Я пялюсь на цифры над дверью лифта — с каждым этажом они увеличиваются. В кармане вибрирует телефон. Достаю — сообщение от Кирилла: «Внимание. Ведьма тебя ищет».
Прекрасно! Запихиваю телефон обратно, тяжело выдыхаю: возиться с ее закидонами сегодня меньше всего хочется.
Двери лифта расползаются в стороны, я выхожу быстрым шагом, поднимаю взгляд — и краем глаза ловлю ее. Делаю вид, что не замечаю, сворачиваю к Марине, своей ассистентке.
— Илья Сергеевич, — слышу за спиной строгий голос.
Я продолжаю идти.
— Кхм! — демонстративно прочищает горло. — Илья Сергеевич, не игнорируйте меня.
Чувствую, как поднимается давление.
Ноздри раздуваются, я разворачиваюсь на голос — и вот она. Самый выводящий из себя сотрудник на планете. Умная, властная, самоуверенная и до невозможности занудная.
Катя Лаврова — мой личный заклятый враг. Официально самый злобный персонаж нашего офиса. Звание, между прочим, честно заработанное.
Я натягиваю вежливую улыбку:
— Доброе утро, Екатерина.
— Нам нужно поговорить.
— Девять утра, понедельник. Вообще-то это худшее время для… — поднимаю пальцы, изображая кавычки, — «поговорить».
Иногда мне кажется, что все выходные она сидит и придумывает, как бы посильнее мне испортить понедельник.
— Найдите время, — роняет она тоном командира.
Провожу языком по зубам. Эта женщина держит меня на коротком поводке и отлично об этом знает. Она — отбитый компьютерный маньяк, который спроектировал нашу новую систему. Екатерина понимает, что без нее все встанет, и главное, как же она этим пользуется.
Катя разворачивается и идет к своему кабинету, распахивая дверь почти что с ноги:
— Я быстро.
— Даже не сомневаюсь, — криво улыбаюсь и на секунду представляю, как захлопываю дверь перед самым ее носом. Прохожу внутрь.
Она опускается в кресло:
— Присаживайтесь, пожалуйста.
— Я постою. Вы же обещали быстро, помните? — Она поднимает бровь, я отвечаю таким же тяжелым взглядом. — Что случилось?
— До меня дошла информация, что в этом году я не получу четырех новых стажеров. Почему?
— Не надо делать вид, что вы не в курсе. Вы прекрасно знаете ответ.
— Почему эти места отдали сотрудникам за границей?
— Потому что это моя компания.
— Это не ответ.
У меня в висках начинает стучать пульс, я чуть задираю подбородок. Никто не умеет так меня выводить, как эта женщина.
— Лаврова, я не обязан отчитываться перед вами за то, как управляю «Мельников Медиа». Я отвечаю перед советом директоров. И только перед ним. Хотя, знаете… — прищуриваюсь, — меня начинают напрягать ваши мотивы.
Она тоже щурится:
— Это еще что значит?
— Ну если вам здесь все настолько не нравится, зачем вы вообще продолжаете тут работать?
— Что?
— Есть миллион других компаний, куда вы можете уйти. Но вы упрямо сидите именно здесь и жалуетесь на каждую мелочь. Честно? Уже не смешно.
— Как вы смеете!
— Напомню, никто не незаменим. Я с радостью подпишу ваше заявление. Более того, премию сверху выплачу, лишь бы вы ушли.
Она упирает руки в бока:
— Мне нужен письменный отчет по стажировкам, которые вы забрали у московского офиса, и ваше объяснение. Аргумент «потому что это моя компания» меня не устраивает. И знайте, я лично подниму этот вопрос на совете директоров.
Ну конечно поднимет. Я чувствую, как внутри все начинает закипать.
— И не закатывайте глаза, — ворчит она.
— Екатерина, из-за вас мне уже нужна пересадка глаз — столько раз мне приходится их закатывать.
— Взаимно.
Мы сверлим друг друга взглядом. Сомневаюсь, что испытывал такую же ненависть к кому-либо еще.
В дверь стучат.
— Войдите! — отзывается она.
В дверном проеме появляется Кирилл, как я и ожидал. Он вечно возникает за минуту до того, как я взорвусь, то у меня в кабинете, то у нее.
— Илья, можно тебя на пару слов? — спрашивает он и кивает Кате с улыбкой: — Доброе утро.
— Мы еще не закончили, Кирилл. Подождете, — отрезает она.
— Мы как раз закончили, — говорю я и поворачиваюсь к двери. — Если у вас будут еще жалобы, а они, без сомнения, будут, — милости просим в отдел кадров.
— Не пойду, — мгновенно отбивает она. — Вы — генеральный директор, и все вопросы я буду обсуждать с вами. Хватит тратить мое время, Илья Сергеевич. Я с удовольствием доложу совету директоров о вашей некомпетентности. Поверьте, материала у меня полно. Я хочу, чтобы стажерские места вернули в московский офис немедленно.
— Этого не будет.
Она переставляет бумаги на столе:
— Отлично. Тогда увидимся во вторник на совете директоров.
Кладу обед в сумку и оглядываюсь в поисках ключей.
— Я пошла! — кричу Рите.
Рита высовывается из ванной, замотанная в белое полотенце, а второе повязала тюрбаном на голове.
— Смотри, только не возвращайся поздно, ладно? — говорит она. — Я не хочу, чтобы все выглядело странно, когда он приедет.
— Да-да.
— Я серьезно. Хочу, чтобы он почувствовал себя желанным гостем. Поэтому хорошо бы нам обеим быть дома в день, когда Даниил будет заселяться.
Я закатываю глаза и снова вожу взглядом по комнате. Где же эти ключи?
— С чего ты взяла, что ему вообще нужно, чтобы его кто-то «заселял»?
— Просто, по-моему, это хороший тон — произвести нормальное первое впечатление.
— Ладно, поняла.
Наконец замечаю ключи в маленькой корзинке на журнальном столике. Ага, вот вы и нашлись.
— Я сегодня в обед заберу наши формы для волейбола, — кричит Рита из ванной.
Я ухмыляюсь. Господи, помоги нам: мы с этой недели начинаем играть в волейбол в зале. Мое первое «соревнование» со школьных времен.
— Жду не дождусь, — кричу в ответ. — Надеюсь, форма идет в комплекте с дефибриллятором. Я такая дохлячка, что могу прямо на площадке словить инфаркт.
Рита смеется, разматывая полотенце на голове.
— У тебя в офисе же зал есть, почему ты им не пользуешься?
Я направляюсь к двери.
— Знаю, мне правда пора перестать лениться.
— Как думаешь, мне приготовить Даниилу праздничный ужин сегодня? — доносится из комнаты.
Я морщу нос.
— Почему ты так рвешься быть с ним идеальной хозяйкой?
— Я не рвусь.
— Он тебе нравится, что ли? — я прищуриваюсь. — Я что-то не помню, чтобы ты так же носилась с нашим прошлым соседом.
— Потому что он был занозой в заднице, — парирует Рита. — И, вообще, Даниил новый в городе, только сегодня приезжает, никого не знает. Мне его жалко.
— Он персональный стилист, у него точно найдутся свои гламурные дружки, с кем можно будет потусоваться, — бурчу я.
— Поправочка: он выпускник факультета моды, который переехал в Москву, чтобы стать успешным стилистом. Это большая разница.
Я закатываю глаза:
— Ладно. Увидимся вечером.
Спускаюсь по лестнице, через три пролета вываливаюсь на улицу и иду к метро. До кольцевой всего три станции, но пешком все равно далековато.
Жду на платформе, и вскоре приходит мой поезд. Захожу и сажусь.
За эти годы я поняла, что это самые странные двадцать минут моего дня. Как будто проваливаюсь в тоннель времени: сажусь, оглядываюсь — и в следующий момент уже каким-то чудом приезжаю. Наверное, впадаю в ступор: не помню, о чем думаю, не понимаю, куда девается время. Просто каждый день теряю двадцать минут, размышляя о чем-то, что даже вспомнить потом не могу.
Выхожу на своей станции, поднимаюсь наверх и иду к офису. Я работаю в центре Москвы, и на углу, по диагонали от здания «Мельников Медиа», стоит небольшая кофейня. Там вечно битком: люди забегают, выскакивают — кто на работу, кто на встречи.
— Привет, красавица, — говорит Миша.
— Привет. — Я невольно улыбаюсь.
Миша — здешний бариста, который, кстати, по мне сохнет. Он милый, симпатичный, добрый… и, к сожалению, внутри у меня — ноль реакции каждый раз, когда он со мной говорит. Обидно, если честно. Он реально классный парень. Если в мире и есть кто-то стопроцентно «правильный» для меня — это Миша. Жаль, нельзя выбирать, кто тебе нравится. Так было бы куда проще жить.
— Как обычно? — спрашивает он.
Я сажусь у окна.
— Да, пожалуйста. — Окидываю взглядом зал.
Миша готовит мой кофе и приносит к столику.
— Что нового? — интересуется он.
— Да особо ничего. — Я беру чашку, над кофе поднимается пар, и я чуть-чуть на него дую. — Думаю наконец-то записаться в спортзал на работе.
— Да? — Миша бросает взгляд на здание через дорогу. — У вас там и зал есть?
— Огромный, на четырнадцатом этаже.
— Ха, кто бы знал. Платить надо?
— Нет, для сотрудников бесплатно. — Делаю первый глоток.
Миша хмыкает, делая вид, что протирает соседний столик.
— Мы можем ходить вместе, — предлагает он и подмигивает.
— Извини, он только для сотрудников.
Миша грустно вздыхает.
Мы смотрим, как к зданию «Мельников Медиа» подруливает черный «бентли». Водитель выходит, открывает заднюю дверь, и из машины появляется Илья Мельников. Утреннее шоу, которое мне приходится лицезреть каждый день.
Мой взгляд скользит по фигуре человека, которого я терпеть не могу. Сегодня на нем темно-синий полосатый костюм и белая рубашка, темные волосы лежат в идеальном творческом беспорядке. Я смотрю, как он одной рукой застегивает пиджак, а другой держит портфель. Спина прямая, поза уверенная до наглости. Само олицетворение самоуверенности.