Хозяин Преисподней. Том 1

Глава 1

Быстрый полет через пустой оконный проем автобуса закончился ощутимым падением, выбившим из меня дух. Несколько секунд я просто лежала на спине, хлопала глазами и пыталась прийти в себя.

Раньше никогда не понимала, как мгновение может замирать прямо посреди стремительной бури событий. Художественный прием из фильмов, не более.

Однако вот оно, мое мгновение, ставшее бесконечно длинным. Только я и синее небо. И не было боли – хотя я знала, что она придет, – не было шума катастрофы, людской суеты. Я лежала на промерзшем асфальте и не чувствовала ничего.

Думала ли я тогда, что вот-вот начнется моя новая жизнь?

Конечно, нет, я пыталась не потерять старую.

***

Я выводила бессмысленные каракули в черновике. Взгляд расфокусировался, но рука продолжала рисовать убогие завитушки. Уже в который раз за вечер, подняв голову к монитору, я кликнула мышкой по значку на рабочем столе и снова увидела сообщение об ошибке. Наш офис, как и вся фирма, работал за счет пары основных компьютерных программ, одна из которых сегодня накрылась прямо в одиннадцать утра. И уже четыре часа мы всем офисом плевали в потолок.

Мимо меня медленно протекал типично женский диалог о том, что и где можно купить. Разговор постоянно прерывался, потому что рабочие телефоны звонили не переставая. Клиенты расстраивались, стенали и ругались, что их заказ не обработан, не выполнен или не приехал вовремя.

Мой же аппарат сломался еще месяц назад и стоял забытый, поэтому я могла спокойно заниматься… ничем.

Начальник уже переделал все возможные дела, не касающиеся работы на компьютере, и сейчас болтал с женой по телефону.

– Хорошо, что сегодня пятница! – радовались коллеги. Мне же хотелось ответить: «Нет, совсем не хорошо». Работа хоть немного отвлекала от проблем, навалившихся в последнее время.

И пусть я искренне ненавидела это место, коллектив и начальника, но происходящее дома ненавидела еще сильнее.

Сколько времени я уже на успокоительных? Кажется, почти два месяца.

Мысли о таблетках опустили градус настроения еще ниже. Я одернула себя и постаралась переключиться на что-то хорошее: вспомнила нашу с мамой предстоящую поездку – и внутри маленькой искоркой зажглось нетерпение. Ее отправили в командировку, а я напросилась за компанию. Мне безумно не хотелось оставаться дома на все выходные.

Этот шанс казался глотком свежего воздуха. Два дня только мы с мамой. Ни тебе бабушки с дедом, которые вечно орут друг на друга, ни отца, неизвестно, трезвого или нет, ни сестрицы с ее мерзким характером и подростковым бунтом, постепенно ставшим оправданием любых выходок.

Чистое блаженство!

Размышления прервала очередная трель телефона, начался новый виток общения со следующим негодующим клиентом.

– Ника, позвони программистам! – крикнул начальник, кажется, в пятый раз за день. – Спроси, когда они уже наладят там все?!

Упомянутая Вероника обреченно вздохнула, закатила глаза и быстро набрала нужный номер, а я, не собираясь снова слушать пререкания с айтишниками, погрузилась в себя.

К концу рабочего дня мое настроение слегка приподнялось с отметки «еще немного, и в петлю».

Я знала, что накручивала себя, что нужно проще относиться к жизни, будут еще миллионы разных проблем, все, навалившееся сейчас, пройдет и потом вызовет лишь смех. Я все это прекрасно знала. Но подобные мысленные тренинги совсем не помогали.

Дотянуть бы до отпуска, а там буду искать другую работу и наконец сниму квартиру. Я уже пару месяцев получала рассылки с вакансиями и объявлениями о съемном жилье, а начала откладывать на аренду и того раньше. Дома со своей семьей я больше оставаться не могла.

Вечер и ночь пролетели незаметно, и вот в шесть утра мы уже ехали на автобусе в соседнюю область. Путь занимал около пяти часов.

– Не жалеешь, что поехала со мной? Отдохнула бы лучше дома, выспалась наконец, – мягко сказала мама, рассматривая синяки под моими глазами.

Я лишь с усмешкой отмахнулась: я уже давно не могла нормально спать. Чертовы нервы.

– Нисколько. Наоборот, люблю поездки – сидишь, ничего не делаешь, наблюдаешь за пейзажами, красота!

За окном проносились силуэты деревьев, покрытые инеем, блестевшим в свете фар. В такую рань было еще темно, словно глубокой ночью.

– Ага, и куча работы в придачу! Сплошное веселье, – поддела мама.

– Да ладно тебе, у нас еще пять часов отдыха впереди, к тому же мы, может, вообще никуда не доедем, после таких снегопадов. – Я махнула рукой на сугробы.

– Типун тебе на язык! Скажешь тоже. – Мама легонько пихнула меня локтем.

– А я что, я совершенно ничего, сижу, молчу. – Картинно похлопала глазками. – Давай лучше фильм посмотрим, или хочешь подремать?

– Ты смотри, а я только одним глазком.

Мерное гудение автобуса, темнота за окном и общая усталость сморили меня прямо на середине фильма.

Я и не подозревала, каким будет мое пробуждение.

Глава 2

Как мы добирались до больницы, я помнила смутно. Кажется, маму на носилках перенесли в машину, я доковыляла и села рядом. Голова кружилась нещадно, но я мужественно держалась.

В больнице нас разделили. У меня диагностировали сотрясение мозга средней тяжести, трещину в колене, ушиб в области ключицы и, как следствие, частичную потерю чувствительности в правой руке, еще вывихи запястья и лодыжки. Остальное по мелочи: ушибы, ссадины, гематомы, пара ран от стекла, которые быстро зашили и перевязали. Вот и весь ущерб.

Дальше выяснилось, что мама пострадала едва ли не меньше, чем я! У нее помимо остановки сердца, было легкое сотрясение, ушибы внутренних органов, но без разрывов, гематомы по всему телу и два треснутых ребра. Треснутых, даже не сломанных.

Я не сомневалась, что все было гораздо хуже до появления странного седовласого незнакомца. И причитания удивленных врачей, о том, что мы родились в рубашках, это подтверждали. Они явно считали, что при описанных событиях пострадать мы могли куда сильнее. Добила пересказанная мамой фраза одного из докторов: «Странно, что при таких относительно легких травмах случилась остановка сердца».

Вроде я и понимала, что сделала, но старалась не думать об этом. Я воспитывалась в религиозных традициях, хоть и разуверилась еще ребенком. Но сейчас, когда все случилось, задумалась: раз есть такие существа, как тот мужчина, значит, возможно, есть и… бог?

А я, выходит, продала душу дьяволу?

Господи, ну что за бред?! Да как такое может быть? Я точно галлюцинации словила, вот и все!

Мое весьма трепетное отношение ко всему мистическому и загадочному сейчас вступило в нешуточный бой с рациональностью и логикой. И пока последние выигрывали.

Осмотрели нас быстро. В эту больницу привезли всех жертв аварии, и персонал занимался более тяжелыми пациентами.

Меня и маму оставили под наблюдением на несколько дней, объяснив, что затем отправят либо в больницу нашего города, либо домой с подробными предписаниями врача.

Нас поселили в трехместную палату – последняя койка все еще пустовала.

Мы немного поговорили, однако разговор быстро затих. Паника уже схлынула, моя голова нещадно кружилась, а маме было трудно дышать, и мы по обоюдному молчаливому согласию решили подремать.

Проснулась я уже на следующее утро, когда врач пришел делать обход.

Пока он осматривал мою мать, я лежала и просто наблюдала за происходящим, вставать, а уж тем более что-то делать, не было никакого желания. Я чувствовала себя так, словно меня пропустили через мясорубку, а потом слепили заново из того, что осталось.

Доктор посмеялся над тем, как я описала свое состояние, и предупредил, что во второй половине дня придут сделать перевязки.

День тянулся бесконечно медленно. Учитывая, что с сотрясением мозга нельзя делать абсолютно ничего, только и оставалось, что лежать и думать, думать и лежать.

Повязки благополучно сменили, руку осмотрел доктор и резюмировал, что чувствительность должна восстановиться сама, но если не будет видимых улучшений в течение нескольких дней, мне назначат физиотерапию и массаж.

Маму увезли на повторное УЗИ, как только палата опустела, стало совсем тоскливо, даже поговорить не с кем. Да я же тут со скуки скоро взвою!

Современное общество совсем меня разбаловало, мне уже трудно было обходиться без телефона и интернета. Но это не самое страшное, я могла бы занять себя еще кучей вещей, но ведь ничего нельзя! Ни почитать, ни послушать музыку, ни даже погулять.

Скрипнула дверь. Подумав, что привезли маму, я улыбнулась и открыла глаза. Но у входа стоял мужчина все в том же пальто и синем шарфе. Я застыла, не понимая, как себя вести.

– Здравствуй.

– Кхм, здравствуйте, – отозвалась я чуть хрипло. В горле внезапно пересохло.

Он подошел ближе и присел на стул, что стоял возле моей кровати. Я молча наблюдала за ним.

– Думал дать тебе пару дней, но потом понял, что нет смысла тянуть. Ты за это время могла такого себе напридумывать, что потом хоть стой, хоть падай. Вы, люди, когда оказываетесь в слишком странных для вашего понимания ситуациях, начинаете творить не менее странные вещи, – протянул тот задумчиво. Его глаза сверкнули, и я поняла, что даже если он не читал мои мысли, то уж точно предугадывал их ход.

– Может, для начала, объясните, кто вы? – попросила я, сохраняя спокойствие или, скорее, просто не понимая всего происходящего.

– Конечно, с моей стороны это было невежливо, – усмехнулся собеседник. – Меня знают очень многие, причем под разными именами. Я сам больше всего люблю одно, им и представляюсь. Меня зовут Люцифе́р.

На несколько секунд я зависла.

Люцифер?

Что, прям настоящий Люцифер?! Да быть такого не может!

Чтобы к какой-то там абсолютно неизвестной девушке, как я, пришел сам, мать его, дьявол. И был так добр, что откликнулся на зов о помощи. И даже помог, что немаловажно! Не сходится, господа. Совершенно ничего не сходится.

– Ой, куда тебя понесло, – заключил он и слегка качнул головой. – Да, реально натуральный Люцифер. Представляешь? И даже больше тебе скажу: действительно, тот самый. Вот так взял и помог. И чисто к твоему сведению, я не так далек от вашего мира, как ты думаешь, со мной каждый день куча людей встречается! Теперь мы можем продолжить?

Глава 3

Как бы ужасно это ни звучало, я неустанно благодарила дьявола за то, что мы с мамой поправлялись ударными темпами. Я фактически сходила с ума от скуки. К концу недели хотелось волком выть и на стену лезть.

Что удивительно, ведь спокойствия все это время тоже ждать не приходилось. Как только выдалась возможность, нам пришлось обзванивать родственников и работодателей, чтобы рассказать о произошедшем. Естественно, семья в рекордные сроки приехала в больницу.

Я была рада их приезду, и где-то в глубине души меня грело чувство, что я кому-то нужна, кто-то обо мне беспокоится.

Но не прошло и пары часов, как иллюзия родственного тепла испарилась без следа. Дедушка с отцом начали спорить об аварии, спор перешел в перепалку и взаимные оскорбления, и нам с мамой пришлось их успокаивать. Бабушка охала надо мной, и нет-нет, завуалированно упрекала маму, ведь если бы не ее работа, ничего бы не случилось, и им не пришлось бы переживать, ехать сюда, покупать лекарства. Олеся, моя младшая сестра, сидела на стуле у пустой койки и с лицом мученицы пялилась в телефон, периодически вставляя недовольные комментарии о том, как она устала, как ей не хватает матери, ведь без нее и денег карманных не дали, и завтрак был невкусный.

Практически все в моей семье тихо или открыто ненавидели друг друга, бессмысленно забывать об этом.

Как это ни прискорбно, единственный человек, к которому у меня остались сильные теплые чувства – это моя мама. Поэтому хотелось, чтобы наша большая «дружная» семья поскорее уехала домой.

За несколько дней нас успели проведать все бабушки, дедушки, дяди, тети и прочие более-менее близкие родственники. С кем-то было действительно приятно встретиться, с кем-то – не слишком.

Через неделю с выпиской и направлением в нашу районную больницу для дальнейшего наблюдения, мы приехали домой.

Уже несколько дней я ощущала небывалый душевный подъем. Все происходящее в жизни казалось каким-то диковинным сном. Абсолютно нереальным, но таким желанным. Узнать о существовании мистических сил и самого дьявола, сменить наконец опостылевшую работу! Все так странно, зыбко, но так волнительно!

Перемены во мне заметила вся семья. На вопросы я отвечала прямо, что чуть не умерла, и переосмыслила многое в своей жизни. Поэтому собираюсь сменить работу и съехать на съемную квартиру. Хочу начать новую жизнь, которую мне подарил счастливый случай. Ведь я могла погибнуть там, в покореженном автобусе.

Семья была настроена к таким переменам весьма негативно. Папа твердил, что я не справлюсь одна, не смогу себя обслуживать и содержать. Бабушка решила, будто я ухожу в загул и потом обязательно принесу ей правнука в подоле. Даже Олеся умоляла остаться, пугала переделкой моей комнаты, но быстро проболталась, что просто боится оказаться в центре родительского внимания. Дедушка обиделся и не разговаривал со мной два дня из-за пропущенного телефонного звонка. И отчего-то именно эта его обида раскрыла мне глаза на то, как сильно семья привыкла держать меня в поле зрения и контролировать.

Я, несмотря ни на что, оставалась непреклонна, и родственникам пришлось отступить. Поддержали меня только мама и моя лучшая подруга Аня.

Когда вопросы внутри семьи разрешились, я почувствовала себя гораздо спокойнее.

Совсем скоро моя жизнь круто изменится!

За следующие несколько дней я подыскала себе уютную квартирку недалеко от центра города. Район не элитный, поэтому и арендная плата не такая высокая. Было тяжеловато после травм, но в несколько этапов за пару дней, я перевезла в новое жилье все необходимые вещи, и переезд благополучно завершился.

В воскресенье, ближе к вечеру, как и обещал, позвонил Люцифер. Он сообщил, что с моим начальником уже пообщались его люди. А люди ли?

– Завтра напиши заявление, собирай вещи и уходи, – раздалось в трубке.

– Хорошо.

Мой будущий босс подробно объяснил, где находится его офис и куда нужно ехать. И даже сбросил на почту карту. Показалось, что он хочет побыстрее заставить меня работать, но зацикливаться на этом я не стала. Мало ли какие у дьявола могут быть причины.

– До встречи завтра, на твоем новом рабочем месте, – быстро проговорил Люцифер и, услышав мой ответ, тут же отключился.

В понедельник, как закончился больничный отпуск, я отправилась на работу, где под весьма удивленными и неодобрительными взглядами коллег написала заявление об увольнении и пошла подписывать обходной лист.

Начальник только доброжелательно, но суховато попрощался со мной. С коллегами мы тоже расстались быстро и без расшаркиваний. У меня в коллективе ни с кем особо близких отношений не сложилось.

И вот сейчас, на заднем сидении такси, что везло меня в другую часть города, я начала волноваться. Что меня там ждет?

Работа на самого Люцифера могла подразумевать буквально что угодно!

Я специально останавливала себя от разных фантазий, потому что знала: напридумываю невесть чего!

Такси остановилось у высокого офисного здания в одном из самых презентабельных районов города. Мысленно я порадовалась, что к моему новому жилью работа гораздо ближе, чем к дому.

Насколько я знала, организаций в здании было несколько, какая же принадлежала дьяволу? Люцифер сообщил только адрес, а не название компании.

Глава 4

Я сидела впечатленная донельзя.

М-да, а будни-то рабочие у дьявола нервные. Что ж, логично: чем ответственнее пост, тем больше нервотрепки.

– Надеюсь, ты никогда не заставишь так на себя орать. – Сказано это было спокойно, словно бы между прочим, но угрозой я прониклась. – Пока осваивайся, изучай бумаги – я на столе оставил. Если кто-то придет, отправляй всех в… – он осекся, – отправляй.

Я кивнула.

– Когда вернусь, не знаю. – С этими словами Люцифер исчез. Раз, и на том месте, где он только что стоял, осталась пустота.

Одни чудеса кругом. Я слегка ощупала себя руками, просто чтобы успокоиться, убедиться, что я здесь, во плоти, и, возможно, в здравом уме.

На краю стола лежали аккуратно сложенные папки. Если начальства нет, это не значит, что можно отлынивать. Так что, удобно расположившись в кресле, я углубилась в изучение информации. Никакого опыта секретарской работы у меня не имелось, и я надеялась, что первое время Люцифер будет ко мне снисходителен.

Отвлечься от папки заставила открывшаяся дверь в приемную. На пороге стоял долговязый, болезненного вида паренек с короткими темными волосами.

– Здравствуйте. – Я спокойно взирала на гостя, тот обвел меня удивленным взглядом.

– Мне нужно к Люциферу, – пророкотал он глубоким басом, слабо вязавшимся с его щуплой внешностью.

– Его нет на месте, когда будет неизвестно. У меня распоряжение никого на сегодня не записывать. Думаю, будет лучше, если вы придете завтра, – отрапортовала я с доброжелательной улыбкой.

Долговязый разозлился, нехорошо так оскалился и смачно сплюнул на пол. Слюна закипела и прожгла в камне дыру.

– Да сколько можно! Уже месяц хожу! Мне нужно к Люциферу, ясно?!

– Куда уж яснее. Но, повторяю, Люцифера нет, он срочно отбыл по важному делу. Когда вернется, неизвестно, поэтому и предлагаю вам прийти завтра, желательно пораньше, возможно, вы его застанете.

Долговязый обвел меня любопытным взглядом.

– Новенькая, значит. Кто такая будешь?

– Вы правы, я новый секретарь, Александра Владимировна.

– Человеческая женщина? – прозвучало донельзя удивленно. Он даже приблизился к столу на пару шагов, а я напряглась. – Да к тому же живая еще! Интересно… – С этими словами долговязый развернулся и выскользнул за дверь.

– Что это сейчас было? – спросив себя вслух, я снова углубилась в работу, а потом вспомнила про ядовитую слюну.

М-да, дырка в полу получилась небольшая, но заметная. Был бы тут ковер, я могла бы им прикрыть, а так только босса ждать – пускай разбирается. Пожав плечами, я снова вернулась к документам.

Судя по краткой исторической сводке, которую любезно предоставил мне Люцифер, сначала было известно о двух мирах, соединенных между собой тонкой гранью. Тот мир, в котором я находилась сейчас, носил имя Вери́н, другой – Ард. Ардовцы всегда появлялись в Верине, спускаясь с неба, веринцы в Ард приходили из-под земли, поэтому жители обоих миров в повседневном общении стали называть их нижним и верхним.

– Дешево и сердито, – проговорила я себе под нос и улыбнулась.

Позже появился третий – привычная мне Земля. Возможно, она всегда была рядом, но оба мира узнали о ее существовании только после прихода первой человеческой души. История умалчивает, в Верин или Ард она отправилась, но одно известно точно: это произошло, когда человек впервые осознал себя как личность, сознание, отдельное от физической оболочки, поэтому после смерти тела, его душа смогла перейти в другой мир.

Людские души стали для Верина необходимым ресурсом, ведь отдавали свою силу, и та преобразовывалась в более тонкую энергию, постепенно наполнив этот мир до краев. Теперь она используется повсеместно. Течет везде и во всем. Это сама магия, биотоки и ауры вокруг всего живого и неживого.

– Тут, оказывается, есть Сила, – снова прокомментировала я усмехнувшись.

В бумагах было совсем немного информации о Люцифере, явно в общих чертах и только для поверхностного знакомства.

Он родился и вырос наверху. Чуть больше двух тысяч лет назад сбежал от своего деспотичного отца и пробрался в Верин. Здесь в это время было очень неспокойно, что и помогло ему не только затеряться, но и впоследствии подняться так высоко.

Жизнь Верина постепенно менялась, людских душ приходило все больше. Энергия накапливалась, магия веринцев росла и требовала бо́льших энергозатрат. Именно поэтому местные жители полностью подстроили свой быт под нужды человеческих душ, чтобы получать от них максимальное количество энергии.

«Не забыть спросить у Люцифера, каким образом души делятся энергией с этим миром и что им для этого нужно», – черканула я в тетради и продолжила чтение.

Далее шла информация об Управлении Межмирового Общения, или УМО́. Если кратко, то Управление обеспечивало адекватное функционирование Верина как для людских душ, так и для его коренных обитателей. Отвечало за дипломатические связи с Ардом. Решало всевозможные проблемы, правда, периодически само их и создавало.

Возглавлял Управление, собственно, Люцифер. Ему напрямую подчинялись четыре заместителя: Астаро́т, Вельзеву́л, Асмоде́й и Бельфего́р. На полях документа рукой Люцифера было приписано: «Этих чертей почти никогда нет на месте, но если что-то срочное, а я вне зоны досягаемости, ищи одного из них».

Глава 5

Только когда я вернулась в свою съемную квартирку, смогла наконец подумать над произошедшим за день.

И чем больше размышляла, тем сильнее меня охватывал мандраж, желудок сжимался, руки подрагивали. Я не знала, куда себя деть. Казалось, за прошедшие дни я успела свыкнуться с мыслью о существовании других миров и дьявола, но свыкнуться и столкнуться – не одно и то же.

Водоворот эмоций грозил затянуть меня с головой. На смену трепету приходила радость, потом беспокойство, за ним – самобичевание, снова трепет, и так до бесконечности.

Честно говоря, я боялась того, что ждало меня завтра на работе.

Перед уходом Люц отдал мне пару рукописных листов.

– Почитай вечерком, это список отделов, чем они занимаются и на каких этажах находятся.

После ужина я принялась за чтение.

Отделов в Управлении было много, список сопровождался пометками Люцифера.

Если начиналось все для меня привычно, с кадров и айтишников, то когда пошли отделы, связанные с магией, тайнами или вакханалиями, например, пришлось знатно потрудиться, чтобы запомнить как можно больше информации.

Мое самое пристальное внимание привлек один из отделов:

«Отдел управления реальностью».

Около его названия в скобках была приписка от Люцифера: «Курирую я».

«Здесь собраны самые сильные, опытные веринцы. Наш участок – крупные проекты, требующие серьезных затрат магии и, соответственно, расчетов. ЧП и бедствия, все, что не сумели поправить другие отделы. А также, что очень важно, искривления и разрывы в ткани реальности, спонтанные ее складки. Сюда же вопросы со временем, его искажениями, петлями и т. д. Взаимодействие с миром на минимальном уровне. Здесь должен пояснить: Верин – не как Земля, хаотичный и разрозненный, он живой, у него есть что-то вроде души или сознания, высшей сущности, которая управляет всем вокруг. Он – все, что нас окружает. Если бы мы ничего не трогали, Верин мог со всем справиться сам, но в угоду получению энергии от людей, мы часто играемся с реальностью и тем самым создаем себе все эти проблемы. Просто прими как факт: у мира есть сущность, с которой можно даже пообщаться, при определенных обстоятельствах.

Такие вопросы имеют повышенный приоритет! Красный код. Если кто-то пришел с подобной проблемой, тут же отправляй ко мне, лучше перебдеть! А если они наврали, чтобы прошмыгнуть, я сам накажу».

Прямо в тексте я жирно обвела ручкой ключевые слова: «реальность», «искажения», «петли», «мир», «тут же ко мне». И на полях поставила три восклицательных знака.

На самом деле читать было очень интересно, но от обилия информации в голове все смешалось в кашу.

Ну ничего, буду подглядывать в текст на работе, чтобы окончательно усвоить.

На следующем листе Люц составил список этажей здания УМО с указанием соответствующих отделов. Пробежалась по нему трижды, чтобы лучше запомнить названия и хотя бы примерное расположение. К счастью для моей памяти, большинство отделов занимали этажи целиком.

«Подземные этажи.

-2 этаж: Научно-магический отдел;

-1 этаж: Медико-алхимический отдел;

0 этаж: Отдел сновидений;

Надземные этажи.

1 этаж: Пост охраны,

Хоз. обеспечение,

Столовая;

2 этаж: Аналитический отдел,

Кадры;

3 этаж: Связи с общественностью;

4 этаж: Отдел красоты;

5 этаж: Отдел искусства;

6 этаж: Отдел культурно-массовых мероприятий, развлечений и вакханалий;

7 этаж: Отдел управления водами и океанами;

8 этаж: IT-шники;

9 этаж: Отдел черной и белой магии;

10 этаж: Жрецы Хаоса;

11 этаж: Жрецы Огня;

12 этаж: Жрецы Животных;

13 этаж: Жрецы Природы;

14 этаж: Жрецы Тайны;

15 этаж: Управление реальностью;

16 этаж: Приемная и мой кабинет,

Кабинеты моих заместителей;

17 этаж: Комната отдыха,

Оранжерея,

Второй пост охраны».

Зачем нужна охрана на крыше, я могла только догадываться. Спрошу у Люцифера при случае.

В конце листа была приписка о том, что подробный план здания со всеми кабинетами он пришлет завтра утром мне на почту. Но пока вполне достаточно и этого.

Пройдясь еще пару раз по тексту, отложила листы.

Перед сном я позвонила матери и сообщила, что со мной все в порядке. Мы проболтали до позднего вечера. Она много расспрашивала о новой работе, я же старалась не слишком распространяться, надеясь, что мама не сочтет это пренебрежением с моей стороны, но мне повезло, и она ничего не заметила.

Уже лежа в кровати, я написала лучшей подруге, чтобы та тоже не переживала: Аня прислала сообщение, пока мы с мамой болтали, и просила рассказать впечатления от первого рабочего дня, которые она обязательно прочитает утром. Последнее время мы только и делали, что переписывались, потому что у всех свои дела, заботы, и встретиться получалось, при удачном раскладе раз в полгода.

Глава 6

– Итак, твой второй день позади. Куда хочешь отправиться? – любопытствовал Люцифер, пока я собирала вещи. – Здесь полно потрясающих мест, ты должна увидеть их все! – заявил он с нескрываемой гордостью.

– Хочу домой, – возразила я, подавив приступ волнения. Я не была готова. Еще нет…

– Домой?! Перед тобой целый новый мир, а ты хочешь домой?

Я кивнула.

Люц положил ладонь мне на лоб.

– Вроде здорова, чего ж тогда бредит? – размышлял он, бормоча себе под нос. – Может, кто проклясть успел, пока я отлучался.

Представление впечатления на меня не произвело, но моя кислая мина начальника повеселила.

– Мне страшно, ясно? Я еще не готова…

– Ничего не знаю.

С этими словами он схватил меня за запястье. Перед глазами все смазалось, как при очень резком повороте головы, желудок подскочил, и в следующий миг мы оказались в парке, около УМО́.

Небо выглядело вечерним, насколько это возможно. Свет опустился гораздо ниже и уже понемногу начал окрашиваться рыжими тонами в дополнение к желтым. Он потрясающе играл бликами на траве, деревьях и цветах, что меня окружали.

В Верине, в отличие от Земли, господствовало лето, поэтому на улице комфортно было и без куртки.

Я быстро огляделась и поняла, что в парке мы с Люцифером одни. Глубоко вдохнула. Воспользовалась моментом, отпустив на волю любопытство.

Ощупала траву, цветы и дерево неподалеку, чтобы убедиться: они действительно состояли целиком из камня. Все, чего касалась моя рука, походило на ограненные самоцветы. Полупрозрачная зелень травы искрилась изумрудным морем. Красные лепестки причудливого цветка переливались, точно рубины. Кто знает, может, это и были драгоценные камни.

– Сколько же времени потрачено на создание всего этого. Уму непостижимо… – бормотала я, мимоходом размышляя, разрешит ли Люцифер взять себе какой-нибудь цветочек или травинку.

– Ну, деревья мы высадили лет двадцать назад, – призадумался он. – Когда реконструировали здание, решили добавить к нему парковую аллею. После деревьев появились газоны. Ну а цветы, когда отцветут, заменяют другими. Вот эти красные – Ка́рвиши, жрецы Природы или их помощники совсем скоро уберут и высадят другие. Может быть, Кровавые ландыши – они хорошо сюда впишутся, как раз со дня на день начнут цвести. Хотя я бы предпочел полмесяца подождать и засадить все Ара́клиями.

Названия цветов не говорили мне ровным счетом ничего, видимо, то были сугубо местные растения. Удивило другое.

– Так это не композиция из камня? Они живые?

– Композиция? – на секунду Люц подвис, но потом тут же оправился. – Ты думала, что кто-то выточил все это из камня?

– А что я могла подумать? Тут все вокруг выглядит словно из-под руки ювелира.

– Да, прости, ты не обязана знать о таких вещах. Ты так хорошо держишься, что я даже успел позабыть, как мало времени ты в Верине.

Слова Люцифера удивили и польстили, слегка.

– Привыкай, что это не твой привычный мир. Здесь водятся такие вот кристальные растения, а еще кристальные животные. И это не мешает им быть живыми.

– Поняла.

– Неужели расстроилась? Явно ведь хотела утащить с собой что-нибудь в качестве сувенира, – подмигнул Люц.

– Хотела, конечно.

– Ты какая-то слишком честная. Так неинтересно.

– Лгать отцу лжи? Нет уж, увольте.

– Э, нет! В чем – в чем, а в этом неповинен. Не приписывай мне лишнее.

– А что вообще натолкнуло тебя на мысль, что я хочу украсть цветок? У меня был чересчур алчный взгляд?

– Не забывай, я работаю с людьми. И знаю вас очень хорошо. Как думаешь, увидев все это, много ли человек не захотят обзавестись драгоценным, по их мнению, сувениром? Даже после смерти люди остаются людьми.

– А как же «горбатого могила исправит»?

– Смерть – это всего лишь один из физиологических процессов. Если она и способна изменить характер и привычки человека, то только в очень редких случаях.

– Всего лишь физиологический процесс… – повторила я.

– Ага, ты ведь не будешь ждать, что, к примеру, роды кардинально изменят характер женщины. Вот и тут то же самое.

– Ну, ты сравнил…

– А что не так? Женщина в течение долгого времени проходит через адскую боль, чтобы вытолкнуть из себя нового человека. А многие люди долго страдают, чтобы затем умереть.

– Мне кажется, женщины кардинально меняются после родов. Большинство становятся более ответственными и меняют себя ради заботы о ребенке.

– Неверная логика. Сейчас объясню, – отозвался Люцифер, увидев на моем лице красноречивый вопрос. – Я говорил только про роды как физиологический процесс. И ничего про последующий уход за ребенком. Именно забота о своем чаде способна изменить женщину, но не процесс рождения.

Я кивнула в знак понимания.

– Пойдем, проведу экскурсию по ближайшему кварталу, а то дай тебе волю, так здесь и останешься.

Глава 7

Домой я отправилась с тяжелой от информации головой, но очень воодушевленная.

Перед сном я позвонила Люцу, и он еще раз предупредил, что ночью зайдет поставить ментальный капкан, ему для этого, естественно, не требовался ключ – только мое разрешение. Было странно засыпать с мыслью, что в моей спальне будет находиться посторонний мужчина, но защита головы от вторжения важнее. Тем более легла я в довольно закрытой пижаме, поэтому никакого особого смущения не чувствовала. Думала, не смогу уснуть, но незаметно погрузилась в сон.

Утром я встала совершенно невыспавшейся, но делать нечего, пришлось собираться на работу.

Что там Люцифер говорил о бессонных ночах без вреда для здоровья? Кажется, пора воспользоваться.

Добралась я до офиса за несколько минут, холодный воздух взбодрил, но голова оставалась тяжелой.

Выяснилось, что Кристина все же начинала работать не так рано, Люц попросил ее пару дней приходить пораньше, чтобы морально меня поддержать. Офис GG для всех открывался с девяти, так что земных посетителей ждать не стоило, а там уже Крис будет на месте.

Я расположилась в кресле, включила компьютер и придвинула к себе документы, накопившиеся за ночь. Они появлялись на углу стола постоянно в течение дня, а я для удобства очертила место их возникновения, приклеив полоски бумаги, так было проще не забыть и не кинуть туда что-то лишнее. Прошлая работа научила меня поддерживать мало-мальский порядок на столе, иначе все превращалось в бардак и вечные поиски нужных бумаг. Поэтому в каком бы состоянии я ни была к вечеру, по окончании работы раскладывала документы так, чтобы быстро разобраться в них, не оставляя беспорядок на другой день.

Было сложно сориентироваться: моего внимания требовал кабинет Люцифера, его расписание и гора бумаг. После недолгих раздумий я все же заглянула в кабинет, проверила, достаточно ли там чисто. Протерла стол и аккуратно сложила разбросанные бумаги, стараясь кардинально ничего не менять. Люц обещал быть не раньше восьми, я поставила напоминание за пять минут до этого включить кофемашину. Бумажку с тем, когда, какой и в каких количествах любит кофе мой босс, нашла еще вчера, но с приемным днем забыла про это напрочь.

Пока было немного времени, занялась бумагами. В стопке, помимо разнообразных отчетов, служебных записок и прочих внутренних документов УМО, лежали прошения на имя Люцифера от обычных граждан Верина. Такая каша мне, конечно, не понравилась, ведь гораздо проще в рамках одной организации сделать электронный документооборот. Быстро рассортировала документы на «внутренние» и «внешние» и отложила, понимая, что на их изучение нужно выделить время, а меня ожидало еще Люцево расписание. Столько всего держать в голове было очень сложно и непривычно, никогда раньше я не занималась подобной работой.

Рукописные листы с расписанием меня тоже категорически не устроили. Я посмотрела план до конца недели, поняла, что особо ничего не поняла, но одно успокоило: сегодня на первую половину дня ничего назначено не было. Что ж, проблемой меньше.

И с этой мыслью я начала переносить расписание в компьютер, подстраивая таблицы, как мне удобно, оставляя поля с комментариями и цветовые пометки. Программа, которой я воспользовалась, позволяла даже ставить уведомления, что несказанно облегчило работу.

Я так увлеклась составлением расписания, что в реальность меня вернул только сигнал телефона. Пора варить кофе для босса. Спрятавшись за открытыми дверьми шкафа и погрузившись в процесс, я не увидела, что Люцифер материализовался в приемной.

– Какой прекрасный запах, жду не дождусь эту чашку кофе! – протянул он.

Я обернулась и увидела, что Люц улыбался.

Кажется, рабочий стиль моего начальника составляли исключительно рубашки, иногда дополненные жилетом подходящего цвета.

– Да, я принесу через несколько минут. Какие-нибудь закуски?

Люцифер покачал головой и скрылся в кабинете.

Я взяла чашку и пошла за ним.

– Доброе утро, помощница. – Он лучезарно улыбнулся.

– Ты немного непоследователен. – Я подошла ближе и поставила перед ним кофе.

– Все это лишь условности. Тебе так важно, в какой момент с тобой здороваются?

Я задумалась.

– На самом деле, нет. Это не имеет значения, а вообще, мне нужно с тобой поговорить.

– Весь внимание. – Он с любопытством наклонился вперед.

– Скажи, могу ли я что-то менять здесь для собственного удобства? Нет, не в кабинете, – пояснила я, увидев удивленный взгляд. – Я про местное делопроизводство. Люц, ты директор IT-компании, стыдно при этом вести расписание в каком-то планере от руки! И эти листы у меня на столе: никакой системы, все появляется в одной куче, запросы от веринцев, служебки из отделов УМО. Ведь можно организовать все куда удобнее и эффективнее.

– Ух! Какой грозный у меня секретарь. – Люцифер смотрел, кажется, умиляясь, будто видел забавного карапуза.

Где-то внутри родилось желание зарычать, но быстро пропало, все же это было бы слишком по-детски.

– Хорошо, если тебе будет удобнее, мы можем перенести мое расписание в цифровое поле, – смилостивился он.

– А служебки и отчеты? – Я решила ковать железо, пока горячо.