Хозяйка жизни

Глава 1. Тоска

«Если сейчас плохо, то знайте, не возьмете свою жизнь в руки, она станет еще хуже» - ни много, ни мало – жизненная позиция.

«Хороший друг, когда плохо – поможет, а когда хорошо – уйдет в сторону» - сказал один умный, а второй записал.

«Если кто-то плачется в вашу жилетку - выслушайте, подбодрите, но никогда не вините. Он сам знает, что во всех бедах виноват сам» - личный опыт.

Сидя на чемоданах, я смотрела на свой новый дом. Теперь больше никаких съемных квартир, ночевок «до завтра» или «до получки», теперь я сама себе хозяйка. Свобода. И пусть дом на ладан дышит, пусть слышно, как ветер гуляет в пустых комнатах. Пусть! На него потрачу все свои сбережения, все до копейки. Вздохнув в предвкушении нового, достала из кармана тяжелую связку ключей. Какой из них от двери? Нотариус так и не сказал – просто вручил два конверта – один с ключами, второй с какими-то бумагами, которые я еще не смотрела.

Протяжным стоном отзывались ступени под ногами. По широкой веранде ветер весело гонял опавшие листья. Осень. Как символична она в моей жизни. Едва я коснулась круглой ручки, как ощутила ледяное дыхание на затылке. Что за ерунда? Быстро развернувшись, никого не увидела. Ключи согревали ладонь, и я вернулась к двустворчатым дверям, в который раз удивляясь – одиннадцать ключей, и все разные. Наугад взяла первый же – самый тяжелый, крупный и достаточно интересный из всей связки – и поднесла к замочной скважине.

Ключ легко зашел в пазу. Странно, но я почему-то считала, будет сложнее. Раздался громкий щелчок и двери отворились сами, впуская меня внутрь. Все тело охватил легкий озноб, а я все еще продолжала стоять на пороге собственного дома.

- Обалдеть! – выдохнула, шагнув вперед.

В нос ударила сырость и затхлость, и я почувствовала, как выступили слезы на глазах от запаха. Отсутствие света не дало возможности рассмотреть помещение полностью. Где там фонарик в моем телефоне?

- Однако, - ошарашено прошептала я.

Тусклый свет падал немного вперед, и я видела, как передо мной плавает пыль и паутина в воздухе. Под ногами скрипел паркет, когда я кружила по холлу. Серые чехлы на мебели, несколько торшеров, заколоченные ставни, витая лестница и дверь за ней. С виду, хрупкие перила, не поддались, когда я попыталась их раскачать, желая проверить на устойчивость. Наверное, трусость не позволила мне подняться по лестнице, и поэтому, с тяжким вздохом отошла от нее. На сегодня с меня хватит чудес. Часы показывали без четверти девять, и я, почувствовала усталость. Самое время позаботиться о спальном месте. Эдуард Карлович, нотариус, обмолвился, что из-за отсутствия электричества, тут наверняка должны быть керосинки, свечи.

- Ау! Лампы и свечи! Вы где? – вырвался неуместный смешок.

Продолжая светить телефонным фонариком, я еще раз обошла холл, и нашла более – менее приемлемую кушетку. Теперь оттащить бы ее к стене. В детдоме нам хорошо объяснили несколько важных вещей – одна из них – никогда не подставляй спину под удар. Сдергивая материю, я снова расчихалась и закашлялась. С большим трудом перетащив эту колымагу к стене и уже не обращая внимания на пыль и паутину, облепившие лицо, я плюхнулась на кушетку.

- Самое время заняться поиском керосинки или хотя бы парочки свечей, - раньше не замечала желания разговаривать сама с собой, - ну а что в этом такого?

Вспомнила про дверь, на которую наткнулась, кружа по холлу, возможно кухня? Нет, чулан. Приличный такой чуланчик, заваленный всяким хламом. И конечно, как по закону жанра, керосинки стояли на самой верхней полке. Без керосина, как выяснилось впоследствии. Нашла свечи, точнее они упали в нескольких сантиметрах от моей головы, а я при этом даже стеллаж не задела. Зато у меня была зажигалка. Собрала их обратно в коробку и непонятно кому сказав емкое «спасибо», уже проторенным путем вернулась к кушетке. Все это время не покидало ощущение, что за мной кто-то наблюдает. Неприятно, но не смертельно. Спать в лесу я не собиралась, на веранде тоже – давно прошло время, когда осенние ночи были по-летнему теплыми, и потому спокойно укладывалась. Толстые высокие свечи из белого воска образовали полукруг, от ярких огоньков стало спокойнее, а ощущение свербящего затылок взгляда пропало.

- Это все усталость, - сказала, словно оправдывая собственный страх.

Глаза закрылись сами собой, как только голова упала на импровизированную подушку.

***

- Приснится же такое! – я уставилась в потолок, пытаясь отдышаться, словно пробежала стометровку. Кошмар какой-то! Хорошо хоть не загадала – «на новом месте приснись жених невесте»! И тут же рассмеялась. Чушь какая. Пора вставать, впереди много работы.

Интересные я вчера нашла свечи, вроде прогорели всю ночь, а такое ощущение, что не уменьшились ровным счетом ни на миллиметр и задувать их пока не собиралась. Вопросы копились, а вот ответов не было. Раскрыв входную дверь, замерла. Занимался рассвет. Темнота отступала едва уловимыми тенями, исчезая на подступах нового дня. Будь во мне хоть капля романтики, я бы сказала, что день будет замечательным, или случится что-то замечательное. А так, пожав плечами, я вышла из дома, еще раз его осмотрела, прикидывая объем работ. Желудок заурчал, напоминая о себе, и протестуя против немедленных физических упражнений.

Глава 1, продолжение

***

Если утром плохо, значит вечером было ха-ра-шо. Припасенная бутылка воды привела в чувство, но настроение особо радужным не стало.

- И когда я успела залить костер? – удивилась, глядя на еще влажный черный уголь, вроде дождя ночью не было. От дальнейших размышлений меня отвлек звук подъезжающей машины. Явились, голубчики…

Присев на ступеньки дома, всматривалась в уже знакомый пикап и почти родные лица. Интересно, что они решили мне привезти на этот раз? И вот хлопнули ржавые дверцы, а парни, пыхтя и явно напрягаясь, достали из кузова пикапа три здоровых деревянных ящика. И все? И я готова проставиться, что еды там снова не было…

- Добрый день, - проявила чудеса вежливости, когда они уже собирались запрыгнуть обратно в свою калымагу. – Вы уже уезжаете?

И вновь оба вздрогнули, а я нахмурилась:

- Мне очень нужна ваша помощь, - и лицо такое сострила, невозможно страдальческое. Тут нахмурились уже они:

- А чего тебе надо-то? – сказал один из них, видимо главный самый.

- В город съездить, - махнула рукой в сторону пустых оконных рам, - стекла купить, обои присмотреть, - и по кривым усмешкам поняла: что-то здесь не так.

- Стекла, значит, с обоями, - парни переглянулись и вновь самый главный сказал: - Ну, что залезай в кузов. Так и быть, подвезем до города, - быстро переглянувшись между собой, они залезли в кабину.

- Я мигом! – пулей влетела в дом, схватила рюкзак и заперла дом. Машина уже нетерпеливо гудела, ожидая меня вместе с попутчиками…

- Меня, кстати, Алисой зовут, - прокричала, устроившись в машине и стукнув по крыше машины. – А вас?

- Богдан, - прокричал старшой, он же, кстати, и управлял этой колымагой, что тряслась и подскакивала на ухабах. Ох, не миновать мне синяков на мягком месте, не миновать…

- Мстислав, - также прокричал второй и улыбнулся мне. – Как спится на новом месте?

- Неплохо, дует только, - припомнила последние ночи и решила не рассказывать о странных делах, мало ли сочтут меня еще ненормальной…

- И все? – недоверчиво спросил Мстислав, устроившись ко мне в пол оборота под недовольный взгляд молчащего братца. – То есть даже мыши летучие не будили, совы не ухали или еще того хуже? - под конец он снизил голос до таинственно шепота.

- Слав, - протянул недовольно Богдан, а я, махнув рукой, сказала:

- То же мне, - и глядя в темные глаза младшего, сказала: - Разве детдомовцам этим напугаешь? Сразу видно, что суровых будней у вас не бывало…

- Так ты детдомовская? – удивление парня было неподдельным.

- А Эдуард Карлович не просветил? – не поверила я.

- Да нет как-то. Только и велел, что тебе помогать всеми посильными силами, - я разглядывала широкое простое лицо Славы внимательно, ища подвох. Но ни в темных глазах, ни в доброжелательной улыбке ничего не находилось. Встречный ветер ерошил его черные волосы, придавая какой-то совершенно хулиганский вид: для полной картины «плохого, но озорного парня» не хватало только расстёгнутой рубахи и сигареты в зубах. – Так ты у нас впервые? – вдруг задал он вопрос.

- Ага, - кивнула и перевела взгляд на старшего: тот все-также упрямо глядя вперед, вел машину и, судя по всему, участвовать в общем разговоре не собирался, хотя было видно, что прислушивался, то и дело хмурясь. И чем ему не угодила, спрашивается?

- Тогда погляди пока вокруг, где тебе жить придется, - подмигнув, сказал Слава.

Не возражая, отвернулась от братьев: что я, в самом деле, свое общество навязывать буду?

И уже через несколько мгновений забыла обо всем…

Иногда, в детдоме, нам устраивали киносеансы. Знаете, такие, когда собирается стайка детишек в небольшой комнатке, рассаживаются каждый на свой стул и смотрят кино из маленького телевизора с кассетником, что стояли под самым потолком. Во избежание, так сказать…

Так вот, кажется, то была Великолепная Семерка. Дикий Запад, прерии, маленькая деревушка, отчаянные парни, борющиеся за справедливость для всех и себя в том числе. И лошади, и стрельба… Помню, я тогда, вцепившись пальцами в седушку деревянного стула, сидела с открытым ртом и отчаянно переживала за семерых мужчин, особенно за самого лысого…

Вот и сейчас, подпрыгивая на жестком дне повидавшей многое машины, смотрела как клубится из-под колес пыль, как перекатываются от ветра тонкие высохшие ветки, как палит солнце, не по-осеннему согревая лицо. Синее-синее небо, невысокие деревья… А ведь, что странно: возле моего нового дома росли только здоровые ели да сосны с дубами вперемешку, а тут… Мне хотелось спрыгнуть на землю, сорвать подсохший колос, улечься на прогретую солнцем землю и смотреть на проплывающие мимо облака…

- Алиска, тебя к самому рынку подбросить? – вдруг услышала я и обернулась:

- Строительному?

- Ну тебе же нужны обои да стекла? - сверкнул улыбкой Мстислав.

- А как я все это обратно потащу? – нахмурилась потому, что в мои планы не входило отпускать их так быстро.

- Так ты там заказ сделаешь и мастера все привезут, - ответил Богдан недовольно, - и сами же все установят.

Глава 2. Это славное слово «ремонт»

«Никто никому ничего не должен» - правило жизни номер два

- Да чтоб тебя семь раз подкинуло и три раза подбросило! – в сердцах прошипела и…спокойно отложила гвоздодер. Видимо, не судьба мне сегодня взяться за окна на втором этаже: разукрашены они были в том же духе, что и нижние, но гвозди вылезать не хотели напрочь! С лестницы было видно, как по деревяшкам медленно ползут первые солнечные лучи. Ну хоть какая-то радость, а то после практически бессонной ночи – дождливая серость меня бы просто добила…

- Хозяйка! – раздалось зычное и, чего уж молчать, неожиданное, что чуть не навернулась с перил. – Ты дома-то, или уже на том свете?

Ухмыльнувшись затаенной надежде в голосе, я скатилась с лестницы, чтобы предстать перед зелеными очами Ростислава, который дернулся, едва меня увидев:

- Что с тобой?! – в каком-то ужасе прошептал он, отходя от меня.

- А что?

- Ты вся серая…

Провела рукой по лицу, ну точно, паутина, а я-то все думаю, что ж перед глазами то все такое не ясное.

- Не обращай внимания, это я на второй этаж подняться решила, - отперев дверь, вышла на веранду к стекольщику. – Привез?

- Как и обещал, - он указал на уже знакомый мне пикап. - Еще и генератор прихватил тебе, - а на мой недоуменно-подозрительный взгляд пояснил: - А как по-твоему, я буду тут работать, когда темно станет?

- Тебе помочь? – спросила, оглядывая коробки и какие-то непонятные пакеты.

- Сам справлюсь, да и не женское дело…

- А что женское тогда?! – он посмотрел на меня, удивленный резким тоном. – Кушать варить, беременной быть?

- Да чего ты… так, я ж… там тяжелое просто, ты не поднимешь…

Прикрыв глаза выдохнула, и сказала:

- Прости, ночь дурная выдалась, да еще гвозди эти… Есть будешь?

- Потом если, - уже не глядя на меня, он двинулся к пикапу и занялся своей работой.

- Ну … зови, если что, - промямлив, вернулась в дом. Похоже, дичаю.

И что мне делать?

Оглядев комнату, поняла, что самое время … поклеить обои. Уж что-что, а это я умела. Монотонная работа лучше всего успокаивала, позволяя думать обо всем сразу, и ни о чем в частности, и в памяти … услужливо всплыла прошедшая ночь. Отставив все рабочие инструменты, подошла к одному из окон. Кажется, именно из него все и видела…

Безоблачное черное небо. Точки звезд, что никогда и ни за что не увидишь в городских джунглях, блестели, подмигивали и звали. Вот, по кронам деревьев пробежал ветерок, предупреждая своих жителей о незваном госте. Встрепенулись и безмолвно взмыли вверх птицы. По земле, совсем низко, стелился туман. Странным он был: клубящимся, холодным. Но к дому не подбирался: я была уверена, что если выйду посмотреть, то увижу, что он остановился ровно там, где заканчивались деревья и начинался невысокий то ли забор, то ли каменистая насыпь из разномастных валунов. Но я не спешила покидать надежные стены – здесь моя сила и защита.

Вдруг между деревьями мелькнула тень: быстрая, едва уловимая для глаза, а вместе с ней поднялся и сильный ветер, вызвав мурашки по всему телу. А после ощутила на себе взгляд: пристальный, изучающий. Зовущий…

Вышла из дома, спустилась по скрипящим ступеням, прошла несколько шагов и замерла у самой ограды. Он не выходил из тени деревьев, но глаза … темные, кажущиеся практическими черными, не переставали следить за мной. А я… чувствовала, словно невидимые нити дергали меня за руки, за ноги, заставляя переступить защиту. Мне не было страшно, но и совершать подобную глупость не спешила…

«Так вот ты какая…» - услышала я шелест деревьев.

- Алиса! – раздался надо мной звучный окрик и, вздрогнув, скривилась от боли: алые капли от острых краев бумаги упали на дощатый пол и тут же впитались, я даже удивиться не успела. – Ты чего замерла, как неживая? – перевела взгляд на Ростислава, что стоял в паре шагов от меня.

- Ты что-то хотел? – мой голос был хриплым, а пить захотелось нестерпимо.

- Я говорю, что можешь принимать работу, - хмурясь, он внимательно следил за мной, пока до меня доходило, о чем речь…

- То есть… как? – не поняла, тупо разглядывая застекленные рамы. – Все?

- Ты хорошо себя чувствуешь? – я чувствовала, как Ростислав остановился позади меня, не близко, на расстоянии руки. И ответить на его вопрос не могла, потому что…

- Можешь на меня воды вылить? – уже выбегая из дома, спешно попросила, и едва оказавшись на воздухе, остановилась. – Ведро за углом, - прикрыв глаза, ждала.

Я не знала, что со мной. Не знала, зачем мне вода. Но меня, словно пронзило: нужна вода и только она. Холодный, практически ледяной поток обрушился сверху, врываясь в легкие вместе с первым глотком свежего воздуха, вызывая кашель и слезы…

- Ты меня пугаешь, Алиса, - едва я отсмеялась и открыла глаза, увидела стекольщика, замершего на крыльце и отгородившегося от меня ведром, будто оружием.

- Спасибо, - искренне поблагодарила и повернулась, чтобы оглядеть периметр чистой земли перед домом. – Ростислав, а скажи мне, был ли здесь когда-нибудь забор?

Глава 2, продолжение

***

Время до вечерних сумерек пролетело быстро. Оставив комнату, которая все больше походила на жилую, я пошла исследовать царство каждой женщины: кухню. Волшебное слово, если уметь готовить, конечно же. Я не могла похвастаться кулинарными изысками, но … простой омлет всегда получался на ура. До сего момента меня спасали припасенные запасы на перекусы, не требующие готовки, только вот мой организм уже требовал нормальной еды.

Кухня была хороша: большая и светлая. По одну сторону шли шкафы, в центре большой стол, похожий на монолитный кирпич, по другую – окна от пола до потолка, если здесь поставить круглый столик, можно завтракать, глядя на лес. Красота. Только вот от пыли надо все отмыть и паутины.

Скатала между пальцами пылинки в катышки и отряхнула об рубаху, и отвлеклась на дверь, что сливалась цветом со стеной. А там что?

- Как интересно, - протянула едва разглядев, что ступеньки уходят вниз. В непроглядную черную мглу. То есть мне и сюда залезть надо, да? – Серьезно, значит… Ну ладно.

Вернулась в комнату, взяла горящую свечу в одну руку, гвоздодер в другую и:

- Ну, прячься, я иду…

Ступила на первую ступень, затем вторую и дальше, ниже. Очень странно наблюдать, как темнота, словно черное покрывало окутывает тебя, а дрожащее пламя свечи – не спешит осветить дорогу…

- Мать, мать, мать, - только и хватило, что выдохнуть. Едва нога нащупала пол, стало значительно светлее и значительно холоднее. Под ногами у меня был не пол, а хорошо промерзший слой земли. Это, что холодильник в полевых условиях?

Стены были покрыты корочкой льда, пол был устлан тем же льдом, что щипался при прикосновении, но вместе с тем, я увидела и темным дорожки, что пересекали погреб и делили его на сектора. По углам стояли пустые ящики…

В кухню я возвращалась озадаченно-задумчивой. Ощущение было такое, словно … ну не знаю, дом и не пустовал толком. Нет того, запустения, который характерен для давно заброшенного здания. Я могла поклясться, что в первый день моего приезда, дом был старой развалиной, а теперь…

- Эй! – позвала, остановившись в центре кухни. – А что происходит-то?

Даже постояла, подождала, может быть ответят, но… Скушайте с маслом, как говориться. Но холодильный погреб решила-таки опробовать: перетащила купленные продукты и сложила в уголок, посмотрим, что с ними за сутки станет.

- Алиса, ты дома? – услышала крик с улицы, и вышла в гостиную, чтобы увидеть мелькающую под окнами голову Ростислава.

- Слав, - крикнула, - дверь открыта, заходи.

- Ты чего тут творишь? – глядя на моё перетаскивание, спросил вошедший парень.

- Я тут погреб нашла, - выдохнув, решила уточнить: - Слушай, а дядя Сеня был нормальным?

- В смысле? – осторожно спросил стекольщик.

- Ну, там, может он с духами говорил, людей убивал, а потом кушал? – с каждым моим словом глаза парня становились все больше. – Ясно, можешь не отвечать, - махнув рукой, подхватила куртку, перчатки и сказала, глядя на бледного Ростислава: - Пошли?

- Я тебе поражаюсь, - сказал он, когда мы уже вырулили на ухабистую дорогу. – Сеня был странным, но нормальным мужиком. Он никого не смог бы обидеть, а я от тебя за несколько дней столько диких предположений услышал… Волосы дыбом становятся.

Усмехнувшись, повязала платок на голову, чтобы волосы не мешались, и ответила:

- Ну, а как я должна реагировать на ваш странный город, на дом на отшибе, что стоит посреди леса без газа, света, с разобранным каменным забором? А при этом, мне еще говорят, что родственник мой травками лечил. А уж, как ваши местные на всякие шорохи реагируют… а гвозди в окнах? Сдается мне, Ростик, не все так просто, - я весело улыбнулась угрюмому парню, - вон и ты, смотри, как побледнел и ведь не скажешь мне ничего.

И вот высказалась, и стало как-то сразу легче. Как груз свалила. Или переложила на другие плечи. Ничего, я не жадная, люблю делиться.

- А … кто шугался? – вдруг спросил Ростислав, круто выворачивая руль, и мы съехали на проселочную дорогу.

- Да есть тут, и неважно уже, - отмахнулась, глядя в окно. Полная луна поднялась над деревьями, чернильное небо усеяно яркими точками … красота!

- Приехали, - в подтверждение его слов, пикап угукнул и остановился. – Дальше только пешком.

- Далеко? – решила уточнить, все-таки камни это … не пушинка. Не натаскаешься.

- Нет, - Ростислав достал лопату, перчатки и тканевые мешки.

- А …это что? – и осторожненько так, в сторонку, мало ли.

- Ты руками предлагаешь откопать и сюда тащить? – недоуменно спросил стекольщик.

Ну да. Ну да.

Сплошная романтика у тебя, Алиса, по жизни. Вот и сейчас: ночь, звезды, лопата, мешки и … камни в перспективе.

- Пошли что ль, - махнула рукой, пропуская стекольщика вперед.

Стрекот цикад в опустившихся ночных сумерках оглушал, но совсем не мешал любоваться дикой природой, вдыхать пряный запах трав после солнечного дня. Мы шли по неровной, едва видимой тропинке, пробирались через огромные валуны. В общем, путь был тернист, но не долог.

Глава 2, продолжение

***

Пробуждение получилось резким и не радостным.

Под ложечкой засосало от ощущения грядущих неприятностей, и вот вопрос: с какой стороны их ждать? Растерев лицо ладошками, поднялась и пошла на кухню, прихватив из рюкзака очередной сухой паек. Сегодня я приведу кухню в порядок!

- Или хотя бы постараюсь, - пробормотала, не радостно оглядев пыльно-паутинное пространство. – Начну-ка я с холодильника…

Погреб порадовал: продукты не только сохранили свежесть, даже ледяной корочкой затянулись. Значит можно, что посущественнее сюда притащить. Отлично, с этим разобрались.

Вооружилась тряпками, ведрами, сходила за водой. Повязала любимую бандану с веселыми черепушками и натянула промышленные перчатки:

- Начнем-с!

Потолок, стены, шкафы, монолитный кирпичик в центре, окна и, наконец, пол… Всю найденную посуду сгрузила в огромный таз – на потом…

- Хозяйка! – я отвлеклась от собирания грязи с пола. – Алиска, ты где?

- На кухне! – гаркнула в ответ. – Только в обуви сюда не заходи! Я все помыла!

Ростислав, а это был именно он, уже собирался сделать шаг и замер. Видимо, взглядом моим проникся.

- Я тут оставшиеся стекла на первый этаж привез, – он удивленно разглядывал сверкавшую чистой бирюзой кухню, - ставлю?

- Ставь, - милостиво разрешила, – нравится?

- Я ее такой чистой вообще не помню.

- Слушай, а где здесь плита? – вопрос стоял ребром: я любила поесть вкусно и домашнее, а тут…

- Так вот же, - он рукой указал на монолитный кирпич. - Сеня на нем на что-то нажимал и часть его накалялась, там-то он и варил все свои зелья…

- А чем он питался?

- Ему городские готовили и в благодарность приносили.

- Понятно, - протянула. – Ты как стекла вставишь, сюда приходи, будем пробовать ее … запустить.

Ну вот почему, почему не сделать простую нормальную газовую плиту? Я даже на электрическую согласна, а тут… Махнув рукой подошла к окну: тут точно будет стоять круглый белый столик и такие же стулья, и еще нужно купить красивую ажурную занавесь. Кухня была конфеткой, я ожидала, что уйдет много времени, но думала, она будет разбитой, а тут кафель сверкает, словно новый.

- Снова здорова? – спросила у дома, но ответом была тишина. Обои я ему еще не простила, но вот за кухню, готова была пойти на мировую.

Ростислав подтянулся довольно быстро:

- Все, первый этаж застеклен…

- Обувь снял? – вопросила сурово.

Парень показательно стянул ботинки и прошел сразу к, так сказать, плите.

- На что же он тут нажимал, - мягко оглаживая каменюку длинными пальцами, парень приседал, обходил, нажимал на поверхность.

- А мы не взлетим?

- Отойди, а…

- Что значит «отойди», я должна научиться ею пользоваться!

- Вот запущу, там и научишься!

Нет, я, конечно, отошла, но за всеми манипуляциями следила очень зорко. И в какой-то момент, когда он ощупывал один из боков, кирпич вдруг завибрировал!

- Что ты сделал?! – подскочила к парню, который сам дернулся. – Что?!

- Вот сюда нажал, - он надавил на ровную поверхность и камень вновь стих. – Так, попробуй сама, вроде взорваться не должна.

- Уверен?

- Ну не взорвалась же только что, - он пожал плечами и отошел.

- Железная логика, - пробурчала, но послушно подошла, положила ладошку на едва ощутимое углубление, похожее на человеческую ладонь, и плита вновь завибрировала. Горизонтальная поверхность начала медленно наливаться несколькими красными пятнами, я даже жар почувствовала…

- А потом он, кажется, так делал, - Ростислав протянул ладонь и под одним из них провел пальцами в сторону, и красного цвета стало больше, как и ощутимого жара. – А если уменьшить, то в обратную, - что мне тут же показали.

- Это что за технология такая? А если она сломается, какого ремонтника мне звать?

- Ну чего ты частишь? – поморщился парень. – Она работает, не сломалась за столько времени, значит, еще прослужит…

- Убийственная логика, - всплеснув руками, проговорила я. – А вдруг?!

- Вот и будешь решать по мере возникновения проблем! – он глянул в окно и сказал: - Нам, между прочим, пора идти твой забор выкладывать.

Он был прав: опускались сумерки.

- Пора, - согласилась, выключила плиту и вышла из кухни. Ростислав молча шел за мной до самой двери.

- Вовремя я тебе окна-то вставил, - пробормотал парень, остановившись рядом со мной.

Не то слово. Молча разглядывала беснующиеся верхушки деревьев, холодные маленькие смерчи, что гоняли опавшие листья и очень много птиц. Совы что ли…

- Филины, - словно прочитав мои мысли, добавил он, - давно они сюда не залетали…

Глава 2, продолжение

***

Не спалось.

Не лежалось.

То душно, то жарко, то просто маетно.

То подушка жесткая и высокая, то плед колючий, то тишина … оглушительная.

И в голове тысяча мыслей, и все как одна – ни о чем.

- Ну сил моих больше нет! – совершив очередной кульбит, скинула с себя тонкое одеяло и села на тахте, хмуро осматриваясь. По углам мерцали таинственные тени от свечей, в окнах виднелись шатающиеся кроны деревьев, и не единого звука, кроме… ежика, клубком свернувшегося в одном из кресел и забившего на подстилку у камина. Он сопел так, что мне оставалось только завидовать.

Я могла бы пойти что-нибудь приготовить, почитать книгу, покопаться в почте и ответить на письма, разобрать вещи в конце концов! Но мне было лень и не до того. Тело, как и мозг, словно сковали тысячи ненужных мыслей. Тянуло выйти на улицу, прогуляться босиком, забраться на дерево ну или … разобрать забор.

- Ага, - ухмыльнулась и все-таки подошла к окну, - нашел простушку.

Открыла форточку и, прикрыв глаза, вдохнула прохладный воздух, что пах озоном.

- Будет гроза, - сказала совсем тихо и деревья, словно соглашаясь со мной, зашатались еще сильнее, а в дали мелькнула первая ломаная нить.

Никогда не была в лесу во время дождя. Должно быть … интересно.

Но вместо ночной прогулки по лесу, вооружилась гвоздодером, свечками и пошла на второй этаж. Решила начать с самого дальнего окна, там, где еще не ступала нога. А едва вскарабкалась на стул, примостилась к первому гвоздю и дернула, так прокатился гром, сверкнула молния. Но гвоздь подался легко, словно по маслу, и с гулким стуком упал на дощатый пол.

- Первый пошел, - довольно прошептала я и взялась за следующий.

Узоры на этих окнах были идентичны прошлым. О чем это могло говорить? Предположим, что это защита или заговор на сохранность? И то, и то может оказаться правдой. Будь это проклятие… зачем везде одинаковое проклятие вешать? Здесь наоборот нужна фантазия, и жестокость, чтобы уж наверняка припечатало…

- Черт, - задумавшись, оцарапала гвоздем палец, пытаясь вытащить его. С некоторой долей удивления я смотрела, как кровь исчезла с острой шляпки. – Это, что сейчас жертвоприношение было? – и договорить не успела, как пламя свечей взметнулось вверх и снова стало нормальным. – Так значит, да?

Я возмущенно оглядывала весь коридор с гвоздодером наперевес. Были ли мне страшно? Конечно! Но каждый раз, едва перехватывало дыхание, делала глубокий вздох и говорила:

- Дом проверен, никого чужого здесь быть не может, а все, что происходит… привидения же существуют. Об этом все знают, - и, хотя произносила все это вслух, встречаться с ними мне не хотелось. Во всяком случае, пока. – Вот и я спокойна.

Была.

До того момента, когда, отколупав очередной гвоздь, едва успела отскочить от падающей на меня деревяшки: до этого они все благополучно падали на улицу…

- Что за…

За фальшивой доской оказалась еще одна. Но не ее она меня волновала, не вновь взметнувшееся пламя свечей, а аккуратная стопка пожелтевших листков, перевязанных бечевкой. И тут  же вспомнились слова Ростислава о дневнике.

- Да вы шутите, - прохрипела, а во рту вмиг пересохло. – А если я миллион попрошу, то тоже подбросите?

И тишина была мне ответом, чему совершенно не удивилась.

Схватив бумаги, прижала к груди и отступила, словно ожидала нападения от окна. Вдохнула – выдохнула, засунула бумаги за пояс штанов и подошла осмотреть ставни: в них действительно не было гвоздей. И стоило мне коснуться их кончиками пальцев, как дерево заскрипело и упало вниз. Вот так легко… хотя, чему я собралась удивляться?

- Я так скоро ненормальной стану, - пробурчала и, потушив часть свечей, а другие прихватив с собой, спустилась на первый этаж. Увольте, конечно, но читать все эти писульки я буду только на своей софе, под теплым пледом.

Взглянув на часы, на автомате отметила: четыре часа. Еще немного и будет светать. После долгих попыток устроиться, потянулась к листкам. Понюхала. Лизнула уголок и едва не сплюнула на чистый пол, но вовремя остановилась…

Дядя Сеня был грамотным человеком. Красивый почерк, ровный, только иногда буквы скакали, что выдавало внутреннее напряжение, а может и нервозность писавшего, но в целом… ничего интересного здесь не было. Сначала я наткнулась на бумажки о праве собственности, что дом действительно принадлежал Семену и может наследоваться только его родственниками. А дальше шло … описание дома. Где, какая комната, для чего он ее использовал. И полная опись всего, что в них находилось, когда они закрылись...

- Если предположить, что в дом, из-за страха, так никто и не забрался, то все вещи должны лежать там же, - произнесла вслух, чтобы хоть как-то разбавить повисшую густую тишину. Но вряд ли меня заинтересует полное собрание сочинений по травам в тринадцать томах (!!!), колбочки и реторты, и какие-то зубодробительные ингредиенты. Вот скажите, зачем прятать эту опись имущества в окне? Что важного может быть здесь?

Даже не став вчитываться в перечень всех вещей, откладывала страницы, пока не наткнулась на сплошной прыгающий текст. С трудом, но узнала почерк Семена: буквы «плясали», некоторые слова были написаны с ошибками, другие вовсе сокращены, а некоторые строки вообще перечеркнуты до дырок в листках.

Глава 3. Беда не приходит одна

Уж не знаю, о чем говорили и к чему пришли родственники, но вышли они … примиренными. Так бы я назвала слегка бледную Анну, взъерошенного Ростислава и мрачно прищуренного Богдана, который едва оказался на веранде тут же нашел взглядом меня.

И нахмурился сильнее.

- А мы вас заждались, - лучезарно улыбаясь, развела руками, показывая заставленный яствами стол. – Присаживайтесь, гости дорогие.

И все приняли мои слова за чистую монету, кроме одного…

- Как же я соскучился по твоей еде, - сыто икнув и довольно откинувшись на спинку стула, Мстислав погладил себя по животу. – Давно так не ели, скажи Дан…

«Дан» резануло ухо, и я отвлеклась от разглядывания теней между деревьями и посмотрела на молодого мужчину. Не вязался он у меня с беззаботным именем. Только Богдан, только хардкор…

- Я сказал что-то смешное? - вдруг протянул он, а я отмахнулась рукой:

- Я даже не слушала тебя, не обращай внимания, - и добавила, оглядывая всех: - Сладкое кто будет?

- Между прочим, большую часть приготовила Алиса, - протянула девушка, с улыбкой глядя на собственного мужа, - а я только продукты помогла выбрать…

Богдан бросил быстрый взгляд на пустую тарелку перед собой, нахмурился, а мне захотелось показательно «посмотреть на часы» в ожидании, когда же яд подействует.

- А что, сладкое тоже будет? – Мстислав посмотрел на меня с таким детским восторгом, а я вдруг поняла, что глаза у него скорее медовые, а вот у братца его черные, как молотый кофе…

- Ну пошли, поможешь, - кивнув, я подхватила часть грязной посуды и зашла в дом.

И вроде мы всего ничего просидели на веранде, и дверь была открыта, но внутри было так тепло и так вкусно пахло, словно настоящим домом. И он сам словно пульсировал, жил новой жизнью…

- Алис, ты не обижайся на Дана, - вторгся в мои размышления голос Славы, - он самый старший, еще и полицейский, вот и считает, что за всех нас несет ответственность. Он хороший.

Я хмыкнула, сгрузила посуду в раковину и указала на торт:

- Разрезай, - парень послушно потянулся за ножом, - а до брата твоего … Хорошо, что вас опекает, главное, чтобы меня не касалось.

- Это ничего, он как тебя лучше узнает, сразу успокоится, - от усердия он высунул кончик языка, и сейчас казался сосем ребенком: этакий мелкий шкода. – Вот уж, кто действительно страдает от его характера, так это девушка – Машка.

Какое-то неясное чувство появилось и тут же исчезло внутри, а я, улыбнувшись, спросила:

- И как, ее-то ваш отец принимает?

- А то, - закончив нарезать торт, парень принялся облизывать нож и пальцы, - из хорошей семьи, очень правильная. Она врачом в местной больничке трудится.

- Отличная семья получится: он защищает и спасает, она лечит, - оттолкнулась от стола и подхватила блюдо со сладостями: - Пошли уж.

Замаячившему в дверях Богдану, не удивилась. Конечно, я же его брата прямо там и начну расчленять. На кусочки и подам вместо сладкого…

Спокойствие, Алиса, только спокойствие. Еще немного и ты снова останешься одна. И только увидев за моей спиной брата, он отодвинулся, позволяя мне пройти и даже поднос отобрал, хотя я и не сопротивлялась. Так и прошла гостиную и холл под конвоем из двух братьев, но смешно, похоже, было только мне…

- Я что придумала, Алиса, - тут же встрепенулась девушка, - а давай тебе Мстислав с Богданом на втором этаже помогут? Руки у них откуда надо растут, - она покивала, а я посмотрела на не ожидавших такой подставы парней:

- Вот как только с Ростиславом расплачусь, так сразу же, - пообещала я, но девушка уже рассматривала сладости.

- Кстати, - чуть позже, когда уже чая было выпито достаточно, и медленно наступал вечер, ко мне наклонился стекольщик: - Забор сегодня класть будем?

Я перевела взгляд на трех родственников: они о чем-то общались между собой, нас и не слушая:

- Надо бы, но …

- Понял, - он хлопнул в ладоши и поднялся: - Народ, мы засиделись!

Я даже рот приоткрыла: вот это бестактность! Уж от кого-кого, а от него такого не ожидала.

- Ой! – пискнула Аня, приложив ладошку ко рту.

Мстислав и Богдан переглянулись и посмотрели на меня: один удивленно, другой хмуро.

- И правда, - поглядев на часы, проговорил Мстислав, - задержались-то мы как! Богдан, ты же к Машке опоздаешь, а ее с дежурства забрать надо! – и он уже вскочил, чтобы рвануть к машине, как его остановила жесткая хватка брата:

- Ты, конечно, прав, - он покивал с умным видом, - только вот, мы же не свиньи какие – пришли, поели и уехали…

- Точно! Мы сейчас все-все уберем, а ты даже не вставай! – Аня тут же вручила мне плед, чашку нового чая и тарелочку с оставшимся пирогом. И когда успела только…

Представляю, как забавно я, должно быть, выглядела со стороны. Но в какое-то мгновение исчезла грязная посуда, за нею скатерть, а затем и сам стол со стульями. Надеюсь, они их не сожгли и не выкинули. Только ошарашенная я, чашка чая и кусок бисквита остались на продуваемой теплым осенним ветром веранде. Что вообще происходит?!

Глава 3, продолжении

***

В дом я вернулась приятно опустошенной.

Сейчас бы под горячий душ и в теплую кровать, но чего нет, того нет. Поэтому наскоро умывшись, переоделась на кухне и осторожно вернулась в гостиную: ребята едва слышно сопели. Аккуратно пробиралась к софе, которая оказалась разобранной, плюхнулась и едва не завизжала:

- Черт! Это что такое?! – с шипящей руганью нащупала телефон и посветила… Вздыбив иглы, на меня смотрели маленькие черные глазки ежика. – Ты меня чуть до инфаркта не довел! Как ты сюда вообще забрался? – но он и не думал мне отвечать. Вместо этого опустил иголки, фыркнул и, развернувшись, посеменил в ноги, где клубком устроился в самом углу. – Ну и ладно.

Едва моя голова коснулась подушки, сразу же провалилась в темноту.

Ну, я ведь знала, что утро добрым бывает … крайне редко!

- Алиса-а-а-а-а! – дикий возглас заставил меня подорваться с софы и крутить головой, не понимая, что происходит. – Алиса-а-а-а!

Спустя мгновение я поняла две вещи: кричала Аня и кричала она с крыльца дома. Закутавшись в одеяло, босиком прошлепала к выходу:

- Что… Что происходит? – но застыв в дверях, я уже поняла и мысленно чертыхнулась: как вовремя! Развернулась и пошла внутрь дома, что вызвало возмущение у девушки:

- Ты видел? Куда она? Что нам теперь делать с … этим?! – под конец ее голос совсем стих, потому что я зашла в кухню и открыла дверь в подвал. Кажется, мясо мы перетащили сюда. Нащупав выключатель, щелкнула и морозильник осветился несколькими лампочками.

- Никакой экономии, - схватив один из пакетов, направилась на улицу.

- Алиса? – Ростислав окинул меня внимательным взглядом, и я ответила ему хмурым в ответ. – Мы проснулись от стука в окна, а оказалось это они… были, - и он обвел руками стаи филинов, что устроились на низких ветках деревьев. И все как один смотрели на меня, не мигая.

Жуть.

- Я их обещала накормить, - позволила одеялу соскользнуть на дощатые ступени, а сама босиком по холодной земле пошлепала ближе к деревьям. – Кушать подано, - кинула пакет с мясом и отошла на несколько шагов назад.

Но ни одна птица не сдвинулась с места. Так прошло несколько минут, холод уже давно сковал мои ступни.

- Ну, давайте, ешьте! – взмахнула руками, но снова без результата.

- Хм, - позади меня раздалось покашливание и Аня продолжила осторожно, едва я бросила на нее свирепый взгляд: - Мне кажется, нужно снять пакет с еды.

- Может мне еще станцевать?

- Алис, - начал Ростислав, но я, всплеснув руками, подошла к пакету мяса.

Разорвала, как могла, поломала замороженные куски, разложила и, поднявшись на ноги снова отошла:

- Кушать подано, садитесь жрать, пожалуйста! – и, развернувшись, направилась в дом. За плечами раздалось хлопанье крыльев, обернулась: птиц не было, а куски мяса так и валялись на земле.

Ну, как хотите.

Я сама не понимала, что со мной: забежала в дом, дерганными, рваными движениями принялась натягивать на себя одежду, повязала туго волосы на самой макушке и остановилась, увидев ежика. В барханах сброшенной одежды:

- Что, тебя тоже накормить?!

Но он лишь повел носом и, быстро соскочив с софы, засеменил к двери. Вот и правильно, ты тоже сваливай!

- Алис, - в комнату вошел Ростислав, а за его плечом маячила блондинистая макушка, - мы поедем. Мне нужно стекла забрать, а Ане на работу…

- Хорошо, - пробурчала, сдерживая себя, и отвернулась от ребят.

- Мы…пока.

- Валяйте.

- Алиса, пока, - глухо сказала Аня, а я…

- Угу, - меня очень интересовал вид за окном, вон те кусты особенно.

Входную дверь закрыли осторожно, до едва слышимого щелчка, и из меня словно весь воздух выпустили. Опустилась на софу, подергала себя за хвост в разные стороны, что, к чертям собачьим, происходит?!

- Так, соберись, тряпка! – хлопнув по коленям, поднялась. – Самое время заняться домом! – обратилась я к тому самому дома несколько…кровожадно.

Монтировка нашлась быстро и я, схватившись, за перила лестницы…замерла. Какого лешего?! Казавшиеся раньше хрупкими перила сейчас были словно цементными. Крепкий массив дерева чистый, матовый, словно только что сложенный.

- Ты издеваешься, - проведя пальцем по прожилкам, оттолкнулась и поднялась на второй этаж. Сегодня я намерена покончить с этими окнами. И ничто меня не остановит!

Я воинственно выдергивала не сопротивляющиеся гвозди. Сбрасывала вниз доски, даже не рассматривая выбитые на них узоры. Совершенно не обращая внимания на то, как с каждым вскрытым окном, дом словно вдыхал глубже чистый осенний воздух.

А вместе с ним отпускало и меня.

Осталось два окна, когда я решила сделать передышку и все-таки перекусить. Без подпитки работать сложно. Наскоро соорудив пару бутербродов и чашку горячего чая, вышла на крыльцо. Опустившись на ступени, смотрела на куски мяса, что окончательно растаяли, и в груди шевельнулось…

Глава 4. Без разборок жизнь скучна

Проснулась сразу: просто открыла глаза и уставила на потолок. И никаких вопросов: где я, кто я, что со мной…

- Она проснулась! Как ты себя чувствуешь? – надо мной склонился Мстислав. – Алис?

Поморщилась и попыталась подняться, как парень тут же остановил меня:

- Осторожно, у тебя перебинтованы руки, могут болеть…

Мои руки и, правда, были перемотаны по локоть, но боль не чувствовала. Так, чуточку ноет и только.

- Где все? – Мстислав засунул мне несколько подушек за спину и бодро отрапортовал:

- Аня готовит, Ростик забор твой складывает, а Богдан еще не приехал, - удивленно глянула на него, и он пояснил: - Ему просто интересно, как ты умудрилась вывалиться из окна.

Понятно, то есть допрашивать меня приедет.

- Можно воды?

- Да, конечно!

Когда парень скрылся за кухонными дверями, огляделась: опускались сумерки и по всему дому горел уютный мягкий свет. За окном тихий ветерок раскачивал ветви деревьев, на которых сидели филины…

Кстати, о птичках.

- Аня! - крик получился громким, отчего сама поморщилась.

- Что случилось? Плохо? Где болит? – взволнованная девушка появилась в фартуке и руками, что были испачканы в муке, а на голове у нее красовалась косынка с черепушками. О том, что мою кухню оккупировали я подумаю потом, а пока:

- Кормила их? – кивнула на окно.

- Мужчин покормила, молока ежику налила, сама поела, тебя планирую накормить, - поджав губы, чуть недовольно ответила она.

- А филины?

- Эти… птички, - возмущенно выдохнула девушка, - едва стекла не повыбивали, когда я тебе руки спасала! Они так угукали, что мы вообще выйти из дома боялись! Успокоились, когда ты заснула.

- Но мясо то…

- Алиса, - тяжело вдохнула девушка, - ты их сейчас кормить все равно не сможешь.

А я вместо ответа подняла руку и пошевелила незабинтованными пальцами.

- Алиса, это глупо, уже почти ночь, а ты собралась кормить их… Зачем?

- Скажу «спасибо».

- Да за что?! – она всплеснула руками, но тут же успокоилась. – А впрочем, чего я тебя останавливаю? Тебя же так и тянет на приключения! – и вновь всплеснув руками, Аня скрылась на кухне.

Изумленно проводила взглядом и кряхтя, начала выбираться из барханов одеял и пледов, которыми меня укрыли.

- Что ты задумала? – в этот раз из кухни брат с сестрой появились одновременно. Аня со стаканом воды для меня, Мстислав с глубокой железной миской чего-то. Надеюсь мяса. Резать я сейчас, и правда, была не особо способна.

- Птичек покормить…

- Алиса…

Оставив тщетные попытки руками что-то сложить, пригладила волосы, выдохнула и сказала:

- Я очень вам благодарна, - посмотрела на обоих, - за свое спасение, правда. Но! Это не значит, что вы можете решать что-то за меня, даже если вам кажется, что это именно то, что мне нужно. Надеюсь, вы меня услышали? – и прошлепав прямо к миске, засунула в нее нос. Все-таки мясо. – Молодец, - кивнула парню и бодро добавила: - А теперь за мной!

- А если они на нас набросятся? – прошептала Аня, которая до этого упрямо и недовольно поджимала губы.

- Спрячьтесь в доме, приготовьте метлы, если что, будете меня отбивать, - на полном серьезе выдала я, взглянув на побледневших родственников.

- А как же Ростик?! – я едва не хрюкнула от трагичности ее тона.

- А он уже привыкший, - вышла на крыльцо и добавила: - тем более, забор же он кладет с другой стороны дома.

Но жутко действительно было: едва мы открыли дверь, как на нас уставился добрый десяток желтых глаз. Немигающих. Внимательно следящих за каждым движением. Моим.

- Ты все еще уверена в том, что делаешь? – тихо спросил за моей спиной Мстислав.

«Без понятия, если честно» - хотелось ответить мне, но, чтобы не рассмеяться истерически, прикусила щеку:

- Угу, возвращайтесь в дом.

- Алиса, - начала Аня, но я перебила ее:

- Быть осторожнее?

- Нет, - ответила девушка. – То есть да, конечно, но…

- Не кормить с руки? – сделала новое предположение, не оглядываясь.

- Да нет же, хотя и это тоже…

- Экономить мясо? – все-таки не выдержала я.

- Я тебя сама прибью, если они тебя не съедят! – возмущенно выдохнула она.

- Кто бы сомневался, - пробормотала, подталкивая к ступенькам поставленную на пол миску. – Так что ты хотела сказать?

- Что я там пирожков напекла! С картошкой!

И за спиной хлопнула дверь, а я выдохнула. Ну а что я? Хоть никто с умными советами никто лезть не будет. Двое закрылись в доме и, наверняка, выглядывают в окно, а Ростислав за домом и моей сумасшедшей затеи не видит…