Игра всерьёз.

Глава 1.

Мечтайте.

Если спорт ни разу вас не сломал, значит, вы никогда не достигали истинных вершин. Только преодолевая границы своих возможностей и сталкиваясь с болью, можно познать истинную силу духа и величие человеческого тела. В этом и заключается величие спорта — он не просто испытание, но и путь к самопознанию, где каждый преодолённый барьер становится частью легенды.

- Дорогие зрители, это просто уму непостижимо, какой шикарный обход защиты команды «Звери»! Эти новички не зря зовутся Восходящей звездой! - во весь голос прокричал комментатор, когда очередной мяч залетел с линии трехочкового броска чисто в кольцо. Толпа взревела под стать восторгу комментатора. Крики сливались с гулом, который давил на уши, но заглушить его было невозможно.

Я утёр ладонью пот, стекающий по лбу, и попытался восстановить зрение. Сердце колотилось как бешеное, а воздух казался густым и вязким, словно его кто-то нарочно уплотнил. Каждый вдох давался с трудом, будто я пытался вдохнуть не воздух, а кипящую лаву. Удар в солнечное сплетение, который я получил несколько секунд назад, оставил болезненный след. Но судья, как обычно, этого не заметил.

Гул толпы стал невыносимым, словно тысячи голосов слились в единый, оглушительный поток. Он давил на виски, заставляя меня сжимать кулаки, чтобы хоть как-то сдержать эту бурю. Но сдаваться я не собирался. Ещё минута. Всего одна минута, и всё может измениться.

- Ворон, ты как? - ко мне подскочил Ник. Его лицо было бледным, а глаза блестели от напряжения. Он выглядел ничуть не лучше меня. Пару минут назад ему тоже прилетело - коленом в челюсть. Удар был сильным, но из игры его не выбило. Уже хорошо. Хотя я бы проверил его на сотрясение.

Он помог мне подняться, и я почувствовал, как ноги подкашиваются. Всё тело дрожало, словно я только что пробежал марафон. Наша команда была на пределе. Последняя минута будет самой сложной из всех, что мы уже сыграли.

- Я в норме, - прохрипел я, стараясь улыбнуться. - Сейчас только воздуха побольше глотну и продолжим.

Но как только я попытался сделать вдох, резкая боль в груди пронзила меня, словно молния. Я согнулся, хватая ртом воздух. Перед глазами потемнело.

- Тайм-аут, - прокричал Ник. Его голос дрожал, но он старался быть твёрдым. Он бросился к судье, пытаясь привлечь его внимание. Но тот словно оглох.

Я положил руку на плечо Ника и покачал головой, молча говоря, что продолжу. Хотя я уже не был уверен, что смогу. Слишком долго мы приходили в себя. Мяч уже ввели в игру, и нам пришлось поспешно возвращаться на свои позиции.

Толпа ревела, поддерживая свою команду. Но я чувствовал, как силы покидают меня. Каждая мышца болела, каждая клетка кричала о помощи. Но я не мог остановиться. Я должен был выиграть.

Я выскочил прямо перед асом противников, который, наверное, решил, что вывел меня из игры. Его лицо исказилось от изумления и ярости, когда он понял, что я не собираюсь падать на колени. В его глазах читалось смятение и непонимание, и это зрелище доставляло мне невообразимое удовольствие. Я не мог сдержать злую ухмылку, которая растянулась на моём лице, как будто я держал в руках не только мяч, но и их поражение.

Дриблинг у него был действительно впечатляющим, его движения были быстрыми и точными. Но меня обвести ему не удалось. Я словно видел его манёвры ещё до того, как они начинались. В мгновение ока мяч оказался у меня в руках, и я, собрав все силы до последней капли, обошёл его, словно он был тенью на фоне моего стремления к победе. Толпа ревела, как дикий зверь, их голоса сливались в единый гул, который мешал сосредоточиться, но лишь усиливал моё желание доказать, что мы лучшие.

— Сюда! — послышался голос Мэтро справа от меня, словно гром среди ясного неба. Я тут же бросил взгляд на поле и оценил обстановку. Благодаря его невероятной скорости, мало кто мог угнаться за ним. Он был словно вихрь на поле, и, как всегда, у него не было целенаправленных противников, которые могли бы его остановить. Передача мяча прошла успешно, и я знал, что он воспользуется этим моментом.

Но защита противников не дремала. Вскоре Мэтро встретил рослый двухметровый парень, который считал, что сумеет отобрать у него мяч. Он бросился на него, как бульдог на кость, но Мэтро был слишком быстр. Он ловко обошёл его, словно тот был неподвижной преградой, и выскочил под кольцо. Однако забивать сам он не стал. Вместо этого он совершил один из самых неожиданных и изящных манёвров, которые я когда-либо видел. Мяч взлетел вверх, как будто его подбросил невидимый гигант, и в этот момент Максим, словно ястреб, поймал его. Он не колебался ни секунды. Одним мощным броском он пробил кольцо, и наши болельщики взорвались аплодисментами. Мы выиграли два очка.

Азарт и адреналин переполняли меня, но в то же время мышцы начали ныть от усталости. Мы жили этим спортом, и каждый матч был для нас испытанием на прочность. Каждый раз, когда я выходил на поле, я ловил себя на мысли, что счастлив быть частью этой команды. Мы были как семья, несмотря на то что знали друг друга всего год. Если бы кто-то узнал, как мы соединились, он бы, наверное, не поверил. А если добавить к этому, что никто из нас никогда не был особенно талантливым игроком, то это и вовсе казалось бы шуткой.

Но мы не сдавались. Мы были как единый механизм, каждая деталь которого была важна. И каждый раз, когда мы побеждали, это было не просто победой, это было доказательством того, что мы сильнее, чем думали о нас другие.

Глава 1.

1.

Переезд в Москву стал для меня словно удар под дых. Я не мог поверить, что мне придётся оставить всё, что было дорого, и уехать. Но не оставалось никаких других выходов. В родном селе мне не было места, а на мне была младшая сестра, которой необходимо хорошее образование и достойная жизнь.

Три месяца назад я бы и не подумал о переезде. Но жизнь порой не думает о наших желаниях и планах, она просто идёт своим чередом, безжалостно перемалывая наши мечты и надежды. Мама покинула нас, мир ушёл из-под ног, и боль от этой утраты была невыносимой. Я до сих пор не могу прийти в себя, даже сейчас, когда прошло столько времени. Для меня мама была всем: светом, который выводил меня из тьмы, поддержкой, которая давала силы двигаться дальше. Я плакал, и сейчас хочется реветь, но ради сестры я терплю, стискивая зубы. Если я опущу руки, то каким слабаком буду выглядеть в её глазах? Я единственный, кто у неё остался.