Хоккеист. Слишком много меня

Глава 1

— Не люблю я за руки ходить, знаешь же. — Кирилл всегда говорил, что у него потеют ладони или ему просто неудобно держаться за руки, когда мы идём по городу.

Нет ничего важнее комфорта любимого человека, поэтому никогда не настаиваю. Но скромные попытки иногда делаю.

Скоро «Барсы» поедут на матч, и это будет мой первый выезд за город вместе с хоккейной командой, где я работаю младшим PR-менеджером. Фотографии, куча постов, небольшие интервью — всё это сплошной стресс, но деньги сами себя не заработают.

Мы подошли к спортивному клубу. Почти девять утра.

— О, Кирюха, здорова, — из-за спины выглянул Макс, его близкий друг и капитан их хоккейной команды.

Они пожали друг другу руки.

— Ты куда так бежишь? — спросил Кирилл, задержавшись в рукопожатии. Макс пытался разорвать его — куда-то спешил.

— В женскую раздевалку, — Макс подмигнул и упорхнул.

— Удачи! — крикнул Кирилл на весь зал и взъерошил короткий ёжик светло-русых волос, смеясь. — Вот дурак. Так, только в блог это не выкладывай, ясно?

Я само собой кивнула. Никаких сплетен и личной жизни команды. Скандалы никому не нужны, особенно владельцу клуба.

— Ладно, Лен, вечером увидимся, — он махнул мне рукой, уже отбегая и поправляя на плече тяжёлую сумку.

— Хорошей тренировки! — крикнула ему неловко, а тот в ответ, не оборачиваясь, сказал спасибо.

Осталась одна в огромном стеклянном зале, где сновали люди. Все незнакомые, спортсмены. Вот прошли подтянутые красавицы из группы поддержки в чёрных, с блестящими вставками, костюмах. Иногда их тоже приходилось фотографировать, но скорее по просьбе владельца команды. Как говорил Евгений Михайлович: “Для красоты!” Ну и тренер с ним был конечно же согласен.

Я покрутила в руках фотоаппарат, висевший на шее. Ноги стали ватные. Нужно сделать, выбрать и обработать фотографии, снять видео-анонс игры с призывом покупать билеты, сделать пару-тройку постов…

Интересно и… так ответственно.

Вдох, выдох, и вперёд!

Зашла в коридор. Раздевалки, туалеты, лестница до кабинета, где работают я и моя начальница. Всё до сих пор такое непривычное, потому что… богатое. Здесь играли уже не юнцы, а серьёзные спортсмены с более серьёзным будущим.

Только стены спортивного клуба давили. Или я давила на них…

Самоирония — защитная реакция!

— Лена, Лена, Лена! — раздались крики по коридору.

Я вздрогнула, схватилась за фотоаппарат, подумав, что тот падает. Обернулась, быстро моргая. И успокоилась. Это была Татьяна Юрьевна, главный менеджер. Она почти бежала, а длинные блондинистые волосы тянулись за ней шлейфом.

— Быстро на трибуны, скорее-скорее! — вопила она.

Короткие каблуки торопливо стучали.

— Татьяна Юрьевна, что случилось? — спросила обеспокоенно.

Неужели я что-то натворить успела?! Или произошло что-то страшное?!

— Блоги, анонсы — всё потом, — волоча меня за руку наманикюренными пальцами, тараторила она. Резко остановилась, встала напротив меня и сказала тихо: — Скворцов ушел, дыра в составе. Мы выкупили капитана из "Красной Звезды", понимаешь? Это бомба!

— Это ж сколько за него отгрохали?!

— Всё, тихо. Пошли бегом. Фотографии, коротенькое интервью, небольшое видео. Поняла? Как зовут, впечатления от «Барсов», как относится к новому номеру на форме и что планирует изменить в команде, если вообще планирует. Работаем, Леночка, работаем!

— Татьяна Юрьевна, я ж интервью ещё не брала ни разу, я…

— У тебя всё получится! Давай! — она втянула меня за руку на поле.

Снова коридорчик, который показался таким узким, и яркий свет трибун ударил по глазам. Я сглотнула, сжала в руке фотоаппарт.

Холодно. Казалось, тут раздавалось даже эхо от бешено стучащего сердца.

— Спросишь после тренировки. Формулируй вопросы. Верю в тебя! — крикнула Татьяна Юрьевна и побежала, как принцесса, вдоль нижних скамеек к тренеру, стоявшему сейчас так далеко-далеко, что его фигура казалась игрушечным солдатиком.

Я так не любила ошиваться со спортсменами. Они все такие… красивые и невероятные. Рядом с ними складывалось ощущение, что моё тело — это огромная бочка, которая оказалась тут совсем случайно.

За спиной послышались тяжёлые шаги — лязги и грохот коньков, стук клюшек, громкий смех и чей-то басистый голос.

Идут.

Отскочила в сторону, чтобы не мешать.

Все высокие как на подбор. Статные, широкоплечие. А форма делала их исполинами. Я застыла в восхищении, потому что видела команду вблизи не так часто.

Но знала всех по номерам, именам и фамилиям — одно из обязательных условий приёма на работу.

Последним, разминая плечи, шёл очень высокий молодой мужчина. Коньки вытягивали его ещё выше. Густые ровные брови хмурились под шлемом, затеняя красивые вырезы его глаз.

Он кинул на меня взгляд и тут же прошёл мимо. Я вдохнула, на секунду уловив терпко-древесный аромат.

Марк Хоффман — бывший капитан «Красной Звезды». Скандальная личность, холодная, высокомерная и вспыльчивая, но… какая же завораживающая и интересная!

Марк ловко, будто коньки были частью его ног с рождения, встал на лёд и легко прокатился к команде. Он ни с кем не разговаривал. Значит, дружелюбием он не владел.

— Ну что, уже успели познакомиться? — одетый в чёрный спортивный костюм, к ребятам подъехал тренер.

— Типа того, — буркнул недовольно Номер 32.

— Типа того, — фыркнул поседевший раньше времени тренер, нервно прокручивая свисток пальцами. — Ну, давай, тебе слово.

Молодой человек оттолкнулся плавно коньком, повернулся текуче, как спокойная волна, к команде.

— Марк Хоффман, бывший капитан команды «Красной Звезды». Guten Tag, — с улыбкой и едкой иронией он произнёс приветствие на немецком, явно решив показать себя.

Марк уже пугал меня. Одно дело видеть его на экране и на фото, но другое — слышать в живую его чувство превосходства над всеми.

— Выпендрёжник, — выплюнул всё тот же 32.

Глава 2

Написала Кириллу, что задержусь на работе. Надеялась, что ответит скоро. Он любил заходить в сеть и не отвечать. Такая уж странная привычка.

Стыд утихомирился, хотя иногда всплывал комом. Тренировка закончилась, тренер стал что-то говорить ребятам, а я уже и не слышала, поглащённая воспоминаниями о фотографиях. Которые, кстати, так и остались висеть во вкладках… Захотелось ещё раз взглянуть.

Как же глупо. Вечно засматриваюсь на красивые тела. То ли восхищаюсь, то ли завидую, то ли… Не знаю. Стало стыдно и перед Кириллом. Будто изменила!

Подняла взгляд. Марк снял шлем. Его тёмные, с коричневым отливом, волосы были влажные от пота, но всё равно объёмные сверху — контраст с выбритыми висками. Он напрягал туда-сюда желваки, слушая тренера. Рядом стоял Кирилл, периодически кивая.

— До понедельника! — крикнул последнее тренер. Команда стукнула пару раз клюшками о бок конька и стала по очереди продвигаться на выход со льда.

Марк снова шёл позади.

— Кирилл, я там тебе написала! — окликнула его, резко поднявшись со скамьи.

А он не услышал. Уши заложило, наверное, от шума, да и мой крик утонул в общем гуле.

Сразу же переключилась на работу.

— Марк Хоффман, здравствуйте! — сказала как можно громче, и Марк тут же остановился, глянул на меня устало и равнодушно томным взглядом.

Я как-то глупо и криво улыбнулась, руки затряслись. Почему-то именно в этот момент мысленно снова превратилась в пузатую бочку.

— Я младший менеджер «Барсов». У вас есть минутка? Всего несколько вопросов для блога.

Марк вздохнул, осмотрелся.

— Переоденусь сначала, ладно? — ровно спросил он вибрирующим, проникающим в самую грудь голосом, ожидая моего ответа. Я быстро покивала, чуть не замотав головой во все стороны. — Скоро подойду.

Резко села, поджала губы и стала пялиться на пустой лёд. Тишина давила. Снова включила телефон, где меня сразу же встретила цветная фотография Марка. Ну хоть портретная.

Я думала, что со мной он будет груб. Но он скорее вымотался. На фотографиях это был совсем другой человек. Внешне тот же, но… безликий, простой, красивая картинка, на которую приятно смотреть. А в реальности он казался тяжёлым, опасным.

Ждать пришлось долго. Я выглянула пару раз в коридор, где уже к выходу шли парни. Увидела даже плечо Кирилла, который скрылся в коридоре. Не зашёл ко мне… Зайдёт ещё, может? В столовую наверное направился. Он любил брать здесь протеиновые батончики.

В последний раз выглянув, услышала какой-то грохот из мужской раздевалки. Испугавшись, вернулась на трибуны. И почти сразу же пришёл тяжело дышащий, явно недовольный Марк. Он разминал пальцы на правой руке.

— Ну, я весь твой. Минут десять хватит? — он упал рядом, широко расставив ноги и упёрся в колени локтями. Скрепил пальцы в замок, наклонился. Влажные, пахнущие сладковатым шампунем волосы слегка упали тенью на его лоб и глаза.

— Да, даже меньше, — растерянно ответила ему, заправила прядь за горящее ухо. — Хорошо, а… — взгляд упал на его руку, которую он снова стал разминать. Его твёрдый взгляд упёрся в пол, ресницы не шевелились. — У вас всё в порядке?

— А должно быть не в порядке? — спросил, не отвлекаясь от несуществующей точки на полу.

Неловко облизнула губы, глянула в телефон.

— Извините. Давайте приступим. Какие у вас сложились первые впечатления о «Барсах»?

— Крутые ребята, сильная команда, — сухо ответил Марк, и я ощутила, как старательно он скрывал иронию.

Расспрашивать подробней не стала, было уже совсем напряжно. В груди начало гореть от волнения, пальцы онемели и задрожали сильней.

— Какие у вас планы на команду? Как вы планируете построить будущее внутри «Барсов» для неё и для себя?

— Выигрывать. Это главное, что я хочу получить от хоккея.

— Вы были…

Рука дрогнула, и телефон снова вылетел из рук. Благо только с вопросами.

Марк наклонился раньше меня. Я выдохнула, совсем разволновавшись. Это ведь было так заметно, какой позор! Команде нужны уверенные и ответственные люди!

Его нога на секунду коснулась моей. Мышцы напряглись, я задержала дыхание на мгновение.

— Давай я сам сейчас раскидаю по полочкам, а ты пиши, — Марк протянул мне телефон, я подняла взгляд и тут же опустила его, даже не рассмотрев его лицо. Он вернулся в прежнюю позу. — Мама русская, папа немец. Водолей. Родился в Германии, мотался из страны в страну всю жизнь. Капитаном стал задолго до того, как у отца появился успешный бизнес. Об уходе из «Красной Звезды» не жалею, потому что считаю, что нужно уметь двигаться дальше и не стоять на месте. Вся моя жизнь — это движение, и только вперёд. Да, в рекламах местных снимаюсь, у крупных блогеров в гостях бываю. Люблю собак. Был хорошистом. Эксклюзивчик для твоего блога: намерен снова стать капитаном команды.

Он легко улыбнулся, повернув в мою сторону наклонённую вниз голову. И встал.

— Эта информация есть в доступе везде, кроме последней. Пользуй.

— Вы уверены, что мне стоит писать… про ваши намерения о капитанстве?

— Я тебе больше скажу: назови так статью! Посеем смуту там, где её так привыкли жрать, — он подмигнул, и я сглотнула носом воздух. — До встречи.

Он махнул расслабленно рукой и оставил меня одну на трибунах. Я прикрыла глаза, стараясь унять колотящееся сердце.

Татьяна Юрьевна убьёт меня за такой «эксклюзивчик».

Вернулась домой только в десятом часу. Ничем не пахло и даже было как-то холодно, неуютно. В последнее время это чувство не покидало.

Квартира досталась от почившей бабушки, которая в завещании так и указала, что она достаётся “моей внучке Елене Павловне Ярцевой". Кирилл жить со мной пока не торопился. Он вообще не был торопливым человеком.

Обеспеченная и благополучная семья по меркам общества позволила мне жить хорошо, пока я училась в университете. В роскоши мы никогда не жили, особенно если брать в счёт вечные ссоры. В детстве никакие деньги не спасают от чувств чужеродности и дискомфорта внутри семьи.

Глава 3

— Допустим, — выдохнула сама для себя, дрожащими руками доставая фотоаппарат.

Органы будто вывернуло наизнанку. Дышала тяжело через нос, грудь высоко вздымалась.

Боже, я наверное со стороны была похожа на заплывшего инопланетянина с одышкой от пары шагов!

— Наташ, ты кого привела? — усмехнулась блондинка из команды, скрестив руки на груди. — Что это за…

— Это Леночка Ярцева, младший менеджер наш, — улыбнулась сладко Наташа и подтолкнула меня в спину. — А мы сегодня для неё звёзды!

Вперёд вышла шикарная русоволосая девушка, которая явно всю жизнь занималась гимнастикой. Волнистое каре она заколола симпатичными заколками-звёздочками.

— Лиза Гришина, капитан команды поддержки «Барсов», — представилась она, оглядев меня с какой-то странной ухмылкой. — Ну давай, профи, жги.

Она вернулась к команде, Наташа сделала энергичную музыку чуть громче. Без помпонов они отрабатывали плавные, местами дерзкие, активные движения. Мне такое никогда не повторить…

Очнувшись, достала фотоаппарат и стала щёлкать. Учёба в университете и отдельно курсы фотографа дали мне хорошие навыки съёмки. Даже сняла несколько видео. Вдруг пригодится в дальнейшем.

Отдельно пощёлкала Гришину, которая постоянно косилась на меня непонятно от чего. Будто она уже думала, что я наделала намеренно некрасивых фотографий.

Тяжело дыша, Лиза убавила музыку, стряхнула пот со лба.

— Ну? — спросила она, кивнув в мою сторону. — Что там?

— Я могу отправить фотографии тебе по почте.

— Да дай посмотрю, — она протянула руки, а я резко отдёрнула фотоаппарт в сторону. Во мне проснулась смелость.

— Я никому не даю его в руки, — сказала как можно твёрже.

— Поломойкой долго работала и еле накопила что ли? — спросила оскорблённо Лиза.

Промолчала, закрыла объектив и повесила обратно на ремешок, свисающий с шеи. Накрашенные матовой красной помадой губы Гришиной скривились.

— Спросишь, может, что-нибудь? — не унималась она. Я поправила чёрную вязаную кофту, которая, вроде, более-менее смотрелась на мне.

— Нет, мне хватает материала, — развернулась, коснулась двери, чтобы открыть, но ручку резко перехватил кто-то.

Повернула голову, столкнулась с лицом Лизы, которая была неприятно близко. Смотрела, точно кобра, которая сейчас пустит яд прямо в глаза.

— Ты уже узнала что-нибудь про Марка? — спросила негромко она, пытаясь состроить дружелюбный вид. Говорила тихо, чтобы никто не слышал.

Я нахмурилась.

— Всё, что узнала, написано в субботнем блоге.

— Я тебе не верю. Ходишь вся такая молчаливая, наблюдаешь, записываешь, фотаешь. Явно же много чего про всех знаешь, да?

— Я тут работаю всего-то ничего.

— Но с Кириллом и Максом знакома. Я видела, что ты с Кириллом рядом шла.

— Мы с ним встречаемся вообще-то, — нахмурилась ещё сильнее, попыталась толкнуть дверь, но Лиза стала держать её сильней.

— Вы? — она прыснула, будто я анекдот ей рассказала. — Да ну! Ну прикол! Девчонки, слышали? — она обернулась, стала кричать. Я растерянно посмотрела по сторонам, снова толкнула дверь неуверенно. — Она девушка Кирилла Ушакова! — её хохот разнёсся по спортзалу, который в ответ отражался эхом.

Теперь ударила по двери и вылетела из зала пулей, прижимая руками как можно сильнее фотоаппарат. Да что тут такого смешного?!

Я и так знала, что мне не место рядом с Кириллом, хотя сам никогда моделью не был. Нет, он красив, но я же не совсем чудище болотное!

Или…

В носу неприятно защипало. Вот и плакать надумала.

Ну нет, нет, нет!

Пошла быстрым шагом в сторону площадки. На льду сейчас никого не было, тренировка «Барсов» будет нескоро. Вошла внутрь, села на трибуну внизу, у выхода ко льду, и прямо там и расплакалась горько от обиды и унижения, спрятав лицо руками.

В груди жгло, кости будто выворачивало от обиды, усталости. Ещё начала внезапно скучать по бабушке. Она обняла бы тепло, дала бы совет или вовсе отвлекла бы чем-то. Например, историями о молодости.

Тут ещё этот спортивный клуб, будь он неладен! Все вокруг такие красивые, счастливые. Мужчины с мышцами, девушки с талией как тростинка и плоскими животами. И вообще!..

За спиной раздались шаги и грохот. Я вздрогнула, повернулась.

В зал с клюшкой и на коньках, не успев надеть шлем, пошёл ко льду Марк.

Сначала он меня не заметил. Встал к соседней скамейке, убедившись, что шнуровка правильная. Почему-то крутил коньком, будто думал, что с ним что-то не то.

Он вдруг кинул на меня взгляд, задержался изучающе. Ничего особенного, лишь непонимание, что я тут делаю. Либо просто хотел задать какой-то рабочий вопрос.

— Добрый день, — сказала я заплакано, шмыгнула и вытерла под щекой. Неловко опустила голову, встала.

— Начальство отчитало? — спросил Марк, вернувшись к шнуровке.

Он поправлял её резко, грубо. На запястье на секунду показалась татуировка. Ещё одна торчала за воротом на шее. На тех фотографиях из журнала их не было.

— Да это я так, от усталости, — попыталась улыбнуться, стало снова неловко. Переминалась с ноги на ногу, крутила фотоаппарат.

— Поснимать хочешь? — спросил заинтересованно, заметив, что я нервничаю.

— А… можно?

— Валяй. Я не скромник, — и снова эта лёгкая улыбка уголком рта.

— Спасибо.

Воспряла немного духом. Марк вышел на лёд, надел шлем, снова покосился на меня и принялся за тренировку. Он в одиночку гонял шайбу по льду, отрабатывая приёмы. Забивал резко и точно в ворота. Порой казалось, что очередной удар по шайбе либо сломает клюшку, либо порвёт сетку.

Зато сколько свежих фотографий получилось сделать! Листала их, смотрела в маленький экран и думала над словами Лизы. О том, что я наблюдатель со стороны и должна знать «всю кухню» изнутри.

Может, стоило бы воспользоваться её советом? Узнать всех лучше… чисто для себя. Чтобы понимать, с кем имею дело.

В объективе Марк преображался. Грубость движений сменялась невероятной грацией. Удар клюшкой был математической точностью, выверенной до миллиметра.