лицезрею сейчас эту аномалию.

—В общем, в связи с этим…дамы на одну ночь…или день…или как придется…у него были очень и очень своеобразные. С некоторыми даже я не рискну встретиться в темном переулке. А уж тебе и подавно не советую. Настоятельно так не советую. А они, больше, чем уверен, как раз будут пытаться встретиться.

—Я…–начинаю.

—Конечно, ты. А ты, Лиса, запомни необходимую тебе для хорошего самочувствия информацию…Отступление–это не бегство, потому при попытке такого знакомства отступай. Смело и быстро. И зови кого–нибудь из нас, меня, Терна…или на худой конец, Тора. Только не пытайся «понять и простить». Усвоила?

—Да, а …подробности какие…

—А подробности вон, у Терна выспросишь,–смеется Айх.

—Обязательно выспрошу,–кажется, я вспомнил, такое основательно забытое чувство…смущение, кажется.

—Тогда отключаюсь. Боюсь такие откровения не для моего возраста,–и исчезает.

Лиса

Нет, ну это же надо…Я не совсем наивная…понимаю, что, конечно, у Терна были…дамы. Но это что же за дамы, от которых надо максимально быстро уносить ноги? Озадачу Лукаса, пусть покопается в сети…интересно же. С удивлением понимаю, что не только интересно. Я еще и злюсь…сильно. Это…ревность?

—Ревнуешь?–Терн всматривается в меня…и расплывается в нахальной улыбке.

—Ты…как почувствовал?

—Наша связь. Она будет после обряда еще сильнее. И чувствовать друг друга будем четче.

—Здорово. Значит все будет понятно и без слов.

—Я думал…тебе это не понравится…почему?

—Почему…что?–Вот, правда, не понимаю.

—Все…И реакция на откровения Айха спокойная и на связь,–всматривается в меня так пристально…что даже в жар бросает…который раз за сегодня.

—Ну, я не то, чтобы тебя поняла…вот прямо все и сразу. Спешил жить, чтобы все попробовать?

—Примерно так,–смущается. Вот это да.–Вирги живут долго…очень долго. Правда, в слегка механизированном виде. А мне хотелось получить максимум ощущений именно человеческого тела. И помнить их. В том числе… и в удовольствиях.

—И…получил?–Да я сейчас сгорю от смущения.

—Опыт получил…разнообразный,–фыркаю,–а вот удовольствие…думается, все еще впереди. Я…разными способами …и действиями пытался его достичь…того, когда одно для двоих…когда дыхание и сердце общее…но именно так никогда не чувствовал.

А я что? Верю и выдыхаю.

—А…–даже еще сама для себя четко мысль не сформулировала.

—А мы с тобой будем его смаковать как изысканное вино…пристально …и тщательно изучать каждый этап,–смеется, а глаза вот натуральным образом горят.–И начнем прямо сегодня…сейчас.

Ловит мое лицо в свои руки. Проходит…пока только взглядом по глазам, скулам и …останавливается на губах. А они у меня сразу и пересыхают. Облизываюсь, ведь некрасивые, сухие–то. Терн…выдает фразу на непонятном языке…и целует меня. Все…все здравые мысли вылетают из головы…зато остаются неожиданно нескромные желания…

И я отвечаю на поцелуй…как умею…наверное, неумело, но искренне. Мне очень хочется доставить ему удовольствие…ну и получить его самой. Не хватает воздуха…дышу Терном. Повторяю за ним танец языка. Его …мое …рваное дыхание …уже не понимаю. Но мне хочется больше…чего–то…его рука в моих волосах. Не дает сдвинуться. И не собиралась. Держусь за широкие плечи, притягивая к себе еще ближе. Ужасная лишняя одежда. Пытаюсь справится с заклепками. Да что же у них все не как у людей, а как у виргов?

—Моя нетерпеливая,–выдыхает и сам снимает.–Так, лисенок, лучше?

—Все равно…слишком на нас всего много…мешает,–жалуюсь.

—А я боялся тебя напугать,–смеется.–Как же с тобой повезло.

—А напугать–то чем?-Сражаюсь уже со своей рубашкой.

–Вот этим,–и скидывает брюки.

Терн

—Это…сейчас не больно?–Тонкие девичьи пальчики невесомо пробегают по вставке на ноге.–Это…когда проявляется? Не замечала раньше.

—Чудо мое рыжее,–пью ее эмоции. Здесь такой коктэль. И за меня переживает…любопытство…но все это перешибает желание…–Это последствия…скажем изящно…бурной политической карьеры.

—Угу…и бурной личной жизни,–ворчит, и меня обдает ледяной волной ревности. Теперь главное не улыбаться совсем уже дурной улыбкой.

—Все–таки, больше карьеры,–пробует чуть отстраниться…чтобы внимательно рассмотреть все остальное.–Лисенок…боюсь такого в моем организме немало…и появляется во время сильных эмоций.

Глава 7

Лиса

Всегда возвращаюсь сюда. Здесь живут и работают мои родители. Здесь я выросла. Для меня привычны члены Строя. Никогда не воспринимала их как просто механизмы, даже в голову не приходило. И сейчас мне впервые волнительно. Неужели правда, отношение ко мне может поменяться? Ведь и они и я остались прежними. У меня нет страха перед Терном во многом благодаря Строю. Они похожи и тем непонятнее…действия. Может опасаются, что с помощью иринэ Терн может сильно усилиться и представлять для них угрозу? Не зря же Айх сказал про хищника. А как с моей помощью можно усилиться? Врятли даже сейчас виргам можно что–то или кого–то противопоставить. Одни вопросы. И …не понимаю, как мне вести себя при встрече с отцами Строя…Я же с виргами. И Лукас с нами.

—Рыжик, ты так напряженно думаешь, что у меня голова начинает болеть,–Тор насмешливо косится на меня.–Не заболей снова…с непривычки–то от усиленного мыслительного процесса.

Керн трусит впереди, а мы втроем шагаем рядом, моя рука в руке Терна. Разрешение на присутствие в Совете Строя у нас есть. А у меня еще есть сообщение от Лима, одного из отцов Лукаса, того, кто отвечал за его…условно человеческую составляющую. «Добро пожаловать домой, Лиса. Будь предельно осторожна с новыми друзьями» Друзьями…Как быстро они поймут…и будут ли так же считать, что я дома? С родителями я даже не связывалась, чтобы не озадачивать еще и их. Меня слегка потряхивает, поэтому на подначки Тора не обращаю даже внимания.

—Нам долго еще шагать? Почему нельзя переместиться без маразма, порталом?–Тоже нервничает.

—Потому как традиция такая, доходить до Совета на своих четырех,–Керн бежит теперь рядом с нами,–или, как в вашем ущербном случае, на своих двоих. И не знал, что у виргов такая плохая физическая форма, вон, даже Лиска не ноет.

—Не знал, что блохастым коврикам вообще давали слово,–Тор посылает в Керна воздушную волну, тот успевает уклониться.

—Вы только, господин куратор, в Совете так не выпендриваетесь. У них–то струя побольше и посильнее будет.

—Пока мы туда дойдем…

—Дошли уже,–Терн кивает на проход в скале,–вон проход в зал Совета. И прими совет к действию, не выпендривайся. Идите вперед, мы догоним.

—Не увлекайтесь,–бросает Тор, и они с Керном проходят вперед.

—Боишься, маленькая,–Терн опускается передо мной на одно колено, чтобы сравняться в росте и заглянуть в глаза.

—Просто волнуюсь…А ты как принц из старинных сказок.

—Для тебя, кто угодно,–улыбается и усаживает на свое колено.

—Я не понимаю как правильно себя надо вести. И…прости…но врать я им не хочу. Я здесь выросла. Если они спросят…

—Думаю, не спросят. Скорее всего, уже все вытащили из памяти Лукаса и сделали правильные выводы. В любом случае…хочу думать, что это не перешибет их хорошее отношение к тебе.

—Это не просто хорошее отношение…я считаю их друзьями.

—Мы очень похожи. И, по опыту….у нас слишком мало человеческих черт. А дружба…

—Как и любовь, самые не на есть человеческие.

—Да, маленькая,–целует как–то очень осторожно, бережно…непривычно.

—Я не фарфоровая,–ворчу с непонимания.

—Ты самый хрупкий гарант нашего мирного диалога.

Вот тебе раз.

—И долго?–Керн появляется из прохода.

Совет Строя. Я никогда не была здесь. Но что нас встретит, примерно представляю по рассказам Лукаса и Лима.

—И долго нам петлять по этим катакомбам? Это что, проверка на выносливость, кто худо–бедно дополз, тот и молодец и достоин быть допущенным пред светлые очи…или фонари?–Тор заметно сильнее нервничает.

—Да, нет. Просто надо дойти до Зала Совета. Совет может попасть в него сверху…приземлиться. Хотя они уже и не летают почти все. Старые…почтенные,–исправляюсь, памятую хорошую слуховую технику Лукаса.

—Ну тогда мы уж точно должны найти общий язык…как почтенный с почтенным,–ухмыляется.

—Только на живое существо, хотя бы внешне, мы, почтенные, больше похожи,–Терн подтягивает меня к себе ближе.

—Вы друг друга стоите,–Керн шумно втягивает воздух,–а Совет–то, похоже, в полном составе.

—Это ты, блохастый, как определил?

—Блох на разведку выслал,–огрызается,–по нюху, по нюху, машинным маслом не просто пахнет, а воняет.

—Ты бы тоже слова подбирал, а то будет из вас с Тором прекрасный общий арт–объект,–Терн вглядывается вперед,–пришли.

Терн

Мы, действительно, пришли. На летное поле в скале. Его центр остается свободным, а по кругу…корабли различной конфигурации и размеров. Здесь и грузовые исполины с потертыми временем и метеоритами боками, и разведывательные юркие катера, и солидные надежные, как сейфы, транспортные паромы. Даже легкомысленные прогулочные яхты попадаются, с переливающейся радугой обшивкой. Но всех их объединяет аура…мощи. И сейчас все их внимание направлено на нас, маленьких и беззащитных перед ними. Лису и пса, маленьких и беззащитных.

—Здравствуй, девочка,–раздается справа. Военный линкор, не старинный, но с незнакомым мне обликом. Он стоит чуть в стороне, не противопоставляет себя, но и не вместе. Не самый крупный из собратьев.

—Лим, я так рада Вас видеть,—эмоции лисенка искренние, теплые.

—И я рад, что ты дома…правда, в не самой подходящей компании.

—Как–то резко, ты не находишь,–Тор встал рядом со мной, Лису задвинули за спину.

—В самый раз,–откуда–то сзади,–и девочке здесь никто не причинит вреда, не зависимо от ее статуса.

—Чего не скажешь о нас,–уточняю, чтобы четко понимать, что ожидать. Да и члены Строя никогда не были склонны к дипломатическим танцам.

—Чего не скажешь о вас, вирг. Целесообразно продолжить дальнейший разговор без дружественной нам особи.

—Особь останется здесь,–Лиса буквально просачивается между нами. В любое другое время и я и, думается, Тор просто млели бы, но сейчас…

—Лисенок, может, правда…

—Нет, не может. Я выросла на этой планете. Я доверяла и мне доверяли. Что изменилось сейчас? Неужели мой выбор мужчины…

Глава 8

Терн

Меня в очередной раз выворачивает на изнанку.

—Вот не знал бы, что ты Советник, подумал, что или , что подхватил или отравили.

Тор за эти стандартные сутки достал так…что держусь из последних сил, чтобы не попытаться банальным мордобоем заглушить тоску по лисенку. Сам он тоже приятного зеленого оттенка…но стойчески хамит дальше.

—Ну вот и скажи после этого, ты точно уверен, что иринэ это благо?

—Я уверен, что для меня благо Рыжик,–меня снова выворачивает.–Отложил бы ты беседу до лучших времен,–не могу себя заставить отпустить раковину.

—А представляешь каково сейчас ей? Это же ее самочувствие ты так активно транслируешь? Нечего было играть в спасителя хрупких девичьих душ, надо было брать ее с собой. Этот рыжий зверек все равно же рванет за нами.

—Она не зверек!–Я все–таки отлипаю от раковины, чтобы развернуться в его сторону явно с не очень доброй физиономией.

—Ой, все, проникся…а то сейчас не сдержишься,–глумится дальше.

—Пшел вон!–Достал.

—Да иду, иду. Когда закончишь зависать над фаянсом…соизвольте прийти в кают–компанию, о Великий, разговор есть, надо прояснить некоторые моменты,–и наконец убирается. И это моя Тень… И это его тоже должна принять лисенок…и я. Бред бредовый…

Мне чуть легче, а значит, лисенку тоже. Тор прав, конечно, она рванет за нами. Не льщу себя пустой надеждой, что отсидится у Строя. И это то, что в ней нравится, то, что в ней …наверное, да, люблю. Дико это все для меня. Но зато у нас есть сутки–двое форы. Очень надеюсь, что за это время мы хоть приблизительно поймем с кем имеем дело. Пока мы в полной темноте с воинственным шепотом размахиваем руками, больше попадая по себе, чем по противнику.

Лиса

—Лукас, подъем, вставай, поверка! Лукас, пожар!–И так я развлекаюсь уже часа два. Безрезультатно.

—Лукас, насилуют!–Верещит Керн.

—Не ори так, сейчас посмотреть на это чудное действие весь Строй слетится,–шиплю.

—Зато может этот «красавица» откроет свои…датчики. Да хоть что–нибудь да откроет. Такая здоровенная железная туша и такая бестолковая. Закрыться от воздействия не мог, при его–то возможностях.

—Сам ты туша бестолковая, блохастая и двуличная. Не все, знаешь ли, могут так виртуозно притворяться,–голос Лукаса похож на ворчание пьяницы из переулка, но главное, что вполне себе осмыслен.–Чем нас долбанули?

–Виргом нас долбанули, но я думал, что у тебя иммунитет к их воздействиям.

—У меня он и был…вот только Лим отправил в мою систему код, его снимающий. А когда я, дурак, понял, было поздно.

—Сколько тебе надо времени, чтобы прийти в хотя бы относительное, но рабочее состояние?–Мне и самой же не сказать, чтобы замечательно.

—Дай стандартный час.

—Хорошо. А пока выведи мне всю информацию на аграриев и их планету. Куда, интересно, могли податься в первую очередь эти хитросделанные?

—Куда они могли податься, понятия не имею. А вот нам надо сначало на их спутник.–Лукас потихоньку приходит в себя.

—Это какого? Там ведь и нет ничего стоящего. Не Библиотеки, не Хранилища, один…

—Храм, точно с жрицами, которые везде вхожи и много чего могут знать. У них же почти каждое действие они одобряют. От свадьбы и похорон до сбора яблок.–Керн в нетерпении аж приплясывает.

—Вот этих знающих женщин и попробуем разговорить. А сейчас все, дайте мне этот час тишины.

Тор

Выхожу от Советника уверенной и твердой походкой. Ну или это мне так хочется думать. Дальше ускоряюсь и влетаю в свою каюту. На самом деле я тоже чувствую эту Рыжиху и мне так же хреново как ей. И очень жаль девчонку. Жила себе и никого не трогала, и здесь прилетело. И вот очень интересно это «прилетело» мы самостоятельно организовали или нам активно помогли, чтобы точно выяснить все насчет нее? И очень хочется найти этих «стратегов». Вот прямо очень…

Ее явно отпускает, судя по тому, что отпускает и меня. Налепляю на физиономию глумливое выражение и тащусь в кают–компанию.

Советник, ожидаемо, уже здесь. Надо же показать свою крутость, даже если она значительно отдает зеленью лица.

—Ну и какие наши дальнейшие действия, кроме, естественно, одурманивания невинных девочек?

—Тебе в рожу дать, чтобы так сказать, уравновесить.

—Ну это из ближайших планов можешь смело вычеркивать. Не в форме Вы сейчас, господин Советник, не в форме.

—Все–таки оставлю, для сдерживания одной наглой Тени. Теперь по делу…Мы летим на центральную планету. Не особо афишируя свое прибытие, но и не скрываясь. И пытаемся найти хотя бы намек на заказчиков, опять же, не нарываясь, но и особо не маскируясь. Лим, у Вас есть какие–то замечания, может, дополнения?–Советник тяжело опускается в кресло.

Я тоже сажусь в кресло, голову еще ведет, чувствую на себе внимательный взгляд Советника.

—Нечего ко мне присматриваться, я почти в порядке. В отличие от некоторых.

—Замечаний нет. Лиса, когда придет в себя и помчится догонять …будущего мужа,–последнее слово вырывается из динамика почти с шипением. И звучит, как ругательство,–скорее всего, начнет со спутника. И это хорошо со всех сторон. Во–первых, там для нее будет безопаснее, чем на планете…

—Что, есть еще во–вторых и далее? Прямо чувствую, как мы с господином Советником сползаем с пьедестала самых коварных существ Вселенной.

—Вопрос, куда приползете?–Огрызается.–Во–вторых, жрицы не жалуют мужчин, а вот невинную девочку, втянутую в эти игры, могут и пожалеть и предупредить.

–Точно, еще невинную? Если что…чуть–чуть не невинную предупреждать не будут? И, кстати, как проверять будут?—Меня несет. Прежде всего от злости на самого себя. Именно я втащил и Рыжиху и ее сотоварищей во все это…неаппетитно пахнущее.

—Прекрати ерничать, устал от тебя,–Терн слегка прикладывает меня ментально. Думал, морду кинется бить…и меня немного отпустит в процессе.

—Ты, между прочим, не ответил.

—Невинную,–а вот теперь мордобой близок как никогда.