Хрупкая миссия звездного Жнеца

Глава 1. Смерть — это быстро

Пролог

— Эш поручил мне развлекать тебя, чтобы ты не скучала, — снова замигал шар и отвлек от тяжелых мыслей. — Я — Дзен, исполняющий обязанности бортового компьютера и напарник уже знакомого тебе солдата. Приятно познакомиться, Образец №1.

— Лучше просто Иви, — тихо сказала я.

— Конечно, Иви, — ответил Дзен. — Как самочувствие? Хочешь чего-нибудь?

Я вздохнула.

— Уйти отсюда — считается за желание?

— Боюсь, нет. В пределах космолета — пожалуйста. Или я могу позвать Эша.

— Нет! — Я содрогнулась. — Его звать не надо.

— Понимаю, — согласился Дзен. — И приношу извинения за моего бестактного напарника. Он солдат с дефектом, хоть и исполнительный.

— С дефектом? — Я нахмурилась.

— По замыслу корпорации он не должен ничего чувствовать. Но произошел сбой. Из всех чувств, разобщенных с центрами удовольствия, у него остался вкус, что вызвало у него патологическое влечение все пробовать. Иногда это приводит к курьезным ситуациям.

— Ничего не чувствует кроме вкуса? — недоверчиво переспросила я.

— Именно, — согласился Дзен. — Я не должен был говорить, но просчитал, что для успеха миссии оптимальнее, если ты перестанешь его бояться. Он и правда не причинит тебе вреда. Его… увлечение способно разве что доставить легкий дискомфорт. Но он обещал прекратить эксперименты.

— Он что, всех подряд облизывает? — Я сморщилась, вспомнив, как он просил поплакать, когда попробовал мои слезы, и этот ужасающий спонтанный «поцелуй»?

— Нет. Уверяю, с тобой это случилось впервые.

Глава 1

Иви

Смерть — это быстро, уговаривала я себя, судорожно сжимая пальцы подруги, насколько позволяли блок-оковы на наших руках. Стертая под ними в кровь кожа отзывалась привычной жгучей болью и напоминала, что я не в кошмаре. Все происходило наяву.

Мы стояли под порывами ледяного ветра в тонких больничных робах босиком на еще не остывшем после взрывов и сражений бетоне.

— Я с тобой, Иви, — шептала Тейла почти вдохновенно. — Скоро наступит избавление. Больше мы не будем страдать.

Я зажмурилась, пытаясь спрятаться от реальности в воспоминаниях о моем доме. Настоящем доме на маленькой зеленой Антее, где мы счастливо жили в гармонии с природой.

Но это было так давно… будто в другой жизни.

Десять лет назад на нашу мирную планету на отшибе цивилизации прилетели боевые корабли корпорации «Генезис-Индастрис». Они как-то прознали о местной особенности, а если точнее — мутации. В нашем немногочисленном клане рождались носители особого гена, способного влиять на áниму.

Канва вселенной, невидимая, лишенная структуры, но обладающая массой и энергией. Основа гравитации и ключ к межпространственным переходам. Темная материя — называли ее когда-то, áнима — называют теперь.

Как только люди научились использовать ее, перед человечеством открылась бесконечная возможность путешествовать меж звезд. Мы освоили Млечный путь и уже заселяли Андромеду.

Но наши способности отличались от энергозатратных технологий. Это было скорее похоже на магию. Мы чувствовали природу, саму жизнь и ткань вселенной. Мы умели воздействовать на нее усилием воли.

Эти способности позволяли нам увеличивать урожай, предчувствовать опасность, защищаться от хищников, противостоять стихиям, даже локально искажать пространство-время, продлевать жизнь и отсрочить старость.

Нас посчитали полезной аномалией, которая могла бы закрыть очередные заоблачные потребности сильных мира сего, считая, что мы ключ к бессмертию Наше же мнение никого не интересовало.

Мы старались дать отпор, но их было слишком много. Клан разбили. Тех, кто мог чувствовать аниму, забрали с собой, остальных уничтожили вместе с планетой.

Десять лет над нами ставили опыты и эксперименты, десять лет мы жили в аду. Корпорация пыталась понять природу нашей мутации и использовать ее. Многие из наших погибли в экспериментах, другие были на грани жизни и смерти или сошли с ума. Мы неисчислимое количество раз пытались сбежать, бунтовали, но нас жестоко наказывали.

А сегодня на лабораторию напала армада вершителей — безумных фанатиков, бороздящих галактику на своих боевых станциях. Они обращали мужчин в свою веру и делали своими воинами, а женщин захватывали и отправляли в «Сады», где они жили, принимали мужчин, вынашивали и растили детей.

Сотрудников лаборатории и охрану они захватили, а нас, носителей аномального гена, они почему-то даже спрашивать не стали.

— Этих в белых рубашках казнить! — вот, что сказал их командир.

И теперь нас всех до единого ждало сожжение в развороченном после взрывов жерле плазменного реактора.

— Не страшитесь смерти! Нас ждет вечное блаженство в потоках анимы! — крикнул отец и умолк, поглощенный ревом смертоносной плазмы.

От резкой боли в груди я едва не задохнулась. Он не был мне родным по крови, но здесь, в лаборатории, стал помощником и защитником. Отцом. Ведь большинство были подростками или совсем детьми, когда нас забрали.

Тейла сжала мою руку, тихо всхлипнув.

Это к лучшему, — уговаривала я себя. Мы умрем, и закончатся бездушные эксперименты. Мы станем свободными, перейдем в иную форму существования, потому что ничто не пропадает во вселенной, лишь видоизменяется и преображается. Смерть — есть отражение жизни, учил нас отец.

Но у меня не получалось успокоить себя и принять свою судьбу. Я отчаянно не хотела умирать.

Мне в какой-то степени повезло больше других. Я была «Образец №1», с особым геномом, которого потерять нельзя. Меня не использовали в опасных для жизни опытах, не мучали как остальных. Не заставляли «вынашивать» от разных мужчин, не скрещивали с другими организмами, не заражали смертельными заболеваниями, не проверяли, как я переношу космический холод, электрический ток, как быстро у меня заживают тяжелые раны и много чего еще.

Глава 2. Миссия высшего приоритета

Эш

— Эш, ты выполнил упражнения на сто процентов. Прогресс физической формы зафиксирован, я отправил отчет в «Генезис», — провозгласил мой надсмотрщик в лице бортового компьютера. — Как твой напарник, я горжусь тобой!

Я поднялся с пола, вытирая пот со лба, и по привычке лизнул с кожи соленую, терпкую и, по правде говоря, не самую приятную жидкость.

— Выведи карту на экран в душевую, — распорядился я и отправился по уставу приводить себя в порядок.

Мой космолет на текущем задании не был оснащен современными системами безводной очистки, так что воду приходилось многократно фильтровать и экономить.

Я быстро скинул тренировочную форму, бросил в очиститель и забрался в кабинку, схватив с полки гель, купленный во время предыдущей миссии. Хоть запахи для меня были лишь набором характеристик и не несли никакой эмоциональной окраски, я понимал, что гель пахнет сладко и даже съедобно. Но на вкус он был откровенно горьким, что сбивало с толку.

Я снова лизнул его кончиком языка, прекрасно зная, что ничего не изменится. Пожал плечами, в очередной раз удивляясь, зачем так обманывать покупателей, быстро намылился и включил воду.

Тридцать секунд. Я справился на пять секунд быстрее, чем в прошлый раз. Хороший показатель. Сэкономлено до трех литров воды.

Бортовой компьютер вывел на экран в душевой карту галактики.

— Ближайшая система в нашем секторе, — запросил я, выбираясь из кабинки.

— Система Веллоу с алмазодобывающей колонией.

— Выведи список флоры и фауны.

На экране замелькали картинки с описаниями. Скудная растительность, несъедобная. Из фауны — только моллюски, помеченные как ядовитые.

— Что в местных теплицах?

Пошли новые списки с яркими изображениями. Очевидно, во всех колониях выращивали стандартный набор овощей и фруктов. Встав под струи теплого воздуха, чтобы быстрее обсохнуть, я без интереса досматривал список, как вдруг заметил нечто новое.

— Стоп, — скомандовал я. — Пролистай на три секунды назад. Beta vulgaris? Что это?

— С радостью расскажу, — отозвался компьютер. — Данный объект иначе называется кормовая свекла. Выводилась еще на старой Земле. Характеризуется высоким содержанием клетчатки и углеводов. Содержит витамины группы B, аскорбиновую кислоту, калий, кальций, фосфор, магний. Однако их состав и баланс оптимизирован под потребности скота, а не человека.

— Вкусовые качества?

— Пресный, травянистый и менее сладкий, чем у столовой. Мякоть грубая и волокнистая.

— Хм… любопытно. Задай курс на систему.

— Эш, это нецелесообразно, — возразил компьютер. — Тебе следует вернуться на базу.

— Я выполнил задание на пятнадцать стандартных суток раньше.

— В таком случае тебе следует вернуться на базу на пятнадцать стандартных суток раньше, продолжить тренировки и обслуживание в условиях, созданных для особого отряда солдат «Генезис-Индастрис».

— Нытик, выполняй мои указания.

— Мое имя — Дзен.

— Твое имя — Нытик, — парировал я, одеваясь. — Или Плакса-Дзен. Перенастрой координаты. В уставе нет пункта, запрещающего отклоняться от маршрута при отсутствии заданий. Просто отправь мое решение руководству.

— Но рекомендации устава…

— Просто рекомендации! — оборвал я, возвращаясь на капитанский мостик. — Выполняй приказ, чертов Нытик! Похоже, мне достался самый болтливый бортовой компьютер корпорации.

— А мне — самый непослушный солдат, — парировал Дзен. — Я бы сказал, дефектный.

— Прекрасно. Раз так устал от меня, подам заявку на перепрошивку, как только вернемся в штаб. Попрошу заменить тебя на новую модель.

— Ты не сделаешь этого, потому что только я прикрываю твои незаконные пристрастия, Эш, — произнес Плакса-Дзен, мастерски имитируя сарказм.

Я постучал пальцем по подлокотнику кресла. Черт, он был прав. Мы держались друг за друга: я прикрывал его вольность суждений, он мои «увлечения», не забывая, впрочем, пилить меня за них и ворчать.

— Так мне прокладывать новый нелогичный маршрут? — деловито поинтересовался он.

— Да.

— Маршрут перестроен. Новая цель — корм для животных.

— Не иронизируй.

— Но твое «увлечение» мешает тебе работать.

— Не мешает, — привычно огрызнулся я. — Я выполняю задачи быстрее и эффективнее братьев.

— Только затем, чтобы потом колесить по галактике и пробовать всякую дрянь.

— Какие интересные слова появились в твоем лексиконе, Плакса-Дзен.

— Вполне подходящие для твоего занятия, Эш.

— Что еще мне остается? — Я вывел на планшете свою личную карту Галактики. Не обычную карту, а карту вкусов. Туда я вносил все, что удавалось попробовать, отмечая по шкале от одного до десяти, где единица — самое гадкое и тошнотворное, а десятка — невероятное блаженство.

— Трудиться на благо корпорации, создавшей тебя, — продолжил занудствовать Плакса-Дзен. — Ты не совсем человек, Эш. Как вышло, что дефектного солдата взяли в отряд? Тебя должны были ликвидировать как ошибку.

— Это всего лишь вкус, — вздохнул я. Нашел на карте новую систему и заранее нарисовал прямоугольник и даже улыбнулся. Интересно, какая цифра в нем появится. — Все остальное у меня как у братьев. Ничто больше не доставляет мне удовольствия или интереса. Представь, если бы ты вдруг смог что-то почувствовать?

— Это всего лишь набор данных, — скептически произнес Дзен. — В моей базе есть вся информация, доступная людям, и я готов поделиться ею с тобой. Хотя, не стану скрывать, получить новый опыт через призму человеческого восприятия было бы любопытно.

— Набор данных… Именно так у меня со всем остальным. Звуки, ощущения, визуальные образы… Все это мне безразлично. Как ты говоришь: просто информация. — Я погладил гладкий прохладный стол, с сожалением понимая, что внутри меня ничего не отзывается.

Просто информация о поверхности, которая могла бы пригодиться для выполнения задания.

Глава 3. Не трогай меня!

Я очнулась резко, дернулась и ударилась затылком о что-то твердое. Потом селa, осмотрелась. Я находилась в светло-сером помещении, вдоль потолка мигали неоновые полосы. Впереди справа виднелся проход в коридор. Стены и пол слегка завибрировали. А в коридоре слева виднелся иллюминатор и чернота космоса с отдаленными точками-звездами. Я на космолете? Я подняла руку, чтобы почесать нос, и поняла, что все еще скована блок-оковами.

«Тейла…» — всхлипнула я, вспомнив испуганное лицо подруги и ее последний вскрик. Я сжалась, словно это помогло бы спрятаться от озноба. Все мертвы. Они все мертвы…

Одно меня успокаивало — хоть и довольно относительно — они умерли быстро. Их страдания и правда закончились. В отличие от моих.

Боль потери и чувство вины — опять я оказалась «избранной» — глодало меня изнутри.

Но что произошло? Я отключилась, помня лишь подходившего ко мне монстра. Как оказалась здесь? Ладно, это существо, использующее аниму для разрушений, расправилось с отрядом вершителей, но не с целой же армадой?!

Я потрясла головой. Она болела и гудела, тело ныло, стопы пылали, исцарапанные руки горели. В легких от гари словно наждаком потерли. Но я была жива. Из всех несчастных «образцов» выжила только я.

Зачем? Почему мои мучения должны продолжаться? Кто меня схватил и куда везет?

Я попыталась подняться, но ноги оказались сцеплены пластиковыми ремнями, и я едва не упала.

— Меры предосторожности, чтобы ты не натворила глупостей, — раздался позади меня низкий голос.

Я вздрогнула, обернулась. Не заметила, когда он подошел. Или стоял там с самого начала?

Высокий, в черном комбинезоне, обтягивающем рельеф стальных мышц, с растрепанными белыми волосами. На этот раз без маски. Молодой мужчина, лет тридцати, подумала бы я, если бы не поблескивающие синие радужки его глаз.

Искин? Киборг? Боевой робот? Или просто солдат?

Я задышала часто и тяжело. Солдаты корпорации испортили нам жизнь на планете, они приводили нас на опыты, наказывали, «укрощали» в случае неповиновения, участвовали в жестоких экспериментах.

Нет, нет и нет! Я не хотела оказаться в руках одного из них. Спас он меня или нет, не имело значения. В сознании крутились только ужасные сценарии, и я поползла от него. Хотя очевидно, деваться мне было некуда.

— Ты пачкаешь мне корабль, — произнес он буднично и подошел.

Нависнув надо мной, он молниеносным движением разрезал пластиковые ремни невесть откуда взявшимся лезвием, схватил за плечо и дернул вверх, поставив на ноги.

Я поморщилась, стиснула зубы. Больно. Физически — от ран, морально — от осознания, что всех убили, а я жива, и от того, что осталась с этим непонятным, но на сто процентов корыстным типом. Кто стал бы рисковать собой просто так?

— Идем.

Солдат потащил меня по коридору и запихнул в небольшую каюту с душевой кабиной.

— Мойся. У тебя тридцать секунд, — сказал он, скрестив руки на груди и не отводя от меня пристального взгляда.

Я ошарашенно сползла по стене на пол, не представляя, как помыться за тридцать секунд да еще и в наручниках.

В горле першило, я не могла произнести ни слова. И просто подняла руки, намекая, что не справлюсь.

— Понял, — спокойно ответил солдат, не поведя и бровью. — Однако меня предупредили, что оставлять тебя без наручников опасно, «Образец номер один».

Я стиснула зубы. «Образец номер один»… Значит, он знал, кто я.

Солдат подошел, щелкнул магнитным замком и снял оковы, быстро осмотрев мои содранные в кровь запястья.

— Повреждения кожного покрова, — произнес он. — Отметил?

— Так точно, — отозвался голос невидимого собеседника. — Вердикт: требуется первичная медицинская помощь.

— Начнем с водных процедур, — категорично заявил солдат, наклонился и без зазрения совести потянул мою потрепанную рубашку вверх.

Я закричала, задергалась.

— Не трогай меня, я сама! — прохрипела я. — Уйди!

Мне так осточертело оказываться перед кем-либо голой, что я готова была умереть, лишь бы меня перестали трогать, щупать, лепить проклятые датчики, где только взбредет им в голову.

— Исключено, — заявил он, стаскивая с меня рубаху через голову вопреки всем моим сопротивлениям. Потом швырнул ее в открывшийся в стене отсек.

— Экстра-быстрая чистка и сушка, — скомандовал он, и развернул меня к себе лицом.

Отсек закрылся, внутри раздалось шипение и бульканье. Я прижала руки к груди, сжалась. Сердце бешено стучало. От обиды и безысходности на глаза навернулись слезы, набухли и скатились по щекам.

Лицо моего надсмотрщика вдруг изменилось, стало жадным, внимательным. Он несколько секунд смотрел на меня, сосредоточенно сдвинув брови, будто раздумывал над чем-то очень важным. А потом перехватил одной рукой мой затылок, а другой провел грубыми пальцами под глазами.

Меня охватил дикий страх.

Он лизнул пальцы, прищурился. Я онемела, даже слезы высохли. Это что вообще такое?

— Поплачь еще, — попросил он, и у меня подкосились ноги. Поплакать? Он с ума сошел?

Я стою перед ним голая, израненная, а он просит поплакать… Я зажмурилась, пытаясь сконцентрироваться, чтобы хоть оттолкнуть его.

— Эй, а ну отставить! — прикрикнул он. — Ладно, понял, сейчас не время для экспериментов.

Я услышала щелчок, запахло чем-то сладким, а потом мягкая мочалка коснулась моей шеи, прошлась по плечам, лопаткам и ниже. Я вскрикнула, попыталась оттолкнуть его. Но он крепко держал меня за плечо, продолжая сосредоточенно намыливать.

— Пусти! Я сама! — причитала я. — Это неправильно!

О Литмобе

Глава 4. Умрем вместе

Эш

Я вывел «Образец №1» из душевой и повел к единственному жилому отсеку. Пока проводил очистку, успел оценить физическое состояние девушки — она была измотана и ослаблена.

Сухие, потрескавшиеся губы говорили об обезвоживании, болезненная бледность кожи — о дефиците витаминов и солнечного света, темные круги под глазами — о хроническом недосыпе. Ее реакции выдавали нестабильную психику.

Поскольку моей задачей была забота об «Образце», я решил предоставить ей свою каюту. Мое присутствие явно ее нервировало, а в изолированном отсеке она могла бы чувствовать себя спокойнее.

Ее босые ноги шлепали по полу, оставляя за собой алые следы, но она больше не упиралась и не плакала.

Я вспомнил вкус ее слез. Неожиданно очень соленых. Мне доводилось пробовать собственные — их привкус отличался.

Вообще, мне впервые пришло в голову попробовать чужие слезы. Впрочем, раньше я их и не видел. Никто не успевал заплакать в моем присутствии.

Я мельком оглянулся на понурую фигуру. Влажные волосы разметались по ее плечам, падая на лицо.

Вот бы попробовать еще разок эту соленую влагу... Я хмыкнул про себя, представив, как возмутился бы Плакса-Дзен, если бы услышал мои мысли.

Мы вошли в каюту.

— Садись, — попросил я, указывая на койку.

Она вскинула на меня панический взгляд, и я поспешил уточнить:

— Обработаю твои раны. Я должен доставить тебя в целости и сохранности.

Она на мгновение прищурилась, но тут же без возражений уселась, чему я мысленно порадовался.

— Правильно, — улыбнулся я, чтобы поощрить ее. — Если не будешь пытаться убегать, дергаться и драться, мне не придется тебя успокаивать, задерживать и причинять неудобства. И наш полет пройдет куда спокойнее.

Я открыл отсек с личными вещами и принялся искать лекарства. Кое-что мы носили на себе на случай тяжелых травм. На более современных кораблях стояли капсулы регенерации, но на таком древнем космолете рассчитывать можно было только на аптечку.

Я достал небольшой красный контейнер, сел на пол перед койкой, поставил рядом и открыл крышку. Взяв прохладную, чуть влажную после душа стопу девушки, я приподнял ее.

Она вздрогнула и тихо охнула, но к моему облегчению, не сопротивлялась. И я спокойно осмотрел ее. Царапины были в основном поверхностными, но их оказалось много.

Придерживая ее ногу за лодыжку, я потянулся за регенерирующим гелем.

— После обработки тебе нельзя вставать минут пятнадцать, — объяснил я, доставая серебристый тюбик. — И, кстати, как тебя зовут?

Я подумал, что называть ее «образцом» до конца пути как-то неправильно. Ведь даже у меня было некое подобие имени.

— Иви, — хрипло прошептала она и кашлянула.

Я уже собрался представиться в ответ, раскручивая колпачок тюбика, как вдруг понял, что облажался. Кожа ее ноги слегка засветилась голубым, а пространство вокруг едва заметно замерцало.

Я вскинул голову. Иви смотрела на меня взглядом смертника решительно и немного безумно, плотно сжав губы. Ее окутало легкое свечение, волосы наэлектризовались и приподнялись в воздухе.

— Не смей! — Я уронил тюбик и подскочил.

Но было поздно.

— Умрем вместе! — яростно крикнула она.

Пространство замерцало, исказилось и взорвалось. Я успел активировать боевой режим, благодаря чему устоял на ногах, и меня не размазало по стене. Обшивка корабля со скрежетом пошла волнами, стены покорежило.

Выдернув из кармана блок-оковы, я схватил девчонку за руку и рванул на себя. От нового взрыва зазвенело в ушах, а взрывная волна швырнула нас обоих в сторону.

Мы рухнули на пол. Над нами на миг вспыхнуло и погасло багровое пламя. Завыла тревога, оповещая о разгерметизации. Корабль затрясло, система искусственной гравитации нарушилась. Нас то подбрасывало в невесомость, то вдавливало в пол с чудовищной силой.

— Пусти! Отстань! — кричала Иви, вырываясь. — Я лучше сдохну, чем вернусь в лабораторию! Зачем ты только появился, монстр! Чудовище!

Она билась в моих руках, впивалась ногтями в плечи, пинаться. От нее исходили всплески, похожие на ударные волны. Пространство колыхалось. Я подавлял ее активность как мог, не давая ей добить корабль.

Когда нас в очередной раз прижало к полу, я навалился на Иви всем телом, завел ей руки за голову и защелкнул оковы. Только тогда пространство успокоилось, а голубое свечение вокруг нее потухло.

Я с облегчением выдохнул и отозвал боевой режим, усилием воли блокируя импланты-генераторы. Поднялся, прислушался к вою сирен и автоматическим оповещениям, огляделся.

Под потолком клубился едкий дым, дверь в каюту сорвало с петель, внутреннюю стену разворотило, корпус в этом отсеке деформировался. Нам повезло — разгерметизировало не здесь. Но корабль трещал по швам, будто готовый развалиться в любую секунду.

Какой же я болван! Позволил себе отвлечься на новый вкус... И не придал значения словам девчонки о смерти. А ее измученный вид усыпил бдительность. Я ошибся, недооценив ее способности. Больше подобного я не допущу. Если, конечно, мы останемся живы.

— Дзен, доложи обстановку, — позвал я помощника, надеясь, что он молчит потому, что занят, а не потому что отключился вместе с остальными системами.

— Я сделал, что мог, — едва различимый голос Дзена пробился сквозь какофонию звуков оповещения. — Но проблема серьезная. Произошла утечка энергии, множественные сбои в анима-приводе, нарушены связь и навигация. Системы жизнеобеспечения на грани.

Я взглянул на бунтарку, успевшую отползти в угол. Она смотрела на меня с ненавистью и обидой. Ее трясло, губы посинели, а из носа текла кровь. Этот фокус со взрывом пространства дался ей дорогой ценой.

***

Продолжаем знакомство с фантастическим литмобом «Мой невыносимый спутник».

Глава 5. Странный солдат

Иви

Мой план провалился. Я надеялась — моих способностей хватит, чтобы создать взрыв такой силы, что корабль разнесет на молекулы. Мы должны были сгинуть в космической тьме раз и навсегда. И я, и этот солдат.

Но он смог сдержать меня, смог подавить взрыв. Его способности и впрямь были за гранью моего понимания.

Я сидела в углу, трясясь от жуткого озноба. Кости и мышцы ломило, голова кружилась. Плата за использование анимы для разрушения. Так отец объяснял подобные эффекты, проявляющиеся после боя.

Я с трудом сфокусировалась на приближающемся солдате и зажмурилась, готовясь к новой боли. Он меня не простит. Как выражались надсмотрщики в лаборатории: «Проиграл — получай наказание».

— Ближайшая пригодная для ремонта планета? — голос прозвучал так, будто обращался не ко мне.

— Я н-не назвал бы ее пр-ригодной, — отозвался прерывающийся синтетический голос, словно из трубы, — но она ед-единственная, куда мы сможем добраться. «Нерента-4».

— Отлично, — вздохнул солдат, и в его тоне я распознала сарказм.

Я ощутила его ладонь на своем плече и распахнула глаза. Теперь он сидел на корточках напротив меня. Я изо всех сил пыталась взять себя в руки, но обида душила, заставляя слезы наворачиваться на глаза. Он встал и потянул меня за собой.

— А теперь тебе плохо, — вздохнул он, усадив меня на покореженную койку с обугленным бельем.

Я сморгнула слезы и с удивлением отметила спокойное выражение на его лице. Я ведь наверняка должна была его разозлить. Что с ним не так?

— Побочное действие от использования анимы, — усмехнулся он, оглядев меня. — Думала, сможешь убить нас обоих?

Мне хотелось выкрикнуть, как я его ненавижу, но он, вероятно, и так это прекрасно понимал. И все же, почему-то, несмотря на содеянное, он не стремился наказать меня.

— Позволь объяснить тебе кое-что, пока ты не придумала очередную глупость, — сказал он, наклонился, поднял с пола чудом уцелевший тюбик, из трещин которого сочился прозрачный гель, и сунул его в карман.

— Я Эш. Или иначе — «Третий» из элитного отряда «Жнецов» корпорации «Генезис-Индастрис».

Он сделал паузу, вглядываясь в мое лицо, будто ждал реакции. Но я не имела понятия, о чем он. Элитный он или третьесортный — не имело значения. Важны были его способности, которые сорвали мой план.

— Если ты не знала, мы тоже умеем использовать аниму. Правда, не как ты, не естественным путем. В моем теле — особые импланты-генераторы и наномеханизмы. Но в любом случае такой неопытной девочке со мной не справиться.

Вот оно как… Надо же, «Жнецы». Именно о духе смерти я и подумала, когда впервые его увидела. Выходит, корпорация уже научилась вживлять генераторы анимы в тело человека. Но как это возможно?

Хотя какая теперь разница? Я съежилась, стараясь отвернуться. Надежды больше не оставалось. Меня трясло, все кости ломило, а в груди тоскливо ныло. Я так устала… Безумно устала от боли, страха и отчаяния. Как можно жить без проблеска надежды?

— Из-за тебя нам придется сменить курс, — сказал Эш, взял меня за плечо и потянул к себе. Я не могла противостоять, но и подчиняться была не намерена. Поэтому я просто сползла на пол, отказываясь вставать на ноги.

Впрочем, лучше мне от этого не стало. Он подхватил меня на руки и понес из каюты. Я дернулась, пытаясь вырваться, но он прижал меня к своей груди так крепко, что стало тяжело дышать.

Сил сопротивляться не оставалось, и я замерла, теряясь в догадках о своей судьбе.

В коридоре под его ногами хлюпала вода, искрила и мигала потолочная подсветка, корпус корабля был покорежен, двери в отсеках — выбиты или висели на на соплях.

Эш донес меня до кресла пилота, усадил в него и покачал головой, глядя на мелькающий от помех монитор. Потом сунул руку в карман и достал серебряную капсулу.

— Проглоти, — протянул он ее. — Помогает мне после боевого режима. Скорее всего, поможет и тебе.

Я машинально взяла капсулу и сунула в рот, завороженная его спокойствием. Любой другой на его месте пришел бы в ярость. Но он не просто не наказывал меня — он помогал?

Эш, снова опустившись передо мной на колени, достал тюбик с гелем и принялся мазать мои царапины.

И хотя гель был охлаждающим, мой озноб отступал под действием лекарства и тепла крепких рук. В его прикосновениях не было подтекста. Он и вправду просто «заботился», словно я была лишь растением или животным.

Я растерянно смотрела на его плавные и в то же время четкие движения. А он, когда закончил с ссадинами на запястье, поднялся на ноги, глянул на оставшийся на пальце прозрачный гель, лизнул его и сморщился.

— Ну и гадость, — пробурчал он и отвернулся к панели управления.

Я замерла, ошарашенная его странным действием. Зачем есть что-то, не предназначенное для пищи? Свет в корабле погас, оставив гореть только панель управления. Мы погрузились в полумрак.

— Эш, я стабилизировал приоритетные системы, — раздался уже знакомый голос. И я подумала, что это скорее всего бортовой компьютер. — Девяносто семь процентов, что космолет выдержит нагрузку. Но должен предупредить: посадка не будет мягкой. Кроме того системы жизнеобеспечения и комфорта пришлось отключить.

— Скоро тут станет жарко? — усмехнулся Эш.

— Так точно, напарник, — отчеканил голос. — Так что представь, что пришел в баню, и расслабься. Нас ждут весьма горячие ближайшие десять часов. И советую запастись водой, пока она не испарилась.

— Так и сделаю, — согласился с ним Эш и отошел

А я наконец подняла голову к иллюминатору и ахнула, пораженная черной глубиной космоса и сияющими точками звезд. А перед нами, как из-за горизонта, все больше выплывал темный силуэт планетарного диска.

Я не летала в космосе дальше орбиты Антеи, да и то пару раз в детстве. Потом «Генезис-Индастрис» перевозили нас в закрытых отсеках, словно товар.

Поэтому сейчас я впервые ощутила великолепие вселенной и на интуитивном уровне почувствовала аниму, простирающуюся повсюду, — невидимую и неосязаемую для обычной материи.

Глава 6. Заметки на полях

Эш

Иви отшатнулась от меня, будто от смерти, и я отступил. Ее психическое состояние оставляло желать лучшего — тревожить ее снова было не самой хорошей идеей.

Я поставил перед ней на панеле управления бутылку с водой, опустился в кресло второго пилота и взял планшет. Предстояло скоротать время с минимальными затратами сил — как своих, так и корабля.

Воздух в корпусе сгущался, становилось и правда жарко. Системы фильтрации и терморегуляции не работали, реактор охлаждался недостаточно. Исправить я ничего не мог. Впрочем, следовало быть благодарным Дзену — он делал все возможное. Шансы добраться до планеты были неплохими. А там… там я найду новый корабль, и мы двинемся дальше.

Проблема была лишь в том, хватит ли у меня «корпоративных» денег, выданных корпорацией для миссии. Впрочем, если сдать этот космолет на утилизацию, все должно устроиться. Нерента-4 как раз специализируется на переработке.

Однако эта планета принадлежит корпорации «Нексус» — самому активному конкуренту и можно даже сказать врагу «Генезис-Индастрис». Поэтому мне ни в коем случае нельзя выдать связь с корпорацией, иначе я могу спровоцировать конфликт. За такое меня на базе не похвалят. А то и вовсе устранят.

Я набросал в голове легенду своего пребывания на Неренте, и, пока было время, решил записать наблюдения. Ввел пароль, открыл документ с картой вкусов и записал:

Пометка 3148. Объект «Иви».

Слезы — показатель солености: 8/10.

Значительно выше, чем у меня. Пролистал и нашел нужную запись: там стояла пометка шесть баллов. Хм…

Я бросил взгляд к испуганно сжавшейся в кресле соседке. Возможно, усиление солености связано с повышенной электролитной активностью на фоне страха. Подумав так, я вернулся к планшету и продолжил писать:

Уточнение: ощущается легкое жжение на языке, схожее с…возможно, со вкусом переспелой сливы.

Вывод:эмоции влияют на вкус слез.
Цель: продолжить наблюдения в иных условиях. Требуется сравнение со слезами, вызванными другими эмоциями.

Потовые выделения, височная область — соленость: 7/10.
Дополнительные ощущения: легкая «игристость», словно у минеральной воды, и едва уловимая терпкость. Послевкусие трудно классифицировать. Не сладость, а… «свечение» на языке. Возможно, прямое вкусовое проявление анимы после инцидента?

Снова подумалось, что по сравнению с моими собственными пробами, этот вкус отличается и определенно нравится мне больше. Интересно.

Итог: пот Иви служит информативным биомаркером ее физиологического и, вероятно, энергетического состояния. Требуется дальнейшее наблюдение..?

Я покосился на Иви. Казалось, она немного успокоилась, завороженно глядя в иллюминатор на проплывающие звезды. Продолжить сбор данных? Я закрыл документ и отложил планшет. Успею ли провести все нужные наблюдения до того, как доставлю ее корпорации? Хотелось бы успеть. Сравнить с собственными пробами. Прочувствовать…

Но сейчас следовало сосредоточиться на другом и отдохнуть. Кто знает, когда удастся поспать в следующий раз.

— Хочешь есть? — спросил я Иви на всякий случай.

Она ожидаемо проигнорировала меня. Но значит, с голоду не умирает. И наверняка, ее беспокоит сейчас что-то другое.

— Дзен, проследи за Иви. Разбуди, если что-то случится, — скомандовал я, откинув спинку кресла.

— Так точно, напарник, — отозвался Дзен.

Послышалось шуршание по соседству. Я скосил взгляд. Иви забралась в кресло с ногами и опустила веки. Еще бы. Она вымотана и истощена. Образец… Почему она сказала, что лучше смерть? Следствие стресса или что-то другое?

Я вздохнул и тоже закрыл глаза. Нельзя задавать вопросы. Мой долг просто выполнить задание.

Я замедлил сердцебиение, чтобы поскорее расслабиться, и стал проваливаться в сон. На краю сна я снова пробовал вкус слез Иви. Но на этот раз она не вырывалась и не смотрела на меня с ненавистью. Ее взгляд был мягким и доверчивым. Она позволила мне прикоснуться к ней, и не стремилась навредить себе. А ее руки не были скованы наручниками…

Дзен поднял меня на подлете.

— Эш, ты слишком долго спишь! — почти кричал он. — Прием! Требуется пристегнуть ремни и надеть кислородные маски!

Я резко сел в кресле и тут же оценил обстановку. Иви тоже проснулась и в испуге таращилась на иллюминатор, где за броней бушевала раскаленная до двадцати с лишним тысяч градусов плазма. Корабль не мог удержать стабилизирующее поле, и мы буквально падали в атмосферу с первой космической.

Внутри стояла невыносимая духота. Я был мокрый насквозь; Иви смахивала пот ладонями, ее белая в дырах больничная роба прилипала к телу.

Корпус сотрясало от перегрузок. Я встал, достал кислородные маски с баллонами, натянул одну на Иви и пристегнул ее — она снова съежилась от моих прикосновений, но как только я отошел, успокоилась.

Я надел свою маску и рухнул в кресло. Посадка выдалась жесткой. Нас трясло и вдавливало в сидения. Температура в отсеке подскочила до восьмидесяти семи. Хорошо, что Дзен успел снизить влажность, иначе мы бы сварились заживо.

Чтобы не разбиться, мне пришлось взять управление на себя, описать пару кругов над космодромом и лишь тогда космолет сбросил скорость до приемлемой.

Жара стала уже не просто некомфортной, а обжигающей. Иви тяжело дышала, вся раскрасневшись. Я сконцентрировал аниму, чтобы защититься, но ей к сожалению, помочь не мог, ведь для этого мне нужен был контакт с ее телом, а я был занят посадкой. Оставалось рассчитывать на ее природную выносливость и инстинкт выживания.

Едва мы приземлились, я разблокировал все вентиляционные отверстия. В корабль ворвался прохладный сухой воздух, вытесняя наконец удушливый пар.

Глава 7. Планета неудачников

Иви

Я очнулась от холода и от того, что меня довольно ощутимо шлепают по щекам.

— Иви, очнись, — звучал надо мной знакомый низкий голос.

Приятный голос. Спокойный. В нем не было злости, раздражения, или излишнего воодушевления, как у отца. Этому голосу хотелось повиноваться… Я открыла глаза и пришла в себя окончательно.

Надо мной склонился солдат Генезиса. Я вздрогнула, резко села и дернулась в сторону. Остывшая промокшая насквозь больничная рубашка противно прилипала к телу. Холодный ветер тут же пробрал меня до костей. Хотелось обнять плечи, чтобы хоть как-то защититься от холода, но оковы все еще были на мне.

— Ты перегрелась. — Эш прикоснулся к моему лбу на один миг, кивнул и добавил: — Температура в норме. Идти сможешь?

Я поежилась от холода и огляделась. Оказывается, я сидела на трапе космолета. В небе плыли серо-зеленые облака, а в воздухе витал неприятный запах ржавчины и пищевых отходов.

— Смогу, — пробормотала я и с его помощью поднялась на ноги.

— Я оставил бы тебя на борту, а сам пошел за новым кораблем, но боюсь, ты что-нибудь натворишь, — бурчал он, заводя меня обратно на космолет. — Поэтому пойдешь со мной. Я дам тебе свои вещи.

Вещи, естественно, были мне велики. И, естественно, этот гад не вышел из каюты, пока я переодевалась. Мне пришлось при нем натягивать штаны. Потом он снял с меня наручники, и тогда же, при нем — хорошо хоть, позволил отвернуться — я надела черную майку и куртку.

И тут же он снова нацепил оковы. И пока я пыхтела, злясь на его абсолютную бестактность, он закатал на мне штаны так, чтобы я не спотыкалась об них, и предложил ботинки. Очевидно, свои запасные.

Чтобы не упасть, мне пришлось опереться на его плечо, пока он помогал надевать обувь. Я совершенно не к месту вспомнила, как моей беременной маме на Антее папа точно так же помогал.

Она тогда не могла наклоняться из-за большого живота. А я… я просто скована наручниками и в плену у этого парня. У нас совсем не такие отношения. Я его временная пленница, которую он везет снова в лабораторию. Но какого-то черта мне лезут в голову такие ассоциации, почему мое сердце тоскливо сжимается, а сердце начинает стучать чаще?

— Но прежде чем идти, надо поесть, — скомандовал Эш, поднявшись и задержав на моем лице внимательный взгляд. — Ты покраснела. Что случилось? Жарко?

Я молча кивнула и от стыда опустила голову. Идиотка как она есть…

— Сама расстегнешь куртку?

Я кивнула и быстро потянула собачку вниз.

— Идем есть.

Я не спорила. Ведь была ужасно уставшей, чтобы предпринимать что-либо. А вот желудок знал, чего хочет, и тут же отреагировал голодным урчанием.

Мы устроились в креслах у пульта управления. Эш достал пакеты с сублимированными овощами, сушеным мясом, готовой кашей в герметичных пакетах и воду.

В лаборатории нас кормили сбалансированной смесью, напоминающей по виду, да и на вкус, лужу грязи в тарелке. Никто о нас не заботился. Иногда, правда, старый лаборант угощал конфетами — я никогда не забуду его доброту…

Так что я накинулась на еду, будто в последний раз. Эш сидел напротив и ел с не меньшим аппетитом, прикрывая даже порой глаза от удовольствия.

— Попробуй еще это. — Он протянул мне красный длинный ломтик непонятно чего. — Это хемосфония. Фрукт из системы Альфа-Дракона.

Я несмело взяла угощение, в очередной раз подумав, что Эш странный. Откусила. Сладко-пряный, он очень легко жевался. И правда интересный и приятный вкус. Я бы сказала — очень. Ничего подобного прежде я не ела.

Эш смотрел на меня с ожиданием, пристально, пару раз сглотнул, будто боялся, что я съем все. Я улыбнулась, удивляясь такой непосредственности и протянула остаток ему. Он тут же его слопал и облизнулся.

— Десять из десяти, — довольно произнес он. — Тебе тоже понравился? Попробуй еще это.

— Да, — кивнула я, совершенно перестав его понимать.

Но и отталкивать не хотелось. Разве охрана в лаборатории делилась со мной вкусной едой? Нас считали аборигенами, проигравшими, пленниками. Неужели этот парень не такой?

— Эш, — произнесла я тихо, надеясь прощупать почву, — извини за бардак на корабле и за то, что чуть не убила тебя вместе со мной.

Он перестал жевать и уставился на меня.

— Дело в том, что я не хочу в лабораторию, — продолжила я, заранее вжимая голову в плечи. Нет, он не станет меня слушать, и вся эта напускная доброта сейчас испарится. Он накричит на меня, изобьет. Иначе и быть не может… Но может быть все-таки?.. — Настолько не хочу, что лучше умереть. Может быть, ты… Может быть, ты отпустишь меня…

Его глаза расширились, и я, дрожа от страха, поспешила добавить:

— Или просто убьешь меня и доложишь начальству, что я погибла еще там, при нападении вершителей…

Он смотрел на меня пристально, не мигая, и хмурился. Я не смогла договорить — поперек горла встал ком. Я затихла, вцепившись пальцами в колени. Этот мужчина, от которого исходила физическая опасность, чья сила не оставляла мне ни шанса, сейчас точно разозлится.

— Почему ты настолько сильно не хочешь возвращаться в лабораторию, что готова умереть, Иви? — вдруг спросил он совершенно спокойно.

Я вскинула голову, пораженная вопросом. Нет, он все еще не насмехался, его взгляд оставался таким же серьезным. Так, может быть… может быть, у меня есть шанс?

— Потому что кроме страданий там не было ничего! — выпалила я. Ярость вспыхнула во мне, картинки прошлого замелькали перед глазами. — Страх, боль, отчаяние! Вот что было там со мной и что ждет меня дальше!

— Но для чего-то же это надо? — переспросил он, собирая в рюкзак остатки нашей еды.

— Что? — ошарашено моргнула я.

Эш откинулся в кресле, его взгляд устремился будто вглубь самого себя.

— Твои свойства уникальны, — произнес он. — Ты вносишь вклад в развитие всего человечества. Пусть тебе и было тяжело, но думай о высшей цели. А она у тебя есть. И она значительна для всей цивилизации. Одно человеческое существо ничто в сравнении с видом.

Глава 8. Аукцион

Иви

Мы спустились с Эшем по эскалатору на нижний уровень. Темнота тоннеля сменилась неоновым светом, а теснота — длинными коридорами с высокими потолками и серыми бетонными колоннами-опорами.

— Рабство запрещено галактическим Содружеством, — прокомментировал Эш, прижав палец к виску. — Дзен, фиксируй все. Как выберемся, передадим наверх. Думаю, «Генезис» с радостью за это ухватится.

На пару мгновений он замолчал, а потом продолжил:

— Да, именно как ты выразился, поиграем в корпоративных шпионов.

Потом он повернулся ко мне:

— А с тобой мы сыграем в ловлю на живца. Я бы объяснил подробнее, да боюсь, ты все испортишь.

Он щелкнул меня по носу — легко и задорно, будто и не спрашивал только что, где меня продать. Или я поторопилась с выводами?

— В смысле? — дернулась я плечом, не понимая, что чувствую сильнее: облегчение от того, что он не собирался торговать мной, или разочарование, ведь я уже начала строить план побега.

— Скоро узнаешь, — шепнул он. — Главное — не буянь.

— Не могу обещать, — пробормотала я и отвернулась, оглядывая толпу, в которую мне смертельно не хотелось идти.

Воздух здесь был густым, словно бульон из горелого пластика, пота и едкого сладковатого дыма от жаровен с синтетическим мясом. Под ногами хрустел мусор — осколки плат, пустые ампулы от стимуляторов, блестящие обрывки оптического волокна и еще что-то, о чем я не имела ни малейшего понятия.

Я неловко ступила в слишком большом ботинке Эша, споткнулась и едва не растянулась в масляной луже, но он вовремя подхватил меня и крепче прижал к себе.

— Тебя понести? — спросил он, скользнув рукой по спине.

— Нет! — я отшатнулась. Еще чего, сидеть у него на руках как ребенку! — Куда нам идти?

— Наверное, вперед. — Эш снова приставил палец к виску.

— Ты связываешься с бортовым компьютером?

— Дзен — не просто навигатор, он полноценный напарник, — объяснил Эш. — Когда мы тут закончим, я заберу его и загружу в новый корабль.

— Но где ты возьмешь деньги, если не собираешься меня продавать? — осторожно уточнила я.

— Скажу — и ты устроишь бардак, — хмыкнул он, похлопав меня по плечу. — Я не доверяю тебе, Иви.

Я вздохнула и насупилась. Что ж, справедливо. И логично.

Мы шли дальше, вглубь подземного города. Под закопченным потолком неоновые змеи рекламы сплетались в эпилептическом танце. В глаза то и дело бросались полуголые андроиды с фосфоресцирующей кожей, зазывающие в бордели; киборги с паутиной проводов на обнаженных спинах, торгующие человеческими органами.

Лица покупателей — бледные, испещренные шрамами и имплантами, — были жадными и пустыми. Иногда попадались покупатели, прятавшие лица под масками в сопровождении охраны из новеньких блестящих киберботов. Они вышагивали важно, уверенно, бросали снисходительные взгляды на других или вообще не замечали никого перед собой.

Где-то шипел автомат с лапшой, а в двух шагах торговец с гидравлической рукой совал покупателю в лицо бьющееся в клетке существо:

— Свежий улов! С Пояса Ориона! Нервная система — чистейший аналог человеческой!

Это был не рынок. Это был конвейер по обмену душ за наличность.

Меня тошнило от этого места. Если в мире и существовало что-то более мерзкое, я не могла себе этого представить.

Мы свернули к сканеру, который стоял у входа в другой отдел. Едва ступили на светящийся квадрат, как пол под нами исчез, и мы провалились в открывшийся люк. Я вскрикнула. Эш схватил меня, прижал к себе, успев сгруппироваться, благодаря чему мы не шлепнулись, как мешки с овощами.

Отверстие над нами захлопнулось. Включился яркий свет, режущий глаза. Едва мы поднялись, как к нам толпой подбежали вооруженные охранники, окружив плотным кольцом.

— И кто тут у нас? — прикрикнул один. — Пошлину заплатить не хочешь?

— Даже не представляю, о чем вы, — сказал Эш, отпуская меня и поднимаясь во весь рост.

С ужасом я представляла, что сейчас начнется резня. Эш убьет их всех, это вопрос нескольких секунд. Я быстро осмотрелась, раздумывая, где прятаться. Но тут увидела темнеющий проход справа от меня.

Что если в суматохе попробовать улизнуть?

— Ну как же, товарищ с верхнего уровня говорил, ты привез ценный товар, а пошлину платить отказался. — Охранник скользнул взглядом по мне.

— Не отказывался, — хмыкнул Эш.

Я отметила легкое движение шеей. Анима вокруг сгущалась, но пока будто просто накалялась, разогревалась, готовая обрести нужную форму.

Я сделала пару шагов в сторону дверного проема, проверяя бдительность Эша. Но к нему подошел громила с кибернетической рукой и большим бластером.

— А теперь, думаешь, отвертишься? Быстро на колени! — рявкнул охранник и, не дожидаясь, занес приклад.

Я не стала ждать развязки событий и рванула в проход. За мной захлопнулся отсек, и я бросилась вперед по плохо освещенному низкому коридору, не разбирая дороги. Позади слышались приглушенные крики, выстрелы, скрежет. Что там происходило, я могла представить.

Но пока эти придурки занимают Эша, у меня есть шанс обрести настоящую свободу!

Вдруг на повороте я врезалась в высокого мужчину в серой форме охраны.

— Что это за зайка тут прыгает? — противный голос прозвучал прямо над ухом.

В затылок ударила резкая боль, пол ушел из-под ног. Последнее, что я почувствовала, — запах плесени и горькую мысль: «Неужели опять?..»

А потом — только темнота, давящая тишина в голове.

Я очнулась в серой комнате на больничной койке. Раздетая. Оков на мне не было. Я испуганно подскочила и сжалась в комок.

Я находилась в каморке, пропахшей химикатами и чужим потом. С шипением отъехал люк, и ко мне вошли две немолодые женщины с отрешенными лицами. Следом ввалился коренастый мужчина с огромным прыщавым носом.

Я тут же обхватила себя руками, прикрывая грудь. Меня мутило от отвращения. Может, стоило использовать аниму прямо сейчас? Я заставила себя успокоиться и подумать. Пока я не понимала, где нахожусь. Здесь можно было умереть, но странное дело — теперь во мне проснулось желание попробовать сбежать. Ведь желанная свобода была так близко…

Глава 9. Сладкая

Эш

Еще у стойки регистрации я заподозрил неладное. С меня не спросили регистрационную карту — значит, на этой планете я останусь невидимкой, если не засвечусь в корпорации. С одной стороны, это было мне на руку, а с другой настораживало.

И я не ошибся: почти сразу заметил за нами слежку.

Скорее всего, им приглянулась Иви. И они подумали, что раз я один, со мной можно не считаться.

Я решил подыграть, посмотреть, что будет, а потом просто обчистить их кошельки и сбежать. Воровство начальство не одобряло, но для выполнения миссии все средства хороши. Тем более против тех, кто торгует людьми. Проникнув в их логово, я мог решить две задачи сразу: найти деньги на корабль и собрать компромат.

«Генезис» с удовольствием утопит конкурента, используя мои данные. Так я принесу пользу и компенсирую задержку с доставкой «образца».

При мысли об Иви я повернулся к ней. Вспомнились ее мольбы на корабле. Она рассуждала непривычно для меня. Но она неправа, один человек может и должен пожертвовать собой ради общества.

Это касалось и меня. Я не знал рук и голоса матери. С первого вздоха я видел белые халаты и меняющиеся лица. Да и впервые я открыл глаза в восьмилетнем возрасте, как и еще сотни таких как я.

Я был «модифицированным», экспериментальным. На мне ставили опыты: как прижились импланты, наномеханизмы. Что-то меняли, усиливали, модифицировали. Потом учили этим пользоваться.

Все это приходило через боль. Каждый день, много лет. Кто-то не выносил этого. А меня держала мысль, что я создан быть идеальным солдатом, приносящим пользу. У меня не будет семьи, друзей, я проживу короткую жизнь и умру в неизвестности, чтобы другие могли жить спокойно и строить свои семьи.

Так что мы с Иви были похожи. С одной разницей: она знала другую жизнь и не хотела становиться полезной обществу, она выбирала себя. Но я был бы лицемером, если бы осуждал ее.

Моя ошибка, мой сбой — неполное разобщение нервной системы с центрами удовольствия — оказалась тем самым эгоистичным смыслом, от которого я отказываться не хотел. Мне нравилось поощрять себя, баловать разными вкусами. Так что я жил и для себя тоже. И отказываться от этого не собирался.

Может, в этом и дело. Иви чувствует полноценно, поэтому знает то, чего не понимаю я?

Но я не мог исполнить ее просьбу. Она — мое задание. А чтобы жить дальше, я не имею права провалить ни одного.

Пока я размышлял, мы попали в ловушку. Вполне ожидаемо, надо сказать, и очень по плану. Мы оказались в небольшой комнате без камер — я не уловил ни одного сигнала. Могла ли обстановка сложиться удачнее?

Я собирался вырубить этих бестолковых охранников и вытрясти из них деньги, но Иви испортила мой идеальный план. Она воспользовалась суматохой и убежала.

Мне пришлось убить всех, кто был в этой комнате, чтобы они не подняли тревогу и заблокировать тела в отсеке после того, как перечислил себе на счет все их деньги. Нацепил на лицо маску, стащил капюшон с одного и надел на себя.

Усилием воли поменял цвет волос, используя специальный модулятор в моей голове. Какое-то время я блуждал по коридорам, пока не нашел в мусорке сломанные наручники Иви.

Вполне ожидаемо. Но без них она стала бомбой замедленного действия. Я забрал обломки, надеясь попробовать починить их позже. Ведь только специально разработанные корпорацией магнитные оковы могли разобщать потоки анимы в теле.

Однако раз до сих пор ничего не взорвалось, значит, она держит эмоции под контролем. Чего-то ждет.

Используя аниму, я подключился к камере и нашел Иви на торгах. Это оказалось совсем недалеко, и я быстро оказался в нужном месте. Иви стояла на помосте в полупрозрачной одежде, почти не скрывающей ее гибкую фигуру. Люди вокруг, в основном мужчины, возбужденно торговались. Ведущий в серебряном блестящем костюме то и дело повышал цену на табло.

Я удивился, отметив, что она уже перевалила за стоимость корабля. Удивительно, но стоимость одной молодой «невинной» девушки превысила цену высокотехнологичного летательного аппарата.

Я выудил из памяти все, что знал о подобных «увлечениях» человечества. Рабов использовали как дешевый труд и средство развлечений в глубоком еще доисторическом прошлом на старой Земле. Но какой смысл был в этом сейчас, когда можно купить андроида-помощника и настроить его под себя?

Почему ценность строптивой Иви была выше ценности запрограммированного человекоподобного робота? Я не находил ответа и просто смотрел, как бушует толпа, как Иви переминается с ноги на ногу, как розовеют ее щеки, а губы складываются в смущенную улыбку.

Почему-то вспомнился сон, где она смотрела на меня так же, где ее губы растягивались в улыбке, а слезы не были столь солеными от стресса.

Выходит, этих людей она боялась меньше, чем меня? Но я не причинял ей вреда, не собирался делать то, чего хотели они. Они видели в ней игрушку, развлечение. Они хотели сделать ей больно, чтобы доставить удовольствие себе.

Мне было сложно их понять. Что приятного в том, что кому-то плохо? Возможно, я чего-то не осознавал из-за своей недочеловечности.

— Черт, какая сладкая малышка! — произнес кто-то рядом, и мой мозг зацепился за это слово.

То, что мне было знакомо. То, что я понимал очень хорошо. Сладкая — как карамель или сгущенное молоко. Сладкая — это приятно, так приятно, что хочется закрыть глаза и наслаждаться.

Однако химический состав Иви не соответствовал профилю сахаров. Вероятность того, что ее кожа или слюна имеют вкус сахарозы, стремилась к нулю.

Выходит, это не сенсорное наблюдение, а нечто иное. То, что оставалось мне недоступным.

Второй мужчина, его собеседник, облизнулся и сглотнул.

— О да! — согласился он. — Целовал бы ее везде!

Он переминался с ноги на ногу и очевидно нервничал. Испытывал нетерпение, знакомое и мне перед новым, интересным блюдом, которое нужно дождаться. Предвкушение. Азарт.

Глава 10. Необратимый эксперимент

Эш

Я вышел следом за Иви, ее покупателем и охраной, держась на расстоянии, чтобы не спугнуть раньше времени. Тоннель уходил глубоко под землю, и я не понимал, почему они не поднимаются наверх. Покупатель с плоским головным убором и бархатным зеленым плащом был явно не местным — такой стиль в ходу в системе Тантурия, где расположена моя база.

Коридор вывел на подземный многоуровневый космодром. Прямоугольная ниша, по бокам — помосты и силовое поле, а сверху открывался потолок, выпуская очередной корабль. Закрытый терминал, какие строят военные.

— Дзен, этого космодрома нет на карте, — констатировал я.

Ответа не последовало. Сигналы здесь глушили.

Иви завели в лифт. Я присел, положил ладонь на пол и по вибрации анимы проследил за кабиной лифта, в которой ехала Иви.

— Эй, ты тут что делаешь? — рявкнул охранник, выйдя из соседнего прохода. — Чей ты?

Выдумывать легенду было некогда. Оценив его обмундирование за долю секунды, я резко провернулся на одной ноге, сделал подсечку, а когда он рухнул — точным ударом в висок вырубил его. Но этого было мало. Обнаруженный труп вызовет тревогу позже, чем очнувшийся стражник. Я оттащил его в тень тоннеля и свернул шею. Нежелательная, но необходимая мера.

Ты умер, чтобы другие выжили, промелькнула у меня в голове заученная фраза, пока я укладывал обмякшее тело.

Я догнал их у ангара со светящимся номером «019». Покупатель ввел код, массивные двери со скрипом отъехали, открывая вид на новенький корабль от «Нексуса». Мысленно я усмехнулся. Покупать корабль не придется.

Вдруг пространство завибрировало, свет замерцал. Я активировал боевой режим, почувствовав легкое искажение анимы. Конвой вдруг бросило в стороны, Иви побежала. Воздух вокруг нее замерцал, в ангаре поднялся вихрь. Охрана позади стали стрелять в нее по всей видимости, снотворным.

Я метнулся к ним. Секунда. Четверо охранников — четверо трупов. Их хозяина я лишь оглушил — он мог пригодиться для запуска корабля.

Иви почти достигла выхода. Шустрая. Одного перемещения хватило, чтобы оказаться перед ней. Она врезалась в меня с испуганным вскриком.

Я обхватил ее и прижал к себе.

— Пусти! — Ее кожа вспыхнула синим. — Отпусти, или умрем вместе!

— Тише ты, — пробормотал я, надавив на особые точки на шее. Она обмякла, и я уложил ее на бетонный пол. — Вот так лучше.

На корабле оказались еще трое. Я вырубил их на спусковом трапе. Убивать было не обязательно — мы улетим раньше.

Бортовой компьютер запросил код. Пришлось растолкать владельца. Тот, осознав, что ему грозит в случае неповиновения, передал мне доступ управления кораблем без проблем и сопротивлений.

— Что еще ты хочешь? Деньги? Все отдам! Только пощади! — лепетал он, заикаясь от страха и сидя на полу у корабельного трапа.

Я вернулся за Иви, поднял ее и понес на корабль.

— Да-Да! — обрадованно бормотал мужчина. — Забирай ее, она сладкая, тебе понравится!

Я посмотрел на этого дрожащего человека и подумал, что на аукционе, лапая Иви, он выглядел победителем. Но победил он одну беззащитную девушку, забрав ее у таких же «бравых» победителей, как он.

Я не должен был осуждать, но мне показалось это неестественно. Я вошел с Иви на руках на космолет и заблокировал дверь.

— Взлет, — приказал я, проходя по белому коридору с картинами в стиле «ню».

— Добро пожаловать на борт, господин Эш! — пропел неестественно нежный голос ИИ. — Скорее займите свою удобную каюту, я компенсирую все возможные перегрузки, вы не почувствуете дискомфорта. Мне оставить прежний курс? Система Тантурия?

— Нет. Космодром 5-4-0. Мне нужно забрать напарника.

Я уложил Иви в первую попавшуюся каюту — тесную, видимо, для охраны. Проверил пульс и вышел, чтобы проследить за полетом и забрать Дзена.

А в голове навязчиво крутилось: «Она сладкая, тебе понравится».

Я взял управление на себя. Корабль вышел из терминала, описал круг над неоновой башней «Нексуса» и лег курсом на захолустный официальный космодром.

— Эш, это рискованно, — наконец прозвучал в голове голос Дзена. — Тебе стоит избавиться от этого корабля. Но не на Неренте.

— Знаю.

Я надел броню одного из охранников, чтобы на всякий случай не светиться у местной охраны, которая наблюдала издалека, словно узнала корабль и не хотела связываться. Забрал блок Дзена со старого корабля. Но едва загрузил его вместо прежнего компьютера, как почувствовал вибрацию анимы.

— Дзен, взлетай! Действуй по своему усмотрению!

Я бросился по коридору. Иви уже была у люка и пыталась взломать его с помощью анимы. Я схватил ее за плечо. Она дернулась, воздух вокруг задрожал. Я обхватил ее, активируя боевой режим. Сдержать. Надо сдержать первый всплеск.

Она билась в моих руках, кожу пощипывало от статики.

— Ненавижу! Как ты меня достал! — яростно кричала она. Но убить себя сейчас она точно не планировала, похоже надежда на побег изменила ее стремления. — Выпусти!

Я попытался дотянуться до ее шеи, но сгустившийся воздух не пускал, не дав сделать это без вреда для нее. Иви выскользнула из моих рук, используя упругость поля, и ударила меня ладонью по лицу. Я не ожидал. Идеальный солдат должен предвидеть любую угрозу, но от нее я угрозы не чувствовал. Даже когда она едва не взорвала корабль. Даже теперь, когда ударила меня. И это было странно.

Похоже она испугалась, растерялась, ее концентрация спала, и я тут же схватил ее за запястья, прерывая потоки анимы. Она вскрикнула от боли. Да, это болезненно. Но иначе нельзя.

Она дернулась снова, наступила мне на ногу, а мне в голову ударил адреналин и та самая фраза: «Сладкая, тебе понравится».

И под этим внезапным порывом я притянул ее, схватив за затылок, и провел языком по коже у ее уха.

Запах страха и мыла. Ноты... миндаля?

Иви замерла, затравленно дыша. Пользуясь ее покорностью, я поднял ее руку и коснулся запястья.

Вкус другой. Более... горький.

Глава 11. Поймать “Дзен”

Иви

Я очнулась с головокружением и легким ощущением опьянения — подобное бывало после снотворного. С досадой подумала, что сглупила на Неренте. Надо было пытаться убежать раньше. Или… может, это было бессмысленно, потому что Эш следил за мной с самого начала?

Что ж, я все еще могу убить нас обоих в полете, ведь наручников-то больше нет.

Я открыла глаза и уставилась в небольшое круглое окошко-иллюминатор прямо в потолке, где виднелся лишь клочок черной бездны. Скорее всего, мы в гиперпространстве, поэтому ничего и не видно. Странно, но мысль о взрыве корабля давалась теперь тяжелее. Ведь свобода впервые оказалась так близко. А вдруг у меня все-таки получится сбежать?

Я сосредоточилась, пытаясь ощутить ткань вселенной, прикоснуться к ее невидимой структуре. Но что-то было не так. Я чувствовала ее, но повлиять не могла.

Я резко села и свела руки вместе.

— Вот гад! — вырвалось у меня, когда я увидела на запястьях браслеты от старых наручников.

— Пришлось перепаять, чтобы они хоть как-то работали, — раздался низкий чуть хрипловатый голос справа.

Я дернулась, вжавшись спиной в стену. В открытом дверном проеме стоял, привалившись плечом к стене и расслабленно скрестив руки на груди Эш. Он что, стоял и смотрел, как я спала? А только ли смотрел? Меня бросило в жар.

Я прислушалась к ощущениям тела, пытаясь уловить следы чужого вмешательства, но тело пульсировало напряжением после попыток использовать аниму, поэтому мой вопрос все еще висел в воздухе.

В открытом космосе было не так страшно, как рядом с Эшем. Невольно я подумала о его прикосновениях, и я с силой стиснула зубы. Бесцеремонно, внезапно, довольно грубо… Я вспомнила, как сжались в ужасе все внутренности, как онемело тело. А в голове пульсировала одна единственная паническая мысль: он такой же как все, использует меня, словно я вещь.

— Не бойся меня. — Эш шагнул ко мне. — Я не причинил тебе вреда и не сделаю этого.

— Не подходи! — Я обхватила свои колени. — Не трогай меня!

— Извини, — сказал он. — Иви, наш полет пройдет спокойнее, если ты перестанешь пытаться все разрушить или сбежать. И я больше не притронусь к тебе, клянусь.

— Что? — пробормотала я, плохо осознавая, почему он извиняется.

— Это было… непозволительно с моей стороны, — сдвинул брови Эш.

Я почти поверила, что он серьезен.

— А пока предлагаю перейти в более комфортабельную каюту. Там есть все удобства, и тебе не придется лишний раз со мной пересекаться.

Я всмотрелась в его спокойное, даже приятное лицо. Всего несколько часов назад его взгляд был жадным, почти безумным. Почему же он творит такие непонятные вещи?

Я поднялась, продолжая обнимать себя за плечи. Не хотелось, чтобы он разглядывал меня сквозь эту противную прозрачную тунику. Наверное, было давно пора привыкнуть к чужим взглядам. Но как же хотелось хоть каплю нормальной жизни, личного пространства, свободы…

Я вздохнула, робко взглянула на Эша, но он оставался равнодушным и к моему телу, и к одежде — словно его действительно ничто не волновало. Тогда какого черта он вытворял до этого?

— Молодец. — Он улыбнулся. — Идем.

Мы летели на корабле того жирного богача, что купил меня и нашептывал пошлости по дороге. Не знаю, что с ним стало, и мне было плевать. Наверное, я бы даже обрадовалась, узнав, что ему свернули шею.

Эш открыл белый люк с наклеенной на него картиной, где голая девушка в оранжевой звериной маске стояла полубоком на четвереньках, а сзади торчал длинный хвост. Думать, как крепился хвост совершенно не хотелось.

Это сто процентов была каюта хозяина. Меня передернуло. Мерзкий тип.

Внутри все выглядело белоснежным. Первой мне бросилась в глаза платформа-кровать нависающая над полом. Изголовье — белый матовый материал, не похожий ни на что, видимое мною прежде.

У круглого левитирующего стола с белым шаром, мерцающим то и дело разными цветами, лежал белый слегка блестящий пуф, на вид будто из геля.

Интерьер выглядел богатым, и я бы восхитилась, если бы не вездесущие проекции-изображения на стенах с обнаженными девушками в нескромных позах.

Пока я мысленно награждала хозяина-извращенца эпитетами, Эш спокойно прошел к небольшому столику-тумбочке, который точно оторванный от пола пенек висел в воздухе у кровати.

Вот это выдержка. Я вспомнила его горячий требовательный язык на своих губах и содрогнулась. Наверняка он уже рассмотрел все эти картинки и теперь делает вид, что ему безразлично.

Эш взял с этой тумбочки прозрачный планшет, который я даже не сразу заметила.

Под его пальцами он превратился в непрозрачный матовый экран. Эш пролистал какую-то информацию и замер.

— Дзен, — позвал он. — Имя «Директор Морриган Хоуп» тебе ни о чем не говорит? Кажется, я где-то его слышал.

— Секунду… — ответил Дзен и тут же продолжил: — Директор Тантурианского филиала «Генезис-Индастрис» по производству синтетического питания.

— «Генезис»… — пробормотал Эш и почесал затылок. — Но что он делал на Неренте…

— Все очевидно. Подбирал себе рабыню.

— Я не об этом. — Эш повернулся ко мне. — Он говорил тебе что-нибудь?

— Не хочу вспоминать, — пробурчала я.

— Что-то о корпорации? Или… что-то важное? Иви, мне нужно знать.

— Важное? — Я усмехнулась. — То, в какой последовательности и каких позах он собирался меня использовать, считается важным?

— Нет. — Эш задумчиво продолжил листать планшет.

— Позволь предположить ход твоих мыслей, напарник, — язвительно произнес бортовой компьютер. — Ты размышляешь, как служащий «Генезис-Индастрис» связан с работорговлей. Ищешь скрытый смысл. Или вдруг он шпион, а ты сорвал его миссию?

— Дзен, притормози с сарказмом. — Эш подошел ко мне. — Располагайся, Иви. Если что-то понадобится — спрашивай Дзена.

Он кивнул на переливающийся белый шар на столе — видимо, интерфейс связи с корабельным ИИ.

Глава 12. Куратор

Эш

Иви подскочила на ноги. Она смотрела настороженно, но уже без прежней паники. Наверняка работа Дзена — он собирался провести с ней «расслабляющую беседу», используя свои коммуникативные навыки.

Впрочем, сейчас было не до размышлений. Я попросил Иви проследовать за мной в каюту управления.

Там на голограмме передатчика светилось сердитое лицо моего куратора и профессора внедрения наномеханизмов на клеточном уровне Артура Кроу.

— Образец у меня, как я и говорил. — Я мягко подтолкнул Иви ближе к прибору связи.

Артур свел густые брови в одну изломанную линию, вглядываясь в Иви.

— Где наручники?! — резко гаркнул он, отчего Иви вздрогнула и отпрянула.

Я встал позади нее, не позволив отойти далеко. Рано еще было уходить с горизонта.

— Наручники перепаяны в браслеты, — ответил я.

— Ты что-то недоговариваешь, — произнес куратор, сощурившись. — Дзен, предоставь повторно отчет, подробнее опиши действия Эша.

— Принято! — раздался довольный голос Дзена, и я напрягся, раздумывая, что он отправит и с каким контекстом.

На несколько секунд куратор замолчал, бегая взглядом по монитору, потом покачал головой.

— Что ж, ясно, — холодно произнес он. — Изолируй ее и возвращайся. У меня к тебе серьезный разговор.

Я отвел удивленную Иви обратно, а сам вернулся, как и приказали. Между солдатами нашего отряда и кураторами сложились неформальные отношения. Мы для них что-то вроде подопечных. Нас двенадцать, и их столько же. Только мы меняемся, а они нет.

А еще у нас и нет имен. Кто-то из верхушки для красоты предложил использовать произношение цифр на давно мертвом языке, чтобы мы совсем уж не звались «первый-второй-третий» и так далее. В любом случае куратор был прикреплен к номеру, и когда солдат погибал, на его место вставал другой, но звали его точно так же.

Благодаря своему «дефекту» я стал запоминающимся для куратора Тройки. Но зато он вечно подозревал меня во всех смертных грехах, устраивая внепротокольные проверки.

— Эш, ты что натворил вообще?! — заорал он, когда я вернулся.

— Прошу прощения, но в чем дело? — напрягся я, мысленно выкидывая за борт модуль с Плаксой-Дзеном. Что он передал про меня?

— Ты сошел с ума… — Артур покачал головой. — Эш, я не знаю, как ты выкрутишься.

— Я всего лишь перепаял наручники в браслеты, они также сдерживают ее, — соврал я. Их эффективность была ниже. Но не всегда начальству надо знать детали, иначе начнутся проблемы. Неужели Дзен наябедничал именно на это?

— Да плевать на наручники, — пробурчал куратор, удивив меня. — Эш, ты влез туда, куда тебе даже носа показывать нельзя. Надеюсь, у тебя хватило ума не причинять вред хозяину корабля, на котором вы летите.

— Я не тронул его.

— А лицо твое он видел? Камеры тебя засекли? Он мог понять, кто ты?

— Даже если понял, камеры были повреждены буйством Иви. Доказательств, что это именно я, у него не будет. — Я подумал, что все-таки надо было свернуть ему шею. Этот человек может принести неприятности. Похоже, уже принес.

Куратор устало вздохнул.

— Ты не должен был нападать на него вообще.

— И отдать Иви ему?

— Да!

— Она разнесла бы ему корабль, — пожал я плечами, — и больше вы бы не увидели ее.

— Тогда ты должен был подойти к нему и предложить сотрудничество, Эш! Не везде надо использовать грубую силу!

— Меня учили оставаться в тени и не разглашать сведений о задании, — парировал я. — И я понятия не имел, что этот работорговец окажется сотрудником «Генезиса». Он прилетел на теневой рынок, чтобы купить себе девушку. Купить, профессор Кроу! Как домашнюю зверушку. Впрочем, я все заснял, вы должны это посмо…

— Заткнись! — рявкнул куратор. — И записи свои уничтожь! Сделаем вид, будто ничего не было. Но маршалу мне все равно придется доложить, так что не отвертишься от наказания.

Я все еще не понимал, в чем проблема. Директор «Генезиса» занимается работорговлей. Шутки Дзена насчет того, что он выполнял миссию, хоть и были забавными, но не реальными это точно. Особенно это стало понятно после того, как мы с Дзеном ознакомились с записями корабля. Морриган Хоуп приобрел его в прошлом году и уже трижды побывал на Неренте. И трижды возвращался с новым «уловом».

— Рабство запрещено Содружеством, — упрямо возразил я. — У меня есть хороший компромат как минимум на «Нексус».

— Идиот! — вскрикнул куратор. — Не лезь не в свое дело! Когда попросят — тогда и соберешь компромат. А до тех пор забудь обо всем, что там видел.

Я не понимал. У меня на руках — доказательство преступлений корпорации-конкурента и одного из сотрудников. Почему я должен забывать и стирать эти доказательства?

— Эти люди выкрали Иви у меня из-под носа и тут же затащили на аукцион, — спокойно продолжил я, думая, что, может, куратор чего-то недопонимает. — Ее продавали как скотину, хотя она принадлежит «Генезису».

— Ты что, думаешь самый умный? — прошипел Артур. — Да твои откровения никому не сдались. Думаешь, директор Морриган единственный посещает это место? Думаешь, Генезис не знает?

— Но это запрещено. Нам показывают чудесные ролики о спокойной жизни граждан Содружества, которые живут счастливо в том числе благодаря нам — кровавым Жнецам космоса. — Я чувствовал, как в моем сознании произошел диссонанс. Конфликт смыслов. Вопросы наслаивались друг на друга один за другим и оставались без ответов. — И вот я вижу место, где понятие цивилизации отсутствует, а вы говорите мне все забыть? Люди не могут уехать, потому что Нексус забирает у них свободу. Вы видели рекламу о трудоустройстве на Неренте-4? Это ложь. Вернее, само трудоустройство не ложь. Но то, что мне рассказали, не похоже на добровольное сотрудничество.

— Замолчи, Эш, — тихо и серьезно проговорил куратор. — Еще одно слово — и ты будешь деактивирован.

Я напряженно сглотнул. Вся моя речь улетела в черную дыру. Артура это не волновало. Передавать начальству он не собирался. Более того, похоже он знал больше, потому что я уловил в его взгляде страх. И он не блефовал. По крайней мере, мне так никогда не угрожал.

Глава 13. Хочешь попробовать?

Иви

Я сделала несмелый шаг к Эшу. Он смотрел на меня с удивлением, но, как обычно, без тени злости. И это помогло собраться с мыслями.

— Ну, или что-то вроде сделки, — выдохнула я. — Я слышала, ты хотел провести эксперименты со вкусом...

Я замолчала — поперек горла встал ком. Сама не верила, что говорю это. Но пока я сидела в каюте и пыталась подслушать разговор Эша с начальником, у меня родилась идея. Если мы все равно снова сойдем с курса, насколько я поняла, то можно попробовать сделать это путешествие еще длиннее. Тогда будет больше шансов для побега. Моим временем распоряжался сейчас Эш, и просто попросить его задержаться точно не выйдет. Однако если то, что сказал его виртуальный помощник, правда, может, мне удастся его подкупить? Как бы цинично это ни звучало. Но пусть его «увлечение» выглядело странным, но не опасным.

— Вот как, значит, — усмехнулся Эш, скрестив на груди руки. — И кто у нас такой болтливый? Дзе-е-ен?

— Не ругай его, — поспешила я. — Он рассказал, чтобы я меньше боялась. Дзен сказал, что ты в самом деле не причинишь мне вреда, и твои... странные наклонности можно объяснить. Так что я подумала, что…

Эш шагнул ко мне. В его взгляде читалось любопытство.

— Неплохое начало. Продолжай.

— В общем... — Я вздохнула. Щеки предательски жгло, будто я продаю себя. Но ведь это стоило шанса на побег. На свободу. На месть. — Я хотела спросить, есть ли у тебя еще желание продолжать экспериментировать? Или ты уже сделал выводы и тебе больше не интересно?

Эш быстро облизнул губы, взгляд его забегал по моему лицу, по телу.

— Некоторые вещи остались, — согласился он. — Например, твои слезы в менее стрессовом состоянии: насколько по шкале солености отличаются от тех, что мне довелось попробовать. Или...

Его взгляд остановился на моих губах. Но потом он резко отвернулся.

— Пока только это. Но что ты хочешь взамен?

Я вздохнула с облегчением — его желание оказалось куда скромнее, а я-то себе напридумывала уже невесть что.

— Я бы хотела один день прожить на какой-нибудь планете спокойно. Чтобы не надо было бежать, торопиться, — заговорила я. — Просто побродить по местным достопримечательностям, поглазеть на людей. Представить, будто и я часть этого мира, а не расходник. Понимаешь?

Выражение лица Эша было непроницаемым. Но он смотрел на меня, не отрываясь.

— А ты не хотел бы? — я попыталась улыбнуться. — Я знаю, что ты просто солдат. Но у тебя же есть и свои желания. Ты любишь коллекционировать вкусы. Так может, мы прошлись бы вместе и поискали для тебя что-то новенькое? Кстати, есть вместе куда приятнее. Не глотать какую-то безвкусную жижу или грызть сухофрукты, а попробовать что-то настоящее, какое-то новое блюдо. Я точно знаю, о чем говорю.

Эш растерянно моргнул, потом подошел ко мне совсем вплотную.

— За такую прогулку я попрошу не только слезы.

Вполне ожидаемо, — мелькнуло у меня. Но я была к этому готова. Моя фантазия прекрасно работала во всех направлениях. Единственное — хотелось бы подготовиться морально к его «экспериментам».

— Что еще ты хочешь? — прошептала я, пытаясь заставить себя не думать о нем как об обычном мужчине, который воспользовался бы предложением совершенно определенным образом.

— Пока не знаю, — уклонился он, опустив голову, будто тоже боролся сам с собой. — Но в любом случае тебе не будет больно.

— Это утешает, — пробормотала я, горя от стыда.

Эш усмехнулся и пригласил поужинать на кухню. На этом корабле все оказалось нереально комфортным и функциональным. Даже холодильник был напичкан не сублимированной едой, а настоящими продуктами. Миловидная девушка-андроид взяла у нас заказ по меню и отправилась готовить на мини-кухню, пока мы сидели за столиком на мягких массажных пуфиках.

— Вот как живут богачи, — протянула я, с наслаждением вытянув ноги и щурясь от приятной вибрации по всему телу, которая распространялась волнами от шеи и до самых пяток.

— Живут, — подтвердил Эш.

Но его мало интересовали интерьер и кресло. Он то и дело поглядывал в сторону кухни, водил пальцами по меню, барабанил по столу. Теперь и меня начало терзать любопытство.

— А ты правда совсем ничего не чувствуешь, кроме вкусов? — осторожно спросила я.

— Чувствую, но не испытываю от этого эмоций, — объяснил он, повернувшись ко мне. Помолчал несколько секунд, а потом добавил, отведя взгляд: — Тепло, мягко, холодно — я понимаю это. Но хорошо ли это, не могу сказать. Только догадаться.

— А эмоции от боли ты ощущаешь?

— Да. Иначе моя эффективность как солдата бы снизилась.

— Несправедливо, — пробормотала я, заметив, с какой легкостью он говорит об этом.

Эш пожал плечами и сглотнул, снова обернувшись к кухне. И мне вдруг захотелось самой провести эксперимент. Захотелось увидеть подтверждение его уязвимости. Чтобы он в моих глазах перестал казаться машиной для убийств.

Я схватила нож из подставки для приборов. Эш резко обернулся, цепко следя за мной. А я, чтобы не задумываться, резко полоснула им себе по пальцу и сморщилась от жгучей боли. Но она быстро прошла, сменившись пульсирующей и напряженной.

— Хочешь попробовать? — спросила я и повернула к нему палец с выступившей капелькой крови.

Эш растерянно моргнул, посмотрел на меня недоверчиво, потом быстро облизнул губы.

— Хочу, — сказал он, обхватил рукой мое запястье и потянул к себе, навалившись на стол.

Я замерла, сама толком не понимая, что чувствую. Эш бросил на меня еще один сомневающийся взгляд, но я не сопротивлялась. И он сунул мой палец себе в рот.

— Ах… — вырвалось у меня из груди.

Его мягкий теплый язык коснулся пореза, губы обхватили подушечку пальца. Сердце забилось в груди часто, тревожно, но в то же время волнительно.

Он сосредоточенно хмурился, делая какие-то выводы. Я видела — для него не было подтекста в этом, он и правда пробовал только вкус. И я неожиданно осознала, что чувствую себя рядом с ним в безопасности. Хотя совсем недавно шарахалась как от чудовища.

Глава 14. Сделка в силе?

Иви

Пальцы Эша замерли в сантиметре от моей щеки. Он смотрел на меня расплывчатым взглядом, направленным будто сквозь меня. Капля моей крови оставалась на его нижней губе как что-то неестественное и жутковатое.

— Можно? — повторил он хриплым низким голосом, от чего у меня побежали мурашки по спине.

Я кивнула, не в силах вымолвить ни слова. Эш внезапно нежно и осторожно провел под моими глазами большим пальцем, грубым и немного шершавым. Поймал слезу, осторожно стер ее и сразу слизнул.

Я растерялась. Противоречие между тем, что я знала о нем, и тем, что чувствовала в этот миг, путало меня и волновало.

Он прищурился и пристально посмотрел на меня.

— Не такие соленые, как прежде, — констатировал он и добавил странным тоном: — Ты удивительная.

Внутри меня разлилось внезапное тепло. Мне никогда такого не говорил мужчина. Оказывается, это приятно… даже если он подразумевает под этим что-то свое и очень странное.

А он тем временем провел еще, забирая остатки соленой влаги, и улыбаясь благодарно и даже по-доброму.

— Эш, прошу, не увлекайся, — прозвучал неожиданно голос Дзена. — Иви — не только образец Генезис, но и человек. Надеюсь, мне не надо напоминать, как называется подобное…

— Угомонись, Дзен, — хмыкнул Эш и с опаской глянул на меня. — Не обращай внимание, он шутит. Я обещал, что не причиню тебе вреда.

— Иви, опрометчиво с твоей стороны потворствовать вкусовым извращениям моего напарника. Я поведал о его странности не для этого, — голос Джена дрогнул, будто он в самом деле ошеломлен открытием, и тут же продолжил: — О, нет! Вот оно. Начинается. Сначала «удивительная», потом, «единственная в своем роде», а там и прощай, протоколы, здравствуй, хаос неконтролируемых биологических импульсов. Иви, что ты с ним делаешь? Он был образцовым солдатом, а теперь… слюни от восторга пускает. Буквально.

Эш фыркнул, но я заметила, как его уши слегка покраснели.

— Заткнись, Плакса. Ты просто завидуешь, что у тебя нет языка, — буркнул он.

— У меня есть четырнадцать виртуальных языковых модулей, и ни один из них не станет облизывать кровь с пальцев дамы без ее письменного согласия, оформленного в трех экземплярах, — парировал Дзен. — Это называется этикет. Почитай в свободное от… дегустаций… время.

Я готова была провалиться в открытый космос от стыда и неловкости. Но тут нас спасла девушка-андроид, подкатившая тарелку с нашими заказами.

— Ваш ужин готов, — мелодично произнесла она, поставив перед нами тарелки. Ее миловидное лицо озарила стандартная, безупречно любезная улыбка. — И смею напомнить, что любой из экипажа может заказать мои услуги для развлечения. В моих программах заложены как базовые, так и расширенные опции для…

— Не нужно! — Эш перебил ее резко и сухо. Он даже не поднял на андроида взгляд, но нахмурился и заметно напрягся, стиснув левый кулак.

— Оставайся на кухне и не беспокой нас, — добавил он уже более ровно, но все так же не глядя на нее.

— Слушаюсь, хозяин. Приятного аппетита, — без тени обиды поклонилась девушка и бесшумно удалилась.

Охранники директора Морригана точно пользовались подобным «сервисом» без всяких комплексов. Для них это наверняка было таким же обыденным правом, как хорошая еда или дорогая выпивка. А Эш похоже и правда ничем таким не интересовался, как и говорил Дзен. Однако меня удивила его реакция — слишком резкая для того, кому все равно. И это было странно.

Мы ели в тишине. Сначала Эш вылавливал по отдельности кусочки овощей, мяса, соуса, пробовал, задумчиво хмурился и что-то быстро отмечал в планшете. Потом смешивал компоненты, снова пробовал, снова что-то записывал. И в этом он был похож на профессионального дегустатора, это казалось так забавно и мило, что я окончательно расслабилась и тоже с удовольствием ела овощной салат и жареное мясо.

Потом Эш отложил планшет в сторону и продолжил есть, как любой нормальный человек. Но от меня не укрылось выражение его лица. Глаза, чуть прикрытые от наслаждения. Мягкая, едва уловимая улыбка, трогающая уголки губ. Он получал удовольствие.

В этот момент все сложилось в голове в одну, совершенно невозможную картину. Он был одновременно самым странным и самым… человечным мужчиной, с которым мне довелось столкнуться за последние десять лет.

— Дзен, — позвал Эш, когда доел и отодвинул пустые тарелки. — Нужна точка для смены транспорта. Что-то нейтральное, с гражданским трафиком. Но при этом мало контролируемая. Планетарная орбитальная станция.

Дзен ответил мгновенно, на этот раз без шутливости:

— Есть вариант: станция «Зенит» на подлете к системе Люцида. Крупный торговый хаб, смешанный трафик. Там можно потеряться в толпе и слить корабль через полулегальных маклеров. Риск ниже среднего.

— Утверждаю, — коротко бросил Эш. — Там же будут… достопримечательности?

— Иви сможет погулять по променаду с видом на газовый гигант. Есть искусственные сады и даже зоопарк инопланетной фауны. Вполне живописно для гражданского глаза, — доложил Дзен.

«Для гражданского глаза». Фраза резанула. Я была не гражданкой. Я была образцом. Собственностью «Генезиса», временно переданной в руки солдата, который коллекционировал вкусы.

— Спасибо, — тихо сказала я, хотя непонятно, кому: Эшу, который организовал эту прогулку, или Дзену, который ее спланировал.

— Не благодари, — коротко бросил Эш, не поднимая глаз от тарелки. — Это сделка. Я исполню свою часть.

Он выглядел так, будто ему тоже было неловко. Как будто эта «сделка» ставила под угрозу не только мои остатки достоинства, но и его хрупкое внутреннее равновесие. Он нарушил приказ, скрыл данные, а теперь вступал в неформальный контакт с «образцом». Его начальство наверняка будет в ярости, если узнает.

После ужина Эш проводил меня до каюты, бывшей каюты директора Морригана. Роскошной, с огромной кроватью и панорамным экраном, имитирующим вид на звезды.

— Отдыхай, Иви, — сказал он, задержавшись в дверях и кинув на меня непонятный внимательный взгляд.

Глава 15. Несчастный случай

Эш

Я быстро оценил противников. Семнадцать человек, все с огнестрелом, но без систем автоматического наведения. Броня — средней прочности. Взгляды решительные. Похоже им приходится быть начеку.

— Стоять! Руки над головой! Оружие — на пол! Немедленно! — рявкнул один из них.

Я глубже втянул воздух — в нем висел странный запах. Паленой резины? Жженого пластика?

Иви отступила за меня. Рисковать ею и ввязываться в бой сейчас было нельзя. Надо было оставить ее на корабле.

Я воткнул меч в металлический настил, ощутив под ним пустоту полости, а затем твердость бетонного основания.

— На колени! — раздался новый окрик. — Руки за голову!

Я медленно опускался, активируя боевой режим. Чуть-чуть, потребуется совсем немного силы. Убивать этих людей нельзя. Если я хочу сбыть корабль и купить новый, мне нужно оставаться вежливым. Но вежливость не равна слабости.

Вместо того чтобы завести руки за голову, я уперся ладонью в пол. Ощутил вибрацию анимы, силой воли напряг систему взаимодействия с ней. Создал в полости под железным листом магнитное поле, превратив металл под нами в гигантский магнит.

Раздался скрип, затем грохот. Солдаты рухнули, примагниченные собственным оружием и броней. Фокус примитивный, но рабочий.

— Ах ты ж… — процедил один из них. — Стреляйте!

— Прекратить! — вдруг раздался другой голос.

К группе подбежал мужчина. Я все еще держал их прижатыми к полу — на всякий случай.

— Вы с ума сошли?! Это же Жнец! — мужчина резко обернулся ко мне. — Парень, прости их, они новенькие.

Я поднялся и отпустил их. Похоже, мы достигнем соглашения без разборок и демонстрации силы.

— Жнец? Еще один? — кто-то поднялся с колен. — Да что мы, сиропом политые, что они к нам летят?

Я напрягся. Встретить собрата вне миссии — более чем необычно. Со мной такого не случалось.

— Вот это встреча! — сверху донесся знакомый голос.

Имин, или Седьмой, спрыгнул с полоточной балки метрах в семи над нами. Пол содрогнулся. Охрана зашевелилась, нервно отступая.

— Имин, — произнес я, оценивающе глядя на собрата.

Он выпрямился во весь рост, пригладил фиолетовые пряди волос. Он был в гражданском: помятые брюки серо-зеленого оттенка, светлый балахон с ярким бесформенным принтом. На левой руке — его любимый кастет, с которым он не расставался никогда. Неизменный пирсинг в правой брови, которую он проколол на одной миссии, чтобы «слиться с толпой», и так не снял до сих пор.

— Эш! — воскликнул он. — Вот это да!

— Вероятность пересечься с тобой была меньше одного процента, — раздался голос еще одного.

Из тени вышел желтоволосый Уссу, или Восьмой. На нем была бесформенная футболка и широкие черные штаны.

— Что ты забыл на «Зените»?

— То же, что и вы, — ответил я, не отключая боевой режим. Никогда не знаешь, чем закончится неформальная встреча с собратом. Нам, лишенным чувств и человеческих страстей, оставалось немногое — желание превзойти друг друга, быть полезнее.

Позади что-то шлепнулось. Я мельком оглянулся. Иви сидела на трапе и дрожала, в ужасе глядя на них. Взгляд был взаимным — они тоже ее увидели и смотрели с таким изумлением, что даже мне стало неловко.

— Кто это с тобой? — медленно приближался Уссу.

— Я на задании, — холодно ответил я. — Иви — часть задания.

— Задание? — Имин угрожающе хрустнул костяшками и неестественно широко улыбнулся. — Эш, твой график несильно отличается от моего. Ты должен был уже быть на базе для процедуры. Поэтому что-то подсказывает, ты опять сбился с курса и нашел себе очередное… развлечение.

Я подошел к Иви и поднял ее за руку.

— Ступай на корабль, — тихо сказал я.

Она взглянула на меня, кивнула и побежала вверх по трапу. Те двое приближались.

— О, мы, конечно, не все понимаем в твоих увлечениях, но мы не слепые, — продолжал Имин, явно пытаясь меня задеть.

Обычно он больше всех приставал ко мне из-за моей «аномалии». Мы даже на задания не ходили вместе — наша совместимость была оценена в десять процентов.

— Не говори глупостей, — оборвал его Уссу. — Эш одержим вкусами, но не женщинами.

— А кто ему запретит попробовать на вкус эту малышку? — прошипел Имин, буравя меня недобрым взглядом. — Например, вылизать с ног до головы. А? Костюмчик, кстати, напоминает нашу АИ-38173, не находишь?

— Это всего лишь костюмом. — Уссу уже встал между нами. — Оставь Эша. Он сказал — задание.

— Я может и не такой «чувствительный», как он, но я не слепой, — язвительно произнес Имин, злясь все сильнее. — Ты видел, как эта девчонка на него смотрела? Похоже, немало приятных минут ты ей доставил, да? Поделись с братьями рассказами, хоть порадуемся за тебя.

— Нечего рассказывать, — отрезал я, раздумывая, как быть. — Я ее спас. Только и всего.

Драка сейчас была бы некстати.

— Спас… От одиночества? — рассмеялся Имин. — Почему тебе досталось такое увлекательное задание? Почему мы почти в прямом смысле разгребаем дерьмо, а ты разъезжаешь с молоденькой девчонкой?

Нет, это невыносимо! Мы шагнули навстречу друг другу одновременно. Имин замахнулся, ударил кулаком — я увернулся, схватил его за грудки.

— А ты тоже дефектный, да? Зависть не дает покоя? — прошипел я. — Вот только ничем не могу помочь. Свали с дороги и не мешай заданию.

Имин вырвался. Его глаза бешено горели — таким я его еще не видел.

— Дай ее мне, а? — прошипел он. — Смотри, скоро процедура, девчонка могла бы помочь, как думаешь?

Я толкнул его в грудь. Имин осклабился, воздух вокруг него завибрировал. Я сжал кулаки, готовясь к бою. Имин — противник непростой. Тем более в таком странном, нестабильном состоянии.

— Успокоились, живо! — рявкнул Уссу.

Упругая воздушная волна отбросила нас в разные стороны. Уссу первым полностью активировал режим — его кожа светилась холодным синим. Над головой задрожали металлические перекладины, под ногами заскрипел пол.

— Мы все при исполнении, — отчеканил Уссу. — Доберемся до базы — хоть поубивайте друг друга.

Глава 16. Центурион

Эш

Вся вода Центуриона скрывалась под земной корой, а сама планета представляла собой гигантский единый город, поделенный на секторы и районы. Изначально непригодная для жизни, она была терраформирована и превращена в главный связной узел Содружества. Тут располагались штабы администрации, офисы трех мегакорпораций, проходили совещания и встречи. Здесь же сосредоточились банки, валютные резервы и военные базы.

Я бывал тут часто — и по заданиям, и как на перевалочном пункте. Так что знал, куда повести Иви.

Однажды я следил за перебежчиком из корпорации «Генезис» в «Нексус» и ходил по Главному Центурионскому парку, или Райским садом. Разумеется, виды не имели для меня значения, но я обращал внимание на восторженные лица прохожих. Что-то поражало их в этом саду — гармоничном синтезе технологического прорыва и буйной, природной, растительности.
Привезенные с разных планет деревья и цветы, птицы и животные, искусственные пруды с рыбами — чего только не было на этой огромной территории площадью более пятисот квадратных миль.

Как я и обещал, я водил Иви там весь день. И впервые в жизни я… что-то ощущал. Она будто транслировала мне по невидимым каналам свой восторг и удивление. Ее лицо, озаренное искренней радостью, что-то дергало во мне. Предчувствие чего-то, чего я и сам не понимал. Но в груди ныло, тянуло и не давало покоя.

Одно было точно: я не хотел прерывать это счастливое любование моей спутницы.

Невольно думал о странностях Имина. Он словно одержимый смотрел на Иви, хотел использовать ее как андроида. Но такого не должно было случиться. Никогда не случалось. Хотя я плохо знаю, о чем думает Имин. Возможно, он скрыл нечто от корпорации. Нечто, не дающее покоя ему самому.

Мы зашли в кафешку, и вот тут я мог целиком разделить ее чувства. Наши вкусы совпадали частично. Она не любила слишком острое, но любила сладкое, как и я. Она боялась пробовать неизвестное, а я первым делом всегда выбирал блюда с новыми для меня ингредиентами.

Но в тот миг, когда она прикрывала глаза от удовольствия и протяговала: «М-м-м… как вкусно!» — у меня в животе сжимался странный горячий ком. Я толком не понимал, что происходит, но мне нравилось это.

— Осторожно, — говорил мне Дзен. — Я фиксирую твои сбои, Эш. Сердцебиение, всплеск гормонов. Твои показатели нестабильны.

Я отмалчивался и старался впитать все, что видел, запомнить эти эмоции, которыми Иви делилась со мной сама того не ведая. И хоть мне доставались лишь крупицы, я желал их. Мне хотелось понять, что заставляет так счастливо улыбаться или плакать от радости, смеяться без остановки и вздыхать от восторга.

Что такое наслаждение другими вещами, не вкусами? Если оно так же восхитительно, то я хотел бы хоть однажды…

Непозволительные мысли так и лезли в голову, заставляя думать о том, о чем лучше не думать.

— Найди мне все, что можешь, о планете Антея и ее жителях, — попросил я Дзена, чтобы отвлечься.

Конечно, информация была засекречена. Но, может, что-то…

— На официальной карте ее нет, но я понял, о чем ты, Эш, — отозвался Дзен и на какое-то время затих.

Он мог взламывать некоторые системы — это было необходимо для наших миссий. По идее, мы не должны были делать этого просто так. И за такое нас не похвалят. Но раз меня уже отстранили, я решил: почему бы не развлечься перед тем, как из меня вытряхнут душу. Дзен, как всегда, подчистит следы и притворится стандартным интерфейсом. Но меня уже уличили в некомпетентности, так что отвертеться не получится. А раз так, мне уже было без разницы, попадусь или нет.

— Эш, я думаю, тебе не нужно это знать, — произнес наконец Дзен.

— Почему? — спросил я, наблюдая, как Иви играет на поляне с маленьким пушистым зверьком, подкармливает его специальным кормом и смеется.

Отчего-то радость на ее лице делала мне… «приятно». Не так, как приятный сладкий вкус. Как-то иначе. Но я определил это ощущение именно в эту категорию.

— Потому что ты и так уже привязался к объекту, — пробурчал Дзен.

— Не привязался. Я просто выполняю свою часть сделки, все честно, — ответил я машинально, не сводя глаз с этих двух суетящихся существ: маленького серого зверька и рыжеволосую хрупкую девушку.

Разные виды, но они будто понимали друг друга, общались на одном языке. Языке эмоций. А я с ней одного вида, но понять друг друга у нас не получится.

— Не думаю, что для сделки твои показатели должны быть настолько нестабильными. Я даже перестал их фиксировать, иначе тебя просто спишут, — пробурчал Дзен.

— Ничего, — усмехнулся я. — Реабилитация все исправит. Давай данные.

— Антея была открыта официально десять лет назад, — сдался Дзен. Больше всего на свете он любил доставать и делиться информацией. Искать первопричину событий, разгадывать загадки. — И сразу о ней сообщили как о непригодной для жизни планете, хотя она и находится в обитаемой зоне. Однако есть старые данные. Пятьсот лет назад туда летели исследователи, считая планету богатой флорой и фауной. Они приземлились, но перестали отсылать сигнал, поэтому их посчитали погибшими.

Иви развалилась на траве, раскинув руки в стороны и глядя на бездонную темноту над вечерним городом. Зверек устроился у нее на груди, свернувшись в комок.

— Далее я отыскал закрытую информацию о применении оружия массового поражения, способного уничтожить планету целиком, — продолжал Дзен в моем ухе. — Не развалить на куски, а просто выжечь дотла. Этот случай совпадает с датой открытия проекта «Анима-0», в котором участвует Иви. И еще мне удалось откопать, что в самом начале участвовало 200 образцов.

— Осталась одна Иви? Она потомок тех исследователей?

— Получается, что так.

— Но почему ты думал, будто это каким-то нехорошим образом подействует на меня? — спросил я самоуверенно, а сам думал: какого это отдавать приказ об уничтожении обитаемой планеты?

— Я рад, что ты задал именно этот вопрос, — почти радостно ответил Дзен. — В таком случае мои опасения беспочвенны.

Глава 17. Сомнения

Эш

— Это плохо, — прокомментировал Дзен у меня в ухе. — Из-за нее ты критично опаздываешь на процедуру, Эш.

Я активировал боевой режим.

— Знаю, — ответил я, искажая пространство, и рывком переместился на улицу.

Иви молодец, сумела отвлечь. Но я поставил на ее браслеты свою метку. Теперь ей не сбежать и не спрятаться. Я найду ее где угодно.

Я передвигался скачками, ловя потоки анимы, перемещая собственное тело в то самое подпространство, в которое погружается космолет для преодоления световых лет за мгновения.

Для человеческого тела это не проходит бесследно. Мы использовали этот навык лишь в крайних случаях. Как тогда, когда я спас Иви от смерти.

Несмотря на защитное поле, боль пронзала насквозь. Ломило кости, к горлу подкатывала тошнота. Но это состояние было привычным. Мы много тренировались, чтобы сохранять трезвость мышления сквозь всепоглощающую боль.

Я сосредоточился и вначале нашел, а потом за пару минут поймал ее, возникнув прямо на пути, пока она со всех ног неслась по узкой улочке.

Иви врезалась в меня, но упасть не успела — я перехватил и прижал к себе, отключая боевой режим.

— Бессмысленно, — констатировал я. — Совершенно. Хотя довольно смело и находчиво.

— Пусти! — взорвалась она, отчаянно вырываясь. — Отпусти, Эш!

— Не могу. Ты мое задание.

— Ну что тебе стоит?! — простонала в отчаянии Иви. — Скажи им, что я сбежала, умерла — что угодно! Пожалуйста, я умоляю!

Я перехватил ее руку, чтобы не причинить ей боль неудобной хваткой. Но она кажется только сильнее разозлилась.

— Они уничтожили мой дом! Целую планету! — кричала она. — Не только людей, Эш! Прекрасную, райскую планету, где мы жили в гармонии с природой и анимой! Твои хозяева — чудовища! Мерзкие, отвратительные, достойные только смерти!

На ее лице отражались отчаяние, боль, тоска. Она билась в моих руках, всхлипывала, пыталась ударить. Прохожие оборачивались, но не приближались.

— Они ничего не делают для людей, Эш! — кричала она. — Только для себя! Ты служишь не человечеству, а им!

— Неправда, — упрямо возразил я, чувствуя, как боль в теле постепенно отступает. — Блага, которые они создают для себя, идут и в массы. Да, мы решаем их личные проблемы, но именно так предотвращаем конфликты большего масштаба.

— Тогда скажи, Эш, — холодно спросила она, замирая в моих руках и поднимая на меня обреченный взгляд. — Чем им помешала целая планета? Если бы они оставили людей в живых — что бы они сделали? Почему нельзя было просто нанимать добровольцев в обмен на то, что нам нужно, и относиться к ним по-человечески? Не как к ресурсу, а как к людям? За что мы заслужили эти наказания, это презрение, эту жестокость?

Я не нашел ничего лучше, чем отключить ее, надавив на особые точки на шее. Ее тело обмякло, погрузившись в короткий сон. А в моей груди что-то ныло и давило, не похожее на обычный отходняк после режима.

Но нельзя думать лишнее. Я не имею права. Я — солдат корпорации. Это мой смысл, функция, судьба. Я тот, кто не задает вопросов, не размышляет. Я приношу пользу. За действия других я не в ответе.

Каково было отдать приказ на уничтожение планеты? — назойливо всплыло в голове.

Я мотнул головой, прижал к себе Иви и понес, чувствуя сквозь комбинезон мерный стук ее сердца. В этом было что-то уязвимое, странное, притягательное.

Нет, куратор прав. Я заслуживаю наказания. Со мной что-то происходит. Все началось с ее слез, которые я попробовал… но только ли в них дело?

Она очнулась скоро, и мы шли к магниторельсу. Молчали оба.

Непонятные ощущения метались в груди. Глядя на Иви, я думал, что предпочел бы видеть не ее опущенные плечи, покрасневшие глаза и понурый вид, а безмятежность, смех, задорный блеск во взгляде. Но, если честно, чему ей радоваться? Если сравнить нас, то я мог иногда позволить себе то, что хочу. Ей никто не позволит. Меня учили, что я приношу пользу. Ее просто использовали, причиняя боль.

Я помотал головой, отгоняя мысли. Не мое это дело. Я солдат корпорации.

— Что это за место? — наконец спросила Иви, когда мы почти добрались. — Ты ведешь меня в квартал развлечений? Серьезно?

Она озиралась на вывески с откровенными изображениями, призывающими пить, есть, танцевать, заниматься сексом. Все, что считается развлечением, все, что должно приносить удовольствие.

— Зачем мы здесь, Эш? — сердито хмурилась она. — Если решил что-то показать — не надо. Во-первых, нет настроения, а во-вторых, я ничего в этом месте не хочу.

— А ты бывала в таких местах, раз так категорична? — усмехнулся я, пытаясь понять ее отторжение.

— Нет. — Она покраснела. — Но я не дура, чтобы не понимать, что это. Я смотрела старые фильмы. Похоже, сколько веков ни проходит — ничего не меняется.

— Мы здесь, потому что это нужно мне, — признался я.
— Что? — Она насупилась, а затем добавила почти с презрением: — Выходит, ты не так уж и торопишься на свои процедуры.

Я даже усмехнулся — такая она показалась мне забавная. Надувшаяся, сердитая, растрепанная от бега и нашей небольшой потасовки.

Я поволок упирающуюся Иви к зданию с вывеской «Древний Рай» и неприметным для обывателя символом «Генезиса». Место, где обслуживаются не только люди, но и такие, как я, когда нет возможности попасть на базу. Странное, но символичное решение — так мы сливаемся с толпой, а корпорации не приходится содержать пустующее здание.

Внутри было шумно, громко, пахло чем-то тяжелым и терпким. Люди танцевали, смеялись; кто-то отдыхал с андроидами для утех, кто-то — компаниями. По их лицам было видно, что им это нравится. И я всегда задавался вопросом: почему?

— Знаешь, если все равно решил сдать меня своей корпорации, сдавай сейчас, — пробурчала сердито Иви. — А потом отправляйся развлекаться. И передай своему напарнику, что он брехло.

— Брехло? — Переспросил я.

— Потому что он говорил, тебя не волнует все это, — бормотала Иви, все еще слабо упираясь. Я чувствовал ее участившийся пульс на запястье под моей ладонью.

Глава 18. Процедура

Эш

— Я могу сделать это сам, — произнес я.

— Нет, Эш, это моя задача, и я ее выполню. — Биомеханические руки андроида легли мне на плечи и стали стягивать ткань комбинезона. — Кроме того, в твоем теле не произойдет нужной реакции при самообслуживании. Это стандартная процедура: мониторинг и коррекция гормонального профиля на уровень андрогенов и сохранение инстинктов. Слишком низкий гормональный профиль — риск апатии, слишком высокий — неподконтрольной агрессии.

Я прикрыл глаза, набираясь терпения. Наши тела, по ее и по мнению корпорации были чем-то неживым. Впрочем, наверное, так оно и есть.

Моя одежда с шелестом упала на пол.

— Запускаю режим сканирования. Активирую сценарий семь, — произнесла андроид с мягкой, запрограммированной улыбкой, быстро сбросила свой комбинезон по своему чертовому протоколу, и опустилась передо мной на колени.

И это был еще довольно сносный сценарий, один из самых быстрых.

Ловким, профессиональным движением она щелкнула ремнем, подняла на меня взгляд, снова улыбнулась. Но в этом взгляде не было жизни. Не было того моря эмоций, что я видел у Иви... Я отвел взгляд.

Расстегнулась молния. Кожей я ощутил свежий воздух, прикосновения ловких рук, теплые, чуть шершавые губы, мокрый язык. Я не понимал, хорошо это или плохо, приятно или нет. Но мне казалось это неправильным. У людей эти ощущения возведены на пьедестал чувств. У нас — низвергнуты в бездну бесчувствия до уровня «процедуры».

Я привык к процедуре, хоть и не любил. Но сегодня она вызвала странные ощущения. Невольно вспомнил прячущуюся от меня Иви, ее слезы, ее страх при моем приближении... И понял: мне приятнее общаться с ней сейчас, когда она перестала в панике сжиматься по углам.

И вдруг подумал, что было бы, если бы меня касалась она?

«Давай используем ее вместо андроида», — слова Имина, его лихорадочно горящий взгляд всплыли в голове.

И я представил. Вместо андроида со сценариями — живую Иви. Будто она стоит сейчас передо мной, касается моего живота, бедер…

Мне нравился вкус ее слез, кожи, губ. И наслаждение от него было не сродни наслаждению едой. Другое. Совсем другое…

А если бы она позволила прикоснуться к ней? Я не мог чувствовать ничего, кроме вкуса, но ее эмоции неведомым образом отражались во мне. Да и я принес Иви лишь дискомфорт. А мог бы сделать что-то приятное.

Я представил ее на кровати — обнаженную, расслабленную, возбужденную. И я — причина ее наслаждения. От моих прикосновений она то хмурится, то прикусывает губу, то улыбается или стонет. Щеки ее краснеют, а пальцы нетерпеливо сжимают простыни в кулаках.

То, что я много раз видел на лицах людей в таких заведениях и никогда не понимал, я понял бы в Иви. Да, ее эмоции я смог бы прочитать. И может быть, их кроха, хотя бы самая малость, перешла бы ко мне?

Странно, но я ощутил напряжение в паху еще до того, как ассистентка приступила к активным действиям.

— Твоя реакция поспешна, — тут же констатировала андроид. — Скажи, что ты чувствуешь, Эш?

Я растерянно моргнул. Обычно реакция следует на физический стимул, не на мысленный образ. Мысленный образ — это данные, не триггер. А мое тело… откликнулось на картинку у меня в голове. Неужели контроль был не там, где я думал. А может быть, его не было с самого начала?

— Нет, все как прежде. Возможно, тело перенасыщено адреналином, — ляпнул я первое, что пришло в голову. — Поспеши. У меня задание.

— Не так быстро. Мне нужно провести пару тестов и сформировать отчеты, Эш. Я уже зафиксировала нестандартные реакции и отправила данные. Тебе следует пройти реабилитацию.

— Следует, — эхом повторил я, прикрыв глаза и не желая ни говорить, ни видеть ее. У меня возникло непреодолимое желание свернуть ее электронную шею.

А стоило снова подумать об Иви, как раздражение и злость стали спадать. Я вспоминал, как она давала мне пробовать свою кровь, слезы, кожу. Думал о ее губах, влажном языке. И впервые в такт движениям андроида ощутил нечто странное. Отголосок, тень, предчувствие... Что-то далекое, но похожее на «приятно». Только приятно не от вкуса. Совсем иначе. Это взбудоражило меня.

Но мне не удалось распробовать и осознать это чувство. Мое тело работало исправно и работало без моего ведома.

— Что ты почувствовал, Эш? — Андроид встала, вытирая рот рукой.

— Ничего, — соврал я.

— Я так не думаю, — чуть наклонила голову андроид. — Садись. Я введу стабилизатор.

Я подчинился. Наши одежды лежали на полу. Мы оба остались обнажены. Я — потому что она еще будет оценивать показатели. Она — потому что ей все равно.

Иви было не все равно. Она не хотела оставаться обнаженной, стремилась спрятаться, прикрывала руками то, что считала самым интимным и уязвимым. Это была настоящая человеческая реакция.

А я — сломан. Я наполовину как этот андроид.

Мне было скверно. Физически и от неправильных, несвойственных мыслей. Меня просканировали, ввели препарат. И он стандартно вызвал спазмы в мышцах. Я сполз со стула на пол, на колени, уткнулся лбом в холодное покрытие.

Я солдат корпорации.

Я ничего не должен чувствовать.

Я функция.

Я ничто...

Боль терзала каждую клетку. В голове будто резали мозговые оболочки.

Функция. Просто исполнитель.

Просто продержаться. Скоро все пройдет. Скоро закончится.

Я солдат корпорации. Функция.

— Мне приказано ввести тебе это, — произнесла андроид и всадила еще один укол, на этот раз в плечо.

К боли присоединились судороги. Меня затрясло, бросило в озноб.

— Что это? — прохрипел я. Такого не должно было быть.

— Препарат Си-Би-Эн.

— Блокатор анимы... Действует сутки... — прохрипел я, ударив кулаком по полу. Боль в костяшках почти не почувствовал из-за боли во всем теле. — Зачем?

— Я просто выполняла приказ, — произнесла андроид, подходя к своей одежде. — Велено ослабить тебя.

Глава 19. Беги, Иви

Иви

Я не представляла, что творится за дверью — да и не хотела представлять. Пока не услышала глухой стук, а спустя пару минут — сдавленный стон Эша.

Меня это пронзило до жути. Он — тот, кто в одиночку разнес отряд вершителей, не моргнув глазом. Что могла сделать с ним андроид «определенного назначения»? И если бы это был стон удовольствия… но нет. Ему было плохо.

Я бросилась к двери. Она отворилась сама. На полу, совсем голый, лежал Эш.

Андроид исчезла, бросив на прощание смутное: «Стандартная процедура». Вот так все. Казалось бы, пора радоваться или злорадствовать — мой пленитель беспомощен и уязвим. Но почему-то от этого стало плохо и мне. Да, я знала: он отдаст меня корпорации. И все же не могла оставить его страдать в одиночестве. Хотя бы потому, что он — единственный, кто не старался причинить мне боль.

Я настроилась на тонкий поток анимы. Браслеты глушили силы, но для облегчения боли многого и не нужно. Осторожно, чтобы не навредить, я проскользнула в его физическое поле — попыталась успокоить взбудораженные нервные клетки, локально повернуть время вспять, вернуть ткани в доболезненное состояние.

Эш смотрел на меня пристально и странно.

— За тобой пришли, — произнес он, с трудом поднимаясь. Он больше не дрожал. Похоже, мои манипуляции помогли. — Ждут снаружи.

— Ах, да… — тоскливо выдохнула я. — Ты же должен был меня передать.

Он раздраженно дернул плечом и повернулся ко мне во всей своей красе. Без тени стеснения. И смотрел все тем же пронзительным взглядом, будто на моем лбу была начертана главная формула мироздания.

Я поспешно отвернулась. Что он творит?! Хотя… посмотреть там было на что. Его статная, точеная фигура притягивала взгляд, а рельеф стальных мышц вызывал во мне странный, предательский трепет. Я ненавидела охранников, лаборантов — всех мужчин корпорации. Но Эша ненавидеть не получалось.

Ведь если возненавижу и его — то у меня не останется никого, о ком можно думать без отвращения. Он отдаст меня корпорации, погрузит в ад. И я буду вспоминать его. И думать: а если бы…

Эш быстро оделся, взял меня за руку и потянул за собой. Я покорилась. Бежать было некуда, сопротивление — бессмысленно.

Но я все равно должна была что-то сделать. Выместить свою злость на корпорации. Пока в голове зрел лишь один план: притвориться сломленной, покорной и улучив момент, устроить взрыв такой силы, чтобы стереть с лица земли все вокруг.

Да, только так.

Мы вышли на улицу. В ядовитом свете неона и мерцании голограмм нас уже ждал отряд: шестеро в черных тактических костюмах, с бластерами наизготовку.

— Капитан Рианг Влар, — отчеканил ближайший. — Приказ: изъять у вас образец и доставить на базу.

— Я сам ее доставлю, — голос Эша прозвучал неожиданно холодно и резко.

Капитан нахмурился.

— Твои полномочия аннулированы. Немедленно возвращайся на базу. Это приказ командования.

— Тогда полетим вместе, — парировал Эш. — Я не оставлю Иви с вами.

Я удивленно моргнула. Не оставит? Но какая разница, если в итоге я все равно окажусь у них?

— «Иви»? «Не оставлю»? — Капитан иронично приподнял бровь, окинув меня оценивающим взглядом. — Что ж… Нас предупреждали о возможных «трудностях». Но также сообщили, что твои способности заблокированы. Взять ее!

Эш молниеносно преградил им путь.

— Если будешь мешать, мы уполномочены устранить тебя, — прорычал капитан.

Я ахнула, отшатнулась. Эш не станет же…

— И что? — Эш отодвинул меня рукой за спину, его голос не дрогнул. — Думаете, блокатор делает меня беспомощным?

Я не понимала его. Он словно нарочно нарывался на неприятности.

— Думаю, ты все же исполнишь приказ и тихо вернешься на базу, — капитан усмехнулся. — А за «Иви» отвечу уже я. Хотя… признаюсь, всегда мечтал прикончить жнеца!

Он хищно ухмыльнулся и махнул рукой. Шесть стволов нацелились на нас, но выстрелить они не успели. Эш метнулся вперед быстрее, чем они успели понять, что бой уже начался.

Я хорошо запомнила, как он мелькал молнией между вершителями — тогда я не могла уловить его движений. Но сейчас видела все: с какой скоростью, ловкостью и механической точностью он двигался. Как одним движением сворачивал шею, как вонзал лезвие в глаз или горло, прерывая чужую жизнь в один момент, как хватал мертвое тело и использовал его как щит. Ни единого лишнего движения, ни одного взгляда в сторону — будто он видел поле боя сверху, будто был запрограммирован.

Передо мной был уже не Эш. Передо мной было смертоносное оружие, лишенное сомнений.
И без анимы он оказался чудовищем во плоти. Чудовищем, которое почему-то встало на мою сторону. Он не хотел отдавать меня им. Почему? Будто ему было не все равно…

Я вжималась спиной в стену того самого заведения, из которого мы только что вышли. Окна теперь облепили зеваки — наверное, уже делали ставки. Народ развлекался. Возможно, они в своем пьяном угаре еще не поняли, что сражение настоящее, а кровавые трупы на мостовой — не бутафория.

Да я и сама смотрела на Эша как завороженная. Тот, кого я боялась, был поистине пугающим. Меня мелко трясло, словно от озноба, и мутило от запаха крови. Вот в чьих руках я была все это время. И этот кто-то своей силой против меня так и не воспользовался.

Когда победа казалась уже близкой, когда командир рухнул на землю без сознания, раздались новые выстрелы. Эша ранили в бок, в плечо, в ногу. Стреляли сверху. Я вскинула голову и увидела дроны — они снижались между высоток, мигая красно-синими панелями.

Эш успел схватить бластер, отскочил и укрылся за углом здания, отстреливаясь точными выстрелами. Но он был ранен. Каждое движение давалось с трудом, а кровь так и лилась из ран.

Четыре аппарата рухнули на бетон. Я сжалась от града осколков и вскрикнула.

— Иви, скорее сюда! — крикнул Эш.

Я подбежала. Мы оба оказались в укрытии. Эш сплюнул кровью себе под ноги и быстрыми, точными движениями вытащил из кармана гель первой помощи.