И взойдет солнце

Пролог.

"...Правда не зависит от вашей воли... "
Станислав Лем "Солярис"

Призрачный лунный свет пробивался сквозь неплотно задернутые занавески. Он серебрил тщательно отполированный паркет, дорогую мебель, соответствующую, впрочем, и всему интерьеру, выполненному в чопорном английском аристократическом стиле. Июньская ночь полностью вступила в свои права. Лёгкие порывы ветра вырвались в приоткрытые окна, принося с собой прохладу и аромат ночных фиалок, пряных трав и росы из влажных низин. Хрупкую тишину, окутывающую все вокруг, нарушал только еле уловимый шелест листвы и стрекотание цикад в саду.
Время уже явно перевалило за полночь. Все обитатели старинного особняка, расположенного в графстве Уилтшир, давным-давно спали крепким сном, и только в одном окошке на третьем этаже теплился еле заметный свет.
В комнате за массивные столом из благородных пород дерева сидел мужчина средних лет. Густые, чёрные как смоль волосы спадали ему на плечи, облаченные в тонкую шерстяную мантию. Бледная кожа резко контрастировала с цветом волос, а свет от тусклой настольной лампы придавал его лицу болезненный, желтоватый оттенок. Взгляд угольно-черных глаз был устремлен на чистый лист пергамента, лежащий перед ним, а пальцы бездумно крутили перо.
Вот уже неделю Северус Снейп жил в родовом гнезде Малфоев, с тех пор, как случилось непоправимое. Мальчишке-Драко все же удалось притащить в Хогвартс Пожирателей Смерти через исчезательный шкаф в Выручай-комнате. И тогда, на проклятой Астрономической башне, его буквально вынудили выполнить и условия Непреложного обета, данного Нарциссе Малфой, и обещания, данного самому Дамблдору.
Директор умирал, медленно, но верно, разрушаемый изнутри проклятием, которое он подцепил с кольца Марволо Мракса. В тот самый день Снейпу удалось запереть презент от Тёмного лорда всего лишь в правой руке Дамблдора, но оно никуда не исчезло, действуя с той же силой. И тогда директор взял с него клятву - если крайний случай все же настанет, Северус сам исполнит то, что доверил Драко Тёмный Лорд.
И он исполнил.
Не подвёл, как и обещал.
Он убил Дамблдора.
Только теперь каждую ночь он видел широко распахнутые глаза волшебника, беспомощно раскинутые руки и ослепительную зелёную вспышку, разделившую его жизнь на "до" и "после".
"Это Вам решать, Северус, насколько Вашей душе повредит избавление старого человека от мучений".
Дамблдор даже не представлял, о чем он говорил.
Но Северус выполнил обещание. Он пустил в величайшего волшебника всех времен эту проклятую зелёную вспышку. В человека, который сделал для него больше, чем все остальные люди на земном шаре, вместе взятые.
Он убил Дамблдора.
Убил.
Что бы ему ни говорили, что это было обещание, милость, помощь, подвиг - он сам знал, что это было убийство. Северус пытался воспользоваться самовнушение, но на этот раз ему не помогло. Он раз за разом видел во сне изломанное тело директора, распростертое на земле у подножия Астрономической башни.
"... - Северус... Я прошу тебя...
-Авада Кедавра!.."
Вспышка изумрудного света - и Дамблдор, с остекляневшим взглядом, падает с Башни.
"О чем Вы просили на самом деле? Об Аваде ли?"
Он понимал, что это останется с ним на всю жизнь. До самого последнего дня он будет мучиться от вины за всех тех, кого не сумел уберечь, спасти, защитить. Сколько уже их таких? Десятки? Сколько непоправимых поступков он совершил, в которых будет раскаиваться всю свою оставшуюся жизнь?
Однако оставался человек, которому он был ещё в силах помочь. Этот человек остался там, в холодных и мрачных стенах Хогвартса. Человек, веривший ему до самого конца, даже тогда, когда Снейп позорно убегал из школы, даже после того, как он признался в предательстве. Сильная девушка с непростым характером стояла посреди поля битвы, не обращая внимания ни на практически разорванную руку, из которой хлестала и падала на землю кровь, ни на многочисленные ссадины на лице, ни на бордовые пятна на спине. Девушка стояла и ждала, когда он придёт и поможет ей справиться с тем кошмаром, нависшим над Хогвартсом, а заодно с этим и со всеми остальными проблемами.
Она готова была действовать, готова была свернуть горы, поскольку видела перед собой одну-единственную задачу: победить. И она верила ему и ждала помощи, а он, как последний человек, позорно сбежал, хоть так и было нужно.
А теперь она осталась совершенно одна в этом мире, гораздо более опасном и угрожающе, чем её прежний.
Одна.
Этот её недодруг Блэк не в счёт.
И сейчас его долгом, личным долгом, было сделать её существование в этом мире максимально безопасным. Со смертью Дамблдора Хогвартс превратился из самого надёжного места в самое пропащее. Рано или поздно Пожиратели, зная, что она там и только там, поскольку идти ей больше некуда, заявятся туда - и пиши "пропало".
Северус вздохнул и решительно обмакнул перо в чернила.
"Л,
Представляю твою физиономии, когда ты получишь это письмо. Но прежде чем разорвать его и уничтожить самыми жестокими способами, я прошу тебя: прочитай. Просто прочитай. Тебе это большого труда не должно составить.
После всего случившегося ты вправе меня ненавидеть (не сомневаюсь, что так оно и есть). Но твоя ненависть, как и ненависть всего Ордена, не должна распространяться на другого человека. Алика ничего не знала. От слова "совсем". Поэтому, прошу тебя уже во второй раз в своей жизни - избавьте её от бессмысленной травли.
Но пишу я тебе не только чтобы порассуждать на темы "виновен-невиновен".
Я в третий раз прошу тебя об одной-единственной услуге. Запомни этот день, Римус, я трижды обратился к тебе с просьбой.
Ты достаточно общаешься с людьми, работающими в Министерстве. Можешь не отрицать, я это отлично знаю - да та же самая Тонкс. Совсем скоро в Хогвартсе для Алики станет слишком опасно - и из-за её дара, и из-за повышенного интереса Тёмного Лорда к ней, и из-за её происхождения. Откуда знаю - думаю, догадаешься. Я прошу всего лишь об одном - чтобы Тонкс поговорила со Скримджером о том, чтобы перевести Лику в Министерство в качестве инструктора по физической подготовке мракоборцев. Скримджер ухватится за эту идею - гарантия сто процентов, он ещё на Рождество изъявлял желание "заполучить" её в штат своих сотрудников. Сделай так, чтобы об этом узнало минимум народа - ты, Тонкс, Скримджер, МакГоногалл и Лика. В Министерстве ей сейчас будет гораздо безопаснее, уж поверь мне.
Если все же не уничтожил письмо, прочёл его до конца и сможешь выполнить мою просьбу - пришли мне другую сову с пустым пергаментом. Пойми, это только ради её блага.
P. S. Передай Скримджеру, чтобы вызвал Лику в приказной форме. Она - военная в прошлом, и приказ для неё - святое. Так что, считай, приказ - гарантия того, что она не плюнет на письмо из Министерства".
Северус немного подумал, и, ухмыльнувшись, на месте подписи поставил крупную "Н".
Подойдя к распахнутому окну, он тихонько свистнул в пространство. Через несколько секунд послышался звук мягко рассекаемого воздуха большими, мощными крыльями, и вскоре перед ним сидела крупная сова.
Северус наклонился к птице.
-Доставишь письмецо? - тихо спросил он, щекоча перья сове.
Та понимающие на него посмотрела и вытянул вперёд одну лапу.
-Превосходно, - криво усмехнулся бывший профессор, привязывая свернутый пергамент к лапе - это... Лунатику.
Сова тихонько пискнула, и, взмахнув большими мягкими крыльями и обдав Северуса потоком воздуха, растворилась в темноте.
Снейп выдохнул. Дело было сделано.
Этой ночью он снова видел ярко-зелёную вспышку света и падающего Дамблдора. Но на этот раз в его кошмар ещё добавился пронзительный, звенящий отчаянием и решимостью, женский крик. Он звал его. По много раз, то громче, то тише - он слышал свое имя. Это был очень знакомый голос, обычно на октаву ниже, мягкий и слегка хрипловатый - он действовал как-то... Успокаивающе. В реальной жизни.
А во снах у него добавился ещё один кошмар.
Все последующие дни он был, как на иголка, из последних сил сдерживая желание прилипнуть к окну и высматривать там ответ. Лишь спустя трое суток к нему в комнату вломилась огромная чужая сова, и, больно укусив, стряхнула с лапы свиток.
Слегка подрагивающими руками развернул его, Северус несколько раз пробежался по нему глазами. Пергамент был пуст. Такого не могло быть, поэтому Снейп нервно постучал палочкой и произнёс все возможные заклинания обнаружения текста.
После этого он шумно выдохнул и подошёл к окну. Пергамент был девственно чист.
"Теперь хотя бы один человек будет в безопасности".
Тогда Северус ещё не представлял, насколько сильно он ошибался.

Глава 1.

"...Ко всему-то подлец человек привыкает!.."
Ф. М. Достоевский "Преступление и наказание"

Низкие, клочковатые облака стремительно неслись по хмурому небу. Оно здесь было всегда хмурое, безжизненное, лишенное красок – вечно серое, угрюмое, мрачное, подернутое могильным холодом. Здесь всегда выли пронизывающие ветра, от которых на душе становилось в разы тоскливей. Здесь никогда не показывалось солнце, как будто оно боялось даже заглядывать в этот проклятый всеми богами уголок земли. Забытый всем миром маленький клочок суши посреди ревущего океана.
Сегодня помимо всего прочего еще и накрапывал мелкий дождик. Местами он не успевал достигнуть мрачных стен крепости и замерзал, превращаясь в снежинки. Это место было, наверное, единственным на планете (не считая полюсов), где в любое время года можно было созерцать метель. Оно могло бы стать уникальным, если бы не настоящая причина этих летних снегопадов.
В углу камеры, свернувшись калачиком, лежала девушка. Она проснулась от того, что ее била мелкая дрожь, и теперь лежала, пытаясь ее унять и хоть как-то согреться. В старой камере Азкабана с каменными обшарпанными стенами было холодно и промозгло, как в могиле. Запах застоялой воды, гниения и трупного дыхания смерти, кажется, навечно въелись в эту крепость. Маленькое окошко под самым потолком с древней кованой решеткой было напрочь лишено какого-либо стекла, и поэтому камера продувалась всеми ветрами и промораживалась всеми холодами – и естественным, и искусственным. Когда мимо пролетали дементоры, стены камеры покрывались уродливым, ломанным инеем, лишенным того изящества, которым он обычно обладает в природе.
Хлипкая подстилка, брошенная в углу, совершенно не спасала от твердого и холодного каменного пола. Она выглядела насмешкой, дескать, суровые власти магической тюрьмы сжалились над бедной узницей Азкабана и проявили львиное милосердие, выделив поистине царскую лежанку. Холодная баланда, от которой разило запахом могилы, которую здесь подавали раз в день, тоже выглядело плевком гуманности в адрес заключенных.
«Скажите «спасибо», что вас вообще кормят», - поучал важный начальник тюрьмы, с холеным лицом и огромным пузом.
Алика не помнила, который уже день она здесь коротает. Сначала она пыталась вести счет дням, делая засечки на стенах, но потом сбилась и плюнула на эту затею. Единственное, что она знала наверняка, что сейчас примерно конец августа, и, по идее, должно быть гораздо теплее. Однако, стоило сделать сноску на дементоров, которые в огромных количествах гнездились в Азкабане. Эти милейшие существа могли устроить зиму даже в тропиках, и к тому же, не упускали возможности полакомиться эмоциями свежедоставленных заключенных.
Алике пришлось пару раз испытать это прекрасное ощущение. В первый раз она не поняла, что происходит – она думала, что просто впадает в меланхолию, характерную для всех подобных мест. Но, после того, как за этим последовала потеря сознания, девушка сообразила, кто был истинной причиной этой меланхолии. Она вспоминала, что писали в тех, школьных учебниках о дементорах, и для нее не составило труда сложить два и два, и прийти к выводу, что тогда ей просто полакомился один из этих прелестных созданий. Поэтому, когда во второй раз она почувствовала беспросветную, засасывающую тоску, она просто вырубала себя самостоятельно. В учебке им показывали, как в случае чего правильно, безопасно, а самое главное – быстро терять сознание, и Алика все это отлично усвоила. Суть этих махинаций состояла в том, что дементоры опасны только для испытывающих человеческие эмоции. Поэтому они чисто физически не могут их вытянуть из человека, находящегося в бессознательном состоянии. Также им глубоко плевать на анимагов, находящихся в зверином облике, но такой способностью девушка, к сожалению, пока не обзавелась.
Несмотря ни на что, ее только здесь накрыла запоздалая рефлексия по событиям минувших месяцев. Возможно, так действовало присутствие дементоров, но только здесь Алика с предельной ясностью осознала свершившийся факт.
Северус выбрал сторону.
Северус показал, кому он служит в действительности.
Он служит Волан-де-Морту.
Что ж, притворяться он действительно умеет.
Алика помнила его последний взгляд, брошенным сначала на нее, а затем на убитого им же Дамблдора.
Безразличный взгляд.
Ему не было никакого дела до этого.
Он исполнил волю Темного Лорда, убив величайшего волшебника всех времен.
Он – герой в глазах Пожирателей.
А потом он хладнокровно развернулся и ушел.
А она осталась.
Они теперь по разные стороны баррикад. Когда-нибудь ей придется выступить против него. Алика не сомневалась, что эта минута обязательно настанет. Отныне он – враг. Он выбрал сторону. Он примкнул к противнику. И теперь он является врагом. А врага, если тот поднимает оружие, принято уничтожать. Это было ей врублено в мозг с самого нежного возраста. Ей придется сражаться с ним, если он даст малейший повод.
И от этого ей становилось максимально противно на душе.
Когда ее распределили на работу в Министерство, у нее банально не было времени на размышления. Она жила на Гриммо, уходила на работу на рассвете, до потери сознания гоняла одну группу мракоборцев за другой, выжимая из них, да и из себя, последние силы, вечером возвращалась домой и валилась спать. Ей просто некогда было размышлять, впадать в депрессию и прочую ерунду – у нее была задача, которую она должна была выполнить. Она должна была подготовить мракоборцев за минимальное время, и она с этим отлично справлялась. Первые несколько недель в ней видели только строгого инструктора, бесчувственный сухарь, машину для морального и физического уничтожения своих подопечных. За ней закрепилась слава самого строгого инструктора во всем Министрестве, и если Грюм в свою бытность мог просто наорать и покрыть всеми известными ругательствами, то «эта фурия» могла закопать человека одним взглядом, а в довесок начислить дополнительные тренировки.
Но нужно отметить, что на любых тренировках она работала наравне со всей группой, и мысли о несправедливости не возникало практически ни у кого. Занятия были выматывающими, зато уже после одного месяца обучения мракоборец мог спокойно выстоять рукопашную драку минимум с тремя противниками. Учитывая, что для Алики занятия шли целый день – одна группа сменяла другую – то вечером она возвращалась на Гриммо совершенно вымотанная, и у нее хватало сил только доползти до своей комнаты и упасть на кровать. А рано утром ее будильник снова заходился истошным звоном, и все начиналось по новой.
-Ты сгоришь на этой работе, - качал головой Сириус – посмотри на себя.
-У меня есть задача, и я ее должна выполнить, - обычно отвечала Алика, на ходу проглатывая завтрак, приготовленный брюзгой-Кикимером, и исчезала за дверью.
Иногда на выходных к ним заглядывала Тонкс, улыбчивая и счастливая. Ее ярко-розовые волосы весело топорщились в разные стороны, и вся она излучала жизнерадостность. Только ее появления заставляли Алику отвлечься от бесконечной работы или поглощения книг в родовой библиотеке Блэков. Библиотека, кстати говоря, оказалась исключительно богатой, и в ней оказалось масса различной литературы и по зельям, и по альтернативным ингредиентам и снадобьям, и по Темной магии, и по защите от нее. Алика особо не вникала, читая чисто на автомате, просто потому, что ей надо было что-то читать. Ей нужно было занять какой-то информацией свой мозг, чтобы он не съезжал на нежелательные темы. Сириус только изредка ворчал, выговаривая ей, что она становится похожей на инфернала, на что Алика отшучивалась.
-А я разве еще не инфернал?
-Еще нет, но скоро будешь, - мрачно заявлял Блэк и снова пропадал с радаров.
Однажды Тонкс влетела в поместье сияющая, как сто тридцать солнц. Сириус в это время где-то пропадал, и поэтому девушка с визгом бросилась на шею Алике. Шевелюра у Тонкс была ярко-золотой, излучая какое-то странное свечение.
-Лика! Лика! Ты не представляешь! – тараторила она, прыгая вокруг обалдевшей девушки.
Алика зачерпнула воды из кувшина и брызнула в Тонкс. Та опешила, отфыркиваясь и недоумевающе глядя на нее.
-Пришла в себя? – с усмешкой спросила Алика – А теперь выкладывай, что стряслось.
-Меня Римус замуж позвал!!! – звонким шепотом возвестила Тонкс, и тут же снова сжала Алику в объятьях.
Алика едва не задохнулась от нахлынувшего восторга.
Вот оно.
Хоть что-то хорошее за последнее время.
Она была невероятно счастлива за подругу. Алика еще крепче стиснула Тонкс в объятьях.
-Когда свадьба?
-В это воскресение! – метаморфиня светилась еще ярче.
-Мои поздравления, - раздался голос Сириуса – только я одного не понимаю: как долго еще Лунатик собирался молчать?!
-Он собирался тебе сказать, - не моргнув, сказала Тонкс – ведь нам нужен шафер и подружка невесты.
-И… ты хочешь сказать, что…
-Да!!! – взвизгнула Тонкс – потому что без них церемонию не проводят. Так мы вообще никому не хотели говорить.
-Даже мне?! – взвыл Сириус – Ну, попадись он только мне, все уши оторву…
-Вот поэтому мы вам и сказали, - примирительно сказала метаморфиня.
-Хорошо, - сказала Алика – а справлять-то где будем?
-А чем тебе этот дом не нравится, - буркнул Сириус – вчетвером и справим, самая подходящая компания.
Справили, как и договорились, на Гриммо. Римус с тревогой взглянул на левую руку Алики, изуродованную шрамами от зубов Сивого, но девушка ободряюще подмигнула ему, дескать, все путем. Вообще, Люпин вел себя немного странно, постоянно на нее косился, как будто пытаясь что-то прочитать на ее лице, но когда пошла третья бутылка медовухи, все забылось.
Дни снова покатились в том же ритме, как будто ничего и не было. Тонкс осваивалась в новой роли жены, Сириус пропадал по каким-то секретным делам Ордена. Алику ни к каким заданиям не привлекали, да и на Гриммо никто не появлялся. Хоть на Поместье и были наведены защитные чары против Снейпа, никто, кроме Сириуса, не рисковал подвергать себя такой опасности. Блэк свое пребывание на Гриммо обосновал тем, что он ждет Снейпа, чтобы как следует ему навалять, если он вдруг сунется в бывший штаб Ордена.
А Алике было плевать. Она практически весь день пропадала в Министерстве, и вечером у нее уже не было сил чего-то бояться, поскольку она вырубалась за сотую долю секунды. А утром у нее голова была забита уже совсем другим. Мракоборцы, которых она тренировала, и которым уже довелось опробовать на практике полученные навыки, прониклись к ней искренним уважением. На занятиях Алика передавала им все навыки, полученные в учебке, от банального рукопашного боя до техник выживания и скрытного перемещения по объекту противника. Она даже открыла дополнительную группу в вечернее время, где учила комплексной психологии, детекции лжи и основам разведывательного гипноза. Словом, повторялась история ее работы в учебной части десанта, где она развернула примерно такую же деятельность. Она проявляла инициативу, и, чувствуя отдачу, готова была сворачивать горы.
До тех самых пор, пока в Министерстве не началось безумие.
В одно прекрасное утро в ее кабинет распахнулись двери, и вошли волшебники, среди которых она видела и ее мракоборцев. Пока она, опешив от наглости явившихся личностей, пыталась выяснить, что, собственно, происходит, один из них неожиданно застегнул на ее руках странные блестящие браслеты. Алика тряхнула руками. Странно, но после появления этих «украшений» она почувствовала себя отвратительно-опустошенно. Жуткая догадка блеснула в ее голове, но, когда она потянулась за палочкой, та быстро исчезла у нее из-под пальцев и материализовалась в руках… у только что вошедшей Амбридж.
Алика не смогла скрыть, как ее передернуло от отвращения, когда кабинет заполнил удушливый запах розового масла и чего-то приторного. Ее неизменно-розовая кофточка, казалось, стала еще более ядовитого цвета.
Амбридж довольным взглядом окинула Алику, и, повертев палочку в руках, величественно приказала:
-Эту к остальным.
-Шваль, - непроизвольно вырвалось у Алики.
Амбридж взмахнула палочкой, и, по жжению в плече, Алика догадалась, что на нее наложили Силенцио.
Жжение.
От этого факта Алика чуть не заорала, игнорируя якобы наложенное заклинание. Пусть эти наручники жрут и блокируют магию, но ее дар работает в прежнем режиме!
Это открытие так подняло ей настроение, что она даже смогла спокойно стерпеть то, как ей заломали за спину руки и повели «к остальным». По пути они столкнулись с Артуром Уизли, и мужчина, ошарашенно глядя на девушку, в ужасе закричал:
-Да что же вы делаете?! Она же…
-Особо опасный преступник, Артур, - сияя приторной улыбочкой, пропела Амбридж – к тому же, ей необходимо либо подтвердить свое происхождение, либо вернуть магию тому, у кого она ее отняла.
Алика качнула головой, выразительно глядя на Артура, пресекая любые его попытки освободить ее. Он был нужен семье, поэтому нельзя было ему наживать лишние проблемы и привлекать к себе внимание. Тем временем, ее втолкнули в какую-то темную комнату, после чего захлопнули дверь. Девушка, споткнувшись в темноте обо что-то, пролетела метра два и с грохотом свалилась на каменный пол, больно ударившись обо что-то острое. Когда последние ее ругательства затихли, а она, наконец, пришла в нормальное состояние, Алика вытащила из кармана маггловскую зажигалку, лежащую там с незапамятных времен. Слабый огонек заплясал в полной темноте, а из темноты раздался хрипловатый женский голос.
-Добро пожаловать, - голос сочился иронией.
-Мир вашей хате, - с не меньшей иронией отозвалась Алика – а куда я, собственно, попала.
-Пункт предварительного заключения, - хмыкнул мужчина, поднимаясь из угла и подходя к Алике – ты в порядке?
-Вполне, - девушка подтянула к себе колени и села – а что вообще за чертовщина творится?
-Министерство пало, - глухо отозвался какой-то пожилой волшебник, скорчившийся в углу.
-Что значит – пало?
-Скримджера нашли мертвым, - ответила женщина средних лет, поправляя прическу.
Алика раскрыла рот.
«Не может этого быть. Не может».
-А на его месте оказался Пий Толстоватый, - продолжил старик – и он, похоже – он усмехнулся – под Империусом.
-А его главной подпевалой стала Амбридж, - вздохнула женщина.
Только сейчас, когда глаза пообвыклись в темноте, Алика смогла видеть еще с десяток людей, мрачно уставившихся кто куда, лишь бы только не друг на друга.
-То есть, это значит, что…
-Что Министерство теперь официально подчиняется Тому, Кого Нельзя Называть, - безжалостно заключил мужчина.
-Класс, - выдохнула Алика – а нас-то это каким боком касается?
-Скажите, - скрипучим голосом прокаркал пожилой мужчина из дальнего угла – Вы кто будете по происхождению?
-Я… ну, магглорожденная, - в замешательстве произнесла девушка.
-Вот именно, - крякнул мужчина.
-Мы все тут магглорожденные, - произнесла женщина, садясь рядом с Аликой на холодный пол – и против нас объявлена война. Амбридж лично этим заправляет.
Алика хрипло рассмеялсь.
-Тогда я удивлена, что до сих пор жива.
Женщина непонимающе на нее посмотрела.
-Я с ней еще в бытность преподавания в Хогвартсе сильно поцапалась.
-Вы преподавали в Хогвартсе? – изумилась женщина.
-Да, но потом меня закинули сюда, готовить мракоборцев.
-Так это Вы! – вскрикнула женщина, и лицо ее слегка просветлело – я слышала о Вас! Меня зовут Мэри, Мэри Кроткотт, мой муж так же работает здесь.
-Очень приятно, Алика, - немножко опешив, представилась Алика.
Лицо Мэри снова помрачнело, и она уставилась перед собой.
-И что с нами собираются делать? – осведомилась девушка.
-До суда будем, вероятно, сидеть в Азкабане, - прокряхтел старик.
«Звучит не слишком привлекательно».
Спустя полчаса за ними пришли мракоборцы, и, заломав всем руки за спину, повели на этапирование. Алика уже несколько раз успела проклясть себя за то, что научила этих красавцев своим хитростям, но дело было сделано, и ей оставалось лишь пожинать плоды своих трудов.
С тех пор прошло много дней. Алика пыталась вести им учет, делая засечки на стенах своими наручниками, которые ей, как особо опасной преступнице, решили не снимать даже в камере. Но очень скоро она совсем сбилась со счета и махнула рукой. День сменялся ночью, ночь сменялась днем, и теперь у нее было предостаточно времени на то, чтобы как следует все обдумать и заново перебрать по песчинке свое прошлое.

Глава 2.

"Ты должен сделать добро из зла, потому что его больше не из чего сделать..."

Братья Стругацкие "Пикник на обочине"

-Пий хорошо работает, - от высокого голоса Темного Лорда казалось, что все внутренности покрываются инеем — ты неплохо справляешься, Корбан.
-Благодарю, мой Лорд, - Яксли почтительно склонил голову.
Несмотря ни на что, Северус не мог не заметить, как в глазах Пожирателя проскочил самодовольный блеск.
-Но, я так полагаю, это еще не все? - уточнил Волан-де-Морт.
-Разумеется, мой Лорд, - кивнул Яксли — сейчас мы переловили только тех грязнокровок, что по неосторожности оказались в Министерстве. Дальше у нас более обширная программа мероприятий. И еще, - он полез в портфель, лежащий перед ним на столе и извлекая из него чье-то личное дело — у меня для Вас есть приятный презент.
Темный Лорд подозвал к себе папку, и, раскрыв ее, оскалился.
-Наша чудо-девочка со сверхспособностями, - практически прошипел Волан-де-Морт — вот, значит, где она пряталась все это время. И она, я так полагаю…
-Она тоже в Азкабане, мой Лорд, - подтвердил Яксли.
Северус едва не вздрогнул.
«Она в Азкабане» - ударами наковальни отдавались у него в ушах слова Пожирателя.
Краем глаза Снейп заметил, как Люциуса легонько передернуло. Тот совсем недавно выбрался из Азкабана, и теперь выглядел… не лучшим образом.
-Отлич-ч-чно, - произнес Волан-де-Морт — не будет путаться у нас под ногами. Отличная работа, Корбан. Хотя… думаю, стоит с ней еще немного поболтать. Она может что-то знать о местонахождении мальчишки.
-Вряд ли, - подал голос Снейп.
-Северус-с? - Волан-де-Морт перевел на него взгляд пронизывающих рубиновых глаз — Ты что-то хочешь сказать?
-Да, мой Лорд, - отозвался Снейп — ввиду последних событий Хогвартса и благодаря моей репутации Поттер и его друзья перестали доверять ей.
Темный Лорд оценивающе прищурился, пристально глядя на Снейпа.
-Уж не защищаешь ли ты грязнокровку, Северус? - вкрадчиво поинтересовался он.
-Ни в коем случае, мой Лорд, - Снейп выдержал взгляд Волан-де-Морта — я всего-лишь уточняю ситуацию.
-И откуда тебе известны такие сведения? - Темный Лорд продолжал сверлить Северуса взглядом.
-В Ордене есть один человек, который выше всего ценит только деньги, - усмехнулся Снейп — ну, за исключением собственной жизни.
-Наземникус-с-с, - ухмылка перекосила змеиное лицо Волан-де-Морта — Мне иногда начинает казаться, что он чем-то похож на нашего Хвоста. Только, - Лорд поморщился — в отличии от него, у Флетчера есть мозги.
Пожиратели глумливо захихикали, Беллатриса зашлась визгливым смехом. Северус позволил себе лишь кривую усмешку. В кои-то веки он был согласен с Темным Лордом. Хвост был просто… жалким. А для таких людей, как Наземникус, не существовало ничего святого, он был готов продать все, что угодно, если ему посудить хорошие деньги. Он наживался за счет всех: и за счет Ордена, и за счет Пожирателей. Для него не существовало ничего, кроме собственной выгоды.
-Тихо, - произнес наконец Волан-де-Морт, и все притихли — и все же, отправь кого-нибудь с ней пообщаться, - обратился он к Яксли — если вытрясут из нее хоть что-нибудь, будет уже хорошо.
Вытрясут.
Это слово впилось в мозг осознанием собственной беспомощности.
Северус ничего не мог сделать.
Он пытался ее спасти, но в итоге получилось все, как обычно.
На нем, похоже, лежало какое-то древнее проклятие, из-за чего со всеми, кто находился рядом с ним, обязательно что-то случалось.
Он не смог ее защитить.
Возможно, он, конечно, уберег ее от той участи, что постигла Чарити Бербидж, преподавательницу маггловедения в Хогвартсе. Северус до сих пор чувствовал то липкое ощущение собственного бессилия и невозможности повлиять на ситуацию. Она просила его о помощи. Она доверяла ему, так же, как и доверяла совершенно другая девушка, находящаяся сейчас в одной из камер древней магической тюрьмы.
«-Северус… пожалуйста… пожалуйста...».
Эта фраза стала его личным проклятием. Она отдавалась у него в ушах, бессовестно напоминая, что ее хозяин — еще один человек в списке тех, кого он не смог спасти. Человек, который бы не погиб, если бы он, Северус Снейп, еще тогда, давно, прислушался бы к Лили и не принял Метку. Обычная ошибка молодости, ставшая роковой. Ему казалось, что его никто не понимает, не хочет понять, что весь мир враждебен к нему, хотя вся внешняя агрессия сводилась в основном к четырем гриффиндорским уродам. Лили хотела его понимать, только он не дал ей такого шанса. И, принимая Метку, он автоматически подписал смертный приговор всем тем, кого впоследствии тщетно пытался спасти.
А теперь он не смог уберечь единственного человека, который понимал его и верил, несмотря на темное прошлое. Несмотря на огромное количество секретов и тайн, которыми окружал себя Северус. Что бы она не говорила, она доверяла ему. А теперь она в Азкабане, и ей предстоит допрос. А допросы у Пожирателей не отличаются особой гуманностью.
-Представляешь, - говорил ему Яксли, когда они выходили из Малфой-Мэнора — у нас по Министерству такие слухи ходили, мол, она не человек, а эдакая Железная Леди, которая может переломать тебе все кости одним движением, а вторым движением стереть тебя в пыль — а она даже не дернулась, когда ей ее же приемом руки назад скрутили! И ни единого лишнего движения, пока тащили до пункта временного заключения, прямо-таки кроткий ягненок!
«Это она вас, идиотов, пожалела».
-Зато когда ее вместе с остальными на этапирование отправили, - самозабвенно продолжал Яксли - она то какие-то дурацкие маггловские анекдоты рассказывала остальным, то ругалась настолько грязно, что, казалось, в ее крови грязи и то меньше! Те, кто ее сопровождал, жаловались, что у них чуть кровь из ушей не пошла.
«Это она умеет».
-Знаешь, Северус, - трещал фактический руководитель Министерства — мне рассказывали, что еще никогджа не видели такого. Все заключенные практически всю дорогу до Азкабана едва не захлебывались смехом! А когда что-то из стражи попытался ее заткнуть, то она просто ему ответила «Да в гробу я вас всех видала, сопляки». Представляешь? Страже!
«Это ей еще лень было».
-Но, зато, когда мы подплыли к самому Азкабану, все заключенные сидели с такими постными минами, что от них, казалось, даже дементоры шарахались.
«Умница» - внутренне восхитился догадливостью девушки Снейп. У всех заключенных внутри клокотала масса эмоций, и Алика нашла прекрасный способ из выпустить абсолютно у всех.
-Ну а ты, Северус, - мутно-голубые глазки Яксли цепко остановились на Снейпе — что ты думаешь насчет всего этого?
Северус едва заметно поморщился.
-Я считаю, - произнес он — что ей самое место в Азкабане. А теперь извини — у меня дела в школе.
-Ах, ну да, - Яксли приторно улыбнулся — новоиспеченный директор Хогвартса. Мои поздравления, Северус.
-Благодарю, - сухо ответил Снейп, прежде чем провалиться в воронку трансгрессии.
Хогвартс встретил своего директора гробовой тишиной. Холодные древние стены школы пустовали, все портреты были сняты — его личное распоряжение. Одно из многих.
Северус прекрасно помнил разговор с Даблдором, незадолго до того, как случилось непоправимое.
«Если школа и правда окажется в его руках, вы даёте мне слово сделать всё, что в ваших силах, чтобы защитить учеников Хогвартса?».
Он дал слово. И он его выполнит.
Начав с того, что он выпросил у Волан-де-Морта директорское кресло в награду за ликвидацию Дамблдора.
С этого момента все его распоряжения, хоть и носили оскорбительный характер, были направлены на то, чтобы уберечь учеников. К примеру, магглорожденных в школе подстерегала бы смертельная опасность на каждом шагу, поэтому первым приказом его было отчисление из Хогвартса всех «грязнокровок». Северуса коробило всякий раз, как ему приходилось произносить это слово — но так было надо.
Шаги директора глухо отдавались под потолком. Время было позднее, поэтому никого не было видно — все студенты сидели по гостиным и боялись высунуть нос. Снейп удивлялся, как можно так быстро все переосмыслить — еще в мае он бы отдал все за эту тишину. Сейчас же она давила. Не было слышно тихого переговаривания портретов на стенах, привидения предпочитали коротать время где-то, где их будет не так заметно, а по углам не было видно так раздражавших, но являвшихся частью школы парочек.
Ноги автоматически принесли директора в родные, но уже безвозвратно утерянные для него подземелья. Сколько же он тут провел времени, в своем царстве, среди склянок, ингредиентов и котлов? Ушли эти золотые времена, канули в небытие — теперь оставался только Волан-де-Морт и ответственность за всю школу, грузом лежавшую на его плечах.
В подземельях было особенно пусто и тихо. Слизнорт уже давно отсюда умотал и закрылся в своих комнатах, чтобы — не дай Мерлин — не попасться на глаза Амикусу или Алекто Кэрроу, двум Пожирателям, преподававшим в Хогвартсе Защиту от Темных Искусств и Маггловедение. Хотя в первом случае от защиты, фактически, ничего не осталось — учеников натаскивали планомерно уничтожать друг друга всеми возможными способами, а предмет Алекто сводился к сплошному унижению магглов и издевательствам над некоторыми пойманными людьми, которым просто не повезло.
Слизеринцы тоже не высовывались, предпочитая сидеть в своей гостиной. По школе ходили слухи об особом отношении к факультету Слизерин, что являлось бредом от начала и до конца. Слизеринцы просто были достаточно сообразительными, чтобы не нарываться без всякого повода, как это делали, к примеру, гриффиндорцы.
Взгляд директора остановился на знакомой двери с табличкой «Спортивный зал». Он помнил, как бушевал, когда Дамблдору пришла идея притащить в Хогвартс магглорожденную девушку и доверить ей преподавание. А когда ему было предложено шефство над этой самой девушкой — он чуть было не исполнил волю Волан-де-Морта еще на несколько лет раньше. Да, намучился он с ней прилично. Но, как показало время, оно определенно стоило того.
Сняв запечатывающее заклинание, он потянул на себя дверь и еле успел уклониться от гантели, пролетевшей над его головой. Он совсем забыл еще об одном недоразумении, случившемся в школе. После того, как в Хогвартсе произошел переворот, приключилось невероятное — школьный полтергейст Пивз впал в депрессию. Теперь он забаррикадировался в этом самом зале, который по настоянию директора был превращен в хранилище для всех снятых портретов и передан в полное распоряжение Филчу. Впрочем, школьный завхоз старался заходить сюда как можно реже — Пивз ненавидел его больше всего.
-Угомонись! - рявкнул Снейп, заходя в зал.
Пивз исчез за портретами. На удивление, он оказался очень принципиальным полтергейстом и не трогал студентов. Остальных же он еще на подходе обстреливал мертвыми докси, комками пыли и всем, что попадалось под его находчивые руки. Северус рассудил, что Пивз — это самый лучший охранник портретов и кабинета Алики, поэтому благосклонно разрешил полтергейсту сидеть в зале. В благодарность за это Пивз внес директора в список своей лояльности.
Северус тихо зашел в зал, осторожно лавируя между портретами и выслушивая завывания впавшего в уныние полтергейста, которые больше походили на игру на пиле. На удивление, дверь тренерской оказалась не только не запечатанной, но даже и не закрытой на обычный ключ.
«Двери моей тренерской всегда открыты» - пришла на память фраза хозяйки этого места.
Так оно и было. Двери ее тренерской действительно были всегда открыты для всех желающих, и даже после того, как она покинула Хогвартс, ничего не поменялось. Открыв под возмущенный вой Пивза дверь в кабинет девушки, Снейп зашел внутрь.
Втянув в себя воздух, он прикрыл глаза. Здесь до сих пор витал ее запах. Стены тренерской, казалось, пропитались ароматом кофе с корицей, травной мази от ушибов и березового дегтя с хвоей. Здесь как-будто осталась частичка ее самой, как-будто ощущалось ее присутствие. Нигде не было ни пылинки, видимо, в бытность преподавания Алика успела подружиться с домовиками. На полках были аккуратно расставлены все книги, которых у девушки бол огромное количество, и…
«А это еще что такое?!»
его внимание привлек странно-знакомый корешок, сиротливо торчавший в самом дальнем углу. Подрагивающей рукой вытащив книгу, Снейп замер.
Это был «Расширенный курс зельеварения».
Тот самый.
Его.
На первой странице размашистым подростковым почерком было написано:
«Эта книга является собственностью Принца-полукровки».
Снейп не верил своим глазам.
По пальцам побежало знакомое ощущение ностальгии, когда он переворачивал одну страницу за другой, рассматривая собственные записи, сделанные много лет назад.
«Значит ли это, что...»
Она знала.
Получается, что она все знала — и про книгу, и про заклинание, и про Принца-полукровку.
Она знала и ждала, пока он сам ей все расскажет.
«Вы знакомы с Принцем-полукровкой?».
Она спрашивала, будто не знала ответа, и одновременно в ее голосе сквозила железная уверенность. Он вспомнил то странное ощущение, охватившее его, когда он непроизвольно начал отвечать на ее вопросы, чуть не выболтав всего подчистую. При этом, он не ощущал себя как под Веритасерумом и не чувствовал ни единого прикосновения легиллименции. Это была какая-то ее фирменная штучка.
Она была поистине талантливой разведчицей.
Внезапно, когда он наконец поставил свой учебник на то место, где он стоял, его взгляд уцепился за уголок то ли книги, то ли блокнота, торчащий со шкафа. Сняв вещь с самой верхней полки, Северус с интересом повертел ее в руках. Это оказалась маггловская тетрадь, к тому же ужасно потрепанная и держащаяся на одном только честном слове. Убеждая себя, что он слизеринец и его факультет обязывает его, он приоткрыл обложку.
И застыл, осознавая, что держит в руках настоящее сокровище.
На первой странице было написано одно-единственное слово.
«Дневник».

Глава 3.

"...Чужая земля обступила его запахами, тенями и звуками, давала ему место среди своих растений, дуновений ветра и звезд..."

Александр Проханов "Война с Востока. Книга об афганском походе"

-У нас новости из штаба, - командир группы «Пилигрим» капитан третьего ранга Сергей Миронов зашел в комнату, где в этот момент коротал время личный состав подразделения.
Лика методично тягала гирю. В досуговой комнате было чем заняться, но она старалась не привлекать к себе особого внимания. Она всего два месяца назад прибыла по распределению в группу, и многие относились к ней настороженно. А может, просто старались не трогать лишний раз, давая прийти в себя после учебки. В любом случае, Лика была за это им благодарна.
-Что, командир, снова кто-то без нас зашивается? – сверкнул белоснежной улыбкой Игорь Каркаров – шумный и веселый радист группы.
Миронов вздохнул.
-В Афгане, в провинции Фарах, взвод разведки ВДВ попал в ловушку. Большая часть солдат погибла, несколько человек попали в плен.
-И нам поручено выковыривать этих горе-парашютистов? – осведомилась младший лейтенант Марина Зотова, откладывая в сторону журнал.
-Меня интересует больше то, почему именно мы должны заниматься этим, - произнес зам.командира группы Сабаз Алиев.
-Потому что эти «горе-парашютисты», перед тем, как попасть в плен, умудрились свистнуть с базы духов ценные данные, которые очень нужны нашим штабным коллегам.
-Везде меркантильный интерес! Если бы солдатики просто в плен попали, никто бы пальцем не пошевелил, а если ценная информация – так за ними целую группу морского спецназа высылают, - пробурчал самый старший член группы, капитан-лейтенант Басыр Яунбаев.
-Ну что, Башкир, готов размять свои старые кости? – задорно крикнул ему Игорь.
-Да пошел ты, - беззлобно огрызнулся на него Башкир – Шайтан и есть Шайтан. Ну что, Лик, первое боевое?
Девушка вскинула голову. Точно. Это ее первое боевое задание.
-Она тоже летит? – вскинулась Марина.
Командир утвердительно кивнул.
-Но почему? Она же…
-…Полноценный член группы, боец Рысь. И она принимает непосредственное участие во всех операциях. Через час чтобы все были на вертолетной площадке.
Марина зло стрельнула глазами в сторону Лики и пошла собираться.
-Не злись на нее, это у нее врожденное, - хитро подмигнул Игорь, которому через секунду прилетело журналом по голове.
-Эй, медицина! – Алиев швырнул яблоко в спящего на стоящей в углу койке бойца – просыпайся!
-Отвянь, Джигит, дай поспать, - буркнул старший мичман Пономарев Петр, врач группы.
-Рота, подъем!!! – заорал Шайтан, сложив ладони рупором.
-Да чтоб тебя камнем в ущелье придавило, скотина, ты дашь поспать, или нет?! – рявкнул Петр.
-Эскулап, солнце, вообще-то мы через час в Афган летим, так что собирайся, - ласково ответил ему Каркаров.
-Игорь, если ты не прекратишь, я сейчас ревновать начну, - шутливо бросила проходящая мимо Марина.
-Молодежь, - качнул головой Башкир, - Лик, возьми с собой еще доп.набор пиротехники. Не помешает.
-Ты там фейерверки духам собрался показывать, что ли? – хохотнул Джигит – Мы десантуру летим доставать, а не горы крошить.
-Не помешает, - упрямо фыркнул Басыр.
К слову, он, наверное, единственный из всей группы, с кем Лика могла поговорить без напряжения. Возможно, сказалось родство их специализаций: что она, что Башкир были подрывниками. Только у девушки наблюдалась большая склонность к разминированию, а Яунбаев слыл любителем устраивать «фейерверки».
Через минут пятьдесят вся группа уже стояла на вертолетной площадке. Марина лениво перекидывала из руки в руку снайперскую винтовку, Шайтан настраивал рации, Джигит оживленно беседовал с Эскулапом, размахивая руками, Лика еще раз перепроверяла свой вещмешок, и один только Башкир наблюдал за общей суетой, невозмутимо дымя самокруткой.
Треща лопастями, на вертолетную площадку опустился Ми-8, следом появился Миронов, и скомандовав, «Грузимся!», первый запрыгнул в грохочущее чрево машины. 
-Ты земли прихватила? – спросил Лику Эскулап.
-Что? – не поняла девушка.
-О-о, это такая традиция хорошая есть, - отчаянно жестикулируя, ответил за медика ей Джигит – на первое боевое задание обязательно надо всять кусочек родной земли и положить в нагрудный карман напротив сердца, тогда тебе будет сопутствовать удача, а ветер будет попутным.
-Не знала.

-Ну, давай, быстро за землей! – скомандовал медик.
-Бего-ом марш! – поддержал друга Алиев.
Спустя пятнадцать минут они уже болтались в воздухе на древнем, дребезжащем вертолете.
-Как эта посудина еще летает? – возмущался, перекрикивая шум, Каркаров.
-На честном слове, - громко фыркнула Марина.
-Кишлак, в котором находятся десантники, находится на этой горе, - Беркут ткнул пальцем в карту.
-Хреново, - Джигит забористо выругался – все подходы просматриваются. Идеальное место для обороны.
-Духи явно знали, где окопаться. Поэтому на нашей стороне только эффект неожиданности.
-Долго нам лететь? – спросил Пономарев.
-Часа два, не меньше, - ответил командир – успеешь выспаться.
Эскулап довольно хмыкнул и закрыл глаза. Лика, недолго думая, решила последовать его примеру. Смысл в том, чтобы всю дорогу сидеть, нервничать и накручивать себя, если можно выкроить лишние два часа сна авансом. Девушка расслабилась, восстановила глубокое дыхание и через три минуты отключилась.
Растолкали ее за пятнадцать минут до высадки.
-Вертолет приземляться не будет, будем спрыгивать на ходу, - объявил командир – наша задача: скрытно подходим к кишлаку, берем его, находим десантников с информацией и вызываем вертушку.
Алика встряхнула еще раз свой вещмешок, растрясая более равномерно содержимое, и повязала на голову бандану защитного цвета. Вертолет завис над землей, не достигая до поверхности метров двух.
-Вперед! – скомандовал Беркут, и бойцы по очереди спрыгнули на землю, жмурясь от поднятого ветром от лопастей песка и придерживая банданы или фуражки.
Вертолет набрал высоту и со свистом и стрекотанием скрылся за перевалом.
-Головной идет Джигит, за ним Эскулап, Рысь, Башкир, Лика. Замыкающий – Шайтан. Наша цель – то ущелье – командир махнул рукой.
Группа двинулась вперед.
-Так, - подал голос Беркут, когда они достигли нужной точки в ущелье – штурмовать кишлак будем с наступлением темноты. Пока еще светло, вперед на разведку идут Рысь, Шайтан… и Лика.
Марина выглядела крайне недовольной.
-Шайтан укрепляет основной блок рации вблизи кишлака, Рысь занимает стрелковую позицию и наблюдает, а Лика занимается растяжками и прочей пиротехникой – командир подмигнул Башкиру – пусть юннаты развлекаются.
Сапер одобрительно хмыкнул.
Пятью минутами спустя тройка уже поднималась по склону, поросшему скудной растительностью. Марина вертела головой высматривая наиболее выгодную снайперскую позицию, Каркаров пыхтел под тяжестью рации, и только Алика острым взглядом буквально рыхлила землю глазами, переворачивая каждый камушек в поисках мин или растяжек. Наверное, именно поэтому она успела заметить неестественно примятую землю и металлический блеск прямо на пути Марины.
-Стой!!! – рявкнула она.
-Что? – на ходу оборачиваясь, поинтересовалась девушка.
Раздался еле слышный металлический лязг. То, что не одна она это услышала, Лика поняла по недоумевающему лицу Шайтана и широко распахнутым глазам Рыси, в которых светился неподдельный ужас.
-Не шевелись, - тихо сказала Лика, медленно подходя к девушке.
Она лишь слабо кивнула.
Медленно, стараясь ступать как можно тише, Лика подошла к замершей девушке и осторожно вытащила у нее из-под ноги дерн и разгребла кусочки земли. Ее наихудшие опасения оправдались. Марина стояла одной ногой на знаменитой «Черной вдове» - противопехотной мине нажимного действия. Мина была отечественная, до ужаса простая в использовании, она приводилась в боевое состояние при нажатии, а если с нее сойти – срабатывал детонатор. Но самая ее прелесть состояла в том, что «вдова» была неизвлекаемой миной и не подлежала обезвреживанию.
-Это… то, о чем я…. Думаю?.. – срывающимся шепотом выдавила Рысь.
-Да, - так же тихо ответила Лика, и легонько постучала по рации – Командир, внештатная ситуация.
-Докладывай, - отозвался в наушнике голос Беркута.
-Рысь на противопехотку нарвалась, не может с места двинуться. Мои действия?
Повисла тишина.
-Есть идеи? – спросил спустя полминуты командир – Башкира к вам отправить?
-Нет, мина может среагировать на колебания почвы,- отрезала Лика – есть одна идея, правда рискованная.
-Действуй тогда.
-Что ты собираешься делать? – зашипела Рысь.
-Сейчас увидишь, - буркнула Лика – только без паники, спокойно, глубокий вдох-выдох. Если что, обе взлетим на воздух.
-Утешила, - зло ответила Марина.
-Шайтан, саперную лопатку, живо!
-Ты приказываешь старшему по званию? – изумился Каркаров.
-Пока она стоит на мине – да, приказываю! И более того, ты беспрекословно меня слушаешься! Впрочем, как и ты, - повернулась она к девушке.
Ее слова возымели успех. Через несколько секунд у нее в руках уже была лопатка.
-Теперь ты слегка приподнимешь носок, - тихо произнесла Лика – буквально на пару миллиметров. Поняла?
Рысь судорожно закивала. Лика, выпуская воздух сквозь крепко сжатые зубы, сантиметр за сантиметром начала подсовывать лопатку под стопу девушки. Затем оглянулась, придерживая инструмент.
-Шайтан, неси сюда во-он тот камень. Нет, стой, - Лика аж поморщилась, когда парень громко затопал по земле и попер напролом к булыжнику – во-первых, здесь взведенная мина. Может, ты еще посильнее потопаешь? Во-вторых, если ты сейчас точно так же влетишь на вторую «вдову», я предупредить тебя уже не успею.
Спустя три минуты, булыжник все же был доставлен.
-А теперь медленно, о-очень медленно, спускай его ей на ногу, - скомандовала Лика – а ты, в свою очередь, понемногу ее вытаскивай. Так, так хорошо, нет, не так быстро, медленней, да медленней же!
Марина, с обезумевшими от страха глазами, сантиметр за сантиметром снимала ногу с лопатки, на которую так же постепенно наваливался камень
-Стоп, - резко сказала Лика, когда Рысь полностью сняла ногу с мины, а камень устойчиво придавил ее сверху – а сейчас, так же медленно и без резких движений, продолжаем движение вперед. И, черт бы вас побрал, хоть иногда смотрите себе под ноги! Командир, - девушка вновь постучала по микрофону – задание выполнено.
И только отойдя метров на двадцать, Марина вдруг закашлялась, осела на землю, и ее затрясло крупной дрожью. Шайтан тут же крепко обнял девушку и предложил ей глотнуть из своей фляги, знаменитой ее нестандартным содержимым. Лику и саму только-только отпустило, и она, протяжно выдохнув, свалилась на землю рядом с сослуживцами. И практически сразу после этого грянул взрыв, волной опрокинув всех троих на землю и засыпав пылью.
Мина среагировала на пробегающую мимо кабаргу – небольшого горного оленя. Сам виновник происшествия мгновенно поплатился за свою неосторожность. Лика поднялась и медленно направилась к месту взрыва.
-Ты куда? – поинтересовался Шайтан.
-Кабарги с саперными лопатками не ходят, - огрызнулась та – а духи сейчас выяснять полезут, в чем дело.
-Что у вас там? – раздался голос командира в наушнике.
-Кабарга подорвалась на мине, - бесцветно ответила Лика.
-Занимайте позиции и наблюдайте, мы выдвигаемся к вам.
Удивительно, как быстро темнеет в горах! Стоило солнцу закатиться за дальний хребет, вокруг стало ни зги не видно.
-Шайтан, на тебе рация, остальные двойками заходим в кишлак и по возможности без выстрелов зачищаем территорию. Под занавес, конечно, можно пошуметь, но нежелательно. Рысь идет с Башкиром, Джигит с Эскулапом, Лика со мной. Все понятно?
В кишлаке, на удивление, духов было совсем мало, и то все они были какие-то не те, слабо обученные. Зачистка территории прошла на удивление быстро и без потерь. И только командир собирался похвалить группу за качественную работу, как вдруг за их спинами грянул взрыв, а наушники у всех отчаянно засвистели. Спустя три минуты, тяжело дыша и громко топая, примчался Шайтан.
-Беркут, у нас проблемы, - восстанавливая сбитое дыхание, произнес он – духи рацию взорвали.

Глава 4.

"...Да, дум набралось кубометра на два, не меньше. И с каждой думой совершенно особо разобраться надо. Совершенно особо..."

Борис Васильев "А зори здесь тихие".

Тяжелая дверь камеры с грохотом отворилась, и внутрь зашли два амбала-охранника с палочками наперевес.
-Подъем, грязнокровка, - рявкнул один.
-А блинов тебе не пожарить? – устало огрызнулась Алика.
-Круци… - охранник уже почти договорил заклинание, когда девушка резко вскочила, впечатывая кулак ему сначала в челюсть, а затем в живот.
-Круцио! – проорал второй, и Алику скрутила жгучая боль.
Пока она валялась на полу, шипя и извиваясь, первый амбал пришел в себя, и, подняв девушку за шкирку, приставил к ее шее палочку.
-Будешь дергаться, будет больно, - пообещал он.
Угроза была, конечно, так себе, но Алика сочла разумным сделать вид, что она ужасно напугана.
Тем временем в камеру вошел еще один волшебник со слегка перекошенным судорогой лицом и цепким взглядом.
-Так-так, - просипел он – временно заключенная, ожидающая суда… Все ясно.
Он тут же извлек из сумки, что тащил с собой, странный аппарат явно магического происхождения.
-Эт-то ч-что? – поинтересовалась Алика.
-Сейчас увидишь. Эй, ты, - обратился он ко второму охраннику – вытяни вперед ее левую руку и держи покрепче.
Охранник довольно-таки грубо схватил девушку раз руку и рывком закатал рукав. Волшебник поправил старые очки, сидящие на крючковатом носу, и, помахав над аппаратом палочкой, приставил его к предплечью девушки.
-Что это?! – заорала Алика.
-Держите крепче! – прошипел волшебник охранникам, и, стоявший у нее за спиной и приставивший было к ее шее палочку амбал сгреб ее в удушающий, а второй мертвой хваткой вцепился в руку. Спиной Алика почувствовала туго набитые чем-то карманы охранника.
-Да что же это такое, черт возь…
Внезапно предплечье прошила острая боль. Место, где прикасался аппарат, нестерпимо жгло, но видно ничего не было. Наконец, волшебник взмахнул палочкой, сказав «Фините», и боль прекратилась. Волшебник отнял от ее руки неведомый аппарат и довольно оглядел свою работу. Алика бросила взгляд на свое предплечье и ахнула.
На коже, поверх шрамов от зубов Сивого, красовался номер, состоящий из цифр и рун.
-Это что?.. – слабо выдохнула девушка.
-Временный номер заключенного, - довольно улыбался волшебник, как будто только что облагодетельствовал пол Вселенной – если на суде Вас оправдают, этот номер убирается одним простеньким заклинанием. А если не оправдают, то такой же номер будет у Вас уже на шее.
Буднично рассказав это, как будто это была какая-то бухгалтерская отчетность, волшебник позвал охранников и вышел из камеры. Дверь глухо грохнула, несколько раз лязгнув замком. Алика медленно осела на пол и разжала правую руку. У нее на ладони лежала пачка маггловских сигарет, которые она благополучно сперла из кармана держащего ее волшебника, пока истерила.
Алика хмыкнула. Она, конечно, рассчитывала попятить у охранника что-то более полезное, но это было тоже неплохим вариантом. В первую очередь, табак притуплял чувство голода. Во-вторых, он оказывал легкий общеобезболивающий эффект. Ну и в-третьих, вьющийся перед глазами дым успокаивал.
Алика давно не курила, поэтому первая затяжка отдалась противным ощущением, скрутившим пищевод изнутри. Едкий дым скребся в легких, от чего девушка выронила зажигалку и закашлялась. Когда в глазах прояснилось, девушка стряхнула пепел в сторону и подобрала источник огня, пряча его во внутреннем кармане. Какие же эти власти, все-таки, придурки. Перед тем, как засунуть ее в это убожеское место, ее даже не обыскали, посчитав, что отобранная палочка и наручники на руках – это гарантия ее безвредности и покорности.
А по итогу при ней оставались отмычки, лежащие в кармашке на левом плече, финка, спрятанная под штаниной, письма во внутреннем кармане и вот эта зажигалка. При необходимости она могла бы запросто вскрыть дверь и перебить охрану, расчищая себе путь к свободе, но, во-первых, вопрос с дементорами оставался открытым, а во-вторых, девушка решила дождаться суда, и только потом действовать по обстоятельствам. При этапировании сбежать все же гораздо легче, чем из сильнейшей магической крепости.
Сигарета, на которую Алика возлагала достаточно много надежд, себя оправдала. В желудке перестало неприятно тянуть, а сама девушка, глядя на выпускаемые ей же кольца дыма, погрузилась в размышления. Перед ее глазами, будто советская кинопленка, проносилась вся ее жизнь. Времени на воспоминания было больше, чем достаточно…

…-Ты хочешь сказать, - медленно заговорил командир – что мы остались в пустом кишлаке посреди Афгана без какой-либо связи?
-Похоже на то.
-Командор! – из соседней хижины выскочил Джигит – здесь наша десантура.
-Ранены?
-Ранен. Он один здесь остался.
-Так перевяжите. Где там медицину носит?
-Есть небольшая проблема, - ответил Алиев – боюсь, нам нужны Башкир с Ликой.
В хижине Эскулап стоял на коленях возле раненого десантника.
-Командир? – окликнул он – я ничего не смогу сделать, пока кто-нибудь не разберется с этой паутиной.
Глаза солдатика были по пять копеек, несмотря на большую кровопотерю, и в них светился тот же ужас, как несколько часов назад в глазах Марины. Немного присмотревшись, Лика похолодела. Половина комнаты была опутана многочисленными проводками, которые расходились от десантника и тянулись к потолку, где по углам были закреплены внушительные тротиловые шашки. На самом парне висел огромный жилет по типу «пояса шахида», щедро начиненный взрывчаткой. Одно неверное движение, и от хижины не останется ни щепки.
-Башки-ир, - тихо окликнула Лика подрывника, стоявшего поблизости.
-Вижу, - также тихо отозвался он – все, покиньте хижину. Все. Лик, будешь держать мне фонарь.
Командир молча кивнул и вышел из хижины. Эскулап поднял сжатый кулак в знак поддержки, и, бросив взгляд на десантника, последовал за командиром. Башкир склонился над солдатом и начал внимательно разглядывать взрывчатку.
-Понакрутили тут макраме, - бурчал он себе под нос вперемешку с забористыми проклятиями на головы духов.
Спустя пять томительных минут Башкир выпрямился и постучал по микрофону.
-Авторская работа, очень сложная и многоуровневая. Тот, кто ее ставил, настоящий мастер своего дела. Потянешь не за тот проводок – все взлетит на воздух.
Командир снова появился в дверном проеме.
-Совсем никак?
Башкир отрицательно мотнул головой. Миронов задумался.
-Командир, могу я попробовать разобраться с этим? – подала голос Лика – Башкир сказал, работа авторская, чтобы такое придумать, нужно обладать творческим мышлением. Я думаю, я смогу понять минера.
-Минершу, - слабо подал голос десантник – это была баба.
-Тем более, - девушка уцепилась за этот аргумент.
Командир внимательно на нее посмотрел, потом коротко кивнул.
-Действуй, - сказал он.
-Выйдите все, - резко бросила Лика – абсолютно все.
-Я не смогу, - ядовито усмехнулся десантник.
-А ты лучше заткнись, а то случайно не тот провод дерну, - огрызнулась Лика, устанавливая фонарь.
-Так ты тогда взлетишь на воздух.
-Да, но тебя-то это уже не спасет.
-Колючка, - обидчиво произнес десантник и замолчал, поскольку Лика склонилась над взрывчаткой и начала флегматично рассматривать хитросплетение проводов.
Работа была действительно авторская, с подобной девушке еще не приходилось сталкиваться, а поэтому она смутно подозревала, что на взрывчатке стоит дополнительный взрыватель, который должен был привести в действие механизм при попытке разминирования. Вязь разноцветных ниточек, тянувшихся от центрального блока, закрепленного на десантнике, действительно напоминала макраме. Минуты тянулись одна за другой, медленно, как груженый товарный поезд с массой вагонов.
-Какой же резать… может, тебя? Или тебя… - бормотала Лика, перебирая проводки.
-Ты разговариваешь со взрывчаткой?
-С умным человеком и поговорить приятно, - огрызнулась девушка – помолчи.
Решение пришло внезапно. Девушка каким-то шестым чувством поняла, какой провод нужно резать, чтобы не замкнуть запасную цепь. Трижды все тщательно перепроверив, она убедилась, что была права, и одним резким движением перекусила проводок.
Десантник издал испуганный вздох. Лика начала распутывать провода, висящие на парне, а затем, наконец, сняла с него треклятый жилет.
-Башкир! – гаркнула она – принимай работу!
В хижину заскочили Башкир и Беркут. Командир бросил беглый взгляд на взрывчатку, лежащую в стороне.
-Нужно соскрести со стен всю эту дрянь, не ровен час – рванет, - сообщила девушка – и позовите Эскулапа, солдатика подлатать не помешало бы!
И, не глядя на застывших сослуживцев, выкатилась на улицу и привалилась к стене хижины. Нервное напряжение начало волнами сходить. Только сейчас она поняла, что прокусила себе губу до крови, пока мудрила над проводами.
«Откуда же ты такая умная взялась, минерша?»
-Ну, Лик, ты меня удивила, - Башкир хлопнул ее по плечу – молодец, ничего не скажешь.
-Ну так ничего и не говори, - устало буркнула девушка.
Башкир коротко рассмеялся.
-Солдатик все жаловался, откуда мы такую колючую сапершу достали. Говорит, слово ей не скажи – тут же иголки выставляет.
-Я сейчас вернусь и замкну запасную цепь, - мрачно заявила Лика.
-Да ладно тебе, - махнул рукой Башкир - я ему объяснил, что бывает, если саперам говорить под руку.
-Спасибо, - хмыкнула Лика.
-Командир! – раздался голос Шайтана – мы с ребятами две духовских рации нашли!
-Сможешь перекрутить хотя бы одну на нашу?
-Думаю, да, но нужно время – ответил механик – но Джигит послушал включенную рацию, и у нас снова плохие новости.
Повисла тишина.
-Ну, говори уже, не томи, - обозлился Башкир.
-Духи знают, что мы в кишлаке, - громко сказал подошедший зам.кома – и они стягивают сюда силы на штурм.
Лицо командира застыло в нечитаемом выражении.
-Шайтан, сколько тебе потребуется времени восстановить связь?
-Чем больше, тем лучше. Сколько у нас есть?
-У нас его нет.
-Понял, - ответил Каркаров и испарился в неизвестном направлении.
-Рысь, бери СВД и занимай позицию. Лика, Башкир – на вас подходы к кишлаку. Переминируйте все, а то, вашими стараниями, духовские минные поля уже с тротуарами.
-А я говорил, что взрывчатка пригодится, - самодовольно заявил Башкир.
-Эй, пиротехники! – крикнул им в спину Джигит – тут у духов целая коллекция фейерверков. Интересно?
-Спрашиваешь еще! - отозвался Башкир – где они?
Джигит махнул рукой в сторону покосившегося сарая.
-Развлекайся, - хмыкнул он.
-У нас в запасе еще тротил из хижины, - напомнила Лика.
Башкир аж присвистнул.
Пока они копались на подходах к кишлаку, девушке в голову пришла блестящая идея.
-Предлагаю минировать именно там, где были заложены духовские заряды.
Сапер посмотрел на нее, как на ненормальную.
-Снаряд в одну воронку дважды не падает, - наставительно произнес он.
-Именно! – Лика аж светилась – И они думают так же, тем более, если среди них есть профессионал. Их минные поля будут для них самым безопасным местом.
Башкир задумался.
-А в твоих словах есть рациональное зерно, - наконец, изрек он, - но нужно будет еще от себя добавить. Недостатка во взрывчатке у нас не наблюдается.
Спустя час вся группа вновь собралась в главной хижине. Эскулап подлатал десантника, и тот немного разговорился, и сейчас напропалую балагурил с Джигитом, споря о преимуществах различных ножей. Каркаров копался с рацией.
-Какие есть мысли? – спросил группу Миронов.
-По поводу? – тупо произнес Эскулап, который снова засыпал на ходу.
-Как отбиваться будем, - огрызнулся Беркут.
-Командир? – Лика, как в школе, подняла руку.
-Слушаю.
-Я думаю, духи пойдут в атаку ближе к рассвету.
-Поясни.
-Мы всю ночь сидим, как на иголках, ждем атаки в любую секунду. Ближе к утру мы, наконец, вымотаемся, и нас всех будет клонить ко сну. Бдительность уже не та, и нас можно брать практически голыми руками. Также, кишлак находится на горе, а значит, на рассвете будет освещаться, в то время как подходы будут в темноте.
-Согласен с Иголкой, - внезапно подал голос десантник.
-Да ты, я смотрю, мне уже и погоняло придумал? – зашипела Лика.
-Ну, ты ведь так и не представилась, - ухмыльнулся десантник.
-Ты, между прочим, тоже, - огрызнулась девушка.
-Отставить перепалку! – рявкнул Беркут, и Лика притихла – кто согласен с планом Иглы? С сегодняшнего дня это твой боевой псевдоним, поскольку сама ты до сих пор не выбрала.
Сослуживцы довольно загомонили, и Лике пришлось смириться. И с псевдонимом, и с планом были согласны все.
-Тогда… Шайтан разбирается с рацией, Игла наверх – будешь дежурить, через два часа тебя сменят, остальным всем спать! Приказ ясен?
-Так точно! – хором отозвалась группа.
-Да, и десантуру наверх закиньте, на случай, если духи раньше полезут.
Лика едва не взвыла. Теперь ей обеспечено два самый невыносимых часа в ее жизни.
-Так ты представишься, наконец, или нет? – задал надоевший вопрос десантник, привалившийся к стене за спиной у девушки.
-Старшина второй статьи Игла, - мрачно отозвалась Лика.
-Э-э, ну так дело не пойдет, - засмеялся десантник – меня, например, Сергеем зовут.
-Алика, - после минутного молчания ответила девушка, напряженно вглядываясь в темноту ночи через бинокль.
-Ну, другое дело.
Глаза уже начинали слезиться.
-И как же тебя, Иголка, в такой необычный стог сена занесло? – снова подал голос Сергей.
-Попутным ветром, - удивительно, но в любопытстве десантника начинала видеть плюсы: его бесконечные вопросы не давали уснуть.
-Не, это не ответ. Я хочу знать, почему такая красивая девушка вместо каблуков и мини шастает в камуфляже и берцах, а вместо сумочки у нее вещмешок и автомат.
-В детстве неудачно головой ударилась, с тех пор такая ненормальная.
-Я не говорю, что ты ненормальная. Необычная – да, нестандартная – да. И к тому же очень талантливая. Я, признаться, начал прощаться с жизнью, когда ты вызвалась со взрывчаткой разобраться.
-Да я, вроде, не блондинка, - фыркнула Лика.
-Все равно было страшно. Тот мужик, который второй сапер, больше доверия внушал, но даже он не разобрался.
-Надеюсь, я не разрушила твои стереотипы.
-Нет, что ты. Слегка поколебала.
-Уже легче.
Снова тишина – жуткая, звенящая, мертвая.
-Ты так и не ответила на вопрос.
-Здорово, правда? – усмехнулась Лика.
-Я жду.
Девушка вздохнула.
-С детства в спецназ хотела. Пошла учиться в военно-морское училище, потом обстоятельства сложились так, что у меня появилась возможность сдать профтесты, и я ею воспользовалась. Сдала тесты, после учебки по распределению попала в этот отряд.
-А твоя специализация? Не отрицай, для девушки весьма оригинально быть сапером, тем более таким талантливым.
-Да ты мне, прямо-таки, льстишь.
-И в мыслях не было.
-Ну, - Лика вздохнула – тут все просто. Мне было интересно.
-Ты что, адреналиновый наркоман?
-Ой, думай, что хочешь.
-Эй, голубки! – раздался голос Джигита с лестницы – Расходимся. Лик, давай на боковую, смена караула.
Девушка облегченно выдохнула и передала Алиеву бинокль.
-Сладких снов, Иголка, - десантник улыбался во все тридцать два зуба.
-Да иди ты, - беззлобно фыркнула девушка, и, тихонько мурлыча себе под нос любимую песню, спустилась вниз.
-А что нам надо - да просто свет в око-онце…
А что нам снится – что кончилась война-а… - напевала она, перешагивая через спящих сослуживцев.
-Куда идем мы – туда, где светит солнце,
Вот только, братцы… Добраться б дотемна…

Глава 5.

"...Время все лечит, хотите ли вы этого или нет. Время все лечит, все забирает, оставляя в конце лишь темноту. Иногда в этой темноте мы встречаем других, а иногда теряем их там опять..."

Стивен Кинг "Зеленая миля"

В дверь директорского кабинета кто-то отчаянно забарабанил. Снейп поморщился.
«Да кто ж там такой вежливый».
-Войдите, - гаркнул он, снимая запирающее заклинание с двери и убирая потрепанную тетрадку в ящик стола.
На пороге возник Амикус Кэрроу. Грубый, вульгарный, беспринципный зам.директора Хогвартса раздражал Снейпа. Амикус никогда не вступал в схватку с кем-либо сильнее его, предпочитая противников, на порядок слабее. Интеллектуальный уровень преподавателя ЗоТИ был «ниже плинтуса», но всех, кто позволял себе дерзость подумать о нем в таком ключе, Кэрроу подвергал Круциатусу. Еще один приказ, который Снейп ненавидел от всей души, разрешал использовать Непростительные заклинания на территории школы.
-Что случилось, Амикус? – нахмурившись, спросил директор.
-Долгопупс снова пытается организовать подпольный кружок, - с отвращением выплюнул Кэрроу.
Северус порадовался, что догадался отдать приказ о том, чтобы о всех нарушениях сообщали ему лично. Самостоятельно Кэрроу бы таких дров наломал, что потом разбирать пришлось бы весь оставшийся год.
-Только он один?
-Еще Уизли.
«Уизли, у вас либо совсем нет мозгов, либо страх отшибло еще в раннем детстве».
Эта девчонка попадает в поле зрения директора уже не первый раз. Еще в бытность преподавания зелий ему семейка Уизли доставляла огромные хлопоты – чего стоили те же близнецы. А теперь Джинни нарывается почем зря. Ведь он не сможет вечно сдерживать кровожадность Кэрроу – когда-нибудь они проигнорируют его приказ на правах Пожирателей и начнут кидаться Круциатусами направо и налево.
-Неделя отработок у Филча. Обоим. Свободен, - директор взмахом палочки захлопнул дверь перед носом Амикуса.
После этого он с тяжелым вздохом откинулся на спинку директорского кресла и закрыл лицо руками.
-Ты неплохо справляешься, мой друг, - произнес со стены портрет Дамблдора, скрытый ото всех всеми возможными заклинаниями невидимости.
-В какой дурдом Вы меня засунули, Альбус?! – прорычал Снейп – Вы понимаете, что я банально не справляюсь с возложенной на меня задачей?! Через несколько дней этот же Амикус перестанет меня уведомлять о нарушениях и на правах моего зама будет чинить самосуд по всей школе!
-Но пока ты контролируешь школу – ученики все равно находятся в безопасности, - спокойно осадил его Дамблдор – и пока что ты прекрасно делаешь свое дело. От Гарри нет никаких новостей?
-Глухо, как в бочке, - мрачно ответил Снейп.
-А от Алики? – осторожно уточнил Альбус.
Северус до боли сжал кулаки, так, что костяшки аж побелели.
-Все по-прежнему, - прошипел он.
-Ничего, - успокаивающе заговорил Дамблдор – она сильная девушка. Она справится.
-Сильная девушка? А Вы хоть что-то о ее силе знаете? Вы знаете, что после того, как я фактически признался ей в предательстве, она не впала в депрессию, не ходила с убитым видом – она взялась за расследование, как только ей подвернулся случай! А он ей подвернулся практически сразу – когда дурак-Поттер начал кидаться моим заклинанием! И знаете, что? Она докопалась до правды. Она выяснила все, что ей было нужно, - Дамблдор молчал, и поэтому Северус продолжил – А Вы знаете, что в двадцать лет, когда она только добилась своей мечты и поступила в секретное подразделение, родители просто исчезли с ее линии горизонта? Они ждали от нее великих свершений, мировой славы – ведь она была таким подающим надежды ребенком – а она плюнула на их чаяния и пошла своей дорогой, поступила в секретку и, фактически, перестала существовать. Тогда ее родители вздохнули, помахали ей рукой, и, аргументировав тем, что она теперь важный секретный гос.объект и рядом с ней находиться опасно, укатили в закат! Вы понимаете, каково это? Вы понимаете, что эта девочка сильнее нас всех, вместе взятых?
-Ты прочитал это в ее дневнике? – мягко осведомился Дамблдор.
Снейп коротко кивнул.
Дамблдор вздохнул.
-Выходит, даже я о ней практически ничего не знал. Да, каждый человек хранит в своем шкафу множество скелетов, что я, что ты, что она, - произнес бывший директор.
И потом, немного помолчав, добавил:
-Расскажешь, что еще она там пишет?
Северус медленно открыл ящик и извлек оттуда тетрадь. Чем дальше он читал, тем больше поражался тому, через какие тернии пришлось пройти этой сильной девушке перед тем, как оказаться здесь, в Хогвартсе…

...Духи зашевелились немного раньше, чем планировалось. Лика распахнула глаза, чуть ли не подброшенная над землей взрывом, прогремевшим под стенами кишлака. Сослуживцы спешно вскакивали со своих нагретых мест, командир нещадно крыл матом дежурившего Эскулапа, который проглядел движение на подступах, а заодно и всех остальных членов группы. Башкир довольно ухмылялся:
-Понравились им, видать, наши гостинцы.
-Все на позиции! – гремел Беркут – Рысь – с «веслом»* - на крышу, прикрываешь наши жопы, живо, живо! Шайтан, сколько можно с гребанной рацией пихаться?! Результат будет, или тебя духам скормить?! Башкир, Игла, всех ворон пересчитали?! Тогда автоматы в руки и подчищать за своей пиротехникой!!! В качестве бонуса у вас один на двоих пулемет, давайте резче!
-Нам один пулемет закиньте!!! – проорал сверху десантник – я, хоть раненный, но не безрукий!
-Твое счастье, - мрачно пробубнила Лика, обвешиваясь пулеметными лентами.
-Эх, Ликуша-Ликуша, - с улыбкой покачал головой Башкир, таща на себе массивный пулемет ДШК – нормальные девушки носят ожерелья с сумочками, а ты пулеметные ленты с автоматами. Когда все пошло не так?
Невозмутимость сапера была непрошибаемой, и будь он даже сидящим на взведенной бомбе времен второй мировой, он бы и там продолжал шутить бы, а может быть, даже закурил свой любимый Беломор.
-Эй, народ! – раздался в молчаливом до этого момента наушнике голос Каркарова – меня слышно?
-Рация в порядке? – отозвался Беркут.
-Пока только между нами! Чтобы связаться с базой, надо еще немного пошаманить.
-Колдун недоделанный, - командир сплюнул и выругался –делай, скоро подпекать начнет.
-Башкир, а неплохо вы с мелочью картошку посадили, - раздался в наушнике голос Джигита – они прямехонько на гостинчики и бегут.
-Иголкина идея, - сапер аж светился от гордости за свою подопечную.
-Премию ей надо выписать, - философски заметил Шайтан – шоколадом.
-Зад слипнется, - внесла свою лепту Марина.
-Ну, у тебя же не слипся, - рассмеялся Игорь.
-Ты у меня на мушке, - прошипела девушка – сейчас всю красоту тебе отстрелю.
-Сама же пожалеешь, - фыркнул радист.
-Вы заткнетесь когда-нибудь, или нет? – взревел командир – Сейчас обоих пристрелю, черти!!!
-Ну, черт из нас только один, - философски заметила Рысь.
-Красотка, пулемет на два часа очень мешается, - возник в эфире Эскулап.
Звучный выстрел СВД – и духовский пулемет запнулся на полуслове и умолк. Зато заговорил свой, поливая длинными очередями из распахнутого окна на втором этаже. Секундой позже земля под ногами ощутимо вздрогнула – и тут же притаившихся у самых стен кишлака засыпало комьями земли.
-На своем же взлетели, - хмыкнул Башкир в рацию.
Над головой Лики что-то пронзительно засвистело и зажужжало.
-Это что? – перекрикивая свист, спросила девушка.
-А это, красотка, познакомься – шальные пули, - фыркнул сапер, выставляя дуло пулемета в дыру в заборе – ишь, совсем обнаглели, в лобовую поперли!
ДШК звучно застучал, обдавая девушку клубами порохового дыма и отстрелянными гильзами.
-Че рот раскрыла, бей прицельно! – рявкнул на нее Башкир, выводя из ступора.
Лика очнулась, и, ухватив автомат, высунулась слегка из-за ограждения. Она старалась не думать о том, что это – живые люди, что они так же ходят, дышат, чувствуют, что у них, возможно, есть семьи, которые их любят и ждут… Нет. Это враг. Враг сам взял оружие в руки. Враг напрямую угрожает им. В данный момент она напрямую защищает себя и своих сослуживцев. Не говоря о тысячах мирных жителей, страдающих от взбунтовавшейся кучки духов. Это не человек. Это – угроза для тех, кто рядом с ней и позади нее. Это – враг.
Выстрел. Отдача больно бьет в плечо – ощущение вроде и привычное, но в обстановке боля, когда все органы чувств обострены до предела, удар по ключице чувствуется очень хорошо. Афганец, как подкошенный, падает на иссушенную солнцем землю. Еще выстрел, еще.
-Слышь, красотка, я начинаю ревновать тебя к своей специализации!
-Всю жизнь мечтала, - огрызнулась в микрофон Лика.
-Перевожу с кошачьего, это был комплимент, - снова прокомментировал Шайтан.
Внезапно сидящий рядом сапер взревел и стал заваливаться на бок.
-Башкир? Башкир, в чем… - начала было Лика, но осеклась, увидев, как по руке и боку сослуживца расползается красное пятно.
-Пу… Пуле…Пулемет возьми…
-Но ты…
-Жить буду. Пулемет!.. – хрипло рявкнул сапер, зажимая окровавленный бок здоровой рукой.
И Лика вцепилась в пулемет. Тот снова загрохотал, выпуская едкие пороховые газы и обжигая лицо раскаленными гильзами. Оружие дергалось, билось и рвалось из рук сумасшедшей отдачей, но вскоре девушка приноровилась, очередями выкашивая наступающих духов. Она рычала, орала и материлась на чем свет стоит, под треск пулемета, когда кто-то с силой потряс ее, практически вырывая у нее из рук оружие.
-Лика! Лика! – надсадно орал голос прямо над ухом, который воспалившееся сознание идентифицировало, как командирский.
-Беркут… Там Башкир…
-Жив он, жив, отцепись ты бога ради от пулемета!!! Они отошли, слышишь, отошли!!!
-Отошли… - эхом повторила девушка.
-Та-ак, ну-ну, не раскисать тут! Дойдем до хаты, там хоть в астрал выходить можешь, - Миронов закинул ее руку себе на шею и почти волоком потащил в хижину.
И только здесь ее накрыло по-настоящему. Когда напряжение и адреналин первого боя схлынули, девушку начало колотить. Колотило изнутри, и со страшной силой. А потом Лика сложилась пополам и еле успела выскочить обратно во двор. Ее выворачивало чуть ли не наизнанку и лихорадило с прежней силой, а в голове оглушительно ревела одна-единственная мысль.
«Ты убила человека. Ты убила людей. Много людей. Ты – убийца».
Лика бессильно свалилась на траву. Сквозь лихорадку она почувствовала, как кто-то бережно стирает ей с лица грязь, умывает чистой водой, приподнимает, осторожно поддерживая за спину.
-Ну-ну, моя хорошая, тише-тише, - проговорил непривычно мягкий женский голос, который принадлежал их единственному снайперу – все в порядке, все нормально…
-Я… убила… - как заведенная, бормотала Лика.
-Шайтан, флягу!!! – рявкнула Марина, и тут же зашептала ей на ухо – все в порядке, моя хорошая, все нормально…
Внезапно ей в нос ударил запах чего-то крепкого, а затем голос, вмиг наполнившийся сталью, скомандовал:
-Пей!
И Лика послушно сделала несколько крупных глотков. Жидкость, оказавшаяся крепчайшим коньяком, обожгла горло и пищевод, после чего на девушку вылилась приличная шайка ледяной воды. Лечение, на удивление, сработало.
-Пришла в себя? – участливо спросила Маринка – А теперь слушай меня. Спецназ не убивает. Спецназ устраняет угрозу. Спецназ защищает своих и чужих близких от опасности. Поняла меня?
Лика часто закивала.
-Вот и умничка. Дайте ей воды попить! – скомандовала Марина.
У девушки в ту же секунду в руках оказалась жестяная кружка с холодной водой.
-Где ж вы ее... охладили? - задала первый мучивший ее вопрос Лика.
Сослуживцы с облегчением выдохнули.
-Подвалы здесь глубокие, - устало улыбнулся ей Джигит.
-А Башкир… Стойте, что с Башкиром?! – девушка вскочила на ноги.
-Тише, сейчас с ним Эскулап воюет, - успокоил ее Беркут.
-Командир! Рация готова!!! – раздался пронзительный вопль Шайтана, и механик, сияя как сто тридцать атомных галактик, вытащил железный ящик и поставил его перед Мироновым.
-И эта шарманка заговорит? – скептически приподнял бровь Джигит.
-Э-э-э, брат,– Игорь раскинул руки в стороны – запоет!
-Пихта, Пихта, я Путник, прием! – рявкнул в рацию Миронов.
Из рации послышались хрипы и глухое рычание.
-Пихта, я Путник, прием!
-Беркут, все черти ада тебя задери! Где тебя, урода, носит?! – взревела рация.
-Связь накрыло взрывом, - ответил командир, выразительно глядя на стушевавшегося Шайтана – какие будут указания?
-Информация с тобой?
-Со мной. Десантник один живой, хотя раненый.
-Хорошо, - пролаяла рация – мы вас видим со спутника, к вашему кишлаку движется крупная колонна духов.
-Наши действия?
-Отходите на запасную площадку. Через час по кишлаку и колонне отработает авиация. Вертушка к вам уже вышла. Приказ ясен?
-Так точно!
-Действуйте! – рявкнула рация, и с хрипом отключилась.
Командир перевел дух.
-Лик, ты как?
-В норме, - выдохнула девушка.
-Тогда бегом минируй подходы и сам кишлак. На все про все у тебя сорок минут.
Со второго этажа раздалось сиплое «Расплеска-а-алась синева-а-а, расплеска-а-а-алась…».
-И снимите оттуда уже этого клоуна, кто-нибудь.
Как ни странно, но чтобы зарядить подступы к кишлаку и всю территорию, ей хватило тридцати четырех минут. Правда, она запрягла Шайтана помогать ей ворочать редкие бочки с горючим, зато она теперь не сомневалась в своем успехе. Правда, поторопиться им же все-таки пришлось: командир для правдоподобности принял решение заманить духов в кишлак, но они пошли в такое рьяное наступление, что «Пилигриму» понадобилось уносить ноги из треклятого поселения со всей пролетарской сознательностью.
Сергей за ночь очухался и пытался самостоятельно бежать, и даже отстреливаться от духов, что ему, как ни странно, удавалось. Джигит и Эскулап тащили на себе раненого Башкира, периодически проваливавшегося в бред, а то и терявшего сознание. Шайтан топал впереди, в то время как командир и Рысь с Ликой прикрывали их сзади. Уже отойдя на приличное расстояние от кишлака, Лика увидела огненные столбы, взметнувшиеся к нему, а следом гулкий стрекот. Авиация благополучно отработала.
-А ты хорошо кишлак зарядила, - ухмыльнулась Марина.
-Ты знаешь, - на секунду выпав из реальности, сказала Лика – а ведь на самом деле я боюсь огня.
Железная дверь с грохотом закрылась, слегка заглушая свист разгоняемых лопастей. Группа, в полном составе, сидела в старушке-Ми-8, летающей на честном слове.
-Ну что, ихтиандры? – задорно подмигнул десантник – как вам наша работка?
-А Вам как наша, товарищ одуванчик? – в тон ему ответил Джигит, и все обитатели вертушки, включая Башкира, дружно расхохотались.
Именно в этот момент Лика почувствовала жгучую боль в левом плече. Непроизвольно уцепившись за него, девушка заметила расползающееся красное пятно.
-Черт, - прошипела она сквозь зубы.
-В чем дело? – к ней оглянулся Миронов, пока она стаскивала рукав.
-Фигня, царапина, - отмахнулась девушка.
Пуля действительно прошлась по касательной, раз Лика ее не заметила, и все же Эскулап не упустил возможности поколдовать над ней со своими чудесными склянками и бинтами.
-Поздравляю с первым боевым вылетом, - серьезно произнес командир – Боец Игла.
Лика, нет, Игла – отныне только так – оглянулась вокруг. Вся группа смотрела на нее с теплотой и дружеским пониманием.
«Неужели я нашла, наконец, свое место?» – метнулась в голове мысль.
Вертушка мерно гудела и стрекотала, унося обратно в своем чреве измученную, но счастливую разведывательно-диверсионную группу «Пилигрим», из недружелюбного и смертельно опасного Афганистана домой, на родину.
-Эх, черти, и хорошие же вы ребята! – приваливаясь к вещмешку Иглы, сказал десантник Сергей Шахов и мирно прикрыл глаза. 

Глава 6.

"...Два человека смотрели сквозь прутья тюремной решетки: один видел грязь, а другой — звезды..."

Стивен Кинг "Сердца в Атлантиде"

В этот раз Алика проснулась от ощутимого тычка ботинка по печени. Инстинктивно перекатившись на другой бок и стуча зубами от пронизывающего холода, стоящего в камере, она молниеносно вскочила с пола, готовая ко всему.
-Хорош дрыхнуть, скотина, - прорычал охранник, делая шаг назад – приведи себя в порядок, сейчас из Министерства придут.
Алика поморщилась.
«И из-за такого пустяка меня стоило будить?»
-Как придут, так и уйдут обратно, - огрызнулась она, волком глядя на охранника.
-Да как ты смеешь, поганая гря… - бугай замахнулся в попытке залепить ей смачную пощечину.
Алика оказалась быстрее. Слегка присев, она пропустила руку охранника над собой, после чего быстро ее перехватила и, двинув коленом по почкам, завернула за спину. Амбал задергался и зашипел.
-Ты хоть думай, на кого руку поднимаешь, скотина, - прорычала она бугаю, сложившемуся пополам – я женщина хрупкая, нервная, могу и прибить ненароком.
Пока охранник бормотал проклятия в ее адрес, она живо засунула руку в его карман, выгребая содержимое.
-А теперь проваливай, - девушка резко отпустила руку амбала и отвесила ощутимого пинка, от которого тот сильно качнулся и поскорее выскочил за дверь.
-Козлина, - сплюнула она, слыша знакомый лязг замка.
Пора было разобраться с уловом, который она выгребла из карманов бугая. Здесь было два коробка маггловских спичек, несколько пачек сигарет и три плитки шоколада. Алика издала хриплый смешок.
-Живем, подруга, - выдала она, убирая улов под тонкий матрас.
Нельзя было, чтобы его кто-нибудь заметил. А шоколад был нужен. Очень нужен. Охране он, видимо, полагался из-за «плохих условий» работы, но до них дыхание дементоров и прочие прелести этих милых существ слабо доходили сквозь толстенные стены камер и тяжелые железные двери, а вот узники имели с пожирателями светлых эмоций самый тесный контакт.
«Что ж, охране придется немножко погрустить».
Она, как и любой нормальный заключенный, питала искреннюю и жгучую нелюбовь к стражам порядка в тюрьме. Местная охрана вызывала еще большее отвращение, чем в обычных российских колониях. Там конвоиры просто исполняли свою работу, и их существование особо не отравляло зечкам жизнь, кроме того, что они пресекали любую недозволенную деятельность. Здесь же охрана была набрана, кажется, из самых отъявленных садистов. Им доставляло огромное удовольствие вломиться в камеру к особо слабым заключенным, попинать их на потеху другим сменщикам, а то и подомогаться.
Алику тоже было сначала записали в категорию «Особо слабых», но после первой сломанной руки и выбитой челюсти к ней особо перестали соваться. Правда, это ее устраивало только первые дни, когда она переосмысливала свое положение и предавалась унынию. Потом она заскучала. Хорошая стычка с охраной заставляла почувствовать себя реальной, настоящей, а не призраком этой камеры.
«Если ты чувствуешь боль, значит, что ты все еще живая».
Следующим ее открытием стало то, что вследствие постоянного контакта со столь отвратительными личностями, как заключенные, и постоянного соседства с дементорами, у охраны совершенно никудышная нервная система и слабая психика. Тогда она стала планомерно изводить охрану Азкабана, завывая своим охрипшим от сырости и холода голосом хорошо зазубренные еще в бытность практики блатные песни.
-Районный прокурор, при галстуке, с портфелем, - взлетали хриплые трели к потолку Азкабанской камеры.
-Судья обряд одел, лениво начал тему.
-Эй, ты, там, завали пасть! – рявкнул через дверь охранник.
-Привстаньте, господа – здесь слушается дело! – нахально проревела Алика, заглушая отборную ругань охранников.
В двери с противным лязгом загремел ключ.
-Фамилия моя знакома в этих стенах!
Дверь с грохотом распахнулась.
-А для вас я никто! – рявкнула девушка, издевательски глядя в лицо охране.
-Если ты не заткнешься…
-Как и вы для меня! – выплюнула девушка, после чего на нее обрушилось двойное круцио.
Первый раз прошел неудачно и закончился провалом. Приходила в себя она долго. Видимо, пока она каталась по полу и совершенно натурально выла, ее еще успели приложить по голове чем-то тяжелым. Что ж, поделом. Время менять тактику. Девушка с шипением перекатилась на спину и едва слышно ойкнула, задев ушибленный бок.
-Эй, смутьянка! – раздался глухой незнакомый голос откуда-то сверху.
-Я сдохла? – сипло осведомилась Алика.
-Пока что нет, - хмыкнул голос.
-Значит, глюки, - решила девушка, - что ж, уже пора, давненько как-никак сижу тут.
-Ты еще мало сидишь, - фыркнул голос – я сижу, эдак, раза в четыре подольше тебя. И, кстати, я вполне реален.
-И как же тебя зовут, реальный ты наш?
-А тебя? – парировал голос.
-Намек ясен, - согласилась Алика – ну что, сосед, давай знакомиться. Стоп, а как я тебя вообще слышу? И как я тебя раньше не слышала?
-А ты башку подними, - посоветовал голос.
Алика задрала голову и увидела на стенке решетку вентиляции.
-А-а-а, - понимающе брякнула она.
-Я вообще не имею привычки заговаривать с соседями, к тому же, тебя сюда закинули недавно. Но вчера ты своими подвываниями уж больно мне кое-что напомнила.
-И что же? – с вызовом спросила Алика.
-Скажи, Смутьянка, ты случаем не русская?
-Ну, русская. И что с того?
Сосед хрипло рассмеялся.
-Ну, привет, землячка, я тоже русский.
Теперь Алика издала нервный смешок.
-И как же ты здесь, русский, оказался?
-Где именно – в Азкабане или в Магическом Мире Британии?
-И там, и там, - хмыкнула Алика.
-Ну, в Британию меня притащили мои опекуны. До восьми лет я жил в детском доме, потом меня усыновили. А потом в одиннадцать лет прилетела сова из Хогвартса, и вот пожалуйста – я, оказывается, волшебник.
-Понятненько, - вздохнула Алика – а за решеткой как оказался?
-Применил непростительное. Это все подробности, - Сосед помолчал – а ты?
-За кровь. Точнее, ее нечистоту.
Сосед вздохнул.
-Эх, слышал я про этот бред, - мужчина выстроил сложную и витиеватую конструкцию из истинных русских ругательств, от чего Алика непроизвольно рассмеялась.
-Давно не слышала русской речи, - пояснила она.
Следующие налеты на охрану, так сказать, увенчались большим успехом. Стража вламывалась в камеру, когда Алика стояла за дверью, и не успевала охнуть, как девушка выскакивала из укрытия, раздавая тумаки и выгребая содержимое карманов.
-Эй, Сосед, - говорила она, подтягиваясь на прутьях решетки – гостинцев завезли.
Передавала ему часть того, что наворовала у охраны, а тот взамен ей рассказывал новости, услышанные им бог весть от кого. Так что, Алика особого информационного голода не испытывала.
-Соседушка, - окликнула она в этот раз мужчину – сегодня в меню деликатесы.
Просунув сквозь решетку плитку шоколада, она услышала радостный вскрик.
-Черт побери! – совершенно искренне радовался взрослый мужик небольшой плитке шоколада – Как тебе удалось?
-Ловкость рук, и никакого мошенничества, - ухмыльнулась Алика, спрыгивая на пол.
Это было сделано вовремя, поскольку в замке снова закопошился ключ, и дверь со скрежетом распахнулась.
-Ну вот, еще один клоун пожаловал, - пробурчала Алика, усаживаясь в позу лотоса на свой жиденький матрас.
-Кхм, - раздалось от двери.
Девушка лениво подняла взгляд на вошедшего. Это был мужчина лет пятидесяти, с желтовато-светлыми волосами мутными маленькими голубыми глазками, цепким взглядом окинувшие ее фигуру, прислонившуюся к стене. Следом за мужчиной вошли два охранника и наставили на Алику палочки. Девушка скептически оглядела их и презрительно фыркнула.
-Я член комиссии по учету маггловских выродков, - величественно сообщил мужчина.
-Я безумно рада за вас, - хмыкнула Алика – только вот подарка, к сожалению, приготовить не успела.
-Не паясничайте, - процедил мужчина.
Алика вздохнула.
-Хорошо, тогда давайте побеседуем. Как Вас зовут? – мягко спросила она, глядя в глаза мужчине.
-К-корбан Яксли, - ответил Яксли, не расцепляя зрительного контакта.
-Отлично, - улыбнулась девушка – а я Алика. Так что тебе здесь надо, Корбан?
-Мне нужно знать, где Гарри Поттер, - ответил Яксли.
-Гарри Поттер… - вдумчиво произнесла Алика – А ты случайно не один из прихвостней Волан-де-Морта?
-Я… - Яксли заморгал – Да что здесь, ради Мерлина, происходит?! Это я должен вести допрос, а не ты, ничтожная грязнокровка!
Алика хрипло и надсадно расхохоталась.
-Во, лошара, - в перерывах между приступами хохота выдавала она – только пришел, а уже обосрался, - девушка чуть не рыдала от смеха.
-Круцио!!! – взревел Яксли, и девушка послушно повалилась на пол и заверещала.
Яксли совершенно точно был Пожирателем, и ему необходимо было знать, что Непростительные действуют на нее так, как надо. Ей нужен был туз в рукаве. На будущее. А когда уже придет время, то она сама сделает ход. С козырного туза.
Боль схлынула.
-Я спрашиваю еще раз, - вкрадчиво проговорил Яксли – где находится Гарри Поттер и его друзья? Где они скрываются? Что тебе о них известно?
Алика ехидно ухмыльнулась.
-То есть, они не у вас? – она злорадно захихикала – Вы их ловили и, как обычно, сели в лужу? Облажались? Провалились?
-Отвечай!!! – прошипел Яксли.
-Что ты гонишь, мусор, шнягу не по делу, - хриплым альтом пропела Алика, разглядывая свой несуществующий маникюр -
Что ты паришь мне про нары и конвой…
Третья строчка у нее смялась под натиском Круцио.
-…Что пугаешь, падла, бабу Колымой, - прошипела она в спину уходящему Яксли и выдала лающую очередь безумного хохота.
Как только тяжелая дверь захлопнулась, она услышала смех из соседней камеры.
-Ой, не могу, - ржал Сосед, захлебываясь и подвывая – ну и устроила же ты комедию, Смутьянка.
-Обращайся, - огрызнулась Алика.
Веселье как рукой сняло.
-А вообще я хотел с тобой серьезно поговорить, - внезапно успокоился Сосед.
-Валяй, - бесцветно согласилась Алика.
-В Пророке пишут, что началась новая волна судов над грязнокровками, - сообщил мужчина – догадываешься, на что я намекаю?
-Еще как, - выдохнула девушка.
Она скоро отсюда выберется. Она сможет сбежать.
Мысли завертелись в голове на страшной скорости.
-Так что давай, землячка, не подведи, - ухмыльнулся Сосед – я на тебя поставил.
-С кем?
-С дементорами, - фыркнул мужик.
Алика немного подумала.
-Кстати, о дементорах, - она развернула пачку шоколада и отломила три дорожки, спрятав их в карман – на, возьми, может, пригодится.
Она снова подтянулась на прутьях решетки и перекинула полторы плитки шоколада. Восхищенный вздох Соседа согрел ей душу.
-Теперь я точно уверен, что ты – русская, - тихо произнес он.
-Держись, земляк, - хмыкнула Алика – я ведь тоже на тебя поставила.
В душе разгорался уже знакомый адреналин, живительным огнем побежавший по жилам. В конце темного, сырого, пахнущего плесенью и безысходностью тоннеля забрезжил свет. Она была готова действовать. В этот раз она не облажается.