Хроники Жемчужной Герцогини. Семь статуэток

Предисловие.

- Доводилось ли вам когда-нибудь слышать о Философском камне? О нет, конечно же нет… Люди стали так примитивны… Сейчас они думают лишь о том, как им хлеба себе на стол побольше достать. Про магию все и забыли вовсе. Исключили её из жизни так, словно это какой-то несчастный никому не нужный элемент древности… А тем временем, магия – очень важная часть Мира, благодаря которой он и держал равновесие. И когда люди перестали в неё верить, вот тогда-то всё и пошло к чертям. Ведь то, во что никто не верит, постепенно перестаёт существовать. Раньше мир был полон драконов, магов, водных тварей, а теперь же.. теперь же все они вынуждены скрываться в самых глубинах. Неверие людей убивает их. Остаются они живы лишь благодаря своему Сердцу, которое хранится на самом Краю Света. Никто не знает, что это за Сердце и где этот самый Край, однако… Кое-что я слышал. Когда я был маленьким, мой дед рассказывал мне легенды. Они были старинными, таинственными и захватывающими. Много интересных и страшных историй я услышал от него, но самой моей любимой стала легенда о Философском камне…

Я выдерживаю небольшую паузу.

На меня с любопытством и нетерпением смотрят шесть пар детских глаз.

- Мой дед рассказывал, что алхимики издревле стремились получить этот эликсир. По преданию, Философский камень может превратить любое железо в золото, а тому, кто сумеет завладеть им, камень дарит бесконечную жизнь. Получить Философский камень или, как его ещё называют, Эликсир философов, крайне трудно, поскольку это совсем не простое вещество. Это - Пятый элемент. Сложность его получения ещё и в том, что никто не знает, как изготовить этот состав. Одни алхимики советуют одно, другие - другое. Множество трудов существует, множество книг, в которых описаны совершенно разные, и даже противоречивые способы. Но есть такая легенда, что некий Николас Фламель, алхимик, создал всё-таки этот Философский камень. Он много трудился над Эликсиром Философов, много раз ошибался, подвергая себя чудовищным опасностям, один раз его даже чуть не съел василиск, но Николас достиг своей цели и, говорят, до сих пор живёт в богатстве. Когда-то он был не что иное, как бедный копиист, но вдруг, к общему удивлению, сделался благотворителем неимущих и начал сыпать деньги на бедных отцов семейства, на вдов и сирот, завел больницы, выстроил несколько церквей. Пошли в городе разные толки: одни говорили, что Фламель нашел клад; другие думали, что он знает тайну философского камня и делает золото; иные подозревали даже, что он водится с духами; а некоторые утверждали, что причиной его богатства есть тайная связь с евреями, выгнанными тогда из Франции. Фламмель, говорят, умер, не решив спора. Это не так. Он до сих пор жив и здравствует, мне самолично рассказывал об этом один учёный в Индии. Он видел его, создателя Философского Камня, своими глазами!

- А где он живёт, старый Уилл? - девочка лет пяти, с каре-золотистыми глазами, которые загорелись интересом, вскочила с места от возбуждения.

- Поговаривают, что он живёт на самом краю Земли, там, где Великий океан падает в Ничто, - старый Уилл задумчиво пососал мундштук своей трубки и хитро посмотрел на своих маленьких слушателей.

- Я хочу найти его! Николаса Фламеля! Я спрошу у него, как он получил Эликсир философов, тоже добуду Философский камень и буду богатой! - заявила всё та же девочка, раскрасневшись от волнения.

Старый Уилл ухмыльнулся в седые усы:

- Боюсь, ничего у тебя не выйдет, маленькая Джейн.

- Это почему ещё? - та упрямо сложила руки на груди, показывая свою уверенность в собственном успехе.

- Потому, что Край Света - это очень далеко, даже я туда не плавал, а ты знаешь, что я уж весь мир повидал. А ещё потому, что Края Света не существует - Земля ведь круглая.

- Да? - Джейн разочарованно опустила голову.

- Не расстраивайся, малютка Джейн, - старый Уилл ласково потрепал девочку по плечу. - давайте-ка я вам лучше расскажу про старину Дрейка, с которым мой отец поплавал на своём веку.

Дети радостно загудели, и Джейн пришлось слушать вместе со всеми. Но вместо безжалостного корсара Френсиса Дрейка её голову занимал вечно живущий Николас Фламель и его Философский камень.

Второе предисловие.

История, которую мы собираемся вам поведать, зародилась за множество миль от Порт-Ройяла, далеко-далеко, за морями, за горами, за самыми далёкими материками. Она зародилась в глубине древнего храма, средь мерцающий благовоний, исходящих дымом, и величественных статуй божеств. Среди древних свитков, свечей и покрова тайны… Там, на Востоке, в стране Неба, день и ночь вершилась магия, ведь там люди ещё не забыли о существующем Тонком мире. Они не забыли о духах, драконах и божествах, и не забыли о законах, по которым эти два мира – Тонкий, и наш, - живут.

И вот, средь магии, у алтаря, пристроенного к стене, стояло вкруг четыре человека. Их ладони покоились на каменной поверхности, входя в узоры, начерченные на холодном столе. В середине алтаря был высечен орнамент, изображающий древнее божество – мужчину со змеиным хвостом и беспорядочной копной волос, больше похожей на пучок водорослей.

- И помните, - произнёс один из людей, окруживших каменный стол, - вы должны собрать все Семь. Без них может случиться страшное.

Остальные трое кивнули, и их глаза были скрыты капюшонами.

- Да, мастер, - произнесли они в один голос, и голоса их были глухи, словно коридоры храма.

- Я возлагаю на вас надежды, - произнёс мужчина. – Я долго тренировал вас для того, чтобы сейчас вы это сделали. Сроки на исходе. Если сейчас мы не получим статуэтки, Поднебесная сгинет в воде.

Трое опять кивнули.

Мастер первым снял ладони с алтаря, затем сложил их в молитвенном жесте и поклонился. Ученики проделали то же самое. Затем все четверо направились к выходу. Когда они вышли на ступени храма, страну уже окутал рассвет. Он подёрнул небо на горизонте, и охватывал розовые облака. Трое человек в капюшонах обернулись к мастеру и ещё раз поклонились ему.

- Вы можете надеяться на нас, Тао Лу, - из-под одного балахона донёсся низкий женский голос, бархатный и тягучий.

- Мы не подведём Вас, мастер, - подтвердили тёмные пухлые губы второго.

Третий лишь кивнул, поклонившись. Он был неразговорчив.

Старик Тао Лу благословил по очереди всех троих, прочитав над каждым короткую молитву, а затем отпустил. Ученики ушли по лестнице вниз, к причалу, где каждого ждал его корабль.

- Мейли, Бадд, - тот, что был так неразговорчив, обернулся на спутников. – Удачи.

- И тебе, Юджин, - кивнула девушка. – Будь осторожен.

- Странно, что ты говоришь это ему, - ухмыльнулся третий. – Из нас троих он самый рассудительный.

- Я бы сказала, самый отчаянный, - девушка покачала головой. – А это может плохо кончиться.

- Всё будет в порядке, - лаконично бросил Юджин. – Мне придётся куда легче, чем вам.

Все трое кивнули, поклонившись друг другу, и это выглядело, как орнамент странного экзотического цветка, а затем каждый взошёл на борт.

Паруса трёх кораблей надулись сами собой, как по волшебству, когда ученики подняли руки к небу и прошептали какие-то слова. Заговорённые суда направились на выход из гавани. А затем – в океан. На поиски Семи.

Глава 1.

Но – вернёмся к нашей истории, ибо здесь сейчас сосредоточилась вся шумиха мира.

Улицы Порт-Ройяла гудели с самого утра. Горожане уже не удивлялись шуму, крикам, топоту – они даже привыкли. Если сразу же после восхода солнца капитан Хоккинс не начинал погоню за Джейн, жители города начинали беспокоиться:

«Что случилось?»

«Что случилось, не знаете?»

«А догонялки? Их сегодня не будет?»

«Это плохой знак, я вам говорю!»

«Молчи уж, пророк…»

Но сегодня горожане могли чувствовать себя спокойно – ибо погоня была. И как раз сейчас Тёрнер удирала от капитана Томаса Хоккинса по улицам портового городка, где дома стояли так близко друг напротив друга, что между ними только и оставалось пространства, что для одного человека. Поэтому компания бежала вереницей, и, если бы кто-нибудь догадался смотреть на это зрелище сверху, с крыш, то увидел бы презабавнейшую змейку из людей, сворачивающую то туда, то сюда, заметая следы и прячась по подворотням.

Сейчас Джейн вихрем неслась мимо одного из домов с боевым гиком:

- Эй, ребята! Скорее, скорее! Уходим! Эти портовые крысы бегут прямо за нами! – на бегу девушка случайно подавилась кудрявой прядкой и смачно её выплюнула. Та мстительно прилипла к щеке.

Девушка легко, как горная козочка, бежала по улицам города. За спиной у неё болтался туго набитый мешок с награбленным добром – это означало, что всю следующую неделю они смогут спокойно есть награбленное и не вылезать в город.

- Джейн! Они совсем рядом! Мы не успеем убежать! - светловолосый парень обернулся на миг и чуть не врезался в столб, поддерживающий навес на площади.

- Не думай об этом, Пит! Просто беги! – весело заголосила Джейн. Для неё побег от Хоккинса был игрой, состязанием, адреналином.

- Все в переулок направо! – крикнул юноша, бежавший в обнимку с бутылкой рома.

Беглецы, изобразив крутой вираж, залетели в низкую арку и оказались в тёмной, узкой и грязной подворотне. Прижавшись к стене одного из замызганных домов, ребята замерли. Они тяжело дышали и прислушивались к бегу солдат вдали.

- Как думаешь, они побегут сюда? - Пит посмотрел на Джейн.

- Вряд-ли он вспомнит об этом переулке, - с иронией усмехнулась девушка, садясь на корточки. – Он же полный идиот.

- Не забывай, что солдаты и их капитан, как и мы, росли в Порт-Ройяле, и город знают не хуже нас, - напомнил Стив, облокачиваясь на груду ящиков и фирменно скрестив руки на груди.

- Сплюнь, - прохрипел Джо, задыхаясь, - я больше не пробегу.

- М-да, с твоей астмой... Мне интересно, как ты вообще ещё жив, - с иронией заметил Джим.

Джо лениво бросил на него злой взгляд:

- Ты со своим пьянством проживёшь не дольше.

- И это говорю не один я! Прислушайся! – Уилл, брат-близнец Джима, картинно поднял указательный палец на манер проповедника.

- Ты сдохнешь от рома вместе со мной, - хмыкнул брат. - Что ж, ещё неделю проживём... – Джим довольно посмотрел на чёрную мутную бутылку, которую всё ещё прижимал к груди. – Настоящий!

- Тебя повесят только за одну кражу этой бутылки, - хмыкнул Стив. – Ты ведь утащил её из подвала губернатора.

- Спасибо, что помог, - кивнул Джим. – Ну, ничего, этому надутому индюку полезна встряска!

Джейн расфыркалась, вспомнив, как близнецы на прошлой неделе грабили лавку с вином и остальными горячительными напитками. Джим, видимо, подумал о том же – его глаза подёрнулись пеленой счастливых воспоминаний.

- Были времена… - куда-то в воздух пробормотал он.

А – Это было неделю назад, придурок, - Уилл отвесил брату подзатыльник и улыбнулся.

Стив, резко встал прямо, отталкиваясь спиной от стены, уловив шум приближающегося отряда.

- Мы зря дали им фору. Он вспомнил об этом переулке.

- Дьявол! - Джейн подскочила на ноги, и первая бросилась к еле заметному выходу из закоулка, который чернел где-то вдали.

Команда вновь сорвалась с места. Перепрыгивая через мусор и старые ящики, ребята вскоре миновали подворотню и оказались на открытой площади – мощёная мостовая, постамент, на котором только вчера повесили Пикса, которого и пиратом-то считать нельзя было, по-хорошему, какие-то повозки, дома вокруг…

- Здесь нас легче поймать! - Джейн была на пределе возможного – тяжёлый мешок оттягивал плечи, грузные шаги солдат всё громче стучали за её спиной, отдаваясь гулом где-то в голове. Или это кровь шумит в висках?

Бешено озираясь, она пыталась понять, куда бежать теперь и как уйти от погони. В её голове со скоростью ветра, как карта, проносились картинки дорог города, ведущих к порту, где стоял их корабль. "Герцог" был кэчем - небольшим двух парусным торговым судном с невысоким бортом.

"На таком и в море-то не выйдешь, не то, что в океан", - часто расстроенно говаривала Джейн, поглаживая деревянные детали корабля.

И это было правдой. Плавать на "Герцоге" по океану было почти невозможно и к тому же опасно - кэч в штормовую погоду плохо лавирует по волнам, его конструкция не предусматривает этого. А какой океан без шторма?.. К тому же, "Герцог" был старым, отжившим своё судном, и грозился в любую минуту рассыпаться на доски. Он достался ребятам от одного очень хорошего человека, и они любили корабль, однако… Однако на таком только в заливах плавать, и то, будь готов в любую минуту оказаться в воде. Но сейчас это было неважно – добраться бы до него, а там – на остров.

Глава 2.

Стив бросился было за Джейн в мрак переулка, но тут его снова дёрнули назад, так, что он уже не мог вырваться. Его подтолкнули к оставшейся команде – они окончательно понурились.

- Джейн у него, - просипел Стив, косясь на Джо.

- Пошевеливайтесь, - Хоккинс выглядел таким же невозмутимым, как обычно.

У его тонких губ запеклась кровь, но в целом капитан никак не пострадал, и на его тонком лице как всегда играла высокомерная усмешка.

Свирепо втянув воздух носом и кинув на того уничтожающий взгляд, Стив прошёл мимо Хоккинса.

- Не расстраивайся, Томми! – близнецов, казалось, не мог выбить из колеи даже арест. – Три Хоккинса – слишком много для нашего захолустного городишка!

- Я всем вполне доволен, - холодно отрезал тот.

- Да, но – ай-ай-ай, - какая жалость! Джейн всё же убежала! – Джим хотел притворно заломить руки, но помешало то, что солдат держал их за его спиной.

- Тебе же именно её надо было поймать, - Уилл состроил плачущую рожу.

Хоккинс не стал им отвечать и, подозвав жестом одного из солдат, кивнул на пленников:

- Бегите в порт. Я скоро присоединюсь к вам. Найдите Тёрнер.

Несколько мужчин, тяжело топая, скрылись всё в той же арке. Пойманных повели через весь Порт-Ройял в городскую тюрьму. Жители, уже давно проснувшиеся, с интересом выглядывали из окон своих домов. Прохожие останавливались прямо на улице, забывая о своих делах, и с любопытством таращась на компанию.

- Мы же говорили: однажды поймаются!

- И чего им делом заняться не хотелось?

- Тебе же нужен был подмастерье, Джек?

- Нужен был, но этих я бы не взял, - плевался Джек, поудобнее перехватывая закупленную для сапог кожу.

Особенно жители злорадствовали в сторону Стива. Ладно остальные, они жалкие беспризорники, росли в таких трущобах города, в которые иные и зайти-то боятся, но Стивен! Сын уважаемого в городе человека, большого начальника! Что он забыл в этой компании отбросов? Право слово, непонятно. Стив опустил голову, чтобы не видеть злорадных взглядов из толпы. На него вдруг туманом прошлого наплыли воспоминания.

Город. Поздний вечер. С моря дул тёплый бриз, лаская лицо и нежно ероша волосы. Они с компанией шли по городу. Все они горды, молоды и веселы – они команда! Они - пираты! У Стива немного скребёт на душе, потому что он только что поссорился с отцом, но…это мелочи. Отдельные выкрики затонули в общем гуле толпы, но смысл у этих восклицаний один и тот же. Несмотря на них Стив всё равно улыбается. Он счастлив. Счастлив жить, наконец, так, как он хочет и ни от кого при этом не прятаться.

Поочерёдно толкая их в спину, пиратов поместили в камеру.

- Завтра губернатор придёт посмотреть на вас, - Хоккинс, как ни старался, не мог полностью сдержать торжествующей улыбки. - Думаю, никто из вас не будет рад этой встрече, но некоторые, - он почему-то задержал на Пите задумчивый взгляд, - особенно, - последнее слово он пробормотал задумчиво, словно бы его мысли уже побежали в другом направлении.

- Мне кажется, расстроимся не мы, - хмыкнул Джим. – Всё же, губернатору до нас дела нет. Ему нужна Джейн. А её ты, раззява, как раз и упустил.

- Как тебе такой расклад дел? – в тон близнецу хмыкнул Уилл.

Хоккинс, вдруг потеряв самообладание, с силой вцепился в прутья, врезаясь в решётку всем телом:

- А это уже не ваша забота, - прошипел он.

- Может, ему полечиться? – озабоченно пробормотал Уилл, косясь на брата.

- Определённо, - кивнул тот.- Томми, как на счёт терапией любовью? Могу помочь. Видно, что ты…недолюбленный.

- Оставь свои пошлые намёки при себе, - с ледяной яростью выплюнул тот. – Тебя за такое повесить надо.

- Ещё успеешь, - Джим вальяжно закинул ногу на ногу, развалившись на старом сене. Казалось, перспектива болтаться на верёвке его нисколько не волновала.

– Не кормить их. Давать лишь воду, - он повернулся к охранникам, стоящим у входа в коридор.

- Эй! – возмущённо заорал Джим. – А еда?! А ром?!

- Ром преступникам не полагается, - тонкая улыбка Хоккинса была острой, как бритва. – До свидания, Стив. Готовься расстроить папочку.

Стив посчитал ниже своего достоинства что-то отвечать. Вместо этого он подошёл к зарешеченному окну и выглянул на улицу. Там люди до сих пор не разошлись – зеваки и сплетники с живейшим интересом обсуждали сегодняшнее событие.

- Бедный его отец! – качали головами одни.

- Так ему и надо, этому мальчишке! – кивали другие.

- Что творится, что творится… - бормотали третьи.

- Балаболы, - процедил Стив, опускаясь на подстилку из старой потемневшей соломы. Обозвать народ словом, которого они достойны, у него язык не поворачивался.

- Они не ведают, что творят, - вздохнул Пит, облокачиваясь белобрысым затылком о каменные стены тюрьмы.

- Что не оправдывает их трёпа, - буркнул Джим.

Их взгляды скрестились. Это было вечное противостояние: богобоязненный, верующий Пит и атеист Джим. Если бы Пит не дружил с близнецами, он бы назвал Джима еретиком – тот постоянно глумился над верой. К тому же, говорят (Пит не знал точно, но услышал случайно что-то такое в разговоре близнецов), что Джим предался самому страшному греху… И что самое страшное – ему понравилось. Но Пит его простил. Их связывали гораздо более тесные отношения, чем можно было подумать, глядя на них впервые. Поэтому Гейтс лишь тихонько еле слышно вздыхал на каждое богохульное высказывание друга, а потом шёпотом молился за его бедную заблудшую душу.

Глава 3.

Поначалу Джейн пыталась вырваться – она брыкалась и рвалась обратно, к своей команде. Совершенно не в её принципах было бросать своих. Ни при каких обстоятельствах она не оставила бы ребят один на один с Хоккинсом, хотя и верила, что они ему на раз-два морду начистят. Однако, стоять в стороне, пока решается исход вражды, она считала для себя позором.

Но Юджин оказался крепким парнем, и одной рукой удерживал девушку в узде, прижав её за талию к своему сильному телу.

Спустя несколько минут, Тёрнер поняла, что её попытки вырваться – тщетны, и нужно пробовать другие способы. Если не удаётся победить силой, надо использовать хитрость. Так всегда говорил старый Уилл.

Лучшее, что можно было предпринять в этой ситуации – брякнуться в обморок. Джейн часто наблюдала за девушками в кабаках, и знала, что такой способ может сработать. Однако, у этого способа была и обратная сторона… но сейчас она старалась об этом не думать. В конце концов, Джейн не из тех, кто спустит с рук распускание рук.

Затихнув, она напряжённо думала, как же сообщить Стиву, куда её потащил её «спаситель». Она была более, чем уверена, что её ребята скоро выберутся из тюрьмы – если Голдман с ними, побег займёт минут пять, не больше. А

Но вот если она попадёт на корабль к похитителю, то там уже мало будет иметь значение название судна. Считай, что на попадает в бессрочное путешествие, и шансов воссоединиться с командой останется мало. Особенно, если те поплывут спасать своего капитана. А они поплывут, в этом Тёрнер уж точно была уверена.

Словом, побег не требовал отлагательств, и Джейн, притихшая было в крепких руках незнакомца, вдруг ударила его со спины кулаком в лицо, как её учил Стив. Странно, но Юджин никак не отреагировал на удар – он просто стиснул руку девушки ещё сильнее и дёрнул её в тень арки. Солдаты пробежали мимо них в другую часть города.

- Олухи, - глухо пробормотал незнакомец то ли с насмешкой, то ли презрительно. – Теперь они нас не достанут, - в щель между домами был виден порт.

Джейн в панике оглянулась – да, вот и порт. Мостки, доки, острые мачты, как шпили ратуши, царапают серое набухающее дождём небо. У причала спокойно покачиваются на волнах рыбацкие лодочки, соседствуя с величественными кораблями. Вот и «Летящий» - огромный военный корабль, принадлежащий Томасу Хоккинсу. Джейн узнала бы его из тысячи – он был самым большим кораблём на всём побережье Ямайки. Да и во всём Карибском море, наверное, тоже.

Тело Джейн болело и ныло, но она не собиралась сдаваться и, извернувшись, укусила Юджина за руку и демонстративно отплевалась. Тот даже не среагировал – не отдёрнул руку, не ослабил хватку.

- Какая же ты упрямая, - фыркнул он. – Живучая, как чёрт.

- Имей ввиду: посадишь меня на корабль – я тебе всю жизнь испорчу, - буркнула девушка. – Уж это я умею.

Юджин лишь промолчал в ответ.

- И вообще! – у Джейн мелькнула блестящая идея – надо как-нибудь заговорить его, обхитрить, заставить отпустить её. – Почему ты себе позволяешь такие вольности по отношению ко мне? Хоккинсу драться со мной не разрешил, а как сам облапать – так добро пожаловать? Кажется, я уже говорила, что я не девушка из порта! – она упёрлась ногами в брусчатку и ни за что не соглашалась идти дальше.

Юджин тяжело вздохнул и внезапно отпустил её.

- Ты можешь уйти, - неожиданно сказал он. Ровный тон мужчины и его спокойные матовые глаза не обманули Джейн – она все эти хитрости наперечёт знала. – Если захочешь сделать это после того, что я тебе сейчас скажу.

Джейн не собиралась вестись на эти дешёвые увёртки, но в воздухе запахло тайной, магией и ещё чем-то таким, старинным, давно известным, но чего ты никогда не видел. У девушки был нюх на подобного рода события, и она невольно замерла, молча вылупившись на моряка, ожидая, что он скажет.

- Я знаю, как получить Философский камень.

У Джейн перешибло воздух и в глазах взорвались искры. Она пыталась вдохнуть и не могла. Как он угадал, этот Юджин, о чём она мечтает? Джейн закусила губу. Она всегда хотела этого. Это было её мантрой.

Было видно, что она зачем-то нужна Юджину, и очень сильно, раз он даже дотащил её до порта. А он, судя по всему, знает, где находится то, что нужно ей. А это означает, что можно произвести взаимовыгодный бартер.

- Хорошо. Я поплыву с тобой, однако, у меня есть одно условие, - Джейн делала вид, что ей очень интересно внимательно разглядывать ногти.

- Выкладывай быстрее, - поторопил её Юджин.

- А что, ты куда-то торопишься? – хмыкнула девушка. – Кстати, а зачем я тебе? Судя по всему, ты отыскал меня не просто так. Точнее, поначалу я думала, что просто так, но теперь вижу, что ты оказался здесь не случайно. Ты прекрасно ориентируешься в городе и нашёл меня ровно в тот момент, когда я тоже была здесь. Так что я, как активный член будущей сделки, хочу знать. Имею право знать, зачем я тебе.

- И не поспоришь, - каменное лицо Юджина прорезала ухмылка, больше похожая на трещину. – Дело в том, что я работорговец, и хочу продать тебя арабскому шейху в жёны.

- Ну, тогда привет! Мне это не подходит, - Джейн взмахнула волосами и развернулась, но крепкая хватка Юджина стиснула её локоть.

- Мне нужно отыскать один артефакт. Это касается спасения мира. Помоги. Пожалуйста.

Странный он, этот Юджин… То шутит, то говорит серьёзно, и каждый раз не поймёшь, где что. Но, в конце концов, он – единственный человек, который впервые что-то знает о Философском камне, и нельзя просто так упустить этот шанс. Спасение мира и артефакт звучат сомнительно, но, в конце концов – где наша не пропадала? И, если они освободят ребят и поплывут все вместе, то Джейн не о чем будет переживать.