Игра

Глава 1

Глава 1.

Начнем пожалуй с конца.

Я горю… Да, да. Прям качественно так. Горю и ору! Не сказать конечно, что пламя до небес, но полыхаю я знатно. Зрелищно. Как главная новогодняя елка на площади. Любо дорого посмотреть в общем. А ор стоит такой, что черти в преисподней наверняка крестятся и трава легла по округе, как при урагане. Пахнет паленым шашлыком, только вот стола с закусками я не вижу! Зато есть уже подрумяненный я. Металлический столб, к которому я привязан раскалился до красна и спинной мозг вот-вот закипит. Вонь от трескающихся в огне ногтей и обугленной кожи проникает в мозг и меня тошнит на самого себя остатками желчи. Пытаясь не потерять сознание, одновременно дергаю связанными конечностями и уже не сдерживаюсь в проклятиях и обещаниях скорой смерти своим изуверам. Эти волосатые придурки внимательно следили, чтобы мое бренное тело не сдохло сразу, а старательно оттягивало момент расставания с душой. Периодически, разбрызгивая липкую субстанцию на верхнюю половину тела, они шарахались в стороны от жара и моих воплей. Растекаясь по плечам и груди, жижа словно застывала на короткий срок и давала ощущение прохлады. Видите ли, им нужно было поддерживать жизнь во мне, до того момента, пока Ихний главный не закончит свои опыты.

Не было никаких ярких картинок про потраченную напрасно жизнь. Земля подо мной не открывала свое чрево чтобы поглотить меня. И тем более, никто не собирался спускаться за мной обмахиваясь белоснежными крыльями. Была боль. Без примесей. Яркая и чистая. Как шкала, которая пульсировала на периферии зрения, показывая 37 процентов. Сознание зацепилось за этот странный объект и автоматически дало команду на опознание. Уже 40 процентов. Первую волну «Атаки» я просрал, когда отвлекся на изучение ощущений трескающихся от жара ногтей. За ней должна была быть вторая, более яркая и долгая. Вот ее я и ждал, чувствуя, что наконец то докопаюсь до сути и разберусь что это за шкала появляется перед моим внутренним взором.

- Он почти пустой. Заканчивайте с ним! – Сытно хрюкнул командный голос, и шкала начала отдаляться, меняясь местами с плывущим изображением действительности. Цифры быстро нарастали.

Жар от огня усилился. Кожа на лице начала плавиться. Живот лопнул словно зрелый арбуз и кишки вывалились на угли. Я уже не орал, а визжал как порося к праздничному столу. Ступни превратились в угли. И проволока, которой я был привязан к столбу, начала распиливать мое тело, прожигая себе путь по живому. Один из уродов оттопырил большой палец на руке и одобрительно закивал головой своему соседу. Затем посмотрел куда-то в бок и испуганно сжался, выставив руки. В следующее мгновение сознание снова моргнуло и в морду мне прилетела мокрая половая тряпка. Я открыл глаза и понял, что опять не успел…

-Ах ты ирод неугомонный! Да сколько можно то! – Запричитала старенькая женщина. – Все лежат себе молча болеют, а он опять за свое! Шож ты людей та пугаешь, изверг. Вот закончиться моя смена - я те покажу Кузькину жопу!

Почему именно Кузькину и именно эту неприглядную часть тела, я подумать не успел. В лицо опять прилетела вонючая мокрая тряпка. Потом еще раз и еще. Главная и бессменная уборщица всея больницы, в которой я имел честь возлежать, не имела привычки церемониться ни с кем. И со мной тоже. Вырванный из глубокого транса, я начал отплевываться и пытаться увернуться, но получалось плохо. Паралич почти всего тела не способствует резким перемещениям в пространстве знаете ли. Баба Маша действовала грубо, но безусловно эффективно!

- Да все, все! Больше не буду! – заорал я. – Ну хватит уже, баб Маш! Тьфу.. тьфу… Вы опять хлоркой что ли моете? Есть же всякие Гоместасы. Что вы издеваетесь над народом, воняет же!

- Это я-то издеваюсь?! – вскинулась уборщица. – Ах ты огрызок недоделанный! Ты посмотри, что ты с новеньким сделал! И кто еще издевается, а?!

В углу двухместной палаты, между кроватью и батареей, сидело новое тело, которого мне подселили два дня назад. Вжимаясь в стену, и испуганно вращая глазами, мужик тихонько поскуливал и на автомате поглощал простыню. Волосы стояли дыбом и губы непрерывно шептали:

- Отчим наш, ежели сим на небесим, отчим наш, ежели сим на небесим…

- Кх- кх – кх. Отчим. - Заржал я, довольный произведенным эффектом. Орал я громко. Похоже, что в этот раз даже пытался доораться до Москвы, чем вызвал приступ безудержного энуреза у соседа по палате и очередной нагоняй от старушки.

– Скучно, баб Маш. Развлекаюсь как могу. – Сказал я и покосился на свое безжизненное тело. Мертвяки, которых я видел периодически, и всяческие другие галлюцинации, не были единственным достижением моей бренной тушки. Там был полный набор юного падавана. Паралич всей нижней половины туловища, аритмия сердца, насморк. И наконец повреждение коры головного мозга, из-за которого мои глюки имели порой контролируемый эффект. Проще говоря я мог придумывать себе все, что захочется и ощущать почти так же, как будто это происходило со мной наяву. Но получалось не всегда.

Началось все со скандала с соседом и его чокнутой бабки. Я жил в ипотечной хрущевке на Маркина. Мать жила неподалеку, через квартал и занималась тем, что ходила в храм и упорно пыталась сосватать мне очередную пассию из “хорошей” семьи. А я занимался установкой сплит – систем и тем, что модно называть, поиском себя. В свои неполные тридцать имел один развод, потертого сандерика первого поколения и головную боль. От бесконечных телефонных причитаний драгоценной маман и ночных посиделок буйных соседей. И если первая проблема решалась путем сбрасывания звонка и перевода телефона в авиарежим, то вторая - в ту ночь разошлась не на шутку. В принципе, алкаши очень милые создания, когда смотришь про них ролики на Утубе или кто-то рассказывает анекдот. Но не тогда, когда они твои соседи... Обычно к двенадцати алкоголь всегда заканчивался и после невнятных разговоров, слышался стук падающего тела и храп. Но на часах было полвторого и явственно потянуло дымом. Сгореть в пожаре не входило в мои планы и злой как собака, я поднялся на площадку соседа, намереваясь отбить желание пить с его уникальной печенью.