Господин Дьявол

Глава 1.

Я попала в беду! Спрятав лицо за маской, я была вынуждена продать своё тело на аукционе в закрытом клубе для богачей. Мне достался властный и жутко богатый мужчина. Сущий дьявол! И каким было моё удивление, когда я узнала, что "господин Инкогнито", купивший меня на ночь, это... мой высокомерный гадкий босс! Мой новый начальник, к которому я недавно устроилась на работу. Он уже успел превратить мою жизнь в ад! Он называет меня серой мышью, без конца унижает и заваливает работой как какую-то рабыню. Подлецу не угодишь! Но что будет, когда он узнает мой порочный секрет? Узнает то, с кем именно провел незабываемую жаркую ночь? Кто именно подарил ему свою девственность... 

***

Мы все зависим от своих боссов.
Кто-то материально, кто-то морально, а кто-то аморально.

(с) Дана Стар

Мы двигались по темным извилистым коридорам ещё несколько минут. Наверное, эти минуты выдались самыми болезненными для моей нервной системы и особенно для моего бедного сердца, которое готово было выскочить из груди. Оно стучало так дико, что я уже начала терять слух. Да и вообще, если честно, я начала теряться в реальности, проваливаться в какую-то холодную и очень-очень страшную бездну.

Шаг замедляется. Мы останавливаемся напротив массивной дубовой двери, украшенной золотым орнаментом. В коридоре темно и тихо. Из источников света лишь бархатные бра, которые выполняют роль больше элементов декора, нежели полноценных ламп, благодаря чему и создают уникальную обстановку интима.

— Мы на месте. Теперь ни звука. Ты готова? — Валерия резанула по мне острым, пропитанным льдом взглядом. Минутой ранее девушка смотрела на меня совершенно иначе — наверное, она нервничает не меньше меня.

Это ведь мне предстоит исполнить сегодня роль...

Жертвы. Игрушки. Безделушки.

Какую именно? Увы. Не знаю. Какую пожелает мой сегодняшний Хозяин.

В ответ я делаю несколько глубоких вдохов, закрываю глаза, киваю. Ничего-ничего. Первый раз всегда страшно. И больно. Это неизбежный момент, который просто нужно пережить. Главное — думать о хорошем. О награде за свои страдания. О том, что очень скоро я рассчитаюсь с долгами, верну обратно в дом конфискованную мебель, воду, газ и электричество и больше не буду спать на полу, как собака. Лучшая награда за боль, унижения, страхи — конечно же, деньги.

Три острожных, неторопливых стука в дверь. Напряжение нарастает. Кровь в жилах закипает. Сердце вспыхивает огнём! Дверь беззвучно открывается. Не дожидаясь разрешения от Хозяина, Лера ведёт меня внутрь личных покоев клиента. Человека, который только что купил возможность лишить меня девственности за невероятно огромную сумму денег. Но для «Мистера Х» это сущий пустяк. Триста тысяч для него, известного бизнесмена-миллиардера, все равно что для меня, никчёмной нищей замухрышки, разовый поход в ресторан быстрого питания.

В комнате темно и прохладно. Пахнет элитным табаком. От этого запаха начинает кружиться голова. В висках пульсирует адреналин. Руки дрожат, ноги подкашиваются и не слушаются. Мне приходится поднимать подол мантии, чтобы не наступить на его край и, не дай бог, не упасть. Это ведь у меня неплохо получается — спотыкаться и падать на ровном месте, бить, ронять и опрокидывать ценные предметы.

Вот и всё. Мы на месте. Да помогут мне небеса!

— Господин, — Валерия прошептала прохладным, покладистым тоном. — Ваша покупка уже здесь.

Прошептала и неожиданно дернула за веревочку на капюшоне мантии. Чёрный шёлк накидки плавно заскользил вниз по миниатюрному телу на дорогой ковёр.

— Юная, хрупкая... девственница. Наслаждайтесь, мой Господин. Эта девушка принадлежит вам. Вы вольны делать с ней все, что пожелаете.

Лера! Какого чёрта! Что это? Что за дурацкое представление ты только что исполнила?

А твои выражения — тоже часть вульгарного шоу?
Меня не шутку тряхнуло от этих вычурных, пропитанных пафосом фраз. Это всё игра. Спектакль. Просто часть шоу, в которое, по всей видимости, играют не только клиенты, но и работники данного заведения, лишь бы угодить богатеньким буржуям.

После того как с меня сняли мантию, я застыла как неживая. Как будто уже прямо сейчас предстала перед незнакомцем абсолютно обнаженная. Стесняясь, жутко нервничая, я невольно обхватила себя руками, так и не рискнув поднять голову на своего покупателя. Босая, в одном лишь белом полупрозрачном пеньюаре, я чувствовала себя как будто без кожи. А ещё я чувствовала на себе его властный, испепеляющий взгляд. Он ассоциировался у меня с ядовитой лавой.

Не разговаривать.

Не смотреть в глаза.

Не делать глупостей.

Мысленно повторяла эти важные правила, как молитву. Повторяла и дрожала, не в силах взять под контроль эту чёртову дрожь. А вдруг ему не понравится мое поведение? Вдруг он просто ударит меня по голове, возьмёт силой, а потом прикажет закопать в лесу. Просто потому, что я показалась ему чересчур трусливой, забитой и невкусной? Богачи, они ведь такие… ненормальные.

— Приятного вечера. Если что-то понадобится — зовите.  

Откланявшись, Валерия быстренько удалилась прочь. Я лишь успела услышать, как осторожно, практически беззвучно, лязгнула входная дверь.

И снова тишина. Мёртвая, холодная, пугающая.
А что дальше? Так и будем играть в молчанки? Давайте уже побыстрее покончим с этой ерундой. Быстрее начнём, быстрее закончим, быстрее я отсюда слиняю. «Ага! Если ещё слиняешь...» — хохотнул мой внутренний демон.

Всё-таки я рискнула слегка приподнять голову. Но всё равно продолжала исполнять роль статуи — так и стояла, прижимая руки к обнажённой груди, чувствуя на себе всё тот же голодный, высокомерный взгляд, который, к слову, показался мне подозрительно знакомым. Таким прожигающим взглядом мог владеть только один человек. Мой босс, которого простые работяги вроде меня величали «скромно и лаконично» — Господин Дьявол.

Глава 2.

Спустя месяц.

— Всем п-привет. Меня зовут Марина. И у меня вот такая вот проблема… — робко опускаю глаза в пол, сжимаю руки на краях юбки, жутко стесняюсь. — Я до одури люблю своего босса.

— Привет, Марина! — бурные аплодисменты посыпались со всех сторон.

— Расскажи подробней о своей проблеме. Вкратце желательно. Почему ты здесь? — попросила Альбина Иосифовна, мой новый коуч-тренер и психолог.

— Подробней? Хм… — задумалась, прикусив губу. — Я работаю на него всего несколько недель. А вкратце — Он. Сущий. Дьявол.

Зал дружно загудел. Кое-кто даже присвистнул от удивления. Ещё бы! Это вам не порошочек нюхать, это куда более острая проблема! Моя проблема действительно уникальна. И я считаю, что мой случай особенный. Вот скажите, пожалуйста, есть ли среди ваших знакомых человек, который бы днём «дрался» со своим шефом, а ночью трахался? Учитывая тот факт, что шеф ни черта не знает, что он имеет дело с одним и тем же человеком. 

— О, как! А вот это уже интересно! — Альбина живенько встрепенулась.

— Но я его люблю! — чуть громче выдала практически с воплем отчаяния.

Да, люблю гада! Грубияна, неотесанного, властного барана! Который то унижает меня, то ласкает так по-животному, что хочется выть до разрыва горла. Именно поэтому я вступила в клуб отчаянных и зависимых. В клуб для людей, страдающих зависимостью. Анонимный. Некоторые вон даже из них наркоманы с приличным стажем. Что я тут делаю? Да тоже страдаю! Потому что больше ничего и не остаётся. 

А всё потому, что моя история очень сложная и практически невозможная.

Я веду двойную жизнь. Играю две роли. Днём — гадкая мыша-невидимка, а ночью… вульгарная путана, торгующая собственным телом.

— Я трясусь, страдаю, локти кусаю! А он меня ни во что не ставит.

Ну вот, понеслось. К чёрту всё! Накипело! Из меня сейчас прёт, как из водонапорной башни. Долго же дермецо копилось.

— Браво! — неожиданно Альбина вскочила с места и принялась аплодировать. — Похлопаем за такие искренние чувства! — зал, конечно же, тоже подхватил. — Не держи в себе эту боль, дорогая, поделись с нами.

— Давай, Марина! Мы одна команда, в одной телеге, так сказать. Не сдерживайся, — радушно поддержал меня темноволосый парень в застиранном свитере с беджем «Гриша» и заплывшим лицом, как у гнома.

Гришу разобрали на тренинге прямо передо мной. Он уже вот как неделю не пьёт. А чтобы не сорваться, чтобы как-то отвлечься — вышивает крестиком.

Чудесно! Я прям попала в свою стихию.

А я вот, чтобы не сорваться, когда прихожу домой, избиваю подушку и метаю дротики в фотографию своего боса, которую выдрала из журнала, где он красовался в новеньком смокинге от «Армани». Мне тоже хотелось упиться. Ещё давно. С первого дня, как пришла работать в компанию «De.Vil Industry», но некогда было, да ещё и с аллергией на спиртное это было бы практически невозможно. Новый босс меня так загонял, что я порой ни ног, ни рук не чувствовала. А всё потому, что круглосуточно на него упахивалась. Он, правда, об этом не догадывался. Что именно круглосуточно… Он знал меня лично как серую мышь, вкалывающую в его подсобке от заката до рассвета, чтобы оплатить ту проклятую вазу династии «Хрень», которую ему подарил на именины сам «Джеки Чан», чтоб его. 

А я… Ну конечно же, я её разбила! Когда полезла на шкаф за документами.

Во всем виноват мой маленький рост и «сверхспособность» притягивать неприятности. К тому же вся эта «веселая красота» случилась в мой первый рабочий день. А в остальном я была для него, богатого, напыщенного мажора, обычной игрушкой. Днём — «девочка на побегушках», ночью — «девочка, я буду трахать тебя жёстко».

— Не могу находиться с ним рядом, — решаюсь открыться публике. — От его вида меня лихорадит. Не понимаю, что со мной! Я, блин, реально чувствую себя безнадёжным наркоманом! — едва ли не рыдая, я все-таки осмелилась пожаловаться «братьям и сёстрам по несчастью». — О, эти глаза… В них хочется захлебнуться. А этот голос… Я бы душу Сатане продала за возможность слушать его каждый день, как любимую песню. Даже на диктофон себе записала и поставила на будильник. А что! Так ведь веселее просыпаться, под «бодрящие оры», звучащие будто из недр самой Преисподней:

«Эй! Фэр! Где тебя черти имеют?! Где мой отчёт! Куссомак! Ты что, в чай соль положила?! Почему он на вкус как верблюжья моча!»

С этими бодрящими фразочками я каждое утро подрываюсь, как солдат на мине, и сон как рукой снимает. Не хуже ведра воды со льдом. В лицо! А на диктофон я записываю его голос, чтобы ничего не забыть. Потому что когда мы с ним… остаёмся наедине и он смотрит на меня сверху вниз… весь такой идеальный, безупречный, холёный… я нахрен забываю, какие он даёт мне наставления на целый день! Потому что просто срываюсь в бездну и лечу, лечу, лечуууу… пока образно не шлепаюсь на скалы и не разбиваюсь насмерть.

Кстати, Фэр — это моя «миленькая» кличка. В переводе с арабского — мышь.

Ещё Господин любит называть меня простушкой или мелкой. Мелкой занозой.

***

Меня колотит, меня подбрасывает, когда он оказывается рядом, когда просто проходит мимо, не говоря уже о том, когда начинает со мной говорить или тем более что-то требовать. А ещё у меня дергается глаз. Почему он дёргается? Я никогда раньше не страдала невралгией! А тут у меня буквально с месяц назад начался нервный тик, когда я начала работать в «De.Vil. Industry». В компании, которая занимается поиском месторождений золота и драгоценных камней.

Стоило мне только вспомнить тот самый коварный образ, те самые тёмные, зачёсанные волосок к волоску волосы, ухоженные руки с золотыми перстнями, увенчанные рубинами, идеально отутюженный галстук, золотые запонки, дорогие часы, выкупленные у музея… Нахмуренные брови и дикий, пылающий похотью взгляд… У меня снова начались судороги!

Этот мужчина сведёт с ума абсолютно любую женщину. Я слышала, что примерно раз в квартал, исходя из статистики, оглашённой в одной местной газетенке, две девушки по всему миру, помешанные на Господине Дьяволе, вскрывают себе вены или прыгают на рельсы. 

Глава 3.

Это был жуткий и отвратительный день. С утра до ночи лил мерзкий ливень, завывал нещадный ветер, сверкала молния, даже изредка сыпал град. Ровно в восемь ноль-ноль меня разбудил настойчивый звонок в дверь. Сначала я подумала, что это сосед снова упился в стельку и перепутал мою квартиру со своей, поэтому мне лень было покидать уютные недра одеяла и идти за веником, чтобы, угрожая тумаками, отогнать пьянчугу от чужой собственности. Как я узнавала своего соседа? Да очень просто. 

Обычно дядя Стёпа орал на весь подъезд военные частушки с матами голосом бракованной скрипки, так горланил, что его даже было слышно в соседнем дворе, а тут вдруг «оркестра» не наблюдалось. Лишь настойчивые колотушки в дверь и бесконечное пиликанье звонка в дверь. Спустя несколько минут ленивого ворочания меня вдруг осенило. Утро ведь! Обычно дед Степан в три ночи буянит, а тут под утро, что ли, вздумалось? Как-то странно.

Закутавшись в махровый халат и хорошенько зевнув, я побрела в прихожую.

Незваные гости уже перестали насиловать звонок. Потому что он, кажется, сгорел. Теперь варвары наяривали в дверь кулаками.

— Вы что, совсем оборзели?! Я сейчас полицию вызову! Кто вы и что вам надо? — в ответ я со всей дури стукнула по двери кулаком, да так, что суставы хрустнули. 

Блин! Больно-то как!

— Открывайте! — со злобой, бранью и ненавистью. — Федеральная служба судебных приставов! Опись имущества.

И вот тут-то у меня перед глазами пронеслась вся моя грешная жизнь.

А какое сегодня число? 

Двенадцатое. Апреля. 

Вот чёрт! Я ведь обещала погасить долги еще до десятого. Но… обещание не сдержала. Не потому, что такая безалаберная. А потому, что нечем рассчитываться. С нынешней работы меня уволили. Новую пока не нашла. Так как я в совершенстве знаю некоторые языки, я работала в мелкой конторке по продаже горячих туров за границу. В турагентстве, то бишь. Но конторка та быстро обанкротилась. Ворошилы шустро развели наивных людишек на деньги, свои обязанности не выполнили и быстренько испарились. Отдуваться, естественно, пришлось мне. Вот я и поплатилась своей доверчивостью, неопытностью, доброй душой. 

Как бабушка учила: «Всем улыбаться, со всем соглашаться!» Да доучила. Начальство разбежалось кто куда, а мне никто и слова не сказал. На следующий день офис атаковали разъяренные граждане с криками: «Верните деньги, подлые аферисты! Ироды! Мошенники! Бандюганы!». Я вообще была не в курсе. Сидела себе, переводила договора с гостиницами, как вдруг и без того тесное помещение наполнилось разгневанными старушками, которые едва ли не схватили меня за волосы и, как окаянную ведьму, потащили на священный костёр. Тут как тут явилась местная «голова», начальник полиции, и принялся копаться в болоте. Они думали, что я лгунья, покрывающая своё начальство. Но у меня от таких заявлений началась жуткая истерика. Такая, что я даже один раз упала в обморок. Нет! Не из-за того, что одна бабка всё-таки схватила меня за шиворот и выдрала клок волос, а вторая раздавила очки. А потому, что в документах было указано, что я и есть собственник фирмы «Тур для дур». Это так, наверное, назвали турагентство все те, кто успешно смылся с награбленными денежками. На самом деле агентство называлось «Тур от Зинура». И да… что-то я как-то не особо была похожа на Зинура. Но главное ведь — побыстрее найти виновника. Хоть кого-то. Чтобы поскорее выплеснуть весь свой накопленный негатив на обидчика. И плевать, что я вообще девушка, что моё имя Марина, а не Зинур. Но эти мелочи, увы, никому не интересны. Интересней было копаться в фальшивых документах.

В общем, вина моя была практически прощена. При одном условии.

Если я в течение восьми месяцев выплачу этим милым людям украденные средства. До последней копеечки. И это был ещё более мягкий исход событий. Пришлось поплакаться в жилетку начальнику полиции, потом судье… которая, как оказалось, знала мою бабушку, поэтому уголовное дело заводить не стали, но долги я должна буду выплатить до конца года. Иначе… Тюрьма. А Зинура и его «Ко» не нашли. Следователи посчитали, что я их просто выдумала, а сама притворилась невинной овечкой. 

Как бы я их ни убеждала, что бы ни делала… они всё равно принимали меня за мошенницу.

***

— Варвары! Изверги! — кричала я до боли в горле, наблюдая за тем, как грузчики в грязно-серых костюмах выносят всю мою мебель на улицу и бесцеремонно швыряют в грузовик. — Осторожней! Чёрт! — охала я и ахала, когда они швыряли МОИ вещи, нажитые непосильным трудом, в грязный кузов огромной колымаги.

Почему я так тряслась за свои деревяшки? Наверное, потому, что ещё надеялась, что смогу вернуть их обратно. Это была память от родителей. От мамы и бабушки. Эти вещи я очень любила. С ними меня связывали тёплые воспоминания ушедшего детства.

Я бегала туда-сюда, хваталась за голову, рыдала, но всем было наплевать на мои беды. Приставы, жирные жмоты, спокойненько себе стояли под козырьком подъезда и затягивались сигаретками, в то время как из всех окон общежития повылазили любопытные соседи, которые, наслаждаясь утренним представлением, глазели на бесплатное шоу. 

Меня буквально обобрали до самой кожи. Промокшая до костей, дрожащая от холода и от горя, я с отчаянием смотрела, как грузчики грубо хлопают дверями грузовика, после чего быстро заскакивают в кабину. Отобрали всё! Даже мои студенческие конспекты. Но наш семейный альбом я все же успела вытащить из стола. Вцепилась в дверцу с такой дикостью, что загнала под кожу занозы, а альбом крепко-крепко прижала к груди.

— У вас есть ещё три недели, чтобы погасить долги. Хотя мы более чем уверены, что ситуация не поменяется, — ухмыльнулся жирный свин с тройным подбородком, бросая окурок в лужу. — Скажите спасибо нашему доблестному судье. Фаина Григорьевна вас пожалела. Всего доброго!

И упыри удалились восвояси. А я ещё пять минут стояла столбом, глядя вслед удаляющемуся грузовику, пока противные потоки дождевой воды хлестали меня по лицу не хуже пощёчин.

Глава 4.

Всю ночь я не сомкнула глаз. Грезила лишь о том, как сильно я хочу получить эту работу. А потом, когда ещё и погуглила информацию о фирме «De.Vil lndustry» и увидела их главное здание в городе, хотелка усилилась до такой степени, что пришлось глотать успокоительные, чтобы заснуть и выспаться, ибо синяки под глазами уж точно не добавят мне шарма для успеха.

Перед сном я все-таки решила прогуляться пешком в город, чтобы подышать свежим воздухом, немного расслабиться, поднять себе пешей прогулкой настроение и заодно купить какой-нибудь еды на ужин. Мне повезло. Когда наводила порядок в разбросанных по всей квартире вещах, в одной старой книжке я обнаружила заначку в пятьсот рублей. Вот так удача! Это, к слову, была моя любимая книга. Точнее сказка, напечатанная на арабском языке, которую изредка я любила перечитывать бессонными ночами: «Тысяча и одна ночь».

Город атаковал сезон ливней. Но когда я вышла на улицу, дождя не было. Пахло свежестью, а небо над головой было затянуто свинцовыми тучами. Кое-где поблескивала молния, вдалеке даже были слышны громовые раскаты. Спрятав руки в рукава пальтишка, я потопала к ближайшему супермаркету.

На часах было семь вечера. Люди уже ютились в своих уютных домах, проводили вечер с семьей за просмотром фильмов, игрой в настольные игры… и только я как обычно проводила очередной отстойный вечер в стиле типичного интроверта. 

Я зашла в магазин. Долго бродила вдоль прилавков, не зная, что бы купить. Денег на мясо, конечно же, не хватило, пришлось довольствоваться «Дошиком». Ну ничего. Вот уже завтра и на моей улочке грянет праздничек! Ага, конечно… Дожить бы ещё до этого завтра и собеседование пройти. Но что-то подсказывало, что пройду я его успешно. 

Дождавшись своей очереди на кассе, выложила продукты на ленту и грустно выдохнула, сжимая в руках помятую купюру. На кассе меня встретила кассирша с сонными, уставшими глазами. Она пробивала продукты сканером и периодически поглядывала на наручные часы. Бедолага. Тоже умаялась от такой вот монотонной работы.

— С вас пятьсот восемьдесят семь рублей, — выдала унылым голосом.

Вот блин! Не уложилась немного.

— Сейчас, я поищу мелочь в карманах, — я взволнованно принялась шарить руками в кармашках пальто, в которых, кроме плесени и дыр, вряд ли ещё что-либо годное можно было бы отыскать.

— Девушка, ну почему так долго? Неужели совсем домой не спешите?! — позади раздался недовольный женский возглас. Высокомерный такой, с ноткой презрения.

Я невольно обернулась и обомлела. Не может быть. Да это же Лерка! Зеленская! Моя бывшая одноклассница. Она ли это? Как странно.

Вроде голос похож. Но вот рожей… Вылитая Барби!

Блондинка, подтянутая, в дорогих шмотках. Она стояла, гордо вздёрнув подбородок, и смотрела на меня сверху вниз, как на таракана, которого мечтала раздавить своим изящным каблучком. Но затем вдруг её лицо, отшпаклеванное тонной косметики, вмиг озарилось удивлением.

— Маринка? Ты, что ли? Сколько лет, сколько зим! — улыбнулась она до самых ушей, бросившись на меня с наигранными объятиями. — С ума сойти! Тебя прям не узнать… Ты… эм… изменилась!

Мне вдруг стало так стыдно. И одновременно горько. Ну почему именно сейчас? Почему именно сегодня нам нужно было вот так вот нелепо столкнуться лбами?

— Что там у тебя, не хватает? — она отстранилась, поглядывая на стучащую ноготками, скучающую кассиршу. — Вот, возьмите! — вытащила из кошелька сотку, протянула продавщице. — Бывает.

— Спасибо, — поблагодарила я, выдавив подобие улыбки. — Кошелёк дома забыла.

Вся эта ситуация и без того нелепа. А я, выряженная в облезший плащ сезона эпохи динозавров, с сальным пучком на макушке, ещё пытаюсь как-то оправдаться. И так все ясно. По моему внешнему виду и по шести пачкам Доширака на кассе.

Когда Валерия расплатилась за свои покупки, мы отошли немного в сторону, чтобы побеседовать. А Лерка-то изменилась. Я её даже сначала не узнала. В школе девчонку часто обзывали пончиком из-за круглых щёк и лишнего веса. А сейчас… она похудела килограммов на двадцать уж точно. 

Жилетка из песца, каблуки как у голливудской топ-модели и мини-юбка. Не удивлюсь, если её шмотки — тренд сезона. И я… С опухшими от бессонницы и плача глазами, с сальными волосами, в бабушкином пальто, покусанном молью. 

Как я довела себя до такого позора? Просто шагнула на чёрную полосу жизни... Которая вот уже лет десять как тянется и никак не хочет заканчиваться. Вдалеке всё та же тьма. Ни намёка хоть на капельку просвета. Воду месяц назад отключили. Поэтому и вид такой себе… Бегаю иногда к соседке, клянчу хоть разок помыться. А сегодня ещё и приставы приходили. Красота, одним словом.

Ну и на десерт, так сказать, надо было лбами столкнуться с бывшей одноклассницей. Всё прям как по закону подлости! Чтобы она, краля писаная, потом всем растрепала: «Эй, вы только гляньте! Это же Маринка! Золотая медалистка! Единственная отличница из 10 «Г». А чё хмурная такая? У тебя же диплом. Красный, ёпте! Радоваться надо! Ты же, наверное, сейчас личный переводчик у нашего уважаемого президента! Не то что мы… бездари, тунеядцы и двоечники. Хотя… погоди-ка! Это что у тебя на плече? Вошь? А на ужин у тебя что? «Дошик»? На который я тебе денег заняла, потому что не хватило… Вот так картина! Маслом прям!»

Где этот закон Вселенной? Почему те, кто всю жизнь вкалывал над учебниками, жрут синтетическую лапшу, одеваются в секонде и убегают от полиции? В то время как двоечники расхаживают в полушубках, разъезжают на «Лексусах» и «принимают душ» из «Версачи». Справедливость! Ау! Ты что там, с ума сошла?

— Ну рассказывай, что ты, как ты? — ухмыляется красотка, губищи-то силиконовые. Сканирует меня глумливым взглядом то вверх, то вниз… вверх-вниз… и в мыслях, видать, никак нарадоваться не может, что человек с золотой медалью выглядит не лучше вокзального бомжа.

Было бы глупо рассказывать о том, что у меня всё охуенно. Мою охуенность не заметит разве что незрячий. Поэтому...

Глава 5.

Попрощавшись с бывшей одноклассницей, я быстренько рванула в сторону местного спортивного клуба, который уже закрылся на ночь. Мне ведь ещё нужно заскочить в спортзал, чтобы хорошенько помыться. Заскочить, разумеется, тайно и через окно. У меня ведь дома воду отключили. 

Ночка выдалась неспокойной. Не потому, что я не привыкла спать на жёстком полу, а потому, что ещё и дико волновалась на счёт завтрашнего дня. Под утро я все же уснула, но тут же резко подскочила от звона будильника. Сказать, что я не выспалась — значит, ничего не сказать.

Я быстро собралась, причесалась, приоделась. Блин! А вот с одеждой был напряг.  Одевалась я всегда скромно. Настолько, насколько позволяли средства. Единственный приличный офисный комплект, имеющийся у меня в арсенале, — это светло-серый брючный костюм свободного кроя. Покупала ещё тогда, когда сдавала вступительные экзамены в университет. Ткань немного выцвела, но с размером было всё в порядке. Практически. Чуть стал маловат. В груди. 

То, что в груди стало некомфортно, это меня ничуть не огорчило. Наоборот — обрадовало. Пришлось расстегнуть несколько пуговиц. Костюм я покупала за приличные деньги. Поэтому нельзя было сказать, что данная вещь была куплена на колхозном рынке по уценёнке. Нет!

***

Волосы заплела в косу, скрутила в «лукошко» на затылке, на лице — минимум косметики. Последний штрих — это мой учительский кейс, приносящий удачу, с которым я успешно сдала все экзамены, и очки с овальными лупами.

Не люблю привлекать к себе много внимания. Не люблю вульгарно размалёванных девиц, щеголяющих в огрызках, поэтому я всегда стараюсь одеваться неприметно, так как привыкла быть для всех невидимкой. Люблю тишину, одиночество, книги... А ещё у меня аллергия на бытовую химию, именно поэтому я презираю косметику. Эту дрянь ведь тестируют на животных. Но несмотря на подобные ужасы, производители не всегда указывают на своих продуктах верный состав.

Годом ранее я имела глупость купить до опупения разрекламированную помаду. Сразу же после первого применения мои губы превратились в два здоровенных пельменя. Я потом месяц рыдала горькими слезами и ходила в медицинской маске. А люди шарахались от меня как от прокаженной. Наверное, думали, что я распространяю какую-нибудь вирусную инфекцию. Из-за этого даже уволили с моей первой работы, где я устроилась переводчиком в «Бюро иностранных знакомств». Я должна была сватать иностранцев друг с другом, а вместо этого отправляла их на больничную койку, когда они видели мои распухшие до жести губы.

Что касается одежды… Так вот, однажды я решила отпраздновать день рождения подруги в клубе — собралась на дискотеку. Короткая мини, топ с голым пупком, сапоги чуть выше колен и распущенные до самой талии волосы. Тогда мне было восемнадцать. Первый курс, начало новой жизни. Хотелось как-то выделиться, попробовать что-то новое, что-то поменять в своей скучной, серой рутине. Вот я и согласилась отправиться на тусовку, которая стала для меня первой и последней.

Даже несмотря на вульгарный наряд, что подобрали для меня подружки, я чувствовала себя скованной. А когда в клубе, отплясав несколько треков, я решила отойти по нужде, на меня набросился какой-то мужчина. Буквально выскочил из-за угла. Сбил с ног и потащил в темноту, в сторону служебного помещения. 

Я тогда настолько сильно испугалась, что, во-первых, ничего не поняла, а во-вторых, даже лишилась голоса от страха. Но кричать… всё равно было бесполезно. Музыка гремела так люто, что даже стены трещали по швам.

Ублюдок был пьян. От него несло перегаром до такой степени, что можно было насмерть задохнуться. Тучный, бородатый хряк. Бросил меня в подсобку и попытался запереть дверь изнутри, чтобы овладеть моим телом. Всё это время, пока ублюдок возился с замком, он поливал меня мерзкими комплиментами «что в этой юбке у меня отпадная задница, что он заплатит мне денег, если я возьму у него в рот, что он весь вечер истекал слюнями, когда я отрывалась с девчонками на танцполе».

Пока выродок боролся с заевшим замком, я приказала себе срочно взять себя в руки! Иначе… случится беда. В темноте нащупала какой-то металлический предмет, готовясь врезать что есть мочи. Наверное, это было ведро. Придурок, вероятно, думал, что либо я проститутка, либо пьяная, поэтому ни за что не смогу дать отпор. Да он и сам еле-еле стоял на ногах, благодаря чему у меня получилось несколько раз врезать скотине по лысой башке, так что у самой руки от ударов задубели. Но мерзавец всё же успел осквернить моё тело своими грязными прикосновениями — больно схватил за грудь, порвал юбку, выдрал клок волос.

Эту кошмарную ночь я до сих пор помню как один из важных и переломных моментов в моей жизни. Будто эта дрянь случилась со мной буквально вчера.

Я щедро огрела подонка ведром по яйцам, а сама пулей выскочила наружу.

Надеюсь, не прибила, потому что он так дико взвыл, как будто издал свой последний вопль в жизнт.

После того случая я полгода не выходила из дома. Только на учебу или в магазин. А если вдруг видела человека с бородой, в кожаной жилетке или бритого налысо, у меня начиналась паническая атака. Если это было в транспорте, то я могла просто выскочить из автобуса даже на ходу. А если в магазине — могла бросить корзину с продуктами и, ничего не объяснив кассирам, кинуться к выходу. Даже когда у нас в университете начался новый курс по грамматике, который вёл мужчина с бородой, я начала прогуливать лекции. И мне грозил неуд на зачёте. Пришлось как-то крутиться и притворяться беременной, чтобы не выгнали вон.

Имея вот такой вот горький опыт в личной жизни, а также глубокую психологическую травму, я решила превратиться в серую мышь. И так мне действительно стало комфортно. Ну почти. Иногда мне все же хотелось получить хоть каплю мужского внимания, ту крупинку романтики, о которой я читала в любимых книгах или с замиранием сердца смотрела в кино. Я просто мечтала подарить свою невинность настоящему рыцарю… Мечтала об однолюбе. И сама хотела стать такой. 

Глава 6 (1).

Оторвав взгляд от мужчины, глянула на часы. Блин! До начала собеседования оставалось пятнадцать минут. Ладно! Хрен с ними, с этими остолопами! Если вдруг ещё раз увижу эту холёную тачку — шины проколю.

Быстренько обогнула автомобиль с правой стороны, направилась к входу.

Там, по-идее, меня должна встретить Тамара.

Да!

Когда я подошла ближе, увидела знакомый силуэт полноватой женщины с короткими тёмными волосами, в строгом тёмно-синем костюме.

Она топталась на одном месте, периодически ботала с «Секьюрити» и поглядывала на часы.

— Добро утро, Тамара. Это я. Марина. — Женщина как-то косо на меня уставилась, отсканировала с головы до ног, уже потом ответила.

— Марина? — хлопнула нарощёнными ресницами, — Что случилось?

— Долгая история, — опустила голову в пол.

— Увы, но в таком виде, я не могу пропустить вас в здание. — В разговор вмешался охранник.

Вот и всё.

Гудбай красивые мечты.

Не надо было мне радоваться лишний раз. У меня ведь всё равно всё через одно место.

Прекрасно! До утра мне не дожить. Придётся мучиться. Я ведь даже не могу себе мыла купить. Чтобы повеситься с горя, чёрт возьми!!!

— Тётя Тамара, — грустно, со слезами не глазах, — У вас не найдётся мыла?

— Марина! Ты на что это намекаешь? — нахмурилась ещё больше, уперев руки в бока.

— Да просто мне очень нужна работа. Иначе я не жилец. — Поёжилась от нервной дрожи, изо всех сил сражаясь с внутренней болью, чтобы на людях не разреветься. — Понимаете, эта машина… Внезапно выскочила… Чуть не задавила…

— Успокойся! — схватила за руки, крепко сжала и смотрит глаза в глаза, — Я ведь тебе обещала! Ты попадёшь на это собеседование. Быстро, снимай свой пиджак.

— Чего? — несколько раз моргнула.

— Давай, скорей. Мой наденешь. — И сама начала раздеваться.

Спорить я конечно же не стала. Её джемпер хоть был мне немного великоват, но смотрелся неплохо. Хорошо, что брюки практически не пострадали. Весь «удар» пришёлся в область живота.

— Быстренько, протри лицо влажными салфетками и побежали. — Сунула в руки шуршащую упаковку, схватила за рукав и, дёрнув на себя, потащила внутрь здания, верхние этажи которого, казалось бы, доставали до самых небес.

***

Я нервничала. Дико нервничала! Так, что ноги при ходьбе подкашивались, а язык заплетался как у умственно-отсталой. А ещё я сдерживалась из последних сил, чтобы в панике не начать грызть ногти до мяса, или кончики собственных волос.

Дурная привычка!

Забыла сказать, у меня от природы непослушнее волосы. Которые быстро растут и безобразно топорщатся. В школе меня часто дразнили «одуванчиком». Тогда у меня ещё были светлые локоны, как сметана, но с возрастом немного потемнели. Что я только с ними не делала! Они как будто бросили мне вызов.

Хотя, мамочка всегда меня утешала, мол, обычно, когда люди насмехаются — они просто завидуют. Говорила и бережно расчесывала строптивые пряди. Каждый раз перед сном. Она любила мои волосы. Моя мама была единственным человеком, который восхищался моим «гнездом».

Именно поэтому я не стригла их слишком коротко. В память о ней. Но они меня дико раздражали. Поэтому я скручивала их в плотный жгут на затылке и закалывала тонной шпилек.

Глава 6 (2).

— Ну что, милая, ты готова? — Тамара повела меня в сторону лифтов, пока я, истекая слюной, рассматривала интерьер просторного холла.

Тут всё выглядело как в музее. Особенной полы, стены и потолок. Кажется, они были высечены из мрамора. Взгляд вверх — и я вижу шикарные хрустальные люстры, под стать тому, чем занимается компания по добыче алмазов.

Потолки в холле метров под шесть. Здесь много людей. И все они мечутся туда-сюда. Красивые, статные, успешные. Мужчины в строгих, щепетильно отутюженных смокингах, а девушки — в элегантных юбках. Практически у всех одинаковый дресс код. Кстати, в здании, помимо работников славянской внешности, много иностранных граждан. Преимущественно личностей восточной наружности, а также темнокожих господ.

К слову, один из секьюрити мавр. Огромный такой, как двухметровый комод.

И непривычно улыбчивый. Хорошо говорит по-русски.

Внутренний интерьер здания по цвету достаточно тёмный. Здесь преобладают золотые, красные, чёрные тона. И также много подсветки, которой декорирован ресепшн и стены.

Мне нравится подобный стиль! Он такой особенный, такой помпезный, что невольно начинают болеть глаза, а разум вообще сходит с ума!

Потому что мне никогда не приходилось видеть ничего более шикарного.

Легкий звон привёл меня, витающую будто в параллельной вселенной, обратно в чувство. Оказывается, мы уже стояли перед лифтом, ожидая своей очереди «на посадку». Зеркальные двери беззвучно закрылись. Толчок… И у меня приятно защекотало внизу живота, когда кабинка резко дёрнулась вверх.

Кабинка была просторной. Тут даже имелись мягкие лавочки, под стать общему дизайну. Внутри играла приятная музыка, а окружающий воздух пах цветами. Вместе с нами ехали ещё несколько незнакомых пассажиров. Практически все они разговаривали по телефону, или полностью погрузились в свои гаджеты.

— Нам на самый верх. — Мой «гид» гордо вздернула свой курносый носик, уставившись взглядом на сенсорное табло, на котором мигали цифры.

— Здорово. — Голос дрожал. — На какой нам этаж? — Уточнила.

— На шестьдесят шестой.

Какая-то странная морозная дрожь пронеслась вдоль позвоночника.

Вот уж любопытно!

Лифт ехал примерно две минуты. К тому времени, когда кабинка достигла точки назначения, внутри остались лишь мы. Наверно, потому что туда допускали только избранных.

— Это святая святых, Марина! — шёпотом, за пару секунд до остановки лифта. — Веди себя тихо, скромно и помалкивай, если не спросят. Договорились?

— Д-договорились.

Тамара наградила меня чересчур строим взглядом. Мне это не понравилось. А ещё не понравилось видеть не очень счастливые цифры на табло, не понравилось, что здесь больше не играла музыка, было прохладно и как-то непривычно. По ощущениям, как в морге. Как будто мы попали в другой мир. Мир… в котором правят демоны.

Здесь даже пахло иначе. Но этот запах не вызывал отвращения. От этого запаха приятно кружилась голова, а мышцы растекались в желе.

Что это?

Откуда такие странные ощущения?

Как будто нас доставили в открытый космос?

— Идём. Собеседование вот-вот начнётся. Я в тебя верю. — Как только створки лифта разъехалась, моя Фея Крестная вышла вперёд и спешным шагом направилась вглубь по темному коридору с бесконечным количеством дверей. А у меня коленки начали подгибаться от странного ощущения, на пару со странным предчувствием.

Коридор кончился. Мы вышли на более просторную площадку, озарённую дневным светом из огромных, панорамных окон. Гранённых окон. Напоминающих грань отполированных алмазов.

Теперь я наслаждалась зданием изнутри. Более того, я находилась на самой его вершине.

Комната, в которую я попала, напоминала собой нечто, вроде зала ожиданий. Там стоял огромный письменный, пара кожаных диванов, кофемашина, кулер с водой, мини бар. В двух словах — роскошно и предусмотрительно.

Тамара повела меня к центральным стеклянным дверям. Эти двери были покрыты специальным напыление. На их поверхности серебристыми буквами был выцарапан логотип компании и её название.

Вдохнув поглубже, сжав руки в кулаки я приготовилась показать себя, особенно свои таланты, во всей своей дивной красе.

Двери отворились прям перед носом и мы попали в очередную комнатку. Кажется, это была ещё одна приемная, но менее громоздкая. Первое, что бросилось в глаза — огромный аквариум, наполненный экзотическими рыбками.

Кабинет был битком набит людьми. А точнее — девушками.

— Ну вот, — Тамара шепнула на ухо, — Это твои конкурентки. Хотя… конкурентки они для тебя так себе. По хорошему и два слова связать не могут.

У меня конечно же закружилась голова, а во рту пересохло.

Девочки ведь были как на подбор! Всё до единой пышногрудые блондинки с огромными глазами, пухлыми губами. Их как-будто клонировали, лишь одежда отличала девушек друг от друга. Ноги от ушей, задницы как орехи, которые были всунуты в коротенькие мини с разрезом на левом бедре. Чего не скажешь про меня, пожмаканнную проблемами лохушку.

ДОРОГИЕ ЧИТАТЕЛИ!

С праздником!
Спасибо вам большое за вашу доброту, поддержку, внимание и активность! 

Христос воскрес! Со светлой Пасхой!
Пусть в доме будет доброта.
Пусть не встречаются ненастья,
Любовь в сердцах живет всегда.

Пусть солнце греет, обнимает,
Теплом и светом наполняет.
Пусть Бог хранит от бед всегда,
Пусть не приходит к вам беда.

Глава 6 (3).

«Леди» дружно заполняли какие-то бумаги. А кто заполнил — складывал на стол. Там же, в приемной, за письменным столом, восседал некий незнакомый мужчина с зорким взглядом и редкими седыми волосами, зачёсанными по направлению к затылку. Низенький рост, хмурной, сканирующий взгляд. Этот детина не вызывал у меня ни капли приятных чувств. Потому что неприлично пристально пялился то на меня, то на девушек, а от его ледяного взгляда бросало в дрожь.

— Это Альберт Маркович… — пояснила моя наставница, шепнув на ухо, — Правая рука Господина. С ним будь очень осторожна и внимательна. Не дай бог разгневаешь… живой отсюда не выйдешь. Он глаза сего «мира». Знает о каждой мелочи, творящейся в корпорации. Господин ему очень доверяет. Поэтому, будь предельно внимательна. Относись к старому ослу с уважением. Альберт лично отбирал Господину помощниц. Естественно, не с моей помощью. По секрету, этот иссохший ловелас давно в меня влюблён. — Она тихонько хохотнула, а её пухлые щёчки подрумянились.

Альберт, что сидел за столом с гордо поднятой головой, скрестив руки в замок, едва заметно подмигнул Тамаре, а в темно-карих глазах мужичка блеснуло некое озорство.

Ну всё понятно!

Уже потихоньку начинаю запоминать кто здесь есть кто.

Когда я вошла в комнату, блондинистые крали как-то косо на меня уставились. Некоторые из них даже демонстративно фыркнули и поморщились.

Мда уж!

Кажется, я была здесь лишней. Ну ничего! Мы ещё проверим, так ли они хороши внутри, как и снаружи.

— Доброе утро, Альберт Маркович! — медовым голоском пропела Тамара, — Это Марина, та самая о которой я рассказывала. Очень талантливая девушка. — Легонько подтолкнула меня плечом вперёд.

— Здравствуйте! — Блин! Какая неудача! Я чуть-было не клюнула носом в пол, потому что споткнулась о палас. Хоть и на ровном месте. Но всё же, на ногах устояла.

— Приветствую! И осторожней. Смотрите под ноги! — буркнул седовласый Кощей, — Берите листок, заполняйте данные. — Без капли вежливости.

— Хорошо! — тут же поспешила исполнить первое наставление.

— А я пойду узнаю, как там дела у босса. — Фыркнул, выплыл из-за стола, одернув край пиджака, откашлялся и осторожно постучал в огромные дубовые двери, отделанные золотыми витиеватыми узорами. После чего, исчез в дверном проёме.

— Ну и я тоже пойду, дел ещё невпроворот. — Прощаясь, Тамара кивнула и тоже покинула комнату, оставляя меня на съедение этим блондинистым курам.

— Вы только гляньте на неё! Какое убожество! — случилось то, чего я так не хотела. Шмары решили поглумиться.

— Тебя как сюда занесло, из какой-такой помойки? — хохотнула самая грудастая, двинувшись в наступление, но я сделала вид, что на время оглохла. Села на свободный стул, спрятавшись за аквариумом, положила портфель на колени и принялась заполнять анкету.

— Да она глухая, девочки!

— Или умственно отсталая!

— Это вообще бред! И как только посмели взять на собеседование это убогое чучело? В такую-то престижную компанию.

Они метали в меня грязными словами, словно кирпичами. Но я держалась тихо, стойко, сдержанно. Просто понимала, что вступать в контакт со слабоумными — себе дороже. Слова — просто слова. Продемонстрируем же свои достоинства там, у босса в кабинете. И посмотрим, кто из нас, умственно отсталые!

Я нарочно сделала акцент на множественном числе.

Стервы сгустились вокруг меня плотным кольцом, загородив свет. Одна из них потянула к моему лицу ярко-накрашенные когти, вероятно, хотела стащить очки, но в этот момент дверь в кабинете директора резко распахнулась и твёрдый голос с хрипотцой повелевающее каркнул:

— Девушки! Проходите.

Силиконовые змеи тут же опешили, поправили свои прически, а также груди, вываливающиеся из огромного выреза блузок и, выстроившись в ряд, гуськом юркнули в кабинет шефа.

Ну а я, сделав ещё несколько успокоительных вдохов, вошла внутрь самая последняя.

***

В «Святая Святых» было до дрожи тихо. Веяло приятной прохладой… Или это меня из-за нервов просто потрухивало. Блондинистые шмары, как послушные цирковые пуделихи, выстроились в ровную линию. «Звёзды Инстаграм» натянули однотипные улыбки, выставили груди вперёд и застыли в ожидании, когда их будут оценивать.

Боже! У всех этих смазливых фитоняшек сиськи твёрдая пятёрка! Пухлый, но в тоже время подтянутый зад, белоснежная улыбка, горделивая осанка и губища, нашпигованные ботоксом. Чего не скажешь про меня… Я, среди фиф, как помойная крыса. Если бы знала, что меня ожидает такая подстава, хотя бы стрелки на глазах навела и тоже юбку надела, хоть и ужасно не любила это ощущение холодка между ног. Особенно если до лета ещё пару месяцев.

Какое-то странное ощущение бабахнуло в районе груди. И это ощущение было до дурноты неприятным. На секунду, мне вдруг показалось, что здесь проходило не собеседование о приёме на работу, а демонстрация вульгарных шлюх.

А что, если это так?

Внутренний голос прям выл и царапал меня изнутри, предупреждая об опасности. Но когда я подняла глаза, осмотрев кабинет более тщательней, то, кажется, мое бедное сердце всё же на несколько секунд перестало биться.

Я увидела ЕГО.

Моего несравненного, порочного Дьявола.

Глава 7 (1)

В тот момент мне показалось, что меня швырнуло к истокам Ада.

О, да! Окружающий мир завертелся как на каруселях, а глаза обожгло от увиденного. Потому что я увидела ЕГО. Существо в элегантном, лоснящемся костюме, цвета жуткого мрака, белоснежной, отутюженной до идеала рубашке с золотыми запонками, с каменным, хладнокровным лицом, очерченным брутальной щетиной и этим огненным, на смерть испепеляющим за считанные секунды коварным взглядом.

Дьявол.

Он выглядел как самый настоящий порочный Дьявол. Запертый в теле человека, явившийся в мир людей, чтобы сеять страх и ужас, калечить и совращать души невинных, глупеньких жертв. Девушек. Девственниц. Женщин.

Угрюмый, с маской из стали на безупречно-красивом лице. Он сидел за огромным письменным столом из темного дерева и вдумчиво читал некие бумаги, с пофигистичным выражением лица, типа: «и пусть весь мир подождёт».

Смесь мужества, хладнокровия, помпезности предавала мужчине некую изюминку.

Мне кажется, будто этот Господин был рождён, чтобы украшать своим обликом обложки брендовых журналов. Мне кажется, что любая смертная девушка, которая встречалась на его пути, могла пасть перед красавцем замертво, от разрыва своего хрупкого, девичьего сердечка, если бы он просто на неё посмотрел, или просто дыхнул в её сторону.

«Или киски», — гоготнула моя внутренняя пошлячка, которая уже верещала и истерила в недрах моего «Я», изнывая от желания когда-нибудь уже наконец потрахаться. С членом. Как это делают нормальные люди. А не собственными пальцами, как это делают отстойные девственницы.

Никогда не видела настолько привлекательных мужчин!

«А он вообще реальный?» — мысленно задала вселенной вопрос.

Или он робот? Кажется, будто таких совершенных существ не существует в природе. Если только их безупречный образ не прорабатывался разумными пре-разумными инопланетянами на протяжении нескольких тысяч столетий.

Не стоило настолько дико лапать босса взглядом.

Иначе, вряд ли ему это понравится.

Буквально за долю секунды я успела перевести взор в пол, когда мужчина с глухим стуком шарахнул бумагами по столу, мол он только что закончил с чтением, и тут же переключился на кандидаток. Прожорливым взглядом прошелся по каждой… пока не остановился на мне. Так как я была последняя в шеренге.

И меня всю сжало, скрутило, а затем ещё и подбросило от лихорадочного волнения, когда я вдруг почувствовала на себе этот властный, испепеляющий дотла взгляд. Который задержался на моей коже дольше, чем у остальных.

— Господин, — Альберт Маркович слегка откланялся, — Вы уже ознакомились с резюме наших кандидаток?

— Частично.

Итак, это был мой первый жизненный опыт, когда я услышала голос Амира.

Сейчас, я просто таяла и млела от всего происходящего, но впоследствии я узнаю, что именно так «выглядит» голос реального Ада. Таким вот сладким, обманчивым тембром на радостях завывают черти в Аду, когда засовывают мучеников в кипящие котлы.

Божееее! У меня резко закружилась голова, да так немилосердно, словно я только что прокатилась на американских горках! Причём, вниз головой. Когда моих барабанных перепонок коснулась бархатный баритон. С интересным акцентом. Который ассоциировался у меня с неприлично дорогим коньяком и неимоверно вкусным шоколадом. Такой же сладкий, тягучий и… от него за считанные секунды пьянеешь, как после трёх выпитых бутылок «Хеннесси».