Хранитель долгов

Глава 1 ● История ●

В небольшой деревне Н. все её жители знали: когда стрелки часов приближались к шести, время будто начинало идти иначе. Звуки становились глухими, разговоры — короче, а шаги по дороге отдавались так, словно кто-то шёл следом, но не касался земли.

Именно в этот час появлялся туман.

Он не поднимался с земли — он приходил. Медленно, холодно, будто живой. Сначала тонкой полосой между домами, затем густел, заполняя улицы и дворы, пробираясь в щели окон. От него немели пальцы, а по спине ползли мурашки, даже если человек сидел у тёплой печи.

Все знали: если выйти в это время — можно не вернуться.

Поэтому после шести в деревне гасли огни, закрывались ставни, и даже собаки забивались под крыльцо, тихо поскуливая.

Но однажды в деревню приехала женщина.

Она была пожилого возраста, с тёмными, почти чёрными волосами, слишком густыми для её лет. Глаза её смотрели внимательно, будто она знала о человеке больше, чем он сам. Люди шептались: ведьма, гадалка, нечистая. Но всё равно приходили к ней за советами — осторожно, с опущенными глазами, будто боялись случайно разозлить её.

Некоторые уходили с облегчением, другие — с тревогой, ощущая, что в доме Серафимы Ивановны живёт что-то чуждое и сильное, чего нельзя понять обычным разумом.

Жила она на краю деревни.

Звали её Серафима Ивановна.

Был у неё кот — звала она его Серый. Хотя серого в нём не было ничего: чёрный, крупный, упитанный, с одним глазом. Этот глаз никогда не моргал. По вечерам она выпускала его за порог, и возвращался он всегда до тумана — принося мышей, крыс и других мелких тварей.

Серафима Ивановна не боялась тумана.

Когда остальные закрывали двери, она могла сидеть у окна и смотреть, как белая мгла медленно подползает к дому.

Однажды днём она ушла в лес.

Вернулась под вечер и собрала всех жителей на площади. Говорила спокойно, будто речь шла о погоде:

Сегодня окна не открывайте. Ни при каких условиях. Даже если станет невыносимо жарко.

Ночью пойдут черти. Будут грабить. И искать себе жертву.

Некоторые засмеялись. Другие перекрестились. Решили — бред старухи.

Ночью туман пришёл раньше обычного.

А к утру пропал Толя — местный алкоголик.

Его дом был открыт. Свет не горел. Денег, которые он откладывал, не было. Но страннее всего было другое:

на полу остались мокрые следы, похожие на отпечатки копыт.

А икона над дверью была перевёрнута и треснута, будто по ней ударили изнутри.

Люди говорили, что Толя всё пропил. Но те, кто знал его лучше, понимали — он копил деньги на свадьбу. Его жена должна была приехать уже на следующей неделе.

Туман в ту ночь ушёл, но что-то в деревне осталось.

Прошёл месяц, а может — два.

К Серафиме Ивановне пришла девочка лет двенадцати. Звали её Мария.

Откуда вы знали? — спросила она. — Что той ночью нельзя выходить и открывать окна?

Серафима Ивановна посмотрела на неё и вдруг назвала её имя — хотя Мария не представлялась.

Рано тебе ещё это знать, Мария, — сказала она. — Вот исполнится тебе пятнадцать — тогда приходи. Всё расскажу.

Потом она поставила на стол чай.

А за окном, далеко не каждый вечер, но иногда…

туман начинал собираться снова.