Хозяйка космического монстра

Пролог

Планета Земля, наши дни

Лия

Тёмная-тёмная ночь.

Тёмная-тёмная комната.

И я — судорожно перебирающая вещи в шкафу.

Пальцы у меня мелко дрожат. Дыхание сбито. Я не стала зажигать верхний свет — боялась привлечь внимание. Поэтому скорее угадывала содержимое полки, чем видела.

Я очень старалась быть тихой, как мышка. От этого зависела моя жизнь! В висках панически стучало: “Быстрее. Быстрее!”

Подушечки пальцев нащупали шершавую поверхность. Паспорт! Ура! Я скорее сунула его в сумку.

Конверт наличных туда же — я хранила немного дома, а вот и кредитка, которую полгода назад оператор уговорил (а точнее продавил!) взять “на всякий случай”. Вряд ли он предполагал, что у меня будет ТАКОЙ случай, но… А где же загранник?!

Я метнулась к столу, стараясь не думать о том, чтоименно заставляет меня бежать посреди ночи из собственной квартиры. Страх скручивал внутренности в холодный узел.

И вдруг за спиной раздался скрип. Тихий, протяжный — он тонкой иглой вошёл в позвоночник. Я замерла. Точнее — меня парализовал ужас! Волоски на затылке встали дыбом. В комнату, где я находилась проникла полоса света, упала на стену передо мной.

Кто-то вошёл…

И на стене возникла тень… в которой угадывались круглая маленькая голова, два треугольных уха и недовольно вздёрнутый хвост.

Я резко повернулась.

И судорожно выдохнула.

Уф! Это всего лишь мой кот!

Чёрная короткая шерсть лоснилась здоровьем, длинный хвост, вздёрнутый вверх, изогнулся вопросительным знаком, глаза ярко горели, отражая свет и удивительным образом преломляя его до алого оттенка.

— Арес… — выдохнула я. — Это ты, котик.

Облегчение накатило такой мощной волной, что колени стали ватными.

Я окинула взглядом любимого питомца. Даже не верится, что этого красивого гордого умного кота я подобрала на дороге умирающим пугливым комочком. А теперь это мой ласковый питомец!

— Прости, дружок, — пробормотала я, вновь поворачиваясь к сумке. — Времени мало…

Я опять запустила руку в недра выдвижного ящика.

Загранпаспорт. Он должен быть здесь… Или…

Мысль оборвалась, не успев оформиться. Краем глаза я заметила движение на стене перед собой. Это была тень моего кота... которая зашевелилась как-то неправильно… и вдруг резко вытянулась вверх! Расширилась, заполняя темнотой стену.

В шоке я отшагнула назад. И врезалась спиной во что-то горячее и твёрдое… как если бы нагретая солнцем скала возникла в комнате из ниоткуда. Миг! И две горячие ладони собственническим жестом обхватили мою талию поверх тонкой ткани футболки. Ладони легли на живот.

А над моим ухом раздался хриплый, низкий голос.

— Куда же ты, Лия? Я тебя никуда не отпускал…

Глава 1.1

Некоторое время назад

Особь из кладки 98xx с профилем 3x69Q

… неизвестный космический сектор

…неизвестная планета

Темнота.

Затем — резкий тревожный импульс, будто кто-то ударил по натянутой струне. В сознании раздался хор голосов:

“Зафиксировано волновое пси-активное сканирование местности! Расчётное время до обнаружения — тридцать восемь стандартных минут! Рекомендация: немедленная смена дислокации. Отказ от выполнения повлечёт за собой распад и ликвидацию центрального узла с вероятностью 99,(9)!”

Стазис принудительно прервался.

Сознание вязко, с трудом обрабатывало сообщение с периферии.

“Опасность! Опасность!” — снова и снова повторял взволнованный хор.

Я выбирался из гибернации медленно. Слишком медленно.

Это само по себе было тревожным симптомом. В норме когнитивные процессы достигали рабочего режима за доли секунды. Сейчас же минуло не менее десяти, прежде чем я осознал ситуацию. Центральный узел работал с перебоями, транслируя данные о собственном состоянии обрывочно и нечетко.

Результаты самодиагностики оказались неутешительны.

Биомасса сокращена приблизительно до тридцати процентов от стандартного объёма. Энергетический резерв пробил критическую отметку — тот самый порог, за которым начинается необратимое разрушение периферийных структур. Центральный узел повреждён: три из семи распределительных каналов заблокированы, регенеративные функции едва удерживали стабильность формы, энергия утекала сквозь разрывы.

“Вероятность выживания — восемнадцать процентов! Требуется немедленная смена дислокации и восполнение энергетического резерва”,— били тревогу клетки. Те из них, что находились на дальней периферии, самые ослабленные, звучали жалобно. Близость распада обострила их волю к жизни.

Как только из стазиса вышли анализаторы, я переключился на сканирование окружения.

Оказалось, я находился под водой.

Вокруг колыхалась зеленоватая муть. Илистое дно мягко пружинило под жгутами биомассы. Позади угадывался землистый грунт берега. Наверху, в нескольких метрах, тускло просвечивала граница воды и воздуха.

Моё тело укрывалось под нависающим берегом — подмытым водой, с переплетёнными корнями деревьев, свисающими в глубину подобно растрёпанным нитям. Укрытие неплохое. Достаточно узкое, чтобы затруднить поверхностное сканирование, и достаточно спокойное, чтобы я мог восстановить ядро… Но из стазиса пришлось выйти куда раньше расчётного срока. Восстановление не завершено, системы по-прежнему в критическом состоянии.

Любое резкое движение истощит остатки сил. Если в ближайшие часы не будет найден источник энергии — полный распад неизбежен.

Зрительные анализаторы зафиксировали местную форму жизни — позвоночное. Челюстноротое. Неразумное. Заключение: угрозы не представляет. Биомасса, как я с неудовольствием отметил, в моей текущей форме для поглощения с целью пополнения энергорезерва непригодна.

“Тридцать две минуты до обнаружения! Ускорить выход из стазиса!” — требовательно завопили клетки с периферии.

“Отмена. Ускорение невозможно. Уровень энергии в критической зоне”, — холодно отозвались клетки кластера, прилегающего к центральному узлу.

Пока они спорили, я отстранился от принятия микрорешений, сосредоточившись на широком сканировании. Медленно изменил конфигурацию внешнего слоя и выпустил сенсоры вдоль водной глади.