Хромой Герцог, или Невеста поневоле

Глава 1

Вера

Открываю глаза. Первая мысль: всё-таки я слишком сильно приложилась головой. Последнее, что помню — поскользнулась на мокрой плитке в ванной. Полет, удар затылком о бортик, вспышка боли и темнота. А сейчас почему-то лежу на паркетном полу, буквально утопая в пышной юбке и ворохе тканей.

Вокруг творится какая-то чертовщина. На полу начерчен круг чем-то чёрным. Углём? Разложены веточки, пучки сушёных трав. Одна пахнет полынью, другая — чем-то сладковатым, приторным. А чуть в стороне дымится пергамент.

— Леди Элиана, это Мира. Нам пора ехать! — громкий стук в дверь и чужой девичий голос придают реальности происходящему.

Приподнимаюсь на локтях, осматриваюсь. Ну точно, я ещё сплю. Или под наркозом. Чужая светлая комната пестрит цветами в отделке и тканях, пастельные нежно-розовые тона видны отовсюду: от балдахина на кровати до платья на мне. К слову, о платье — оно пышное, бальное и тянет к полу. А корсет? Господи, как в этом дышат? Кажется, что меня обмотали стрейч-пленкой.

С трудом встаю на ноги. Стоило принять вертикальное положение, как в глазах темнеет. Наощупь нахожу стул. Пожалуй, я поторопилась…

— Леди Элиана, я захожу.

Зрение понемногу возвращается, и я заторможенно наблюдаю, как в комнату забегает миловидная девушка. Русые волосы собраны в тугой узел, на голове — шляпка с узкими полями. Кремовое платье расходится куполом к полу.

— Госпожа, вам плохо?!

Девушка бросается ко мне, заглядывает в лицо. От прикосновений окончательно прихожу в себя. Я чувствую всё! Тепло её пальцев, лёгкую дрожь, аромат ванильных духов. Все так отчетливо ощущаю, как если бы это происходило на самом деле.

— Леди Элиана, вы так бледны… Боги! Я побегу за лекарем.

— Нет! Постойте! — хватаю её за руку. — Мне уже лучше. Не надо лекаря.

Я так и не решила — сошла с ума или ещё что, но внутреннее чутьё подсказывало: врач мне не поможет. По крайней мере, не тот, кого она собралась звать.

— Экипаж уже у дверей. До начала празднования осталось меньше часа. Нужно спешить. Давайте-ка я поправлю вашу причёску, и мы поедем. А в дорогу возьмём нюхательных солей и напитков. Уверена, свежий воздух вернёт румянец вашим щёчкам.

Девушка щебечет и разворачивает меня за плечи к зеркалу. В отражении на меня смотрит незнакомка: узкое бледное лицо в обрамлении каштановых, изящно завитых кудрей. Прямой нос, в меру пухлые губы, небольшая родинка на подбородке. Глаза — карие.

Симпатичная мордашка. Отмечаю это на автомате, между прочим.

— Сегодняшний бал — отличный повод показать себя, леди Элиана. Вы такая красивая сегодня. А этот наряд… Разве хоть один джентльмен сможет устоять?

Поднимаю глаза выше. Она сейчас серьёзно? Я должна кого-то охмурить, застряв в чужой реальности и чужом теле? Боже, какой бред.

— А что это на полу? — Мира замечает веточки и символы. — Вы что, леди Элиана! Всё-таки взялись за тот ритуал? Это безрассудно и ужасно опасно!

Она бледнеет. Кажется, не на шутку перепугалась. Оставляет мои-чужие волосы в покое и бросается убирать.

— Не хватало ещё, чтобы кто-то про это прознал! Сдадут инквизиторам — и пишите пропало.

Она шустро собирает мусор с пола, бросает тряпицу и трёт символы, пока от них не остаётся просто грязное пятно. Я провожаю взглядом дымящийся пергамент. На нём тлеют витиеватые руны. Одна — перечёркнутый круг с точкой внутри, почему-то кажется смутно знакомой. Словно я уже видела этот знак раньше. Во сне?

— Вот так-то лучше! Это я выброшу, а вы — оставьте затею. Ничего доброго не выйдет. — Она выпрямляется и пристально смотрит на меня. — Леди Элиана, вы что-то совсем тихая! И бледненькая. Наверное, ритуал этот дурацкий так подействовал. Обещайте мне больше никогда не связываться с запретным!

— Обещаю, — выдыхаю с надеждой, что выгляжу достаточно убедительно.

Мира кивает и подхватывает меня под локоть.

— Идёмте. Вас ждёт бал.

Молча встаю и позволяю себя увести, чувствуя себя куклой-марионеткой в чужой игре. В голове роятся мысли: почему я? Почему оказалась здесь?

Ответов нет, потому придется быть крайне осторожной. Если здесь всем заправляет инквизиция, то за подселение чужой души могут и на костёр отправить. Надо срочно понять, кем была Элиана и как вернуться домой.

Глава 2

Вера

Карета оказалась весьма скромным по размерам экипажем, слегка затертым местами, с просиженными сидениями. Да и приглядевшись, замечаю, что жизнь Элианы, в тело которой я каким-то чудом угодила — вовсе не сахар. На платье видна прореха, тщательно заделанная чьей-то умелой рукой. Туфельки старые, со сбитыми носами. Устраиваюсь в углу, уткнувшись носом в стекло. А напротив меня садится Мари.

За окном проплывают виды, и я не могу смириться с тем фактом, что здесь мне все чужое. Сначала мы катим по мощёной дороге мимо аккуратных домиков с черепичными крышами и палисадниками. Потом дома становятся выше, теснее, появляются вывески с незнакомыми гербами и завитушками. Уличные фонари — магические, кажется, потому что горят ровным голубоватым светом без всякого огня. И все это проносится мимо, впечатывается в мозг.

— Леди Элиана, вы сегодня прямо загадочная, — щебечет Мира, поправляя складки моего платья. — Обычно вы трещите без умолку, а тут сидите, как в рот воды набрали. Волнуетесь?

— Есть немного, — выдавливаю, стараясь не пялиться на проезжающий мимо экипаж, запряжённый четвёркой белоснежных... не то коней, не то кого-то с чешуёй.

— И правильно! Бал в честь дня рождения короля — событие года. Говорят, будет магический фейерверк. Сам лорд-распорядитель Звёздной Башни обещал нечто грандиозное. А ещё поговаривают, что Его Величество присматривает невесту для младшего принца. Представляете? Вот бы и вам обратить на себя внимание!

Я ничего такого не планировала делать. И вообще пока с трудом понимаю, кто все эти люди и почему я должна волноваться о матримониальных планах какого-то принца.

— Вы бы хоть улыбнулись, леди Элиана. С вашим лицом и фигурой — да любой будет у ваших ног. Жаль только, что род ваш обеднел, а то давно бы уже сосватали за кого-нибудь знатного.

Ага, значит, я — нищая аристократка. Прекрасно. С каждой минутой всё «лучше».

Карета замедляет ход. Выглядываю снова в окно и замираю. Дворец сияет, как новогодняя ёлка в центре мегаполиса. Сотни огней, десятки экипажей, разодетые в пух и прах гости, лакеи в ливреях, стража в парадных доспехах. Всё двигается, гудит, переливается…

— Приехали! — Мира буквально выталкивает меня наружу силой, так как ноги прилипли к полу.

Ступаю на мостовую и чуть не падаю — каблуки туфель явно не рассчитаны на брусчатку. Мира подхватывает меня под локоть и тащит к главному входу.

— Не отставайте! Вам нужно занять хорошее место, чтобы видеть выход короля.

Мы вливаемся в поток гостей. Верчу головой по сторонам, как ребёнок в парке аттракционов. Шёлковые платья, бархатные камзолы, перья на шляпах, драгоценности, сверкающие в свете магических фонарей. Воздух пропах женскими духами: яркими, цветочными ароматами.

Я засмотрелась на высокого мужчину в алом плаще, расшитом золотыми нитями, и совершенно перестала смотреть под ноги.

Шаг, ещё один и… моя нога врезается во что-то твёрдое. Раздается глухой стук и сдавленный вздох.

Поднимаю голову.

Передо мной возвышается мужчина в чёрном. Он медленно оборачивается. Острые скулы, прямой нос, плотно сжатые губы. Тёмные волосы зачёсаны назад, открывая высокий лоб. Но главное — это его глаза. Холодные, серые, как зимнее небо перед бураном. И сейчас они сверлят меня взглядом с неудовольствием.

У наших ног на брусчатке валяется трость с серебряным набалдашником. Видимо, я задела её ногой.

Мужчина не торопится поднимать свою вещь. Стоит и смотрит на меня сверху вниз с выражением лица, которое я бы описала как: «вы только что плюнули в мою тарелку, и я размышляю, казнить вас сейчас или после ужина».

— Прошу простить мою нерасторопность, — произносит он ледяным, идеально выверенным тоном. — Должно быть, вы настолько увлечены созерцанием местных красот, что не заметили человека, имевшего неосторожность оказаться у вас на пути.

Он выражается так витиевато, что до меня не сразу доходит: меня только что обозвали неуклюжей коровой.

— Простите, я не хотела...

— Разумеется, не хотели. — Язвительно передергивает. Чуть склоняет голову, и я отмечаю, как блестит серебром набалдашник его трости, которую он всё-таки поднял — плавным, текучим движением, не глядя. — Никто никогда не хочет. И тем не менее моя трость упала по вашей вине. Будьте любезны впредь смотреть туда, куда ступаете. Или хотя бы туда, где стоят живые люди.

Он опирается на трость и, не дожидаясь ответа, уходит прочь, сильно припадая на левую ногу.

— Боги, леди Элиана! — Мира уводит меня в сторону, подальше от людского потока. — Вы хоть понимаете, на кого налетели?!

— Понятия не имею, — честно признаюсь. — Какой-то хам в чёрном.

Она смотрит на меня с подозрением. Должно быть, этот колючий лорд известен всем.

— Это же герцог Даррен Рейнольд! Хромой Герцог! Бывший глава Тайной Королевской Канцелярии!