Говорят, от судьбы не уйдешь

One more kiss, Dear

Два силуэта на фоне открытого окна замерли в длительном поцелуе.

«Эх, жаль не весна! Жаль, не весенний дождь, а осенний. Хотя они так похожи...»

– А знаешь, весенний дождь был бы лучше! – словно услышав ее мысли, тихо сказал Стас.

– Ага! – Алина потерлась щекой о плечо.

– Весенний дождь как вестник нового. – Он как по волшебству заставляет пробиваться первым росткам, а осенний – он… он как бы прощается с теплом, холодом что ли от него веет … неприятным таким.

– Ты тоже не любишь зиму?

– А кто же её любит?!

– Наверное, те, кто умеют радоваться жизни.

– Радоваться жизни – это талант, которому нужно учиться всю, ту самую, жизнь и, хорошо, если ты успеешь научиться – останется время пожить.

– Я люблю. Новый год, лыжи, санки, куча всяких развлечений…

– Ну, если только из – за этого, то да. Но ненадолго… – вытянул сигарету из пачки и закурил.

– Ты опять куришь?

– Я и не бросал. Или не смог – сам не знаю.

– И что мне с тобою делать?

– Как ни странно, и этого я не знаю… Может любить?

– А разве не люблю?

– Любишь, любишь… – выпустил колечко дыма.

Свежий ветерок подхватил сизый обруч, вынес на улицу и разорвал на мелкие лоскутки.

– Представляешь, что я вспомнил? – оборвал ее Стас. – Припомни… мы были в каком – то кафе… И там играла музыка.

– «One more kiss, Dear».

– Ты помнишь?!

– Да… – раскинула руки по дивану. – Я только не знаю, кто исполняет эту композицию…

– Я тогда что – то рассказывал тебе – не помню, вроде что – то о любви, даже стихи какие – то… Зато очень хорошо помню, как ты смеялась, опрокидывала голову назад...

– А помнишь, – засмеялась Алина. – как я попыталась покурить твою сигарету, которая так вкусно пахла шоколадом?

– «Капитан Блад». Да уж… Кашляла ты долго! – опрокинулся на спинку кресла, сотрясаясь от смеха – Что же я тебе рассказывал?.. Не помню…

– Да, и наверно, не важно это. Главное, что ты слушал меня, а я слушала тебя, нет, даже не так… Мы слышали не слова, а чувства. Мы слышали чувства друг друга!

Алина вновь подошла к окну, Стас же снова закурил, нарушая на мгновение тишину треском тлеющего табака. Как ни странно, но почему – то ей приятна была смесь табака и нежнейшего шоколада.

– Может, как раз именно это все называют «начать все с начала?» Может, именно это нам и нужно? Закрыть глаза и снова их открыть?

– Почему бы и нет?!

Снова воцарилась тишина… Тишина, нарушаемая лишь треском сигареты. И успокаивающий ритм осеннего дождя.

Билеты в Париж

Сквозь неплотно задернутые шторы пробился солнечный лучик. Алина поморщилась и отвернулась, будто вампир, потревоженный дневным светом. Легкий шорох окончательно вырвал из полудрёмы.

«Ну, что это ещё?!» – потянулась к столику в поисках телефона.

Рука наткнулась на что – то прохладное, послышался звон, Алина, наконец, открыла глаза. Из недопитой бутылки коньяка на бежевом ковре растеклась светло коричневая лужа.

«Ну и пусть, мне всё равно... – глянула на часы. – 12:35. Нифига, я поспала! Вот это мы отметили тридцатилетие!»

Она вспомнила посиделки с друзьями в ресторане. Потом они со Стасом продолжили уже дома.

Снова тихий шорох, затем скрип дверцы шкафа. Сквозь полуприкрытые глаза, увидела, как любимый что – то достает из шкафа. Алина сладко потянулась. Стас, застигнутый врасплох, обернулся и быстро спрятал руки за спину.

– Уже проснулась? Это я виноват, разбудил тебя.

Он присел на краешек кровати и поцеловал ее. Алина с любопытством смотрела на его руки за спиной.

– Ничего, я и так уже не спала. Ты совсем не помешал мне. Лучше скажи, что это ты так старательно прячешь от меня за спиной?

– Сюрприз.

– Какой?!

– Какой – какой? – передразнил довольно уморительно. – Если скажу сейчас, то это перестанет быть сюрпризом. Узнаешь за завтраком. Я жду тебя.

Стас снова поцеловал ее и вышел из спальни. Алина легко спрыгнула с кровати, подошла к окну и распахнула шторы. Комнату залил солнечный свет. Накинув халатик, побежала в ванную. Наспех умылась, приняла душ и спустилась вниз.

Войдя в кухню, увидела Стаса. Он стоял на балконе, который она старательно пыталась превратить в зимний сад, и разговаривал по мобильному. Закончив разговор, вошел в комнату. На лице его играла улыбка.

– Миллион в лотерею выиграл? – в ожидании сюрприза, настроение было отличным, но все же «натянула» маску беспокойства.

– Больше! Гораздо больше!

– И что же?

– Тебя! – взял руку Алины и поднес к своим губам, потом провел ею по щеке. – Я люблю тебя, солнышко, девочка моя... Всё у нас будет хорошо.

Алина смотрела в его синие, такие родные глаза и от чего – то захотелось плакать... Стас всё ещё прижимал руку к своей щеке. Они стояли так долго. Сердце бешено колотилось у Алины в груди. Она не в силах была оторвать своих глаз от его.

"Как же я люблю его! Как люблю..." – оцепенение прошло, на душе вдруг стало легко и спокойно.

Алина улыбнулась, Стас улыбнулся в ответ, в глазах его светилось счастье.

– Ну что же ты?! – стучала кулачком по груди. – Ты не покажешь мне сюрприз?!

– Там – та – та – там! – Стас положил на стол светлый конверт с изображением известной башни. – Открой!

– Неужели это то, о чем я подумала?!

– Открывай! – улыбнулся в ответ.

Алина медленно открыла его, на стол выпали два авиабилета.

– Что это?

– Угадай! – улыбнулся Стас.

– Билеты в Париж! – взяла со стола билеты. – Неужели?! – догадалась она, но всё ещё не могла поверить в своё счастье.

– Да! Это именно то, о чем ты подумала?!

– Клево! Мы летим в Париж!

Алина застыла на месте с открытым ртом, слов не было. Волна счастья накрыла с головой. Стас подхватил ее на руки и стал целовать ее щеки, глаза, губы...

Наконец опустил ее на пол. Алина обняла его, уткнулась носом в его плечо. Стас поцеловал в макушку и нежно потрепал волосы на затылке.

– Спасибо, родной мой, любимый! – прижалась к его груди и вдохнула знакомый и родной аромат. – Стас, я люблю тебя!

– Я тоже тебя люблю, солнышко! – отозвался Стас.

Свои слова подкрепил долгим поцелуем. Его руки заскользили по ее спине, спустились на талию…

Мелодия мобильного нарушила идиллию. Стас потянулся к телефону

– Алло... – Стас ответил на вызов. – Да, я уже еду...

– Что? – Алина смотрела в глаза.

– Солнце, мне ехать надо. – притянул меня к себе. – Работа зовет.

– Ммм... Ну, как всегда! Я так не хочу тебя отпускать!

– Сегодня я вернусь пораньше. Проставлюсь ребятам за отпуск, а вечером мы вместе приступим к сборам, ведь времени у нас не так уж и много.

– Только не пей много.

– Ну как пойдет! – подмигнул озорно. – Не скучай, малыш, пройдись с подругами по магазинам, купи что – ни будь хорошенькое, развлекись…

– Ладно, только не задерживайся! Ты обещал!

– Не буду! – Стас чмокнул в лоб и, захватив мобильный, направился в прихожую.

Правило «буравчика»

Выпускные экзамены. Июнь 2016 года

В кабинете физики непривычная звенящая тишина. Жужжит муха, угодившая в паутину между стеклами окна. Сытый паук с золотистым крестом на брюшке неспешно подбирается к своему завтраку. А может и обеду, если решит оставить на потом.

Алина встретилась взглядом с Еленой Сергеевной. За скверный характер ее очень давно звали не иначе, как Дездемоной. Кто окрестил ее именем героини Шекспира – история умалчивает. Но, следует признать, очень даже точно отражало сущность сумасбродной женщины.

Алина глубоко вздохнула, смирившись с фатализмом судьбы. Зеленовато – охристые глаза изменили оттенок, едва заметно потускнели. При неярком освещении ламп дневного света они казались теперь кофейного цвета. Дездемона кивком головы указала на стол, где лежали билеты с заданиями по физике.

Роман Соколов, ее друг с самого детства, улыбнулся и показал сцепленные в замок ладони, безмолвно желая удачи. Алина кивнула ему и медленно побрела к столу. Остальные одноклассники, пряча глаза, "старательно повторяли» материал.

Волнуясь, Алина вытянула билет.

«И кто бы сомневался? – руки безвольно опустились. – Буравчик, ты мой родной! С задачей, нахождением плотности вещества уж я справлюсь. А с «буравчиком…»

– Ну что, Коротеева, нужно время на подготовку? – Дездемона вернула в реальность своим скрипучим голосом.

Не одна Алина частенько вздрагивала от ее пронзительного, переходящего на скрип голоса.

«Ей бы ужастики озвучивать»! – усилием воли прогнала мурашки, высыпавшие по всему телу.

– Елена Сергеевна, честно говоря, не знаю ответ только на один вопрос. Это чертово "Правило буравчика"… – вздохнув, развела руками.

– Что так?!

– Ну вот так! – вновь развела руками.

Кто же знал, что именно этой страницы, с этим правилом, не окажется в моем учебнике!

– Как это не оказалось?! – блеснула стеклами очков в роговой оправе.

– Ну вырвал кто – то эту страницу… Кому – то тоже этот буравчик был очень нужен!

Но Елена Сергеевна была неумолима. Глазами указала на парту, давая время на подготовку. Горестно вздохнув, Алина тяжело опустилась на жесткий стул. Елена Сергеевна с тяжелой указкой неспешно ходила между рядами парт, пресекая любые попытки воспользоваться шпаргалкой.

«Мне тааак нужна четверка по физике! Тогда средний бал будет 4,5. А это означает сдачу двух экзаменов вместо четырех при поступлении в вышку! Так что игра стоит свеч! – ударила кулачком по ладошке.

Она быстро справилась с билетом. Кроме второго вопроса. Молча встала и, опустив голову, пошла к доске.

– Неужели готова?!

– Перед смертью не надышишься! – обреченно махнула рукой.

– Ну – ну! Я слушаю.

Получила "тройку", как и ожидала.

«Обидно, конечно. Можно было и не готовиться. "Трояк" все равно бы поставили. А так, не повезло. Будь он неладен, буравчик этот!» – зло кинула учебники в рюкзак.

Алина с ошарашенным видом наблюдала за уверенными ответами Романа. Оставшееся время печально глазела в окно.

«Почему Ромке так везет на всех экзаменах?! Без шпаргалок, уверенно сдал все экзамены. Чудеса! Троечник Ромка, а на экзаменах не получил ни одной тройки!» – уже не впервые возникла такая мысль.

После экзамена Алина дождалась, когда Роман остался один. Подошла к нему.

– Не расстраивайся, – погладил по плечу. – "три кола" тоже неплохо.

– Ром, как тебе это удалось?

– Что?

– Экзамены сдать хорошо? Второе дыхание открылось?! Или свечку поставил?!

– Неа. Бабуля постаралась. – признался неохотно.

– Как это?!

– В общем, я знал, какой билет вытяну. К нему и готовился.

– Мог бы и правдоподобнее соврать! – в голосе звучала обида.

– Не веришь? Зачем тогда спрашиваешь? Да и зачем мне прикалываться над тобой? Не до того мне.

– Ну – ну! Обиделся! Сказал бы честно, что зубрил все ночи напролет. А то бабуля…

– Ну, как знаешь. А я не знаю, как доказать.

Но очень скоро Алина убедилась в правдивости слов друга.

Алина готовилась к вступительным экзаменам в своей комнате. На столе громоздилась стопка учебников по литературе и истории. Голова уже гудела от усталости.

«Еще десять минут и надо отвлечься. Может чем вкусненьким побаловать себя!» – приняла решение, бросив грызть колпачок ручки.

Мелодия вызова телефона была как нельзя кстати. Алина схватила мобильник. "Рыбкой" прыгнула на свою постель.

– Привет, пчелка!

– Ромка! Ты где пропадал? И почему "пчелка"?

– У бабушки отдохнул маленько! С ней и вернулся. Предки уговорили ее погостить немного. А пчелка потому, что наверняка сейчас обложилась кучей учебников, конспектов… Ты чем занята?

– Грызу гранит науки.

– Ну вот, точняк, аки пчела! Определилась куда поступаешь?

– Филфак. На литературный…

– Чего так? Тебе же всегда биология нравилась?

– Ну да! Просто шансов поступить больше. Историю я знаю лучше, чем географию.

– А я похвастаться хочу. Три экзамена сдал на «отлично».

– Опять бабуля помогла?

– Ну, да.

– А мне она помочь сможет?

– Не вопрос. Что надо – то?

– Вопросы по истории.

– Вечером перезвоню.

Ромка сдержал обещание. Вечером Алина вновь взялась за учебники. Но досконально изучала только два вопроса по истории.

В гостях у Василисы

Алина заснула далеко за полночь, обнявшись с учебником. Утром, спешно нанесла макияж и устроила забег в институт. Как назло, автобусы были переполнены. Попытки поймать частника, не увенчались успехом. К институту она подбегала уже к полудню.

«Только бы успеть!» – молила, торопливо поднимаясь вверх по лестнице.

Шаги гулко отдавались под высокими потолками, многократно отражались от стен, терялись в дальних закоулках многочисленных кабинетов. Алина сталкивалась с незнакомыми ей людьми, извинялась и спешила к своей цели.

Налетела на молодую девушку, выбив кипу бумаг из ее рук. Помогла собрать разлетевшиеся по всему коридору листки. Перед дверью кабинета № 202 остановилась, успокаивая дыхание. Поправив одежду, посмотрела в зеркальце, проверяя безупречность макияжа. Глубоко вдохнув, решительно открыла дверь.

В аудитории было безлюдно. Преподаватель истории собирал бумаги в дипломат, собираясь уходить. На мгновение замер, услышав скрип двери и легкие шаги.

– Девушка, как можно так безответственно относиться к экзаменам? Я жду Вас уже полчаса. – достав ведомость, поставил галочку в графе с ее фамилией.

– Извините меня…

– Все, кому нужно было, уже сдали и теперь вовсю отмечают успех.

– Извините, я проспала. Банально проспала…

– Ну хоть честно. Не стали выдумывать больных бабушек, дедушек…

– А зачем? – пожала плечами. – Если не судьба, то приди я хоть в числе первых, это ничего ровным счетом не изменило бы.

– Вашему спокойствию можно позавидовать. Тяните билет.

Алина выбрала белый квадратик. Историк записал номер билета, пробежал глазами по отпечатанному тексту и поморщился. Вернув билет Алине, направился к выходу.

«Бабуля не подвела! И руки не трясутся». – увидев задания в билете, Алина вздохнула с облегчением.

– Готовьтесь. А я пока схожу за картой. Она Вам пригодится.

– Не нужно.

– Даже так?! – не мог скрыть удивления. – Не люблю самоуверенных.

– Степан Георгиевич, просто я знаю этот билет.

– Ну, что ж, – присел на свое место. – посмотрим.

Говорила Алина долго. Историк даже несколько раз прерывал, оценив знание материала. Иногда задавал уточняющие вопросы. Отношение к абитуриентке у него явно изменилось. Постукивая ручкой по столу, недолго обдумывал что – то. Наконец, решился.

– Хочу предложить Вам перевестись на исторический. Блестящие знания по предмету! Вы уверены, что не ошиблись с факультетом?

– Уверена. Но, благодарна за предложение.

– Жаль… Но мое предложение в любом случае остается в силе. Во всяком случае в течение двух курсов… Еще есть время все основательно обдумать.

– Я подумаю. Обещаю. И спасибо еще раз…

Алина так же бегом спустилась вниз, как еще совсем недавно торопилась на экзамен…

Дома уже, с чашкой горячего кофе зашла в свою комнату. Чашку поставила на столик. Включила телевизор, но сразу же нажала красную кнопку на пульте.

– Ну как я могла забыть! – хлопнула себя ладонью по лбу.

Набрала номер Романа. Долго слушала "Призрак оперы", установленный в качестве мелодии при ожидании вызова. Роман в это время у себя дома собирал модель фрегата эпохи парусного флота. Он слышал звонок мобильника, но не брал трубку. Руки были заняты – удерживали две склеиваемые части будущей модели.

– Привет.

– Привет. Что не отвечал так долго?

– Дал тебе возможность насладиться классикой! А что, не айс?

– Не айс, не айс! На мой взгляд мрачновато. Тем более, прекрасно знаю это произведение…

– А по мне так нищтяк!

– Ром, что любит твоя бабуля?

– Ну, печенье, конфеты.

– А торт?

– Думаю, пойдет. Что, историю сдала?

– На «отлично». Историк даже предложил перевестись на истфак.

– Клево!

– Вот хочу бабулю твою отблагодарить.

– Валяй. Только меня дома не будет.

– Да нужен ты мне.

– Ну, адрес мой знаешь. – зевнул в трубку и отключился.

Уже ближе к вечеру Алина с тортом в руке поднималась по лестнице к квартире Романа. С интересом рассматривала и читала всевозможные творения дворовых художников на стенах в подъезде. Некоторые выглядели очень даже прилично.

«Вот это, – остановилась на площадке четвертого этаже, рассматривая панораму города в сумерках. – я бы и в спальне нарисовала бы! Если могла, конечно так рисовать!»

Пока поднималась, пыталась представить, как может выглядеть бабушка Романа. Воображение с готовностью показало старушку лет восьмидесяти, с седыми волосами и непременной бородавкой на лице. В темной комнате со стеклянным шаром и черной свечой на столе. Неясные тени колебались за спиной старушки, пока она вглядывалась в шар и совершала магические пассы руками над ним.

Остановилась перед железной дверью, обитой кожзаменителем. И только занесла руку с намерением позвонить, дверь бесшумно открылась. На пороге стояла Василиса, пожилая женщина со следами былой красоты, черная коса закручена вокруг головы, образуя подобие венца. Столь же черные глаза несколько секунд пронзительно осматривали гостью с головы до ног. Василиса шагнула в сторону, пропуская Алину в квартиру.

«Интересно, сколько ей лет? – раздумывала, снимая кроссовки. – И ничего общего с тем, что я себе представляла! Даже не верится, что она бабушка Романа.

– Шестьдесят исполнилось. Чай пить будем?

– Будем… – не сразу отошла от изумления.

– Тогда проходи на в кухню. – кивком указывает на дверь ванной комнаты. – Нет, сперва руки помой.

За чаепитием с тортом говорили, в основном, о Романе. Бабулю интересовало все: с кем дружит, не курит ли, есть ли девушка на примете. Алина честно ответила на все вопросы.

«Странно, я не хочу, но готова ответить на любой вопрос. – удивилась собственным выводам, но ненадолго. – Причем честно, без утайки».

При этом Василиса странно улыбнулась, будто прочитала ее мысли.

«С нее станется! – вновь подумала Алина. – Может и мысли читает, как я книгу!»

Неожиданное знакомство

Алина успешно сдала вступительные экзамены и до начала занятий все свободное время посвятила себе любимой. Вечерами встречалась с Романом, который не давал скучать и всегда находил возможность удивить ее. Сам же он нашел себя в области компьютеров.

– Сейчас специалисты в области программирования и системного администрирования ох как ценятся. – прогуливаясь в парке, с жаром расписывал их будущее. – Подожди, Алинка, мы еще с тобой разбогатеем! Я куплю тебе норковую шубу и отвезу в отпуск на Мальдивы! Или в Париж!

– И что я буду делать на Мальдивах в норковой шубе? – смеялась в ответ на такие фантазии. – Тогда в Париж лучше.

– Париж, так Париж! – легко согласился Роман.

Роман был весьма увлеченным, азартным фанатом своего дела. Потому встречи с течением времени происходили все реже и реже. А когда он окончательно переселился в общежитие, чтобы иметь возможность допоздна задерживаться на кафедре, видеться они могли по выходным. И то не всегда.

Закончилась весна, начался июнь. Алина сдала почти все зачеты. Впереди были два экзамена. В воздухе разливался будоражащий аромат цветов, свежей зелени. А после грозы так и хотелось выскочить на улицу, пробежаться по лужам, вдохнуть полной грудью! Ей хотелось петь, кружиться, хотелось раскинуть руки и полететь над городом, над всей этой суетой с ее экзаменами, зачетами, планами и делами…

– Ром, пойдем гулять! – попыталась отвлечь его от учебника.

– Давай завтра, ладно? У меня последний зачет, ты же знаешь! – выдернул руку, пытался погрузиться в чтение. – Сходи одна, пройдись, подыши воздухом…

– Давай к Каринке сходим. У нее сегодня в комнате «сабантуй». И она звала нас обоих! – не теряла надежду уговорить любимого выбраться из общаги.

– Сходи сама, а Каринке привет передай. У меня завтра последний экзамен, хочу выспаться. – Роман упал на кровать, скрипнувшую пружинами, отвернулся к стенке и показательно закрыл глаза.

До комнаты Карины пришлось спуститься вниз и зайти в соседний корпус. Когда нашла комнату подруги, то с трудом смогла протиснуться в дверь. Столько народу было на ее вечеринке, что удивилась, как столько поместилось в маленькой комнатушке три на четыре метра. Студенческие комнаты не отличались значительностью метража.

Многих Алина встречала и раньше, потому обрадовалась, что хорошо проведет время среди знакомых. И вдруг краем глаза увидела в дверях совершенно незнакомое лицо.

«Неприлично, конечно, так откровенно глазеть на парня! – осенила мысль. – Вроде как оцениваю товар на витрине. Ничегошеньки не могу поделать с собой… хорошо, что здесь полумрак! Так что вряд ли кто обратил внимание на это.

– О как я удачно зашел! – пошутил незнакомец. – Карин, я и не знал, что ты тут сегодня гостей принимаешь!

– Вить, ты кстати! Проходи, познакомься со всеми. – Карина втянула его за руку в комнату.

– Спасибо, конечно. Я не знал, что у тебя вечеринка! Я за чаем зашел. Отсыплешь немного? Или отсыпешь? Как правильно говорят? А, неважно. – махнул рукой.

Пока гостеприимная хозяйка искала чай в тумбочке, Алина подошла к незнакомцу. Сама не ожидала от себя такой смелости. И не смогла себе объяснить почему решилась на такой шаг.

– Привет. – обратилась я к нему. – Я Алина.

– Виктор.

– Оставайся с нами! Может тебе принести вина? Или пива? – Алина сама поразилась своей настойчивости и безрассудству. – «Но кажется поздно отступать. Может мне уже вино вдарило в голову? Хотя не так уж и много я выпила, один бокал всего – навсего».

– Нет – нет, благодарю.

Виктор улыбнулся в ответ очаровательной улыбкой. Его обаяние только возросло многократно.

– Тридцать минут погоды не сделают… не так ли? – попыталась улыбнуться, как полагала обольстительно.

– Думаю не окажут существенного влияния. Просто мне еще предстоит готовиться к завтрашнему зачету. Я лучше чаю выпью покрепче, чтобы не заснуть. Хочешь чаю?

В тот момент Алина готова была согласиться на любое предложение.

«Да что уж там, можно и попить! – недолго думала она. – Чем плохим может обернуться это невинном занятие?»

– Я не против? – Алина тихо вышла из комнаты.

Жил он этажом выше. И не один. С приятелем. Разбросанная одежда на постели, гантели на полу, о которые Алина больно ударилась пальцем, типичный беспорядок, как в любой комнате парней. Все это она сразу оценила беглым взглядом. Его друг крепко спал, храпя в подушку.

– Илюха последний экзамен сдал и весь вечер «отмечал». – пояснил Виктор. – Так что хоть над ухом стреляй, не проснется.

Новые знакомые провели в комнате несколько часов. Пили чай с печеньем и конфетами, болтали обо всем понемногу. За все это время, похрапывающий неподалеку Илья, даже позы не сменил, столько горячительного выпил за удачный экзамен.

Как оказалось, у них было очень много общего. Оба любили книги Сенкевича и Вальтера Скотта, песни Высоцкого и сахарную вату. Еще Виктор любил походы, что симпатизировало Алине, обожающей пикники с шашлыками на природе.

Давно ей не было так легко и интересно с кем – то просто общаться. Ушла она далеко за полночь. Но сразу в комнату Романа не пошла, не хотела. Бродила еще целый час по улицам, дышала весной, любовалась полной луной… Когда вернулась, Роман уже крепко спал.

«Вот ведь человек! – Алина немного расстроилась. – Даже не волнуется нисколько, где я так поздно пропадала… И с кем!»

Через несколько дней, когда Алина выходила из института после консультации к экзамену, кто – то окликнул ее. Она резко обернулась и едва не полетела со ступеньки. Неподалеку стоял Виктор.

«А ведь я думала о нем. Все эти прошедшие дни. Вольно или невольно, но часто вспоминала нашу встречу! Ромка все время занят, совсем про меня забыл… К тому же ничего «такого» не произошло. И вряд ли произойдет… – засмеялась, так неожиданно и в то же время ожидаемо было его появление. – Не могу все ж забыть то удивительное ощущение полного единения с практически незнакомым парнем».

Бесишь!

Январь 2018 год

Новогодние праздники стремительно пролетели. За это время Алина успела забыть о насмешках, которые стали непременным атрибутом после расставания с Виктором.

Алина направлялась из библиотеки на урок литературы. Помимо рюкзака за спиной в руках стопка книг с произведениями классиков. Ловко маневрируя среди брошенных сумок, студентов, сидящих даже на полу и ступенях лестниц, твердо обещает самой себе забыть об амурных делах и все силы отдать учебе.

Она не видела высокого голубоглазого блондина, торопливо шагающего по запутанным лабиринтам факультета. И не подозревала о скором пересечении их маршрутов в одной точке неподалеку от аудитории.

Станислав Николаевич, испытывая легкое волнение перед встречей со студентами, спешит на свой первый урок литературы. Плохо зная расположение кабинетов, периодически сверяется со схемой, любезно выданной в деканате.

Он часто задумывался почему стал именно учителем. Ведь легко мог поступить на юридический, где отец был деканом, и стать в будущем успешным адвокатом. По прошествии времени пришел к выводу, что ему никогда не хватало терпения на скучную и кропотливую работу. А с русским языком и литературой никогда проблем не возникало. Стас с удовольствием писал сочинения не только себе, но и своим одноклассникам, за что пользовался авторитетом среди сверстников.

Поступил в пед. А там нашел свою Настеньку и женился. Идиот. Стас был счастлив в браке и жену любил, но бывали такие моменты, когда она просто бесила его. Были моменты, что атмосфера просто накалялась настолько, что просто не было сил терпеть.

Тогда он уходил из дома на час – два, медитировал на лоне природы и возвращался этаким мишкой Тедди. С каждым годом такие моменты случались все чаще. В свои двадцать девять лет они даже еще не обзавелись детьми. Уж им – то точно нужна была спокойная обстановка в семье, а он и в себе разобраться не мог…

Бросив взгляд на электронные часы в холле, вновь внимательно изучает план этажа. Слегка задев локтем и сумкой, его обгоняет и скрывается ярко накрашенная блондинка.

Стас не обращает внимания как вслед смотрят студенты института, особенно пристально девушки. Некоторые что – то тихо говорят на ухо, кивая вслед молодому преподавателю.

«Не очень приятно опаздывать на свой первый урок. – лихорадочно водил пальцем по схеме. – Черт, я проскочил нужный поворот!»

Резко развернулся на каблуках. В следующее мгновение, потерял равновесие от неожиданного удара в область солнечного сплетения и уселся на пол. Перед ним на полу, потирая лоб, сидела студентка. Платье задралось до неприличия высоко, открыв взору узенькие черные трусики.

– Извините! – пробормотала невнятно и подялась.

– М – м – м! Ничего, бывает. – помог собрать разлетевшиеся книги. – «Упс! А она очень даже ничего! И фигурка обалденная!»

– Спасибо! – легонько коснулась руки, взяв книги.

– Не за что! И Вы простите меня. – Стас украдкой рассматривал Алину. – «Черные волосы так блестят… Блин, да что со мной? У меня жена Настенька есть! И я люблю ее! Но… Такие правильные черты лица, пухлые губки… Эти огромные зеленовато – охристые глаза в обрамлении пушистых смольно – черных ресниц так пристально смотрели на меня! Казалось вот – вот прожгут насквозь! Даже мурашки по телу пробежали! Что за черт?!»

Алина, не отводя глаз, юркнула за дверь кабинета № 322.

«Блин, вот и не верь после этого в разного рода гадания и прочую мистику!» – проследовала к «камчатке», бросила рюкзак на стол.

«Блииин, мне ведь тоже туда!» – вдохнул и выдохнул несколько раз, замер перед дверью в нерешительности – А чего я собственно испугался?

Стас толкнул дверь и вошел в просторную аудиторию. Как раз в это время прозвучал звонок. Студенты встали у своих мест.

– Здравствуйте, садитесь. – украдкой осмотрел свое кресло на предмет наличия кнопок или других сюрпризов. – Меня зовут Станислав Николаевич и я ваш новый учитель литературы. Надеюсь, подружимся.

По аудитории прошелся приглушенный гул, заинтересованный шепот. Девушки хихикали, откровенно рассматривали Стаса. Некоторые даже глазками стрелять пытались. Парни посматривали исподлобья, с явной неприязнью.

«Мда уж, детки! Что ж, я уже привык. Мужчина – учитель в нашей стране – вещь редкая, можно сказать, вот и вешаются на меня все, кому не лень. Только бы жена не узнала про это! Хотя я и не даю повода, но… Придется опять включать строгого дядю – учителя. Так что рано или поздно девочкам эта игра надоедает». – открыв журнал, бегло просмотрел список студентов.

– Что ж, начнем урок. – включил проектор и доску.

Стас объявил новую тему о Достоевском. Дал задание прочитать отрывок из биографии писателя. Заполнил журнал, пользуясь представившейся возможностью. Изучил оценки студентов, оценивая их уровень подготовки. Потом продолжил излагать тему.

С удивлением отметил, что женская часть группы слушает, раскрыв рты и даже иногда шикает на мужскую часть. Парни демонстративно зевали, вставляя реплики, претендующие на остроту.

Только незнакомка, с которой он столкнулся в холле, не участвовала в этом дурдоме.

«Какая – то она странная! – заметил необычное поведение девушки. – Сидит на последней парте и постоянно смотрит в окно».

Стас, продолжая свой рассказ, медленно подошел к ней и замолк. Вся группа тоже молчала и оборачивалась назад в ожидании экшена. Но реакции не последовало. Никакой.

«Ну нифига себе наглость!» – прокашлялся, требуя внимания к собственной персоне.

Только тогда она медленно повернулась.

– Что – то не так?! – даже не смутилась!

Смотрела прямо в глаза. Не отводила взгляд и не хлопала ресницами, как это делали другие девушки.

– Спасибо, что удостоили нас своим вниманием. – пафосно поклонился Стас.

Вся группа дружно покатилась со смеха.

«Видимо, я перестарался и сделал слишком дебильное лицо! – замер, размышляя, как поступить дальше. – Снова этот парализующий взгляд! Словно двести двадцать вольт через меня пропустили. Уже жалеть начинаю о своей бестактности. Пускай бы смотрела в свое окно… И почему – то становится больно от этого взгляда. Такое впечатление, что обидел не ее вовсе, а себя».

Меланхолия

Алина прошмыгнула мышкой в свою комнату, услышав звон посуды в мойке на кухне. Обессиленно упала на кровать. Уставилась в потолок, нервно покусывая ногти и сжала в объятиях подушку.

«Что со мной?! В этом виноват ОН – наш новый учитель литературы. – Алина ворочалась на постели, вспоминая первые мгновения знакомства со Стасом. – О Боги, как он прекрасен! Высокий, широкоплечий, а лицо... такое лицо вполне могло бы принадлежать какому – ни будь войну далеких веков – волевой подбородок, высокие скулы, прямой, с небольшой горбинкой нос, изогнутая линия губ, чуть раскосые глаза цвета горького шоколада! Небрежно торчащие локоны, такие мягкие на вид… Невыносимо тянет прикоснуться к ним… – вздохнула глубоко, потирая ушибленный лоб и снова улыбнулась. – Так неудобно из – за своей неуклюжести! Надо же было сбить его с ног, впечататься именно в него! Вот почему у меня вечно все не как у людей, почему я вечно во что – ни будь влипаю? Почему?!»

Алина вновь мечтательно уставилась в потолок, "глупая" улыбка не ходила с лица. Вспомнила как стояла и пялилась на него, не могла отвести от него глаз... И как он смотрел на нее.

«Наверняка впервые видел в моем лице полнейшую идиотку. А я… я растворялась в этом взгляде… в нем… Я просто не могла дышать…»

– Доча, ужинать будешь? – услышала голос мамы из кухни. – Скоро будет все готово.

– Нет мам, спасибо. – ответила не сразу. – Чего – то не хочется…

– Как в институте, порядок?

– Полный.

– Если захочешь, на плите борщ, а холодильнике "Наполеон" остался. Можешь с чаем побаловаться. Я к соседке…

Мама более не беспокоила расспросами, затем и вовсе ушла к соседке.

«Как я добралась до кабинета – не помню. – Алина сжала кулачки под впечатлением нахлынувших эмоций. – И вот входит ОН. Сразу стало нечем дышать… В голове лишь одна мысль "Бежать"! Я даже потянулась за рюкзаком, чтобы в суматохе пройти к выходу. Но тут этот долбанный звонок на урок! Пришлось остаться…»

Алина нахмурилась, вспомнив как все девочки глазели на Стаса.

С явным и нескрываемым интересом. И дело было вовсе не в теме урока. Алина вновь заворочалась на постели, тиская подушку. Била кулачком по этой самой подушке. Вспомнила, как повернулась и увидела ЕГО! Он стоял прямо надо ней! Алине даже поплохело от этой близости, в голове все перемешалось, перед глазами поплыло…

– Что – то не так? – Алина невольно улыбнулась, хотя слезы наворачивались на глаза. – Блин, какая же я дура! Чего мне только стоило тогда сказать это!

Воровато оглядывается назад.

– Ах да, мама – то ушла.

Алина подбежала к зеркалу и изобразила шутливый поклон Станислава Николаевича. Получилось очень даже похоже.

– Спасибо, что удостоили нас своим вниманием! – скопировала интонацию и тембр его голоса. – Мне хотелось провалиться под землю, раз и навсегда исчезнуть, да пусть хоть марсиане похитят и ставят надо мной свои эти опыты. Это было бы гораздо лучше, чем чувствовать себя такой разбитой, как хрустальный фужер… – Алина в бессилии опустила руки, вытерла слезинку, скользнувшую по щеке. – А тут еще и Лика подлила масла в огонь! Обозвала сумасшедшей… – Черт! Черт! Черт! – топала ногой. – Он и правда будет думать, что я из психушки сбежала!

Опять прыгнула на постель, зарылась в подушку лицом, сдерживая слезы.

– Стоило ей сказать пару ласковых! Ведь я никогда не позволяла оставить оскорбление без ответа! И даже однажды влепила какому – то парню с физфака за подобное! Но то, что случилось потом, для меня до сих пор загадка! Как я могла сказать ему, что бесит?

Алина села на постели, колотит подушку кулаками.

– Он, наверное, теперь никогда меня не простит. И мне абсолютно плевать, расскажет он о случившемся родителям или сразу пойдет к директору. Ну и пусть! Пусть хоть меня выгонят!

От грустных мыслей отрывает голос отца. Полнеющий мужчина, с намечающимися залысинами, но с прекрасным чувством юмора. Заметив кроссовки Алины в прихожей, кричит оттуда.

– Алина, ты уже пришла?

– Да, только вошла… – торопливо вытирает влагу со щек.

– Я ненадолго. У меня намечается подработка, так что переоденусь, возьму инструменты и айда… Мама где?

– Кажется, к соседке ушла…

– Понятно. Посмотрят очередную серию и будут обсуждать в три ручья! Скажешь ей, что буду скорее всего поздно.

– Заметано. – хлюпает носом.

– Что – то мне твой голос не нравится! Все в порядке в институте? – заглядывает в комнату.

В ответ Алина лишь обреченно вздохнула и накрылась подушкой. Отец присел рядом, стал гладить плечи.

– Ну что такого произошло, что моя любимая девочка плачет?

– Я в порядке. Просто… Просто… – глухо говорила в подушку.

– Что? – убрав подушку в сторону, гладил дочку по щеке.

– На самом деле не все так плохо. Как ты говоришь, рабочие моменты!

Папа поцеловал в щеку, сжал ладошки в своей ладони, гладил прохладные пальчики.

– Ты у меня сильная девочка, способна преодолеть все препятствия! – вновь поцеловал, в этот раз в глаза. – И оправдаешь наши с мамой надежды.

– Конечно, пап! Если честно, все уже нормально…

– Ну и отлично! Рад за тебя! – сказал на выходе.

«На самом деле меня гораздо больше волнует лишь то, что ОН подумал об оскорбившей его идиотке! Наверняка, ничего хорошего… – с такими невеселыми мыслями Алина заворачивается в покрывало и засыпает, не снимая одежды.