Холоднее, чем снег

Глава 1 Новый год

Вика

Погода была снежной, но не морозной. Снег падал медленно, лениво, будто сам не знал, куда ему спешить. Крупные хлопья оседали на перилах моста, на моих ресницах, таяли на щеках, смешиваясь со слезами. До Нового года оставалось всего два часа, а я стояла на городском мосту — посреди огромного, чужого города, который до сих пор не стал мне домом.

Мне не хотелось возвращаться. Настолько сильно, что мысль о тёплой квартире вызывала внутри ещё большую пустоту. Я бы предпочла остаться здесь — на холоде, среди огней и шума машин, чем идти туда, где я чувствовала себя лишней.

Слёзы потекли сами собой. Я даже не пыталась их остановить.

Совсем недавно мы жили в Сибири. Там у меня были друзья, одноклассники, привычные улицы и чувство, что я кому-то нужна. Там была мама. Полгода назад её не стало. Самый важный человек в моей жизни исчез — внезапно, навсегда. Мир после этого будто треснул, и трещина только расширялась.

Папа… папа не выдержал. Он решил, что лучший выход — уехать. Начать всё заново. Но не просто уехать — а переехать к другой женщине. Как он мог? Как можно так быстро заменить маму? Сделать вид, что боль можно упаковать в коробки и оставить в прошлом городе?

Она мне не нравилась. И, кажется, это было взаимно. В её взгляде я читала раздражение, в её тоне — холод. Чувствовала себя лишней в доме. Настолько , что Новый год на улице казался менее болезненным, чем за праздничным столом, где меня терпят.

А школа… Здесь всё было чужим. Одноклассники не приняли меня. Кто-то делал вид, что меня не существует, кто-то открыто насмехался. Среди них я была белой вороной — слишком тихой, слишком другой, слишком «не отсюда».

— Если собираешься прыгнуть, могу подсадить, чтоб быстрее было, — раздался рядом чей-то голос.

Я вздрогнула.

Повернувшись, увидела парня. Он стоял чуть поодаль, курил сигарету.

Он был… безумно красивым. Настолько, что я на мгновение зависла.

Чёрные растрёпанные волосы, тёмные глаза, в которых отражались городские огни, пухлые губы, чуть насмешливая линия подбородка. В нём не было ни одного изъяна — по крайней мере, на первый взгляд.

А голос… Низкий, слегка хриплый, будто он редко говорит о чём-то важном, но если уж говорит — его хочется слушать. В этом голосе было что-то уставшее и одновременно живое, как у человека, который слишком многое видел.

— Эй, малая, у тебя всё хорошо? Отвисни.

Его голос вернул меня в реальность.

— С чего ты взял, что я собралась прыгать? — спросила я, стараясь звучать спокойнее, чем чувствовала.

— А какой нормальный человек в канун Нового года будет стоять на мосту?

— Например, ты, — слабо улыбнувшись, сказала я.

Парень усмехнулся.

— А кто сказал, что я нормальный? Да и вообще, не люблю я все эти праздники. Душная хрень.

Он подошёл ближе и облокотился на перила моста рядом со мной. Между нами повисла тишина, которую нарушал только шум машин внизу.

— Будешь курить?

— Нет, спасибо. Я не курю.

— Правильно, — кивнул он. — Ну так и что ты тут делаешь? Разве тебя не ждут родители дома?

— Не ждут, — коротко ответила я.

Он посмотрел на меня внимательнее. Не так, как смотрят из вежливости, а будто действительно хотел понять.

— Я Артём, — сказал парень и протянул руку.

— Вика, — ответила я, чуть замявшись.

Его ладонь оказалась тёплой — слишком тёплой для этого снежного вечера. Пальцы уверенные, но не грубые. Мне почему-то совсем не хотелось отпускать его руку, словно это тепло могло удержать меня от окончательного падения — не с моста, а внутрь себя. Артём заметил, как прядь моих волос выбилась из-под шапки, и, не спрашивая, аккуратно заправил её за ухо. Лёгкое, почти невесомое прикосновение, от которого по коже пробежали мурашки.

— Вообще, — сказал он — я собирался к друзьям. Они там какую-то новогоднюю тусовку мутят после двенадцати.
Он посмотрел на меня внимательно.
— Хочешь — пойдём со мной.

Я невольно усмехнулась.

— Ты серьёзно думаешь, что я пойду куда-то с незнакомым парнем?

— А я так сильно похож на маньяка? — прищурился он. — Умная девочка, раскусила. Я действительно хожу по ночам и ищу таких наивных девочек, как ты.

Он сделал шаг ко мне.

— А потом знаешь, что я с ними делаю?

На мгновение внутри всё сжалось. Сердце забилось быстрее, громче, будто хотело вырваться из груди. Артём подходил всё ближе, пока я не почувствовала спиной холод перил моста. Он наклонился, и я уловила запах сигарет, морозного воздуха и чего-то ещё — едва уловимого, но почему-то успокаивающего.

Он поднял руку и медленно провёл пальцами по моей щеке, стирая след растаявшей снежинки или, может, слезы. Прикосновение было осторожным, почти нежным — совсем не таким, каким должно быть у «маньяка». Его большой палец на секунду задержался у уголка губ.

А потом он вдруг резко отступил назад.

— Расслабься, — усмехнулся он. — Я шучу.

Поднял руки, будто сдаваясь.

— Это твоё дело. Хочешь — не ходи. Тогда я могу просто составить тебе компанию тут. Пока ты не решишь пойти домой.

Я молчала, глядя на него. Внизу проезжали машины, над нами медленно падал снег, а где-то вдалеке раздавался смех и музыка — город готовился встречать Новый год.

— А почему ты не с родителями? — спросила я, глядя, как он смотрит куда-то вдаль, поверх огней города.

Артём усмехнулся — не весело, скорее по привычке.

— Моя маман, как всегда, в отъезде. Работа у неё важнее любых дат. А у бати новая семья, — он пожал плечами, будто говорил о чём-то обыденном. — Это обычное дело, я привык. В детстве все праздники отмечал с нянями. Они меня и к ёлке водили, и желания загадывать учили.

Он на секунду замолчал.

— Сейчас я уже взрослый мальчик для нянь, — добавил тише. — За свои восемнадцать лет я ни разу не встречал Новый год с родителями. Ни разу.

— Это грустно… — вырвалось у меня. — Наверное, тебе очень одиноко?