Хранитель историй

Хранитель историй

«Любите и цените друг друга, поддерживайте! Не существует половинок. Люди цельные личности! А “своим” человек становится, если проявить терпение и умение закрывать на какие-то мелочи глаза и ценить поступки человека, и кое-что еще...»

Я никогда не любила природу. Меня пугали лес и дикие животные. Мой дом — это каменные джунгли, с гулом машин, с особым привкусом песка вперемешку с выхлопными газами и дымом заводов. Но что-то щелкнуло внутри, и вот я на заснеженной тропе.

Пасмурное и морозное утро было наполнено какой-то тревогой. Снег валил уже третьи сутки подряд, заметая все дороги, и отступать было некуда, что-то манило в глубь леса.

«Обратного пути нет. Я должна дойти до этой сторожки и узнать, кто я! Узнать тайну своего происхождения!» — думала я.

Меня зовут Динара, но друзья называют Данко. Я как тот персонаж, за горящим сердцем которого шли люди. И я тоже вывожу людей из тьмы на свет, как он. Только я психолог и решаю другие проблемы: помогаю людям обрести гармонию с собой и участвую в благотворительных мероприятиях для детей в роли аниматора. Но сама о себе совершенно ничего не знаю. Кто-то оставил меня на пороге детского дома двадцать пять лет назад. Ни фамилии, ни имени. Только пищащий кулёк достался дворничихе, вышедшей на утренний обход территории.

Стать психологом я решила, когда мне было десять лет. Я хорошо училась, и мне нравились занятия с психологом в детском доме. Преподаватель, которая занималась с нами и прорабатывала наши детские травмы, была милой женщиной в очках и с серебром в волосах. Мы часто после занятий сидели и просто болтали о жизни. Она угощала меня домашней выпечкой, и позже стала для меня словно и мама, и бабушка в одном лице, но в пределах детского дома, потому что вне его у нее была своя семья: дети, внуки, муж. Она была для меня важным человеком, примером, которого до нее я не находила ни в ком. Благодаря Елене Петровне я и выбрала свою профессию.

В последнее время ко мне на консультации приходил мужчина. Он вырос в сторожке с отцом, который его учил грамоте и выживанию в дикой природе. Хмурый и угрюмый клиент, хотя и мой ровесник, но было что-то в его глазах родное. Вы не подумайте, не как мужчина он меня заинтересовал. Каждую встречу я чувствовала его какую-то нерастраченную отеческую заботу и внимание к мелочам. Он-то и указал мне на то, что мы с ним внешне похожи, словно близнецы, вплоть до цвета и типа волос: у меня волнистые, и у него такие же. Да и форма ногтей похожа: длинные, как у пианистов, пальцы с овальными ногтями. Но мы же не можем быть родственниками? Кто в трезвом уме согласился бы рожать в тайге? Или все-таки согласился? Мужчина сказал, что его мама исчезла при странных обстоятельствах, ушла за водой к ручью и не вернулась, а отец один его воспитывал.

Странно, все это очень странно. Наверное, я слишком глубоко погрузилась в истории этого человека, и мое детское желание иметь семью настолько ярко отражалось во взгляде, что этот клиент подчеркнул наше сходство.

Я долго прокручивала в голове эту историю. Мужчина приходил ко мне на сеанс не один раз. И с каждым его воспоминанием во мне поднималась волна негодования и в то же время какого-то трепета. Наверное, еще и какой-то зависти. Потому что у меня никогда не было семьи, и я даже представить не могла, каково это.

И вот сейчас в метель без ориентиров и навигации ищу иголку в стоге сена — дом, свой дом. Ищу по ощущениям и обрывкам воспоминаний, но почему-то не своих, а чужих. Мой клиент много рассказывал о своем доме в лесу. Я все запомнила и решила проверить, не мой ли отец тот мужчина, о котором я теперь знаю. Как такое вообще возможно? Видимо, я сошла с ума с этой работой без выходных и погружением в каждую историю клиента.

Иду не спеша по тропе. Где-то вдалеке слышны звуки автострады, а здесь, в лесу, тишина. Только хрустит под ногами, да периодически слышно, как падает снег с рябины. Птички, видимо, решили пообедать. Между берез и елок — следы диких зверей. Я нагнулась и рассмотрела. Похоже, что это заяц убегал от лисицы. Я такие следы, только ровные и четкие, видела в учебнике по биологии в интернете.

Шла по натоптанной тропе, увидела поваленное дерево, две сросшиеся сосны, за ними — хвойный валежник. Закрыла глаза, чтобы мысли выстроились в точную последовательность, а не прыгали, как лягушки по кочкам. Открыла глаза, увидела перед собой деревянный пятистенок из огромных бревен.

«Вот я и дома», — подумала я и крикнула, сама не понимая зачем, на весь лес:

— Пап, папа! Я дома!

Седобородый, обросший мужчина с ружьём наперевес появился в дверном проеме.

— Кто здесь? Заблудились? — спросил он, щурясь от слепящего и окутывающего потока ветра со снегом.

Глаза мои увлажнились. Вот он, живой, настоящий, родной! Человек, который даже не знал, что я жива или что я есть, или знал, но ничего не сделал для меня. Почему судьба так несправедлива? Почему брат был с ним, а я росла в детском доме? После отчаяния накатили злоба и зависть.

***

— Вы мой, отец, а я ваша дочка — Динара! — выкрикнула девушка.

— Но у меня только сын, и то, он в городе работает. Это очень далеко отсюда. Деточка, да ты плачешь? Пройди в дом, негоже мерзнуть в лесу в такую-то непогоду. Эко ж, где такое видано! Додумалась в метель идти в самую чащу леса. — Я аккуратно взял девушку под руку и завел в дом.

Давно в моем лесу не было молодых людей, а тем более девушек. Конечно, туристы забредали порой, но то ж обученные и с нужной провизией и экипировкой. А тут юная, хрупкая, в шубке по пояс, хорошо хоть додумалась сапоги подлиннее надеть. А то у нас зимы снежные и морозные.

Раньше-то я с супругой по морям ездил, когда молодые были. Горячий песок, море, голубое небо и палящее солнце. Как же было чудесно нам вдвоем! Я закряхтел от воспоминаний и присел на табурет рядом с девушкой. Глаза ее действительно кого-то мне напоминали. В них были огонь и боль, страх и желание покорить мир. Это же мои глаза! Вот же чертовка!