Игрушка мажора. Ты будешь моя!

Пролог

Стефани

Что такое любовь?

Я задаю себе этот вопрос, глядя на дождь, который барабанит по стеклу университетской библиотеки. Капли стекают вниз, оставляя извилистые дорожки, похожие на шрамы. Люди говорят, любовь – это бабочки в животе, букеты роз и сладкие признания под луной. Они пишут об этом в книгах, поют в песнях, показывают в фильмах, где красивые герои с идеальными улыбками находят друг друга и живут долго и счастливо.

Возможно, для кого-то это так. Но я в это не верю.

Для меня любовь – это нечто иное. Это не легкое порхание крыльев, а тяжелый, оглушающий удар под дых, после которого ты на несколько мгновений забываешь, как дышать. Это не теплое солнце, а слепящая молния, которая раскалывает твой привычный мир надвое, оставляя после себя дымящиеся руины. Это боль. Острая, пронзительная, всепоглощающая боль, которая выворачивает душу наизнанку.

Говорят, любовь окрыляет. Ложь. Она срывает с тебя перья по одному, медленно и мучительно, пока ты не остаешься голым, беззащитным и уязвимым. Она ломает твои кости, чтобы потом, возможно, срастить их заново, но они уже никогда не будут прежними. На них останутся уродливые наросты – напоминания о том, через что ты прошел.

Любить – значит добровольно вручить другому человеку самый острый нож и показать ему свои самые слабые места. Это значит обнажить свое сердце и сказать: «Вот оно, смотри. Оно живое, оно бьется. Ты можешь его согреть, а можешь вонзить в него лезвие». И ты стоишь, затаив дыхание, в надежде на первое, но подсознательно всегда готовый ко второму. Потому что самая страшная боль – это не удар от врага, а царапина от того, кому ты доверял больше, чем себе.

Это жестокий парадокс: то, что дарит тебе ощущение полета, может с такой же легкостью швырнуть тебя на землю. Тот, чьи руки могут исцелить, способен нанести самые глубокие раны. Тот, чей голос кажется музыкой, может произнести слова, которые будут ядом капать в твою кровь до конца дней.

Любовь – это когда ты смотришь на человека и видишь в нем одновременно свое спасение и свою погибель. И ты готов рискнуть. Ты идешь на этот риск с открытыми глазами, потому что один миг подлинного, ослепительного счастья кажется тебе достойной платой за вечность возможной боли. Ты впускаешь его в свой мир, разрешаешь ему переставить в нем все с ног на голову, разрушить стены, которые ты так долго строил. И когда он уходит, он забирает с собой не только свои вещи. Он забирает часть тебя. Воздух, которым ты дышал. Цвета, которыми ты видел мир. Тишину, которая раньше была умиротворяющей, а теперь стала оглушающей.

И все же... Все же где-то в глубине этой боли, в самом ее эпицентре, есть что-то прекрасное. Что-то настолько чистое и настоящее, что заставляет людей снова и снова идти в этот огонь. Это красота на грани безумия. Красота цветка, проросшего на выжженной земле. Красота шрама, который доказывает, что ты выжил.

Может быть, настоящая любовь – это и есть эта боль. Может быть, она и есть та сила, что сначала разрушает тебя до основания, а потом дает тебе силы построить себя заново. Более сильным. Более мудрым. Более живым. Я не знаю. Но я знаю одно: если любовь не заставляет твое сердце кровоточить, если она не пугает тебя до дрожи в коленях, если она не заставляет тебя сомневаться во всем, что ты знал до этого, – это не любовь. Это просто красивая подделка. А я никогда не соглашусь на меньшее, чем настоящее. Даже если оно меня убьет.

Кевин

Любовь.

Какое забавное, избитое слово. Его произносят с придыханием мечтательные дурочки и сентиментальные идиоты. Они видят в нем какой-то высший смысл, сакральное таинство. Они готовы сворачивать горы, совершать глупости, отказываться от себя – и все ради этого призрачного чувства. Жалкое зрелище.

Я смотрю на них со своей высоты – с вершины пищевой цепи этого университета, этого города, этой жизни – и вижу лишь одно: слабость. Любовь – это ультимативная слабость. Это ахиллесова пята, которую ты добровольно подставляешь под удар. Это кандалы, которые ты сам с радостью на себя надеваешь, думая, что это модные браслеты.

Для меня любовь – это игра. А я люблю побеждать. Это спорт, где есть победитель и проигравший. Трофей и тот, кто остается ни с чем. И я всегда, черт возьми, всегда победитель. Мой мир прост и понятен. Он состоит из правил, которые устанавливаю я. Цель. Стратегия. Результат.

Цель – самая красивая, самая недоступная девушка. Чем громче она говорит «нет», тем слаще будет вкус ее капитуляции. Стратегия – просчитанные шаги, нужные слова, заранее спланированные «случайности». Я знаю, что сказать, как посмотреть, когда прикоснуться. Я – режиссер этого театра, а они – актрисы, которые даже не догадываются, что играют по моему сценарию. Результат – она у моих ног. Восхищенная, влюбленная, покорная. А потом – скука. И занавес.

Они плачут. Они называют меня бессердечным, жестоким, эгоистом. Может быть. Мне плевать. Разве лев беспокоится о чувствах антилопы? Это закон природы. Сильный получает то, что хочет. Слабый – то, что заслуживает. Если ты настолько глупа, что отдаешь свое сердце первому встречному красавчику на крутой тачке, то это твои проблемы. Это твой урок. Я лишь учитель, который преподает его максимально наглядно.

Боль? Страдания? Это побочные эффекты их собственной наивности. Я не несу за это ответственности. Я не даю обещаний, которые не собираюсь выполнять. Я не клянусь в вечной любви под звездами. Я дарю им эмоции. Яркие, как вспышка. Я поднимаю их на такую высоту, где они никогда не были, и даю им почувствовать себя королевами. Разве этого мало? То, что полет неизбежно заканчивается падением, – это законы физики, а не моя вина. Они знали, на что шли. Или должны были знать.

Для меня отношения – это сделка. Ты мне – свое обожание, свое тело, свой восторг. Я тебе – свой статус, свою популярность, иллюзию сказки. Сделка временная. Как только одна из сторон перестает получать выгоду – в моем случае, интерес и азарт, – контракт расторгается. Все честно.