Игра в снежки

Глава 1

Снежана

Утро понедельника добрым не бывает. Априори. Почему понедельники до сих пор не отменены законодательно?

Стоило ночью ударить первому крепкому морозу и упасть парочке нежных снежинок, как утренний город тут же погрузился в кромешный хаос.

Я посмотрелась в зеркало заднего вида, поправляя малиновые патчи под глазами, скрывающие следы моего раннего подъема. От дороги это вовсе не отвлекало, потому что я уже тридцать пять минут как наглухо застряла в автомобильной пробке. Как же… замечательно. Да здравствует гололёд.

Первым делом, как приеду в офис, выпью огромную кружку самого чёрного в мире кофе. И хотя дома я уже успела выпить одну, этого было чертовски мало для уравновешивания такого поганого утра.

Всё началось с того, что у моего маленького рено за ночь приморозило ручник. Я долго прогревала машину, но едва ли могла сдвинуться с места. Рено кряхтел, скрипел и раскачивался, лишь спустя двадцать минут что-то лязгнуло, авто тронулось, и я, не веря в свою удачу, выдохнула застенчивое “Ура”. Но проехав буквально пару улиц, тут же вляпалась в бесконечную пробку, и теперь уже чертовски сильно опаздывала. Просто безбожно.

“Доброе утро. В 9.00 совещание в конференц-зале, быть всем” всплывает сообщение из рабочего чата от Рады Петровны, моей начальницы.

Черт! Я в отчаянии упираюсь лбом в руль, отчего авто коротко сигналит.

Едущий впереди в моей полосе, то есть стоящий так же, как и я, белый внедорожник раздраженно сигналит в ответ “мол, видишь, все стоят, чего сигналишь”.

Я только глубоко вдыхаю и шумно выдыхаю, пытаясь восстановить внутренний дзен.

Я никогда раньше не опаздывала. Никогда.

Сегодня будет первый раз за долгие шесть лет работы в типографии. Не смертельно, все опаздывают. Вон Марина, моя помощница, постоянно задерживается с обеда почти на сорок минут. Но перфекционист внутри меня не принимает эту информацию за оправдание.

Кто угодно может совершать ошибки, только не я.

Автомобили приходят в движение, и синяя иномарка тут же ныряет носом из соседнего ряда в мой, причем не включив поворотник. Я едва успела прижать педаль газа, как тут же приходится ударить по тормозам. Но мелкая ледяная крошка под колёсами плавно ведёт автомобиль вперёд, удлинняя томозной путь, и мой бампер нежно клюет иномарку в синее крыло.

— Ррррр… - негромко рычу я, словно раненый медведь, прикидывая, что теперь могу опоздать, как минимум, ещё на несколько часов.

Только аварии мне сегодня не хватало.

Отлепляю патчи из-под глаз, бросаю их на соседнее сиденье. Включаю аварийку и решительно выхожу из машины на морозный воздух, хлопнув дверцей.

Из иномарки выскакивает худенькая переполошившаяся блондинка, глядящая на меня огромными от испуга глазами.

Наверное, мужчины-водители потешаются, глядя на то, как две блондинки “встретились” на дороге, заодно заблокировав целую полосу. И не важно, что я на самом деле шатенка, просто крашусь в пепельный блонд. И что за рулём уже семь лет без аварий, ну, не считая эту.

Почему мне всегда есть дело, как я выгляжу со стороны и что обо мне подумают другие? Это какая-то неискоренимая болезнь. И страх опоздать из-за этого же. Будто любой даже мелкий проступок для меня непозволительная роскошь.

— Ты смотри, куда едешь! Зачем подрезала-то? - начинаю я с места в карьер.

— Ой, я не заметила вас, - щебечет блондинка, нервно заламывая руки.

Видимо, новичок. Перепугалась.

Я вздыхаю ещё раз.

А ведь это только начало дня. Подхожу поближе к месту удара, протираю снегом следы от пластика на синей краске. Благо скорость была минимальная. Чёрная полоса легко поддается, краска внизу осталась целой. На рено пластик на бампере немного поцарапан, но мне всё равно. Отделались испугом, особых повреждений нет.

— Разъезжаемся, концерт окончен, - театрально киваю я головой поглядывающим на нас водителям из проезжающих мимо машин.

Я снова сажусь за руль, пока синяя иномарка медленно двигается впереди, встраиваясь в поток, проверяю мобильный.

Совещание уже началось. Без меня.

***

Залетаю в офис, пробегаю глазами по рабочим столам. Марины нет на месте, значит, все еще на совещании. Из-за чего весь сыр-бор даже спросить не у кого. Запыхавшись, бросаю сумку на стол и достаю мобильник - я опоздала на сорок минут. Могло быть и хуже, но и хорошего тоже мало.

Глубоко вдыхаю и медленно выдыхаю, следуя методике, чтобы быстрее отдышаться, стараясь не сипеть. Скидываю куртку и убираю в шкаф, обнаруживаю на шелковой блузке мокрые круги подмышками, так как я почти бежала по гололеду несколько кварталов из-за того, что не смогла найти парковку поближе.

Как же… замечательно. Не позволяю себе сдаться, просто в ближайшие часы не буду высоко поднимать руки. Наспех приглаживаю волосы и спешу по коридору в конференц-зал, стуча каблуками по напольной плитке.

Толкаю массивную деревянную дверь, и глаза всех присутствующих за большим круглым столом устремляются на меня.

Чувство сродни тому, будто стоишь на сцене во время выступления и не можешь вспомнить ни слова, когда все софиты, как и взгляды, направлены прямо на тебя.

Выдавливаю неясную улыбку в качестве защитной реакции.

— Снежана Николаевна? - проходится по мне недовольным взглядом Рада Петровна, приподнимая тёмную бровь.

— Попала в небольшую аварию, но не переживайте, со мной всё в порядке, - негромко тараторю я и сажусь на ближайший свободный стул.

Надо же мне было опоздать именно в день совещания, при всех. Щеки печёт, хочется стать невидимой, стараюсь дышать ровно, выпрямляю спину и придаю лицу нейтральное выражение в качестве брони.

Лицо нужно держать в любой ситуации.

Слева от меня Тимур что-то шепчет Жанне, в типографии они занимаются непосредственно печатью, та тихо фыркает носом, подавляя смех. И теперь мне кажется, что их обсуждение касается меня, либо это снова разыгралась моя буйная фантазия.

Глава 2

Снежана

Пока я, цокая каблуками, иду к своему рабочему столу, в моей голове все ещё звучит его мягкий и немного насмешливый голос, пробирающийся куда-то под кожу.

Снежинка…

Меня так уже давно никто не зовёт, тем более здесь. Я всех прошу сокращать моё имя до Жанны, не Снежкой же меня называть. Главный менеджер Снежка - звучит так, будто у нас корпорация эльфов, организующих подарочки под новогоднюю ёлку.

А Жанна из типографии неустанно повторяет, что именно она настоящая Жанна, по паспорту. Как будто она единственная имеет право на это имя. В ответ я лишь приклеиваю к лицу вежливую улыбку и упрямо предлагаю клиентам называть меня Жанной.

Я решила сделать вид, что не расслышала слова Стаса. Лучше нам оставаться в строгих деловых отношениях и, возможно, даже притвориться, что не знаем друг друга. Буду обращаться к Стасу только по имени-отчеству. Наше давнее знакомство сейчас ворошить ни к чему.

Боже. Удивительно, что он помнит меня и сразу же узнал. Хотя у меня другой цвет волос и мне уже не шестнадцать, а двадцать шесть.

Я всей спиной ощущаю, что он идёт где-то позади меня. Как будто вдоль позвоночника покалывают тонкие невидимые иголочки.

— Марина Евгеньевна, нам нужно организовать рабочее место Станиславу Павловичу, - сдержанно говорю я, нацепив невидимую броню в виде нейтральной вежливости, как только мы возвращаемся в кабинет.

Марина плюхается в своё компьютерное кресло, прочесывает пальцами каштановые пряди волос и кривит губы в страдальческой гримасе. Я едва сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза, сейчас опять начнётся…

— Снежана Николаевна, вы знаете, - она шумно вздыхает, заинтересованно оглядывается на подошедшего Стаса, но потом вспоминает о своей “роли” и продолжает, - у меня несколько дней болит голова. Очень сильно. Подозреваю, вдруг у меня менингит. Я прочитала в интернете симптомы, и они все у меня есть… Мне нужно к врачу.

— Марина Евгеньевна, все вопросы по отгулам решает только Рада Петровна, - я и бровью не веду, хотя Марина пытается слиться с самого утра понедельника, немыслимо. Прошлый раз она нашла у себя симптомы холецистита, а до этого ей показалось, что у неё начинается ветрянка, тогда весь офис переполошился, вспоминая кто и когда болел ветрянкой, а кто нет.

Похоже со Стасом сегодня разбираться придётся мне самой. От этой мысли мои ладони немного потеют, а в груди начинает что-то сжиматься в плохом предчувствии.

Стас в это время проходит к креслу для посетителей напротив моего стола, располагается закинув пятку идеального чёрного ботинка на колено другой ноги, со скрытой усмешкой поглядывает на представление, и, похоже, чувствует себя в моём кабинете, как дома. Даже я не чувствую себя здесь, да и в принципе где бы то ни было, настолько комфортно и расслабленно, как он.

— Марина, такой прекрасной девушке обязательно нужно беречь своё здоровье, - Стас смотрит на Марину, изгибая губы в лёгкой ухмылке.

На лице Марины тут же расцветает ответная улыбка.

— Вы думаете? - зачарованно выдаёт она, её щеки слегка розовеют.

Я подавляю вздох и обхожу свой стол, чтобы сесть в офисное кресло.

— Может быть кружка ароматного кофе поможет от вашей головной боли? Не знаете, где здесь поблизости можно раздобыть этот волшебный напиток? - заговорщически продолжает Стас, потирая запястье с часами.

— Да, вполне может, - оживляется вдруг Марина, - здесь на первом этаже есть неплохой автомат с кофе, давайте покажу, - спохватывается, явно позабыв о своей головной боли.

Ерзаю на стуле, который подо мной тоскливо скрипит. Я бы тоже не отказалась от кофе. Но с ними идти - увольте.

Хотя всего в мире кофе не хватит для такого чудесного дня, как сегодня. Прямо с самого утра неприятности начали сыпаться на меня одна за другой. Теперь ещё Стас из старшей школы в моём офисе. Ну почему? Почему именно сегодня, когда я прибежала на работу как взмыленная белка? Почему он не явился, к примеру, перед моим днём рождения, когда я пришла в офис после посещения визажиста?

Мысли крутятся в моей голове, пока я смотрю, как Стас с Мариной мило щебечут и отправляются за кофе.

Как только за ними закрывается дверь кабинета, я роняю голову на руки и отчаянно мычу.

— Снежинка, тебе кофе взять? - спрашивает тот же мягкий насмешливый баритон через приоткрытую дверь, застигнув меня врасплох.

Я резко поднимаюсь, суетливо поправляю блузку, затем встречаюсь с внимательным зелёным взглядом.

— Нет. В смысле…да. Спасибо.

Дверь снова захлопывается.

Я включаю компьютер, пока медленно сгораю от стыда внутри.

Боже. Что сенодня за день.

И я так и не узнала, зачем нам внешний аудит. Идти узнавать в бухгалтерию не хочется, мы не очень ладим с бухгалтершей Леной. С её помощницей Светланой дела обстоят лучше, но поймать ее, не столкнувшись с Леной, проблематично. Марина ушла. Спрашивать у неё при Стасе немного неловко. Выбор невелик.

Вздыхаю и отправляюсь к кабинету Рады Петровны. И только сейчас осознаю, что он сделал это снова. Снова назвал меня Снежинкой.

***

— Рада Петровна? - просовываю голову в кабинет.

— Заходи, Снежан, - твердо произносит начальница.

Секретарша Вика сказала, что от неё только что вышла Лена. И судя по сверкающим глазам Рады и напряжению, всё ещё витающему в воздухе, разговор у них был не самый приятный.

Рада Петровна сидит за массивным столом из красного дерева. Ей где-то под семьдесят — никто не знает сколько точно. Иногда кажется, что ей двести семьдесят, просто она больше не стареет, как и все древние вампиры, питающиеся энергией своих подчинённых.

Её волосы - как всегда идеальное тёмное каре, ногти со свежим маникюром и очень, очень длинными ногтями. Я всякий раз удивляюсь, как она справляется с домашними хлопотами с такой длиной ногтей. На ней темно-синий деловой костюм по фигуре. Она всем своим видом представляет успешную женщину, ведущую собственный бизнес.

— Я ещё раз прошу извинить меня за опоздание. И ввести меня в курс дела, - присаживаюсь на стул напротив.

Глава 3

Пора.

Глубокий вздох. Я тру виски ладонями. Пора предпринимать вылазку в стан врага.

Я прошла все положенные стадии: отрицания, гнева, депрессии и уже перешла к принятию неизбежного.

И я сейчас не о Стасе, присутствие которого сводило меня с ума все последние два часа, после того как ушла Марина и мы остались в кабинете наедине.

Да, меня сбивал с толку каждый производимый им шорох, каждый щелчок компьютерной мыши, пока он сосредоточенно работал с документами. Кроме того, он что-то распечатывал и проходил мимо моего стола так близко, что я ещё сильнее ощущала запах его дорогой туалетной воды и, казалось, даже слышала его дыхание. Он вышел из кабинета десять минут назад. О, эти благословенные десять минут свободы.

Но я сейчас не о нем. Я сейчас о бухгалтерше Лене. Мне нужно выяснить точную сумму в налоговом запросе, иначе это просто поиск иголки в стоге сена.

Я итак потратила кучу времени, разложила перед собой огромные папки за весь прошлый год, всё, что только можно: договоры с поставщиками материалов, оплату коммунальных услуг, договоры с заказчиками и огромную чёрную папку входящих документов. Но без бухгалтерских данных, когда не знаешь, что именно искать, искать можно вечно.

Я собралась с духом, так как предвидела, что ничего хорошего от Лены не услышу. Особенно после того, как она пыталась свалить всю вину на меня. Но все же направилась в бухгалтерию, и уже потянулась к круглой деревянной дверной ручке, как до меня донесся короткий смех… И следом мягкий мужской баритон.

— Только бухгалтер может понять другого бухгалтера, - дружелюбно звучал голос Стаса.

— Да, не говори, Стас, - отвечала Лена, хихикнув.

И когда они успели перейти на ты? Я так и замерла у двери, которая была неплотно закрыта, видимо от шока. Потому что я впервые за шесть лет работы в типографии слышала, как смеялась Лена.

Лена! Бухгалтер. Взрослая и суровая. Которая даже на балагура Тимура реагировала только лишь презрительным поднятием уголка губ. Я всегда считала, что это максимум её веселья. А тут такое. Сколько Стаса не было? Десять минут?

— Стас, ты как глоток свежего воздуха в этой компании! Может, перейдешь к нам работать? - игриво предложила Светлана. - Общаться с таким профессионалом одно удовольствие.

Мои брови взлетели вверх. Помощница Светлана флиртует со Стасом? Не то, чтобы меня это волновало… Просто как он так быстро нашёл к ним обеим подход?

— Ну что вы, дамы, все знают, что для бухгалтера есть только одно удовольствие, когда сошёлся дебет с кредитом в годовом балансе… - промурлыкал Стас.

В ответ на его слова снова раздался дружный женский смех.

Я дергаю ручку двери на себя, до конца не веря в происходящее, радостные улыбки на лицах Лены и Светы сменяются холодным выражением при виде меня. Даже обидно, мы ведь работаем в одной компании вместе, что нам делить?

Перебарываю секундную уязвленность и надеваю броню безразличия. Стас все ещё стоит у окна.

— Не помешала? Можно мне взять копию налогового уведомления? - обращаюсь к Свете, как к меньшему из зол.

Она поправляет собранные в хвост русые волосы, её карие глаза бегают от Стаса ко мне.

— Я уже взял копию, - вдруг вмешивается Стас, незаметно подмигивает мне, - пойдём, Снежинка.

Я вспыхиваю от того, как он ведет себя со мной при других, но решаюсь терпеть и не устраивать сцен, пока мы не вернёмся в кабинет.

Выяснять с ним отношения при Лене и Свете я уж точно не собираюсь. Разворачиваюсь на каблуках, в последний момент замечаю потемневший взгляд Светланы, как она недовольно поджимает губы.

Что я настолько ей помешала? Или мне это показалось?

Мы выходим из бухгалтерии, Стас пропускает меня вперёд, его рука на несколько секунд касается моей спины, и тепло его ладони мгновенно проникает к моей коже через шёлковую блузку, распространяя невидимое электричество.

Мои щеки начинают гореть. Что за испытание. И что он вообще себе позволяет? Я злюсь на него всё больше, пока всей спиной ощущаю, что он идёт следом за мной.

Как только дверь кабинета захлопывается за нами, я начинаю наступление. Оборачиваюсь к нему, уперев руки в бока.

— Что за игру ты затеял? - зло щурюсь, пытаюсь испепелить его взглядом.

— Всего лишь достал тебе необходимые данные, на поиск которых ты бы потратила остаток дня. С бухгалтерией надо дружить, Снежинка, это первое правило. Иначе ты рискуешь получить столько палок в колёса, что никогда не сможешь разобраться с бумагами.

Стас невозмутимо подходит ближе. Откладывает одну копию к себе на стол, а другую протягивает мне.

— Не за что.

— Я не собираюсь тебя благодарить… - вспыхиваю я. - Ты ставишь меня в неловкое положение перед всеми…

— Что, мне оставить себе это уведомление? - его губы трогает лёгкая усмешка, похоже мой взвинченный вид приносит ему только удовольствие.

— Нет, - я выхватываю из его рук злосчастный листок. - И не называй меня Снежинкой!

— Почему? Раньше ты была не против.

— Потому что мы уже не в старшей школе! Мы давно совершенно чужие друг другу люди, - бросаю я.

— А вот это обидно. После всего, что между нами было.

Да он издевается! Мне хочется зарычать от досады.

— Между нами ничего не было, - твердо парирую я, возвращаясь к столу, чтобы увеличить дистанцию, потому что он слишком близко.

Его слишком много. И он сам слишком…

— Ауч. Ещё раз. Ну, мы хотя бы перешли на ты, а то от твоего официального тона было как-то не по себе.

— И не надейтесь, Станислав Павлович. Вас пригласили сюда работать, вот этим и займитесь.

Стас ухмыляется, но поднимает вверх руки, показывая ладони.

— Сдаюсь, - шепчет одними губами, облокачивается на стол.

Я пробегаю глазами уведомление. Шестьдесят восемь тысяч девятьсот. Откуда могла взяться такая сумма? Ума не приложу. Но нужно это выяснить.

Стас был прав, если бы Лена нашла повод не дать мне налоговое уведомление, я бы потратила уйму времени, чтобы найти его во входящих.

Глава 4

Стас

Телефон не перестаёт вибрировать в моём кармане. Каждые пять минут от меня что-то нужно. В рабочих чатах мелькают новые сообщения.

Бросаю взгляд на Снежинку за соседним столом. Она зарылась в бумаги и сосредоточенно перекладывает файлы.

Она и в школе такой была — независимой и целеустремленной. Но я даже не ожидал, что она станет настолько сексуальной.

В школе она тоже была очаровательной, но немного застенчивой, всегда говорила прямо и от этого была такой непосредственной, забавной и милой.

А сейчас… её волосы стали платиновыми, губы - более сочными и полными, а во взгляде полыхают искры, особенно когда ей хочется оторвать мне голову.

Офисный деловой стиль ей очень идет, я почти угадываю её нижнее бельё под шёлковой блузкой, расстегнутые верхние пуговицы которой открывают мягкую белую кожу на шее.

Листая документы, она переодически в задумчивости прикусывает краешек карандаша, даже не зная, что тем самым ставит под сомнение всю мою выдержку.

Но я пока не готов переступить границы.

Мне было интересно её увидеть. Спустя столько лет.

И я совру, если скажу, что мне не нравится вступать с ней в перепалки и впитывать её эмоции. Когда я называю её Снежинкой, воздух в кабинете будто начинает хрустеть от напряжения и от её полного негодования взгляда.

Но что дальше? Я уже начинаю сомневаться в собственной адекватности.

Зачем мне понадобилось видеть её и спустя десять лет лезть в её жизнь?

Я уже и сам не знаю, зачем всё это затеял. И как далеко собираюсь зайти.

Телефон в кармане снова раздражает очередной вибрацией.

Дамир.

Отвечаю на звонок и сразу же выхожу из кабинета, чтобы Снежинка не услышала, насколько я тронулся умом, раз бросил свой офис ради неё.

— Да, Дамир.

Иду по коридору в сторону запасного выхода, который у местных вместо курилки. Открываю тяжелую дверь и выхожу на железную лестницу. Морозный воздух ударяет в лицо, остужает нагретое тело, постепенно пробираясь под одежду.

— Ну что босс, ещё занят крошкой Лемнискатой?

— Да, думаю придётся потратить ещё день, максимум - два. Не хватает нескольких документов, - спокойно отвечаю я.

Дамир явно не понимает, почему я решил сам взяться за это простецкое дело, а не послал того же Марка с новеньким стажёром. Но он не знает, что я открыл сайт Лемнискаты перед подписанием договора на аудит, и на главной странице увидел рекламу “Укажите номер и вам перезвонит наш менеджер Снежана”.

Меня будто прострелило молнией навылет в тот момент, когда увидел её, улыбающуюся, на фото. Я даже подумал, что ошибся. Но нет. Это оказалась та самая Снежана.

— Ты приедешь сегодня в офис? Нужно подписать акты, выходят сроки, пора проводить оплату… - уже серьёзнее говорит Дамир.

— Да, я заеду, - хмуро смотрю на циферблат на запястье, - через час-полтора.

— Понял. Там всё так сложно? - усмехается Дамир, чуя неладное из-за того, что босс, который привык ночевать в офисе, вдруг ни с того ни с сего смылся с работы на несколько дней. — Может, молодая владелица-красотка капризничает?

— Владелице под семьдесят, и это не твоё дело, - с усмешкой отбиваюсь я. — Твоя задача - следить за работой аудиторов, пока меня нет, а не воображать капризных красавиц.

Дамир со мной с самого начала, с открытия фирмы, поэтому мы разговариваем скорее на равных, нежели как босс и подчинённый. Но это не значит, что я буду делиться с ним личными мотивами своих поступков.

— Увидимся в офисе, - смеётся Дамир, не веря ни секунды в то, что я здесь только по делу.

Сбрасываю звонок и достаю электронную сигарету. Делаю несколько глубоких затяжек и выпускаю легкий дым в зимнее небо.

“Не стой у меня на пути” проносится в голове голос Снежинки, я криво усмехаюсь и качаю головой.

Она стала такой взрослой. И выглядит такой неприступной, как будто она не Снежинка, а злая и серьёзная Снежная королева. Независимая и холодная как лёд.

Знакомое чувство оживляет мои воспоминания.

Память тут же подбрасывает мне калейдоскоп картинок из прошлого.

Я выступаю ведущим на вечере выпускников, но всё время думаю о ней.

После очередной реплики у микрофона, окидываю взглядом пространство актового зала: нарядные выпускники, их родители, их младшие братья и сестры, учителя… Я начинаю переживать, что она не придет. Может быть, стоило сказать ей, что я буду ждать, а не бросаться намеками будто малолетний идиот.

К концу долбанного концерта, я уже зол, как черт.

Потому что её нет.

— Стас, ты остаёшься? - улыбается мне Света, с которой мы вместе вели программу.

Света довольно милая и мы часто пересекаемся на мероприятиях, болтаем как друзья, но у неё есть один существенный недостаток — она не Снежана.

— Зачем? - рявкаю я раздраженно на ни в чем не провинившуюся передо мной Свету. Затем вспоминаю, что обещал Нине Георгиевне помочь убрать шарики и ленты-украшения после мероприятия. - Да, остаюсь, - произношу уже мягче и вздыхаю.

У Светы немного обиженное, недовольное лицо, но она на всякий случай бросает “Тогда увидимся” прежде, чем уйти в сторону кучкующихся девчонок.

Ко мне сразу после этого подходят выпускники. У них много эмоций, которые им хочется выплеснуть. И им плевать, что у меня совсем нет для этого настроения.

Они привыкли, что обычно я душка, легко общаюсь и вписываюсь в любые компании.

Пришлось развить в себе это качество. Потому что в таком районе, как мой, это означает уметь выживать. Да и кто бы стал общаться с парнишкой из бедной семьи в убогом дешевом прикиде, не будь он смелым типом, умеющим харизматично и легко шутить.

Парни хлопают меня по плечу, перекидываются фразами, и гогочут как детины-переростки.

Я скалюсь в ответ и киваю.

В этот момент словно что-то заставляет меня повернуть голову в сторону входа.