Хозяйка приюта для перевертышей и полукровок

Глава 1

— Как она? – в незнакомом мужском голосе ощущались тревога и беспокойство.

— В порядке. Вот-вот должна открыть глаза, — прозвучал равнодушный голос его собеседника.

— Хорошо... Хорошо... Даже после того, что она сделала...

Э… что сделала? И кто? Неужели я? Да я никому никогда ничего плохого не сделала.

Собственно, а где я? И почему я лежу? Я же только что шла. На работу спешила.

Я приоткрыла глаза и словно сквозь туман не увидела перед собой улицу, где только что была. Сейчас я находилась в помещении, которое выглядело незнакомым. Неужели больница?

Я не помню, как сюда попала. Скорее всего, упала в обморок. Иначе как объяснить ужасную головную боль, которая давила на виски, словно кто-то пытался расколоть мой череп?

Несколько раз моргнув, я попыталась привести зрение в порядок. Постепенно контуры начали проясняться, и я осознала, что увиденное крайне странное. В больнице обычно не бывает картин в золоченых рамах, а также тяжёлых бархатных штор, которые создают атмосферу роскоши. Я обвела взглядом комнату и заметила женщину рядом со мной, одетую в длинное закрытое платье насыщенного зелёного цвета. Она явно не выглядела как медсестра. Может быть, это просто прохожая, которая меня нашла и осталась рядом?

И почему наряд такой странный?

Взгляд скользнул дальше.

Но кто этот мужчина, который расхаживает взад и вперёд, словно не может найти себе места? Высокий, статный, с темными волосами, он привлекал внимание. Внезапно он резко повернулся, и я встретила его тёмно-фиолетовые глаза. Они были пронизаны какой-то странной энергией, и я почувствовала, как сердце забилось быстрее.

— Что ж, с возвращением в мир живых, Джорджиана, — произнёс он.

В его голосе удивительным образом смешались облегчение и боль, но я никак не могла понять, чем вызваны такие эмоции. Может, он меня сбил на машине?

Но все это было неважно в свете следующей мысли.

Вопроса, который не давал мне покоя: какая ещё Джорджиана? Я хотела его задать, но почему-то не смогла произнести ни звука. Во рту было сухо, как в пустыне Сахара, и я ощутила, как страх и замешательство охватывают меня.

И что за странная одежда на нем? Черный плащ, да еще и в помещении.

— Правда, это значит лишь то, что необходимость в разрыве нашей с вами помолвки не отпала. А произошедшее уж точно не заставило меня передумать, — продолжил он, голос был холодным и решительным.

Я лишь растерянно взирала на незнакомца. Какая еще помолвка? Какой еще разрыв? Нет у нас подобной традиции.

Хотя на самом деле речь шла не обо мне, а о какой-то Джорджиане, но он определенно обращался ко мне.

Я чувствовала, как внутри нарастает обида, но не могла понять почему. Никто не объяснял, что именно я, то есть эта Джорджиана, сделала, чтобы заслужить такое отношение.

Может быть, это просто дурацкий сон? Какой-то странный кошмар о прошлых жизнях, о которых я никогда не задумывалась. Но всё казалось слишком реальным. Я попыталась сосредоточиться, вспомнить, что произошло до этого момента, но в голове царила пустота. Я чувствовала, как страх и неуверенность охватывают меня, и в этот момент стало ясно одно — я должна выяснить, кто я на самом деле и что произошло, прежде чем смогу понять, почему этот мужчина так холоден ко мне.

— Только не говорите никому о причине, — взмолилась женщина, наконец нарушив тишину, отвернувшись от меня и уставившись на жениха.

Сейчас я была с ней не согласна. Меня причина очень интересовала. Казалось, я умру от любопытства. Или от головной боли. От ужаснейшей головной боли.

— Милорд, смилуйтесь над моей дочерью, ее же после такого позора никто и замуж не возьмет! — женщина в зеленом наконец нарушила тишину. — Я этого не вынесу! — женщина смерила меня взглядом, полным пренебрежения. – Проще будет признать, что она мне не дочь.

В ее глазах, в интонации голоса не было ни намека на сочувствие. А ведь она говорила о своем родном ребенке.

Да уж, заботливая мама у Джорджианы, нечего сказать.

Кажется, даже незнакомец был под впечатлением от несостоявшейся родственницы.

— Мадам Рауз, такое неприемлемо для моего рода, но воля ваша.

Рода? Интересно, что он имеет в виду под родом.

— Однако хочу заметить, она вам не дочь, а падчерица.

Что ж, это, как ни странно, хорошо объясняет пренебрежительное отношение женщины. Джорджиана, то есть я, была для нее чужой.

— Тем более. Я не хочу, чтобы это повлияло на мою красавицу Юланну. Ее, знаете ли, заприметил сам генерал… — распиналась женщина, но мужчина не проронил ни слова. – Эх, лучше было вас сразу с моей родной дочерью познакомить.

— Сомневаюсь, — сказал мужчина довольно безжалостно.

— Милорд, в конце концов, Джоджиана же могла ничего не знать и искренне верить, что все правда. Люди ошибаются, — произнесла мадам Рауз. — Все-таки ваши драконьи тонкости довольно сложны.

Какие еще драконьи тонкости? Я ни черта не понимаю. Может, это просто выражение такое?

— В таком не ошибаются, — безапелляционно заявил мужчина. – Ваша падчерица обманщица, а обманщицы никому не нужны.

Все интереснее и интереснее.

— Не думаю, что она когда-нибудь выйдет замуж, даже если я ничего не скажу.

А вот это прозвучало как-то обидно. Даже не знаю почему. Такое просто нельзя никому говорить, ни мне, ни уже этой неведомой Джорджиане.

— В чем я обманула? – удалось спросить мне. Вместо звучного голоса раздался вялый шепот. Собственный голос был мне не знаком.

— Вам лучше поберечь силы, — ответил мужчина.

Только сейчас в голове пронеслось его имя. Крил. Не знаю, откуда это взялось, но почему-то показалось, так и есть.

— Тогда мне просто стоит выставить ее из дома, — холодно произнесла мачеха.

— Эта девушка одна точно не справится, — выдал мужчина, поморщившись. — Вы ее ничему не научили и не дали образования.

Он сжал губы, глубоко вздохнул, а затем произнес:

Глава 2

Нет, там не было написано «Джорджиане Рауз». И даже «Евгении Сергеевне Кузнецовой», которой я и являюсь. Просто аккуратным почерком выведено слово «тебе».

Что ж, очень надеюсь, это как-то прояснит ситуацию и подскажет, что мне делать. Ибо я сейчас в полной растерянности.

Распечатала конверт дрожащими руками. В нем было два листа.

Никакого приветствия, да я и особо не надеялась. Больше интересовали объяснения.

«Если ты читаешь это письмо, значит, ритуал удался. Мы с тобой поменялись местами».

То есть сейчас какая-то девушка тоже очнулась в моем теле? В моем мире?

На секунду представила, как чужой человек общается с моими друзьями, и стало жутко.

«Увы, моя жизнь невыносима, и я решила призвать более сильную душу, которая с этим всем справится».

Неожиданный поворот. То есть я более сильная? Я пока даже не могу понять, куда попала и что делать.

Не говоря о том, как разобраться с тем, к чему я не имела никакого отношения раньше. Я же многого здесь не знаю.

Да и как же моя собственная жизнь? Мама-пенсионерка, о которой нужно заботиться. Родственники, подруги, друзья? Любимая работа? Воспитанники? Планы, мечты? Квартира, ипотеку на которую я наконец закрыла? И даже путевка в санаторий, в который я вот-вот должна была поехать?

Впрочем, на это мне тут же дали ответ.

«Я же займу твое место».

Вот так просто. Все, ради чего я столько училась, трудилась, просто так должно отойти другому человеку. Просто потому, что она совершила какой-то ритуал.

Интересно, мне просто так не повезло? Или она как-то выбирала, в кого попасть?

В следующих строках был ответ на этот вопрос.

«Я всегда хотела оказаться рядом с тем, кто меня любит или заботится обо мне. У меня никогда не было рядом такого человека».

Звучало довольно грустно, но это не повод отнимать у кого-то близких ему людей. В конце концов, Джорджиана могла найти подруг либо еще кого. Может быть, любимого человека.

У меня, правда, такого не было, но я не грустила по этому поводу.

Кажется, я даже знала, о ком она говорит. Следующая же строчка подтвердила догадки.

«У меня никогда не было матери, она умерла после родов».

Вместо злости я почему-то почувствовала печаль. Мне очень повезло с матерью, она всегда меня поддерживала и помогала, и я не могла представить свою жизнь без нее. Расстояние никогда не было преградой для ее заботы и любви.

Я бросила взгляд в зеркало. Девушке в отражении в лучшем случае было лет восемнадцать, и то с очень большой натяжкой.

Я же была взрослой. Тридцатилетней.

Но все равно этот человек, по сути, украл у меня жизнь.

И было крайне сложно оправдать девушку юным возрастом. В конце концов, если у нее хватило сил на ритуал, то можно было решить свои проблемы каким-нибудь другим образом.

Впрочем, как решать проблемы и какие они у нее, кроме недолюбливающей мачехи, еще предстоит узнать.

И все же я очень надеялась, что мама не заметит подмены, как и другие люди. Мама просто этого не перенесет.

«Я приложу все усилия, чтобы никто не догадался».

Очень надеюсь. Потому что в противном случае Джорджиана рискует оказаться в психиатрической больнице. Так что это в ее же интересах.

«Прости меня, пожалуйста».

Да уж, этой девушке было за что просить прощения.

«Если тебе станет легче, то ритуал бы не сработал, если бы в этом мире тебя не ждало исполнение какого-то желания. Как и что это будет в твоем случае, я не имею ни малейшего понятия.

Прикрыла глаза. Зато я сразу поняла, что это. Возможность иметь детей. Женское здоровье.

Бросила взгляд на свое тело. Может быть, еще желание похудеть. Оно почему-то у многих женщин. Но не до этой степени. Или, может, здесь мода такая? Надеюсь, нет.

Я за здоровое тело.

А еще вот тебе и омоложение на десять лет.

Я, правда, этого не просила, но что есть, то есть. Считай, жизнь с чистого листа.

Правда, есть одно «но». Я этого второго шанса не просила. Да, я хотела детей, но я бы этого рано или поздно добилась, просто другим способом.

Сделала глубокий вдох. Ладно, Жень, могло быть хуже. По крайней мере, ты не попала в тело приговоренного к казни и идущего на плаху.

В этом случае вообще не было бы вариантов.

А так — без паники. Вот, даже деньги есть. А деньги – это залог будущего и безопасности.

Я бросила взгляд на кошелек.

Боги, да если бы в нашем мире все так девушек бросали. Да, наговорил, конечно, всякого, но даже деньги подарил, обычно парни норовят забрать все свое имущество и даже порой чужое могут прихватить.

Был у меня один такой, даже сковородку мою любимую прихватил.

Бросила взгляд еще раз на зеркало.

Только не понимаю я, как можно было такой девушке заявить, что никто на ней не женится? Да, фигура угловата, но волосы красивые, да и черты правильные, глаза голубые, цвета весеннего неба, губы пухлые.

Ладно, даже если здесь это не ценится, мне нравится новое отражение. Хоть и старое нравилось не меньше, и очень бы хотелось его увидеть.

«Отменить ритуал не получится, но я не буду осуждать тебя за попытки».

Вздохнула. Очень захотелось выругаться.

То есть девушка, которая выдернула меня в свой мир без моего желания, не будет меня осуждать?!

Да я как-то не нуждаюсь в ее мнении и сбрасывать пока со счетов этот вариант не собираюсь.

Если ее ситуация была так невыносима, может быть, все же стоило попросить кого-то помочь? Хотя неизвестно, было ли ей кого просить. Но, в конце концов, у нее есть магия, вот, ритуал провернула…

Ладно, прекращаю возмущаться и тратить время попусту. Читаю дальше.

«А сейчас я попытаюсь хоть как-то облегчить твою ситуацию и что-то рассказать.

Всех девушек, достигших восемнадцати лет, проверяют на истинность. Это возможность быть истинной парой дракону и родить ему сильного наследника, а еще лучше — нескольких. Вроде бы есть еще какие-то способности, но об этом никому не говорят, самое главное здесь именно наследники.

Глава 3

- Нет, - ответила я, и замерла.

Насчет своей сестры Джорджиана не писала, но я предполагала, что теплых отношений там не было.

- Я тебе пирог принесла, сестричка, - ответила девушка, и взяла кусочек вкуснопахнущей выпечки, и откусила.- Не думаю, что тебе кто-то поесть приносил. – И почему ты только второе снадобье от матушки не приняла?

Так подождите, Джорджиана же писала, что не в курсе причин произошедшего. Получается, Юланна проболталась.

Сестра сделала еще несколько укусов, прожевала, и потянулась к следующему куску.

- Прости, нервное это дело готовиться к жены драконы, -произнесла девушка. К моему, удивлению, никакой радости в ней не было, да и не было злорадства в сторону сестры, которой подобное не светит.- Надеююсь, у меня все получится, а то боюсь, мама мне голову открутить.

- Не думаю, что тебе есть чего бояться.

- Думаю, нет. А вот с тобой хуже. Мама замуж тебя окончательно передумала выдавать и хочется избавится. Завтра отправит тебя в городок неподалеку за покупками, только до города ты и не доберешься.

Прозвучало зловище, собственно так и было.

- На узкой тропе за мельницей, тебя будет ждать засада. Она даже решила, что скажет, что это ты с горя решила утопиться.

Замечательная у меня мачеха, продуманная.

- Так что иди по широкой тропе.

Интересно. А не ждет ли меня засада на ней? Мало ли вдруг сестрица решила избавиться от той, кто может раскрыть ее секрет.

Вдруг это ловушка. Не могу я здесь верить.

Девушка, потянувшись за третьим куском пирога, взяла даже не глядя.

- Давай я что ли его тебе куда-нибудь переложу? Мама если блюдо увидит, сразу на тебя подумает, я его лучше служанке подкину. А то мне мучное совсем не разрешают. – Давай в полотенце какое-нибудь.

Я достала из шкафа первую попавшуюся вещь наволочку, и завернула пирог туда. Я правда не совсем была уверена, что его стоит есть.

- Ты вещи собирай.

- А не будет это подозрительно?

- Будет, - задумалась Юланна.

- А может быть тебе в город платье нужно какое-нибудь починиить? А в него я и вещи спрячу.

- Хорошо. Я так и сделаю. Выберу какое-нибудь красивое, чтобы его продать можно было. А матушке скажу, что мол иначе ты что-то заподозришь.

На этом Юланна мою спальню покинула, Я же стала собирать вещи. Хотя это громко сказано. Вещей у Джорджианы было мало, да и те были ужасного качества, больше трепье напоминали.

Что ж, тоже неплохо, зато внимание разбойников не привлеку.

Только на верхней полке я обнаружила деревянную шкатулку, украшенную резными узорами. Открыла ее и обнаружила кольцо. Выполненное из белого металла, без камней, просто украшенное двумя крыльями. Драконьими крыльями. В мельчайших деталях.

Я никогда не питала пиетета к украшениям, в моей работе в детском саду лучше было бы без них. Мало ли ребенок случайно заденет, потянет, либо подбежит и поцарапается, но тут я застыла с изумлением.

Душа будто кричала «хочу. Эх вернусь в свой мир, закажу себе такое. Как я понимаю это драконье помолвночное кольцо. Полагаю, после разрыва помолвки мне его стоит вернуть дракону.

Оставить и надеется что вернет мачеха? Нет, та с удовольствием обвинит падчерицу в потери этой драгоценности, а сама возможно продаст.

Я лучше потом сама дракону передам.

Но сначала одену его все же. Уж больно хочется.

Надела. Как-то даже на душе потеплело, и стало спокойнее, губы сами сложились в улыбку, даже несмотря на сложность моей ситуации.

Может быть, потому что украшение сделано с любовью. Да и сидит хорошо, будто не просто под размер подбирали, а на заказ.

Снимать даже как-то не хочется. Вдруг мне оно чем-то поможет? Как я поняла, драконов здесь уважают.

Собрала свои пожитки и решила пробраться на кухню в поисках еды. Да, брать что-то без спроса нехорошо, но если мачеха моя опекунша, то она все же должна заботиться о моих базовых потребностях, а если этого не сделала она, то буду справляться сама.

Пирог все-таки есть побоялась. Наверное, была недостаточно голодна, чтобы так рисковать.

Но зато на кухне обнаружилось несколько пирожков с капустой, съела один, остальное взяла в дорогу. На кухне также смогла найти фляжку и наполнила водой. Брать что-то еще не решилась и поспешила к себе. Немного поспать перед долгим и довольно непростым днем.

Кровать у Джорджианы была ужасно неудобной, даже матраса не было, какие-то тряпки, но ничего, это последняя ночь здесь. Да и то, что комната не замыкалась, тоже ни капли не успокаивало. Как и то, что мне нужно сделать выбор, верить сводной сестре или нет.

Было бы неприятно, если бы, попав в другое тело и мир, я бы продержалась лишь сутки и умерла. Что там я своей начальнице когда-то вещала про стрессоустойчивость и способность быстро подстраиваться к новым обстоятельствам? Это, получается, я солгала?

Выкручусь.

Только рассвело, я проснулась и стала одеваться. Уже собиралась выходить из комнаты, как ко мне постучали:

— Что опять бездельничаешь, окаянная?! – прокричала сводная сестра, перед тем как зайти ко мне. На этот раз в руках у нее была корзина с каким-то платьем, на вид показавшимся совсем простым.

— Я в него замотала отрез шелка, иначе бы маменька что-то заподозрила и по головке меня не погладила. Джорджиана, помни, тебе главное — сделать все, чтобы снять с себя опекунство, иначе маменька вернет тебя обратно, и в следующий раз я помочь не смогу.

— А что для этого нужно? – спросила я.

Девушка закатила глаза и вздохнула.

— Столько раз говорила. На работу устроиться или замуж выйти. Но пока помолвка не расторгнута, естественно, ты этого не сможешь. Да и кто на тебя позарится.

Ох. Еще одна говорит, что я замуж не выйду. Хотя это как бы не самая главная из проблем. Я и в своем мире не сильно туда хотела.

— Интересно, и почему я раньше на работу не пошла?

— Да кто ж тебя знает, – фыркнула сестра. – Может быть, не получалось, может, ты и не пробовала. Ты как-то не делилась и думала, что я от тебя избавиться пытаюсь.

Глава 4

Обычно дороги ведут в населенный пункт, и если Джорджиана ходила в один город, то разумнее спрятаться в другом месте. Вдруг выйду в какую-нибудь деревню. Да и на дороге больше шансов кого-нибудь встретить и расспросить.

А пока остается только идти да изучать прекрасный новый мир. Обстоятельства у меня, конечно, не самые лучше, но природа здесь действительно красивая. Воздух чистый. Вдалеке, вот, озеро виднеется. Справа и вовсе высоченные деревья.

Иду, а попутно разглядываю окружающую природу. Надеюсь, мачеха за мной погоню не пустила. Ибо не уверена, что смогу убежать. Я не чувствую много сил, да и обувь стоптанная и старая, больше название. Все камни под ногами ощущаются.

Зато есть хорошие новости. В новом мире есть знакомые растения. Одуванчики, крапива, клевер. Значит, у нас как минимум похожая природа. Что очень хорошо.

Вспомнилось, как одна мама моего воспитанника интересовалась, зачем ее ребенку знать дикие растения, в мегаполисе-то это же точно не пригодится.

Как выяснилось, мегаполис от этой необходимости не защищает. Вот у меня новый аргумент. На случай попадания в другой мир. Правда, не факт, что получится это кому-то рассказать. Как и не факт, что я когда-нибудь увижу детей, за которыми присматривала.

Сейчас главное — выжить. Странно, что как-то никто не едет. Движение здесь мягко говоря по дорогам не активное.

Хотя меньше помех и проблем.

Солнце уже начало припекать, и я решила идти по тени вдоль деревьев. Пока никакого населенного пункта не было, как и людей вокруг.

Чего я не ожидала, так это услышать детские крики.

— Дядя, дядя, где ты? – раздался голос, полный отчаяния и слез. — Да помогите мне кто-нибудь!

— Эй, что случилось?! – крикнула я в свою очередь.

Сердце защемило от ужаса. Что здесь делает ребенок? Здесь же ни души, кроме меня?

— Я потерялась! – испуганно воскликнула девочка. – Я не могу найти дядю.

— На мой голос сможешь идти?! — предложила я и направилась в сторону деревьев.

— Хорошо! – крикнула девочка.

Так мы и шли друг другу навстречу, и наконец я увидела ее. Девочку лет семи-восьми, одетую в порванное потрепанное желтое платье. Светлые волосы растрепаны, милое личико все красное от слез и отчаяния.

— Где ты дядю своего потеряла? – спросила я.

— Он в город ехал, меня с собой взял, только вот ягод просил нарвать полакомиться, сторону указал, куда идти, и сказал, что через полчаса за мной вернется, но так и не пришел.

Боже, надеюсь, это не то, что я думаю. Очень хочется верить, что он не бросил девочку одну в лесу намеренно.

Вскоре мы обе вышли на дорогу. Ребенок расстроенно заметил:

— Нет его здесь.

Сейчас малышка была похожа на сдувшийся воздушный шарик, глаза потухшие.

— Ничего, найдем его, — ответила я. — Но не уверена, что тебе стоит ждать здесь. Все-таки лес.

— Да, говорят, что здесь разные звери водятся.

— А ты не побоялась в лес идти?

— Он бы меня наказал, — ответил ребенок, прикусив губу, затем подозрительно посмотрел на меня. – Мне нельзя с незнакомыми разговаривать.

— Тогда будем знакомиться. Меня зовут Джорджиана. А тебя?

— Лилиан, — ответила девочка.

— Тогда давай вместе отправимся в город. А оттуда весточку отправим твоему дяде, — предложила я.

И, похоже, поищем какой-то местный вариант опеки, потому что я не уверена, что этому дяде можно оставлять ребенка. Мало ли что он в следующий раз с девочкой сделает.

— А что с твоими родителями? – спросила я.

Возможно, ребенок просто гостил у нерадивого родственника, и есть другие люди, с кем нужно связаться.

— Моя мама умерла сразу после моего рождения, — тихо произнес ребенок. – Дядя, брат моей мамы, говорил, что это из-за меня.

Вторую фразу малышка и вовсе прошептала. Ее голос дрожал.

Руки бы этому человеку оторвала, или еще что похуже сделала. Как можно винить в этом младенца? Женщину просто подвело здоровье. А рожать и заводить ребенка — это исключительно ее решение. Дети этого не просят.

Но ладно мысли, как можно сказать такое?! Здесь кто-нибудь имеет представление о детской психологии?!

Хотя о чем я думаю, тут дядя ребенка в лесу бросил. Даже не в какое-нибудь подобие детского дома.

Не отдал каким-нибудь родственникам или просто желающим взять девочку на воспитание. Не думаю, что здесь не существует проблемы бесплодия.

— А отец?

— Я ничего про него не знаю, дядя с его женой ничего мне не говорили. Даже Калии не удалось ничего у них выпытать.

— А Калия — это кто?

— Это моя двоюродная сестра, дочь дяди.

Да уж, ситуация. Получается, Лилиан сирота, если не считать нерадивого и, на мой взгляд, опасного опекуна.

Вспомнилось, что настоящая Джорджиана писала, что в этом мире может сбыться мое заветное желание. Тогда я подумала, что это связано с женским здоровьем и возможностью родить. Но если я ошиблась?

Я бросила взгляд на малышку, на этого очаровательного ангелочка, которого никак не портили красные, опухшие от слез глаза. Может быть, это и есть воплощение моего желания? Может, это и есть судьба?

Пусть и не в самый лучший момент жизни. Это раньше у меня было свое дело, жилье, сбережения… А сейчас я в чужом теле, в другом мире, так мало знающая об обстановке!

Сейчас было даже страшно подумать об этом, о том, что сейчас я привяжусь к этой девочке, к идее жизни с ней, а потом что-то случится и не получится.

Боже, в своем мире я старалась не посещать детские дома, чтобы не привязаться к кому-то из детей и не узнать после этого, что мне откажут в удочерении или усыновлении.

И все же одна мысль упрямо сверлила разум. Мысль, что я всегда хотела дочь. Возможно, потому что, когда работала воспитателем в детском саду, мне всегда нравилось больше возиться с девочками, заплетать им волосы в косички, играть.

Так, Женя, не торопись, ребенок может и не захотеть с тобой быть. Но зато проследить, чтобы с малышкой все было хорошо, ты обязана. А дальше жизнь покажет. Она порой непредсказуема.

Глава 5

Инстинктивно я оттолкнула от себя ребенка и только потом отпрыгнула в сторону, неудачно приземлившись на колени.

Но главное — опасности я избежала. Магический снаряд пронесся надо мной.

А еще я успела увидеть нападавшего. К моему большому удивлению, это был не человек, хоть и фигура его напоминала. Неужели мачеха монстра какого-то наняла?

Впрочем, вид его был не так уж важен. Важно было то, что со мной рядом ребенок.

— Беги! — крикнула я растерянной малышке.

С другой стороны дороги тоже росли деревья, там можно было спрятаться, затеряться.

Пусть и существовал риск пожара. Какая, собственно, разница, когда риск попасть под огонь и так есть.

Существо приблизилось. Собственно, оно состояло из огня. Оно метнуло следующий снаряд, и каким-то чудом я смогла увернуться.

Но я знала, что рано или поздно снаряд попадет. Все, что я могла сделать, это потянуть время, чтобы Лилиан смогла сбежать. Почему-то перед глазами предстали картинки из мультфильма «Бэмби», где олениха погибает, чтобы отвлечь внимание от своего ребенка. Кажется, там было так.

К моему большому ужасу, я услышала позади рычание. Оглянулась и увидела огромных волков размером с наших земных медведей, которые скалили зубы. Лилиан просто застыла, не в силах пошевелиться.

В этот момент я почувствовала, как в меня попали.

Толчок — и резкое тепло в теле, только боли не было.

Я обернулась.

Огненное существо застыло на месте. Впрочем, через секунду в меня полетел еще один огненный шар, но ничего не произошло, стоило огню лишь коснуться моего платья, как он тут же исчез, оставив небольшое облачко дыма.

— А ты еще кто?! – изумленно воскликнуло чудовище.

Что ж, его изумление можно понять. Кто ж знал, что я неопалимая? Прямо матерь драконов.

Драконы... На мне же драконье кольцо! Похоже, это ответ на вопрос внезапной необоримости. Драконы, полагаю, дышат огнем.

— Я драконья невеста.

Следующую фразу произнесла более уверенным голосом.

— И, думаю, мой жених будет крайне недоволен этим.

Насчет последнего откровенно врала. Если задуматься, ему же легче будет: разрывать помолвку не надо. Единственное, его репутация может по какой-то причине пострадать.

Кстати, а я ведь правда еще невеста. Просто на некоторое время.

Что ж, осталось надеяться, что Юланна не солгала, что драконов все уважают. Даже чудовища.

Огненный монстр продолжал на меня взирать, возможно, обдумывал мои слова и что со мной делать дальше.

Я же стою, стараюсь не дрожать и еще — не поворачиваться. Сзади тоже монстры, я слышу их злобное рычание. Чувствую, как кожа покрывается капельками липкого пота. Если от огненной атаки монстра меня спасло кольцо, то не думаю, что что-то убережет от острых зубов монстра.

Да, Лилиан они не тронули. Пусть малышка сейчас на земле, связанная каким-то растением по рукам и ногам. Волки стоят неподалеку. Один из них заметил мой взгляд и подошел ближе, злобно зарычав на меня, явно не собираясь подпускать к ребенку.

— Драконья дева, — вымолвило огненное существо. – Драконы жестоки и мстительны. Мы отпустим тебя из уважения к твоему будущему супругу.

«Супругу, которого не будет», — усмехнулась мысленно я. Стало легче дышать, будто камень упал с души, однако что-то еще сжимало грудную клетку. Возможно, понимание, что расслабляться рано.

— …Лорду Паару, — произнес монстр, откуда-то узнавший имя моего жениха.

Я услышала, как несколько волков позади развернулись и направились в лес.

Да уж, когда за спиной нет такой угрозы, дышать определенно легче. Осталось только Лилиан освободить.

— Отпустите девочку. Она пойдет со мной.

— О нет, драконья дева, — создание помотало головой. – Она останется.

— Она моя! – заявила я.

Сердце в глубине души сжалось. Я всегда боялась привязаться к кому-нибудь из детей, поэтому старалась держать дистанцию. Обдумывала, по каким критериям выберу себе ребенка, когда одобрят документы.

Все оказалось проще. Хватило взглядов и короткого общения, для того чтобы все мое существо осознало, что эта девочка моя. Пусть и не по крови.

— Ты только встретила ее. Мы многое видим, дева. Мы наблюдали.

То есть эти твари еще и следили за нами, чтобы выбрать момент для нападения? Ждали, когда мы пообщаемся, успокоимся?

— Это не отменяет того, что она моя, — твердо заявила я. Но, несмотря на все усилия, голос был полон слез и отчаяния.

— Зачем она тебе? Что ты про нее знаешь?

— Я знаю достаточно.

Кажется, монстр закатил глаза. По крайней мере, как еще назвать то, что он поднял взгляд к небу? Будто бы мысленно возмущаясь моему поведению и упорству.

— Люди бросили ее, — произнесло чудовище, внимательно всматриваясь мне в глаза. – У нее никого нет.

Я не разрывала зрительный контакт. Мне казалось, что как только покажу страх и неуверенность, он нападет на ребенка.

А еще не покидало ощущение, будто меня хотели прочесть. Выяснить мои мысли и чувства.

Я услышала, как ойкнула Лилиан. Кажется, она получила ответ на вопрос. Ответ, о котором бы я не хотела, чтобы она знала.

— И что? – спросила я. – Я не собираюсь.

— Ах да, материнский инстинкт. Но твой дракон не примет ее.

— Значит, мне не нужен такой дракон, — ответила я.

В этот миг даже захотелось прикусить себе язык. Меня спасал сейчас статус невесты какого-то чешуйчатого. Скорее всего, он и Лилиан удерживал от печальной участи. Я сказала правду: дракон, тем более такой, мне не нужен. Но все равно стоит быть поосторожнее.

Как бы они не поняли, что статус у меня сугубо формальный.

— Но я предпочту узнать у него. И если нет, найду себе другого дракона.

Как я поняла, у истинности нет никакой привязки к конкретному дракону. Это просто для продолжения рода, голый расчет.

И в моем случае — это хорошо.

Можно просто найти другого или, как в моем случае, пообещать.

Глава 6

— На самой окраине живет. Ее все знают.

— Спасибо, — поблагодарила я. И совсем тихо спросила: – А может, вы мне объясните, почему огненный… — тут я замялась, не зная, как назвать то создание… — сказал, что Лилиан ваша?

Волк опустил голову.

— Мы не можем разглашать то, что не стал разглашать Великий.

Я пожала плечами. Что ж, спасибо и на том, что они уже сделали. Если задуматься, эта информация на мое решение уж точно не повлияет. Так, любопытство.

Вскоре я и сама заметила, что стала уставать. А мне нужно было поберечь силы, в конце концов, в городе еще нужно было найти где остановиться.

Пришлось все-таки сесть на волка. Да уж, давно я верхом не ездила. А тут еще такой диковинный зверь.

— Когда-то люди ездили на нас, — произнес волк, на котором я ехала. Правда, делала это я не сидя, а устроившись на волке и обняв за шею.

— А когда это было?

— Давно, дева. Очень давно, — коротко ответил волк. – Если хочешь узнать, лучше спроси ведьму.

Дальше мы двигались в тишине. Лилиан и вовсе хранила молчание. Обычно дети всегда разговорчивы и задают вопросы. Но ее можно было понять. Сейчас она не имела ни малейшего понятия, какой будет ее дальнейшая жизнь.

— Дальше с девочкой вы пойдете сами, — наконец произнес волк. Его соплеменник опустился на колени, чтобы помочь малышке слезть с него.

— Спасибо большое.

— За такое не благодарят, — прошипел волк. – Береги девочку.

И, не дожидаясь моего ответа, стая поспешила удалиться восвояси. А мы с Лилиан направились к выходу из леса, в сторону дороги.

— Я думала, нас съедят, — тихо проронил ребенок.

Я промолчала. Сама думала так же.

— А вы правда готовы порвать с драконом, если я ему не понравлюсь? — спросила девочка. – Мало кому нужны чужие дети.

У меня в который раз защемило сердце. Сколько боли было в словах девочки.

— Тетя мне это кучу раз говорила.

Ох я бы эту тетю… Что ж, мне все равно стоит поговорить с родственниками Лилиан, но пока это было не важной задачей и могло подождать.

— Тогда мне не нужен этот дракон, — повторила я. – Но в целом я не думаю, что ты его когда-нибудь увидишь. Нам пока самим нужно будет о себе позаботиться.

Ребенок, к моей радости, расспрашивать больше об этом не стал. Я не хотела, чтобы в лесу кто-то услышал, что статус невесты дракона у меня лишь временный и разрыв помолвки — дело решенное. Мало ли, вдруг меня все же решат убить, и кто же тогда позаботится о Лилиан?

Малышка уже подуспокоилась и даже обращала внимание на ягоды, которые мы встречали по пути.

— Запасы еды никогда не помешают, — заявил мой ребенок, кладя в корзинку малину и ежевику. Удивительно, но она сорванные ягоды не трогала, и, казалось бы, не испытывала искушения.

Это было так странно. Я привыкла к тому, что детям сложно отказаться от чего-то вкусного.

Вскоре мы с Лилиан вновь оказались на дороге из булыжников. Только в этот раз вдалеке виднелся город. Правда, в моем понимании это все-таки больше напоминало поселок. Не было привычных высоток и небоскребов.

Что ж, пора приступить к решению проблем. Вначале поиск крова, а потом — работы.

К моей большой радости, на одной из первых улиц, где мы оказались, я увидела таверну. Что ж, стоит уже покормить Лилиан нормальной едой. Да и про гостиницу спросить. Может, в таверне сами комнаты сдают. Здание было двухэтажным, так что весьма вероятно.

Да и вдруг сюда же получится устроиться? Было бы неплохо.

Лилиан, явно догадавшись, о чем я думаю, заметила:

— Мы никогда в городе не ночевали. Дядя говорил, что это слишком дорого.

Что ж, надеюсь, дракон насчет денег не пожадничал и хотя бы на какое-то время мне этого хватит.

Зашли в помещение. Людей было не много. Несколько человек сидели за деревянным столом и обедали. Пахло вкусно, у меня даже слюнки потекли.

Дородная румяная темноволосая женщина стояла за прилавком и подсчитывала монеты.

— Джорджиана! — воскликнула она, заметив меня.

Сразу поспешила к нам.

Черт. Эта женщина меня знает. Точнее, хозяйку этого тела. А вот я ее совсем не знаю. Даже как зовут и как обращаться.

Хотя вдруг это чем-то мне поможет? Иметь знакомых — это хорошо. Может быть, и на работу возьмет, понадеялась я, или совет какой-нибудь дельный даст.

— Тебя твоя мачеха уже обыскалась! — воскликнула женщина. – Уже кучу писем мне написала, чтобы я отправила кого-нибудь тебя искать.

Мысленно выругалась еще раз. Это же надо было зайти в таверну, где работает приятельница мадам Рауз!

— Милая, ты действительно пойдешь работать к ведьме? Ведьме, которая живет на окраине?

Определенно. Мне как раз к ней и нужно. Волки как раз ее упоминали, правда, об этом я, разумеется, промолчу.

Мне нужна память предыдущей хозяйки этого тела, и чем скорее, тем лучше. Иначе кто его знает, в какие неприятности я вляпаюсь.

— Да. Собственно, сейчас я не понимаю, почему раньше до нее не пошла, — сказала я, надеясь выяснить причину отказа настоящей Джорджианы.

— Ты говорила, что лучше смерть. Что ведьма что-нибудь сделает с тобой страшное.

Поджала губы. Странно, ведь, как я узнала, Джорджиана сама обладает магическими способностями. Если верить мачехе, то они слабые, но все же есть, а значит, она была не так уж беззащитна и, наверное, могла понять, когда против нее колдуют.

Да и вообще, ведьме зачем с девушкой что-то страшное делать? Просто так от скуки? Сомнительно. Весьма маловероятно. Особенно с учетом того, что ведьме работница нужна.

— Да и слухи про нее разные ходили.

Увы, слухам верить не стоит, порой надо выяснить самому и составить свое мнение. Но вдруг что-то еще пугало бывшую хозяйку тела? Может, она что не рассказала?

Гадать можно бесконечно, нужно выяснить, что там за обязанности. Может быть, Джорджиану именно они пугали?

— А напомните, пожалуйста, что там за работа? – спросила я, искренне надеясь, что женщина передо мной спишет этот вопрос на забывчивость. А не подумает, что перед ней кто-то чужой, оказавшийся в теле ее знакомой.

Глава 7

Правда, читать записку я решила не сразу. Лучше оставить это на потом, когда буду одна, вдали от посторонних глаз. Записка могла содержать что угодно: от полезного совета до язвительного комментария.

Поэтому я сосредоточилась на более насущных делах — оплатить обед и комнату, чтобы Лилиан могла спокойно отдохнуть. Торопливо открыв кошелёк, я вытащила несколько монет и протянула Аглае. Женщина не спеша пересчитала.

— Держи, — сказала она, протянув два небольших, слегка потёртых ключа.

Я кивнула в знак благодарности, а Лилиан посмотрела на Аглаю и произнесла:

— Спасибо большое, было очень вкусно. Вы замечательно готовите.

У женщины аж щеки запылали

— Спасибо за комплимент, — ответила она с легкой улыбкой, смотря на ребенка, а затем повернулась ко мне. – Воспитанная.

— Мне бы ещё еды в комнату, — попросила я. Кто знает, сколько времени меня не будет. Не хотелось, чтобы Лилиан осталась голодной.

— Хорошо. Как раз жаркое скоро будет готово. Ещё немного подождите, и я принесу, — сказала она, отводя взгляд.

С ключами в руках мы с Лилиан направились к лестнице, ведущей на второй этаж. Хотя, если честно, лестницей это можно было назвать с большой натяжкой. Просто доска, установленная под углом, с прикреплёнными сбоку дощечками, которые, видимо, должны были выполнять роль ступеней.

Похоже, такая конструкция была создана исключительно из соображений экономии места и материалов. Но выглядело странно, особенно для таверны, где люди останавливаются на ночлег. Не уверена, что все гости были готовы подниматься по такой «лестнице». Мне пришлось крепко держаться за стену, чтобы не упасть. Балансировать на этих дощечках оказалось сложнее, чем я ожидала.

А вот Лилиан справилась с этим испытанием с удивительной лёгкостью. Она взобралась наверх, как будто делала это каждый день. Движения были уверенными, так что я поняла: для неё это явно не ново. Возможно, она уже привыкла к подобным «архитектурным решениям».

Когда мы наконец добрались до второго этажа, я облегчённо выдохнула. Комната, которую нам выделили, оказалась довольно скромной, но вполне уютной. В ней было всё самое необходимое: две кровати с простыми, но чистыми покрывалами, небольшое окошко, стол, два стула и ночные вазы на полу. Да, отдельного туалета не было, но что поделать. Даже такая альтернатива лучше, чем ничего.

Я осмотрела комнату, проверяя, всё ли в порядке.

Место казалось безопасным, и я была уверена, что могу оставить Лилиан здесь на некоторое время. Вот только чем её занять? Это был вопрос, который я пока не могла решить. И, к сожалению, времени решать не было.

Я повернулась к девочке, которая с интересом разглядывала комнату. Она выглядела немного растерянной, но всё же взгляд был полон любопытства.

— Лилиан, мне нужно ненадолго уйти, — сказала я, стараясь говорить как можно мягче. — Я пойду узнавать насчёт работы и сразу вернусь. Ты пока можешь отдохнуть здесь.

Малышка нахмурилась. Её лицо моментально помрачнело. Она сжала руки в кулачки, и я заметила, как задрожали её губы. В глазах начали блестеть слёзы.

— А ты точно вернёшься? — спросила она с тревогой, голос дрожал. — Дядя тоже говорил, что вернётся… но он за мной не пришел.

Её слова больно кольнули меня в сердце. Я присела рядом и посмотрела прямо в её глаза.

— Конечно, я вернусь, — заверила я, стараясь говорить уверенно. — Вот, даже вещи свои оставлю. Просто мне нужно сначала поговорить с ведьмой. Одной.

— Ведьма? — переспросила Лилиан, её глаза расширились, и голос задрожал ещё сильнее. — Зачем тебе к ведьме? Дядя говорил, что ведьм нужно избегать. Особенно местную… Она опасна.

Интересно, почему? Что такого сделала эта ведьма, что её так боятся?

— Не ходи к ней! — взмолилась девочка, её голос сорвался на плач. — Пожалуйста, не ходи!

Я глубоко вздохнула и мягко, но твёрдо, ответила:

— Не волнуйся. Я не думаю, что твой дядя был прав. Кроме того, мне так посоветовали волки.

Её глаза расширились ещё больше. Она побледнела, и я заметила, как она сжалась в комок. Очевидно, воспоминания о нашей недавней встрече с волками преследовали её. Даже я не могла полностью избавиться от этого ощущения.

— Хорошо, — наконец прошептала она. — Но… может, ведьма сможет сказать, зачем огненный дух хотел меня забрать? Или… может, ей тоже нужен работник? Я могла бы ей помочь.

— Лилиан! — воскликнула я, потрясённая её словами. Мысль о том, что ребёнок в её возрасте думает о работе, приводила в ужас. — Ты совсем не должна работать.

Девочка нахмурилась, но ничего не ответила. Я подошла ближе, погладила её по голове и мягко сказала:

— Пожалуйста, просто подожди здесь. Ты ничего мне не должна. Я обещала заботиться о тебе, и я это сделаю.

Через некоторое время Лилиан сдалась. Она легла на кровать, повернувшись ко мне спиной, и тихо прошептала:

— Хорошо… Но будь осторожна.

— Обещаю, — ответила я.

Внезапно ребенок подбежал ко мне и крепко обнял. Я почувствовала, как платье намокло от слез напуганной девочки.

Погладила ее по волосам. Понятное дело, что она боялась остаться одна, но так было действительно безопаснее.

— Тише. Все хорошо. Я поищу какой-нибудь артефакт для связи.

Есть же в этом мире что-то подобное? Должно же быть.

— Подожди меня, я быстро.

Ребенок кивнул, и я закрыла за собой дверь.

Направилась на первый этаж, где уже ждала Аглая. Она стояла за стойкой, занятая пересчётом монет.

— А есть где-то поблизости лавка артефактника? – спросила я.

— Есть. Но тебе зачем?

— Мало ли, вдруг Лилиан что-то понадобится, пока меня не будет.

Аглая заглянула за прилавок и передала мне несколько листочков, напоминающих те, что мы обычно используем для заметок, и два стилуса.

— Вот, держи.

— А что это?

— Магическая бумага. Которая передает послания, а мы порой так заказы на кухню и склад. Боги, неужели тебе мачеха никогда этого не показывала?! – поразилась женщина.

Глава 8

— Здравствуйте, — произнесла я. Проявить вежливость и поприветствовать оказалось первым рефлексом, когда мысли путались между страхом и надеждой.

Ветер подул сильнее, и капюшон упал с головы женщины, открывая взгляду её лицо. Оно было немолодым, изборождённым глубокими морщинами, словно карта долгой и непростой жизни, но при этом в нём было что-то величественное. Густые блестящие волосы, собранные в длинную седую косу, блеснули в тусклом свете. Это была не просто женщина. Её присутствие ощущалось как тяжёлый, но тёплый плед, наброшенный на плечи.

— Здравствуй, — сказала она. В ее голосе чувствовалась какая-то настороженность. — Зачем пожаловала?

Внутри меня пронеслось чувство, подобное легкому ужасу. Эх, знать бы, что сказать! Сложно, когда думают, что знакомы с тобой, а на самом деле ты встречаешь этого человека впервые и не имеешь никакого понятия, в каких ты, точнее, бывшая хозяйка тела была с ним отношениях.

— За помощью и работой, — ответила я, решив говорить правду.

Хотелось спросить, кто передо мной, но после слов о знакомстве я не решалась, надо вначале выяснить, ведьма передо мной или нет. Вдруг это ее соседка? И придется потом придумывать объяснения.

Нужно проявлять разумную осторожность.

— Лицо знакомое, да душа чужая, — протянула женщина, смотря на меня, будто видит насквозь.

В этот момент я была убеждена: передо мной точно ведьма. Кто еще мог так вглядеться в меня и распознать то, что случилось? Каким-то чудом ни мачеха, ни сводная сестра девушки, ни даже Аглая не заметили подмены.

— Тело юное, а душа зрелая и сильная, — добавила она, будто бы поясняя, как именно заметила подмену.

Как бы хотелось, чтобы ведьма была права, чтобы я могла на самом деле назвать себя сильной.

— Вы были знакомы с Джорджианой? — тихо спросила я, оглядывая пустующую улицу.

Женщина тяжело вздохнула.

— Она хотела моей помощи. Но то, что она просила, вряд ли ей помогло бы, — тихо сказала она.

— Она спрашивала о работе? — уточнила я.

Если ведьма ей отказала? Не откажет ли она мне? Хотя она вроде бы поняла, что я другая.

— Нет, милая... — её голос погрузился в грусть.

Я выдохнула. На работу я очень надеялась. Но понимала, что, если ведьма меня не примет, я могла бы попытать счастья в другом городе. Даже в этом случае будут варианты.

Любопытно, не могла ведьма быть тем источником, что передал ей сведения о ритуале для обмена душами?

Я уже думала спросить, как ведьма произнесла:

— К ритуалу, проведенному Джорджианой, я тоже не причастна. Такой совет я бы никогда не дала. Он сложен, опасен... Но, полагаю, я знаю, за какой помощью ты пришла.

Надеюсь, это означает, что она сможет мне помочь.

— Вспышка памяти... — прошептала я. — Джорджиана сказала, что существует способ получить хоть какие-то её воспоминания.

— Да. Я могу это сделать. У девушки, заменившей тебя, также появятся кусочки твоих воспоминаний.

Эта возможность показалась заманчивой. Очень хотелось сохранить свою тайну, чтобы семья, близкие и друзья не заметили подмены.

— Однако я должна предупредить: после этого все шансы на возвращение исчезнут.

Ее слова заставили сердце пропустить удар. Я не ожидала этих слов. Не думала об этом.

Джорджиана уверяла, что способов вернуться не существует, ритуал необратим. Как выяснилось, ей нельзя верить.

— Так что подумай хорошо, насколько тебе это нужно.

К этому откровению я не была готова, словно внезапно оказалась на распутье между прошлым и будущим, между обещаниями и судьбой.

— К сожалению, вернуться я помочь тебе не смогу. Тебе нужно будет искать другого мага.

Это было странно. Странно и дико. Всего сутки в этом мире, а кажется, будто прошла целая вечность. Один день, и я уже поняла: вернуться назад может быть невозможно. Эта мысль угнетала, но я приняла её. Смирялась. И даже нашла плюсы.

И всё же новость, которую я только что услышала, поразила до глубины души. Особенно после того, что произошло сегодня. После моего обещания.

Там, в таверне, меня ждала девочка. Лилиан. Ребёнок, которому я поклялась, что позабочусь о нём. Каким-то образом я умудрилась дать это обещание, даже не задумываясь, смогу ли его выполнить. Отказаться от своих слов? Нет, я не могла. Это было бы хуже, чем любая ошибка. Это было бы предательством.

Не думаю, что Джорджиана — если вдруг вернётся в свой мир — захочет брать на себя эту ношу. В конце концов, это было моё решение. Я взяла на себя эту роль.

И я не хочу знать, как отреагирует Лилиан, если я отступлю. Она уже слишком много пережила. Её и так слишком часто бросали — близкие, друзья... даже сама судьба.

Да, у меня есть сомнения. Смогу ли я? Хватит ли сил? Но сейчас... сейчас я всё, что у неё есть. Всё, что её защищает.

А возвращение домой под большим вопросом. Найду ли я этого мага, что сможет помочь? Когда я смогу это сделать?

— Я никак не смогу взять девочку с собой? – спросила я.

— Никак, — покачала головой ведьма.

Ответ был предсказуем, но от этого было больно. Насколько же было бы легче с ребенком дома, в родном мире. Правда, насколько тяжело было бы привыкать ребенку ко всему новому и незнакомому?

Да и, в конце концов, если задуматься, а был ли кто-то, кто от меня зависим в родном мире? О матери мог позаботиться старший брат вместо меня.

– Мне нужно подумать насчёт вспышки памяти, – сказала я, пытаясь справиться с дрожью в голосе. – Недолго.

«Недолго», потому что я понимала: пока Джорджиана остаётся в том мире без воспоминаний, она может натворить бед. Возможно, её запрут в психиатрической больнице, и это станет катастрофой. Я не хочу, чтобы моим родственникам пришлось через это проходить.

Конечно, вернуть память — не гарантия, что моя "замена" не допустит ошибок. Но это хотя бы повысит шансы на успех. А может, и мне воспоминания Джорджианы помогут.

Глава 9

На мой вопрос о тесте Радана лишь загадочно улыбнулась и, ни слова не говоря, открыла передо мной старую, но крепкую калитку. Я шагнула за ней и словно пересекла невидимую черту между двумя мирами. Дом, который снаружи казался мрачным и чуть заброшенным, теперь предстал совсем иначе. Всё вокруг переменилось как по мановению волшебной палочки.

Двухэтажный особняк, казавшийся облезлым и запущенным, теперь выглядел крепким, добротным, словно за ним неустанно ухаживали заботливые руки. Пропала облупившаяся краска, фасад сиял свежестью, а окна были открыты, впуская солнечный свет. Даже тяжёлые шторы, которые я заметила с улицы, исчезли — вместо них висели лёгкие занавески, развевающиеся от сквозняка.

— Чтобы не было желающих прибрать дом к рукам, — пояснила Радана, заметив моё удивление. — Даже на ведьму вполне найдётся управа, Джорджиана.

В этих словах чувствовалась осторожность, накопленная годами. Меня удивила и территория: за забором открылся просторный участок, куда не заглядывали посторонние глаза. Здесь росли раскидистые деревья, аккуратные клумбы, а чуть поодаль виднелись грядки с овощами и травами. Всё дышало жизнью и заботой.

Единственное, поблизости нигде не было видно детей.

Радана жестом велела следовать за ней. Мы миновали крыльцо, украшенное резьбой, и вошли через незаметную боковую дверь, которая, казалось, была спрятана от любопытных взглядов. Внутри ждала небольшая, но очень уютная комната, уставленная книжными шкафами до самого потолка. По комнате были расставлены несколько стульев и массивный деревянный стол, заваленный бумагами и старыми фолиантами.

— Тебе нужно коснуться стены, — спокойно сказала Радана, указывая на участок стены, украшенный резной символикой. — И мысленно произнести своё имя. Настоящее имя.

Я растерялась. В обычном мире я бы ждала стандартных вопросов, возможно, даже какой-нибудь кулинарной проверки, но здесь, в мире магии, всё было иначе. Здесь отдавали предпочтение испытаниям, которые подчинялись своим неписаным правилам.

Я невольно поморщилась. Без памяти Джорджианы мои познания о магии были равны нулю. Я даже не могла быть уверена — прикасаюсь к безвредному артефакту или к чему-то опасному. Мысль о вспышке памяти снова всплыла в голове, но я всё ещё не была готова окончательно распрощаться с надеждой вернуться домой.

Собравшись с духом, я дотронулась до стены, до того самого места, куда указала ведьма. Мысленно произнесла своё полное имя:

«Евгения...»

В тот же миг место соприкосновения засветилось мягким тёплым светом. Я вздрогнула и инстинктивно отдёрнула руку — не от боли, а скорее от неожиданности. Никаких неприятных ощущений не было, но сердце бешено заколотилось.

Я обернулась к Радане. Она смотрела пристально, словно пыталась разглядеть во мне нечто важное, что пока ускользало от взгляда.

— Интересно... и весьма неожиданно, — протянула она, задумчиво глядя на меня, будто бы в её мыслях возник новый вопрос. — Что ж, Джорджиана, быть тебе моей помощницей.

— Хорошо, — кивнула я, стараясь говорить уверенно. — Расскажите, пожалуйста, в чём заключаются мои обязанности?

Я знала, что должна спросить, даже несмотря на нетерпение поскорее закончить разговор: в таверне ждала Лилиан, и мысль о том, что ребёнок остаётся один, причиняла почти физическую боль.

— Помощь в организации приюта, а также выполнение моих поручений, — просто ответила Радана.

— А почему такая проверка? — не унималась я.

— Надо выяснить, подходящие ли у тебя магические способности для этой работы, — объяснила она спокойно. — Здесь дети особенные, и приют тоже не совсем обычный.

Я сжала губы. Очень хотелось признаться, что я не умею колдовать — во всяком случае, пока — но по взгляду ведьмы я поняла, что она и так знает. Возможно, надеется, что способности проявятся со временем. Или что я смогу научиться.

— Думаю, с людьми, которые работают у меня, а также с детьми, ты познакомишься позже, — добавила Радана. — Жду тебя послезавтра. За это время я подготовлю все документы и оформлю тебя официально.

Документы... Я внезапно осознала, что даже не представляю, где хранит их Джорджиана. Впрочем, в этом мире удивляться уже было поздно.

— У тебя остались вопросы? — спросила она.

Я поколебалась, но наконец приняла решение, которое зрело во мне с самого утра:

— Да. Я всё-таки хочу провести ритуал «вспышка памяти».

Теперь я была готова. Впервые за всё время я ощущала твёрдую решимость — даже если это значит навсегда проститься с прежней жизнью.

— Что ж, хорошо, — с грустью произнесла ведьма.

Я уловила, как её взгляд потускнел, а на лице проступила едва заметная тень тоски. Но я была уверена — это не из-за моего решения. Она слишком хорошо понимает, почему я выбрала этот путь. Ей самой будет легче работать с помощницей, хоть как-то знакомой с этим миром, чем с человеком, которого придётся учить каждой мелочи.

Впрочем, возможно, она знает больше, чем говорит. Ведь воспоминания, которые я собираюсь получить, вряд ли можно назвать счастливыми.

Радана вытащила из складок мантии маленькую склянку-шар из толстого стекла и несколько свёртков с сушёными травами. По щепотке из каждого — серебристые ниточки полыни, ломтик засушенной лаванды, что-то резкое, похожее на мяту. Склянка быстро наполнилась доверху, и ведьма встряхнула её ловким движением. Внутри закружился вихрь, трава исчезла, а на её месте вырос крошечный клочок земли.

Я затаила дыхание: прямо у меня на ладони выросло незнакомое растение — тёмно-зелёные вытянутые листья, хрупкий живой стебель. Бутон, дрожащий на ветру, вдруг лопнул — и распустился цветком цвета летнего неба.

— Как будешь готова, сожми склянку в руке, чтобы она лопнула, — мягко сказала Радана. В её голосе слышалась странная нежность, почти материнская забота.

Я сжала пальцы вокруг стеклянного шара, ощущая его прохладу, и вдруг уловила внутри слабое биение, словно крошечное сердце пыталось вырваться наружу. Сделала глубокий вдох, закрыла глаза и сжала сильнее.