Хранители

Пролог

«Зависть – великая сила. Человек, который кому-то постоянно завидует, когда-нибудь совершит безумный поступок, который либо успокоит его, либо… упокоит. Однако, где найти святого человека? Все мы не без греха. И уж гораздо лучше быть завистником, чем убийцей или лгуном. К тому же, зависть толкает нас на великие свершения», – так рассуждала Люся, когда без сожалений покоряла мир Маниакаля Лоранского, великого мага, и кралась в его замок на вершине утёса. Великий магистр магии в данный момент находился дома, то есть, в этом самом замке, но он уже распрощался с ребятами, и явно не ожидал повторного вторжения. Сами хранители ожидали её у берега утихомирившегося моря, не желая более видеть заносчивого хозяина, а потому стоило поторопиться.

«Завтра тренируются его любимые хранители, – зло подумала голубоглазая блондиночка и ускорила шаг, подбегая к двери. – Вот и пусть тренируются! А я сама научусь… У него наверняка много этих стихий, и, если я позаимствую одну, ничего страшного не случится. Он вообще их всем подряд отдаёт. Вот зачем он Зою наградил силой? Какой из неё хранитель? Да она дрожит постоянно и оглядывается, как будто следят за ней. Тот, кому суждено спасти мир, должен быть храбрым, сильным, ловким, обаятельным, мужественным, хладнокровным и добрым одновременно! Не думаю, что у Зои есть хотя бы половина этих качеств. А вот я…»

Внезапно в замке раздался гневный рык хаберана:

– Ты что здесь делаешь?!

Люся, вздрогнув, подняла голову на разъярённого призрака аристократа, ослепительно улыбнулась и выпалила:

– Мне в женскую комнатку надо!

– А до дома дотерпеть маленькой девочке не под силу? – язвительно процедил Маниакаль, но, увидев покрасневшее личико девочки, махнул рукой и демонстративно заперся в своём кабинете.

Люся, победно ухмыльнувшись, рванула к серебряной двери, тихо прикрыла её за собой и огляделась…

Чтобы в тот же миг задохнуться от восторга! Девочка подняла взгляд на верх золотой лестницы, ведущей ровно к восьми платиновым ларцам, и присвистнула, отметив богатство и роскошь хранилища. Да, Маниакаль падок до драгоценностей!

Девочка даже не представляла, куда она попала, но и представлять не нужно было: магия была рядом, а значит, она у цели. С внутренним трепетом Люся взбежала по лестнице и с замирающим сердцем оглядела ларцы. Они были прекрасны! Устроены с вкраплениями магии высших слоёв населения, блестящие и сверкающие драгоценными камнями.

– Ни себе чего, – присвистнула девочка и оглянулась на звук шагов. Кажется, кто-то прошёл… Но спустя пару мгновений Люся успокоилась вновь и продолжила исследование. Ей нужна была магия. Хоть какая-нибудь. Хотя бы самый маленький резерв!

Но даже если бы девочка и искала магию низшего уровня, не нашла бы здесь её. Маниакаль не зря два с половиной века работал над ключами – в них заключалась сильнейшая, чистая магия пятого уровня… Вы скажете: невозможно, нереально получить пятый уровень магии, ведь существует лишь четыре. Но давайте вспомним, кто такой Маниакаль Унтерисс хаберан Лоранский, и придём к закономерному выводу: этот мужчина способен на всё.

Маленькие, аккуратные ножки шли мимо стоек. Люся искала тот ларец, где ключ всё ещё светился магией, а не потух, передав всю свою энергию избранному. Разглядывая аккуратные роскошные изделия, девочка отмечала использованные стихии:

– Земля – это Лёха, воздух – это точно Катер, звук – Дан обладает чем-то похожим, свет – стесняшка Зойка, огонь – Юкине, эм… Метаморф? Странное слово. Ну, это точно Федя.

По полу повеяло холодом: нужно было торопиться, и поэтому девочка, оставив в покое ларец метаморфа с потухшим артефактом, подошла к следующему, где, сияя, светился прекрасный бирюзовый ключ. К слову, потухшими оставались всего два хранителя магии из восьми. А значит, что? Она успела вовремя!

Люся заворожённо поднесла руку к стеклу, и ключ радостно мигнул, почуяв будущую хозяйку. По коже пробежали мурашки восторга, и девочка решила даже не смотреть, какой там дальше был хранитель. Этот ключик признал её своей, а значит, они поладят.

Люся аккуратно, чтобы не разбить, сняла стекло, положила на золотой пол и осторожно поднесла руку к чистейшей магии. После секундного колебания выдохнула, уверенно взялась за артефакт и закрыла глаза, ожидая, что небеса разверзнутся, земля уйдёт из-под ног, а она обретёт невиданную силу, равной которой не будет на всей земле! Но минута прошла, а вокруг оставалась всё та же гробовая тишина, где не было места даже эхо. Люся открыла поочерёдно глаза, вздохнула снова, покрутила, рассматривая, аккуратное изделие в руке, пожала плечами и, засунув его в карман брюк, накрыла стеклом ларчик и поспешила на выход.

Знакомство

– Быстрее, быстрее! Ещё быстрее! Я хочу от вас большего, слабаки!

– Я ща сдохну…

– Зав… зав… Завещание… ху-у-у… не забудь!

– Разговорчики! – закричал гневно первый голос, и два парня перестали жаловаться и продолжили бежать, чуть не спотыкаясь под грозным взглядом их мучителя.

На берегу пруда, которое по заблуждению школьники называли озером, проходила тренировка хранителей.

Катя в чёрно-фиолетовой обтягивающей спортивной майке, чёрных спортивных брюках, с высоким хвостом русых волос, грозно и неумолимо осматривала вверенную ей территорию. Отследив, как два еле переставляющих ноги парня, вбежали в лесную часть дорожки, девушка закатила глаза и пошла следом, уже зная, что именно там, где она не может их увидеть, тунеядцы и устроят себе привал.

Данил и Федя же, как только вбежали в лес и убедились в том, что они вышли из зоны наблюдения, мгновенно проявили себя как двоюродные братья и лучшие друзья – синхронно, не сговариваясь, растянулись на траве и принялись стенать и страдать.

– Уверен, что Терминатор не спалит? – задыхаясь, прохрипел русоволосый Федя.

– Не знаю… Она из дома сбежала, выследила Артура и поселилась у Жеки в гараже… так что предсказать линию её поведения не представляется возможным, – обернувшись, выдохнул кареглазый Данил и, подняв палец для убедительности, добавил: – Женский разум недостижим для понимания!

– Это Конфуций?

– Это писец! Федь… я так долго не вынесу…

– Я… Я передумал быть хранителем, – уронил голову на муравейник спортсмен по принуждению и метаморф с лёгкой руки Маниакаля.

На несколько мгновений настало благостное молчание. Парни блаженно смотрели наверх, туда, где сквозь зелёные свежие листочки берёз и клёнов просматривалось синее небо. Натруженные мышцы понемногу расслабились и стали неимоверно гудеть.

Данил вымученно повернул голову вправо, посмотрел на Федю и хотел было что-то сказать, но передумал и заявил наиболее важное:

– Э-э-э… У тебя вся голова в муравьях.

Данил ожидал от брата всего что угодно – хохота, вздоха, истерики, ругани, но не ожидал увидеть столько ужаса во всегда весёлых глазах!

– Дан, мы трупы…

– Катя?! – мгновенно побледнел обладатель стихии звука и, не оборачиваясь, судорожно сглотнул и начал отсчитывать:

– Пять… четыре…

– Я вижу, вы перешли на новый уровень любви к природе, – раздалось насмешливое сверху. Федя, не обращая внимания на копошащихся на голове насекомых, в ужасе уставился повыше головы брата. Данил всё ещё считал:

– Три… два…

– Федь, у тебя на башке муравейник, тебя не смущает это, нет? – глаза Кати окинули его шевелюру насмешливым взглядом, а рот искривила нехорошая, предвещающая парням жестокое наказание, улыбка.

– Один…

– Что? – не поняла Катя.

– ВАЛИМ!!! – и братья мгновенно сорвались с места и, не замечая, как сводит от перенапряжения мышцы, рванули прочь из парка и остановились только тогда, когда какой-то мальчик в городе указал пальчиком на Федю и сказал:

– Мама, смотри, человек-муравей!

Дан окинул брата взглядом и, расхохотавшись, ответил малышу сквозь слёзы:

– Не, малыш. Это человек-муравейник!

Мама мальчика поскорее увела того от безумно хохотавшего Данила и опешившего Феди, а последний, почесав осторожно голову и оглядевшись, пошёл к ближайшей клумбе, где осторожно стряхнул каждое насекомое, и предложил вернуться к хранителям. Война войной, а совет с Артуром по расписанию.

***

Зоя наклонилась к самой воде. Кайбал ответил ей бледным, невзрачным отражением рыжей девушки в несуразной спортивной форме.

«Что я здесь делаю?» – в который раз задавала себе вопрос хранительница света, и в который раз отвечала: «Потому что мама сказала довериться им… Это было её последнее желание»…

Ей очень не хватало мамы. Совсем недавно она погибла, но Зое казалось, что с тех пор прошла целая жизнь… Жизнь, наполненная мраком, болью и дикой, лютой тоской по ней…

Девушка подняла зелёные колдовские глаза на Катю, которая даже не смотрела на Зою, потому что она была новенькая в их компании, и в который раз подумала, что ей не помогут…

Ни тренировки, ни советы хранителей, ни сами ребята – ей не поможет ничто.
Как жить без мамы? Без того единственного человека, который наполнял жизнь девушки?

Это было невозможно. И если бы не тот странный вещий сон… Если бы не просьба мамы довериться хранителям… Зои бы с этими сектантами не было. Она не встала бы, а осталась во тьме, позволяя поглотить её, рассеять боль и подарить благим покоем…

Но мама сказала жить, и Зоя жила. Каждый день на протяжении этой тяжёлой недели к ней приходил Артур, и говорил, говорил, говорил. Он не давал ей быть одной, передавал сообщения от дяди, поддерживал, ухаживал… и подготавливал к встрече с остальными.

И вот она настала – первая её тренировка с таинственными хранителями – ребятами, которые так же, как и она, жаждали появления Артура для очередного совета.

Зоя подавила очередную волну усталости и вздрогнула, ощутив чью-то руку на левом плече.

– Ты не пробежала и круга, – заметила ещё одна незнакомая Зое девушка – японка с тёмно-карими, из-за очков увеличенными глазами.

– Да… Я не очень сильна в беге, – смущённо ответила она и неловко поднялась.

– Пойдём, скоро придёт Артур, – слегка улыбнулась Юкине. – Как тебя зовут?

– Зоя…

– А я Юкине. Для друзей просто – Юки. Ты ведь ничего не знаешь о Маниакале?

О призраке, который появился после вещего сна у неё в доме, Зоя знала… Видели его только она и Артур, как считала до этого момента девушка. Видимо, она ошибалась, и призрачного учёного видели все… хранители.

– Я слышала о нём.

– Прекрасно! Сейчас ещё и познакомишься лично. А вот это уже не прекрасно…

– Почему? – Зоя помнила улыбающегося доброго мужчину в неизменном сером костюме и не понимала недоверия к нему.

– Узнаешь… Идём!

И Зоя, увлекаемая японкой, тяжело направилась к центру столпотворения. С каждым часом ей всё меньше нравилась идея проводить свободное от учёбы время в компании этих странных ребят…

У Маниакаля

– О… А что это такое, а?!

– А это, Федя, называется «чтоб я так жил», – ответил не менее изумлённый голос Лёши.

– А хорошо призрак устроился, скажу я вам… Может, сдохнуть? – пробормотала под нос Люся, запрокинув голову и глядя на невероятное строение.

– Люся! – прорычал Лёша, хватая сестру за руку и немного успокаивая бешено скачущее от волнения сердце.

– А что?

– Жить надоело? – угрожающе навис над сестрой сероглазый парень. И взгляд его, казалось, мог бы не просто уничтожить – испепелить на месте. Но девочка ослепительно улыбнулась и подтвердила:

– Ага.

– Могу помочь! – поднял руку Федя.

Люся заинтересованно высунулась из-за брата:

– Отлично! А можно так, чтобы красиво, и кремация, и…

– Убью.

Тихий голос Лёши прервал безумцев.

– Сам, – и злой взгляд на приунывшую девочку.

– Да зачем же жалеть, – внезапно вступила в спор Катя.

– Я просто увеличу нагрузку для определённых лиц на тренировке. Сразу дурные мысли перестанут в голову лезть.

Люся дышать даже перестала и в призыве о помощи посмотрела на старшего брата. А где-то на заднем плане упал на песок Федя.

Из портала, что сверкал позади друзей, вышел Жека, и магическое творение исчезло. Артур, переглянувшись с братом, мгновенно разорвал наступившую тишину, настаивая на соблюдении приличий, и повёл свою команду по пляжу.

Они оказались на берегу моря. Позади бушевала тёмная вода, горизонт был словно весь стянут тучами, вдали сверкнули три молнии. Начиналась буря.

Лестница, словно выбитая в каменном утёсе, вела прямо к величественному замку, возвышающимся над морем настоящим чудом архитектуры. Хранители быстро взобрались вверх и успели как раз к моменту, когда с неба упали первые капли.

– Скорее, проходите, – скомандовал, отворяя стеклянную дверь, Артур.

Хранители, пригибаясь от хлынувшего ливня, прошмыгнули в замок, и командир закрыл дверь.

– В просторном холле, с двумя сходящимися вверху лестницами из стекла и дорогого дерева не раздавалось ни звука, и только за высокими панорамными окнами слышалось буйство стихии… – разнёсся по замку голос Данила.

– Э–э–э, кто-нибудь, стукните его, – пробормотал Лёша.

Люся с радостью толкнула Данила. Посмотрела наверх и сглотнула, подавив желание спрятаться. Цепкий взгляд призрака ничего хорошего ей явно не сулил…

– Артур, – обманчиво-мягкий голос разнёсся по пустому дому, – я вроде чётко пояснил, кого хотел бы видеть в своём замке, а кому, – и откровенно недовольный взгляд на Люсю, – проход запретил.

Артур ничуть не смутился и, поднимаясь, иронично ответил:

– И я рад тебя видеть, дед.

Бледное аристократичное лицо хаберана Лоранского покрылось красными пятнами.

– Я тебе не дед! – взвизгнул разъярённо Маниакаль, а его монокль в правом глазу даже угрожающе сверкнул.

– Согласен, – кивнул Артур, останавливаясь у великого предка, который в своём мире призраком не был. – Ты прапрапрадед.

Зло прищурив глаза, Маниакаль пытался таким способом уничтожить обнаглевшего потомка, но, резко выдохнув через нос, выдавил негостеприимное:

– Руки помойте. Пять минут!

И полупрозрачный мужчина в сером костюме покинул площадку над лестницей, оставив хранителей удивлённо молчать. Когда шаги его утихли, ребята шумно выдохнули и прокомментировали:

– Да, умыл ты его, – одобрительно похлопал по плечу Артура Лёша.

– А он тебе правда прапрапрадед? – вскинула бровь Юкине.

Артур утвердительно кивнул и, приказав следовать за ним, пояснил:

– Точную степень родства указывать было бы чересчур долго, поэтому иногда зову его дедом. А так Маниакаль – наш с Жекой далёкий предок, живший около двухсот лет назад.

– М-дам… Он мог бы и теплее относиться к собственным потомкам, – заметила Катя, нахмурившись. – Мне вот вообще не понравились его пренебрежение и оскорбления.

– Судя по всему, неприязнь у Артура с Маниакалем взаимная, – заметила на это Юкине.

– Как ты его терпишь?! – подвела итоги Люся.

– А главное – зачем? – поддержал сестру Лёша.

Артур слабо улыбнулся, глянул на вход в столовую, и честно признался:

– Дело даже не в родстве, а в том, что он был великим учёным, незаменимым специалистом в своём роде, и первым и единственным магом на Земле, достигшим самостоятельно четвёртой ступени магии.

– Это очень высокая, по меркам Небесного мира, ступень, – вступил в беседу тихий голос Жеки. И, пропуская хранителей в умывальню, он им же и объяснил: – Ею за всю историю мира владели только пять человек. Маниакаль среди них отличается тем, что он развил в себе магию буквально с первой ступени. Как правило, маги четвёртой имеют право на управление государством по праву сильнейшего. Так что он пользуется безграничным почётом и уважением у всех жителей Небесного мира. Никому больше не удавалось самостоятельно достичь такого уровня, поднявшись буквально «из грязи в князи».

– Вот это да, – вытирая руки полотенцем, выдохнула Люся. – А у нас какая ступень будет?

– Не у «нас», а у «вас», – поправил холодно Лёша. Люся, кинув на него мимолётный нехороший взгляд, вновь всё своё внимание уделила Артуру и Жеке. Хранители к тому моменту закончили с водными процедурами и стояли возле умывальни, внимательно слушая разговор.

– Пятая, – ответил всё же Артур.

– Но в любом случае получить всё и сразу невозможно, – тут же предупредил Жека. – Вам придётся учиться магии, чтобы правильно ею управлять.

– Опя-я-ять, – простонал Федя на выдохе. – Только-только лето началось, и снова учиться… А можно в качестве исключения…

– Нет, – жёстко прервал Артур. – С магией не шутят.

Федя мгновенно посерьёзнел и больше не произнёс ни слова, обдумывая сказанное. Хранители напряжённо переглянулись. Артур некоторое время тоже молчал, борясь с самим собой, а после выдавил то, что просто обязан был сказать:

– Я никого не держу.

Жёлтые глаза оторвались от пола и внимательно посмотрели на команду. Ребята молчали. Многих из них обуревали сомнения, возможно, некоторые готовы были отказаться от выпавших испытаний, но…

Пропажа

Уже открывая дверь квартиры, Люся краем уха услышала слова Лёши, сказанные шёпотом Артуру, который отчего-то вдруг решил их проводить: «Знаешь, я подумал… Попроси лучше Маниакаля, чтобы память… оставили. Она не простит мне». И ответ командира: «Хорошо».

Передёрнув плечами, глубоко обиженная Люся, резкими движениями прошла в комнату.

Дыра в стене, из которой в ту роковую ночь выглянула голова брата, напоминала о том, что кое-кто получил магическую силу земли. А Люся просто маленькая никчёмная девчонка. Она же не дракон!

Бирюзовый, заветный и такой уже родной ключ с запретным плодом в виде магии воды был размещён на столе. Усевшись на стул и подперев подбородок ладошкой, Люся посмотрела на свою мечту, и вытерла слезинку.

– И что мне с тобой делать, дружок?

Ключ хранил молчание. Девочка тяжело вздохнула, сжала его в кулачке, прижала к сердцу и выдохнула, глотая слёзы:

– Вот я тебя украла… А воспользоваться всё равно не могу… Не мне ты предназначена, мечта моя… магия… Приключения, – тихий всхлип, и судорожная попытка взять себя в руки. Нельзя распускаться! Люся должна быть сильной и признать, что не все капризы должны исполняться. – Прощай, друг, – прошептала девушка, аккуратно разомкнув кулачок и глядя на прекрасное изделие. – Прощай, мечта. Недолго мы были вместе. Но Маниакаль сказал мне «нет»…

И, глотая слёзы отчаяния, Люся снова прижала ключ к груди, обнимая и прощаясь.

Внезапно услышав подозрительный шум, словно доносившийся с моря, она вскочила на ноги и испуганно заозиралась.

И в одно мгновение мир сошёл с ума! Люся вскрикнула, ощутив, как ключ в руках светится, магия впивается в её тело, прожигая кожу, и зажмурилась от ослепляющего света. Этот свет, такой же бирюзовый, как и ключ, заполнял собой всю комнату, и Лёша с Артуром, прибежавшие на крик, ошеломлённо проследили за тем, как ключ, зависнув в воздухе, наполняет до краёв комнату магией. Они попытались войти, помочь девушке, ничком лежащей на ковре, прекратить это безумие, где слышны были лишь визги Люси и шорох магии по стенам, но поток, словно стремнина, не пускал, набирая скорость, водоворотом закручиваясь и стремясь в центр, которым служила Люся.

Артур онемел. Он, в отличие от Лёши, знал, что повернуть назад процесс нельзя. Каким-то невероятным образом магия выбрала девочку своей хозяйкой, и прощаться не пожелала. Если Люся выживет, она станет одной из самых могущественных магов на Земле. Она будет хранителем.

И если Артур всё это знал, а потому просто стоял, отправляя Маниакалю зов, то Лёша рвал и метал. Порвать юноша пытался невидимую стену, что не пускала посторонних в комнату, а метал попадающиеся под руку предметы, которые тоже не принесли результата – поток магии всё отбрасывал обратно.

– Что ты стоишь?! – кричал, яростно шипя и отплёвываясь, Лёша. – Ты не видишь, ей больно?! Она плачет! Останови это!

– Это невозможно, – ответил Артур, опуская голову. – Магия приняла Люсю, а с выбором магии спорить никто не смеет.

– А я поспорю! – зарычал обезумевший брат и снова ринулся в бой со стихией, но водоворот исчез, и, не встретив препятствий, юноша ворвался в комнату. На ковре лежала Люся, и тихо подвывала. Всё тело девочки было мокрым от пота, пальцы рук были настолько бледны, что Лёша затрясся от накатившего ужаса. Приподняв голову Люси, он всмотрелся в сестру.

– Давай уложим её на кровать, – проговорил командир.

Поднимая бессознательную девочку, Лёша с нежностью и заботой уложил её на покрывало. «Ты всегда хотела казаться мужественной и сильной, – горько подумал Лёша, слушая, как медленно и слабо бьётся пульс, – и ты такая и есть». А после, услышав слабый стон, полный боли, сжал кулаки и добавил, тоже мысленно: «Жаль, что безголовая!».

Артур, увидев на ковре мокрое пятно, там, где лежала голова девушки, нагнулся и понял, что это была не кровь. Слёзы. Сердце сжалось.

– Так, и где тот самый вор, который умудрился обокрасть величайшего хаберана в мире? – ворвался в комнату Маниакаль в виде призрака. Оглядев помещение, разбросанные в нём вещи, перевёрнутый стул, листки бумаги, хаотично лежащие на полу, мокрое пятнышко на ковре, фигуру Лёши, не отрывающегося от сестры, и хмурого Артура, смотрящего в окно, призрак присвистнул.

– Нехило проветрили.

– Помоги лучше, – голос Артура был мрачен, как никогда. Лёша вообще говорить не мог, а Маниакаль усмехнулся:

– Ну, ну. Зачем же так расстраиваться, друзья мои. Расстраиваться в данной ситуации должен я, – в голосе мужчины прорвался гневный рык. – Не вас, между прочим, только что окунули по самое число. А ну-ка, парень, отойди. Я сейчас в ярости, могу и жизни лишить чисто от плохого настроения.

Лёша нехотя посторонился, прожигая Маниакаля взглядом, полным ненависти, а хаберан, не замечая его, осмотрел девушку, усмехнулся своим мыслям, выпрямился, скрестив руки, и… и вдруг заорал:

– ЛЮСЯ!

Лёша ошарашенно вышел из апатии и кинулся было убирать сумасшедшего подальше от сестры, как вдруг девочка открыла глаза, а Маниакаль продолжил визжать:

– Это что такое, а?! Я спрашиваю, как это называть?! Кто спёр мою магию, а, паршивка?!

– Я, я, я… – вскочила с кровати Люся и, воровато пряча руки, попятилась к Лёше. – Я случайно, я не хотела…

– НЕ ХОТЕЛА?! Что ж, ты хочешь сказать, что ключ сам к тебе пришёл, да?!

– Д-д-д-да… нет, – лепетала Люся, выглядывая из-за спины шокированного брата. И, натолкнувшись на полный ярости взгляд, испуганно пролепетала: – Я всё возмещу…

– ДВЕСТИ СЕМЬДЕСЯТ ЛЕТ! Почти три века я планировал, отбирал самых лучших! КАК?! КАК ты мне это всё возместишь?! Что я теперь скажу Тимофею?! Он уже готов был! Артур его морально знаешь сколько готовил?! И как ты заменишь сильного и выносливого дракона?! КА-А-А-А-АК!!! – истерично завопил призрак. Учёный хватался за волосы, поднимал руки к небу, молился, проклинал, а после борьбы с ударом судьбы, опёрся о стенку и произнёс, обращаясь к Артуру:

Переезд

– Последняя, – объявил Жека, занося очередную сумку с вещами в квартиру.

Зоя в светло-жёлтой пижаме скромно перехватила ручки пакета и, всё так же безмолвно, понесла в комнату. Теперь не только её собственную, но и Катину.

– Спасибо за помощь, – улыбнулась в коридоре новая соседка Зои. – Но мы и сами бы справились. Я не успела взять много вещей из дома, когда сбегала, так что…

– Страшно представить, что для тебя значит «много», если пять огроменных пакетов – это всего лишь «не успела взять много вещей», – вышел из кухни Федя с кружкой. Чёрные джинсы, кожаная безрукавка поверх белоснежной футболки и кроссовки со скелетиками создавали неповторимое сочетание вкуса и безвкусия. Чисто Федя.

Катя оглядела парня с ног до головы, оценив образ, и заявила:

– А кто тебе позволил хозяйничать в доме Зои?

Федя с лукавым взглядом отхлебнул, видимо, воду, и промолчал.

– Я разрешила, – послышалось в коридоре. Зоя встала у угла, подальше от хранителей, и обратилась к Жеке: – Останетесь на чай?

Парень оглянулся за спину, словно там его ждала ещё куча дел, но не смог отказать.

Из носика электрического чайника валил пар, кнопка хлопнула, и Зоя разлила гостям зелёный вкусный чай.

Федя грустно вздохнул, поставил локоть на стол, положил подбородок на ладонь и проговорил:

– Скучно как-то живётся у вас. Уже второй день ничего не происходит. Жек, где твоего брата носит? Он нам обещал развлекательный вечер устроить. Завесу какую-то приподнять. И пропал.

Надевая очки, которые снял, чтобы не запотели от пара, голубоглазый Жека встретил взгляд парня спокойно, спокойно же и ответил:

– В Небесном мире возникли некоторые… трудности.

– Что может быть важнее, чем начать спасать мир путём просвещения хранителей?! Люся получила магию, но, как и мы все, до сих пор не знает, как ею пользоваться. Кстати, какая у неё там стихия?

– Вода, – задумчиво ответил Жека, мерно помешивая ложкой сладкий чай. – Не думаю, что Артур справится с проблемой в ближайшие дни… Да и Маниакаль ничего про обучение не говорил… Но ты прав. Вам пора уже начинать осваивать магию. Хорошо. С завтрашнего дня перед тренировками собираетесь все у меня. За домом, возле гаража, есть хорошая поляна. Как полигон для практических занятий очень даже сойдёт.

– А соседям ничего, что у тебя во дворе будет вспыхивать то яркий свет, то огонь, то местные смерчи будет появляться? – фыркнул Федя, прищурив глаза, и заливисто расхохотался, представив себе удивлённые лица соседей Жеки.

Катя в восторге повернулась к Зое, думая увидеть то же предвкушение, которое охватило её от этой новости, но натолкнулась на грустный пустой взгляд, направленный куда-то в кружку. Неужели её не вдохновили эти новости?! Это было странно, и, наблюдая за девушкой, она как-то упустила ответ Жеки:

– Соседей у меня нет.

– Это должно было успокоить, но мне почему-то стало жутко... – признался Федя.

Договорились встретиться завтра в три часа дня у Жеки дома, и девушки проводили своих помощников, закрыв дверь на замок.

Оставшись одни, Катя и Зоя нервно мялись у двери. Что делать им дальше, они не знали.

– Пойдём разбирать вещи? – предложила Зоя, не глядя на кареглазую новую соседку.

– Пойдём, – согласилась та и, наклонив голову, внезапно спросила: – Тебе не страшно было жить одной?

Зоя вздрогнула. Её руки начали мелко подрагивать, и Катя уже пожалела, что спросила…

Но слово – не воробей...

***

Она была в темноте. В полной, пугающей, страшной, неизвестной темноте, таящей в себе угрозу. «Прямо как в моей жизни», – оглядываясь и видя всё тот же мрак, думала с горечью Зоя.

Тьма, казалось, обволакивала, ласкала, звала куда-то, уносила в сторону от чего-то… Девушка и не противилась. Она не имела ни сил, ни желания бороться. Нить, связывающая её с этой жизнью, давно порвалась. Она ничего хорошего не ждала. Сражаться? А смысл? Для чего всё это вообще? Зачем мы рождаемся, если всё равно умрём, зачем жизнь? Для наслаждений? А если ей плевать на наслаждения? Тогда, может быть, для помощи другим? Но кому ей помогать?!.. Некому…

Одинокая слеза скатилась по щеке девушки, и Зоя упала на колени, обхватив себя руками и сгорбившись.

«Мама, – шептала Зоя. – Мама… Мама…» – а слёзы капали и капали на землю, окропляя ту солёной влагой… Какой-то чёрный жук выполз из неосвещённой области и стал пить капельку. Зоя проследила за ним, апатично поднесла руку к панцирю и погладила. И тут же замерла: свет… Появился свет! Он падал прямо на девушку издалека, словно выделяя из всего мира мрака, проводя дорогу к чему-то.

«Это шанс», – поняла Зоя и вытерла слёзы.

С трудом встала и, пошатываясь, попыталась сосредоточиться и подумать. Но странная усталость грузом скорби и тьмы навалилась разом, пригвождая девушку к полу, и Зоя снова обессиленно упала на колени. Больше встать она не могла.
«Я останусь тут… Мне незачем бороться… Вечный сон сгонит мою усталость», – думала девушка и всё ниже сгибалась к земле. Вокруг давила тьма, мрак готов был поглотить её навечно.

Но лучик света, словно рука помощи, окружил девушку, давая ещё один шанс… ещё один…

– Зоечка, мышонок, – вдруг раздался тихий, словно шелест, голос. Девушка резко открыла глаза и попыталась подняться, кинуться на голос, кричать… Но ничего не получилось. Свет постепенно уходил к источнику… Холодало, а мрак сгущался.

– Девочка моя…

– Мама! – хотела закричать Зоя, но вышел лишь хрип. – Мамочка… Ты где?! Мама!

– Тш-ш, мышонок, я рядом… А кто у нас тут красный, как помидорка? – и во мраке раздался знакомый, такой тёплый, родной смех…

«Мама», – Зоя плакала. Столько вопросов было, но все они растворились в эмоциях. Она просто наслаждалась Её голосом, чувством, что мама теперь рядом… А голос продолжал:

– Девочка моя, послушай. У нас мало времени, мышонок…

«Мышонок», – отозвалось болью в сердце Зои.

– Зоюсь, я не хотела бы, чтобы ты погибла из-за меня. Доченька, посмотри на меня…