Хождение за три мира

Глава 1

Все нижеописанное – исключительно плод фантазии автора, любые совпадения случайны

***

Какова вероятность встретить родственную душу на курорте? Ну, судя по распространенным в интернете историям, процентов…Не знаю, не считала, просто читала, что бывают, и вроде как, счастливо заканчиваются: любофф, марш Мендельсона, дети и все такое. Это клише, понятно, очередная сказка для взрослых девочек, а с некоторых пор – и … мальчиков, ммм.

Я ни к одной из этих категорий себя отнести не могла, поскольку давно не девочка и никогда не была мальчиком, слава богу! Я – простая русская пенсионерка, решившая на старости лет рвануть в зарубежье: ну, хоть раз-то можно посмотреть не по телеку и в сети, как уставшие от производственных будней пролетарии и буржуины всех стран объединяются в ленивом расслаблении под жарким солнцем южно-морских стран! В моем случае это был Таиланд.

Странный выбор, скажете? Случайный, скорее, ибо сделан был под влиянием момента, а спровоцирован совершенно неприличной скидкой на пакет услуг, красиво представленным милой девочкой-туроператором (или тур-менеджером?).

Все произошло, когда мы с приятельницей гуляли по торговому центру и «продавали глаза», образно говоря: ничего не покупали, просто бродили по магазинам и киоскам, пережидая не обещанный Гидрометцентром ливень.

Настроение у нас обеих было, несмотря на оказию с погодой, вполне благостным, присели в кофейне, заказали по чашечке хорошего, признаю, кофейку с крохотными пироженками… Лепота!

Тут она и нарисовалась – искусительница по имени Элла! Вот тогда бы мне и насторожиться: всю жизнь избегала таких внезапных бесед на коммерческие темы и людей с иностранными именами. Ну, был пунктик, что уж там…

Дело было к вечеру, делать было нечего, и я позволила увлечь себя экспрессивным описанием преимуществ «горящей» путевки и возможного отдыха «а ля нобиль» по «плебейской» цене.

-Ленка, ну что ты ломаешься как сдобный бублик? Бери и лети! Оторвись ты от своих книг и сериалов, и так всю жизнь дальше Питера не ездила, помрешь – и вспомнить будет нечего! – подзуживала Ирка.

– Чего тебе собирать? Пару футболок, штанов легких да купальник с тапочками! Зато паспорт хоть распечатаешь, а то лежит, бедный, девственно-чистый, скоро уж и срок действия закончится… Контора эта нормальная, моя сноха через них Тольку с детьми каждый год на моря таскает, у неё и льготы накопились, мили или чего ли... Не суть! Короче, подруга, соглашайся и вали на берег турецкий или куда там шанс выпадает!

В общем, вдвоем эти дамы меня уболтали, я подписала договор и уже на следующий день в ночь вылетела в Бангкок, оттуда нас доставили в Паттайю: всего-то полтора часа на автобусе, и мы в раю…Так, по крайней мере, показалось мне сначала.

***

Впрочем, грех жаловаться. И номер с видом на море, и еда, и обслуга – все было нормально, кроме того, что мне было некомфортно. Почему? Слишком шумно, многолюдно, жарко…

Соседка по комнате, Светка Соколова (ага!), разбитная пергидрольная блондинка лет сорока, была второй одиночкой среди соотечественников, отправленных турфирмой в это местечко по «горящей путевке», остальные – либо компактными группами, либо парами, либо семьями с детьми. Вот нас и объединили, не спросив.

-Слушай, Ленка (запросто так, все ж свои), давай оторвемся, а? Здесь, говорят, всякие бары с изюминкой есть, массаж, опять же, еротический…хи-хи! Вообще-то, тут наших много, я узнавала... Может, судьбу встретим, как думаешь? А что, чем черт не шутит? – настойчиво (если не назойливо) агитировала меня соседка по номеру «пуститься во все тяжкие».

Мне подобные «приключения» и даром были не нужны, а уж с такой товаркой и подавно, поэтому я вежливо, но твердо, отказалась и, сославшись на проблемы со здоровьем, стала по утрам уезжать на Ко-Лан с семейными компаньонами либо одна.

Слава богу, ни сопровождающие лица, ни земляки не интересовались чужим времяпрепровождением, пока ты сообщаешь о своих передвижениях гиду и периодически даешь о себе знать в мессенджере. Вроде того – люди взрослые, сами за себя отвечают.

Меня такое положение вещей устраивало, и шесть дней из заявленных семи я провела практически в одиночестве: утро – паром на пляжи острова, вечер – массажный салон в отеле. Семейные звали в город, по местным храмам, магазинам – я отказывалась.

Мне было достаточно моря, песка, лежака в тени пальм, офигенного лазурного неба, буйства зелени и относительной тишины. Я излазила все пляжи Ко Лана, но особенно приглянулся мне Та-Яй – скорее, и не пляж как таковой, а небольшая бухта, снискавшая славу романтического места. Здесь было мало отдыхающих и пляжной инфраструктуры, но хороший отдых для влюбленных (или таких старпёров, как я). Я даже купалась, правда, в сланцах – морских ежей много, спасибо, предупредили.

***

…Её я заметила случайно, выходя из воды.

Сидит на берегу девушка в легком платьице, с непокрытой головой (это на солнцепеке-то!), волосы черные перекинуты через плечо, и меланхолично пересыпает сквозь пальцы песок. И было в её фигуре что-то такое, что заставило меня напрячься. Подходить не стала – мало ли у кого какое настроение?

Народу не особо, да и далековато находились, так что я поверх купальника натянула широченный балахон из марлевки (тут купила, специально), стянула мокрый купальник и быстренько, махнув рукой на приличия, одела сухие трусы. Переоделась, вздохнула с облегчением и снова глянула в сторону девушки.

Интерлюдия 1

Очередная российская тургруппа своевременно отбыла на родину, не досчитавшись, правда, одной соотечественницы, чья пропажа заставила удивиться земляков и доставила немало хлопот местным стражам порядка и работникам посольства РФ.

Нескольких иностранцев поутру обнаружили дорожные рабочие при расчистке серпантина к обзорной площадке от камней, земли и прочего мусора, оказавшегося там из-за грянувшего накануне внезапного ливня.

Трупы пожилой женщины, которой оказалась русская пенсионерка Елена Забродина, и двух польских братьев-туристов средних лет по фамилии Дышко доставили в морг Бангкока, а беспамятную китаянку с многочисленными ушибами тела и головы и пару более вменяемых мужчин-англичан с переломанными руками и ногами – в больницу туда же.

Тайские полицейские, на основании вскрытия, констатировали смерти троих немолодых иностранцев от множественных переломов и последующего переохлаждения, назвали их гибель несчастным случаем и оформили документы для отправки останков несчастных туда, откуда они родом.

***

Сослуживцы Ван Мэйся, обнаружившие неявку члена экипажа на рейс, сделали запрос местным властям о её местонахождении и были уведомлены о произошедшей с ней…неприятности, оперативно оплатили пребывание гражданки КНР в больнице Бангкока и сообщили о случившемся собственному начальству и родным девушки в Ухань.

Со стороны авиакомпании поступило распоряжение руководства выяснить все детали ЧП с сотрудницей после её выздоровления и возвращения на родину.

Родня образцовой стюардессы, уведомленная её коллегами о ситуации, крайне живо и настойчиво интересовалась размером и порядком получения страховых выплат, прежде чем поблагодарила компанию за заботу об их непутёвой дочери. Бывает…

Глава 2

Просыпались ли вы в незнакомом месте, не помня, как в него попали? Как ощущения? А если это больница, где в одной палате лежат мужчины и женщины, разговаривающие на незнакомом языке и на нем же обращающиеся к вам? А самое главное, что вы не узнаете себя, вернее, свое тело, но точно чувствуете боль и прочий дискомфорт, настойчиво подтверждающий, что вы живы, хоть и нездоровы, поскольку давно доказано, если ты проснулся утром и у тебя ничего не болит – значит, ты умер!

Не было такого? О, да вы счастливчик, в таком случае! Непередаваемое ощущение, скажу я вам! Нету ему определения, нету! Такое надо только испытать, и помоги вам Бог, если и на вашу долю судьба отсыплет нечто подобное…

***

Хорошо, что сразу после пробуждения я не могла говорить из-за пересохшего горла и сильной головной боли, а то не знаю, чтобы наболтала в состоянии аффекта от осознания, что превратилась в Ван Мэйся. Невероятная правда доходила до моего шокированного рассудка медленно, но неотвратимо…

И скажу я вам, радости от сего открытия у меня не было, а вот ужас – был. Может, и грешно так думать, но когда я смогла принять факт переселения своей души в чужое тело, я сильно расплакалась и пожалела. И её, покойную Мэйся, но, прежде всего, уж простите, себя…

Чем яснее становилось мое положение в реальности, тем отчаяннее я сожалела об играх сил нечеловеческих, в которых оказалась замешана. А я-то, почитывая сетевые романы о попаданках, мечтала, ничтоже сумнящеся, о такой возможности для себя. Воистину, хочешь насмешить богов, расскажи им о своих планах!

Мысль о второй жизни теперь не то, что не внушала оптимизма – она придавила плитой могильной…Я впала в прострацию, которую, на моё счастье, медики явно приписали болевому шоку, сотрясению мозга и незнакомой обстановке, не докучая мне расспросами (и как бы они это делали?), не требуя реакции, давая время на размышления о будущем...

А оно рисовалось мрачным и страшным до ужаса. Я вообще была иной раз готова головой биться об стену при мысли, как жить дальше?! Паника накрывала волной, я покрывалась холодным потом, меня колотило и хотелось выть в голос! Сама не знаю, как умудрялась сдерживаться и не начать бесноваться! Наверное, те самые силы небесные, заславшие меня сюда, не давали разгуляться…Даже не знаю, благодарить их или как…

***

Однако, человек – такая скотина живучая…И я, как оказалось, не исключение.

Через неделю после моего «возрождения» замотанный вусмерть лечащий врач на ломанном английском, но противно-бодрым тоном сообщил, что я вполне транспортабельна, что за мной выслан с родины (какой, мать вашу?) отряд сопровождения, поэтому я могу покинуть их гостеприимное заведение. Та-да-да-дам, Леночка, вот и вторая часть марлезонского балета подоспела…

Как во сне, я встала, переоделась в вещи Мэйся (их привезли коллеги, когда выяснилось, где она/я нахожусь), кое-как собрала волосы в хвост, глядя на китаянку в зеркале, молча кивнула всем соседям и медленно поплелась навстречу будущему. А хотелось убежать к черту на рога – так мне было страшно!

-Господи, раз уж ты так решил, помоги мне, грешной! – молилась я про себя. Помогало не очень, честно, но я все равно шла.

Выбор есть всегда? Дудки! Какой у меня выбор? Признаться и поменять довольно туманные перспективы адаптации в новом (для меня) мире на конкретные мягкие стены психушки?

Нет уж, пусть я и не борец-молодец, но и не полная размазня! Как там говорил кто-то из классиков: «Главное, ввязаться в войну, а там видно будет». Так что, Леночка, повоюем!

***

Итак, что имелось в наличии у попаданки Забродиной на пороге новой жизни?

Мои познания о Китае и его жителях базировались на давних школьных уроках истории и географии, беглых сообщениях о чудесах и мощи китайской экономики, дешевизне китайского ширпотреба и просмотренных дорамах и прочитанных новеллах-ранобэ, коими я скрашивала одинокие дни круглый год.

Да, последним я уделяла все время, минусуя прогулки и домашние дела. А что оставалось? Жила я одна, с мужем развелась давным-давно, даже забыла, что и замуж-то выходила. Детей не случилось: от алкаша и трутня-мужа ушла через год после свадьбы, вызнав его натуру и избавившись от иллюзий, что пьяный проспится.

Рожать от него не рискнула, как и позже от одного женатого…как выяснилось. Он просил, мама намекала, но…зачем грех брать на душу?

Ну, а свободного, чтобы вот прям «такой мужчина, хочу от него сына», я не встретила…

Так что, в работе, работе и изредка – в легком необременительном сексе во время отдыха, с годами сошедшем «на нет» по причине разочарования и в нем самом, и в случайных участниках действа, да и просто в исчезновении потребности как таковой, я и прожила свою жизнь.

Не знаю, как другие, но я не сожалела ни об одном своем поступке или решении.

Для меня главным было собственное душевное спокойствие и равновесие, и с годами, взрослея и набираясь немного мудрости, я ценила его больше страстей и потрясений. Не хочу сейчас углубляться в прошлое, скажу только, что я, может, и не была супер-счастливой, но несчастной не была точно.

Работа приносила сначала удовлетворение и достаточный, по моим запросам, доход, потом – доход и удовлетворение, потом – просто доход, а удовлетворение находилось вне производства: поездки по окрестностям, театр и кино, немного физкультуры и, конечно, чтение. Оно – моя подлинная, неизбывная страсть!

Глава 3

О, это сладкое слово «амнезия»! За время лежания в больничной палате, я, борясь со страхом, все-таки выработала для себя план действий, и этому дорамному клише в нем было уделено главное место.

Врач, оформлявший документы на выписку, между делом подтвердил возможность временной потери памяти при моих травмах, чем существенно облегчил диалог с коллегами Мэйся.

-Это серьезно, доктор? Она ничего не помнит? – спросила приехавшая за мной дама в годах, но очень моложавая и ухоженная.

Я узнала ее – госпожа Фан Айминь, старшая в смене предшественницы и более-менее близкий к ней человек в отряде стюардесс.

– Мэйся, девочка моя, ты меня помнишь? – участливо обратилась она ко мне.

Удивительно, но узнала я всех коллег Мэйся, более того, я их понимала, словно они говорили по–русски! Какое это было облегчение!

Я кивала, глупо улыбалась, а в душе впервые за неделю после «возрождения» наступил относительный покой. Раз речь доступна, с остальным справлюсь!

Основные факты биографии и жизни погибшей Ван Мэйся я помнила по её рассказу, странности пусть спишут на амнезию, а там, глядишь, тело поможет!

Шаблон про попаданок в действии имел место! Сначала – полное выздоровление, потом – «разбор полётов» с родней, начальством, жизнью! Где наша не пропадала, зёма!

***

Оптимизм – это хорошо, но хватило его ненадолго…Не хочу перечислять все, через что я прошла в первый год пребывания в теле Ван Мэйся, потому как до сих пор в дрожь бросает…

Скажу одно: я попала в ДРУГОЙ МИР, пусть и находящийся на той же планете и в том же времени!

Однажды я, отупев от усталости, сидела в парке, смотрела на гуляющих китайцев и вдруг вспомнила фразу героя Ричарда Гира из «Красотки», сказанную им героине Джулии Робертс в театре перед началом «Травиаты»: «Люди либо влюбляются в оперу сразу и на всю жизнь, либо просто делают вид, что она им нравится». Примерно так, точно не помню.

Аналогично у меня произошло с Китаем – я не смогла его полюбить сразу, и пришлось делать вид даже перед самой собой, что смогу здесь выжить. Мне было чуждо всё – язык, пища, быт, привычки, мораль, социум … Не хочу сказать ничего плохого про народ и прочее: никто не виноват, просто я – другая.

Были мысли рвануть на настоящую Родину, были, но… Мешали две вещи, мне самой представлявшиеся сущей нелепостью, но отринуть их никак не удавалось.

Первая касалась мистичности моего попадания именно в тело Мэйся. Еще когда лежала в больнице в Бангкоке и пыталась осознать факт своего попаданства, родилась у меня гипотеза относительно случившегося.

Что если наш с девушкой «душевный бартер» связан с намерением китаянки, верящей в реинкарнацию, начать где-то жизнь с чистого листа? Что, если таким образом она получила желаемое и одновременно отблагодарила меня за эмпатию своим молодым телом со всеми вытекающими?

Может быть? А почему нет-то, собственно говоря? После того, что случилось со мной, я и не в такое готова поверить. И в книжках про коллег-попаданок, помнится, подобные метаморфозы авторы часто описывали.

Отсюда вывод: а имею ли право, в таком случае, пренебречь ее жертвой? Может, это моя карма, мое испытание? Тогда следует принять всё как крест и нести, сколько смогу. Даже если этот крест – чужое тело, чужая жизнь, чужой мир.

Второй тормоз в плане эмиграции был …прозаичнее и жестче: я почему-то четко осознавала, что в теле Ван Мэйся в России буду чужой даже больше, чем здесь. Еще и сорвусь быстрее…

Так что, говорила я себе, какой выход у тебя, Леночка? Бороться, преодолевать, меняться… Жить, короче! Пусть и через боль и страдания.

***

Спасибо работе, которой меня нагрузили «желавшие добра» начальники и госпожа Фан – времени на лишнюю рефлексию практически не оставалось. А еще наследству Мэйся, но о нем позже.

К полетам, даже после признания врачебной комиссией полностью выздоровевшей, меня не допустили. И, слава богу! Не уверена, что тогда я бы выдержала нагрузку достойно. Впрочем, не сильно мне отсрочка-то и помогла, как выяснилось по факту...

В общем, решили руководители за мной понаблюдать: все-таки, потеря памяти – не шутка, а ну как у ранее прилежной девы, внешне нормальной, «кукуха»-то при стрессе съедет, а?

Вот и кидали меня, как мешок с песком на амбразуру: и уборщицей, и мойщицей посуды, и официанткой, и работником на стойке регистрации /по досмотру багажа / проверке документов/ сопровождению /паспортному контролю…

Я их опасения понимала, поэтому вслух не роптала, старалась, терпела придирки, насмешки, издевки, нагоняи, ругань… И улыбалась, улыбалась, улыбалась…

А приходя (приползая) в комнату в квартире недалеко от аэропорта, что Мэйся снимала вместе с троицей таких же приезжих стюардесс и работниц, падала и выла в подушку…А потом вспоминала ушедшую девочку, прошлую себя, причуды судьбы и…продолжала барахтаться!

Лягушка из сказки сбила сметану – глядишь, и я смогу!

***

Через девять месяцев откровенной «дрессировки» (видимо, убедившись в моей адекватности) начальники отправили меня на трехмесячные курсы переподготовки в Ченду – там находится Колледж гражданской авиации. Вот где я оторвалась по полной, не поверите!