Настя
- Насть, ну ты там это... не шали, - папа подмигивает мне, закидывая чемодан в багажник такси. - Наташке привет. И Максиму тоже. Хороший парень.
Я закатываю глаза. Хороший парень. Если бы папа знал, какие мысли крутятся у меня в голове при взгляде на этого «хорошего парня», он бы, наверное, передумал улетать на море.
Родители уезжают на две недели, и я, чтобы не киснуть в одиночестве, перебираюсь к Таше. Мы дружим с детского сада, и её квартира для меня - второй дом. Я знаю там каждый угол, включая комнату её старшего брата Максима, в которую когда-то, лет в пятнадцать, мечтала пробраться ночью.
Да, был такой период. Глупый, подростковый. Макс тогда только вернулся из армии - подтянутый, с суровым взглядом и новыми татуировками на предплечьях. Я, мелкая дурочка с брекетами и хвостиками, сохла по нему месяца три, а потом благополучно переключилась на одноклассника Ваню, который стал моим первым парнем. С тех пор Макс был просто «братом Таши». Я даже не вспоминала о той детской влюблённости.
До прошлой недели.
Когда мы с Ташей обсуждали мой переезд к ней на время отпуска родителей, Макс зашёл на кухню. В одних спортивных штанах, с голым торсом, по которому стекали капли пота после тренировки. Он потянулся к верхней полке за стаканом, и я увидела, как перекатываются мышцы под загорелой кожей. Что-то ёкнуло внизу живота. Воспоминания о пятнадцатилетней себе, пускающей слюни на этот самый пресс, нахлынули с новой силой. Только теперь я уже не девочка с брекетами. Мне девятнадцать, за плечами отношения, и я точно знаю, чего хочу.
И сейчас я хочу его.
- Привет, мелкая, - бросает мне Макс, когда я с сумкой наперевес вваливаюсь в их прихожую.
- Я не мелкая, - огрызаюсь, скидывая кеды. - Мне девятнадцать вообще-то.
Он окидывает меня ленивым взглядом, задерживаясь на обтягивающих джинсах и коротком топе, открывающем полоску живота.
Макс хмыкает и уходит в свою комнату.
Вот гад. Специально же цепляет.
Таша выбегает из кухни с радостным визгом и тащит меня в нашу комнату. Мы болтаем до полуночи, и я почти забываю о Максе. Почти. Пока среди ночи не выхожу в туалет и не сталкиваюсь с ним в коридоре. Он снова без футболки. В темноте его силуэт кажется ещё более внушительным.
- Не спится? - спрашивает тихо.
- В туалет, - буркаю и проскальзываю мимо.
Но его запах - смесь геля для душа и чего-то мускусного - остаётся со мной.
Настя
Первая неделя проходит в сладкой пытке. Макс, кажется, задался целью вывести меня из себя. Каждое утро он выходит к завтраку в одних боксёрах, сонный, с припухшими губами, и варит кофе, стоя ко мне спиной. Я гипнотизирую его ягодицы, обтянутые тонкой тканью, и давлюсь овсянкой.
Однажды он роняет ложку и наклоняется поднять её прямо передо мной. Моё лицо оказывается на уровне его паха. Я вижу, как ткань боксёров натягивается, обрисовывая внушительные контуры. Клянусь, он делает это специально.
Таша днём на учёбе, я тоже уезжаю в универ, но возвращаюсь раньше. И каждый раз, когда мы оказываемся вдвоём, воздух между нами наэлектризован до предела.
Во вторник я застаю его за отжиманиями в гостиной. Сорок, сорок один, сорок два... Я считаю про себя, глядя, как напрягаются мышцы спины, как выступают вены на руках. Он замечает меня в отражении телевизора и ухмыляется.
- Нравится? - спрашивает, не прекращая отжиматься.
- Смотри не надорвись, - фыркаю и ухожу в комнату, краснея.
В среду он выходит из душа, когда я сижу на кухне с ноутбуком. Полотенце низко на бёдрах, капли воды на груди, мокрые волосы зачёсаны назад. Он достаёт из холодильника бутылку воды и пьёт, запрокинув голову. Кадык двигается, и я представляю, как провожу по нему языком.
- У тебя слюни текут, - замечает он, опуская бутылку.
- От твоей готовки? Сомневаюсь.
- От меня, - он подходит ближе, нависает над столом. - Я же вижу, как ты смотришь.
- Макс, прекрати.
- Что прекратить? - его лицо в сантиметре от моего. - Я ничего не делаю. Просто стою.
В этот момент входная дверь открывается, и влетает Таша. Макс отстраняется так быстро, словно ничего не было.
В четверг вечером Таша уходит на свидание, и мы остаёмся вдвоём. Я решаю принять ванну. Долгую, с пеной. Запираю дверь, погружаюсь в горячую воду и закрываю глаза. Рука сама скользит вниз, но я себя останавливаю. Нет, не здесь. Слишком рискованно.
Когда я выхожу, завёрнутая в полотенце, Макс стоит в коридоре, прислонившись к стене. Его взгляд медленно скользит по моим голым плечам, по ногам, выглядывающим из-под махровой ткани.
- Ванна свободна? - спрашивает хрипловато.
- Да, - пищу я и почти бегом скрываюсь в комнате.
За спиной слышу его тихий смех. Он играет со мной. И ему это нравится.