Холодный расчет, или Условие спасения

От автора

Посвящаю эту книгу нашим любимым питомцам

Рейтинг 18+ (Без постельных сцен)

Пролог

Небо сегодня было очень красивым — бледно-голубое, оно пряталось за темно-синими, тяжелыми от непролившихся дождей тучами. Бродяга в очередной раз подивился тому, какую красоту рисуют природа. Небо иногда поражало его, оно могло быть нежно-розовым, как румянец девицы, или хмурым и мрачным, как вышедший на тропу охотник.

К нему подошла Леди — его большая темно-серая волчица с удивительно умными желтыми глазами — и выразительно посмотрела на руку. Бродяга по-доброму рассмеялся, разломил лепешку пополам и поделился с верной подругой. Леди вальяжно разлеглась у его ног, тоже поглядывая на небо.

— Красиво, да? — спросил ее мужчина и почесал прорастающую щетину, медленно переходящую в бороду, затем доел лепешку, встал, поправил старую темно-синюю куртку и такой же плащ — давным-давно купил на барахолке у Весельчака — и направился по тропе прочь из Леса. Места здесь были опасные, мало кто из охотников за редкостями рисковал уходить глубоко в Проклятый лес. Раз уж даже эльфы его покинули… Зато здесь было удивительное небо, так считал Бродяга, в уме перебирая, сколько ценных вещичек успел собрать. С артефактами ему не везло в этом рейде, зато он добыл несколько сердец Гончих — повезло набрести на свежие трупы, вдвоем они бы с Леди этих монстров не одолели. Что еще? Ах, хвосты этих измененных псин, которых так не любит его подруга. Шакалы здесь были мелкие и почти неопасные, вот только охотились стаей. Пока Бродяга на одну псину арбалет взводит, на него уже трое других прыгает. Хорошо, что Леди ему всегда спину прикроет, его красавица.

— Ты лучшая, — с любовью произнес Бродяга, и идущая рядом волчица ответила ему поразительно умным взглядом. Она тоже любила своего двуногого брата.

Глава 1. Три брата и принц

1938 год от Великого Нашествия

Рестания

Когда-то давным-давно эльфы жили в Вечном Лесу, который, по слухам, обладал собственной душой и сознанием. Именно это позже сподвигло эльфов покинуть благословенную тень великих рощ и отправиться на поиски нового дома — Вечный Лес изгнал своих детей. Те отправились на север, где у подножия невысоких гор вырастили новый лес — Рассветный. Он стал домом для эльфов, приютил странников и на долгие годы стал убежищем для бессмертных. На севере возвышался величественный Северный Хребет, его предгорья устилал снег, там бушевали метели. Даже у Восточных гор гулял холодный ветер и не росла трава, однако буквально в паре миль от них начинались чащи Рассветного Леса, в которых царило вечное лето. Эльфы жили, не зная горя и страданий, однако счастье было недолгим. С недавних пор на севере стала зарождаться темная сила — некроманты, людское отродье, познавшее магию смерти, напали на Рассветный Лес. Они оскверняли души живых, подчиняли своей жестокой воле тела умерших. Явной войны не было, но эльфийский народ немало страдал от некромантов, от этой напасти. Долгие годы народ бессмертных противостоял темной магии, но они не знали, что худшее впереди — зараза проникла в их ряды, исказила их чистые души.

Около ста лет назад в Рассветном Лесу существовал такой знатный род — Меранэ. Он был весьма немногочислен — сам лорд, его супруга и трое сыновей, — однако родовит, стар, пусть и не очень богат. Глава семьи и его дорогая жена не имели серьезного веса в политической жизни королевства, не являлись сторонниками того или иного принца либо принцессы и никаким другим образом не отличились. У них было трое сыновей, на тот момент старшему, Шелиасу, исполнилось семнадцать, среднему, Фелиасу, — десять, а младшему, Телиасу, не минуло и года.

Одним приятным вечером к воротам поместья рода Меранэ подъехал отряд эльфов в одинаковых невзрачных мундирах. Это были нелюди наблюдающего за тенями — в людских королевствах сия должность называлась глава шпионов или тайной канцелярии. Эльф вошли в поместье и прервали мерзкий ритуал, который лорд Меранэ, его супруга и двое некромантов проводили в подвале. Зрелище, представшее воинам короля, ошеломляло. Сведения подтвердились — лорд Меранэ действительно помогал некромантам, этому отребью, которое годами мучило эльфийский народ. Рассветный Лес всколыхнула новость о подобном предательстве. Эльфы, весьма миролюбивый народ, на этот раз жаждали крови. Их настолько возмутило, поразило предательство одного из них, что они требовали от короля казни, готовые самолично расправиться со всем семейством Меранэ. Правитель Рассветного Леса, король Литерэль, провел расследование и судил предателя. Вина лорда Меранэ, как и его жены, была доказана, и их казнили на главной площади столицы. Некромантов, которым они помогали, убили еще в поместье, а вот с сыновьями вышла трудность. Двое были еще слишком малы и, безусловно, не знали о предательских помыслах родителей, старший же, Шелиас, был признан жертвой — именно его "любящие" родители возложили на алтарь некромантов и собирались превратить в полумертвое чудовище. Вмешательство эльфов наблюдающего за тенями спасло юному лорду Меранэ жизнь. Однако, даже учитывая все обстоятельства, король не мог не покарать род предателей. Имя их был стерто из книг, проклято народом. Король пощадил сыновей предателя, но отрек их от знатного рода, ныне не существующего, и изгнал.

Юный Шелиас отправился с братьями в Рестанию, Столицу Мира, Свободный Город. Это действительно был центр мира — географический, экономический и политический. А еще это был город, в котором принимали всех, не обращая внимания на прошлое. Именно это и было нужно Шелиасу. Но первое время ему все равно приходилось тяжело, очень тяжело. У них с братьями не было ни гроша за душой, Шелиас брался за любую работу, чтобы прокормить Фела и Тели. Он трудился без сна и отдыха, отдавая последнюю корку хлеба братьям. Это были трудные времена. Но все же они пережили это. Шелиас вступил в Инквизицию, которая занималась защитой мира от вторжения демонов, и весьма преуспел на этом поприще. Прошли года, братья выросли. Оба отучились в Академии Трех Солнц в Рестании — на этом настоял Шелиас. Фелиас после пошел в армию, много воевал в людских землях, путешествовал. Он скучал по Рассветному Лесу, детские воспоминания о котором он бережно хранил в своем сердце. У Телиаса, или Тели, проснулся магический дар, и Шелиас, занимавший в то время уже немалый пост в Инквизиции, устроил брата в обучение к эльфийскому магу Радеусу, жившему в то время в Рестании. К сожалению, ничего толкового из Тели не вышло. Несмотря на вполне развитый дар, юный эльф не мог составить ни одного заклинания. Промучившись с ним несколько десятилетий, Радеус выгнал нерадивого ученика. Шелиас попробовал найти брату других наставников, но ни одному из них не удалось сладить с непокорной магией Тели. Тот и сам не мог толком контролировать дар, хотя очень старался. Наверное, только Шелиас продолжал в него верить даже спустя столетие. Даже сам Тели опустил руки, а старший брат продолжал твердить, что у него все получится. Обязательно.

Поэтому Тели тут же отозвался на зов Шелиаса, когда тот вдруг попросил его зайти — в последние года младший брат устроился работать в чайную и снимал комнатку под крышей в том же здании, демонстрировал свою самостоятельность. Можно, конечно, было жить у Шелиаса — теперь у него имелся роскошный особняк в центре Рестании, — но Тели хотел хотя бы самому себе доказать, что он что-то в этой жизни может. А то Фел воют на юге, Шелиас правит Инквизицией, вернее, Орденом Света уже, а он, Тели? Сражаться умеет, но в магии — неудачник.

Тели вздохнул и постучался в дверь особняка брата. Шелиас был лучшим из них, он заслужил хорошую жизнь, вот только сам он считал иначе, проводя бо́льшую часть времени вне стен своего роскошного особняка. Для него важнее был Долг.

***

Почти два тысячелетия назад открылись Врата, и в мир хлынули орды демонов. Началось Великое Нашествие. Люди и нелюди, светлые и темные объединились в огромную армию, чтобы остановить исчадий Глубин, но демоны были сильнее. Они шли вперед, оставляя за собой лишь выжженную землю. Единый союз распался, остатки выживших бежали на север, а за ними по пятам шли твари Глубин во главе со своим Повелителем. Молитвы Свету и Тьме оставались без ответа, люди и нелюди потеряли всякую надежду, крах мира был близок… И тогда явились Боги. Они спасли смертных и бессмертных, уничтожили демонов, изгнали Повелителя обратно в Глубины и заперли Врата, запечатав границу мира. Они восстановили землю, вдохнули новую жизнь в мир, создали новые расы, помогли людям и нелюдям возродиться… А потом ушли. И имена и лики Богов были забыты, стерлись из памяти благодарящих их смертных. Так их теперь и звали — Забытые Боги. Им поклонялись не меньше, чем Свету и Тьме, им строили храмы и к ним обращали молитвы.

Глава 2. Лучший проводник

После изгнания эльфов Вечный Лес недолго пустовал. Магическая аура этого места привлекала охотников за приключениями, исследователей и других сомнительных личностей. Многие людские маги желали познать тайны древнего Леса. И так как эльфы больше не охраняли святилище, а Зрячие — наделенные особой силой и милостью Леса эльфы — не говорили с ним, многие заклинатели ринулись в Вечный Лес в поисках знаний (и наживы). Постепенно туда приходило все больше магов, все больше исследований проводилось. И в какой-то момент из-за беспечности людей произошло непоправимое — один из магических экспериментов закончился неудачно, и неконтролируемая волна магии вырвалась на свободу. Помноженная на силу самого Леса, она поглотила нерасторопных магов, приобрела угрожающие масштабы и пронеслась по всем чащам. Лишь на границе Леса магия внезапно остановилась. То ли сам Вечный Лес остановил разрушительную силу, то ли ее хватило лишь на его пределы, но магия так и не вырвалась в степи, которые окружали старый дом эльфов. Много лет чудовищная бесконтрольная сила, магия, бушевала в Лесу. Она изменила до неузнаваемости всех, кто находился там. Деревья и животные, люди и птицы, даже насекомые и трава — все подверглись страшному, мучительному перевоплощению. Искаженные магией, на свет появились чудовища, названия которым не имелось в мире. Неудивительно, что после случившегося Вечный Лес стал Проклятым. Магия в нем улеглась, но иногда вновь начинала бушевать. Измененные животные бросались на всех, кто пересекал границу Леса. Однако опасность не всегда служила достаточной преградой для искателей приключений. Многие охотники за редкостями отправлялись в Проклятый лес, чтобы добыть что-нибудь, что можно было продать магам и безумным коллекционерам. После произошедшего в Лесу осталось немало артефактов. К тому же вырвавшаяся на свободу магия создала из окружающих предметов новые, совершенно самобытные реликвии. Так что поживиться там было чем, вот только и опасность охотников подстерегала нешуточная. Мало кто возвращался из рейда со всеми конечностями, и уж точно совсем немногим удавалось несколько раз испытать судьбу и остаться в живых. Однако, несмотря на это, поток желающих рискнуть своей жизнью не иссякал. Проклятый лес располагался в степях, те граничили на юге с пустынью, на севере — с Лесами фейри, закрывшими свои границы, а на западе — с Ленатой и Бенрией, двумя бедными королевствами. Годами обыватели гадали, кто из этой пары поглотит более слабого соседа, а пока жители этих двух королевств жили в нищете. То же самое можно было сказать о степях, где властвовали кочевники — дикий народ, каждый день сражающийся за пропитание. В этом краю люди дрались за медяк, мечтая о лучшей жизни, и соблазн поживиться за счет сокровищ Проклятого леса толкал многих на безрассудство. А богатые маги и другие властители платили золотом за тысячи жизней охотников, из которых возвращался едва ли каждый двухсотый.

Постепенно рядом с Проклятым лесом возникло небольшое поселение, центром которого стал трактир. Он стоял века, покосившийся, грязный, но такой нужный всем. Сюда приходили покупатели и продавцы — выжившие охотники, принесшие в своих прохудившихся мешках кости измененных животных и напитанные магической силой артефакты. Заправлял всем здесь Трактирщик — его так и звали. Был он то ли оборотнем, то ли человеком с примесью крови нелюдей. Мало ли их бродит по свету? Кто-то даже поговаривал, что Трактирщик принадлежал к расе опасных ликанов, однако это считали за вздор. Так или иначе, но хозяин здешнего "корыта", как с усмешкой называли его охотники-новички, жил долго, а торговал еще дольше. И привык он ко всем странностям людским. Умел сразу определять, кто перед ним и сколько заплатит. Сколько спросить с охотника, кому пригрозить, а кого отпустить. Во всех этих делах Трактирщик разбирался получше многих. Поэтому когда к нему в трактир одним дождливым вечером зашел эльф в сером плаще, он сразу смекнул — дело стоящее! И то, что этот остроухий пытался скрыть свои таланты, а также положение в обществе, выдавало его с головой.

Трактирщик внимательно наблюдал за четкими движениями и бесшумным шагом неизвестного эльфа, гадая, что тому понадобилось. Дивные редко заглядывали в эту дыру, обычно Трактирщик имел дело с полукровками или даже квартеронами — в общем, с теми, в чьих жилах эльфийской крови было весьма мало. А тут целый чистокровный ушастый! Еще и, кажется, знатный!

Трактирщик продолжил протирать грязной тряпкой и без того грязную кружку, пока эльф наконец не закончил свое медленное шествие по залу, привлекая внимание здешних охотников и прочей неблагонадежной публики.

«Вот дурак», — подумал Трактирщик, когда неизвестный ему эльф наконец остановился напротив потертой стойки, хранящей следы боевых сражений, банальных драк и полупереваренной пищи. Всякое случалось в трактире.

Оперевшись локтем о столешницу, эльф тихо произнес:

— Я по делу.

Трактирщик тихо фыркнул: все они по делу! Но привлекать внимание к чужаку он не спешил, уверенно чуя наживу. Вместо того, чтобы сразу отказать странному эльфу, он кивнул, слушая заказчика. Вернее, пешку заказчика. И это был еще один признак того, что дело намечается крупное.

— Есть у вас хорошие проводники в Лес? — спросил эльф. Он говорил на человеческом без акцента, но его чистая речь выделялась на фоне здешнего говора, как изящная леди рядом с толпой грязных матросов.

— Есть и немало, — отозвался Трактирщик, с еще бо́льшим усердием протирая кружку.

— Мне нужны лучшие, — намекнул эльф, и меж его пальцев появился золотой. Он показал его мельком, так, чтобы не увидели сидящие за столами люди и нелюди. Трактирщик оценил разумный жест.

— Найдутся и лучшие, — произнес он и смачно сплюнул в кружку, после чего продолжил ее протирать. — Нужны охотники или именно проводники?

— Второе.

Трактирщик хмыкнул. Проводники не только ходили в рейды за добычей, но и, как логично предположить, водили группы в Проклятый лес. Находились безумцы, которые хотели "исследовать" магические изменения, да и простые охотники частенько собирались в отряды, нанимая проводников. Те знали почти все тропы в Проклятом лесу, хорошо ориентировались в постоянно меняющихся чащах, умели выживать там, где умирали все остальные. В общем, это были лучшие из лучших, которые зарабатывали именно на своих знаниях и умениях. Проводников, особенно хороших, ошивалось у Леса не так уж и много. Трактирщик мог посоветовать лишь троих, самых дельных.

Глава 3. Непомерная цена

Они столкнулись лбами у двери в одну из подвальных комнат Трактирщика — Бродяга и Рысь. Леди с интересом глянула на шипящую девицу.

Без всяких разговоров они толкнули дверь, Бродяга пропустил Рысь, и крутая лестница заскрипела под их ногами. У Трактирщика было немало мест для подобных тайных встреч, и это почти ничем не отличалось от других — небольшая комнатка в подвале, один большой стол, у стен стоят стулья. Все грязно, пыльно и непривлекательно. Зато надежно. У Трактирщика была хорошая репутация, и ему доверяли даже такие подозрительные личности, как Рысь. Относительно, конечно, поэтому рука ее покоилась на рукояти любимого ножа.

Внизу парочку проводников уже ждали. Их было семеро — и все эльфы, хотя насчет личности одного из заказчиков Бродяга был не уверен, тот надвинул на лицо капюшон. Именно он, наверное, и был главным, потому что вся остальная шестерка окружала его широкой дугой за спиной. Бродяга с интересом вглядывался в безупречно-красивые эльфийские лица. Никогда раньше он не видел чистокровных бессмертных, тем более в таком количестве. Признаться, он даже немного стушевался, потому что привык общаться с простым народом, а не с подобными существами, могущественными и далекими от простых смертных. А вот Рысь никакого трепета не испытывала — ввалившись в комнату, она тут же обосновалась на одном из стульев прямо напротив эльфа в капюшоне. Вела она себя, как обычно, нагло, хорошо еще, что не закинула ноги на стол, была у нее такая привычка. Никакого смущения и опасения она не выказывала, смотрела прямо и нагло — на незнакомца, прячущего лицо. Именно его она сразу выделила, одарив остальных беглым подозрительным взглядом. А вот Бродяге были интересны все эльфы. Поэтому скромно усевшись на соседний с Рысью стул — Леди улеглась у его ног, — он принялся рассматривать свиту заказчика.

Прямо за спиной у незнакомца, кстати, весьма низкого, хотя рост сидящего оценить сложно, стоял высокий эльф с причудливой косой — Бродяга припомнил россказни полукровок-фейри о том, что косы плетут эльфы-воины. Это соответствовало внешнему виду высокого — он был одет по-военному просто, на поясе висел меч в потертых ножнах. Бродяга так же припомнил, что именно его он видел пару дней назад, разговаривающего с Трактирщиком. Лицо, конечно, высокий эльф тогда скрывал, но одежду дивных Бродяга узнал, здесь такую не носили. Хорошая кожа, хотя светло-зеленый цвет, возможно, был подспорьем в Рассветном Лесу, но никак не посреди безжизненной степи. Да и в Проклятом лесу такая маскировка не очень поможет.

Правее от высокого расположилась пара эльфов с длинными светлыми волосами. Они были одеты чуть менее практично, чем их сородич. И пусть кожаные костюмы сидели на них неплохо и были куда лучше, чем у вечно побирающегося Бродяги, но носить подобную одежду эльфы явно не умели. Они не были воинами, и, заметив, как пристально Леди наблюдает за ними, Бродяга догадался, что парочка была магами. Неужели?

За двумя магами, также прислонившись к стене, стоял скромный эльф в простых темно-зеленых одеждах. Он понравился Бродяге куда больше, чем парочка высокомерных магов. Те смотрели на них с Рысью с явным превосходством и пренебрежением, а вот этот скромный паренек выглядел скорее усталым, чем злым. Да и глаза его смотрели на мир с добротой и пониманием. Его простая, но более практичная одежда, рождала у Бродяги некоторые догадки… Еще и сумка на поясе, а за спиной простой деревянный посох. К тому же Леди, родившаяся в Лесу и чуявшая магию, отнеслась к добряку хорошо. Кто он? Не воин, не маг… Лекарь? Разумно, но тогда дело точно серьезное.

По левую сторону от главного эльфа стояли еще двое — лучник с мрачным лицом и веселый парнишка. Они явно были родственниками, возможно, братьями — сходство было на лицо. Старший, лучник, повадками походил на высокого эльфа, только меч у него был покороче и полегче, зато лук мог вызвать зависть у любого, кто разбирался в оружие. Сам воин был, наверное, самым красивым среди сородичей: золотые (действительно словно расплавленное золото) волосы, заплетенные в сложную косу, синюшные (похожие на два сапфира) глаза, лицо — любая девица обзавидуется. В общем, красавчик, по мнению Бродяги (насколько тот разбирался в эльфийской и тем более мужской красоте), вот только сам лучник об этом либо не подозревал, либо не придавал значения. Типичный вояка, у такого от девок отбоя не будет, а он все с луком своим будет миловаться. Такие особи Бродяге тоже были известны, пусть и среди людей.

Младший брат (точно младший, судя по шаловливому выражению лица!) лучника походил на него внешне, хоть и не обладал такой безупречной красотой. Нет, он был смазлив, как и любой эльф, но умеренно. Волосы светлее, больше похожие на пшеницу, голубые глаза с хитринками и вечно растягивающиеся в улыбке губы. Мальчишка — а именно так его хотелось назвать, несмотря на явно большой возраст — смотрел на всех с неистребимым любопытством. На поясе у него висел меч, хотя Леди уделила ему некоторое внимание. Сам парень не очень-то походил на бывалого вояку (в отличие от лучника и высокого), однако и магом его Бродяга затруднялся назвать. Такой еще юный эльф, милый и совершенно безобидный. Он сразу понравился Бродяге, ему даже стало жалко этого мальчишку, не хотелось проводнику, чтобы этот эльф сложил свою голову в грязной луже в мрачной чаще Проклятого леса.

Все эти наблюдения заняли у Бродяги не так много времени, как и у эльфов — разглядывания проводников. Леди у ног друга чуть зашевелилась, когда некоторые из присутствующих переглянулись. Даже Бродяга понял, что они с Рысью не понравились эльфам. Вот только сидящую рядом с ним боевую девицу это не волновала.

— Какой заказ? — взяла ликана за хвост Рысь.

Эльфы-маги вновь переглянулись, еще более неодобрительно.

— Мне нужно отправиться в Вечный Лес и вернуться обратно, — ответил главный эльф. Голос у него был холодный и властный, даже у Бродяги, много чего повидавшего в жизни, по спине пробежали мурашки.

Глава 4. Время года

Краем глаза Бродяга заметил, как прищурилась Рысь, как чуть сжались ее пальцы. Она напомнила ему зверя, который увидел лакомую добычу и готовится к броску. Она явно разбиралась в ситуации, а вот сам Бродяга ничего не понимал. Перед ними сидел эльф с серебристыми волосами и светлыми глазами, которые напоминали два осколка льда. Он был весьма приятен на вид — то есть, как любой эльф, красивее людей и других смертных, — но что в нем было такого особенного, кроме холодности, надменности и высокомерия, Бродяга так и не понял.

Затянувшееся молчание прервала Рысь. Она полуобернулась к Бродяге и тихо (что было бесполезно в компании остроухих) пояснила:

— Это кронпринц Рассветного Леса.

Бродяга неопределенно хмыкнул, не зная, как реагировать. Безусловно, теперь ситуация изменилась. Если кто и мог оплатить столь рискованное путешествие, так это будущий король эльфов. И все же даже Бродягу проняло. Мало ему было просто важных эльфов, теперь еще и принц… Надо было просить побольше, а он откровенно побаивался этого ледяного кронпринца. Ну не привык Бродяга со столь важными господами болтать, как-то не по его это! И все же в чем-то Трактирщик и Рысь правы, это его шанс. Да и риск велик. А услуги проводников стоят недешево, тем более они идут в Сердце Леса!

— И что вам, ваше высочество, понадобилось в Проклятом лесу? — запросто поинтересовалась Рысь.

— А это вас не касается, — отрезал принц. — Сколько вы возьмете?

— Мы еще не договорились.

— Как раз этим занимаемся.

И так как Рысь не ответила, свой ледяной взор принц перевел на Бродягу.

— Тысячу золотых, — назвал цену проводник — это была совершенно невообразимая сумма по здешним меркам. Даже Трактирщик не имел десятой части от названной тысячи. Было чересчур нагло просить столько за рейд, пусть даже абсолютно безумный. Бродяга и сам удивлялся своей храбрости. Он ожидал, что принц с негодованием отметет названную цену, но их венценосный заказчик лишь коротко ответил:

— Хорошо, — и перевел взгляд своих ледяных глаз на Рысь.

Не успел Бродяга перестать удивляться реакции принца на его наглость, как он тут же убедился, что настоящей наглости только предстояло прозвучать.

— Титул леди и земли в Рассветном Лесу.

Все замерли, и ни один вздох не прервал эту звенящую тишину — последствие шока сразу нескольких существ. Бродяга даже смотреть в сторону принца опасался, чувствуя, что эта сумасшедшая женщина перешла все возможные границы. Судя по выражению лиц присутствующих, эльфы считали также. Магов аж перекосило, высокий нахмурился и сурово глянул на наглую грязнокровку, даже лекарь неодобрительно поджал губы. Мальчишка-ученик испуганно поглядывал на принца — в этом они с Бродягой были похожи — и нервно теребил край плаща. Но больше всех внимание привлек лучник. У него на его благородном дивном лике был написан такой шок, что Бродягу разобрало на смех, хотя ситуация меньше всего располагала к веселью. Но уж больно забавно перекосило этого надменного эльфа! Он отреагировал так остро! Вот по лицу принца ничего нельзя было понять (Бродяга все же глянул искоса на него), зато лучник возмутился за всю честную компанию! Он прямо кипел от негодования: еще чуть-чуть — и выскажет наглой девице, что он думает о ее вольности!

Вот только Рыси было плевать на мнение какого-то там эльфа — она не сводила взгляда с принца.

— Несоизмеримая цена, — наконец промолвил его высочество.

— Ошибаетесь, — нагло заявила Рысь, своей очередной дерзостью заставляя лучника уже побагроветь от возмущения. Бедняга.

— Рассказать, какие у вас шансы, ваше высочество? — предложила Рысь, опираясь локтями о стол и прищуриваясь. Не дожидаясь ответа, она продолжила: — Вы собираетесь в самое опасное место самого опасного места мира. В Лесу мало кто выживает. Даже из опытных охотников. Мало быть храбрым воином. Надо знать Лес. Вы наберете воду из ручья и умрете на следующее утро. Или заночуете на милой полянке и не проснетесь, потому что рядом росла Сонница. Вы и ваши воины не знают, как выживать в Лесу, не готовы к тем опасностям, которые будут подстерегать вас. Даже прожившие здесь много лет люди и нелюди умирают через раз. Вы же, без опыта, не продержитесь и суток. Вы не знаете ничего о зверях, о растениях, об измененных и о путях. Вы не знаете, какими тропами идти в какой ситуации, как предугадать Волну. Вам — как минимум — нужен опытный проводник. Вы можете нанять только Бродягу, раз он такой непритязательный, но он не проведет вас в Сердце Леса, а если ему это и удастся, то живыми и никто из вас не выберется. Вам нужны защитники, двое, не один. К тому же я чаще бывала в Сердце Леса, я знаю все тропы к нему. Если кто вас и сможет провести туда и обратно, то только я. Вы можете отказаться, вновь поговорить с Трактирщиком, но он не найдет вам более достойного проводника. Ни Бродяга, ни этот тупица Варвар не проведут вас до конца. Они знаю путь до Сердца, но были там слишком мало раз, а мне довелось даже Волну пережидать рядом с центром, я знаю, чего ожидать, с чем мы столкнемся. Но самое главное — из всех проводников и охотников я лучше всех умею выживать и помогу выжить вам, ваше высочество. Вы хотите попасть в Сердце Леса, несмотря на все опасности, мага-недоучку с вами и неудачное время года? Я вас проведу. Только я… Впрочем, я не буду против участия Бродяги, это повысить наши шансы и частично облегчит путешествие — если так можно сказать о нашей самоубийственной вылазке.

Бродяга неопределенно хмыкнул. Ему очень хотелось высказаться насчет "милости" Рыси, но он промолчал, продолжая немного робеть перед эльфийским принцем. Кто бы мог подумать, что ему, простому проводнику, доведется увидеть вживую самого Лисэна?

Несколько минут принц хранил молчание, взгляд его при этом пронизывал невозмутимую Рысь. В чем-то Бродяга был с ней согласен — если эльфы хотели осуществить свою безумную задумку, им стоило нанять проводником именно Рысь. Та действительно умела выживать и драться до смерти. Бродяга иногда даже побаивался ее, считая немного сумасшедшей. Ему казалось, что если Рыси нужно будет, она перегрызет глотку любому, потом утрется и пойдет дальше. Совершенно бесстрашная, дерзкая и безумная женщина. Как от нее еще чудища Леса не разбегаются? Или в этом секрет?