Хижина

Незнакомец в незнакомой компании

Хелен ненавидела лето. Да, это время, когда ночь не настигала; когда тепло проникает в каждую клеточку тела, когда друзья были рядом. Все это неважно, если твой единственный друг с утра до вечера пропадает с другими, кто тебе чужд. Хелен не терпела выскочек, зазнаек — в компании таких персон, единственный правильный путь к подходу к таким людям, это дорога до двери.

Потеря общения — это не одна единственная причина, по которой лето так ненавистно. Просто, оно было жарким, нудным, душным, жужжащим — попросту невыносимым. Единственные плюс в эти месяцы — прохладные вечера, когда можно выйти на крыльцо своего дома, завернувшись в плед, поставить пред собой две кружки горячего имбирного чая, и в сотый раз перечитывать любимую книгу.

Этим Хелен и занялась, как только солнце на прощание ласкало лучами зеленую листву деревьев. Открыв книгу, оттуда выпал гербарий: она уже и не помнила, когда в последний раз читала сказки братьев Гримм, но сегодня, казалось, день особенный. Что-то должно было произойти. По телу пробежались мурашки, когда послышался знакомый смех. Где-то неподалеку, Одри и ее подружки-черлидерши, обсуждали самые неинтересные вещи на свете. Ну, так казалось. Еще один громкий смешок, но, кажется, вовсе не принадлежащий молодой девушке. Послышался звонкий стук каблука, с шуршащими и тяжелыми шагами. Хелен обернулась и увидела светящуюся от счастья Одри, рядом с ней, попрятав руки в карманах, шли ее бывшие одноклассники — Раймонд и Остин.

Они не были знакомы достаточно, но компания их очень приятная в том плане, что найти место, где можно неплохо так напиться — минутное дело. Они медленно, но достаточно уверенно, шли к Хелен, сколько бы она не закатывала глаза — этим не остановишь упертую натуру Одри. Хотелось как можно быстрее сбросить с себя пятнистый плед, книги и убежать домой, не встревая в неловкие разговоры. К сожалению, этого не избежать, поэтому, состроив уставшую и сонную гримасу, Хелен прохрипела приветствие и сжала губы в тонкую линию.

Парни заметно изменились, Рэй вырос, кажется, еще сантиметров на десять, сбрил свою пышную шевелюру, и, к счастью, ему это идет; глаза его закрыты темными очками, а губ, как и раньше, не трогала искренняя улыбка. Только язвительная усмешка и хмурые брови за пластмассовой оправой. Остин, напротив, приветливо улыбался и вокруг его больших карих глаз образовались морщинки, он всегда казался таким беззаботным, громким и распущенным, хотя это далеко не так.

Наивная же Одри, с ее громким и звонким смехом, — непонятно как, но вписалась в эту компанию. В сотый раз поправляя свои светлые, отливающие золотом в тусклом фонаре, волосы, она кокетливо поглядывала на парней. Ей нужно было только внимание, не более. Она любила это. Когда ее все слушают, когда смеются над ее шутками, когда за ней бегают. Редко такое случалось, быть может, даже никогда, доля правды в ее рассказах может и быть, но… Но все это неважно, каждый любит приукрасить свою историю.

Так что, сформировав свое обычное и резкое мнение, Хелена оставила книгу открытой, чтобы дать понять — разговор будет недолгий.

— Завтра приезжает Сэмюэль, не хочешь повеселиться? — Одри смотрит на подругу с надеждой.

— Кто это? — спрашивает она и в удивлении поднимает тонкие брови, переводя взгляд на парней.

— В том году он приезжал к нам на лето, ты не помнишь? — продолжает она и убирает прядь волос за ухо.

— К большому сожалению, в том году, лето обошло меня стороной.

— Глупости, ты точно была с нами, — утверждает Одри и поворачивается к парням, ища у них поддержки.

— Нет, не была, — мотает головой Рэй.

— Точно, — тянет Остин и усмехается.

«Вот черт» — шепчет Одри и натянуто улыбается. Хелен закрывает книгу и выпутывается из пледа.

— Простите, ребята, у меня много дел.

— Да ладно тебе, — вздыхает Одри. — Нет у тебя никаких дел, ты просто принципиальная зануда, поэтому, припомню твои же слова: «Лучше сделать и жалеть, чем не сделать и жалеть».

— Хорошо, — не думая, ответила Хелен. — Только я не хочу слушать о том, что мое скучающее лицо портит вашу невероятную вечеринку.

Одри закатила глаза. Остин нелепо подмигнул Хелен и, развернувшись, компания пошагала прочь, оставляя после себя тысячи вопросов: «Зачем?». Она вернулась домой, встречаясь с озадаченным взглядом матери, в ответ, выдавая короткую историю о том, что завтра будет день неловкого молчания в шумной компании, где никто никого не замечает.

Поутру, первое, что увидела Хелен, открыв свои глаза, это экран телефона, где мелькали новые сообщения от Одри, с адресом и временем. Может быть, ей удастся повеселиться?

Встречаются они, как ни странно, в очень раннее время для типичных вечеринок и в очень странном месте. Поэтому, сделав все свои утренние дела в обеденное время, уже в пятом часу Хелен вышла из дома и направилась на школьный двор. Сначала, ей показалось, что эта шутка, но все ближе подходя ко двору, она увидела знакомый силуэт — это Одри, рядом с ней Остин и Рэй и еще один парень рядом, наверное, Сэм. Он держал в руках мяч, подбрасывая его. Они о чем-то спорили, громко смеясь, а заметив Хелен, помахали ей. Оказавшись рядом с ребятами, Хелен внимательнее осмотрела парня: он был чуть выше ее, волосы темный шоколад, густые и широкие брови, светло-карие глаза, чуть вздернутый кончик носа и нежно-розового цвета пухлые губы, он выглядел мило, немного смазливо, а на фоне Рэя — казался беззащитным малым. Рэй, в какой-то степени, казался устрашающим, он был очень высоким с широкой спиной, холодный взгляд зеленых глаз, прятался за темными очками, его не отменным аксессуаром. На деле, он самый добродушный и веселый парень, как и его лучший друг Остин. Рост его, примерно такой же, как и у Сэма, только кожа его была карамельной, темные-темные глаза обрамляют пышные ресницы, нос с горбинкой и тонкие темно-алые губы.

Одри рядом с ними казалась невинной овечкой, она, как и Хелен, не отличалась высоким ростом, но у нее были светлые, пшеничные волосы, милые веснушчатые щечки, и глаза, зелено-желтого цвета. Она была милой пышечкой, любила жизнь, поэтому каждая возможность для нее — это новая и интересная история. Хелен на ее фоне казалась серой мышкой: бледное лицо, которое подчеркивалось темными волосами, неулыбчивые, но большие, глаза; узкие, алые губы.

Незнакомец желает знать все

Хелен проснулась с головной болью. Утро субботы оказалось темным и холодным. Девушка повернула голов так, чтобы можно было увидеть небо за окном. Оно было кроваво-черным. Хелен медленно встала с кровати, чтобы лучше разглядеть картину за окном, а время будто застыло. Ветер свистит, но ни одно дерево или травинка не колыхнулись, облака, темные и тяжелые, быстро, но плавно, плыли по черному небу. Хелен опустила свой взгляд на улицу, под ее окном была тень человека, явная, четкая — только глаза сияли янтарем.

Она отпрянула от окна и тяжело задышала, зажмурилась. Спустя минуту, снова двинулась к окну: тень стояла неподвижно, пронизывая взглядом. Миг, и тень неестественно для человека задрала голову. Еще один порыв ветра, который зашевелил листву деревьев, а тень, словно дым, испарилась.

— Чертовщина, — шепчет Хел, возвращаясь в постель, руки ее задрожали, а щеки загорели.

Обернувшись, она снова увидела это создание. Ноги ее подкосились, она закричала, но крик ее отразился звоном в ушах. Она закрыла их ладонями и попятилась назад, спотыкаясь о собственные ноги и падая на мягкую постель.

Открыв глаза, она увидела свою комнату, освещенную ярким утренним солнцем.

Ее мама сегодня работала, поэтому, спустившись на первый этаж, она видела только следы нервной спешки. Разлитое кофе с молоком на столе, на диване разбросана косметика. А у окна стояли завядшие букеты: вода дурно пахла, хоть и позавчера она ее сменила.

Хелен вынимала из больших ваз по цветочку розы, отрезая их бутоны и кидая в хрустальную чашу, стебельки она бросала в сторону. Вялые астры, георгины и ромашки, валялись в бесформенной большой куче, листи в которой, неестественно зашуршали и зашевелились. Хелен опустила свой взгляд на кучку, наблюдая, как сухие листочки подрагивают, словно какой-то большой паучок изучает растения.

Зашуршали и другие листики, Хел потянула руку к цветам, касаясь их, она медленно его потрепала, чтобы понять причину их активности. Белый червяк, опарыш, свалился к ее коленям. Потом еще один, и еще. Десятки, сотни червяков повалились к ее ногам, они как заведенные поползли на нее. Хелен закричала, вскочила и нервно отряхаясь, начала скакать по комнате, ее всю затрясло от страха, после, тошнота подошла к горлу. Сбросив последнего опарыша, она побежала в туалет.

Упав на колени, она схватилась за бортики ванны, кашля и захлебываясь слюнями.

Возвращаться не хотелось. Но и застрять в туалете, ожидая прихода мамы, тоже не резонно. Хелен порылась в ящиках, доставая оттуда две пары резиновых перчаток, натягивая их как можно удобнее. Взяла освежитель воздуха и наполнила ведро водой, вооружилась длинной шваброй, лицо повязала старой футболкой, закрывая нос и рот.

Выйди из убежища, готовая к борьбе с незваными гостями, она увидела свежие цветы, аккуратно стоявшие в свежей воде. Хел выронила из рук оружие, стянула повязку, бросив ее на пол, медленно подошла к цветам, упала на колени.

Громкий стук в дверь заставляет ее подскочить, голова закружилась и, опираясь о стеночку, Хелен добралась до дверь, в окне замечая одиноко стоявшую Одри. Она бесцеремонно зашла, за ее спиной был большой, но пустой рюкзак. Взгляд девушки пробежался по беспорядку и она добро улыбнулась, махнув рукой.

— Не рановато ли? — спрашивает Хелен.

— С чего вдруг?

Хел пожимает плечами и приглашает подругу в дом. Она угощает ее кофе, разговор никак не начинался, но Оди с некой завистью поглядывала на Хелен.

— Долго вы гуляли? — спрашивает она.

Хел вспоминает, с кем она вчера гуляла, помимо новоиспеченной компании. Брови хмурятся, ее начинает это нервировать.

— С кем?

— Сэмми, — Одри делает голос непринужденным, но глаза ее закатываются и как-то небрежно ставит кружку кофе на стол.

— Мы не гуляли, зачем это?

— Ну, не знаю, он решил тебя проводить…

— Нам по пути, — прерывает Хел.

— Ну… может быть…

— Мне не нравится его смазливый вид и сучьи повадки, твоя ревность ни к чему.

— Ты понравилась ему, — голос дрогнул.

— Его проблемы, он мудила.

Одри усмехается. Ее надменный вид никуда не делся, но разговор переключился на более неприятную тему.

Четыре года назад, когда их дружба расцветала во всей красе, Хелен попала в небольшую аварию: выбежав на дорогу за своей непослушной собакой, проезжающая мимо машина задела ее так, что царапины даже не осталось. Но от испуга водитель, резко свернув на обочину, врезался в мусорный контейнера.

Все бы обошлось гладко, но проходящие люди на улице, вызвали полицию. «Наверное, это судьба» — изо дня в день повторяет себе Хелен, вспоминая приехавшего на место полицейского.

— Ну, так что? Тот длинноногий коп все еще предел твоих мечтаний? — Оди заметила, как рука Хел дрогнула.

— О чем ты?

— Ну, как его… Ты любила поговорить о нем, — она подмигнула. — Уверена, твой телефон кишит его фотографиями.

Хел натянуто улыбнулось, интуитивно хлопнув по телефону, мирно лежавшему в кармане.

— Уилсон…

— Да-да! -перебила Одри. — Вроде, мама недавно говорила мне, что его жена родила ему вторую дочку.

— Не переживай, я в курсе, мы поддерживаем общение.

— Все такое же дружеское? В шестнадцать лет, у тебя были другие планы на него. — она смеется, закрывая рот рукой.

«Не давай ей повода вспомнить об этом снова» — шепчет Хелен.

— Все это пройдено уже давно, — фальшивая улыбка сводит скулы. — Для меня это была игра, но я рада, что сейчас имею такого хорошего знакомого, как Уилл. — она немного подумала, глядя в окно на проезжающие машины: бестактно или некрасиво. — Ты надолго зашла? Или со мной подождешь, когда парни заедут?

— Какой толстый намек, пропущу мимо ушей и подожду у тебя ребят.

— Хорошо, — она неловко дернула руку, роняя на стол стакан с водой. В зеркальном отражении воды отражалась пустая дорога за окном, все такая же темная улица, за черными деревьями просвечивалось красное небо.