Хозяин моей жизни

Глава 1

Поздним вечером я вышла из частного клуба разочарованная. Хотела найти парня, с которым развлекалась в прошлый раз, но тщетно. Я ведь даже имени его не знаю, забыла спросить.

Спустилась по лестнице, крепко держа в руках дизайнерский клатч, набитый деньгами. Думала, куда бы отправиться. Может, Марине позвонить? Тут же набрала ей и договорилась встретиться в другом клубе.

Я села за руль своего «Мерседеса» с крутыми номерами и помчала на встречу. По пути меня подрезал какой-то козел на старенькой «BMW», преграждая дорогу. Какого хрена? Я остановила машину, включая аварийку, и вышла.

Водитель «BMW» выходить не спешил. Придурок! Ему бы в ноги мне стелиться и прощение вымаливать. Совсем берега попутал! Разозлившись, я направилась в его сторону. Постучала в окно с водительской стороны. Стекла тонированы, ни черта не видно. Какого хрена он даже из машины не выходит?!

– Ты на своем корыте меня подрезал, урод! Ездить вообще умеешь или проблемы со зрением?!

В этот момент из задней двери вышел здоровенный мужик, схватил меня в охапку и затолкал в машину.

– Ты чего творишь, ублюдок?! Отвали!

– Заткнись!

Он отвесил мне оплеуху своей тяжелой рукой так, что я потерялась. А затем надел мешок на голову. Какого хрена происходит?!

– Вы попутали чего? Хоть знаешь, кто мой отец?! На номера «Мерса» посмотри!

Тишина. Ничего не видно. Только чувствовала его руки на своих запястьях, что крепко держали меня. От волнения пульс зашкаливал.

– Приезжий, что ли? Не знаешь Славу Быка?! Я дочка его!

Тишина. Не боится? Или все намного серьезнее? Всхлипнула и дрожала всем телом, но старалась не реветь. Нельзя страх показывать.

– Отец вам все яйца поотрывает! Слышишь?! Сдохнуть, что ли, хочешь?

– Заткнись. До места доедешь и будешь договариваться.

Ехали мы очень долго. А я все думала и думала. Раз за разом прокручивала в голове все произошедшее. Какого черта вообще происходит? Розыгрыш чей-то? Или реальное похищение? У отца врагов много, но они никогда так не наглели. Что со мной сделают? Неужели везут в лес убивать? Холодок прошел по спине, паника сковала. Стало трудно дышать.

Когда машина, наконец, остановилась, меня силком вытащили из нее, но мешок не сняли. Повели куда-то. Я постоянно запиналась и по дороге потеряла обувь. Ковыляла босиком. Закусила губу, чтобы не разреветься и не поддаваться страху.

Почувствовала, что меня завели в какое-то помещение, а затем провели дальше в комнату. Когда с меня сняли мешок, я увидела молодого мужчину лет тридцати. Лощеный, в костюмчике, но взгляд ледяной, даже можно сказать, жестокий. Он медленно провел глазами по моему телу сверху вниз, словно оценивал, что ему привели.

Дверь за мной громко захлопнулась, и я вздрогнула. Осталась с каким-то непонятным парнем один на один. Не поддаваясь панике, я решила перейти в наступление. Сразу дам ему знать, с кем он имеет дело, пока не наделал глупостей.

– Ты попутал что-то, мальчик? – дерзко обратилась я к нему.

Он ошарашенно посмотрел на меня, растерявшись на секунду.

– Это ты мне сейчас? – вскинул он брови, подходя ближе.

– А ты кого-то еще здесь видишь? Если я тебе так понравилась, надо бы позвать на свидание, а не устраивать похищение как в дешевых боевиках.

Парень хмыкнул, окидывая меня презрительным взглядом.

– Шаболды меня не интересуют, – отрезал он. – Советую тебе заткнуться…

– Это ты заткнись и слушай сюда, ублюдок! – прорычала я, выходя из себя. – Ты хоть знаешь, кто мой отец?

Он замахнулся и резко ударил меня тыльной стороной ладони. Я охнула от неожиданности. Щеку тут же обожгло, и я поморщилась.

– Знаю я, кто твой отец. Именно поэтому ты здесь.

– Да он тебя в порошок сотрет, когда узнает. Если не хочешь сдохнуть в канаве…

Снова удар. Почувствовала кровь во рту и закипела от злости. Какого черта он себе позволяет?

– Ах ты мразь! – я кинулась на него как разъяренная пантера, царапнув ногтями щеку, оставляя следы.

Он зашипел и сильно ударил меня так, что я повалилась на пол.

– А ты строптивая сучка, – прорычал он. – Будет приятно выбить из тебя всю дурь.

Наверное, мне следовало заткнуться, но паника вкупе со злостью наоборот делали меня слишком болтливой.

– Только попробуй тронь меня! – все еще угрожала я, хотя внутри начинала дрожать от страха.

Он усмехнулся и сел на корточки, заглядывая мне в глаза. Я невольно сжалась, но старалась не показывать испуг.

– Трону, еще как трону. Буду по кусочкам тебя отцу присылать.

От его серьезного тона по спине прошел холодок. Ладонь мерзавца потянулась к моему лицу, и я тут же встрепенулась, кидаясь на него с новой силой.

– Убери свои поганые руки! – влепила ему звонкую пощечину.

Он оскалился и одной рукой взял меня за волосы, а другой – сомкнул пальцы на шее. В горле тут же зажгло, глаза стали слезиться. Пыталась сделать вдох, но не получалось. Судорожно старалась выбраться из его хватки, дергая ногами.

Глава 2

– Ублюдок! – не сдержавшись, я плюнула ему в лицо. Он сверкнул глазами, поджав губы, а затем схватил меня за волосы.

– Я научу тебя покорности, шваль! На коленях у меня ползать будешь! – злобно прорычал он. Его ладонь залезла мне под юбку, и я по-настоящему испугалась. Взвыла, захлебываясь слезами.

– Пожалуйста, не надо, – взмолилась я, дрожа всем телом.

– Поздно. Я предупреждал, но до тебя с первого раза не доходит.

Почувствовала его пальцы у сокровенного места, и слезы хлынули с новой силой, потому что поняла, что от угроз он перешел к действиям.

– Не надо! Нет! Помогите! Кто-нибудь! – хрипло кричала я.

– Никто не придет тебе на помощь, – холодно произнес он, глядя на меня. – И даже твой всемогущий папаша тебя не спасет!

После этих слов он разорвал на мне трусики, и я взвизгнула. Нет, только не это! Я все надеялась, что он остановится, что внимет к моим мольбам, но тщетно. Наотмашь ударила его по лицу, но он быстро меня усмирил. Снова сжал мои запястья одной рукой, так что я зашипела.

– Не дергайся!

Его пальцы резко оказались внутри меня, вызывая очередной приступ боли. Крик застрял в глотке. Все тело сковало, я словно деревянной стала, не могла пошевелиться. Да и сил не осталось. Запястья ломило от сильной хватки, в груди сдавило от паники.

– Пожалуйста, хватит, – плакала я шепча. Но в его глазах ни капли жалости, лишь ненависть и презрение. Словно бездушный демон.

От истерики дышать становилось все труднее. Но мне и не хотелось. Хотелось сдохнуть. Может, надо было дать ему себя задушить? Мысленно я падала куда-то в пропасть, все ниже и ниже. Старалась отгородиться от всего происходящего, будто это все не со мной происходит. Пыталась не обращать внимание на боль между ног; на горячее дыхание парня, временами опалявшее щеку, когда он наклонялся слишком близко; на его парфюм, что проникал в ноздри, вызывая тошноту.

– Прошу, перестань, – взмолилась я в очередной раз. – Пожалуйста! Мне больно!

Наконец он вынул пальцы и отстранился. Не разрывая зрительного контакта, стал расстегивать ремень на брюках. Сердце пропустило удар.

– Не надо, – покачала головой и пыталась отползти от него подальше. Но он схватил меня за волосы.

– Ублажи меня так, чтобы мне понравилось. Сосать ты умеешь.

Я всхлипнула, все еще не веря в происходящее. Нет! Хотела возразить, но всего лишь прохрипела что-то невнятное, задыхаясь от слез. В этот момент парень достал полувялый член из штанов и притянул мое лицо к нему. В мгновение ока он оказался у меня во рту. К горлу подступила тошнота, я начала сопротивляться.

– Соси давай, шалава, – он загнал мне его по самые гланды так, что я чуть не подавилась. – Твой поганый рот только членом затыкать.

Я замычала, слезы хлынули из глаз с новой силой. Даже не знаю, что хуже – чужие пальцы во мне или мерзкий член во рту. Возникла мимолетная мысль прикусить его, вырвать хер к чертям собачьим и оставить кастратом. Но я побоялась. Боевой запал давно иссяк, когда я поняла, что мой мучитель все равно выиграет. Сильный молодой мужчина против меня худенькой девушки. Что я могу?

– Не реви! – он слегка ударил меня по щеке.

Но успокоиться я не могла, истерика перешла в тихий вой под темп его толчков. Когда я почти задохнулась, он вынул член и ударил меня им по губам.

– Открой рот и высунь язык! – скомандовал он, но я словно в ступор впала. Не могла пошевелиться, щеки и горло болели. Я смотрела на его член невидящим взглядом. – Делай как я говорю, иначе кончу тебе в задницу!

Я подняла на него испуганный взгляд, и он снова притянул меня ближе к своему члену. Боясь исполнения угроз, я покорно сделала, как он велел, закрывая глаза от отвращения. Он стал работать рукой, иногда задевая головкой язык. Через минуту кончил мне на лицо как последней шлюхе. Сперма попала в рот и на щеки. Я промычала и поморщилась от противного вкуса. Это разозлило насильника.

– Глотай, – приказал он, отвесив мне легкую оплеуху.

Пришлось покориться. Зажмурившись, проглотила и ощутила очередной приступ тошноты. Парень отпустил меня, отшвыривая от себя словно мусор, а затем поднялся.

– Если попробуешь сбежать, я отдам тебя на растерзание своим ребятам. Советую помалкивать и делать, что я велю.

С этими словами он вышел из кабинета. Вскоре вернулся тот самый бугай, что похитил меня. Я испугалась новых издевательств, и пыталась вырваться из его жесткой хватки. Но он не лапал меня, а отвел в какую-то небольшую спальню.

По дороге я успела осмотреться. Дом небольшой, но с хорошей мебелью. Наверное, загородный. Вряд ли меня держали в частном доме рядом с соседями, кто-нибудь наверняка услышал бы мои крики и уже вызвал полицию.

Когда дверь за мной закрылась, я тут же кинулась к окну. Заперто. Да и второй этаж, прыгать высоко, можно переломать ноги и тогда нет смысла в побеге. Может, если соорудить что-то?

Я осмотрелась. На кровати была только простынь, ни подушек, ни одеяла. Шкаф пустой. Слезы снова полились из глаз. Я чувствовала себя беспомощной. В голову лезли всякие мрачные мысли. Что он со мной сделает? Он и правда меня убьет? Как долго будет мучить меня здесь? Что это за место? Кто еще есть в доме? Было чертовски страшно, хотелось рыдать и кричать, но сил уже не осталось.

Глава 3

Я проснулась от тошноты. Поспала, как мне показалось, пару часов. Ужасно пить хотелось, живот урчал. Пол-утра я лежала и смотрела в потолок, думая о своей незавидной участи, пока не пришел он.

Услышав, как поворачивается ключ в замке, я тут же повернулась к двери спиной. Пульс стократно участился, но я старалась дышать ровно. Закрыла глаза и потихонечку дрожала.

– Иди сюда, – услышала его голос, но проигнорировала. – Иди. Сюда.

Я не сдвинулась с места. Да пошел он! Ему меня не сломить, стелиться перед ним не буду! Отец наверняка уже кинулся на мои поиски. По камерам меня быстро отследят, на дорогах их миллион. А там и номера тачки пробьют, на которой меня увезли, и тогда прижмут за яйца этого ублюдка. Надо только потерпеть пару дней.

– Игнорировать меня вздумала? – холодно спросил он. – Вчерашний вечер тебя ничему не научил? Считаю до трех, если не подойдешь, то повторю урок, только в задницу.

Холодок пробежал по спине, заставляя волоски встать дыбом. Я испугалась. Но с места не сдвинулась. Он ведь все равно может меня силой взять, так к чему все это?

– Один…

Часть меня хотела встать с кровати и бежать к нему, умоляя о прощении.

– Два…

Но другая часть меня послала его к черту! Пусть эта тварь не рассчитывает, что я буду под него прогибаться. Кто он такой, мать его, чтобы так со мной обращаться? Вот найдет меня отец, я заставлю это ублюдка за каждую свою слезинку расплатиться.

– Три…

Услышала, как захлопнулась дверь комнаты, и вздрогнула. Закрыла глаза, зажмурилась. Он подошел к кровати и схватил меня за руку. Я тут же ударила его по лицу и попыталась вырваться.

– Отвали! Мразь! Не трогай меня!

Он оскалился и навалился сверху, скручивая руки.

– Глянь, какая непокорная, – прошипел он. – В папашу пошла? Ну я тебя быстро манерам-то научу!

– Мой отец найдет тебя и убьет! Тварь! Готовься сдохнуть!

Он залепил мне оплеуху так, что в ушах зазвенело, а затем достал телефон и направил камерой на меня.

– Давай-ка видео запишем для твоего папаши. Чтоб он поскорее прибежал. Как тебе идея?

Его глаза горели яростью. Больной ублюдок. Я плюнула ему в лицо, и вырвавшись одной рукой, царапнула по подбородку, оставляя следы. Он озверел, откидывая телефон на кровать. Схватил меня за волосы, привлекая к себе, и тоже плюнул в лицо.

– Нравится тебе? А?

Ответить я не успела, потому что он стремительно перевернул меня на живот и скрутил руки за спиной. Затем приподнял юбку, шлепая по голой заднице. Я зарычала и продолжила вырываться.

– Чтоб ты сдох! Мразь!

– Давай, кричи громче! Твоему папашке понравится!

Снова шлепок по ягодице, от которого я взвизгнула. А затем его пальцы стали исследовать меня между ног. Я дернулась сильнее, но вырваться никак не получалось.

– Мне нравится твоя попка.

Он притянул мои бедра к себе резким движением. Пальцы жестко впились в нежную кожу. Когда у своей задницы я почувствовала твердый член даже через ткань штанов, на глаза навернулись слезы. Я стала еще больше вырываться.

– Не дергайся! – он снова повалил меня на кровать, усаживаясь сверху.

– Отвали! Тварь! Не трогай меня!

Очередной звонкий шлепок по ягодице. Кожа уже горела. Руки болели от жесткой хватки. Но я не буду лежать смирно, пока меня насилуют. Хрен ему, а не моя задница!

– Расслабься, а то больно будет, – спокойно сказал он, массируя мои ягодицы в своих крепких ладонях. Решил, что я такая дура, добровольно сдамся в итоге? Или рассчитывал на то, что мои силы иссякли?

– Слезь с меня! Ублюдок!

В этот момент его телефон зазвонил. Он тяжело вздохнул и чертыхнулся, а затем потянулся вбок за телефоном.

– Повезло тебе, – произнес он спустя две секунды. – Но вечером я приду, и мы продолжим. Советую быть послушной девочкой. В этот раз я захвачу наручники, и у меня будет беспрепятственный доступ к твоей заднице.

По телу пробежали мурашки об одной мысли об этом. Он, наконец, отпустил меня, поднимаясь с кровати, и я почувствовала облегчение. Дрожала всем телом. Руки ныли, задница горела, но я старалась не показывать, как сильно он меня измотал. Еще одно такое сопротивление я не выдержу, сил почти не осталось.

Когда он ушел, я заметила бутылку воды на тумбе. Наверное, забыл забрать в спешке. Кинулась к ней и выпила почти всю.

Свернулась калачиком и снова разрыдалась. Молила бога, чтобы все поскорее закончилось. Чтобы отец нашел меня и вызволил из лап этого ублюдка. Но время шло, а никто меня не спасал. Солнце садилось, и я стала нервно озираться на дверь, в страхе ожидая возвращения ублюдка. Боялась, что он изнасилует меня, боялась новых издевательств и мучений.

Он вернулся после заката. Зашел в комнату, остановившись в двух метрах от меня. В руках кружка. Его жестокий взгляд заставил моментально поежиться. Я забилась в угол кровати, стараясь увеличить расстояние между нами.

Глава 4

Почувствовала, как меня бьют по щекам. Открыла глаза и увидела симпатичного парня с янтарными глазами, разглядывающего меня. В глаза бросились царапины на его щеке и подбородке. И тут до меня дошло. Я дернулась от него, словно в припадке.

– Не надо, – шептала я, стараясь отползти от него подальше. – Пожалуйста.

– Успокойся. Вставай.

Он поднялся и взял меня за руку. Встать самостоятельно у меня не получилось, поэтому он рывком поднял меня с пола и повел куда-то. Голова закружилась, я еле-еле переступала ватными ногами, пока не запнулась и чуть не упала.

– Черт, – произнес он и подхватил меня на руки.

Меня затошнило, я прикрыла глаза. Открыла их и увидела, что мы спускались по лестнице. Внезапно в голову пришла мысль, чтобы дернуться и упасть с лестницы вместе с ним. Может, он свернет себе шею. Ну, или я. Я дернулась, но сил не было, а парень держал меня крепко, так что ничего не вышло. Досадно.

Зайдя в большую кухню, он подошел к холодильнику и поставил меня на ноги. Я пошатнулась, успев ухватиться за кухонную тумбу. Мой мучитель достал из холодильника бутылку воды и протянул мне. Я удивилась такой щедрости и не поверила, что он дает мне воду. Наверняка просто дразнит. Лизать с пола я не собиралась.

– Бери, – снисходительно произнес он, вырывая меня из раздумий.

Упрямиться я не стала. Взяла бутылку, но открыть сил не хватило, настолько ослабла. Ублюдок резко выхватил ее из моих рук, открыл и протянул обратно. Я жадно впилась в нее губами, делая большие глотки. Никогда бы не подумала, что вода такая вкусная. Закашлявшись, я перевела дух и снова стала пить.

Осушив бутылку, я глубоко вздохнула, почувствовав себя немного лучше. В желудке тут же заурчало. Парень взял пустую бутылку из моих рук и отошел к мусорной корзине. На глаза мне попался сэндвич, лежавший на столешнице, и руки сами собой потянулись. Я откусила половину, почти не прожевав и проглотила. Снова откусила.

– Разве я разрешал тебе есть?! – услышала крик за спиной и подавилась.

Хлеб застрял в горле. Я пыталась его проглотить, но тщетно. Стала хрипеть и бить себя в грудь. Нагнулась. Глаза заслезились, я не могла сделать вдох.

– Твою мать! – рявкнул парень и начал бить меня ладонью по спине, но это не помогало.

Я уже была на грани потери сознания. Кусок так и не сдвинулся с места. Кислород в легких заканчивался. Вот и настал конец моим мучениям. Почти рухнула на пол, но в этот момент, он обхватил меня руками и, приподняв, начал трясти, давя на живот. Кусок хлеба вылетел из горла, и я тут же сделала судорожный вдох, закашлявшись.

– Я смотрю, ты все норовишь подохнуть раньше времени.

Я обернулась и посмотрела на него, все еще держась за горло. Янтарные глаза безразлично смотрели на меня. Но в моем сердце поселилась надежда. Если он не дал мне умереть, то может, и не собирается меня убивать? Может, он просто так меня запугивает?

– На колени, – приказал он, и я подчинилась. Сил на борьбу не было. Я покорно опустила голову вниз, чтобы не смотреть на него снизу вверх как жалкая собачонка. Но это ему не понравилось. – Называй меня хозяин.

Я фыркнула и отчего-то рассмеялась. У меня просто начался неконтролируемый истерический смех. Я подняла голову, в страхе уставившись на него, но не могла перестать смеяться. Из глаз брызнули слезы.

Мой мучитель спокойно ждал, пока я успокоюсь, сложив руки на груди. Его хладнокровию можно позавидовать, но я была рада, что он меня не ударил. Наверное, решил, что я кукухой поехала.

– Если хочешь есть, то называй меня хозяин.

– Может, еще язык высунуть и поскулить? – усмехнулась я. – Не дождешься.

– Хочешь с голоду помереть? – он вскинул брови.

– Лучше сдохнуть, – серьезно ответила я. Истерика наконец-то прекратилась.

– Как знаешь. Вставай. Пойдем.

Он потащил меня в свой кабинет и швырнул на пол. Затем достал телефон и навел на меня.

– Сейчас ты передашь привет своему отцу. Расскажи ему, что я с тобой сделал.

Он кивнул мне, давая знак приступать. А у меня ком образовался в горле. Это видео увидит отец? Да его же удар хватит, как и маму.

– Говори! – процедил мой похититель. – Или я на камеру сниму то, что сделал с тобой вчера, а потом пошлю твоему папаше.

Стиснув зубы, чтобы не заплакать, я начала говорить. Голос дрожал и звучал слабо.

– Папа, меня похитили. Я не знаю, где я. Здесь… – я подняла взгляд на ублюдка, не зная, как его называть. Я ведь даже имени его не знаю. – Человек. Он меня… Он…сказал, что убьет меня.

Я всхлипнула, слезы покатились по щекам, и я поспешила их вытереть.

– Пожалуйста, найди меня, папа! Мне страшно! Я где-то загородом, в частном доме.

– Достаточно! – повысил голос парень, прекращая съемку.

– Что со мной будет? – искренне поинтересовалась я, шмыгая носом.

– Я говорил тебе. Выбью из тебя всю дурь, избалованная ты дрянь. Нехрен папочкой своим кичиться.

– Но я ведь тебе ничего не сделала.

Глава 5

На следующий день мои мучения продолжились. Ублюдок пришел утром. Приказал приползти к нему на коленях. А потом с самодовольным лицом повертел наручниками из секс-шопа у меня перед глазами.

– Смотри, что у меня есть. Можно тебя приковать к кровати и трахать весь день в свое удовольствие.

Я ахнула, кровь отхлынула от лица. Нет, только не это!

– Не надо! Я не хочу, – завертела я головой в страхе.

– Зато я хочу. Вон, как член стоит, – он погладил свой бугор через штаны.

Мразь! И правда решил меня своей шлюхой сделать, чтобы по первому требованию ноги раздвигала.

– Ну так подрочи, – выпалила я.

– Зачем, когда у меня есть ты? – он ехидно улыбнулся, и положил ладонь мне на голову, зарываясь пальцами в волосы. – Минет сделаешь или перейдем на кровать?

– Не боишься, что в этот раз откушу? – огрызнулась я и на долю секунды задумалась над таким вариантом. Было бы приятно посмотреть, как этот ублюдок истекает кровью. Он сузил глаза, вероятно, гадая, осмелюсь ли я на такое.

– Если откусишь, я тебе палец отрежу, – спокойно произнес он, но я заметила, как немного напрягся. Наверняка за свой отросток испугался.

– Да я даже рукой готова пожертвовать, чтобы тебя кастратом оставить, – усмехнулась я, глядя на него снизу вверх.

– В рот возьмешь или нет? – он сжал мои волосы в кулак так, что голова разболелась. Надеялся, что я испугаюсь? Но у меня уже адреналин бежал по венам, стоило увидеть секундную нерешительность в его глазах. Мои мозги и чувство самосохранения снова куда-то испарились, зато дерзость и непокорность тут как тут.

– Да я лучше землю жрать буду, – процедила я сквозь зубы.

Он то ли улыбнулся, то ли оскалился. Хмыкнул и кивнул, окидывая меня взглядом. Затем разжал ладонь и отшвырнул от себя.

– Я сейчас вернусь.

Дверь за ним закрылась, а я поднялась с колен, все еще находясь в ступоре. Куда он пошел? Подергала ручку двери – не поддалась. От волнения пульс участился. Только сейчас осознала, что снова играла с огнем. Надо было делать, что он велел, и не выпендриваться. А сейчас эта неизвестность меня пугала. Может, пошел за камерой, чтобы записать видео, как насилует, а потом отцу пошлет?

Я ходила из угла в угол, нервно косясь на дверь, и грызла ноготь большого пальца. Наконец ключ в замке повернулся, и дверь открылась. На пороге оказался ублюдок. В кулаке зажато что-то черное.

– Иди сюда.

Я нервно сглотнула и подошла к нему.

– На колени.

Покорно опустилась и заметила, что в ладони у него горсть черной земли. Он разжал ее и поднес к моему лицу:

– Жри.

Я непонимающе уставилась на него. Он это серьезно? Я ведь не ела ничего дня два, а тут земля. Копыта сразу же откину.

– Чего застыла?! – рявкнул он, заставляя меня вздрогнуть. – Жри, давай! Ты же сама говорила, ну!

Ну вот и все. Легкий способ умереть. А я все голову ломала, как бы сбежать отсюда. А вот он – вариант. Нажраться земли и сдохнуть.

– Или член мой в рот бери или землю жри, – серьезно сказал он, глядя на меня жестким взглядом. – Но, чтобы тогда всю съела, поняла?

Я нервно хихикнула, снова истерика началась. Посмеялась сквозь слезы, беря кусок земли, и запихала его в рот. Слюны было мало, сухо во рту, не проглотить. Закрыла глаза, чтобы не показывать слезы. Хотелось блевать, но я кое-как проглотила немножко под пристальный взгляд холодных глаз.

Живот скрутило спазмом, начались рвотные позывы. Я прикрыла рот ладошкой, чтобы не наблевать. А то это животное меня еще блевотину вдруг есть заставит. Мусолила землю во рту, старалась жевать зачем-то. Было чертовски неприятно, но я терпела. Не буду его умолять. Хрен с ним. Лучше сдохну.

Снова рвотный позыв. Я всхлипнула, стараясь проглотить содержимое, но не смогла. Меня стошнило прямо под ноги ублюдку. Я услышала его ругань и угрозы в свой адрес, а затем в глазах потемнело. Подумала, что пришло мое время. Хотела послать его на прощание, но быстро отрубилась, падая на пол.

Я разлепила глаза и тихонько простонала. Лежала на кровати. Капельница. Какого черта? Тело слегка ломило, но больше не тошнило. Я чувствовала себя немного лучше, чем вчера. Или позавчера. Сколько я так провалялась?

Огляделась и заметила его. Сидел на стуле рядом с моей кроватью, глаза закрыты. Спит? Караулит меня? Тут же появилась мысль, что надо попробовать сбежать. Вдруг дверь не заперта? Но я побоялась, что он услышит. Наверняка услышит.

Взгляд упал на капельницу. Игла. Ей можно ранить, воткнуть в горло, например, или глаз. Я аккуратно вытащила ее из вены поморщившись. Но боли особо не чувствовала, потому что в крови уже играл адреналин. Руки слегка тряслись, но я была настроена решительно. Это мой шанс. Убью его или раню и попытаюсь сбежать. За эти два-три дня как меня привезли сюда, в доме я никого не видела и не слышала, кроме этого ублюдка.

Держа крепко иглу, я приподнялась. Матрац был мягкий, а потому никакого шума я не издавала. Привстав на колени, я потянулась к парню. Воткну иглу ему в глаз, чтобы наверняка. Главное, не промахнуться.

Глава 6

Позже он принес воду и еду. Кашу. Неужели сам приготовил? Никогда не ела каши, не люблю, но сейчас в животе заурчало, как только я учуяла запах.

Он протянул мне бутылку воды, которую я тут же с жадностью осушила. Было приятно промочить горло. Потянулась к тарелке с кашей, но он шлепнул меня по руке.

– Я разрешал тебе есть?

Снова издевается. Самый настоящий ублюдок.

– Зачем принес тогда? – возмутилась я. – Подразнить?

– Каша твоя, если скажешь то самое волшебное слово. На колени, так и быть, просить становиться не буду. В этот раз, – снисходительно произнес он.

– Может, тебе еще ноги расцеловать? – съязвила я. – Пошел на хрен! Ублюдок!

Я демонстративно скинула на пол тарелку прямо к его ногам. Он разозлился. Снова оскалился. Мое неподчинение для него как кость в горле. Но покорности он от меня не дождется. К чему все это, если я рано или поздно сдохну?

– Ах ты сучка, – прорычал он.

Он кинулся на меня, садясь сверху. Я успела залепить ему звонкую пощечину, перед тем, как он схватил меня за волосы и приблизил к своему лицу. Глаза горели яростью.

– Ты так ничему и не научилась? – прошипел он, ударяя меня ладонью по щеке.

– Пошел на хрен!

Он отстранился, пытаясь сорвать с меня халатик, похожий на больничный. Я закричала и стала вырываться, но сил не было. Если он поморит меня голодом еще пару дней, я вообще даже сопротивляться не смогу.

Его рука оказалась между моих ног. Снова накатил страх, глаза заслезились. Судорожно соображала, что бы предпринять. Не придумав ничего лучше, решила отгрызть ему нос. Но он немного дернулся, и я вцепилась в нижнюю губу. Прикусила сильно и почувствовала кровь. Ублюдок застонал и замер на секунду. Наши взгляды встретились. А затем он закрыл глаза и начал целовать меня.

Я растерялась, приоткрывая рот, чтобы возразить. Но его язык уже проник внутрь. Он терзал мои губы, ласкал языком. Жесткая хватка ослабла, ладонь забралась в мои волосы, несильно сжимая. Что происходит, черт возьми?

Пришла в себя, когда почувствовала его твердый член даже через штаны. Он собирается меня трахнуть. Только с чего-то грубость сменилась на ласки. С чего ради он меня целует? Подумал, что я его хотела? Я ведь наоборот собиралась навредить.

– Отпусти! Хватит! – наконец, возразила я. – Не надо! Пожалуйста! Я не хочу!

Он остановился и заглянул мне в глаза. Властно сжал мою грудь.

– Я разве спрашивал, чего ты хочешь? – прорычал он мне в лицо так, что я поежилась. Из глаз хлынули слезы.

– Я в туалет хочу, – пропищала я. Он ведь меня в туалет не водил со вчерашнего дня. А как попила воды, так сразу захотелось. – Сильно хочу.

Он скривил губы и недовольно покачал головой. Трахать обоссанную девчонку ему, видимо, не прельщало, так что он слез с меня и стянул с кровати. Взял за руку и повел в соседнюю комнату.

Зашел вместе со мной, но мне было плевать. Увидев унитаз, я тут же ринулась к нему. Мой надзиратель стоял и смотрел в упор, даже немного не отвернулся. Как только процесс пошел, я тут же поморщилась. Из-за того, что долго терпела, было больно. Писала я урывками, потихонечку.

– Давай быстрее, чего капаешься?!

– Больно! – всхлипнула я. – Терпела давно, воспаление наверняка заработала.

– Даю тебе десять секунд.

Вопреки своим словам, он ждал минуту. Когда закончила, я подошла к умывальнику, взглянула в зеркало и ужаснулась. Я не узнавал себя: худая, кожа бледная, огромные синяки под глазами. Косметика давно размазалась, и я походила на наркоманку или алкоголичку. Волосы спутались соломой. Я провела по ним рукой, пытаясь хоть немного расчесать. Но ничего не вышло, потому что много колтунов. На шее все еще остались следы от удушения. Дотронулась пальцами до кожи, сглотнув ком в горле. Глаза заслезились, подбородок задрожал. В кого он меня превратил?

Всхлипнула и открыла воду, чтобы он не слышал моих рыданий. Не хотела, чтобы он злорадствовал. Боковым зрением я видела, что все это время парень не сводил с меня глаз. Я помыла руки и умыла лицо. Попила немного воды из-под крана, а затем подмылась наспех. Мне бы горячий душ принять и зубы почистить, но просить не стала. Умолять не буду.

Он отвел меня в свой кабинет и снова заставил записать родителям видеопослание. Но говорить мне не хотелось. Родители и так могли видеть в каком я состоянии.

– Ничего не хочешь сказать? – выгнул брови мой мучитель.

– Я вас люблю…

Сказать больше и попрощаться с ними по-человечески, у меня духу не хватило. Слова застряли в горле. Ведь я понимала, что живой мне отсюда вряд ли выбраться. Еще пару дней и я сдохну.

Вернувшись в комнату, ублюдок заставил меня убирать кашу с пола. Тарелка пластмассовая, не разбилась. А жаль, могла бы взять осколок и перерезать ему глотку. Но парень предусмотрительный, подготовился и все продумал.

Пока он не видел, уставившись в окно, я съела немного каши, что была на дне тарелки и не выпала на пол. Зачерпывала прям пальцами, а потом облизывала и глотала, почти не жевала. Холодная и мерзкая каша, но хоть что-то.

Глава 7

Он вернулся утром. Даже непривычно рано. Меня разбудил его голос, но я не разобрала, что он сказал. Наверное, призывал к ноге. Но я лежала и не могла пошевелиться, даже открыть глаза. Силы иссякли. Я уже ходячий труп. Сколько я нормально не ела? Дня три?

– Эй! Вставай! – я никак не реагировала, поэтому он присел на кровать и слегка ударил меня по щеке несколько раз. Я даже не шелохнулась. – Спишь, что ли? Глаза открой!

Молилась, чтобы он ушел и дал мне спокойно поспать. Хотелось уснуть и никогда не проснуться.

– Твою мать, – процедил он, ощупывая мой лоб. – Я ведь тебя предупреждал. Открой глаза! Считаю до трех! Иначе отхерачу тебя ремнем по заднице! Один… Два…

Поняв, что угрозы на меня не действуют, он тяжело вздохнул. Поставил что-то на прикроватную тумбу, а затем взял меня подмышки и приподнял, усаживая у изголовья. Почувствовав его руки на своей коже, я простонала.

– Пей, – он запихал трубочку мне в рот, и я сделала глоток. Смузи. Банановый вкус. С молоком. Очень вкусно.

Я начала делать жадные глотки и чуть не подавилась. Затем разлепила глаза. К горлу подошел очередной приступ тошноты. Я дернулась, промычав и накрывая своей рукой его, держащую стакан.

– Что такое? – не понял он.

Я приложила ладонь ко рту, подавляя рвотные позывы. Мой мучитель взял бутылку воды и, открыв, протянул мне. Я сделала несколько глотков и попыталась отдышаться.

– Чего руки такие ледяные? – вдруг спросил он. – Замерзла?

– Да.

Ведь одеяло он мне не дал. Хоть и начало июня, но по ночам прохладно.

– Да, хозяин, – поправил он меня.

Ничего не ответив, я снова потянулась к вкусному молочному коктейлю, но он отвел руку.

– Хочешь есть? – выгнул он брови.

Вот и настал решающий момент. Либо подчиниться, либо сдохнуть. Как бы упряма я ни была, но почувствовав немного еды на языке, уже не могла остановиться. Живот болел три дня, вызывая жуткие спазмы так, что выть хотелось.

– Да…хозяин, – промямлила я, ненавидя себя за слабость. Слезы от обиды полились из глаз. Ублюдок тут же довольно улыбнулся и протянул мне стакан:

– Хорошая зверушка. Покорная.

Я продолжила набивать желудок. Когда закончила, поставила стакан на тумбу и увидела тарелку с яблоком, овсяным печеньем и двумя сэндвичами с ветчиной. Перевела робкий взгляд на моего мучителя. Снова просить и унижаться не хотелось.

– Ешь. Разрешаю.

Хотелось плюнуть ему в лицо, но в этот раз я сдержалась. Нужно быть послушной. Раз он не дает мне умереть, то может, все-таки отпустит? В сердце поселилась маленькая надежда.

Я жадно вгрызлась в сэндвичи, а потом и в печенье. Все это время он наблюдал за мной. Доев, я выпила бутылку воды. Принялась за сочное яблоко. Голова перестала болеть, я сразу почувствовала себя лучше. Правда, меня все еще продолжало мутить.

– В туалет хочешь? – спросил он, когда я доела.

– Да… – ублюдок не шелохнулся с места, и пришлось добавить: – Хозяин.

– Иди сюда, – он взял меня на руки и понес в соседнюю комнату.

Запах его парфюма напоминал о том злосчастном вечере и вызывал страх и тошноту. Я машинально задержала дыхание.

Сделала свои дела, но мой мучитель не спешил выходить из ванной комнаты. Взгляд холодных глаз, пристально рассматривающих меня, заставил поежиться.

– Пойдем-ка в душ, – вдруг сказал он, подходя ко мне ближе.

– Вдвоем? – оторопела я.

– Да.

Сердце тут же бешено забилось в груди. Я на автомате сделала шаг назад, вытягивая руку перед собой.

– Нет.

– Если будешь послушной зверушкой, я избавлю тебя от мучений.

– Ты и есть мое мучение, – выпалила я, начиная дрожать.

Он подошел совсем близко, руки потянулись ко мне. Нет, только не это! Я дернулась, но бежать было некуда.

– Если будешь хорошо себя вести, я мог бы…

Его ладони легли мне на талию, а меня словно в тиски сковало. Не могла пошевелиться, затаилась в страхе.

– Ты отпустишь меня? – дрожащим голосом с надеждой спросила я, но сама в это не верила.

– Не отпущу, но буду к тебе мягче. Не накажу тебя за твою вчерашнюю дерзость. И буду регулярно кормить.

– Раздвинуть ноги ради…еды?! – возмутилась я и скривила губы от отвращения. Чувствовала себя ничтожеством.

– Можешь ртом обслужить, – самодовольно усмехнулся он.

Ублюдок! Я сглотнула ком в горле, глядя в его холодные глаза. Чего он добивался? Он ведь может силой меня взять, к чему все эти игры? Благородного строит? Или просто хочет посмотреть, насколько далеко я готова зайти, насколько готова унизиться ради подаяния?

– Только если пообещаешь, что отпустишь, – взмолилась я, сдерживая слезы. – Я не хочу умирать.

Мне было чертовски страшно. Эмоции уже давно били через край, я так устала. Согласна уже на все, лишь бы отпустил. Лишь бы выжить. Лишь бы домой вернуться.

Глава 8

Проснулась от того, что во мне елозил член. Этот ублюдок пришел утром со стояком и начал трахать меня, пока я спала. Я раскрыла глаза и ужаснулась. Он прижался сзади, держал меня за грудь одной рукой и тяжело дышал на ухо.

– Отпусти! Нет! – закричала я, но бесполезно.

Кроме моих криков были слышны только его стоны и характерный звук врезающихся в меня бедер. Вырваться не получилось, а потому я лишь могла тихо всхлипывать, пока он не кончил. Господи, дай мне сил все это вытерпеть.

Он вышел из меня и развернул лицом к себе:

– Мы, по-моему, вчера обо всем договорились. Больше не хочешь быть послушной девочкой?

– Ты насилуешь, пока я сплю! Думаешь мне понравится?! – вспылила я. – Больной ублюдок!

Все-таки прилетела оплеуха. На что я плюнула ему в лицо. Он оскалился и схватил меня за горло. Я в конец осмелела и вцепилась в его щеку когтями, оставляя новые царапины.

– Чтоб ты сдох! – кряхтела я, пытаясь делать вдохи. Из глаз полились слезы.

Воздуха катастрофически не хватало. Я только открывала рот, как рыба, но вдох сделать не могла. В итоге хватка парня ослабла, он меня отпустил. Горло горело, я начала закашливаться.

– Твой поганый язык все портит. Может, мне стоит его отрезать?

Хотелось снова накричать на него, но не могла: все еще сипло дышала. Мой мучитель поднялся с кровати и, выходя из комнаты, бросил напоследок:

– За дерзость останешься без еды.

Весь день я пыталась открыть окно. У меня есть простынь и одеяло, я могла бы сделать из этого канат. Но окно словно заколочено намертво. Черт! Солнце садилось. Я уставилась на лес, окружающий дом, задумчивым взглядом. Если сбежать, то куда? У меня ведь даже обуви нет.

Плевать куда! Лишь бы подальше отсюда.

Уже четыре дня прошло, а отец меня так и не нашел. Что, если и не найдет вовсе? Что, если ублюдок будет держать меня здесь несколько месяцев, пока ему не надоест? Что, если потом он передумает отпускать меня и убьет? Лучше свалить отсюда. Была бы только возможность. По ощущениям, в доме кроме меня и ублюдка никого нет. Те парни, что привезли меня сюда, давно уехали и, кажется, не возвращались. А может, они снаружи охраняют дом?

В животе заурчало. Весь день не ела и не пила. Сил снова оставалось мало. Что, если он заморит меня голодом? Мрачных мыслей становилось все больше. Не знаю, как я еще держалась и не сошла с ума. Хотя у меня уже проявлялись бесконтрольные истерики время от времени.

Он пришел ближе к вечеру. Лишь кинул мне бутылку воды на пол и закрыл дверь. Ну и ладно, хоть член свой ублюдский в меня пихать не будет. Попила немного, чтобы в туалет сильно не захотеть.

Перед сном все же захотелось. Стучала в дверь и кричала, чтобы он открыл. Спустя минут десять он, наконец, явился. В туалет меня сводил с таким лицом, будто одолжение сделал. Мразь! Молчал все время. Я тоже молчала. Еду выпрашивать не стала, хоть в животе и урчало сильно.

Он вернулся на следующий день. Звук открывающейся двери заставил меня вздрогнуть и насторожиться. Ублюдок зашел в комнату, окидывая меня взглядом. В руках нет еды.

– Иди сюда, – приказным тоном велел он мне.

Снова разговаривает. Я глубоко вздохнула и подчинилась.

– На колени.

Стиснув зубы, сделала, что он велел. Колени уже все в синяках.

– Есть хочешь?

– Да, хозяин, – тихо ответила я, глядя в пол.

– Ну так пошли. Ползи на четвереньках.

Я подняла на него ошарашенный взгляд. Он это серьезно? Судя по суровому выражению лица – не шутил. Тварь! Мало ему моих унижений? Подавляя порывы гнева, я поползла.

Нужно быть послушной, иначе не выжить. Сдохну от голода мучительной смертью. Кому нужна моя гордыня? Гордая, но мертвая или живая, хоть и подстилка. От меня требуется-то только унижаться да ноги раздвигать. Подумаешь, многие так годами живут с мужьями-тиранами, например.

Доползла до лестницы и остановилась.

– Ползи.

Издевался, ублюдок. Как на четвереньках сползать по лестнице? Он сам-то пробовал? Подавила всхлип и начала спускаться. Колени ныли все сильнее, когда я ими ненароком стукалась.

Когда заползла в кухню, остановилась и обернулась. Мой мучитель подошел к тумбе, взял тарелку и, сев на корточки, поставил на пол прямо передо мной. Большой кусок мяса. Стейк. И ничего больше.

– Ешь.

На лице явная усмешка, но глаза серьезные, пристально наблюдали за мной. Снова смотрит, насколько я готова унижаться. Перевела взгляд на кусок мяса, и потекли слюни. В животе в сотый раз заурчало.

– Будешь или нет? – издевательски спросил он.

Слеза скатилась по щеке. Я всхлипнула, а затем нагнулась и взяла кусок в руки. Встала раком и жадно вгрызлась в него, как пес, которого не кормили неделю. Почти не жевала, так глотала. Мясо было сочное и очень вкусное.

Он наблюдал за мной все это время. Нравилось ему смотреть, как я унижаюсь? Подавлял меня своим авторитетом и силой. Прав он был: никто меня не спасет. Это дома я была любимой доченькой, которой все позволяли. Здесь же я – зверушка. Питомец. Игрушка насильника и садиста.

Глава 9

Утром мой мучитель приготовил сюрприз. Как обычно, позвал меня к ноге, приказал упасть на колени и протянул бумажный пакет.

– Что это?

– За твое послушание.

Боясь увидеть ошейник или что-то подобное, я робко сунула руку внутрь. Достала шелковую коротенькую сорочку красного цвета с кружевными вставками на груди. Какого черта?

– Переоденься. От этой больничной робы меня уже тошнит.

– А обувь где?

– Еще не заслужила.

– Ублюдок, – прошептала я одними губами, но он заметил.

Вцепился мне в волосы и прорычал в лицо:

– Вижу, слабые удары тебя ничему не учат? Все не можешь засунуть язык в задницу, да? Раздевайся! – рявкнул он, швыряя меня на пол. – Сейчас я покажу тебе ублюдка!

Я затряслась от страха, но старалась этого не показывать. Молча сняла с себя халатик, пока мой мучитель расстегивал ремень на штанах. Снова насиловать будет? Не ново.

Но он стянул ремень и начал скручивать вокруг кулака. Я тихо ахнула. Холодок пробежал по спине. Вот сейчас я конкретно испугалась. Неужели забьет меня до смерти?

– Повернись спиной. На четвереньки встань.

Хотелось молить о пощаде, но я знала, что бесполезно. Покорно подчинилась. Слезы снова хлынули из глаз. Я затряслась.

– Мне нравится твоя задница, – услышала я за спиной. – Даже как-то жалко. Я остановлюсь, когда ты меня об этом попросишь. Как я тебя учил.

Затем он меня ударил. Хлестнул ремнем по пятой точке. Я всхлипнула и завыла. Кожа сразу начала гореть. Снова удар, только уже по другой ягодице. Руки задрожали, я вся сжалась. И еще один. На этот раз по спине. Я вскрикнула и зарыдала. Хотелось сдохнуть. Может, он ударит по голове и избавит меня от мучений? Но я сама могу избавить себя от мучений. Надо только попросить его прекратить. Умолять. Но я не стала. И за этим последовал очередной удар по заднице. Чуть не рухнула на пол.

Он остановился и шумно выдохнул. Наверное, не ожидал от меня такого упрямства. Но я почти сдалась. Еще один удар меня точно доконает. Руки уже дрожали, я еле стояла на четвереньках. Все тело горело в агонии. Голова раскалывалась, тошнота вернулась. Ужасно пить хотелось. Вот бы под ледяной душ.

Ожидание нового удара, словно пытка, давило на меня. Тело оставалось в напряжении, я вся обратилась в слух. Почему он медлит? Заставляет меня дрожать от страха. Я робко повернула голову, обернувшись, и сквозь слезы увидела, как он замахнулся. В этот момент я вскрикнула и запищала:

– Не надо, пожалуйста! Хозяин, не надо! Прости меня! Прости!

Тряслась и скулила как нашкодивший пес. Саму от себя тошнило. Я поняла, что он меня окончательно сломал. Я больше не могла сопротивляться. Впредь буду покорно раздвигать ноги и целовать его в пятки, если прикажет. Буду есть с пола и подставлять задницу для его члена. Лишь бы он меня не мучил.

– Иди сюда, – он попытался поднять меня, но сил не было, ноги не держали. Тогда он взял меня на руки, обхватив за талию, и вынес из комнаты.

Мы зашли в душевую кабину, и он поставил меня на ноги. Затем включил воду. Прохладные струи касались моей пылающей кожи, успокаивая. Я закрыла глаза, пытаясь перевести дух. Все позади.

Он стоял вместе со мной прямо в одежде. Слегка вымыл меня, еле касаясь, и вышел, оставляя одну в кабине на несколько минут. Ублюдок принес мне ту новенькую сорочку, и я оделась. Спина и задница все еще жутко горели, но я старалась больше не скулить.

– Усвоила урок?

Я подняла на него забитый взгляд. По-моему, уже и так все понятно по одному моему виду.

– Да, хозяин, – ответила я и покорно опустилась на колени.

Он подошел ближе. Положил ладонь на мои влажные волосы, провел по лицу, а затем коснулся подбородка, заставляя поднять на него глаза.

– Твоя жизнь в моих руках. Так что будь послушной зверушкой. Иначе я однажды не сдержусь и пришибу тебя.

– Ты когда-нибудь отпустишь меня?

Он молчал, всматриваясь в мое лицо. Возможно, о чем-то думал.

– Если будешь хорошей девочкой, – уклончиво ответил он, и у меня закрались сомнения.

Что, если он меня никогда не отпустит? Хотя зачем я ему? Рано или поздно наиграется. Или меня найдет отец. А может, и не найдет вовсе. Прошло уже несколько дней, а меня никто не спас. Отец в полицию не пойдет, сам искать будет. Смогут ли его бандиты меня выследить?

– Пойдем. Вставай, – вырвал меня из раздумий мужской голос. Я ведь даже его настоящего имени не знаю. Ублюдок а.к.а Хозяин. Хозяин моей жизни.

Он надо мной сжалился и позволил есть стоя. Сидеть я не могла: задница ужасно болела. Я съела два банана, печенье, кашу. Все, что он предлагал.

– Мы одни в доме? – поинтересовалась я.

Стояла тишина и, казалось, снаружи тоже никого не было. Да и живи здесь кто-то еще, разве не было бы больше столовых приборов и прочего мусора? А в доме был относительный порядок.

– Я разрешал тебе задавать вопросы? – поднял он брови, сверкнув глазами. – Не надейся сбежать. Охрана снаружи. Те большие дяди, что привезли тебя сюда.

Глава 10

Каждое утро начиналось одинаково. С моего мучителя. С его мерзкой рожи. С его мерзкого голоса. С мерзких прикосновений, от которых мне блевать хотелось. Прошла уже неделя в этой клетке. Я очень скучала по дому и по свободе. С каждым днем надежда на спасение таяла на глазах. Я не понимала, почему отец не приходит вызволить меня? Неужели не может найти? Должны же быть свидетели моего похищения. Должны же быть хоть какие-то следы. Почему папа в полицию не обратился, если сам найти не может? У него ведь и там связи есть. У папы даже со всякими министрами связи. Может, ублюдок сказал ему, что я мертва?

Снова он тут. Подошел к кровати и лег со мной рядом. Провел ладонью по моей спине, еле касаясь кожи подушечками пальцев. Я вздрогнула и затаила дыхание.

– Больно?

– Больно.

– Впредь будешь меня слушаться?

– Буду.

– Тогда вставай. Пойдем.

Он, как всегда, завел меня в туалет. Я уже не стеснялась делать свои дела под его пристальный взгляд. Привыкла, наверное. После мы направились на кухню.

На обеденном столе я увидела вафли, фаршированные блины, фрукты, кашу. И даже клубнику. Никогда не было такого разнообразия. С чего бы? Я потянулась к клубнике, но парень ударил меня по руке.

– Сначала кашу немного поешь. Полезно для здоровья.

– Солнечный свет и свежий воздух полезен для здоровья, – упрекнула я его. – Когда ты меня отсюда выпустишь?

– Когда посчитаю нужным.

Я фыркнула, беря тарелочку каши. Ела снова стоя, потому что задница все еще неприятно ныла. Мимолетно окинула стол взглядом. Ни ножа, ни вилки.

– От моего отца нет новостей?

– А чего ты ждешь? – хмыкнул он, откусывая половину блина с мясом.

– Предложений, – неуверенно ответила я. – Может, он выкупить меня предлагал?

– Я не вел с ним переговоры, – довольно жестко ответил ублюдок.

– Ты сказал ему, что я мертва? Или…

– Заткнись и жри.

Глаза недобро сверкнули. Давал понять, что не желает говорить на эту тему. Слезы навернулись на глаза, но я продолжила есть. Пихала в рот ненавистную кашу. Затем банан съела и апельсин. Позже и за блинчики принялась. Хоть в его компании аппетита не было, но я понимала, что мне нужны силы. Надо есть, пока дают. А то вдруг снова разозлю его, и голодом морить будет.

– Ты сам еду готовишь? – поинтересовалась я, прислушавшись. Тишина в доме. Либо прислуга очень рано приходит, либо и вовсе нет никого.

– А кто еще? Невкусно, что ли? – вскинул он брови.

– Просто…у тебя прислуги нет?

– Думаешь, я стал бы пускать в дом посторонних людей, пока ты у меня в заложницах? – он посмотрел на меня как на дуру. – Жри давай и меньше вопросов задавай.

– Скучно просто, – пробубнила я, но заткнулась, побоявшись его гнева.

В принципе, я уже услышала нужную для себя информацию. Значит, в доме мы вдвоем. Но силы неравны. Я против него ничего не смогу. Он постоянно с меня глаз не спускает. Казалось, стоит мне только рыпнуться в его сторону, как он за секунду меня вырубит.

– Пойдем телик посмотрим, так и быть, – неожиданно сказал он, когда мы доели.

Повел меня в гостиную. Мы расположились на диване. Несмотря на мои протесты, он посадил меня к себе на колени, крепко обняв. Задница заныла сильнее. Мне такая близость к нему не понравилась, но он не отпустил. Велел сидеть тихо либо снова в комнате запрет. А она мне так осточертела уже.

Ублюдок включил фильм. Сначала все шло нормально, я даже расслабилась, вникая в сюжет, пока не начались эротические сцены. Пульс тут же подскочил, я нервно заерзала, почувствовав его ладони на своих бедрах. Дыхание участилось. Но не от возбуждения, а от волнения.

Его пальцы залезли под сорочку, игриво скользя по внутренней стороне бедра, пока не оказались у сокровенного места. Затем он стал ласкать меня там. Мурашки пробежали по коже. Я пискнула, пытаясь свести ноги, но он не позволил. Укусил меня за мочку уха, настойчиво поглаживая клитор. Тело начало пылать, дышать стало труднее.

– Не надо. Пожалуйста, – прошептала я, вцепившись в его руку ногтями.

Действие на экране сменилось: вместо постельных сцен резко началась стрельба. Я вздрогнула от неожиданности и запищала. Ублюдок рассмеялся мне на ухо и ввел в меня два пальца. Я невольно простонала. Что он делает?

Одной рукой он трахал меня пальцами, другой массировал грудь. Затем нежно поцеловал в шею. Боже. Мне становилось жарко. Тело плавилось от его ласк, я уже не могла сдерживать стоны.

Он вынул пальцы, распределяя влагу по моим складкам, ритмично ласкал клитор. Внизу живота разгоралось пламя. Задницей я уже чувствовала его твердый член и понимала, чем все закончится. Неровно дышала под натиском его умелых ласк, соски на груди набухли. Ублюдок снова вошел в меня, трахая активнее, заставляя елозить на его коленях и тихонько стонать.

– Какая ты горячая, – прошептал он мне на ухо, облизывая мочку. – Люблю таких девочек.

Он вынул пальцы и поднес к моим губам. Заставил облизать, запихивая в рот. Никогда раньше не пробовала свой секрет. Возбудилась еще сильнее. Господи, что он со мной делает? Я не хочу. Но моему телу нравились его ласки.

Глава 11

Я резко проснулась от его голоса.

– Вставай! Хозяин пришел!

Открыла глаза и увидела его, стремительно приближающегося ко мне. Без одежды. И со стояком. Холодок пробежал по спине. Я попыталась отползти, но он схватил меня за волосы и приблизил к своему члену.

– Давай, оближи его, – хрипло произнес он, водя гладкой головкой по моим губам. – Хочу утренний минетик.

Я скривила лицо от отвращения, к горлу подступила тошнота. Снова дернулась, но вырваться не получилось. Мучитель шлепнул членом по моей щеке, а затем и по губам. Его глаза буквально горели похотью.

– Открой рот, – настойчиво приказал он мне, и я подчинилась, боясь непослушания, а точнее – последствий. Ублюдок засунул в меня член и издал протяжный стон. Довольный стон. А мне блевать хотелось.

Когда он начал жестко трахать меня, слезы полились из глаз. Губы и щеки болели от его гребаного члена, вколачивающего в мой рот. Чувствовала себя мерзко. Словно жалкая проститутка, только ублажаю не за деньги, а за еду. Да сколько можно-то?!

Вцепилась ему в бедра и стала мычать и дергаться. Хотелось, чтобы он прекратил. Но ублюдок засадил мне по самые гланды так, что я чуть не задохнулась. Слюна растянулась от моего рта до его члена, который он временами вынимал, чтобы я могла сделать вдох. Горло неприятно саднило, голова разболелась от сильной хватки за волосы.

Чувствовала противный вкус его смазки на языке, от которой тошнило. Но стоило мне морщиться или жмуриться, как он шлепал меня по щеке и заставлял заглатывать глубже. После трех минут такого минета я молила бога, чтобы все поскорее закончилось. Щеки болели, челюсть затекла. Мои гортанные звуки и его стоны заполняли комнату.

– Помогай себе рукой, – он взял мою ладонь и положил на свой мерзкий член, а затем начал водить по нему вверх-вниз.

Хотелось вцепиться ему в яйца и вырвать. Хотелось откусить член, чтобы он больше никогда в меня не тыкался. Но я струсила. Боялась, что мой мучитель покалечит меня. Он меня сломал. Лишь надежда на то, что он когда-нибудь меня отпустит, грела душу.

Он мучил меня минут десять, так мне показалось. Десять минут ада. Затем кончил мне в рот и приказал глотать. Так мерзко я себя еще никогда не чувствовала. А нет, чувствовала. Каждый раз, когда он меня насиловал. Это когда-нибудь закончится?

Ублюдок довольно улыбнулся и похвалил меня. Мразь! Чтоб он сдох! Хотелось застрелиться. Казалось, моим мучениям не будет ни конца, ни края.

Он поднялся с кровати и ушел, оставляя меня в покое. Через пять минут вернулся и как ни в чем не бывало повел меня в туалет. На умывальнике я увидела новую зубную щетку и тюбик зубной пасты. Посмотрела на моего мучителя.

– Можешь пользоваться, – снисходительно произнес он, словно одолжение мне делал. А я смотрела на щетку невидящим взглядом. Сейчас это казалось мне таким неважным. Даже если почищу зубы сто раз, все равно буду чувствовать мерзкий привкус его члена. – Ну чего ты? Сама же просила.

Я перевела на него взгляд и задала давно мучивший меня вопрос:

– Когда ты меня отпустишь?

– Я же уже говорил тебе, – раздраженно ответил он. – Каждый день будешь спрашивать?

– Сколько я здесь уже?

– Дней десять.

– И когда смогу вернуться домой?

– Когда я с тобой наиграюсь. Послушные девочки быстро надоедают, ты не знала? Чем больше упрямишься, тем дольше я с тобой играю.

– Но я ведь уже все для тебя делала, – голос задрожал от чувства беспомощности и безысходности. – Ползала на коленях, лебезила, раздвигала ноги и даже больше…

Голос сорвался, и я всхлипнула. Не сдержала слез.

– Что еще тебе от меня надо? Я ведь больше не выдержу.

– О, я только начал с тобой развлекаться, – усмехнулся он. – Я тебя еще даже не во все дыры поимел.

Кровь отхлынула от лица. Тело сковал страх. Я поняла, что ему всегда будет мало. Кажется, он готов унижать и трахать меня до конца моей жизни.

Весь день я себе места не находила. Слонялась по комнате туда-сюда. Смотрела в окно.

Надо бежать.Сейчас, пока у меня еще есть силы, или я просто сдохну здесь от его руки.

То, что он сделал со мной сегодня – больно, омерзительно и ужасно. Не хочу, чтобы он снова прикасался ко мне. Не хочу терпеть новые издевательства. Надо открыть окно и вылезать отсюда. Скручу самодельную веревку из простыни и одеяла, привяжу к ножке кровати и попробую спуститься, чтобы было не так высоко прыгать со второго этажа.

Я ждала до ночи или глубокого вечера. Часов у меня не было, но уже давно потемнело. Ублюдок так и не пришел ко мне перед сном. Наверное, утреннего минета ему было достаточно.

Переоделась в платье, что он принес, чтобы не щеголять в ночной сорочке. Жаль, обуви не было. Но ждать дольше я не могла. Сейчас или никогда. Свобода или сдохнуть здесь от пыток ублюдка.

Я аккуратно разорвала простынь на лоскуты и сплела подобие каната, затем соединила с одеялом. Надеюсь, он выдержит, и хоть немного будет толк. Я привязала простынь к ножке кровати тугим узлом, а затем залезла на подоконник. Стала дергать ручку, стараясь открыть окно. Все никак не поддавалась, зараза! В итоге с силой потянула на себя, но неожиданно ручка оторвалась, и я с грохотом упала на пол. Больно ударилась локтем. Черт!