Храмовник. Право на семью

Начало. Погоня

Страх гнал её ночью по тёмной улице. За спиной слышался топот тяжёлых ботинок и хриплые крики — сегодня не сам главарь шёл по её следу, а его шестерки, безжалостные и упорные. Сантья задыхалась, лёгкие горели, но она не могла остановиться. Впереди, словно маяк в бурю, виднелся храм — древние каменные стены тускло мерцали в свете уличных фонарей.

«Туда… Только туда», — пронеслось в голове. Страх подгонял её, заставляя бежать ещё быстрее.

Она мысленно выругалась, пытаясь унять дрожь в коленях. Как же глупо всё получилось… Обычная студентка, она умудрилась отказать ему — человеку, о котором ходили страшные слухи. Кто ж знал, что у него в подчинении целая армия отморозков? Хотя кого она обманывает — даже если бы знала, всё равно ничего бы не изменилось. Её гордость, упрямство и неуступчивость, не позволили бы пойти на компромисс.

Воспоминание обожгло, будто раскалённый нож. Тот вечер в кафе, его маслянистый взгляд, ленивая улыбка. Он предложил провести с ним ночь — небрежно, словно делал одолжение. А она ответила твёрдым «нет». Тогда он лишь прищурился, но ничего не сказал. Она ещё успела порадоваться, что отделалась так легко…

Но уже на следующий день начались странности: кто‑то следил за ней у университета, потом — у дома. А потом… потом началась настоящая охота. Его люди появлялись везде: на остановке, у магазина, возле подъезда. Они не нападали — пока что — но их молчаливое присутствие давило, лишало сна и покоя.

Кто же знал, что его так замкнёт? Что её отказ станет спусковым крючком для этой безумной погони. Что на неё начнётся охота — не ради денег, не ради выгоды, а просто потому, что он не привык слышать слово «нет».

Сантья рванула на себя тяжёлую дверь храма, влетела внутрь и, задыхаясь, обернулась. Преследователи остановились у входа, растерянно переглядываясь. Им сюда нет хода — святое место, запрет, невидимая преграда.

Она прижалась спиной к холодной каменной стене, пытаясь отдышаться. Сердце колотилось так сильно, что, казалось, вот‑вот вырвется из груди. В дрожащем свете свечей она увидела силуэт у алтаря — спину в рясе. Высокий, прямой, спокойный.

Только он может помочь. Только он.

Не раздумывая, она бросилась к нему.

Встреча с Храмовником

Она знала — чувствовала всем сердцем, — что только этот человек сможет ей помочь. Только он способен её спасти. Не раздумывая, она бросилась к нему.

— Ваша светлость, ваша светлость! — задыхаясь, прокричала она.

Храмовник обернулся. На его лице на мгновение отразилась растерянность, но тут же сменилась спокойным вниманием. Он был высок — не меньше двух метров роста, — с серебристыми волосами ниже плеч, широкими скулами и серыми, удивительно спокойными глазами. Зрачки чуть расширились, когда он увидел бегущую к нему девушку.

— Что вас привело в наш храм? — послышался спокойный и уверенный голос служителя.

— Только к вам я могу обратиться, только вы сможете мне помочь, — плача, произнесла Сантья. — Он… он помешался! Его люди везде преследуют меня. Дома нет спасения — они всюду, повсюду! Даже сюда я чудом добралась… Только запрет не позволил им ворваться сюда.

Храмовник сделал несколько шагов вперёд. Перед его глазами предстала картина: невысокая девушка с заплаканными глазами. Её насыщенно‑синие глаза были полны слёз, длинные волосы шоколадного оттенка растрепались, а макушка едва доставала ему до груди. Её дыхание было прерывистым, пальцы дрожали, а на щеке виднелась ссадина — след погони.

Её вид заставил что‑то внутри него дрогнуть. В груди шевельнулось давно забытое чувство — не просто сострадание, а острая потребность защитить.

— В… в… ваша светлость, прошу вас, помогите, — сквозь слёзы, заикаясь, пробормотала девушка, поднимая голову, чтобы заглянуть ему в глаза. — Я по своей неосторожности попала на глаза бандиту. Он будто сошёл с ума — постоянно преследует меня, а его подчинённые то и дело пытаются меня похитить.

Храмовник задумался. Взгляд его стал отстранённым, словно он взвешивал все «за» и «против». В голове пронеслось: Только неприкосновенность служителя храма и его семьи позволит ей избавиться от внимания. Это единственный способ.

Он медленно поднял глаза и посмотрел на Сантью. В её взгляде читались отчаяние, надежда и страх — страх не успеть, не получить помощи, снова оказаться в лапах преследователей.

— У меня есть способ помочь вам, — наконец произнёс он ровным голосом. — Но он потребует от вас смелости и решимости. Согласны ли вы пойти на это?

Сантья замерла, ловя каждое слово. Её пальцы сжались в кулаки, а губы дрогнули.

— Я согласна на всё, — выдохнула она. — Только помогите.

Храмовник кивнул, и в его глазах мелькнуло что‑то, чего девушка пока не могла понять — то ли тревога, то ли тень прошлого, которое он так старался оставить позади.