Гримуар стихий

Глава 1. Плод лжи

Любовь, ненависть, боль, наслаждение, жизнь, смерть. Здесь есть всё… Вот что значит – быть человеком. Вот что значит – быть злом во плоти.
Берсерк

1

Его тёмные глубокие глаза как-то злобно смотрели на деревенского мужика с вилами. Казалось, он изрядно устал. Устал от всего… От таких дураков как этот пьянчужка. От пульсирующей головной боли, что время от времени мучила его. И вероятно от множества других подобных вещей. Он ощущал нарастающее раздражение. Ещё немного, ещё совсем чуть-чуть и терпению точно придёт конец.

И пусть эти обычные ржавые вилы были направлены на самого высокого широкоплечего из его товарищей, на спине которого висел меч длиною в человеческий рост, но всё же происходящее к концу этого долгого дня ужасно нервировало. Хотя нет. Правильнее было бы сказать – его злило всё. И пьянчужка, который никак не хотел слушать второго товарища. И громко спорящий деревенский люд, собравшийся у колодца. И то, как их голоса смешивались с карканьем ворон.

Темноглазый наёмник повёл плечом. Могло показаться, что его рука вот-вот потянется к мечу…

Вдруг кто-то крикнул:

– Что за хай, а бучи нету?

Толпа постепенно затихла и понемногу начала расступаться. А когда разошлась, как море в той истории из священных текстов, к колодцу вышел староста деревни.

Старик окинул троицу чужаков серьёзным взглядом из-под седых бровей, но как-то сразу изменился в лице. Интересно, о чём он подумал, увидев, как один из незнакомцев не сводит своих тёмных глаз с пьяного дурня, выставившего перед собой вилы? Отчего-то староста так пристально глядел ни на здоровяка в чёрном плаще с глубоким капюшоном, скрывающим всё лицо, ни на сухопарова мужчину со светлыми волосами до плеч, а именно на этого ничем не примечательного третьего, что стоял между ними. Должно быть он принял его за «убивца». Это легко читалось в испуганных глазах старика.

– Фока, ты дурак аль нет? – гаркнул он. – Тебе годов-то скока? В королевского стражника поиграться вздумал?

– А я-то чё? – недоумевая, воскликнул тот. – Ты лучше-ка глянь кого к нам нелёгкая принесла. Не, ну ты погляди на зелёные ручища этого выродка!

– Ну и дурак ты! Глазёнки б свои пьяные открыл, да сам бы поглядел получше. Нешто окромя небылиц всяких ничаво боле у них не разглядел?

Фока ещё раз окинул чужаков взглядом. Но как бы ни смотрел, как бы ни щурился, он и в упор не видел того, о чём говорил староста. Может, не хотел замечать металлических эмблем, висевших на их одеждах, а может, и правда слишком много выпил этим вечером, отчего и не видел.

– Я так полагаю, вы сельский староста? – оборвал их светловолосый с улыбкой.

– Он самый. А вы, сталбыть, наёмники?

– Из столицы, – подтвердил светловолосый, кивнув головой. – Пришли убить чудище.

– Да врут они всё! Врут! – не унимался Фока. – Какие они наёмники? Душегубы они! А вот этот, в плащ закутанный, орк! Орк, я вам говорю! Староста, ну хоть ты-то скажи, шоб все за вилы да косы бралися. Мало нам шо ли одной бестии? Гнать взашей их надоть!

Темноглазый наёмник сжал в руке ремень, наискось пересекающий грудь, и медленно потянул его вниз. Рукоять меча, не такого громадного, как у здоровяка, стала всё больше выглядывать из-за правого плеча.

Он совсем не замечал безразличия нарисованного на морщинистой физиономии сельского старосты. А вдобавок не знал, что старику, по большому счёту, было всё равно, кто избавит деревню от чудища. Не знал также и то, что тот уже много дней молил Творцов ниспослать хотя бы кого-нибудь. И если этот кто-то окажется орком, значит, так тому и быть. Значит, такова воля богов.

– Ты, Фока, вилы-то брось и домой ступай. Темнеет уже. И энто всех касается. Расходитесь. Не на чего тута глазеть. А вы, милостивцы, ступайте за мной.

Селяне ещё какое-то время провожали чужаков косыми взглядами, враждебным шёпотом. Их глаза будто сверлили им спины.

2

На улице совсем стемнело и в домах зажглись огни. Дверь в избу со скрипом отворилась. Сначала зашёл староста, а затем и троица. Тот, что в чёрном плаще, последним шагнул через порог, согнувшись под притолкой.

Девочка, игравшая с куклой, обрадовалась входившему дедушке, но, приметив за ним гостей, испугалась. Она обняла игрушку крепче обычного. Старик же начал её успокаивать:

– Не бойся, милая. Энто добрые рыцари, а не чужие. Они спасут нас от чудища. Ступай к себе в комнату.

Оставшись наедине, старик принялся извиняться:

– Вы уж не гневайтесь за такой тёплый приём. Времена у нас нынче не самые спокойные, вот люд и стал недоверчивым.

– Не беспокойтесь. К подобному мы привыкли, – понимающе ответил светловолосый. – Но давайте не будем тратить время и перейдём сразу к делу.

Староста кивнул и медленно сел на лавку, стоявшую у стены. Комнату освещала лишь небольшая свеча.

– Так… Дайте-ка с мыслями собраться.

Наёмник со злобным взглядом поглядывал в окно. Самый высокий тихо стоял у двери.

– На болоте, что тут недалече, – наконец произнёс старик, – чудище завелось.

– Это мы и так знаем, – перебил светловолосый. – Но видел ли кто-нибудь это чудище? Сможете его описать?

Старик покачал головой.

– Ох... – раздражённо выдохнул темноглазый. – Вот скажи, Ал, почему каждый раз одно и то же?

– Да будет тебе, Эйсон, – улыбнулся светловолосый.

Так и не отрывая взгляда от окна, темноглазый извлёк стеклянный пузырёк из небольшой поясной сумки, что висела за спиной. Открыл его и, сделав пару глотков, продолжил:

– Ладно, старик, давай так: я задаю вопрос, ты отвечаешь. Хорошо?

Староста снова кивнул.

– Давно люди пропадают?

– С праздника весны, – немного подумав, ответил староста.

– Три месяца, – прошептал Альберт.

– Значит, раньше болото было как болото?

Глава 2. Скрижаль

1

Стражник Берк лениво зевнул. Не сразу он заприметил вдалеке троицу, неспешно приближающуюся к городским воротам. И не сразу придал значение одному из путников, что на фоне двух других выделялся ростом и плащом, делающим его больше похожим на чёрного призрака из старой сказки, чем на обычного смертного. Когда же троица пересекла подъёмный мост и стала показывать эмблемы конторы, стражник хотел было разглядеть лицо здоровяка, но глубокий капюшон оказался помехой. Берк и раньше видел этого наёмника в городе, но, чтобы без плаща – ни разу. И всё же, лишь на короткое мгновение, ему показалось, что лицо самого высокого из путников спрятано за маской. «Ох… Если бы не эти треклятые эмблемы…», подумал стражник.

2

Троица успела войти в столицу перед звоном колокола и закрытием ворот. Улочки уже опустели. Городская стража только-только начинала свой первый обход. А вот трактиры и бордели, как всегда в это время, были полны народу. Остальные же, кто решил остаться дома после звона колокола, по указу короля ставили у окон масляные лампы. Из-за чего казалось, что даже ночью столица королевства Нэлхис, великий город Блэфтен, никогда не спит.

Наёмники проходили мимо любимого борделя Альберта. Над входом висела синяя деревянная вывеска с надписью: «Лунная Роза».

– Не знаю как вы, братцы, но мне точно необходимо расслабиться. А поэтому давайте поступим так: я возьму куклу и отнесу её в лавку старика Зильберда, вы же сходите в контору. Ну а после приходите в «Лунную Розу». Мадам Лиркасо и вам найдёт хорошеньких девушек.

Рука Кайга, державшая куклу, вынырнула из-под плаща.

– Я пас.

– Эйсон? – алхимик взял протянутую ему игрушку.

– Хочу выспаться.

– Да бросьте! Я вас не в библиотеку зову. Там же выпивка! Женщины! Что ещё нужно мужчине после трудного дня?

Последние слова Альберт договаривал товарищам уже в спины.

– И почему я ещё работаю с ними?

Вопрос растворился в пустой улочке. Алхимик выдохнул и взглянул на куклу.

3

С порога в нос ему ударил запах шалфея и розмарина. Огонь свечей, стоящих в сосудах из розового стекла, создавал приятное освещение. Музыка, пьяный галдёж и женские стоны, доносящиеся из комнат на втором этаже, смешивались в единую мелодию. И эту мелодию он любил пуще прочих.

Содержательницей борделя была мадам Лиркасо. Высокая, крупная женщина, с доброй улыбкой и пышными бёдрами. Даже за широкой юбкой их очертания не удавалось скрыть. Она встретила Альберта, как обычно, с неизменным радушием. Предложила ему выпить, расспросила о том, как обстоят дела, а после задала привычный вопрос:

– Какую красавицу желаешь, милый? Может как обычно? Правда Бриар и Кэра сейчас заняты.

– Благодарю, но сегодня мне хотелось бы чего-то... спокойного, нежного. А то последние деньки выдались тяжёлыми.

Мадам Лиркасо удивлённо округлила глаза и чуть изогнула бровь.

– Ох, милый, – хохотнула она. – Думаю, у меня есть одна такая девочка как раз для тебя. Вот только она ещё невинна. Но... если не боишься крови, да и доплатишь чуток, то по старой дружбе я отправлю её к тебе.

– Она что беглая монахиня?

– А не всё ли равно? Да и давно ли ты стал боятся божественного гнева?

В ответ Альберт лишь усмехнулся.

– Вы же знаете, я не верю в эти сказки. Просто...

– А, – протянула она с улыбкой. – Боишься, что монет не хватит. Не робей. Девица хороша, но целого состояния не стоит.

Альберт улыбнулся.

– Милый, твои глаза сами говорят за тебя. Возьми себе выпить, посиди, послушай музыку. А как созреешь поднимайся в седьмую комнату. Девчонка будет ждать тебя там.

Мадам Лиркасо развернулась и, покачивая бёдрами, пошла к своему кабинету, по пути шлёпнув одну из девиц по ягодице.

Взяв кружку медовухи, Альберт нашёл себе местечко, сел поудобнее и начал потихоньку пить. В обычный день он бы выпил чего покрепче – Бриар и Кэра и так бы всё за него сделали. Но сегодня ему придётся иметь дело с неопытной девушкой.

Посидев ещё немного, он наконец поставил полупустую кружку и пошёл на верх.

Альберт был не так крепко сложен, как Эйсон. А сравнивать его с Кайгом и вовсе глупо. Однако это никак не мешало девушкам с охотой проводить ночи в его объятиях. Каждая в «Лунной Розе», как он сам утверждал, оставалась довольна. Причин для волнений не было. Но сам не понимая отчего, он вдруг почувствовал себя юнцом, который и женской груди то ещё не видел.

Дверь в комнату тихонько открылась. Девушка, сидящая на кровати, вскочила. Мадам его не обманула. Она и правда была нежна. Нежна как цветок. А ещё пуглива. Прямо как котёнок.

– Не бойся, – сказал алхимик, прикрывая дверь.

Девушка стояла возле кровати и теребила своими ручками платье. Альберт подошёл ближе. Она оказалась невысокого роста. Он посмотрел в большие глаза на милом личике, но девушка тотчас же опустила взгляд.

Альберт снял с плеч торбу, поставил её возле ножки кровати. Ремень с сумкой упал там же. А следом принялся расстёгивать кожаную куртку со стёганой подкладкой из льна, короткими рукавами и стоячим воротником. Он раздевался не спеша и заметил, как с каждой снятой им вещью девушка краснела всё сильнее. Альберт положил куртку на табурет. Затем снял рубаху. Девушка всё также стояла. Он сел на кровать, начал стягивать сапоги.

– Знаешь, – сказал алхимик, – я не из тех, кто берёт женщину силой.

Девушка вдруг оторвала взгляд от пола.

– Поэтому если не хочешь, я не буду тебя заставлять. Просто пойди к мадам Лиркасо и скажи, что пришлась мне не по нраву.

– Прошу не прогоняйте меня, господин. Мадам так добра ко мне. Долго позволяла не работать. Нет. Я обязана наконец отработать свой хлеб.

– Вот значит как. А мадам говорила тебе обо мне?

Девушка кивнула.

– Тогда ты знаешь, что я не обижу тебя.

Глава 3. Пророчество

1

– Держись, Эйсон. Держись, родненький, – повторял Альберт, поспевая за широкими шагами Кайга.

За высокими кронами деревьев не было видно ни единой звёздочки. Кайг надеялся, что идёт всё ещё на север.

– Слепая укажет путь. Серьёзно? – усмехнулся Альберт себе под нос. – «Чем дальше в лес», как говорится…

Они пробирались через чащу. Стволы деревьев, словно бесконечные чёрные колонны, сменяли друг друга. Под ногами хрустели ветки. Эйсон не издавал ни звука.

– Да где же эта чёртова избушка? – крикнул с одышкой Альберт.

Минул ещё пяток деревьев и парочка колючих кустов, прежде чем показался одинокий домик. Его крышу покрывала зелень, а боковые стены прятались за густой лозой. Избушку окружал небольшой сад.

В другой бы раз алхимик непременно остановился, неспешно прошёлся и полюбовался им. Он бы заметил, что в этом саду растёт множество полезных, целебных трав. Но сейчас жизнь его друга висела на волоске.

Они прошли через невысокую калитку и Альберт затарабанил в дверь. Долго им ждать не пришлось.

Дверь открыла стройная кареглазая девушка с длинной косой.

– Не верю, что говорю это, но сюда нас послал бог, – запыхавшись, сказал Альберт.

– Впусти их, – раздался голос старушки.

Девушка дала дорогу наёмникам, а увидев Эйсона, показала на соломенную подстилку из рогожи.

– Положите вашего друга сюда.

Альберт расстегнул торбу и неаккуратно вывалил её содержимое на пол. Начал что-то искать в этом хаосе вещей. Он и не заметил слепую старушку, сидящую на своей постели.

– Его начинает трясти.

– Что? Нет. Нет-нет-нет… – затараторил Альберт.

Он подскочил, снял с Эйсона меч, висящий на ремне за спиной, откинул его в сторону, расстегнул куртку и приложил ухо к груди.

– Его сердце бьётся всё быстрее.

Алхимик повернул друга на бок и кинулся обратно к содержимому торбы. Он беспорядочно перебирал травы и эликсиры, что у него остались, но не мог найти главного.

– Альберт, – окликнул алхимика Кайг. – Он так долго не протянет.

– Знаю я. Знаю.

Девушка со свечкой в руках присела на колени рядом с Альбертом.

– Почему… – шептал алхимик. – Ну почему он закончился именно сейчас?

– Чем тебе помочь? – спросила она.

– Ничем ты не поможешь. Если только у вас не завалялся сок рипсередона.

– Такого и вправду нет. Но есть кипрея. Может отвар из неё поможет?

– Нет. Этого мало.

– А если ещё добавить таликтрон и несколько капель из недозрелых коробочек снотворного мака?

Альберт замер, повернул голову и взглянул на девушку. В тусклом свете свечи её карие глаза становились ещё более прекрасными. Они приобретали тёплый, золотистый оттенок, словно зеркало отражало золото и медь.

– А вот это… Это может помочь. Но откуда в наших краях снотворный мак?

– На такую длинную историю у нас нет времени.

Альберт согласно кивнул.

– Я в сад за листьями таликтрона. Остальное на столе, – сказав это, девушка вышла из избы.

Алхимик взял с пола ступку с пестиком, парочку пузырьков с жидкостью и ещё несколько трав. Подошёл к столу, закинул нужные листья и стебельки себе в рот, быстро пережевал и сплюнул в ступку. Добавил млечный сок снотворного мака и начал перемешивать. К этому времени девушка уже вернулась.

Альберт взял деревянную миску, вывалил в неё содержимое ступки. Листья таликтрона, принесённые девушкой, разорвал на маленькие кусочки и кинул туда же. А после плеснул совсем чуть-чуть отвара из кипрея и содержимое двух пузырьков.

– Теперь нужно разбавить водой.

Девушка зачерпнула из ведра деревянным ковшом и аккуратно налила в миску воды. Он начал тщательно перемешивать.

– Альберт! – крикнул Кайг.

Алхимик обернулся. Эйсона больше не трясло, а до этого сбитое тяжёлое дыхание прекратилось. Пестик выпал из руки, ударился об стол, а затем покатился и полетел на пол.

– Приподними его, чтобы он мог пить.

Альберт побежал с миской, по пути очищая её от пожёванных и измельчённых трав.

Сделанный наспех эликсир тёк по уголкам рта.

– Ну же, пей!

2

Эйсон открыл глаза. Над ним висело безоблачное голубое небо. А сам он лежал в незнакомом ему месте, где-то посередине бескрайней водной глади.

– Я умер? А где тогда демоны с вилами?

Он почувствовал на коже приятную прохладу от дуновения летнего ветерка.

– Ты до сих пор сам с собой говоришь? – прозвучал милый девичий голосок.

Эйсон не поверил ушам, поднялся на локотках и обернулся. Позади него стояла девушка в длинном белоснежном платьице, что оголяло лишь руки.

Он смотрел на неё, разинув рот, а она улыбалась.

– Элизабет… – наконец произнёс Эйсон. – Это ты?

– Да, котик.

Он смотрел на неё, как заворожённый. Ведь ещё ни разу она не снилась ему живой. А сон ли это?

Потом Эйсон моргнул пару раз, медленно поднялся и неуверенно зашагал, но прямо перед ней упал на колени.

Он не двигался. Наверное, нужно было бы встать и наконец-то обнять любимую. Он же так давно ждал этого мгновения, так давно мечтал увидеть её вновь. Но сейчас он просто сидел. Сидел и не смел посмотреть ей в глаза.

Эйсон всё крепче сжимал кулаки. Слова застряли в горле. Он прекрасно знал, что следовало сказать. Столько лет прокручивал их в голове. Но сейчас он просто молчал.

Вдруг Эйсон почувствовал прикосновение её рук. Она тоже села на колени и обняла его. Нежно. Так же, как и когда-то давно. Он почувствовал уже забытый запах и теплоту её тела.

– Я так скучала по тебе, котик, – девушка погладила его по голове.

Эйсон не выдержал. Он прижал её к себе так крепко, как только мог и зарыдал точно ребёнок.

– Прости... – не сразу выдавил он из себя. – Прости меня…

– Тише, тише, – шептал голос девушки. – Не плачь. Мы обязательно будем вместе. Но не сейчас. Ещё не время. Ты должен закончить, что начал.