Хранитель. К семейным истокам. Книга 2 Таинство венчания

Из дальних странствий возвратясь...

Глава 14 «Из дальних странствий возвратясь…»

Я не был дома, в Российской Империи, 6 лет, с момента поступления в Лейпцигский университет в 1766 году.

Вернувшись в 1772 году «из дальних странствий», я стал свидетелем изменений в общественной жизни, связанных с проводимой Императрицей Екатериной II политики «просвещённого абсолютизма».

Медленное пошаговое, еще не набравшее быстроты, движение к «просвещению» во всех сферах общественной жизни было замечено, не только дворянами и представителями купечества, но и внешними «соседями» Российской Империи - Австрией, Пруссией, Францией, желавшими последнему воспрепятствовать.

Для Европы «Россия опасна мизерностью своих потребностей», потому что «русские медленно запрягают, но быстро едут», - эти слова, сказанные век спустя, принадлежат иностранцу, служившему прусским послом в России в середине 19 века, в период царствования Императора Александра II, «железному» Канцлеру Германской империи Отто фон Бисмарк.

И с ними сложно не согласиться.

Во внешней политике — Россия укрепляла свои позиции путем «удачного» участия в «межгосударственных» войнах с Оттоманской империей и конфликтах по усмирению бунтовщиков в Речи Посполитой.

Во внутренней политике — по образцу и подобию западноевропейских стран: Швеции и Нидерландов, — империя провела Губернскую реформу с целью разделения судебной и административной властей, военной и гражданской служб.

В финансовой сфере - в 1769 году в Москве и Санкт-Петербурге открылись, по образцу и подобию западноевропейских государств, Ассигнационные банки, одной из функций которых был выпуск и распространение первых российских ассигнаций. В том же году в России начался выпуск бумажных денег.

В культурной области - сложилась относительно стабильная система по распространению периодических изданий газет «Санкт-Петербургские ведомости» и «Московские ведомости». Публикации выходили два раза в неделю — по вторникам и пятницам. В 1769 году Екатерина II инициировала выпуск своего собственного журнала «Всякая всячина», Первого сатирического журнала в истории русской журналистики.

При всех перечисленных положительных моментах проводимых «мизерных» реформ, главной их целью все же осталось сохранение, укрепление и максимальная централизация монархической власти. Однако ее неспособность реализовать декларируемые либеральные принципы в общественной жизни, привела часть общества к разочарованию в проводимой имперской политике и зарождению радикальных революционных идей.

Глава 15. «Сельский» праздник» в усадьбе графа А.К.Разумовского. Знакомство с будущей женой и предложение «руки и сердца»…

Из объявления в июльском номере «Петербургских ведомостей» я узнал о намечавшемся на последнее воскресенье месяца – «Сельском празднике» — придворном бале в загородной усадьбе тайного советника и камергера графа А.К.Разумовского.

Бал был посвящен успехам русского оружия при покорении Крыма в 1771 году, несмотря на то, что русско-турецкая война еще не была завершена. В объявлении также указывалось, что из-за непривычно жаркой погоды, приглашенные на этот «Сельский праздник» должны изображать «простых пастушек и пастушков».

Мои родители получили Приглашение на бал от Собственной Ее Императорского Величества Канцелярии. В нем я также был указан, как камергер польского короля Станислава Августа Понятовского …

В указанный день, к полудню, мы семьей подъехали к усадьбе графа А.К.Разумовского. У парадного подъезда уже столпилась куча карет, а за нами все продолжали подъезжать новые экипажи…

Прибывшую на праздник Императрицу встречали две «пастушки» (их изображали дочери графа А.К. Разумовского, Наталья и Елизавета), одетые в яркие платья, салатного и голубого цвета, фасона «Полонез» (robe à la polonaise), вошедшего в европейскую моду, с подачи супруги Людовика XV — королевы Марии Лещинской, польки по происхождению.

Однако, элегантные «простые» шелковые платья — «Полонез» на молоденьких «пастушках», их стройные фигуры с «модным» объемом талии 33 см (после жесткой утяжки корсета) вызвали неудовольствие 43-летней императрицы.

Ее платье было пошито из дорогого тяжелого тканного бархата, насыщенного серого цвета, расшитого красными и розовыми пионами. По шовным бокам ниспадающей верхней юбки имелись разрезы до линии талии. Нижние концы разрезов верхней юбки были приподняты и задрапированы со стороны спины так, что виднелись не только две нижние юбки, но и щиколотки ног женщины. Дворцовые модистки постарались внесли в образ императрицы некую интригу, игривую «моложавость»: жесткий корсет из китового уса приподнимал и поддерживал полную тяжелую грудь Екатерины II. Глубокое декольте прикрывалось золотым кружевом тончайшей работы.

Прическа «Корабль мечты» был громоздким, тяжелым и доставлял правительнице эстетическое неудобство.

Дочери хозяина, графа А.К.Разумовского, после встречи Императрицы, спешно ретировались и не показывались ей на глаза до окончания бала.

Ах, уж эти дворцовые интриги! Ах, уж это желание изменить «близкий круг» матушки-государыни и отослать в опалу конкурента – графа А.К.Разумовского!

Предстоящий выезд стал для меня и моей семьи значимым событием. На аллее дворцового парка мои родители, отец, Рейнгольд Людовик Унгерн фон Штернберг и матушка Кристина-София, встретили своего хорошего Остзейского знакомого, барона Аренда Дитриха фон дер Пален с супругой Магдаленой Элизабет, и совершеннолетними детьми, сыновьями Иваном и Петром и дочерью Магдаленой-Шарлоттой. Я был представлен семье фон дер Пален, так как ранее с ее членами не был знаком.

С разрешения старшего поколения, мы, немногочисленной «молодой» группой, отделились от родителей и направились в Бальную залу – «Ротонду» - «летнюю» застекленную пристройку ко дворцу графа А.К.Разумовского.

Я не мог отвести взгляда от Магдалены. Она была небольшого росточка, белокурой и белокожей девушкой, с ювелирной фигуркой и огромными синими глазами, в которых искрились смешинки.