Хрустальное сердце Тронхейма

ГЛАВА 1

В тихий вечер, с которого начиналось это приключение на Севере, я, уставшая и замершая, стояла посреди жилища главной жрицы Тронхейма. И, едва сдерживая возмущение, перебирала хрустальные бусы в кармане вязаной жилетки. Слабый свет, проникающий сквозь щели стен, рассеивался в воздухе, напоенном ароматом горько-сладкого благовония. Но вместо того, чтобы успокаивать, магический сбор из вербены и сосновой смолы заставлял меня ещё больше нервничать.

Поседевшая, горбатая женщина сидела возле пылающего очага и усердно вращала колесо прядильного станка. Она долго молчала, словно не видела, как я вошла. В темноте было трудно разглядеть убранство жилища, но краем глаза я заметила в углу кровать, рядом стол и лавки, шкуры животных на полу. Вряд ли здесь для меня найдётся место заночевать.

— Приветствую тебя, верховная жрица! — окликнула я старуху и поклонилась. — Меня зовут Унн, я вестница богини Фригг. Она отправила меня к вам, чтобы я стала жрицей в Яблочном храме и помогла хэрсиру выбрать жену.

— Абелон! — наконец заговорила старуха и посмотрела на меня с презрением. Словно к ней каждый день являлись вестницы богини, и я не самый желанный гость. — Меня зовут Абелон. — Может, жрица была слепа и не видела вышитый рунами ободок и крылатого жеребца с золотыми копытами у дверей её дома? — Кто бы мог подумать, что верховная асиня пришлет мне в помощницы девицу? А жизненный опыт у тебя имеется?

Пренебрежительный тон старой жрицы выводил меня из равновесия. Да как она смеет? Я могла, не моргнув глазом заколдовать старуху, превратив ее в полено, и сжечь в очаге. Но лучше было не спешить и перетерпеть, не тратить магию на злость. Тьма всегда ходит рядом.

— Я выросла в чертоге Фенсалир и была воспитана прислужницами богини! — Ураган обиды едва не вырвался из меня. Золотой клубок привел к двери именно её жилища, значит, она меня призвала. Но зачем, если гости ей не нужны? — Я могу показать свои способности!

— Погоди, еще успеется, — недовольно проговорила Абелон, остановила колесо прялки и встала с табуретки, держась за поясницу. Она подошла к сундуку, открыла его и положила туда веретено. — Заночуешь в амбаре, пока господин тебя не признает.

— А коня куда денешь, думаешь, никто не видел моего прибытия? — Я добралась сюда из небесного царства по облакам, уверена, за этим следил весь заснеженный край.

— А вот куда! — старуха сняла с крючка дырявое полотно, вышла на крылечко и накинула попону на спину Хофнапира. — Пусть тут пасётся, дальше двора не уйдет, этот скакун — неглупое животное!

— Я не хочу ждать до утра, мне бы сейчас увидеться с хэрсиром! — Я догадывалась, что старуха решила меня отговорить, она явно не желала уступать свое место на капище. Вот только неужто злобная карга в самом деле собирается идти против воли верховной богини?

— А толку? — Абелон вернулась в жилище и, подойдя ко мне, прищурилась. Начала рассматривать лицо, волосы и амулет. — Господин сейчас со своей дружиной кубками меряется, у кого дно глубже. Хочешь, чтобы тебя осмеяли?

— Неужто избранный богиней хэрсир станет вести себя неподобающе? — усомнилась я в словах жрицы. Можно подумать, он раньше не встречал мне подобных. — И вообще, я и без тебя могу пойти к нему!

— Когда Эрлендор увидит, что ты совсем молода, отправит обратно в Фенсалир. Были у нас тут всякие, — старуха взяла в руки посох и села на лавку у стены. — Ты слишком красивая, у тебя нет не одного шрама или увечья! Это говорит о том, что ты жила в чертоге, а значит, опыта у тебя нет.

— Я могу превратить себя в пожилую женщину, если ты так боишься! — с этими словами я достала из-под рубахи сапфировый амулет из кварца на шерстяном плетеном шнурке.

Абелон подняла руку и на миг замерла.

— Ворожить над собой нет нужды, и амулет свой показывать тоже. Наденешь накидку с капюшоном и намажешь лицо сурьмой, — она указала рукой на белесый плащ, висевший на угловом столбе, а заодно и на шкатулку возле зеркальца на подоконнике.

Я спрятала талисман, намазала глаза и накинула плащ. Капюшон был так велик, что закрывал половину лица.

— Тогда пойдем сейчас к хэрсиру! — пусть даже не думает, что я позволю себя одурачить. Так или иначе я встречусь с владыкой Тронхейма.

Абелон махнула рукой в мою сторону, нехотя встала, опираясь на посох, украшенный таким же аквамарином грубой огранки, как и ее амулет «звезда души».

— Пошли, упрямая! Может, заодно и накормят тебя, а то у меня ничего нет.

Я впервые была не только в Тронхейме, но и в мире людей. В далекие времена суровый край величественных фьордов и гигантских массивов часто менял повелителя. Им владели то боги, то инеистые оборотни. А после, когда первые покинули этот край, а вторые были истреблены, Тронхейм перешел к людям.

Таких древних мест на земле много, но известно о них лишь избранным, любимчикам богов. Таким, как хэрсир Эрлендор Драгоценный. Испокон веков его знатный род «усмирителей» драконов был верен богам.

Госпожа Фригг неизменно отправляла своих прислужниц туда, где они еще не были, чтобы потом те могли поведать ей местные тайны. Любила госпожа хранить их. Она ткала из них облака, и те рассеивались по небу. Зачем богиня так делала, никому не известно.

«Почему такой достославный воин, как Эрлендор, не может найти подходящую невесту? — спрашивала я себя. — Чую, что-то тут нечисто! Явно слишком горделив или привередлив господин? Впрочем, мне какое дело, помогу ему и вернусь назад в Фенсалир. Непривыкшая я к людям и к их жизни. А при том, как меня встретила верховная жрица, и подавно оставаться нет желания!»

ГЛАВА 2

На Тронхейм опускался весенний вечер. Я вдохнула аромат цветущих яблонь и уловила дух снега с горных вершин. Не думала, что на земле у меня проявится такое тонкое чутьё. Хотя чему тут удивляться, ведь я выросла в четырех стенах Фенсалира и покидала их крайне редко.

— Вообще-то, я обращалась за помощью к богине Скади. Почему меня опять услышала Фригг, непонятно… — Абелон остановилась возле развилки натоптанных тропинок. Одна, широкая, вела прямо к усадьбе хэрсира. Направо дорожка убегала зигзагом к Яблочному храму, огороженному невысоким частоколом. Ну а налево приводила к большому каменному капищу.

— А разве ты сама не способна помочь выбрать господину невесту? — Я едва успевала за Абелон, бегала она неплохо, подумалось даже, что хитрая старуха специально прикидывается слабой. Горб на ее спине выглядел как увечье, полученное при жизни. — Ты же верховная жрица, да еще и древняя!

— Если бы мои магические силы не убывали, я не стала бы просить тебя о помощи! — пробормотала Абелон, оторвав меня от любования зеленной долиной, которую окружали высокие горы. В самом ее центе притаилась деревушка, где в продолговатых строениях с соломенными крышами жили люди.

— Я никогда не слышала о таком, разве не боги лишают нас дара? — Я с сомнением посмотрела в морщинистое лицо спутницы. Её светло-голубые глаза еще не утратили блеска звезд и были ясны. На упавшую с дракона сумасшедшую старуху Абелон не походила.

— Я больше не полубессмертная, твоя госпожа Фригг лишила меня этого, — старуха взялась за светящийся талисман. — Никто не живет вечно, разве что боги.

— За что? — изумилась я, она не переставала меня удивлять, что на самом деле довольно сложно. Я уже всякое повидала и разное слышала за годы, проведенные рядом с Фригг и прислужницами.

— Потом расскажу, — отмахнулась от меня старая жрица, явно что-то скрывая.

— Ты знаешь ритуал, при помощи которого выбирают жену для господина? — решила я начать с главного.

— Все как обычно. Невеста должна быть княжеских кровей, об остальных пожеланиях господин сам тебе скажет, — Абелон прищурилась, и мы пошли по стоптанной дорожке вдоль цветущих кустарников шиповника и бересклета к рубленому дворцу.

Мы вошли во двор, огороженный плетеным забором и засыпанный озёрной галькой. В глаза бросилось множество избушек на столбах, предназначенных для хранения припасов и инвентаря. Отдельно стояли кузница и большая конюшня. Также к усадьбе прилегали пекарня, хижины для рабов, амбары, мастерские и клети с домашними птицами.

Медовый дворец хэрсира с золотистой крышей был покрыт резьбой, узловатыми узорами, цветочными орнаментами и изображениями птиц. Вдоль фундамента из плоских камней росли редкие целебные травы. В деревушке явно жила умелая знахарка. Дерновые низкие кровли строений сливались с зеленным подножьем горного массива.

Меня удивило, что усадьба была плохо охраняема и доступна для врагов. Где же дружина? Неужели Эрлендор не боится, что на Тронхейм могут напасть? Или он настолько уверен в своей власти, что не обращает внимания на возможную угрозу!

Двухстворчатые двери с железными заклепками были распахнуты. Над входом весел крупный череп с позолоченными рогами. Из дворца доносились басистые мужские голоса и смех.

Абелон вошла внутрь, а я вслед за ней.

Крепкий запах медовой браги, жареного мяса и мужского пота ударил в нос, и я чихнула. У длинного очага в полу, выложенного камнями, собрались, наверное, все мужчины Тронхейма. Они громко спорили, толкались и провозглашали тосты.

Жрица стукнула посохом по гладкому камню. Вмиг стало тихо. Все обернулись и посмотрели на нас. Из тёмного угла вышел лысый низкорослый мужичок. У него не было посоха и амулета, в руках он держал бубен, видимо, перед нами предстал жрец воинов.

Голосистая толпа расступилась, на троне, стоявшем на возвышении, восседал правитель Тронхейма. Над спинкой массивного кресла весел круглый позолоченный щит с руническими узорами. В центре его я узнала мощную руну валькнаут. Два длинных копья с обсидиановыми наконечниками были крест-накрест воткнуты в щит, магическое оружие против драконов и оборотней.

— Господин, к нам явилась Унн, вестница всея богини Фригг! — громко представила меня жрица хэрсиру и поклонилась, а я после неё.

У меня перехватило дух от красоты его льняных волос, свисающих за спину длинными собранными прядями. Глаза Эрлендора светились, как голубые топазы, на загорелом лице с ухоженной бородкой. У него был нос с горбинкой, высокий лоб и чёткие прямые линии скул, полные, мягко очерченные губы. Под правым глазом он носил отличительную татуировку — защитную руническую снежинку, как у Абелон.

На плечах хэрсира возлежал черный плащ, заколотый на груди серебренной фибулой. А под ним виднелась светлая рубаха, вышитая цветными нитками. Руки его украшали широкие обручи.

Раньше мне не приходилось встречать столь красивых мужчин, до того казалось, что прекрасными могут быть лишь женщины. Но тут уж точно постарались боги, оттого и род Драгоценных хэрсиров считался легендарным. Правили они на Севере с древних времен.

— Добро пожаловать в Тронхейм! Наконец-то вы обе явились! — прозвучал твердый мужской голос, от которого меня охватил легкий трепет. Видимо, до него все же дошли слухи о моем прибытии.

Рядом с ним на шкурах сидела дивная светловолосая девушка с округлым животиком, что меня очень смутило. Одна из наложниц?

ГЛАВА 3

— Доброе утро, госпожа! — Ко мне подошла невысокая девушка. Ее лицо светилось от счастья, как бирюзовые бусы на шее, которые удивительно подходили к вышитым на окантовке змеевидным узорам. — Меня зовут Торви, я сестра Валди, живу и прислуживаю в чертоге невест.

Я подтянулась и осмотрелась. Не сказала бы, что эту комнату с каменным очагом посередине можно назвать чертогом невест!

— Меня Унн! — Все свободное пространство тут занимали высокие кровати и три детские колыбельки, которые разделяли лишь деревянные перегородки, завешанные гобеленами. Возле каждой стоял обычный сундук, а на нем восковая свеча.

— Да хранят тебя боги, Торви! Где я могу умыться?

— В бане!

Мы вышли из чертога через боковую дверь, попав в палисадник, где росли корнеплоды и горох-вьюнок. По дороге к низкому торфяному помещению я напряженно прислушалась. Но вокруг стояла тишина, в отличие от шумной деревушки возле густого леса. Необычная тишина – мистическая, словно изумрудная округа спала долгим сном.

А вот на затуманенных вершинах гор ветер все так же напевал колыбельную. Внезапно меня бросило одновременно в жар и холод. Я уже где-то слышала эту мелодию, но не помнила слов. Наверное, это старшие прислужницы богини мне ее в детстве пели.

Умывшись прохладной водой, я вернулась в чертог. На кровати лежали мои узелки с вещами. Совсем забыла о них вчера, наверное, Валди принес.

С собой было взято все, что мне посоветовали, в Тронхейме зимой очень холодно. Но я точно не замерзну: одежда моя была пошита из теплых тканей, отделанных орнаментами и отороченных мехом чернобурки.

Украшений у меня тоже много: бус, браслетов и сережек из янтаря, рубина и других камней. Столько, что любая невеста позавидует! Костяной гребешок молочного цвета, сам бог Фрейр подарил его на день рождения.

«Чем не невеста для хэрсира?» — улыбнулась я своему отражению в отполированном бронзовом зеркальце на столбе и провела пальцами по широким густым бровям.

С рождения у меня медные-золотистые волосы, завивающиеся крупными локонами, как у самой госпожи Фригг. На солнышке я бываю редко, и кожа не такая загорелая, как у Эрлендора. Я нахожу, что нежно-розовый её оттенок дивно сочетается с моими блестящими светло-голубыми глазами. И да, старуха права, мое личико без изъяна, на нем ни единого шрама. А какое оно должно быть у молоденькой девицы?!

Не знаю ни одной женщины, которая не хотела бы быть красивой, как богиня!

Что-то мне кажется, старуха зубы заговаривает! Зачем мне скрывать, что я хороша собой и мила? Боится, что господин на меня глаз положит? Но, опять же, зачем ей это…

На миг я вспомнила серьезное выражение его лица и сияющие жизнью глаза. Но заставила себя об этом не думать, меня отправили не замуж за него выходить, а, наоборот, подобрать ему достойной невесту.

Как же будет трудна моя задача! Так, все лукавые мысли прочь!

Я открыла сундук и аккуратно сложила туда свои нехитрые пожитки.

— Торви, подскажи, у кого можно купить ларец? — Я закрыла сундук. Хватит возиться с барахлом. Наведаюсь к старухе, мне не терпится узнать все тайны и секреты этой загадочной деревушки.

— Красивые шкатулки можно купить у охотника Мантиса, — ответила Торви, поправляя на кровати покрывало из сшитых шкур и кожаный мешок с сеном.

— Где его найти?

— Ой, он живет далековато отсюда. Около Мертвого озера, у него там охотничьи угодья, — ответила девушка, подавая мне плащ.

— Ладно, потом как-нибудь схожу к нему. — Я заплела косу и накинула капюшон. Пока похожу так, послушаюсь старуху, заодно узнаю истину. — Если что, я у Абелон!

Торви кивнула, и я оставила её одну, должно быть, это скучно, вести такое дело. Чем она занимается весь день? Смотрит за очагом, поправляет кровати, подметает пол, стирает и варит. А ведь и меня сделали хозяйкой чертога, тоже буду смотреть за порядком?

С удовольствием покинув чертог, я вышла прогуляется по сонному Тронхейму.

Рассветало тут поздно, и то не всегда. Обычно плодородную долину окутывал мрачный свет с серовато-голубым отливом. Ощущение было такое, что предвестие вечерних сумерек никак не наступит. Только спать и хотелось!

Я побрела по тропинке и, миновав большое пастбище, вышла на главную дорогу. Древнее капище Абелон находилось на высоком холме. На котором, на первый взгляд, никого не было.

Моему взору открылось небольшое святилище в форме точного круга, земля вокруг него плотно заросла мелкой травой. В самом центре капища возвышались высокие деревянные идолы, глубоко вкопанные и потемневшие от времени. Истуканы были вырезаны с помощью тесла и топора, причем мастер работал весьма тщательно и с большой любовью, сразу видно.

Абелон почитала первобытного богов: Праотца Бури и Скади с ее супругом Ньердом.

Удивило меня только то, что в святилище царила тишина. Этих богов тут точно нет! Впрочем, не стоит говорить этого жрице. Она кланяется древним статуям и верит, что те ее слышат. Всем нам нужен стимул.

Перед истуканами был установлен дольмен в форме стола, который уже позеленел от времени и покрылся мхом. По кругу капище окаймляли большие валуны, на которых слабо просматривались рунические надписи. Возле каждого камня лежал череп или рога животного, принесенного в жертву.

ГЛАВА 4

Разговор с Абелон оказался полезным. Пусть прошлое Тронхейма меня не касается и никак не связано с тем, что хэрсиру нужно помочь выбрать невесту. Но мне интересно, почему началась война между оборотнями и людьми.

Уверена, в этом краю еще остались свидетели тех событий. Валькирии бессмертны, и одна из них живет тут.

Пора заводить друзей.

Жилище воительницы стояло на окраине обширного поля, возле мельниц и сеновала. Сразу ясно, что в таком месте может спокойно спать лишь тот, кто не боится ни воров, ни диких зверей.

Я приблизилась к калитке и осмотрелась. На крылечке лежал боевой топор и небольшой щит. А само жилище показалось мне низким и маленьким. Двери его были приоткрыты, значит, хозяйка дома. Войдя во двор и поднявшись по лестнице на крылечко, я постучалась.

— Заходи! — послышался строгий голос девы.

Я смело шагнула внутрь, надеясь, что меня не вышвырнут, едва увидев на пороге. Валькирия стояла возле стола. Дева была высока, со светлыми голубыми глазами, длинной золотистой косой и крепкой грудью. Ото лба до скулы на ее лице тянулся тонкий шрам, такой можно заработать лишь в бою.

— Приветствую, воительница! Я Унн, и…

— Я знаю, кто ты! — прервала меня хозяйка на полуслове, и я заметила, что она собиралась обедать. От запаха жареной рыбы с хрустящей корочкой и свежего хлеба у меня разыгрался аппетит. — Я видела вас со старой жрицей в саду и то, как ты прошла испытание.

— Ах вот оно что! — теперь я знала, кто наблюдал за мной в лесу. — А как твое имя?

Я осмотрела бедно обставленное жилище, мебели тут было мало: высокая кровать, стол, лавка, пара табуреток и большой сундук — вот и все. Похоже, она не собиралась жить тут вечно. Серые побледневшие стены были завешаны шкурами лесных хищников, рогами оленей, копьями, новыми и уже использованными наконечниками. Над кроватью крепился круглый бронзовый щит, в центре которого была изображена защитная руническая снежинка.

— Свава! — Валькирия положила на тарелку кусок хлеба и рыбу, наполнила деревянную кружку медом и угостила меня.

— Спасибо, — я села за стол. — Как давно ты в Тронхейме?

— Со времен войны, — воительница принялась поедать рыбу. — А ты тут по каким делам?

Валькирия оказалась приветливой, не такой суровой и строгой, каких я обычно встречала. Думаю, у нас не возникнет трудностей в общении.

— Помочь хэрсиру выбрать достойную жену и стать жрицей в Яблочном храме. — Я опустошила кружку с медом и вдохнула аромат хлеба. — А еще мне нужен защитник. У меня задание — найти его бывшую невесту, которая живет в лесу. Поможешь?

— Я не против, — улыбнулась она. — Но чем ты будешь расплачиваться?

Так и знала, что ее услуги обойдутся мне не даром. Я увидела в углу висевшие на крючке продырявленные кожаные доспехи.

— У меня есть золотой шерстяной клубок, могу заштопать твои вещи, и они станут как новенькие. — Большего я не могла предложить, ведь золота и серебра у меня пока не было. — И, если хэрсир мне заплатит, поделюсь наградой.

— Хорошо, по рукам! — довольно кивнула валькирия. Мое предложение пришлось ей по душе, а я была рада, что с меня не потребовали мешочка с монетами.

Мы скрепили наши обещания крепким рукопожатием и продолжили обедать. Мне доводилось встречать в Фенсалире дев-воительниц. Личных дел с валькириями я не имела, но все знали, какие они храбрые и верные.

— А кто эта светловолосая девушка в Медовом дворце подле господина? — Я предполагала, что красивая особа была его наложницей, но мне было интересно, откуда она родом.

— Ты имеешь в виду Аслоуг? — Свава встала и поставила на стол деревянный таз с водой, принявшись ополаскивать руки и лицо.

— Не знаю, как ее зовут, но она беременна.

— Да, это Аслоуг. Она была женой одного ярла, с которым воевал Эрлендор, — валькирия вытерла руки грубой тканью.

— Абелон рассказала мне, что у хэрсира рождаются только девочки, и она хочет узнать почему. — Я тоже помыла и вытерла руки после еды.

— Старуха много болтает! Если честно, мне неинтересно, сколько у Эрлендора детей. Знаю лишь то, что господин был когда-то женат, и у них две дочери. — Свава явно намекала на то, что у Эрлендора есть дети, рожденные вне брака. Но то, что он уже был однажды женат, стало для меня неожиданностью.

— Что случилось с его первой женой? — я решила поподробнее узнать о прошлых женщинах господина, ведь мне выбирать ему новую, а от старухи я вряд ли добьюсь правды.

— Умерла при родах. — Свава открыла сундук и достала кожаную лощенную жилетку, такую же темно-коричневую, как ее штаны и сапоги.

— Очень жаль! Но все же это не причина теперь брюхатить всех подряд, — возмутилась я, ведь кто знает, сколько у Эрлендора внебрачных детей.

— Послушай, я не советую тебе лезть в его личную жизнь. Эрлендор — избранный хэрсир! Мой господин и теперь твой! — Свава надела жилетку поверх шерстяной рубахи.

Я опустила взгляд. И правда, мало ли что там болтают об Эрлендоре. Я хотела стать жрицей, это моя главная цель, остальное не мое дело.

Хозяйка потушила свечи, прихватила с собой копье, и мы покинули ее дом. Она пошла в загон и привела двух лошадей. Белую с седлом и гнедую с покалеченными крыльями.

ГЛАВА 5

Перед Медовым дворцом у костра толпились жители, молодые и старые, женщины и мужчины, все они с интересом уставились на нас с валькирией. И не спится народу! Хотя вечер был приятным. Солнце скрылось за ледяными горами, и оттуда спускалась прохладная туманная дымка.

На самом деле после прогулки по дремучему лесу я бы с удовольствием постояла у кострища, отведала жареного на прутьях мяса и крепкого меда. Послушала их байки о чудовищах.

Мы спешились и привязали лошадей к забору. Греющиеся люди не обрадовались нашему появлению.

— О-о-о, всем по домам, ведьма явилась! — громко воскликнула одна из женщин в толпе, и все поддержали ее недовольными воплями.

Я хотела спросить, почему они так набрасываются на меня, что я им сделала? Но мы со Свавой продолжили свой путь ко дворцу. Видимо, она даже не собиралась присоединяться к пьющим беднякам.

Тут внезапно одна из женщин преградила нам путь. Упершись руками в бока, она ткнула в меня грязным пальцем.

— Ты тут чужая, уходи, нам не нужна еще одна ведьма с небес!

— Отойди в сторону! — валькирия грозно посмотрела на пьяную женщину и отодвинула ее.

Но это была ошибка. Из толпы выскочил огромный бородатый мужик с топором в руках. Более ужасной разрисованной морды с угрожающе горящими маленькими глазками я еще не встречала. Мне стало страшно, как никогда, и я спряталась за широкой спиной воительницы.

— Отойди! — яростно прошипел бородатый в медвежьей шкуре, выставив напоказ свои крупные гнилые зубы. Воительница широко расставила ноги и напряглась, она стояла передо мной, как щит.

Мужик замахнулся на валькирию, но та оказалась быстрее. Правой рукой ударила его в челюсть, а коленом угостила в пах. Здоровяк согнулся, скривил от боли морду и взвыл, как раненый зверь.

Валькирия сосредоточилась, готовясь отпарировать следующее нападение. Женщины возле кострища развопились еще громче, а мужики подошли ближе, попивая свой мед.

Через мгновение из дворца вылетел Валди, и горланившие женщины тут же прикинулись испуганными.

— Что тут происходит? — крикнул он толпящимся и посмотрел на здоровяка, который все никак не мог собрать силы и встать.

— Её сестра убивала наш скот! Как наш господин позволил явиться сюда еще одной? Чтобы и эта… — та же громко возмущалась грязная баба с длинным языком и в поношенном платье, не постыдившись самого предводителя дружины.

— Замолчи! — перебил ее Валди. — Кто ещё раз посмеет тронуть вестницу, будет иметь дело со мной!

Пока главный дружинник успокаивал возбужденную толпу, мы поспешили ко дворцу. Воительница пропустила меня вперед.

— Не принимай близко к сердцу, твоя предшественница правда творила страшные вещи, — Свава хотела успокоить меня, но, увы, неприятный осадок остался. С одной стороны, их понять можно, они бояться, а с другой — разве можно обвинять того, кто еще ничего не совершил? Или они усомнились в решениях хэрсира?

— Но я-то при чём?

Я окинула взглядом пустой дворец в поисках господина. В кресле на возвышении, где он обычно сидел, никого не было. Наверное, развлекается с наложницей! Я не забыла, что должна была ему высказать за то, как нечестно они с Абелон поступили с эльфийкой.

— Та тоже была с Фенсалира и называла себя вестницей богини, — ответила Свава, взяв бутыль, налила нам мёда.

Стол был таким длинным, что начинался чуть ли не с порога и заканчивался в конце, возле входа в другую палату. Вдоль него стояли лавки, накрытые сшитыми шкурами. Валькирия протянула мне кружку и села возле большого очага, выложенного крупными камнями.

— Я предложила Абелон разобраться с Эстер, но она отказала, — повернулась я к воительнице.

Свава сидела, закинув ногу на ногу, и рассматривала щиты, которые украшали гладко обтёсанные стены.

— А зачем она тебе, если ты сама можешь справиться с ней? — с явным удивлением спросила воительница.

— Я поняла, что только после своего посвящения смогу что-то сделать, — речь валькирии снова заставила меня задуматься над тем, не назло ли мне старуха выдумывает какие-то правила.

Мне срочно требовалось поговорить с Эрлендором. Драгоценный был не только избранным хэрсиром Тронхейма, который имел право судить и создавать законы. Но и годи, главным жрецом.

— Унн, куда ты пропала, мои дружинники тебя искали? — раздался внезапно громкий и ласкающий слух голос хэрсира. Он вышел из задней палаты в сопровождении охранника.

Меня охватил необъяснимый трепет, когда он приблизился. Его холодный, благородный взгляд скользнул по моему лицу и заставил запылать щеки. Я скромно опустила глаза, ибо было не принято глазеть на такого мужчину.

— Ты не можешь без моего позволения куда-либо отлучаться! — Его повелительный тон мне не понравился. Я считала себя свободным человеком.

Эрлендор был одет в смоляные кожаные штаны. Светлые пряди рассыпались по меховой безрукавке, подпоясанной кожаным ремнем. Она согревала мускулистую грудь, покрытую белым пушком, и упругий живот. У горла темнела защитная темно-пепельная руна.

Я поклонилась.

ГЛАВА 6

Я долго ворочалась и все не могла перестать думать о то, что рассказал Эрлендор. Об обмене с богиней, о том, что он отдал свою дочь за меня. Что такого особенного в этой девушке, отчего моя госпожа согласилась?

Вырастить, воспитать, наделить способностями, а потом отправить в чужой мир. В котором свои правила и все требуется доказывать! В котором я узнала правду от совершенно незнакомого человека, которому не знала, можно доверять или нет.

Я подумала, что сейчас бессмысленно мучить себя всю ночь. Со временем — рано или поздно — раскроются все секреты. Я уверена, нужно только потерпеть и быть осторожной. Есть возможность узнать и все сразу, прочитать воспоминания старой жрицы и хэрсира. Вот только как мне это сделать, к ним не просто подобраться!

Я, долго копаясь в себе, искала разумное объяснение поступку богини Фригг, ответ на вопрос, почему меня отправили в Тронхейм, а дочь Эрлендора в Фенсалир, и не заметила, как крепко уснула.

Утром меня разбудила Торви. Просыпаться и вставать было лень.

— Вставай, госпожа, за тобой пришла Свава!

Я открыла глаза и повернулась. На лавке возле двери сидела валькирия. В руках она держала кожаные доспехи, которые я обещала заштопать. Ох!

— Доброе утро! Абелон ждет тебя у озера, — поздоровалась она со мной и принесла свежие новости, которые меня тут же взбодрили.

— Доброе! Точно. Испытание, — я лениво встала с постели и, взяв ее доспехи, положила на стол в кухне.

Как только освобожусь, займусь работой. Накинув легкий плащ без капюшона, я поспешила в баню. Когда вернулась, Торви уже приготовила для нас с валькирией сытный завтрак. Овсяную кашу на молоке с мёдом в глубоком деревянном ковше с ручкой. Я быстро справилась с едой и побежала одеваться. Но слишком долго копошилась, хотя мне не терпелось проявить свои способности, доказать всем, что я не пустышка.

— А где меня будут испытывать? — я надела легкое вчерашнее льняное платье с вышитой каймой. Потом Торви заплела мои волосы в тугую косу.

— У камышового озера, где, по слухам, ходящим среди местных рыбаков, живет водяной – нёкки. Думаю, ты должна будешь разобраться с этим проказником, — ответила Свава, поедая сытную кашу.

— Он злое существо? — Если это так, то я впервые в жизни столкнусь с водяным. Понятия не имею, как от него избавиться. Ну и озадачила меня Абелон.

— Нёкки прячутся в камышах, заманивают туда людей и животных. Душат жертву и оставляют труп гнить в озере, — ответила валькирия.

Я слышала разные байки, которые мне рассказывали прислужницы богини, но не про такого водяного. Тут что-то нечисто.

— Почему ты до сих пор с ним не разобралась, или тот же охотник Мантис?

— А ты как думаешь? — Свава помогла Торви убрать со стола, пока я надевала длинные до колен сапоги. — Нёкки, духи несчастных умерших людей, которые после смерти не смогли отправиться в мир иной. У меня нет способности убивать духов!

— Готово! — воскликнула я, накинув теплый плащ, и мы покинули чертог.

Оседлав на крыльце лошадей, мы поскакали к озеру, которое находилось далеко за поселением, около леса. Деревушка была заброшенной. Все, что от нее осталось, — это покосившиеся, полуразрушенные домики с заколоченными окнами и дверьми, проваленными крышами. Все заросло высоким бурьяном. Стояла настороженная тишина, даже переклички птиц не было слышно, только ветер гулял сквозь огромные щели в разрушенных стенах.

— Неужели водяной расправился со всеми жителями? — удивилась я.

Миновав развалины, мы приехали к поломанному мосту возле озера.

— Да, эта тварь постаралась! — Мы слезли с коней, и Свава привязала поводья к столбу.

На останках моста нас ждали Абелон и незнакомая женщина.

— Доброго здравия, вестница! — встретила меня старая жрица. — Это Изурн, супруга нашего старосты, она будет сегодня свидетельницей!

Абелон представила мне невысокую полноватую женщину. Судя по ее богато обшитым рубахе, жилетки и юбке, она из благородной семьи.

— Приветствую тебя, Изурн! Как я могу быть уверена, что ты будешь говорить обо мне правду? — Я сомневалась, стоило ли доверять свидетелю, ведь его привела Абелон, которая только и делает, что испытывает меня.

— А зачем мне врать? Ты вестница богини, я видела твоего крылатого коня с золотыми копытами. — Гордо задрав голову, свидетельница осматривала меня. — Я пришла сюда по просьбе Абелон. Когда ты станешь главной жрицей в храме, я хочу, чтобы ты взяла мою дочь Вибеку к себе на службу.

Надо же, как они все быстро без меня между собой договорились! Значит, все-таки есть народ в Тронхейме, который верит, что я вестница богини.

— Чтобы стать такой прислужницей в Яблочном храме, твоя дочерь должна иметь хоть одну способность, лечить, разбираться в травах и, самое главное, знать все сказания о богах! — Я сняла плащ и кинула его на валявшуюся в траве бочку.

Моя речь не обрадовала Изурн, она слегка кивнула, но в ее взгляде я видела презрение. Понятно, что для жителей я тут чужестранка. Но это не значит, что позволю командовать над собой простым смертным, как эта женщина.

— Унн, я должна тебе рассказать, что есть пять главных испытаний для жрицы, с огнем, водой, землей и особенное — ментальное, — обратилась ко мне Абелон. Я же знала об этих испытаниях еще в Фенсалире.