Хроники Восточного Ветра

1

Владеющий собою лучше завоевателя города (Притч. 16: 32)

Глава первая.

И долго ты будешь возиться? Я уже спать хочу!

Говоривший — высокий крепкий мужчина завернутый в подбитый мехом плащ, зябко поежился.

-Что я могу сделать? Владыка ясно сказал, что желает услышать признание, и я должен его получить.

- Ну так ускорь дело. Мы уже трое суток тут сидим!

Его собеседник покачал головой. - такие дела спешки не терпят, господин Кнесси. Если узник умрет, Ксеркс Дарий Эдикир меня самого четвертует.

-Трус ты.

-Я профессионал.

-Что ты за «профессионал», если сам от усталости падаешь, а его сознаться не можешь заставить?

Палач посмотрел на обнаженного человека, скорчившегося на полу.

-Ну? Будете признаваться?

Тот приподнял окровавленную голову, скривил лицо в подобии улыбки — тебе не надоело?

-Надоело, еще как надоело. Но время, господин Серго Эдикир, работает на меня.

Узник фыркнул.

Не фыркайте, ваше признание лишь вопрос времени. И силы воздействия, разумеется.

Поднявшись на локти, страдалец прошептал — Если правда владыке не нужна, зачем меня вообще пытают? Что изменит мое признание?

- Мне не сообщают мотивы, передо мной ставят задачу, я ее выполняю.

-Не приставай к нему, Кир, он человек подневольный. Лучше подумай, и сам все поймешь.

- Веришь ли, после семидесяти часов на дыбе в голове осталась одна мысль только…

-Какая? Ну не молчи, радость моя, я же твой друг, мне ты можешь все рассказать.

- Он опять сознание потерял. - Палач встал, окатил пленника ледяной водой.

- Пойдемте, господин владычень, пора продолжать.

Оставляя на каменном полу кровавый след брат нового повелителя Эрды потащился вслед за палачом.

-Господин владычень, вы поймите меня правильно. Упорство бессмысленно и опасно… Я уже три раза докладывал государю о ходе допроса . Ему нужно ваше признание. Зачем терпеть? По сути, вы сами себя мучаете.

Несчастный не отвечал. Молча смотрел он на орудия пыток, по щекам текли слезы. Медленным шагом он подошел к дыбе, вставил ноги в колоды.

- Прошу вас, адмирал, проявите благоразумие. Признайтесь, и боль прекратится прямо сейчас — палач жестом указал на склянки, стоящие на столе.

Одно слово, одно решение — и все закончится. Выбирайте. Я ведь еще не все, что умею вам показал…

- Ты напугать меня хочешь? Делай, как считаешь нужным и не мешай мне поступать так же.

-Нет, господин владычень. Я не пугаю. Я ведь вас очень уважаю. Мой сын служит в Восточном флоте. Он без придыхания о вас говорить не может. И за эти дни я понял почему. Жаль мне ломать такого человека… Ну что вам стоит оговорить себя?

-Ничего ты не понимаешь, палач. Пусть я умру под пыткой, но не запятнаю свое имя…

-Да в том и дело, что не умрете. Я не дам вам умереть. Сейчас Кнесси понес отчет государю. Если тот даст приказ продолжать, вы признаетесь. Вполне возможно станете инвалидом, но признаетесь. Даю вам слово.

Серго Кир Эдикир закрыл глаза, проваливаясь в забытье. Слышались голоса — видимо вернулся Анастасий. О чем-то спорили, что-то обсуждали. - смысл разговора ускользал, да он и не пытался его поймать. Пятна плесени на потолке, пятна крови на полу, пятна чернил в воздухе… Глаза открыты или закрыты — не поймешь. Картина-то одна и та же:темно-серая пелена с пляшущими по ней черно-синими кляксами. А сквозь нее - чередой образов - смутно знакомый монотонный голос...говорил, говорил, говорил…

Пелена поднималась как занавесь на сцене — и он обнаружил себя сидящим в кресле. Напротив располагался Кнесси.

-Значит ты признаешься, что устроил заговор и хотел убить своего государя?

-Нет, конечно нет! Хотелось закричать, но голос выдавил, не спросясь хозяина:

-Да, я устроил заговор.

-И хотел убить своего брата, государя Ксеркса Дария Эдикира?

Что за бред ?! Сознание протестовало , однако устам оно, видимо, было не указ.

- Да, хотел убить.

От бессилия, от стыда из глаз брызнули слезы. Проклятье, что же это происходит?

-Что ты со мной сделал? Что со мной?

-Ты наконец говоришь правду. Стало легче, так ведь?

Анастасий Лем Кнесси рассмеялся. - Не делай такое сердитое лицо, Кир. Сейчас я отвезу тебя домой. На вот, глотни.

Кнесси сделал резкий выпад — прижал голову узника к спинке кресла, зажал ему нос, влил в глотку нечто терпкое и пряное.

Мгновение - и пришло облегчение. Кир прикрыл глаза.

Он с удивлением понял, насколько всеобъемлющей была боль .

-Вот видишь, стало гораздо легче. А теперь пора идти.

-Идти? Мне некуда идти. И дома у меня нет. Я останусь здесь.

-В пыточной?

- Ага.

-Пойдем, надо наложить повязки.

-А иди-ка ты …

Анастасий сгреб ослабевшего он мучений и наркотика пленника, поднял на руки. Отнеся владычня в прихожую и вверив заботам мастера заплечных дел, глава тайной канцелярии погрузился в невеселые раздумья. Конечно, любовь адмирала Эдикира к закрытым костюмам облегчала задачу, но все-таки не просто скрыть столь серьезные ожоги. Ему нужен будет врач. И много опия. Если второго в избытке, то с первым возможны проблемы. Ладно, что -нибудь придумаем.

Тем временем с перевязками было покончено. Узник был облачен в изысканный, плотного бархата жакет и бриджи из такой же ткани.

- Вот так красавчик! Тебе идет синий цвет — ты в курсе?

Серго Кир Эдикир поднял взор — Анастасий — он еще смеет говорить с ним как не в чем не бывало… Краска залила лицо. Друг , ставший палачом. Приказ у него, видите ли.

2

В кают-кампании яблоку негде было упасть. Капитаны всех эскадр во главе со своими адмиралами прибыли на «Радугу» - корабль главнокомандующего Восточным Флотом Серго Кира Эдикира.

Флот ожидала важная миссия — разбить корабли конвоя и потопить транспорт, перевозящий пехоту Ланкарса. Размер конвоя был очень внушителен, и у Эрды каждый корабль был на счету. . Капитаны оживленно беседовали, обсуждая предстоящее сражение. Адмиралы шептались о чем-то своем у буфета. Но вот, дверь распахнулась, и в каюте мгновенно наступила тишина.

Неся в руках папку с картами вошел человек, одетый в простые, серой кожи, штаны и такую же куртку. Легким шагом он пересек помещение и , бросив на стол свою ношу, сел.

-Здравствуйте, уважаемые-господа . Присаживайтесь. Офицеры заняли места за круглым, занимавшим большую часть залы, столом.

Когда все расселись, обнаружилось, что более десяти стульев оказались свободными. Главнокомандующий вопросительно взглянул на сидящего с ним рядом адъютанта, по имени Лем. Тот недоуменно пожал плечами.

- Ну что же, начнем , пожалуй. А адмирал Гай с капитанами получит потом …. инструкции .

Расстелив карту на столе адмирал Серго Кир Эдикир, по прозвищу Восточный Ветер начал военный совет .

Обсуждение было в самом разгаре, когда в каюту постучали. Последовало приглашение, дверь распахнулась:

На пороге стоял капитан развед-судна : Разрешите доложить, господин главнокомандующий,

-Докладывайте, Нем.

Капитан приосанился — эскадра адмирала Гая была замечена близь мыса «Птичий» . Там она ведет бой с группой кораблей, идущих под флагом Эрды.

Адмирал вскочил с места — У Птичьего мыса?! Ты уверен?!

-Да, мой адмирал. На сколько я мог судить, перевес, хотя и небольшой, на стороне Гая

Серго Эдикир сжал кулаки — морины, все бегом по кораблям и отчаливаем курсом на Птичий мыс. Время на построение нет. Задача для капитанов — отрезать эскадры друг от друга, не допустить жертв . Если миром не получится- атаковать флотилию Гая

Взбежав на палубу он наблюдал, как один за одним спускаются за борт капитаны, снуют матросы, хрипло кричит боцман. Не выдержав, сам бросился помогать ставить паруса. Увидев своего любимого адмирала бегущим по рее, экипаж Радуги удвоил усилия и вот, фрегат летит на северо-запад оставив за кормой остальные корабли.

Владычень стоял на смотровой вышке, ветер трепал черные волосы, перехваченные серебряным обручем. На венчавшем обруч гербе был изображен альбатрос, терзающий сафарина. Серые , как осеннее небо, глаза были устремлены в даль. Он стоял, не замечая холода, не обращая внимание на начинавшейся дождь. Попутный ветер наполнял паруса. Еще час назад мыс, казавшийся таким далеким, уже, казалось, можно достать рукой. Слышны были корабельные залпы, дым схватки стелился по воде.

Тот кто никогда не участвовал в морских сражениях не может себе даже представить себе напряжение, которое испытывают адмиралы и капитаны кораблей. Долгие часы, и иногда и дни тянется мгновение атаки. С ужасающей медлительностью сходятся плавучие гиганты - заложники ветра и течений.

Лавируя, перекладывая с одного галса на другой они стараются занять выгодную позицию , при этом обезопасив себя от вражеского огня , а если еще учесть, что и противник не стоит на якоре, да и ветер может поменяться в любой момент… Ситуация же, в которой оказался адмирал Эдикир была еще более напряженной. Дело в том, что эскадра вице-адмирала Гая сошлась на расстояние пушечного выстрела с флотом владыки Ксеркса Дария Эдикира, следовавшего из Каменного порта в Скалистый.

Прижимая флот правителя к береговой линии Гай вел прицельный огонь по флагману. Потому надежду на то, что случившееся — трагическое недоразумение пришлось отбросить сразу. Да, это конец.- Восточный Ветер закрыл глаза. -Конец. Вот только чей?

-Господин адмирал, какие будут приказы? - капитан Радуги, коренастый рыжеволосый мужчина с тревогой смотрел в бледное лицо своего командира.

-Что ветер подсказывает?

Капитан на мгновение задумался — Вы хотите выйти на линию огня?

- По другому я просто не успею...

-Есть, адмирал.

Капитан удалился давать распоряжения и вскоре корабль на всех парусах мчался к месту схватки. Вот флагман Восточного Флота вышел под перекрестный огонь. Свистели ядра, проносясь над палубой, трещали порванные снасти.

- Что же он не уходит! Сафарин его дери! Пошел! Ну же!

Корабль владыки, потеряв плавучесть, медленно опускался в море.

«Радуга» дала залп. Потом еще и еще.

Прошло несколько долгих минут и капитаны эскадры Гая один за одним стали поднимать вымпелы, сигнализирующие прекращение огня.

За то время, что «Радуга» и другие подоспевшие корабли принимала удар на себя, суда владычней эскадры прорвали блокаду и пошли к Скалистому.

Капитан, вытер черный от орудийной копоти пот — Кажется все закончилось.

- Ошибаетесь. Все только начинается.- Эдикир устало опустился на моток шпагата. - Пошли гонцов узнать, какие повреждения на кораблях. Нам еще конвой встречать.

- Ах да, конвой… Я и забыл.

- Капитанов эскадры Гая доставить на «Радугу», его самого, конечно, тоже. Первые помощники с моих судов пусть вступают в новые должности.

Печальным взором Серго Кир Эдикир окинул свой потрепанный флот. Корабли Первой эскадры были почти все повреждены. Нет, ничего смертельного, конечно, но ремонт требовался.