Граутофаг и пурпурный бордель

ГЛАВА 1. Солдатские страсти

Третий час подряд, заряжаясь свежей солнечной энергией июня, Вильгельм бежал впереди отряда, не оглядываясь назад. Но лучи родной звезды не наполняли пустой желудок, и капитан начал потихоньку отставать.

— Поднажми, 25-летний старик! – прохрипел Майк с учащенным дыханием, ладонью легонько коснувшись спины друга. Вильгельм, хотя и не любил чужие прикосновения, слабо улыбнулся, чувствуя внутри тепло термоядерной реакции. Капитан постепенно ускорился и обогнал остальных, заняв прежнее, привычное место.

После истощающей пробежки команда тренировалась в парах. Капитан стоял на боевой позиции, и пот стекал между глазами. Противник, немного крупнее Вильгельма, шагнул вперед. Углеволоконный нож соперника рассек воздух там, где мгновение назад пульсировал живот.

Непоколебимая гордыня заставляла сражаться, не позволяя противнику расслабляться. И вот, соперник открылся, допустив судьбоносную ошибку. Капитан мгновенно схватил его за запястье и с яростью повалил на спину.

— Остынь! – буркнул парень, вглядываясь в угрожающе заостренный кончик ножа.

Вильгельм гордо поднялся, чувствуя сладость победы, как всегда. Однако вид поверженного противника проникал сквозь плазму сердца. Капитан дружески протянул руку, и Майк принял помощь, оставив обиду на земле.

За утомительным поединком последовало оживленное застолье. Несмотря на скорость заправки, Вильгельм успел наполнить бак, наслаждаясь каждой калорией теплой пищи. Затем отряд улучшал теоретические знания в скромном помещении. Там мужчина, вальяжно прохаживаясь между рядами парт, разъяснял с легкой гнусавостью:

— Как я уже упоминал, пилоты-разведчики должны обладать не только навыками прыжка с парашютом или спуском по канату с вертолета, но и владеть различными видами водного и наземного транспорта, а также уметь ориентироваться на любой территории с помощью компаса и карты.

Вслед за унылыми занятиями последовал еще часок бега, и наконец, наступила долгожданная тренировка в воздухе. Невероятная скорость самолета и бешеный всплеск гормонов ударили в голову Вильгельма. Приглушенный яркими эмоциями разум смог успокоиться, договорившись со страхом. Мурашки устроили танцевальное шоу на теле. Затуманенное сознание выражало привязанность к полетам через мощнейший невербальный сигнал: «Улыбка».

Совершая хищные маневры перед закатом, капитан успешно приземлился. И после очередной пробежки по военному комплексу товарищи прибыли к ужину. В столовой царил гомон. Вдобавок Скотт, близкий друг Вильгельма, сидевший напротив, заговорил:

— Вы видели сегодня ту девушку в белом халате? – в его голосе звучала радость, а глаза пылали страстным огнем. — Я ее раньше тут не видел!

— Я и сегодня ее не заметил, – монотонно ответил капитан.

— Да ты кроме самолетов ничего не замечаешь! – беспардонно заявил Скотт.

— Возможно, я увидел ту, о ком ты говоришь, – инициативно отметил Майк, сидящий рядом с Вильгельмом, — но раньше она мне нигде не попадалась на глаза.

— Я тоже раньше никогда не замечал её! Да-да я тоже, – присоединились остальные к беседе, прожевывая теплую гречку с вкусным хлебом. Хотя они заинтересовались разговором, но еда оставалось их главной целью. Однако Скотт, разжевывая салат с капустой, продолжил:

— Мне кажется, она была…совершенно голая под халатом!

— Ты просто изголодался! – фыркнул Майк, и все, кроме Скотта, разразились смехом.

— Ну и что с того? – Скотт пожал плечами, жалобно глядя каждому в лицо. — Я любимую не видел уже полгода!

От его эмоциональной откровенности смех за столом резко стих. Всех охватила серьезность с капелькой грусти. Желание общаться внезапно исчезло, и все сидели молча, собирая всю тоску воинского мира. Однако, заглушив печаль, сверкая хитрыми глазами, Скотт спросил, наклоняя голову к столу:

— Но знаете, чтобы я сделал с ней, если б она была моей?

— Нет! – произнес Вильгельм, не желая услышать ответ. Хотя и спросил в знак уважения, с небольшой улыбкой посмотрев на него:

— И чтобы ты сделал?

Скотт вытер рот и страстно жестикулируя, захватывающе приступил к рассказу:

— Если б она была моей, я прибежал бы к ней и сорвал бы с неё халат. Затем бережно уложил бы ее на землю и без всяких церемоний схватил б…

В тот миг к ним подошел незнакомец в форме рядового. Солдат, истощённый зноем и напоминающий высохшую ветку, прервал Скотта, привлекая внимание.

— Кто из вас капитан Ханс? – тяжелым голосом спросил незнакомец.

— Я! – Вильгельм серьезно посмотрел на рядового.

— Вас вызывает генерал Баркер, – торопливо, но уверенно проговорил незнакомец.

— Прямо сейчас? – нахмурился капитан. — Я даже еще не принял душ.

— Да, генерал сказал: «Немедленно!», – поспешно подтвердил рядовой и Вильгельм, глядя на Скотта бормотал:

— Он не примет меня в свой чистый кабинет.

— Иди-иди! – сказал тот рассказчик.

— Ладно, пошли! – недовольно согласился капитан, незамедлительно встал и перед уходом обернулся. — Я сейчас вернусь!

1.2 Не прикасайся

— Почему такая спешка? – заинтересовался Вильгельм, поглядывая на сверкающие окна высоток. — Что-то случилось?

— Нет! – незнакомец оглянулся через плечо, мчась так быстро, что уставшему капитану приходилось догонять его бегом. Сухопутный транспорт проносился мимо, оглушительно ревя моторами. Спустя пару минут Вильгельм остановился, указывая на здание слева:

— Кабинет генерала там! – в глазах промелькнуло сомнение.

— Знаю, – уверенный рядовой обернулся и указал в сторону медицинского крыла. — Но нам нужно туда.

— Туда? – спросил капитан с ноткой раздражения, и они направились через весь военный комплекс пешком. — Неужели опять проклятые уколы?

— Нет-нет! – уверенно ответил незнакомец.

Но в воображении Вильгельма возникли мучительные видения стальных игл, вонзающихся в плоть. Очередной исступлённый рев, словно крик экспериментального тигра, наполнял ушной канал. Взгляд устремился к вертолету «Б 64-10-36», пролетающему неподалеку. Однако даже военно-воздушное судно не развеяло страх, отраженный Луной.

Вскоре они зашли в медицинское крыло. Незнакомец отважно распахнул дверь с надписью: «Не входить!», окаймлённую рисунком черепа с костями. Тревога усилилась, и Вильгельм сразу остановился:

— Нам точно туда?

— Да-да, – незнакомец направился вниз по лестнице. За ним следовал капитан. Но, спустившись на пять этажей по темной лестнице, Вильгельм подумал: «Доверься незнакомцу и все будет хорошо!».

Яркий свет пронзил мозг. В освещенном коридоре рядовой изумленно воскликнул:

— Генерал Баркер, вы здесь?!

Вильгельм еще не успел увидеть его морщинистое лицо. Но генерал схватил за плечо и двинулся вперед, оставляя позади рядового:

— Дальше я сам!

— Добрый вечер, что-то случилось, генерал? – слегка повернулся капитан. Смятение заставило сердце биться быстрее. Взволнованный мужчина, живо шагая, не убирал руку и через пару секунд тихо произнес:

— Как бы тебе ни хотелось, не прикасайся!

— Не прикасайся? – нахмурился Вильгельм. — А что означает…

В очередном повороте навстречу вышел человек, одетый не как военный, скорее как бизнесмен: черный костюм, белая рубашка и красный галстук. Грозные плечи и высокий рост придавали ему величия, превосходящего генерала.

— Как самочувствие, Вильгельм Ханс? – строго смотрел мужчина в костюме.

— Хорошо, – с сомнениями произнес капитан, искательно глядя на генерала, пытаясь понять, в чем проблема.

— Я справлюсь сам, Баркер! – ожесточенный мужчина в костюме отодвинулся и жестом «вперед» указал на Вильгельма. Капитан вновь посмотрел на генерала, который едва заметно кивнул, позволяя довериться ему.

Идя по чистому холлу с мужчиной в костюме, Вильгельм оглянулся и беззвучно спросил Баркера:

— Чего не касаться?

Закрывая печальные глаза, генерал лишь слегка кивнул. Утратив надежду получить ответ, Вильгельм посмотрел вперед и увидел двух парней, крупнее самого. Охранники стояли с пистолетами в пряжках ремней.

— Можно узнать ваше имя?

— Это не имеет значения, – невозмутимо проговорил мужчина в костюме, — главное, не стоит беспокоиться!

От его слов волнение только усиливалось. Вытирая со лба последнюю каплю конденсированного терпения, Вильгельм глубоко вдохнул. Добравшись до парней у железной двери, мужчина в костюме остановился и окутал молодого капитана безмятежным взглядом:

— Зайди внутрь и чувствуй себя как дома!

В тот же миг охранник приложил карточку к сканеру и открыл железную дверь. Взгляд Вильгельма метнулся в бездну темноты, затем остановился на мужчине в костюме.

— А зачем? – возмущенно оглянулся капитан. — Что вообще происходит?

Мужчина в костюме положил ладонь на его плечо:

— Мы проводим небольшой тест для того, чтобы определить, подходишь ли ты для нашего задания.

— О каком задании идет речь? – резко спросил капитан.

— Делай все так, как она хочет, но не прикасайся к ней! – внятно проговорил мужчина в костюме. — Я не могу больше ничего сказать, так как это может оказать нежелательное влияние на твою способность свободно принять решение.

Охранники, подобные вантаблэку, поглощали информацию, не отражая эмоции, оставляя безмолвный мрак. Лишенные способности излучать чувства, они теряли человеческие формы, превращаясь в неясные силуэты – плоские тени стен.

Теневые существа, хранящие пороги неизвестности, мало интересовали Вильгельма по сравнению с империей темноты. Ледяной холод замораживал камеры сердца, а под кожей пылали солнечные ожоги. Чувствуя, как горячий прилив наполняет тело, капитан вновь обратил внимание на их молчаливые, безразличные лица.

Набравшись храбрости, Вильгельм шагнул в безысходность и сразу увидел выключатель слева. Дрожащие пальцы уверенно нажали на кнопку, наполняя пространство светом. А железная дверь за спиной медленно закрылась со скрипучим звуком.

1.3 Девушка в белом халате

В правом углу комнаты на полу лежал красный матрас. Стены выкрашены в цвет яичной скорлупы, а потолок белый, как и сам свет. Левая стена почти полностью зеркальная. В каждом углу, под потолком, установлены камеры видеонаблюдения.

Пока капитан исследовал помещение, железная дверь снова открылась. У выхода появилась девушка в белом халате и сердцебиение участилось. Изучая ее, начиная с туфель, Вильгельм не успел дойти до голых колен, когда раздался приказ.

— Смирно! – властно произнесла она.

Спина капитана резко выпрямилась. Глаза и подбородок поднялись. Руки затвердели, как его ноги и зад. Легкие наполнились воздухом и живот подтянулся вверх.

— Вольно! – произнесла девушка. Вильгельм скрестил руки за спиной, а ноги расставил на ширине плеч. Теперь она изучала капитана снизу и, заметив опушенные глаза, приказала:

— Развернись!

Из-за акцента милой девушки Вильгельм не разобрал слово и любопытно приподнял брови:

— Что?

— Развернись! – недовольно повторила она. Лицо вдруг охладело, Вильгельм отвернулся от нее. Девушка неподвижно наблюдала за ним и через нескольких секунд молчания тихо приказала:

— Раздевайся!

Ошарашенный капитан на мгновение растерялся, затем не спеша снял грязную футболку, обнажив загорелый, подтянутый торс. Жетон военнослужащего, едва не выпавший с проступающими венами шеи, свисал, когда Вильгельм наклонился, развязывая шнурки ботинка.

— Сначала брюки! – грубо приказала она. Капитан резко поднял лицо, покрасневшее от прилива крови. Стиснув зубы и глубоко вздохнув, Вильгельм немного успокоился.

— Быстрее! – поторопила она. Челюсти капитана сжались сильнее от осознания перевозбуждения.

Вильгельм разомкнул ремень и почувствовал сильный прилив крови к мужскому началу. Ощущая пульсацию, капитан смутился и остановился, глядя на отражение. Жесткая ткань еле удерживала фаллос.

Собравшись с мыслями, Вильгельм расстегнул пуговицы пояса. Звук разъезжающихся молний добавил огня в атмосферу. Медленно сползающие брюки открыли вид на черные боксеры и накаченную задницу.

При виде упругих ягодиц глаза девушки распахнулись, особенно когда капитан снова наклонился, развязывая шнурки ботинка. Он не спешил, позволяя незнакомке насладиться округлыми пропорциями мужского тела в полусогнутом положении.

Сняв всё, кроме боксеров, Вильгельм вновь принял позу вольного солдата. Однако кое-что не желало возвращаться в прежнее состояние, наоборот, увеличивался в размерах привлекая к себе внимание. Любые попытки мысленно усмирить его оказались безуспешными, поскольку тело капитана жаждало прикосновений.

Раздался стук каблуков, обостряя чувства. Девушка обходила его, окидывая пристальным взором. Приоткрыв рот, она остановилась в полутора метрах, наклонила голову влево и прикусила нижнюю губу, осматривая выраженные грудные мышцы, кубики в ряд и напряженный шатер из черных боксеров.

Заметив её румяное лицо, капитан отвёл глаза, улыбнувшись уголками губ. Но девушка расстегнула верхнюю пуговицу халата и взгляд приковался к ней. Белая ткань скрывала спортивное тело, обтянутое голубым бюстгальтером и стрингами. Нежно-загорелая кожа и тонкая талия вынудили мышцы затвердеть настолько, что Вильгельм забыл дышать и приоткрыл рот.

— Хочешь меня? – ласково спросила она. Быстро моргая, капитан оглянулся, пока девушка приближалась. Вильгельм инстинктивно сглотнул, глядя вверх и крепко сжимая запястье.

1.4 Запретные мгновения

Она подошла вплотную, нежно коснулась рукой его груди, а другую положила на талию капитана. Живот непроизвольно вытянулся, и Вильгельм ощутил, как яйца прижались к телу. Дыхание участилось, а рот раскрылся пошире.

Девушка нежно поводила ладонями по горячему торсу, скользя с правой груди к левой, от талии к бицепсам и плечам, даря Вильгельму незабываемые ласки. Она изучала хребет и шлепнула капитана по заднице. Удар пробудил в нем настоящего зверя, и голова резко повернулась влево.

Не в силах устоять перед желаниями, пробужденный наглой атакой, капитан повернулся назад всем телом, дыша крайне свирепо, с тяжёлым взглядом. Девушка изобразила невинное личико с сочными губками. Чудовище дико жаждало прижать её к стене и целовать. Но Вильгельм развернулся обратно, и встал в позу вольного солдата.

Коварная девушка постояла некоторое время, затем дотронулась капитана чуть ниже груди. Рельефный пресс породил острые ощущения, приводя обоих в трепет. Когда ее пальцы приблизились к трусам, Вильгельм вздыхал, напрягая скулы.

Она встала напротив и замерла. Их тела почти соприкасались, но глаза не пересекались. Внезапно девушка бросилась целовать его шею. Капитан затаил дыхание и крепко сжал кулаки.

Ее руки постепенно скользили по спине, и Вильгельм слегка наклонился вперед. Она просунула четыре пальца под резинку боксеров и проводила ладонями в стороны, разглаживая следы от ремня. Капитан поднял голову, крепче сжимая кулаки. Вдруг поцелуи девушки начали спускаться, как и черные боксеры.

Волнение от нетерпения наполняло молодое тело. Каждое нервное окончание передавало удовольствие. И вот она остановилась, увидев твердое мужское начало.

Внезапно Вильгельм ощутил теплое прикосновение нежной влаги на самой чувствительной части своего тела. Судорога сжала живот, и капитан наклонился, издавая первые стоны наслаждения.

Девушка остановилась, позволяя разрядке распространиться по всему организму Вильгельма. Но как только ему стало легче, она продолжила оральные ласки. Дикая дрожь, неизведанная ранее, охватила разум капитана. Мышцы напряглись до предела, и она резко притянула его за задницу к себе.

Микровзрыв раздался в молодой голове, а сердце забилось еще быстрее. Вильгельм приближался к долгожданной кульминации, и дыхание оцепенело. Тело охватили сильные спазмы, и она внезапно прекратила ласки.

Капитан полусознательно опустил приоткрытые глаза. Его чувственный взгляд умолял о продолжении, но девушка встала и неторопливо отошла. Неосознанно шагнув за ней, Вильгельм остановился и закрыл взор, пытаясь успокоиться.

Она перестала отходить, опустила ладонь себе между ног и пальцами захватила теплый аромат. Затем девушка намазала жидкость между верхней губой и носом капитана.

Получив информацию о самке на генном уровне, Вильгельм задышал, издавая звук, напоминающий рычание или брачный зов. Ноздри раздулись, губы напряглись. Не моргая, капитан уставился на нее. Первобытный зверь стремился вырваться наружу, желая овладеть ею немедленно. Никогда раньше он не испытывал такой сильной жажды размножения.

В тот момент мужская смазка мягко соскользнула с достоинства и капнула на пол. Воля ослабла, и Вильгельм закрыл глаза, представляя себя на садовой террасе: изо рта шел пар, щеки раскраснелись, а ноги замерзли в снегу. Холодные представления помогли остыть, успокаивая сердцебиение.

Тем временем оголенная девушка неподвижно ожидала на матрасе. Она лежала на животе, подогнув под себя ноги и руки. Ее попка, направленная к Вильгельму, открывала самую интимную и нежную часть женского тела.

1.5 Конфликт альфа-самцов

Возвращаясь к реальности, капитан на секунду застыл. Затем сильнее сжал кулаки, оторвал взор от нее, стиснул зубы и замычал, подавляя внутренний крик. Глядя на него через одностороннее зеркало, мужчина в костюме гордо сказал:

— Вот что я называю волей!

Девица, сидевшая за мониторами, спросила:

— Что дальше?

— Хочу увидеть, сколько он продержится, – уверенный тон мужчины приобрел скептический оттенок, — мне здесь что-то не нравится.

Стоя, мужчина в костюме зажмурился, провел ладонью по уставшему лицу и, осматривая Вильгельма, невозмутимо скомандовал:

— Пускай другого парня!

Девушка покинула помещение на пару секунд, а вернувшись, произнесла:

— Готово!

Садясь, она любовалась возбужденным альфа-самцом через зеркало. Неподвижный мужчина в костюме скрестил руки за спиной:

— Хорошо!

Вскоре железная дверь открылась. Капитан натянул боксеры и обернулся. На выходе появился самец лет тридцати с ухоженной бородой и прической. Вильгельм напряг зрение, но не узнал парня, стоявшего абсолютно голым.

Капитан сразу отстранил взгляд. Загорелый, подтянутый самец направился прямо к девушке, лежащей на матрасе, и по пути ухмыльнулся. Насмешливая улыбка так разозлила, что Вильгельму захотелось проломить противнику череп и разнести на части. Кровожадные намерения напугали самого, и он перестал смотреть на него.

Однако парень не терял времени. Подойдя к девушке, самец опустился на колени и резко вошел в нее.

— Ааах, – нежный стон сорвался с ее губ.

Капитан обернулся, отводя взгляд, но звуки бурной страсти заставили крепче сжать кулаки. Ярость и возбуждение соединились внутри. Мозг отключился. Грудь горела, давление росло, а кровь кипела в жилах.

События приняли новый оборот. Слышались не только стоны девушки, но и парня. Их голоса переплетались в жарком ритме. Они весьма увлеченно занимались делом, и не только в одной позе.

Капитан сжал челюсть и правый кулак. Внезапно на пол упала капля крови. Ногти капитана впились в кожу левой руки, пытаясь подавить хаос, разрывающий изнутри. Вильгельм закрыл глаза, сосредоточившись и причиняя себе еще больше боли.

— Стоп-стоп! – крикнула девушка, отталкивая парня. Капитан резко спрятал рану под ладонью. Но она быстро подошла к нему и заметила красную жидкость на полу:

— Посмотри на меня!

Вильгельм повернулся, но лицом вверх.

— Покажи мне руки! – приказала девушка. Капитан неспешно протянул ладони. На левом запястье отразилась свежая рана, явно не только от крепкой хватки. Он хотел оставить шрамы.

Железная дверь распахнулась. В проеме появился мужчина в костюме с чистой ненавистью на лице. Воспользовавшись моментом, голый парень поспешно вышел, прикрываясь. Не обращая внимания на остальных, девушка обратилась к капитану:

— Не смей больше ранить себя!

Вильгельм поджал губы и слегка кивнул. Угрюмый мужчина в костюме стучал пальцем по железу, создавая ритмичный звук в ожидании виновницы. Она неспешно одела халат, взяла нижнее белье и направилась к выходу. Руки капитана бессознательно потянулись, но не хватило духу прикоснуться к ней. Когда девушка вышла, дверь медленно закрылась, оставив Вильгельма в одних боксерах посреди комнаты.

ГЛАВА 2. Сексуальные страдание

Как только девушка в белом халате вышла из комнаты, разгневанный мужчина в костюме схватил её за предплечье и оттащил от двери.

— Почему ты остановилась? – его голос звучал, как натянутая струна, готовая порваться и поранить её лицо. — Кто тебе разрешил останавливаться?

— Я так решила, – она смотрела прямо в его черные глаза, — потому что объект ранил себя.

— И что с этого? – он прижал девушку к стене. — На этой планете я решаю, кому и когда останавливаться. Знай своё место!

— Хорошо, но я не буду участвовать в пытках. Мы стараемся проверить волю парня, а не причинить ему психологическую травму!

— Ты, видимо, не поняла! – фыркнул опытный хищник, наклонившись к уху очередной жертвы. — Твоё мнение никому не интересно! Я на этой должности уже 30 лет и знаю гораздо больше, чем ты. Даже если мне понадобится одобрение, я не стану просить его у тебя или тебе подобных самодовольных девушек, которые думают, что знают больше, чем я!

В глазах девушки забрезжила обида, как последний луч солнца перед закатом. Удовлетворив эго, мужчина в костюме вошел в кабинет наблюдения. Смущенные охранники молча смотрели в стену, и на лице одного из них появилось сочувствие. Однако, собравшись с духом, девушка безмятежно направилась по длинному коридору.

Тем временем мужчина в костюме ворвался в кабинет и приказал:

— Вызывай парня, ответственного за него!

Девица неохотно поднялась с места, в то время как мужчина злобно уселся в кресло. Скрип старой мебели стих, оставив лишь гул ожидания, когда кабинет вошел рядовой, приводивший Вильгельма, и почти крикнул:

— Вызывали сэр?

Мужчина в костюме повернулся, указывая большим пальцем на Вильгельма:

— Он все доел?

— Да сэр! – тихо ответил рядовой.

— Ты что-нибудь сказал ему по дороге? – мужчина в костюме наклонился вперед, угрожающе, как ястреб, готовый к атаке, а затем, с трудом вставал. Пронзительный ледяной взгляд заставил парня бессильно поникнуть.

— Только то, что вы сказали сэр!

Мужчина в костюме, не получив желаемого ответа, барабанил пальцами по стеклу, глядя на Вильгельма:

— Его действия не соответствуют психологическому профилю. Здесь что-то не так!

Рядовой тоже задумался, нахмурившись. Он уставился в пол, бормоча себе под нос бессвязными тихими фразами.

— Что? – резко повернулся мужчина в костюме. Его пронизывающий голос и неожиданная скорость заставили рядового дрогнуть. Но он все же повторил:

— Может… может генерал Баркер что-то сказал ему!?

В сознании громко прозвучало имя «Баркер», отразившись эхом в памяти. Вызванные образы исказили черты его лица, превратив их в маску ярости. Мужчина в костюме, обернувшись, скомандовал девице:

— Покажи запись встречи Баркера с ним!

Она быстро нажимала клавиши, пока он указывал рядовому:

— Залатай ему рану, а затем отнеси кровь в лабораторию. Мне нужны результаты анализа как можно скорее!

— Сделаю! – ответил парень перед уходом.

— Сэр!

Мужчина в костюме обрушил взгляд на экран, где кадры показывали, как генерал что-то говорит Вильгельму. Будто огонь заполучивший бензин, его глаза стримились сжечь источник проблем. Несмотря на пожилой возраст, мужчина двигался бойко, оставляя за собой огненный след.

Спустя пару минут, он вторгнулся в кабинет генерала, как раскаленная магма, разрывающее тишину:

— Что ты сказал тому парню?

— Какому парню? – удивился Баркер, удобно устроившись в кресле.

— Вильгельм Ханс! – крикнул он, подойдя к столу, глазами извергая черную лаву.

— Ничего, – генерал взял антисептик, отвел взгляд, — а что с ним?

— Ты знаешь, я не люблю вмешательства в свою работу! – напомнил мужчина в костюме, блистая как обсидиан. — Повтори дословно все, что сказал ему.

Возмущенный генерал встал, демонстрируя внушительное пузо, защищающее от упреков:

— Ты врываешься в мой кабинет и начинаешь…

— Баркер! – рявкнул он взрывным голосом, прерывая генерала. Мужчина в костюме, с кипящим каменным лицом, испустил пары и задышал ровнее.

— Ладно, Неос, признаюсь, я предупредил его, – Баркер медленно сел.

— Что, именно, ты сказал Баркер?

— Я сказал: «Если даже очень хочется, не прикасайся!».

Неос закрыл усталые, словно выветрившиеся пещеры, глаза, пытаясь отгородиться от реальности, и опустил голову, как разрушенная гора.

— Ну зачем ты это сказал? – с каждым словом усиливая тон, Неос медленно поднял лицо. — Ты даже не знаешь, для чего я их проверяю!

В глубинах разума Баркер искал оправдание, но тщетно. Он смотрел на Неоса, не осознавая до конца своей ошибки. Настоящий стыд, погребенный под многолетними завалами власти, не мог вырваться наружу.

— Ну почему все вокруг считают, что должны говорить все, что думают? Кто вас об этом просит? — рычал Неос, покидая кабинет и оставляя лишь карбонатный пепел тишины.